Грань безупречности. Все об алмазах
- -
- 100%
- +
Россыпи находились в руслах рек, на террасах или плато, на высоте до 1500 метров над уровнем моря. Существуют различные версии, несколько по-разному объясняющие историю открытия алмазов в Бразилии.
Одна из них говорит о том, что алмазы были найдены Иначо Мартинсом, обнаружившим прозрачные камни в районе Лавра До Пагао. Согласно другой, на необычные минералы впервые обратил внимание Родриго Арцао. Крестьянин Родриго весь день пытался наловить рыбы в речке, но удача рыбака обошла его стороной. Зато в прибрежном песке он нашёл крупные камушки, размером с фасоль. Очевидно, он и раньше не раз видел подобные, но эти были уж очень крупны и подвернулись кстати – не удастся принести рыбу, так хоть детям игрушка будет.
На блестящие безделушки обратили внимание не только дети, но и взрослые. Вскоре подобным камням нашлось весьма прозаическое применение: их стали использовать в качестве игральных фишек.
Старатели-золотоискатели, которых было множество в этих краях, промывали большие массы речных наносов и тщательно собирали все крупинки и мельчайшие чешуйки золота, оседавшие на дне специальных лотков или ковшей. Помимо прочего находили очень много странных прозрачных камней, которым не находили применения. Старатели, мывшие здесь золото, просто не знали ничего об алмазе, разве что только понаслышке, ведь никакой возможности присутствия их здесь даже не предполагалось. Поэтому драгоценные кристаллы вместе с прочими речными камушками просто выбрасывали из промывочного лотка. Никому и в голову не приходило, что стоимость даже одного небольшого зернышка, только что выброшенного в грязь, равнялась месячному или даже годовому заработку старателя, а камень размером с лесной орех мог бы принести счастливцу целое состояние.
Жители бразильского Эльдорадо (Золотая Страна, исп.) топтали ногами несметные богатства и жили в нужде, занимаясь скотоводством и хлебопашеством. Алмазоносный речной песок они примешивали к глине и обмазывали ею стены домов, скотных дворов, ограды…
Так продолжалось до 1725 года, когда в одном из подобных поселков появился Бернардо Франциск-Лабо, немного разбиравшийся в ценных камнях. Он обратил внимание на оригинальные игральные ли взять их даром, но Бернардо заплатил «за безделушки», и довольно прилично. После посещения посёлка он уехал в город, где дошел до губернатора. Губернатор заинтересовался блестящими камешками и, чтобы узнать, что же они собой представляют, послал несколько штук в Европу. Там их и оценили по достоинству. Спустя некоторое время Бернардо вернулся в посёлок, но на этот раз не один. С ним приехала целая группа. Они стали скупать странные минералы, не считая денег.
Жители бразильских деревень, предки которых некогда бежали в Новый Свет в поисках счастья или от длинных рук правосудия, и по сей день живут в бедности. Тогда же, когда Франциск-Лабо скупал алмазы, положение их было куда более печально. Поэтому известие о том, что кто-то готов купить никому не нужные камни, буквально валявшиеся в песке под ногами, подействовало, как Второе Пришествие. Естественно, что покупали их по смешным ценам, которые даже бросовыми не назовёшь. Но люди буквально увидели свет в кромешной тьме нищеты, поверили в то, что смогут зажить лучше, и, словно одержимые, заторопились сбыть как можно больше алмазов. Начался ажиотаж. В деревню хлынули со всей округи, потом стали прибывать издалека. Разгоралась алмазная лихорадка. Жители бросали привычные дела – все затмила надежда на сказочное богатство, которое рядом – нужно только протянуть руку. Перерыли, просеяли на ситах песок и гальку на берегу речки. Перекопали огороды. Ломали глинобитные заборы, обдирали штукатурку со стен домов, толкли, просеивали, промывали ее. Алмазы были везде.
Появились перекупщики, спекулянты, сомнительные дельцы. Нередкими стали грабежи и убийства. Вскоре поисками были охвачены прилежащие районы. К концу 1729 года большое число россыпей алмазов были обнаружены в округах Теюне, который был переименован в Диамантину (Алмазный), Рио Абаете (р. Сан-Франсиску), Багагем (р. Парана), Гояс (р. Клара) и ряде других.
Методы добычи алмазов в этом регионе были такими же, как и в Индии. Но в колониальную эпоху старателями в основном были рабы, привезённые из Африки. Сальвадор, столица штата Bahia, на берегу Залива Всех Святых, был ключевым центром португальской работорговли. И по сей день в штате Bahia самая высокая в Бразилии концентрация афроамериканцев. Когда раб находил камень, он хлопал в ладоши и помещал его в специальный контейнер для отправки землевладельцу. В качестве вознаграждения за прилежание и честность любой невольник, находивший камень весом от 8—10 карат, получал костюм, двое шорт и хороший нож. Молодец!!!
И конечно же, далеко не все рабы были согласны с таким положением вещей. Проданный незаконным путём камень мог принести деньги, на которые, при удачном стечении обстоятельств и изрядном везении, можно было купить свободу. Да и свободные жители не гнушались контрабандой, ведь это приносило хорошую прибыль, что для весьма небогатого населения Бразилии было очень и очень весомо.
Государство, как то и положено, принимало необходимые меры для предупреждения хищений драгоценных камней: путешественников при выезде из алмазного округа тщательно обыскивали, осматривали чемоданы, платье и т. д. Несмотря на это, контрабандная торговля алмазами достигала 30% от их добычи. Известный путешественник Чуди в описании своей поездки в алмазный округ Бразилии приводит много случаев ловких хищений наиболее ценных кристаллов с приисков.
Поскольку Бразилия была в те времена португальской колонией, Португалия объявила «королевскую монополию» на всю алмазодобывающую промышленность. Таким образом, империя сумела извлечь огромную выгоду от добычи. Чтобы получить от португальского правительства концессию на добычу, нужно было согласиться покрывать любые налоги, наложенные на это производство, в том числе и будущие. А они были немалыми. Например, налог, известный как «королевская пятая часть», составлял целых 20% от ожидаемых с месторождения доходов.
Бразилия быстро заняла место Индии как основного поставщика алмазов в мире и удерживала эту позицию до 1870 года, когда началась добыча в Южной Африке. Но и после того Бразилия не перестала быть очень важным источником алмазов. Новые месторождения здесь находили и намного позже этой даты. Наибольшим бразильским алмазом до настоящего времени считается камень «Звезда Юга», найденный в 1854 году и весящий 254 карата. Ещё нельзя не отметить то, что Бразилия – одно из немногих мест в мире, где был обнаружен редчайший чёрный алмаз.
В течение XIX и XX веков в Южной Америке было обнаружено значительное число новых алмазных копей, большая часть из которых была сконцентрирована в пределах Бразилии.
Венесуэльские алмазы, пусть и не такие многочисленные, как бразильские, также имели немалое значение. В особенности обратили на них внимание после открытия в 1730 году богатого месторождения, где старатели основали поселение Тежуко, ныне г. Диамантина (штат Минас-Жерайс, в 200 км севернее Бело Горизонте, столицы штата). Это территория испещрена долинами, горными вершинами и ущельями. Высота гор достигает 1200 метров над уровнем моря, река Жекитиньонья протекает мимо города Бело Горизонте. Именно в русле этой реки впервые начали находить алмазы.
В конце 60-х годов ХХ века в Венесуэле на реке Карони было обнаружено новое месторождение. За два месяца на берегу реки вырос поселок с населением около 8000 человек. К середине 1969 года здесь было добыто алмазов на сумму 1,3 млн. долларов. Самый крупный камень весил 12 каратов.
В сентябре 1971 г. иностранные телеграфные агентства, ссылаясь на заявление министерства горнорудной промышленности Венесуэлы, сообщили, что в штате Боливар, неподалеку от местечка Сальвасьон, было обнаружено значительное месторождение алмазов. Немедленно сюда ринулись тысячи старателей. Как отметил губернатор штата, ежемесячная добыча алмазов здесь превышает 50 000 каратов.
За всю историю эксплуатации венесуэльских месторождений было добыто около 6 млн. каратов алмазов.
В Бразилии самыми перспективными для алмазодобычи являются штаты Matto Grosso и Bahia. В последнее время горная промышленность здесь сильно поднимается. Компании Diagem Inc. и Rio Tinto (Rio Tinto Desenvolvimentos Minerais Ltda) всё ещё надеются на обнаружение новых месторождений.
Так как Бразилия – страна с влажным тропическим климатом, веками вода размывала алмазные трубки и уносила все их внешние признаки. В результате все добываемые в Бразилии алмазы – аллювиальные. Действительно, кимберлитовые трубки там были открыты только недавно, и еще не доказано, что они высокоалмазоносны. Ежегодно в Бразилии старателями- одиночками или небольшими группами добывается до 2 млн. каратов алмазов. И только к концу 1990-х годов небольшое число компаний показало свои возможности в разработке алмазных месторождений.
Землевладельцы, которые дают участки для поисков алмазов старателям, позволяют им находить и реализовывать свои алмазы только до тех пор, пока этот участок не начинает приносить хорошую прибыль. После этого контракт на аренду участка заканчивается, и бедный изможденный старатель может получить еще один участок для своей мечты, но прибыль ему не светит никогда. И поэтому многие из них работают уже на открытых, отработанных участках, добывая менее качественное сырье.
Но самый дешевый способ нахождения алмазов остается за гаримпейрос.
Старатели-гаримпейрос
Бразилия не представляет свою историю без старателей-гаримпейрос, которые стали за время своего существования национальными героями. Это весьма неоднозначный гибрид новатора и мародера, чья история уходит своими корнями в раннюю колониальную эпоху.
Кто же эти люди сегодня – авантюристы или искатели приключений? Нет, в основном – это бедный народ, который готов за копейки делать самую черную и грязную работу в условиях, при которых жизнь человека не стоит и ломаного гроша. Гаримпейрос – это чаще всего местные фермеры, которые покидают свои хозяйства в сухие месяцы и с киркой и лопатой отрабатывают гравий. Что интересно, подобные старатели выдают основное количество алмаза, но в связи с затруднительностью контроля сравнительно малое количество добытого идет через официальные каналы. Успех работы гаримпейрос зависит в основном от погоды, в частности, от ливней и засухи, так как для извлечения алмаза самыми примитивными способами необходима вода, и от удачи, поскольку в их деле бывает всякое.
Так, в 1999 году почти три тысячи гаримпейрос незаконно вошли в индейскую резервацию Cinta Larga («широкий пояс») с целью добычи алмазов. Эта резервация находится между штатами Rondonia и Matto Grosso, вдоль боливийской границы. Горная промышленность здесь запрещена, за исключением мелкого алмазного промысла, осуществляемого местными индейцами. Полиция сумела выгнать нелегальных старателей, но, по оценке правительства, за время их деятельности из страны контрабандным путём было вывезено алмазов на сумму около 50 млн. долларов. Но и после этого напряжённая ситуация в данной области не сошла на нет. В 2004 году здесь произошло столкновение индейцев с гаримпейрос, в результате был убит 41 старатель.
В последнее время правительство Бразилии, обеспокоенное беспорядком, а вернее – хаосом в сфере частной добычи алмазов и высоким уровнем контрабанды, приняло ряд новых законов, сутью которых стало создание алмазодобывающих кооперативов. Профсоюзные организации ведут пропаганду среди гаримпейрос, выезжая непосредственно на разрабатываемые участки, предлагают объединяться в сообщества, получая от этих организаций необходимую поддержку. Но пока народ не готов расстаться со старым укладом своих отработанных систем, и все новое их пугает. Старатели боятся потерять свой источник доходов, не доверяют правительству и не горят желанием менять сложившийся много поколений назад уклад жизни и принципы работы. Всегда лучше синица в руке, чем журавль в небе. Вот и ходят, как и двести лет назад, по полной драгоценных камней бразильской земле бедные старатели в поисках своей удачи и богатства.
Так или иначе, бразильские алмазы стали спасительной инъекцией, которая оживила мировой рынок. Сложно представить, что бы было с алмазной промышленностью в тот период, когда индийские копи перестали справляться со спросом, а африканские ещё не были открыты, если бы не вовремя обнаруженные россыпи Нового Света.
Гаримпейрос, отказавшись от элементарных санитарно-гигиенических норм, селятся в бараках среди лесов, где правит только один закон – сила. После вырубки леса разбивается лагерь, в котором обычно проживают несколько тысяч человек. Сооружения возводятся из подручного материала: мелких палок, бревен и дощечек. У этих жилищ, как правило, стены и крыша в виде натянутого от дождя полиэтилена. Нередки стычки с индейцами, защищающими разоряемую землю. Гаримпейрос в поисках наживы и удачи совершают опустошительные набеги на леса. Жизнь в данном случае никем не застрахована и не гарантирована. Никто не может сказать точно, как долго там выживет человек. Но каждый гаримпейрос живет мечтой однажды стать богатым и найти тот огромный и ценный камень, который изменит его жизнь навсегда.
Африка
В 1871 году на территории нынешней Южно-Африканской Республики были открыты коренные месторождения алмазов – кимберлитовые трубки. Все алмазные копи, известные раньше, представляли собой так называемые россыпные месторождения, где искомые минералы находились среди разрушенных песчаных пород и почвенных отложений, отнесенных течением рек, ветром и другими силами природы далеко за пределы областей их первоначального формирования.
Природа как будто нарочно сбивала с толку человека, разбрасывая то в одном, то в другом месте эти драгоценные камни и отвлекая его от своих основных складов.
Алмазные россыпи были обнаружены во многих частях земного шара. Так, в VI веке – на острове Калимантан (Борнео), в 1725 году – в Бразилии, в 1851 году – в Австралии, в 1867 году в Южной Африке. В россыпных месторождениях были добыты знаменитые алмазы Голконды.
Коренные месторождения, в отличие от россыпных, являются природными кладовыми алмазов. Представьте себе гигантскую воронку, вертикально уходящую в глубь земли. Такие воронки, которые геологи называют диатремами, имеют диаметр на поверхности от нескольких десятков до сотен метров. В глубину они обычно уходят на километр и более. Диатрема заполнена темно-зеленой или зеленовато-черной породой – кимберлитом. Слово «кимберлит» произошло от названия города Кимберли, возле которого эта порода была впервые обнаружена.
Наибольшей по объему составной частью кимберлита является минерал оливин, как правило, сильно измененный и превращенный в серпентин, цвет которого характерен для всей породы в целом. Кроме оливина в кимберлит входит и ряд других минералов: кроваво-красный или красно-фиолетовый гранат – пироп, зеленый хромдиопсид, и многие другие.
История познания человеком алмаза началась именно с открытия кимберлитовых трубок, которые пролили свет на происхождение этого удивительного ископаемого. Но почему же раньше люди не знали об этих кладовых? Дело в том, что природа тщательно замаскировала свои сокровища. Чем ближе к поверхности, тем меньше следов зелёной алмазоносной породы. Кимберлит, залегающий в глубине, ещё достаточно твёрд. Но в верхних слоях он начинает разрушаться и переходит в синевато чёрную массу, называемую «синяя земля». А в самом верхнем слое синяя земля сменяется желтой землей, являющейся продуктом полного разрушения кимберлита в результате процессов выветривания.
В кимберлите встречаются кристаллы алмаза от микроскопических до нескольких миллиметров в диаметре. Более крупные алмазы попадаются чрезвычайно редко.
Обычно в африканских кимберлитах десять тонн породы содержат один грамм алмазов. Если представить себе состав кимберлитовой трубки в виде зерен одинаковой величины, то из десяти миллионов зерен только одно будет алмазным.
Изучив минералы, содержащиеся в кимберлитовых трубках, ученые пришли к выводу, что они вынесены из недр земли. Действительно, оливин, да и многие другие компоненты, входящие в состав кимберлита, характерны для глубинных пород. Такие породы, выносимые к поверхности земли в результате подземных взрывов, например при извержении вулканов, являются важным источником информации о строении внутренних зон земного шара.
Кимберлитовые трубки служат безгласными свидетелями процессов, происходивших в недрах земли десятки и сотни миллионов лет тому назад.
Однако они не дают ответов на все вопросы. О происхождении алмазов до сих пор не все ясно. Так, одни ученые считают, что кристаллизация алмаза происходила в основном до начала извержения в пределах самого магматического очага. Другие же придерживаются мнения, что большинство алмазов образовалось на пути следования магмы к поверхности земли, в условиях ее быстрого охлаждения. Высказывалось предположение и о том, что алмазы образовывались на глубине 4—5 км, где поднявшаяся из недр земли расплавленная магма попадала в замкнутое пространство и встречалась с водой, в результате чего получался гигантский котел сверхвысокого давления (до 300 тысяч атмосфер) и высокой температуры (2—3 тысячи градусов Цельсия). Авторы этой книги наиболее склонны к версии о том, что кристаллизация алмаза происходила в магме (расплавленной огненно-жидкой массе), находящейся в недрах земли на расстоянии десятков тысяч метров от ее поверхности.
В те времена, когда в Африке был открыт кимберлит, он, конечно, сильно заинтересовал учёных. Но людей, достаточно далёких от науки, трубки волновали в основном с коммерческой стороны. Конечно, и те, и другие задавались вопросами: «Случайно ли получилось так, что кимберлитовые трубки были обнаружены именно в Южной Африке? Не могут ли они существовать и на любом другом участке земного шара»? Но и те, и другие спешили туда, где находка кимберлита стала уже не туманной гипотезой, а свершившимся фактом.
…И вот в извечную тишину выжженной солнцем пустыни ворвался гул ударов о твердую землю десятков тысяч кирок, скрип сотен воротов подъемных механизмов, гул осыпающейся породы. Темноту ночи пронизали огни выросшего, словно по волшебству, большого города Кимберли – столицы южноафриканских искателей алмазов. Название Кимберли, которое сейчас прочно ассоциируется с алмазодобычей, произошло от имени британского государственного деятеля – лорда Кимберли. Он участвовал во всех кабинетах Гладстона, был лордом-хранителем малой печати, министром колоний и министром по делам Индии. Когда во главе кабинета вместо Гладстона встал лорд Розберри (1894), Кимберли занял пост министра иностранных дел.
Не было бы алмазов – не было бы и города, поэтому всё здесь говорило об основном предназначении этого места.
У каждого, кто даже в первый раз приезжал в город Кимберли, не оставалось никаких сомнений относительно занятий его обитателей.
«Торговец алмазов», «Покупаю и продаю алмазы», «Только здесь вы можете купить самые лучшие драгоценные камни» – такие вывески можно было встретить буквально на каждом шагу.
Приезжий раскрывал местную газету, и ему сразу бросались в глаза набранные жирным шрифтом объявления:
«Мистер Джонсон К. Джонсон скупает алмазы всех сортов. Особенно требуются камни крупные, чистой воды и мелкие камни. Цены высшие розничные».
Разумеется, приезжему не миновать городской гостиницы.
Он попадал в длинный зал – столовую с большой стойкой для крепких напитков и рядами маленьких спален – крошечных комнат по
бокам. Обстановка каждой комнаты состояла из узкой кровати, столика, стула и сундучка. Алмазоискатели не туристы – особого комфорта им не требовалось.
Столовая эта, где c утра до вечера толкался народ, являлась своеобразной биржей, на которой можно было узнать последние цены на алмазных рынках Лондона, Парижа и других столиц, обменяться последними приисковыми новостями, договорится с маклерами.
Вот входит коренастый человек в широкополой шляпе и фланелевой рубашке. Он вынимает из объемистого кармана своих кожаных брюк спичечную коробку, раскрывает ее, небрежным жестом разбрасывает по столу груду камешков, и кажется, что тысячи огненных, радужного цвета искр разлетаются во все стороны. Алмазы переходят из рук в руки, а затем возвращаются владельцу. Тот, не глядя, водворяет их обратно в свой миниатюрный «сейф». В другом конце зала ведется оживленный разговор:
– Вы слышали, мистер Симсон нашел у себя на участке алмаз, оцененный в 50 000 долларов!
А вот появляется в сопровождении свиты и сам мистер Симсон.
– Всем шампанского, – распоряжается он.
Хорошо, если этим ограничивается «обмывание» счастливой находки. Не исключено, что уже через несколько дней мистер Симсон будет останавливать каждого встречного с просьбой одолжить полдоллара.
Если приезжий благоволил посетить редакцию местной газетки, то из подшивки ее номеров мог почерпнуть множество любопытных сведений, касающихся истории алмазного края.
Вот как описал некий репортер алмазную горячку:
«Моряки бежали с кораблей, солдаты покидали армию. Полицейские бросали оружие и выпускали заключенных. Купцы убегали со своих процветающих торговых предприятий, а служащие из своих контор. Фермеры оставляли свои стада на голодную смерть, и все наперегонки бежали к берегам Вааль и Оранжевой…»
Но газета умалчивала о том, что лишь немногим участникам этого кросса удавалась достичь финиша. Путь, ведший к алмазным приискам, заслуженно получил неофициальное название «дорога смерти». На растрескавшейся от летнего пекла земле грудами лежали трупы животных, не выдержавших тяжёлого перехода. Людям было не легче. Из вышедших за своей удачей большая часть оставалась на этом пути навсегда.
Да и те счастливчики, которые, успешно преодолев многотрудный путь, достигли земли обетованной в надежде на легкую наживу, к великому своему разочарованию, убеждались в том, что не только лёгкой наживы не будет, но придётся трудиться в поте лица, рискуя остаться ни с чем. Дух захватывало от вида того, какую громадную массу породы следует поднять на поверхность земли. А ведь это всё ещё надо было тщательно обработать, для того чтобы сверкнул заветный камень. Это при том, что породу в те времена черпали ведрами из воловьих шкур емкостью в две лопаты каждое.
Впрочем, белому алмазоискателю, или, как его здесь называли, промышленнику, утруждать себя физической работой не приходилось.
За два с половиной доллара в месяц он становился владельцем участка на приисках. В остальном он свято придерживался принципа «черную работу делает черный».
На дне гигантских воронок, задыхаясь в густых облаках пыли, трудились от рассвета до захода солнца тысячи африканцев. Нередко отвесные стенки разработок обваливались, заживо погребая десятки и сотни несчастных людей.
Жили черные рабы в огороженных колючей проволокой и тщательно охраняемых сараях. Один раз в месяц, и то после внимательного внешнего осмотра и даже очистки желудка (разумеется, не ради заботы об их здоровье, а дабы проверить, не проглотил ли кто-нибудь из них алмаз), их отпускали на несколько часов в город.
Стакан виски и трубка дурманящего опиума были единственной наградой за каторжный труд. Так жили подданные алмазного королевства.
А кто же был королём?
Сын бедного ирландского священника Сесиль Джон Родс прибыл в свое будущее королевство издалека. Уроженец Англии, переселившись в Африку, в Капскую колонию, он принял участие в поисках алмазов. Он оказался предприимчивее своих соперников. К этому часто добавляют: не имел совести, коварно и жестоко уничтожал конкурентов. Вскоре он стал преуспевающим промышленником.
В то время алмазоносная площадь была разделена на мелкие участки, разграниченные узкими полосками ничейной земли, по которым проходили дороги к местам выработок.
По мере углубления выработок края дорог становились все более крутыми, а потому происходили частые обвалы. Да и прочие форс-мажорные обстоятельства вкупе с обязательными расходами ложились на плечи мелких промышленников неподъёмным грузом. Слишком дорого стоили и отвал пустой породы, и откачивание подпочвенных вод. Многие оказывались в долгах, разорялись и продавали свои участки. Поэтому крупные предприниматели, соединив свои участки, организовали в 1880 году акционерное общество «Де Бирс». Возглавил его Сесиль Родс.