Шрамы времени

Глава 2. Кому можно доверять?

Тринадцатый ещё немного посидел под деревом, положив автомат на колени и стараясь размышлять логически. Аномалия, именуемая местными Оком Господним, после поглощения крысы не изменила направления и, пройдя сквозь стену здания, исчезла. «Выходит, — проговорил каратель вполголоса, — эти штуки опасны только для живых существ. Занятно». Ещё немного поразмыслив, он встал и направился к воротам на территорию старой крепости. Старик говорил, что там у них убежище. Возможно, кто-то из живущих в нём сможет подсказать безопасный путь. Сложно сказать, конечно, можно ли им доверять, но других вариантов в голову пока не приходило.

Пройдя через высокие арочные ворота огромной кирпичной стены, «Варвар» увидел на удивление чистую территорию. Складывалось впечатление, будто живущие здесь навели порядок, убрали осколки, сделали ремонт зданий. То тут, то там виднелись пятна свежей штукатурки и даже куски новой кладки. Почему его никто не останавливает? Неужели территория не охраняется.

Ответ не заставил себя ждать, щелчок затвора раздался у карателя где-то за спиной и… выше? «Ну конечно, — подумал он, — крепостная стена».

— Я не враг, — спокойным голосом проговорил каратель, подняв руки вверх и медленно разворачиваясь, — мне нужен старик-лодочник.

— А почём мне знать, что ты его не грохнуть пришёл? — голос стражника показался тринадцатому ещё более скрипучим, чем был у лодочника. Здесь все старики?

— Может быть, потому, что я спас его от речной твари совсем недавно?

— А щас чё захотел тогда?

— Вопрос задать. Хотя, может, и ты мне поможешь.

— Я могу тебе, здоровяк, разве что пулю в голову пустить, коли ты ноги свои не воротишь туда, откуда пришёл.

— Так вот это я и хочу сделать.

Стрелка на стене «Варвар» практически не видел. Лишь смазанные движения в щели между кирпичами выдавали его местоположение. Преимущество налицо. Пытаться сейчас лезть на рожон себе дороже.

— Ока Господни знаешь? — спросил каратель, не дожидаясь ответа стража.

— А кто ж их не знает.

— Ну вот я не знал. Мне бы мимо них пройти как-то.

— Гиблая затея, сынок, — голос стрелка, кажется, стал чуть мягче. — В двадцати шагах от неё пошевелишься, и она тебя тут же сцапает.

— Двадцать шагов — это отличная подсказка. Спасибо, старик! Я ухожу.

Каратель, всё ещё не опуская рук, медленно побрёл обратно к воротам, но стражник окликнул его:

— Подсказка-то может оно и правда хорошая, но не поможет. Эта ж бестия там не одна. А они звуков не издают. Сквозь стены пролетают. Со спины появится, ты и не заметишь.

— Буду держаться подальше от стен.

— Чтоб стать хорошей мишенью? Тоже вариант, коли ты сгинуть побыстрее хочешь.

— Так в той части кто-то обитает?

— А вот этого-то как раз никто и не знает. Нешто ты думаешь, что есть где-то безопасное место? Стой там, я сейчас.

Со стены вдруг упала верёвочная лестница. Стрелок очень шустро спустился по ней. Каратель даже на мгновение засомневался, что всё это время говорил со стариком, но тот спрыгнул на землю и, закинув винтовку за плечо, подошёл к карателю такой маленький, сгорбленный, со слегка трясущимися руками. Лицо его почти полностью было закрыто маской из плотной ткани. Вряд ли это могло защитить от токсинов. Скорее это было сделано с той же целью, с которой лодочник носил противогаз.

— Почапали, расскажу, что знаю? — он махнул рукой и отправился вглубь территории крепости.

— Оставишь пост? — удивился каратель.

— А ты думаешь, я на посту один стоял? Удивительно, как ты выжил-то ещё.

«Варвар» недоверчиво покосился на стену, но не заметил никаких признаков, что там был кто-то ещё. Либо старик решил его так постращать, либо эти ребята превосходно умеют прятаться.

Старик завернул за угол здания с вычурными украшениями. Каратель последовал за ним, и его взору открылся высокий белый храм, на центральном куполе которого копошилось двое мужчин. Они, судя по всему, пытались залатать дыры и укрепить конструкцию, чтобы водрузить на место крест, мирно ожидающий своего часа внизу. Большой металлический, на первый взгляд он ничем не выделялся среди множества других крестов, но у этого на верхушке красовался железный голубь.

Разглядывание этого странного художественного решения отвлекло карателя, и он упустил момент, когда старик исчез из виду. На всякий случай скинув автомат с плеча, «Варвар» начал ждать, что его проводник вернётся.

Старик возвратился минут через пять, в руках он держал пожелтевший и измятый лист бумаги.

— Вот, — протянул он листок карателю, — держи.

— Это карта? — с удивлением «Варвар» посмотрел на протянутый ему предмет.

— Ну скажешь тоже! Карта! Так, план на скорую руку. Егорушка сказал, что ты и правда его спас, вот, это в благодарность. Тут отмечено, — стражник начал водить крючковатым указательным пальцем по поверхности листа, — где мы уже проводили разведку, где опаснее всего и потенциально безопасные маршруты.

— Потенциально, — пробормотал себе под нос тринадцатый.

— Ну а как ты хотел? У нас не так много людей, чтобы ими разбрасываться на проверку. Да и последнее время «крысы» докучают.

— Так, их вроде всегда было много, — не понял каратель.

— Да я не про грызунов! Банда местная. Народу у них тьма, оружия завались. Склад какой-то военный обнесли, что ли, не знаю. Те самые, кого Егорушка на тот берег сегодня отвозил. Стараемся не ссориться с ними, но кто знает, что у них на уме? Так что каждый человек на счету!

— Я понял. Спасибо, отец! Бывайте, — «Варвар» махнул рукой, сложил план города в нагрудный карман кителя и уже собрался уходить, как вдруг, оглянулся. — Слушай, а пожрать у вас ничего не будет?

— Ты прям посреди дороги есть собрался? — хихикнут старик.

— А в дом не пустите?

— А почём нам знать, что тебе можно доверять? Мы кого попало к себе не пускаем.

— Не знаю, — каратель развёл руки в стороны, — может, хотя бы потому, что никто до сих пор не умер?

— И то верно, — стражник почесал затылок, а потом махнул рукой. — А ладно, ступай за мной.

Они вошли в храм через высокие толстые деревянные двери, обитые железными полосами. Внутри всё казалось пустынным и мёртвым, но ощущалось какое-то душевное спокойствие. Практически уничтоженный иконостас кто-то попытался восстановить из наскоро сколоченных между собой досок. Образов, конечно же, тут не было, их растащили ещё в первые дни апокалипсиса, но кто-то грубо краской нарисовал огромный крест и перед ним стояло большое золотистое кандило, на котором горело две свечи. «Нам туда!», — старик махнул рукой и пошёл в дальний угол большого зала, где виднелась неприметная дверца. Даже стражник прошёл в её проём, повернувшись боком и наклонив голову, а тринадцатому и вовсе пришлось сложиться чуть ли не пополам.

За дверью на верхний уровень поднималась столь же узкая, как и дверь, винтовая лестница, но старик не стал по ней подниматься, он, кажется, попытался залезть под неё. Как будто не без труда у него это получилось. Протиснуться в щель под каменной лестницей для карателя оказалось не самой простой задачей. Но сделав это, он заметил, что там располагался люк и спуск в подземелье. Достаточно глубокое, надо сказать, здесь вполне можно было устроить настоящее бомбоубежище.

Высота кессонных сводов оставляла желать лучшего: стоя в самой высокой точке помещения, карателю казалось, что будь у него на голове хоть немного волос, он сейчас цеплялся бы ими за потолок.

Помещение два на два метра, куда спускалась лестница, имело три двери. Старик подошёл к одной из них и, поковырявшись ключом в старом замке долгие полминуты, наконец отворил. Освещалось тут всё тусклыми старыми электрическими лампами. Света хватало ровно на то, чтобы не спотыкаться о мебель и найти дорогу. За дверью тянулся небольшой коридор, который выходил в такую же комнату, только дверей тут было уже четыре: по одной на каждую стену. Старик громко постучал кулаком в одну из них и крикнул: «Егорушка! Машку попроси похлёбки миску налить! Коли уж и отправим лысенького в последний путь, так хоть сытого», — он хотел захохотать, но закашлялся и пошёл к соседней двери, по пути снимая с лица маску.

В новом помещении было обустроено что-то вроде столовой. Оно также не было тупиковым, и ещё две деревянные двери вели куда-то дальше, но тут расположились небольшой шкаф, стол и три стула. Указав на один из которых рукой, старик бросил, не оборачиваясь: «Садись».

— И далеко идут тоннели? — спросил каратель, усаживаясь за стол.

— А ты с какой целью интересуешься? — звеня чем-то стеклянным в шкафу, ответил старик.

— Любопытство.

— От него, знаешь ли, кошка сдохла.

Старик повернулся к столу, держа в руках бутылку с чем-то прозрачным и три жестяных кружки. Сейчас каратель, наконец, смог рассмотреть его лицо. Стало ясно, почему и он, и лодочник не хотели показываться без масок: не только старость изъела их морщинами, но и постоянное излучение и отсутствие защиты не прошли незамеченными. Вся кожа была покрыта пятнами разных оттенков, изъедена новыми язвами и шрамами от старых. В этот момент к комнату зашёл ещё один мужчина. Это был лодочник, его можно было узнать по той же одежде, но противогаза не было и лицо его не блистало чистотой и красотой, ровно как и у стражника. В руках лодочник держал ложку и металлическую миску с чем-то похожим на кашу.

— Садись, Егорушка, — проскрипел стражник, — отпотчуем гостя.

— Ага, — лодочник поставил перед карателем миску и сел на соседний стул, — а тебя как звать-то, сынок?

— Я «Варвар».

— Странное имечко, — стражник тоже сел за стол, поставив перед каждый по кружке и откупорив бутылку.

— Это позывной, но, можно использовать как имя. Настоящего имени у меня нет, — каратель поковырялся ложкой в месиве, наваленном в тарелку и, поразмыслив всего мгновение, отправил похлёбку в рот.

— Надо ж, — удивился стражник, — съел и не посомневался.

— Сомневаться — не мой конёк, — он съел ещё одну ложку. — Хотели бы грохнуть, сделали бы это наверху, какой смысл травить? Вкус мерзкий, конечно, но не отрава же.

— И то верно, — старик разлил жидкость из бутылки по кружкам, — меня Матвеем звать.

— И много вас тут таких проживает?

— Две дюжины, — Матвей подвинул кружку карателю, — ты пей, не стесняйся. Без костюма ходишь, скоро как мы станешь, красавчиком! А так хоть чуть-чуть подольше протянешь.

— И что это?

— Самогонка, что ж ещё! Вздрогнем за знакомство!

Все трое как по команде подняли кружки и, с глухим металлическим стуком ударившись бортами, выпили содержимое, скривив физиономии он крепости напитка.

— А сырьё откуда? — Варвар продолжал есть похлёбку и смотреть на собеседников. — На кашу да на самогон.

— Да зерна-то вдоволь, что уж тут. Не первый сорт, почитай. Но мы плесень отмываем, просушиваем и можно использовать. Всё, что по убежищам не успели растащить, мы к себе и перенесли.

— А в убежище почему не пошли? — после услышанного Варвар не перестал есть и отправил очередную ложку похлёбки в рот.

— Тридцать лет тому, когда всё началось, попросту не всех туда пускали. А кто-то из нас, может, и попал бы, да не успел к закрытию. Мы тогда ещё молоды были, нашли это место, обустроились. Поначалу тоже защитой озаботились. Одну комнату даже полностью стены свинцом облепили и там все жили. А потом всё как-то больше плевать стало. Ну а сейчас убежище хоть и открыли, а кому мы там нужны, сынок? Мы уже гниём изнутри, пользы никакой, только лишние рты! Вот, пытаемся город восстановить хоть немного, чтоб будущим поколениям легче было.

— Ясно, — Варвар доел последнюю ложку, выпил остатки самогона и встал из-за стола. — Спасибо! Я пойду.

— Счастливого пути, — проговорил лодочник Егор, — ты уж доберись, куда ты там хотел.

— Буду стараться!

Матвей надел на лицо маску и поднялся вместе с карателем на поверхность и проводил его до ворот. Всю дорогу Варвар высматривал на стене ещё хоть кого-то, но та казалась совершенно пустой. Наконец, уже у самого выхода, он повернулся к стражнику:

— Скажи мне, отец, есть на поверхности ещё хоть кто-то, кому можно доверять?

— Нет, конечно! Окстись! И нам-то доверять не стоило. Странно, что ты такой доверчивый до таких лет дожил вообще.

— Не то, чтобы я был доверчивым. Просто вы не показались мне опасными.

— А вот сейчас обидно было, — судя по глазам, в этот момент старик улыбнулся.

Молча каратель махнул Матвею в прощании и отправился по тропе, отмеченной на плане, как потенциально безопасная. Отойдя шагов на тридцать, он снова обернулся и посмотрел на стену. На этот раз ему удалось заметить несколько теней и смазанных движений. «Минимум ещё трое, — пробормотал он, — неплохо, неплохо».

Некоторое время карателю пришлось передвигаться по огромной открытой площади, оказавшейся перед ним сразу после выхода из крепости. Никогда он не любил таких свободных пространств: нет ощущения защищённости! Но, хвала древним духам, уже совсем скоро Варвар смог нырнуть в одну из улочек, помеченных на выданном ему плане, как безопасные.

Глава 3. Крыса где-то рядом

Перемещение по улицам проходило на удивление гладко. Если в этой части города и обитал кто-то помимо аномалий, то показываться на глаза они не спешили. Окружение полнилось звуками, но ни один из них не принадлежал человеку: порывы ветра, колышущаяся кровля, шелест бледных листьев, далёкий лай диких собак.

Варвар шёл как можно дальше от зданий, стараясь не допустить неожиданного появления Глаза Господня. Для этого он постоянно оборачивался вокруг своей оси. Но и потенциальный снайпер в каком-нибудь окне не давал спокойно прогуливаться по центру улиц. Приходилось стараться передвигаться челночными перебежками от мусорного бака до ствола дерева, от ствола дерева до распределительного щитка, от щитка до доски, увешанной тем, что когда-то было афишами.

Таким хитрым, но, как выяснилось, весьма эффективным способом, каратель преодолел примерно четверть предстоящего ему пути. За это время в отдалении он видел то и дело мерно проплывающие аномалии, и старался держаться от них как можно дальше. Передвигаясь всё это время по переулкам и нешироким улицам, Варвар был слегка растерян, когда вышел на большую площадь, просматриваемую со всех сторон, ужасно давящую своими масштабами свободного пространства.

Заняв относительно безопасную позицию, Варвар вынул из кармана план и сверился с ним: буквально за углом здания, у которого остановился каратель, должен располагаться кинотеатр «Россия», чуть дальше, если взять левее, на другой стороне дороги стояло здание старого дома культуры. Если верить стрелочкам, наскоро расчерченным по листу бумаги, самым безопасным вариантом будет пройти между этим самым домом культуры и земляным валом, а затем, пройдя по территории некогда альма-матер учёных мужей, отмеченного на карте просто как «институт», проулками выйти снова на широкую улицу. Дальше пометки кончались. Видимо, никто из разведчиков, живущих в старой крепости, так далеко не заходил. «Что ж, — проговорил Варвар себе под нос, — двигаем».

Уже почти покинув неуютную площадь, практически скрывшись за здание дома культуры, Варвар инстинктивно напрягся и прислушался: со всех сторон к нему приближался утробный рык и шелест сухой травы под чьими-то лапами. Конечно же, первыми, о ком подумал Варвар, были дикие псы, но лучше бы это на самом деле были они. Стая из десятка существ окружила Варвара и мерно вышагивала, ожидая удачного момента, чтобы напасть. Собаками этих тварей мог назвать бы лишь человек с весьма плохим зрением, к тому же, смотрящий с расстояния метров в двадцать: полностью чёрные, покрытые мелкими острыми иглами вместо шерсти, с костяными пластинами, защищающими плечевые суставы, и мордой… Морда этих тварей действительно чем-то напоминала собачью, если бы собака умерла две недели назад, а затем на облезшую и полугнилую голову натянула бы вместо маски верхнюю часть черепа собаки побольше.

Адские огары. Реликты слияния измерений, появившиеся в мире аккурат после конца света. Тринадцатому ещё ни разу не доводилось встречать их лично, но вот историй о них он наслушался вдоволь. Его учитель, что помогал ему в становлении на должности карателя, однажды вернулся с развед вылазки без ноги. Тогда их отряд смог отбиться и даже добрался до родного убежища. Но их в отряде было трое, один из них оставил на поверхности ногу, второй — кисть руки, а огаров они встретили всего лишь семь.

Два патрона в автомате, отсутствие топора и лишь небольшой кинжал на голени совсем не добавляли Варвару уверенности в том, что он выберется из этой передряги живым. Оглядевшись, он заметил, что вход в дом культуры зазывно приоткрыт, и находится всего в каких-то тридцати шагах. Если предположить, что внутри никого нет, то отбиваться от стаи в узких коридорах будет значительно проще, чем, будучи окружённым на открытой местности. Нужно было лишь прорваться…

Медленно, почти незаметно каратель уронил с плеча автомат и снял его с предохранителя. Огары всё ещё мерно кружили, опустив головы ниже плеч. Никто не делал первый шаг к нападению.

Спусковой крючок был нажат так плавно, как это только позволяла ситуация. Звук выстрела разнёсся громким эхом по всей округе. Стая огаров, испугавшись, отпрянула на пару шагов назад. Один из них замертво упал на землю, зияя чёрной, исходящей густым подобием крови, дырой во лбу. Варвар воспользовался этим секундным замешательством и рванул в сторону двери. Огары довольно быстро пришли в себя и бросились следом, но по какой-то странной случайности не разбитые панорамные окна фойе дома культуры давали надежду на успешность плана.

Каратель ворвался в дверь и попытался закрыть её за собой, но морда одного из хищников уже клацала зубами возле бедра тринадцатого. с неприятным хрустом дверь придавила шею огара, тот коротко заскулил и обмяк. Всего лишь на мгновение Варвар снова приоткрыл дверь, ударом ноги выпнул тело орага на улицу и снова затворил за собой вход. Никакой щеколды или замка. Ничего, что можно было бы использовать в роли засова. Удерживая дверь, каратель оглянулся: в дальнем углу фойе валялась какая-то толстая палка, но до неё нужно было ещё успеть добежать. Чтобы дать себе шанс, тринадцатый вставил за ручку двери автомат. С одним патроном он сейчас всё равно вряд ли будет полезен. Огары всё это время продолжали издавать низкий, пробирающий холодными мурашками, рык. Они не останавливались ни на секунду, словно оценивая ситуацию или просто выжидая. Варвар добежал до увиденной им палки. Это была рукоять от швабры, не очень прочная, но сейчас хватит и её. Нужно лишь выиграть время и добраться до другой стороны здания, откуда можно попытаться сбежать.

В тот момент, когда каратель уже почти вернулся к входной двери, один из огаров отошёл подальше и, кажется, собирался взять разбег. «Да твою мать!» — прорычал Варвар, когда хищник на самом деле разбежавшись прыгнул и разбил своим телом стекло. Не растерявшись, каратель ткнул огара острым концом палки в грудь. Даже в полёте и с инерцией летящего тела ему не хватило сил проткнуть твёрдую шкуру чудовища, но хищник заскулил и был вновь выброшен на улицу. На долго это, конечно же, стаю не задержит: вход в здание теперь для них открыт.

Варвар ринулся бежать, забыв про автомат, вставленный в дверь. На ходу он выхватил кинжал из чехла на голенище и, поднявшись по лестнице, постарался выбрать самое безопасное место: узкий проход, закрытый со спины. Нельзя дать им шанса обойти его с разных сторон!

Когда Варвар оглянулся, на него бросился всего один огар. Хищник вцепился острыми и тонкими зубами, которых, кажется, в исходящей жаром пасти было не менее сотни, прямо в левое предплечье. Адская боль пронзила всю руку, отголосками пульсируя даже в висках. Тварь сжимала челюсти всё сильнее. Варвар упал на задницу, потеряв равновесие и почти потерял сознание от болевого шока, но ещё мгновение и, когда ему казалось, что кость в его руке вот-вот превратится в порошок, он взял себя в руки и всадил лезвие ножа прямо в глазницу огара. Монстр даже не успел издать звука, как обмяк, не разжимая челюстей.

Кажется, именно это называется мёртвой хваткой. Варвар с трудом смог освободить свою руку, продолжая прислушиваться. Почему остальная стая не преследует его? Есть ли в этом здании ещё хоть кто-то?

Звуки с первого этажа довольно быстро дали ответ. Низкое размеренное гудение эхом разнеслось по коридорам дома культуры. Затем треск электроразряда, короткое скуление монстра и снова лишь тихое гудение.

Каратель отполз в самый угол коридора. Над его головой имелось небольшое окошко, через которое был шанс выбраться на улицу. Всего лишь пара проблем мешала этому плану: крепкий стеклопакет глухого, не открываемого окна, практически недееспособная рука и второй этаж, упав с которого можно было легко остаться лежать под стенами здания.

Гудение становилось всё ближе. Варвар оставил попытки придумать, как выбраться, и решил просто задержать дыхание. Глаз Господень реагирует на движение. Нужно было лишь замереть.

Аномалия пролетела над лестничным пролётом и удалилась в одном из коридоров, срезая углы, пролетая сквозь стены. В таких ситуациях нельзя было спешить. Каратель продолжал дышать медленно и через раз даже после того, как гудение полностью прекратилось. Казалось, будто аномалия прошла сквозь стену и покинула здание, но рисковать было нельзя.

Просидел так Варвар, наверное, ещё около двух-трёх минут, когда всё же решился пошевелиться. Машинально оперевшись на левую руку, он издал сдавленный стон. «Где-то здесь точно должна быть аптечка», — подумал каратель. Уж слишком не разграбленным казалось это место.

Найти бинты ему, действительно, удалось. Если в первых двух кабинетах, что проверил каратель, не было ничего, кроме бесконечного количества документов, газет, грамот и прочей макулатуры, то в третьем ему повезло: кажется, когда-то тут располагался медкабинет. Это, конечно же, не больница, но пару склянок с медицинским спиртом, упаковка пусть старого, но, как гласила изрядно выцветшая упаковка, стерильного бинта и баночка с обезболивающими, внушили надежду на лучшее.