Инспектор по особо опасным чешуйчатым
- -
- 100%
- +
Она сжала бумагу так, что та едва не загорелась от жара, который вдруг вспыхнул у неё внутри.
— Кто мог её оставить?
— Охрана ничего не видела, — ответил Ренард. — Но она появилась между восемью и девятью утра.
Эльза взглянула на него, и вдруг заметила — на его манжете, чуть выше запястья, была небольшая тёмная капля. Краска или чернила. Или кровь. Она не успела разглядеть, потому что Ренард быстро одёрнул рукав, словно пряча что-то.
— Дюваль, — сказала она, стараясь говорить ровно, — проводите мисс Корн в архив. Я хочу, чтобы она показала мне тот самый проход в Запретную библиотеку.
— Будет сделано, — кивнул он, но Эльза заметила, как на его лице промелькнула тень тревоги, почти неуловимая.
Она вышла в коридор и столкнулась с Кроу. Он стоял у стены, прислонившись плечом к мраморной панели, и лениво перебирал трость. Увидев её, он усмехнулся — холодно, с насмешкой.
— Вейн. Ты получила послание?
— Откуда ты знаешь?
— Я видел, как твой стажёр снимал его с двери. — Кроу сделал шаг к ней, и его голос стал тише, почти интимным. — Интересно, кто бы мог оставить такое, а, инспектор? Может, кто-то из твоих друзей?
— У меня нет друзей, — отрезала она, встретив его взгляд.
— Тогда врагов. У тебя много врагов, Вейн. Ты слишком умна для того, чтобы быть простым инспектором. И ты слишком скрытна.
Он наклонился к ней, почти касаясь плеча, и прошептал:
— Я знаю про чешую, Вейн. Я видел, как ты поправляла перчатку вчера. Ты что-то скрываешь.
Она встретила его взгляд, не отводя глаз, чувствуя, как внутри поднимается ярость, горячая, как лава.
— Если ты видел, то должен знать, что чешуя — это просто старый шрам, оставшийся от магического ожога. У меня много таких.
— Конечно, — он улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз. — Так все говорят. Только вот у драконов чешуя не похожа на шрамы.
Он развернулся и ушёл, оставляя за собой запах табака и холода. Эльза стояла, сжимая кулаки, и чувствовала, как огонь внутри разгорается всё сильнее, обжигая грудь изнутри.
Запретная библиотека встретила их запахом плесени и древней магии. Проход, который показала Лира, вёл в подземные тоннели, выложенные серым камнем, с которого капала вода. Эльза шла с магическим фонарём в руке, и тени плясали на стенах, как живые, извиваясь в такт её дыханию. Воздух становился всё тяжелее, и чем глубже она спускалась, тем сильнее горела чешуя на руке — словно откликаясь на древнюю силу, дремавшую в этих стенах.
— Здесь, — Лира остановилась у массивной каменной двери, покрытой рунами, которые светились тусклым голубым светом. — Аргус открывал её ключом. У меня нет ключа.
Эльза подошла ближе и провела рукой по рунам. Они засветились ярче, нагреваясь под её пальцами.
— Вейн! — раздался голос Ренарда, который спускался следом. — Не надо! Вы не знаете, что там.
Но было поздно.
Руны вспыхнули ослепительным светом, и дверь начала открываться с протяжным скрежетом, будто камень стонал, просыпаясь после долгого сна. Изнутри пахнуло ветром — холодным, сухим, словно кто-то очень старый выдохнул в лицо.
Эльза шагнула внутрь.
Это было огромное помещение, уходящее вверх на десятки локтей. Стеллажи из чёрного дерева упирались в потолок, теряясь в сумраке. Книги, свитки, карты — всё покрыто толстым слоем пыли, но на некоторых предметах виднелись свежие следы рук. Кто-то был здесь недавно.
— Аргус бывал здесь, — сказала Лира, указывая на стопку книг на полу, рядом с которой стоял опрокинутый стул. — Он искал записи о детях дракона.
Эльза взяла верхний свиток, развернула его, и сердце её замерло. На пожелтевшем пергаменте были изображены драконы — огромные, крылатые, извергающие пламя. В центре, на цепи, стояла женщина с чешуёй на руках, и под ней было написано: «Тёмный Дракон — наследник, который не знает о своей силе, пока не придёт время.»
Она вздрогнула, и свиток выпал из рук, скатившись по каменному полу.
— Вы знаете, кто это? — спросила Лира, поднимая свиток и глядя на неё с тревогой.
— Нет, — солгала Эльза, хотя внутри всё кричало, что она знает. Что это — она. Или то, кем она может стать.
Она спрятала свиток в карман плаща и резко повернулась к выходу:
— Нам нужно уходить. Это место небезопасно.
Но в коридоре их ждал Кроу. Он стоял у входа, прислонившись к стене, и поигрывал тростью, глядя на них с ленивым интересом.
— Ах, вот вы где, — сказал он, усмехаясь. — Я знал, что ты найдёшь этот проход, Вейн. Интересно, что ты там взяла?
— Ничего, что касается тебя, Кроу, — отрезала она.
— Всё, что касается драконов, касается всех нас. — Он перевёл взгляд на её руку, скрытую перчаткой. — Аргус убит драконьим пламенем. Ты имеешь доступ к этому месту. И у тебя на руках чешуя. Совпадение?
— Совпадение — это то, что ты всегда оказываешься там, где не должен быть, — парировала она, чувствуя, как ярость поднимается в груди. — Может, это ты убил Аргуса? Ты тоже знал о проходе. Ты тоже искал записи.
Кроу усмехнулся, но в его глазах мелькнула искра злости.
— Ты не имеешь права обвинять меня.
— А ты — меня.
Они стояли друг напротив друга, и воздух между ними искрился от напряжения, как перед грозой.
Ренард шагнул между ними, разводя руки:
— Господа, мы ищем убийцу, а не сражаемся между собой. Может, стоит проверить записи Аргуса в его кабинете? Я знаю, где он хранил личные документы.
Эльза перевела дыхание, заставляя себя успокоиться.
— Хорошо. Дюваль, покажи.
Кроу проводил их взглядом, но не последовал за ними. В темноте коридора его тень казалась длиннее, чем должна быть, и Эльза на мгновение задержалась, глядя на неё.
В кабинете Аргуса Ренард открыл ящик стола, покопался в бумагах и достал сложенный лист пергамента — плотного, дорогого, с гербом ООИ.
— Вот, — сказал он, протягивая его Эльзе. — Неотправленное письмо. Адресовано лорду Корвину.
Она распечатала его и прочитала вслух, чувствуя, как каждое слово впивается в сердце иглой:
«Лорд, я нашёл доказательства. Он жив. Тёмный Дракон среди нас. Я знаю, кто это. Я видел чешую у инспектора Вейн. Она не знает о своей природе, но я могу помочь ей пробудиться. Или уничтожить. Что прикажете?»
Рука Эльзы дрогнула, и письмо чуть не выпало.
— Он знал, — прошептала она, глядя на неровные строки. — Аргус знал. И собирался доложить Корвину.
— Значит, Корвин знал о вас? — спросил Ренард, и в голосе его послышалась тревога.
— Знал. — Она сжала письмо в кулак, чувствуя, как ярость смешивается со страхом, образуя горький коктейль. — И не сказал мне.
Зеркало связи на поясе зажужжало, и голос Корвина прозвучал холодно и требовательно:
— Вейн, я требую отчёта. Что ты узнала?
Она взяла зеркало и ответила, стараясь, чтобы голос звучал ровно:
— Убийца — кто-то из ООИ. Аргус собирался передать вам важную информацию. Кто-то не дал ему этого сделать.
— Ты знаешь кто?
— Я знаю, что кто-то из наших — предатель. И я найду его. Даже если это будете вы.
Тишина в ответ — долгая, тягучая. Затем:
— Ты идёшь по тонкому льду, Вейн. Я не шутил про три дня.
— Я тоже не шучу, Корвин.
Она отключила связь и почувствовала, как руки дрожат. Ренард смотрел на неё с тревогой, и в его зелёных глазах было что-то, что она не могла прочитать — сочувствие или расчёт.
К вечеру Эльза вернулась в свой кабинет и закрыла дверь. Чешуя теперь покрывала почти всё плечо, переливаясь золотом даже через ткань плаща. Она сняла перчатки и долго смотрела на руки, на эти золотые пластины, которые росли, впитываясь в кожу, пульсируя в такт её сердцу.
Зеркало на столе зажужжало — не её, а какое-то другое, чужое. На экране возник знакомый искажённый голос, как из-под воды:
— Ты нашла письмо, Вейн. Ты узнала, что Корвин знает о тебе. Теперь ты ближе к истине, но ты не знаешь главного.
— Что же? — прошептала она, чувствуя, как голос срывается.
— Корвин — не просто глава ООИ. Он — тот, кто убил твою мать. Ты ещё не знаешь, но ты — последний Тёмный Дракон. И он охотится за тобой с самого твоего рождения.
Она замерла. Слова упали в тишину, как камни в колодец.
— Как ты это узнал?
— Потому что я был там. — Голос смягчился, почти стал человеческим — тёплым, печальным. — Я помню ту ночь. Я помню, как он предал её. И я помню, как он стёр тебе память.
— Кто ты? — выдохнула она, чувствуя, как чешуя на руке накаляется, словно готовая вспыхнуть.
— Я — тот, кто должен был тебя защищать. Но я не смог. Прости меня.
Зеркало погасло, оставляя её в темноте, наедине с золотом, которое ползло по её телу, и с прошлым, которое она не могла вспомнить.
Эльза сидела, сжимая край стола, и чувствовала, как по щеке скатывается слеза — горячая, как расплавленное золото.
Она не знала, кто такой Тень. Но одно она знала наверняка: он был там, в ту ночь. И он видел, как умирала её мать. И теперь он был рядом.
ГЛАВА 4. МАТЬ
Кабинет Эльзы. Ночь.
23:47.
Она не могла дышать.
Слова Тени врезались в память, как раскалённое клеймо, оставляя на душе чёрные, обугленные рубцы: «Корвин убил твою мать.» Эльза сидела в темноте, сжимая край стола, чувствуя, как чешуя пульсирует под одеждой — живая, горячая, словно второе сердце, которое билось в такт её собственному.
Она подняла руку и медленно стянула перчатку. Золото теперь покрывало всё предплечье, переливаясь в тусклом свете магической лампы, как драгоценный металл, вплавленный в кожу. Чешуя была тёплой, почти горячей на ощупь, и под ней, глубоко внутри, клокотала сила — дикая, древняя, не знающая границ. Она чувствовала, как эта сила ждёт, дышит, прислушивается к каждому её движению.
Она не помнила свою мать. Вообще. Десять лет назад её нашли без памяти в храме, и всё, что она знала о себе, начиналось с того дня. Но теперь голос Тени пробил брешь в этом неведении, и оттуда хлынуло что-то тёмное, пугающее и одновременно родное.
— Если это правда, — прошептала она в пустоту, и голос её был хриплым, как у человека, который долго молчал, — то Корвин не просто мой начальник. Он — убийца.
Она встала, и стул скрипнул по полу, нарушая тишину. Подошла к стене, где висела старая карта Эрадора — пожелтевшая, с выцветшими чернилами, на которой были отмечены древние пути и святилища. Она провела пальцем по линии, ведущей к храму в Азгоре — месту, где её нашли. Если её мать была королевой драконов, а Корвин убил её, значит, он знал, кто она. Он знал всё это время. И он следил за ней, ждал, когда она пробудится, чтобы использовать её силу.
Зеркало связи на столе зажужжало, и она вздрогнула, но это был не голос Тени — вызов от Ренарда.
— Инспектор, простите, что беспокою так поздно, — его голос звучал взволнованно, почти сбивчиво. — Я нашёл кое-что. В документах Аргуса есть упоминания о вашей матери.
Она подалась вперёд, чувствуя, как сердце забилось быстрее:
— Что? Где ты это нашёл?
— В его личном тайнике. Я заметил, что под половицей в его кабинете есть пустота. Там был дневник, исписанный его рукой. Он упоминает женщину по имени Аврора. И говорит, что она была королевой драконов. И что Корвин убил её. У него есть доказательства.
Эльза замерла. Аврора. Имя, которое она никогда не слышала, но в котором было что-то знакомое, почти родное. Оно отозвалось в груди тёплой, тягучей болью.
— Где этот дневник?
— У меня. Я могу принести его вам.
— Нет. — Она покачала головой, хотя он не мог её видеть. — Встретимся в архиве. Через пятнадцать минут.
Она отключила связь, надела перчатку и вышла в коридор, чувствуя, как чешуя на руке пульсирует в такт её шагам.
Архивный корпус, уровень минус третий. 00:15.
Эльза спустилась на лифте и заметила, что дверь в архив приоткрыта — щель шириной в ладонь, из которой сочился тусклый свет. Она насторожилась, вытащила кинжал из голенища сапога — холодный, знакомый вес металла в руке — и бесшумно вошла.
Внутри горел только один магический фонарь, отбрасывая длинные, изломанные тени на стеллажи, которые высились в полумраке, как молчаливые стражи. Где-то в глубине послышался шорох — сухой, осторожный, словно кто-то крался между полками.
— Кто здесь? — спросила она, сжимая кинжал.
Из-за стеллажа вышел Кроу. Он держал в руках старую книгу в потёртом кожаном переплёте и выглядел раздражённым, как человек, которого застали за делом, которое он не хотел афишировать.
— Вейн. — Он усмехнулся, но улыбка была натянутой. — Как я и думал, ты не можешь спать спокойно после того, как узнала, что Корвин связан с драконами.
— Откуда ты знаешь про Корвина? — спросила она, не опуская кинжал.
— Я знаю больше, чем ты думаешь. — Кроу положил книгу на ближайший стол, и пыль взметнулась в воздух, танцуя в луче света. — Я тоже ищу правду. Аргус был моим другом. Он рассказывал мне о своих находках. И он говорил, что Корвин — не просто глава. Он — часть Ордена Очистителей.
— Орден Очистителей? — Эльза нахмурилась. — Они же легенда, страшилка для новобранцев.
— Нет. Они реальны. — Кроу шагнул ближе, и его голос стал тише, почти заговорщицким. — И они хотят уничтожить всех драконов, чтобы установить свою власть над магией. Корвин — один из их лидеров. И он знает, что ты — дракон.
— Ты говоришь мне это как друг или как враг?
Кроу посмотрел на неё, и в его глазах мелькнула неожиданная искренность, почти тёплая:
— Я говорю тебе это, потому что не хочу, чтобы ты умерла. Ты не виновата в том, кто ты есть. Но ты должна знать правду, чтобы защитить себя.
Эльза хотела ответить, но в этот момент дверь архива снова открылась, и вошёл Ренард. Он держал в руках старую кожаную книгу, перевязанную потёртой бечёвкой, и выглядел запыхавшимся, словно бежал всю дорогу.
— Инспектор, я принёс дневник. — Он остановился, увидев Кроу, и на его лице мелькнула тень удивления. — Инспектор Кроу? Вы тоже здесь?
— Я уже ухожу, — ответил Кроу, бросив на Эльзу многозначительный взгляд. — Но запомни, Вейн: не доверяй никому. Даже тем, кто кажется безобидным.
Он вышел, оставляя за собой запах табака и холодного металла. Эльза проводила его взглядом, затем повернулась к Ренарду.
— Дай сюда.
Он протянул дневник, и она взяла его, чувствуя, как под пальцами пульсирует древняя бумага, пропитанная временем. Открыла на последней странице, где стояла дата — за две недели до того, как она потеряла память.
«Сегодня я узнал правду о рождении Тёмного Дракона. Аврора, королева драконов, родила дочь от человека. Ребёнок унаследовал силу, но не знает об этом. Корвин приказал убить Аврору, чтобы заполучить её силу. Девочка была спрятана в храме. Я должен найти её, прежде чем Корвин это сделает.»
Эльза перечитала эти строки трижды, и с каждой строчкой земля уходила у неё из-под ног.
— Моя мать, — прошептала она, сжимая дневник так, что костяшки пальцев побелели. — Её звали Аврора. И Корвин убил её.
Ренард шагнул ближе, и его голос стал мягче, почти участливым:
— Есть ещё записи. Аргус пишет, что вы — не просто дракон. Вы — последний Тёмный Дракон. Тот, кто может уничтожить Орден Очистителей или стать их оружием. Корвин хотел использовать вас.
— Но почему он не убил меня тогда?
— Потому что ваша сила была заблокирована. Он стёр вам память и встроил блокировку, чтобы вы не пробудились. Но теперь блокировка ослабевает. Чешуя — это признак пробуждения.
Она посмотрела на свою руку, скрытую под перчаткой, и почувствовала, как чешуя пульсирует в такт её сердцу.
— Если я пробужусь, что произойдёт?
— Я не знаю, — честно ответил Ренард. — Но Корвин боится этого. Поэтому он дал вам три дня. Если вы не найдёте убийцу, он сам вас убьёт или заставит пробудиться, чтобы использовать вашу силу против Ордена.
Эльза сжала дневник, чувствуя, как внутри поднимается ярость — горячая, слепая.
— Как ты всё это узнал?
— Я читал дневник, когда ждал вас. — Ренард встретил её взгляд, и в его зелёных глазах была серьёзность, почти суровая. — Я хочу помочь вам. Потому что я тоже ненавижу Корвина. Он убил моего отца.
— Твоего отца? — она удивилась. — Он тоже был охотником?
— Да. Но он не охотился на драконов, чтобы убивать их. Он хотел защитить их. Он узнал о планах Корвина и пытался остановить его. За это Корвин убил его. — Голос Ренарда дрогнул, и на мгновение в его глазах мелькнула тень боли. — Я хочу отомстить.
Эльза смотрела на него, и впервые за долгое время она почувствовала, что ей есть с кем разделить свою ношу. Что кто-то понимает эту боль — острую, незаживающую.
— Хорошо, — сказала она. — Мы будем работать вместе. Но если я узнаю, что ты меня обманываешь, Дюваль, я сожгу тебя дотла.
— Если я вас обману, — ответил он, и в его глазах мелькнула усмешка, — я сам сожгу себя.
Она не знала, почему поверила ему. Но что-то в его словах звучало искренне — слишком искренне, чтобы быть ложью.
На следующее утро Эльза вошла в кабинет Корвина без стука. Он сидел за столом, перебирая бумаги, и, увидев её, поднял бровь.
— Вейн. Ты выглядишь так, будто не спала всю ночь.
— Я знаю, что ты убил мою мать.
Корвин медленно поднял на неё взгляд. Лицо его осталось бесстрастным, как маска, но в глазах мелькнула тень — едва заметная, почти неуловимая.
— Где ты это взяла?
— Аргус вёл записи. — Она положила дневник на стол, и он глухо стукнул по полированному дереву. — Ты знал, что он ищет правду. Поэтому ты его убил. Ты хотел остановить его, чтобы он не разоблачил тебя.
— Я не убивал Аргуса. — Корвин даже не взглянул на дневник. — У меня есть более эффективные способы справляться с теми, кто мне мешает.
— А кто убил? Твой Орден Очистителей?
Корвин помолчал, затем улыбнулся — холодно, почти презрительно:
— Ты знаешь, что такое сила, Вейн? Это способность делать то, что другие не могут. Я не убивал твою мать, но я не сожалею о её смерти. Она была угрозой. Как и ты.
— Если я угроза, почему ты не убил меня десять лет назад?
— Потому что ты была нужна мне живой. — Он встал, обошёл стол и остановился напротив неё. — Сила Тёмного Дракона может быть полезна. Но теперь, когда ты знаешь правду, ты стала опасной. Если ты не докажешь свою невиновность, я убью тебя. И это будет легко, поверь мне.
Эльза сжала кулаки, чувствуя, как чешуя под перчатками накаляется, почти обжигая кожу.
— Ты не сможешь меня убить. Потому что если я действительно Тёмный Дракон, я сожгу тебя и весь твой Орден до того, как ты поднимешь руку.
— Попробуй, — сказал он, и в его глазах сверкнул холодный огонь. — Это будет интересно.
Она развернулась и вышла, оставляя дверь открытой, чтобы воздух в коридоре выдул из лёгких запах его парфюма — резкий, как уксус.
В своём кабинете она рухнула в кресло, прижимая дневник к груди. Зеркало связи зажужжало, и голос Тени — искажённый, но теперь почти узнаваемый — прозвучал в тишине:
— Ты была смела, Вейн. Но теперь ты открыто бросила ему вызов. Он не оставит тебя в покое.
— Ты знаешь, кто я. — Она сжала зеркало так, что трещина побежала по стеклу. — Скажи мне, где я могу найти доказательства против Корвина.
— В Запретной библиотеке есть свиток, в котором описано, как он убил твою мать. Но этот свиток защищён древней магией. Только кровь Тёмного Дракона может открыть его.
— Моя кровь?
— Да. Иди туда ночью. Одна. И не доверяй никому. Даже своему стажёру.
— Он здесь, — прошептала она. — Рядом.
Зеркало погасло. Эльза встала и начала готовиться к ночной вылазке.
Но перед уходом она заглянула в кабинет Ренарда — просто чтобы убедиться, что он не следит за ней. Дверь была приоткрыта, и в щель она увидела на его столе знакомый предмет — ключ от Запретной библиотеки. Медный, с рунами, которые слабо светились в полумраке.
Её сердце пропустило удар.
«Не доверяй никому. Даже своему стажёру.»
Она тихо закрыла дверь и пошла к лифту. Чешуя горела на руке, пульсируя в такт её шагам. Она не знала, кто такой Тень. Но она начинала подозревать, что он гораздо ближе, чем она думала.
И этот ключ на столе Ренарда был не просто уликой — он был предупреждением.
ГЛАВА 5. СВИТОК КРОВИ
Штаб ООИ. 2:47 ночи.
Эльза кралась по тёмным коридорам архивного корпуса, стараясь ступать бесшумно. Каждый шаг отдавался в груди глухим, тягучим стуком, и чешуя на руке горела, пульсируя в такт сердцу, словно живой компас, указывающий путь. Она знала, что Корвин выставил охрану у входа в Запретную библиотеку — после её прошлого визита он явно усилил меры, — но у неё был план. Старый вентиляционный проход, который она заметила в первый день работы, когда изучала план здания, пытаясь найти способ сбежать от этой работы.
Она свернула за угол и остановилась. В конце коридора, у двери с массивным замком, стоял охранник — крупный мужчина в синем мундире, с магическим жезлом на поясе. Обычный страж, не слишком внимательный, но опасный, если его заметить. Эльза выждала, пока он отвернулся, чтобы проверить другой коридор, и бесшумно скользнула в узкий лаз, прикрытый ржавой доской.
Вентиляция была тесной и пыльной — воздух пах сыростью и старым железом. Она проползла несколько метров, сгибаясь почти вдвое, и наконец спрыгнула вниз, оказавшись в огромном помещении, где пахло древней магией и плесенью.
Запретная библиотека встретила её тишиной. Она была огромной — стеллажи из чёрного дерева уходили ввысь, теряясь в темноте, и только некоторые книги светились слабым голубоватым светом, как ночные светлячки. Другие были окованы цепями, словно их охраняли от самого времени. В центре зала стоял каменный пьедестал, на котором лежал свёрнутый свиток, перевязанный золотой нитью, которая мерцала в полумраке.
— Вот ты где, — прошептала она, и голос её эхом разнёсся по пустому залу.
Она подошла ближе, и чешуя на руке вспыхнула ярким золотом, отбрасывая тёплый свет на каменные плиты пола. Свиток откликнулся — он засветился в ответ, словно узнавая её, приветствуя древним языком, который она не могла слышать, но чувствовала кожей.
Эльза протянула руку, но на полшага от пьедестала воздух преградил невидимый барьер. Он был тёплым, почти живым, как прикосновение чужой кожи. Она провела по нему пальцами, и барьер замерцал, вспыхнув алыми искрами.
«Кровь Тёмного Дракона», — вспомнила она слова Тени. — «Только она может открыть его.»
Она сняла перчатку, обнажая руку, покрытую золотыми чешуйками, и провела пальцем по острому краю кинжала. Капля крови упала на барьер, и он зашипел, испуская тонкие струйки пара. Барьер исчез, оставляя только лёгкое марево, похожее на туман.
Эльза взяла свиток, развернула его, и сердце её замерло.
Текст был написан древним языком — теми же рунами, которые она видела на дверях и стенах библиотеки, — но она поняла его. Словно этот язык был вшит в её кровь, в её память, в саму её суть.
«Я, Аврора, королева драконов, обращаюсь к своей дочери. Если ты читаешь это, значит, я мертва. Корвин предал меня. Он хотел использовать твою силу, чтобы стать бессмертным, но я спрятала тебя в храме, чтобы ты была в безопасности. Знай, что ты — не одна. У тебя есть сестра. Она была отдана на воспитание в ООИ, чтобы скрыть её происхождение. Её имя — Лира. Она живёт в тени, как и ты. Найдите друг друга, и ваша сила объединится. Только вместе вы сможете победить Корвина и остановить Орден Очистителей.»
Эльза замерла, прижимая свиток к груди. Лира. Рыжая помощница, которая показывала ей проход. Та, что нервно теребила манжету во время допроса, та, что смотрела на неё с тревогой и испугом. Она — её сестра.