Ненавижу таких, как ты

– Ну, привет! – произносит таким сладким голосом, что у меня мурашки по спине бегут. Опускает взгляд на мои руки и с удивлением таращится на мой телефон.

– Откуда это у такой бедной студентки такой крутой телефон? – спрашивает, подозрительно сощурив глаза.

– Это подарок, – отвечаю спокойно, стараясь ничем не выдать своего волнения.

– Сердобольная подружка подогнала? – произносит с иронией.

Вот урод.

– Это не твое дело! Зачем ты пришел сюда, еще и дверь закрыл?

– Соскучился, – говорит со смешком и движется на меня.

Я пячусь от него и все сильнее вжимаюсь попой в парту. Он подходит вплотную, наклоняется вперед и упирается руками в стол, запирая меня тем самым в ловушку.

Черт, что ж так близко-то… Главное, долго в глаза не смотреть, они у него невероятные. Ника, соберись! Где твоя фирменная сдержанность. Не смотри-и-и!!!

– А ты разве нет? – шепчет мне на ухо своим красивым голосом.

– Нет, – отвечаю как можно спокойнее и пожимаю плечами, призываю на помощь всю свою выдержку.

– Сейчас проверим, – выдыхает мне в лицо.

Я ничего не могу с собой поделать, будто нахожусь под гипнозом. Поднимаю голову и смотрю ему в глаза. Смотрю и не могу оторваться. Тону в этом кристально чистом голубом омуте. Он так же смотрит на меня.

Затем резко хватает меня за талию и сажает прямо на парту, не отрывая взгляда. У меня перехватывает дыхание и я приоткрываю рот, чтобы вздохнуть поглубже. Его взгляд сразу стекает на мои губы и их начинает покалывать от предвкушения. Сердце бьется, как ошалелое, воздуха не хватает.

Кирилл запускает руку мне в волосы, накрывает ладонью затылок, сжимает пряди и осторожно тянет вниз, чтобы я подняла голову выше. Боже, он так смотрит на меня в этот момент, просто обжигает своим горящим взглядом. Во рту мгновенно становится сухо и я невольно облизываю свои губы.

Кирилл в ответ на это невинное действие сильнее стискивает мою талию, еще крепче прижимает к себе и накрывает мои губы своими. Все это он делает так быстро, что я ничего не успеваю понять и уж тем более предпринять. А то, что происходит дальше, напрочь, стирает все мои попытки сопротивляться ему.

Опять эти чертовы мурашки по всему телу. Внутри то ли жар, то ли озноб, не пойму. Его язык врывается в мой рот и начинает нагло хозяйничать там. Меня обдает жаркой волной, которая прокатывается по всему телу и стекает вниз живота, где сейчас зарождается и пульсирует горячий комок желания.

Его руки скользят по моим ногам, и я даже через джинсы чувствую, как по жилам струится ток. Ладони поднимаются выше, а большой палец ласкает внутреннюю часть бедра. А еще я, к своему жгучему стыду, отчетливо ощущаю, как намокает мое тонкое кружевное белью.

Это быстро приводит меня в чувство. Вот это фейерверк, твою мать. Если бы я сейчас не сидела на этой парте, то рухнула бы сразу на землю, потому что мои ноги дрожат, и не только ноги. Стоять я бы сейчас точно не смогла.

Кирилл, наконец-то, отстраняется от меня, но руки не убирает. Смотрит абсолютно мутными глазами, будто сам не может поверить во все это. Он чувствует то же самое, я уверена в этом.

Медленно прихожу в себя, отталкиваю его, спрыгиваю с парты и бегом несусь к дверям. Открываю замок и вылетаю из аудитории. Мне нужно время наедине с собой, чтобы переварить то, что здесь произошло. Потому что так не должно быть. Пожалуйста, только не это. Не хочу терять голову из-за него. Я ненавижу таких, как он.

Выскакиваю из-за поворота и шокировано замираю. Игорь целует Юльку, а она дубасит по его плечам своими маленькими ладошками. Да они что, сговорились все сегодня что ли. Игорь, наконец-то, выпускает мою подругу из объятий, а она со всего размаха бьет ему пощечину. Затем что-то выкрикивает, мне не слышно что, я слишком далеко стою, и уносится в другую сторону.

Догоняю Юльку уже перед самой аудиторией и мы вместе с ней проходим на последний ряд. Это надо обсудить. Смотрю на подругу, ее щеки все еще пылают, то ли от возмущения, то ли от возбуждения.

– Что это было? – спрашиваю первая.

– Да ну его, придурок, – отвечает, махнув рукой, – он что думает, что после вчерашнего я его приму с распростертыми объятиями. Ага, щаз. А у тебя что? Ты где, кстати, была?

– А у меня случилось то же самое, – выдыхаю устало, – Кирилл набросился на меня с поцелуями в пустой аудитории, я сбежала, как только в себя пришла.

– Ну, ничего себе, новости, – с удивлением впивается в меня взглядом, – и что думаешь?

– Не знаю. У меня к тебе пока только один вопрос. Расскажи, что ты чувствовала, когда Игорь тебя целовал. Подробно, пожалуйста.

– Ну, целоваться он умеет. Это бесспорно. Приятно, конечно. А почему ты спрашиваешь? – смотрит с подозрением на меня, – Ника?

– Я в шоке, если честно. Мне просто башню снесло, понимаешь? А я не хочу ничего такого! Только не с ним! – выпаливаю в панике, вцепившись в Юлькину руку.

– Вот дела. Ника, ты успокойся давай. Мы теперь везде будем ходить вместе, я тебя одну не оставлю. Мы просто шанса ему не оставим зажать тебя где-то в углу.

Завидую такому оптимизму, потому что мне как-то не по себе. Внутри до сих пор все дрожит, голова не соображает и остается только усиленно делать вид, что я слушаю лекцию.

Юлькин любимый Володя сегодня особенно не в духе, постоянно зыркает в ее сторону, задает коварные вопросы по новому материалу и чаще всего спрашивает либо меня, либо ее.

Вот тебе и душка. Сначала не могу понять, чем мы вызвали такую немилость, а потом на меня находит озарение. Скорее всего, он видел, как Юлька целовалась с Игорем. Ну, вот только этого сейчас нам не хватало.

После занятий мы выходим из универа, спешим поскорее оказаться в своей машине, чтобы больше ни на кого не нарваться, потому что на сегодня с меня хватит потрясений.

Выходим на парковку и застываем возле Юлькиной машины с открытыми ртами. На капоте машины лежит огромная охапка бордовых роз. Моя подруга быстро сканирует вокруг взглядом, чтобы понять кто так расстарался. Так и не найдя ответа, запихивает охапку цветов на заднее сидение и с абсолютно спокойным лицом садится за руль.

– Какие будут догадки? – спрашиваю ее улыбаясь.

– Думаю, это Игорь. Прощение за покатушки хочет выпросить цветочками. Вот ведь наивный парень, – смеется подруга, выруливая со стоянки.

– А если это Володька?

– Нет. Точно не он. Заметила, какой злой сегодня? Видел наверно нас с Игорем. Ревнивый мой, ммм обожаю, – мечтательно тянет и продолжает хихикать, – да и светиться он бы не стал перед студентами. Могут ведь увидеть и доложить в деканат.

– Ты уверена, что оно того стоит? Здесь слишком много всего против вас. Он же твой препод, Юль.

– Да, знаю я. Но он правда мне очень нравится. Но тревогу бить пока рано, может, он ко мне равнодушен.

– Ага, именно поэтому извергал на нас всю свою злость на лекции, – ехидно отвечаю.

Юлька завозит меня домой, и я бегу готовится к репетиции. Времени мало до выступления, расслабляться некогда.

Глава 7

Последние дни мы с ребятами пашем как проклятые, ставим танцы, отрабатываем все движения до автоматизма, потому что перед толпой людей выступать очень сложно, особенно нашим новичкам. В универ мы с Юлькой приезжаем ровно к началу занятий и сразу после пар уезжаем. Иногда бывает, что я даже домой не успеваю, перехватываю еду в ближайшем кафе и бегом на репетицию.

Мы познакомились с директором и хозяином клуба, рядом с которым снимаем зал, вроде нормальные молодые мужчины. Похотливых взглядов в мою сторону и в сторону других девчонок замечено не было, поэтому я немного успокоилась. Хотя мужской интерес у них в глазах при разговоре со мной все-таки промелькнул, но никто не стал навязываться. Наверное, побоялись спугнуть раньше времени.

Мажоров мы больше не видели, непонятно кто кого избегает, то ли мы их, то ли они нас. Скорее всего, они в универе вообще не появляются. Может, работают, может, развлекаются так весело, что им вообще не до учебы. Отсутствие Гордеева в моей жизни, к сожалению, абсолютно не помогает мне расслабиться и не думать о нем.

Даже ночью, измученная репетициями, я лежу в кровати и пялюсь в потолок, сна нет ни в одном глазу. Прокручиваю в голове события последних дней и понимаю, что ситуация выходит из-под контроля. Кирилл Гордеев с каждым днём начинает занимать все больше места в моем сердце.

Он всегда мне нравился, я отлично помню тот день, когда впервые увидела его. В голове сразу что-то щелкнуло, сердце пропустило удар и я замерла на месте без движения. Забыла о том, где нахожусь, не замечая снующих в коридоре студентов и громких разговоров.

Нет, нет и ещё раз нет. Только не это. Все эти признаки мне слишком хорошо были знакомы, потому что точно так же в моей жизни появился Сергей. Красивый, веселый, всегда с очаровательной улыбкой на губах, пленящий девушек с первого взгляда. И я сразу попалась, как мотылек в паутину. А он очаровал, опутал меня красивыми словами и обещаниями, заманил в свои сети, а потом забрал с собой в свою жизнь. Я была будто под гипнозом, в сладком сне, от которого не могла пробудиться. Меня предупреждали подруги, даже Макс, его друг, неоднократно пытался остановить мое безумие, но все было напрасно. Они все знали, что красавчики и бабники априори не могут быть идеальными парнями. А я верила. Все время верила ему и поплатилась. Я все увидела своими глазами и оказывается это так больно, когда бьются розовые очки, сквозь которые ты смотришь на этот неидеальный мир.

И сейчас меня снова затягивает в этот водоворот чувств, из которого потом не будет возможности выбраться, до тех пор, пока кто-то не разобьёт идеальную картинку. Что нужно сделать, чтобы перестать это чувствовать? Что? Он красивый, ещё красивее, чем Сергей. А его глаза… В них даже смотреть страшно, потому что есть большая вероятность, что уже не выплывешь из этого кристально чистого синего океана. Он тоже бабник, ещё больше чем мой бывший. По слухам он переспал с большей частью девушек нашего университета, возможно, не только нашего, а с другой частью, я так полагаю, его друг. Он очень богатый и не просто богатый, а еще и сноб, каждый раз подчёркивающий свое превосходство над другими людьми. Наглый, избалованный, испорченный. Все то, что я так ненавижу в людях. Я ненавижу таких, как он.

Тогда какого черта я лежу тут и не могу перестать думать о нем? Сколько раз ещё я должна вляпаться в таких красавчиков, чтобы понять, что они не для меня. Мне нужно срочно переключиться. А это возможно только, когда я танцую. Значит, мне нужно еще больше танцевать. Все свое свободное время заполнить репетициями.

Подумав об этом и приняв решение, я чувствую, что тело понемногу начинает расслабляться и я погружаюсь в сон.

Кирилл

После того, как я закрылся с Никой в аудитории университета и поцеловал ее, в голове моей творился настоящий хаос. Изначально план был совсем не такой. Ведь это я должен был очаровать ее и запудрить мозги. Я!!! А не она мне.

Все изменилось в тот момент, когда я посмотрел в ее глаза. Они черные, как ночь, также завораживают, а еще сияют, как звезды. Никогда раньше я не обращал внимания на волосы у девушки, но здесь просто не мог отказать себе и не зарыться в них руками. Такие мягкие, длинные, красивые и темные.

Она вся такая девочка-ночь. А после того, как поцеловал, башню снесло окончательно. Почему она на меня так действует? Я еще никогда не чувствовал такого желания обладать, все время прикасаться, целовать. Тянет к ней, как наркомана в поисках дозы. Это ненормально и мне совсем не нужно. Я не хочу становиться ни от кого зависимым. Мне не нужны отношения, тем более долгие отношения. Я просто хочу жить и наслаждаться своей молодостью.

Мне повезло, что отец как раз в этот момент отправил меня в командировку. Сначала хотел ехать вместе со мной, но я уговорил его, что лучше возьму с собой Игоря, а он займется делами в нашем городе. Мы давно дружим семьями, работаем практически с первого курса, думаю, проблем возникнуть не должно.

Мне нужен перерыв, перезагрузка, смена обстановки. Игоря тоже стоит утащить от этой ненормальной девчонки, подружки Ники, а то и он поплыл уже. Вот ведь две ведьмы, как они это делают? Мы вообще раньше никогда не поддавались и ни на ком не зацикливались.

К тому же, после заключения сделки всегда проходят вечеринки, там полно выпивки и девушек на любой вкус. И ни одна не откажется скоротать ночь в моей постели. Вот так я думал, когда приехал сюда работать и даже продолжал так думать, когда после сделки мы все вместе зависали в баре и на меня вешались сразу две блондинки, а потом за соседним столом улыбалась шатенка.

Нет, бесят. Даже крепкий алкоголь не помогает мне не обращать внимания на цвет волос, цвет глаз и запах. Вот и приплыли! Оттянулся по полной называется. Выцепил в толпе брюнетку, облегченно выдохнул и направился к ней.

У нее даже глаза оказались темно карие, но запах духов меня раздражал так, что опрокинув в себя еще бокал виски, я отправился спать в свой номер один. По пути заметил, что Игорь в обнимку с какой-то блондинкой, заворачивает к себе.

Ну, хоть кому-то сегодня удалось расслабиться и обнулиться. Хотя здесь все условно, потому что его блондинка с длинными локонами уж очень напоминала мне ту, которую он, уезжая на несколько дней, оставил в покое в родном городе.

Ника

Уже завтра наше выступление такого необычного формата. Сегодня суббота, занятий в универе нет, но мне нужно под каким-то предлогом слинять из дома на репетицию. Мама в последнее время стала очень подозрительной и постоянно спрашивает, где я пропадаю все дни и половину ночи.

Приходится врать, ничего не поделаешь. Говорю, что мы с Юлькой разгребаем долги по учебе. Здесь вру только отчасти, потому что долгов очень много, но разгребать их абсолютно некогда.

Спускаюсь на первый этаж, за столом мама и папа о чем-то тихо переговариваются.

– Доброе утро, Вероника, – как всегда, полным именем приветствует мама, – как спалось? Ты последние дни все время куда-то бежишь, нам с тобой даже посидеть поговорить некогда.

– Все хорошо, мам. Просто столько всего навалилось, – успокаиваю ее и тут же вспоминаю про реферат по психологии.

– Пап, слушай, у меня там проблема с рефератом по психологии образовалась, – начинаю заискивающе, – наши с Юлькой работы пропали куда-то прямо с кафедры, а препод нам не верит. У тебя случайно нет на нее выхода?

– А вы точно их сдавали, Ника, эти свои рефераты? – спрашивает папа, выныривая из своих бумаг. Даже завтракает вместе с документами, вот работяга.

– Пап, ну конечно, точно. Ты же знаешь, я врать не буду. Просто их украли, и мы даже знаем кто, но это нашу проблему уже не решит.

– Я постараюсь что-нибудь сделать, Ника. Все, спасибо за завтрак, я убегаю, – это уже говорит маме.

Конечно, так просить вмешаться папу не совсем честно и правильно. Но, во-первых, мне сейчас некогда самой этим заниматься, а во-вторых, там такая принципиальная тетка, что самой мне здесь все равно не справиться.

– Вероника, – окликает меня мама, – я, надеюсь, ты помнишь, что завтра мы приглашены на ужин к моей подруге. Я предупреждала тебя заранее еще две недели назад.

Застываю в растерянности и в шоке смотрю на маму. Она уже считывает мою реакцию и начинает хмуриться.

– Маааам, – начинаю ныть, – может без меня, а? Я не могу завтра, ну вот совсем не могу.

– Ничего не знаю. Я предупреждала тебя заранее и отказа не приму. Мы с Анной не виделись очень давно, она часто уезжает по делам, всегда занята своей работой, так что переносить и откладывать из-за тебя я ничего не буду. Завтра к четырем часам вечера, чтобы была готова. Пока доедем, как раз к пяти успеем. Разговор закончен.

Встает и уходит. Что же мне теперь, черт возьми, делать? И почему это моя мама так настаивает, чтобы я присутствовала на этом дебильном ужине. Выступление начинается в шесть, у меня будет всего час свободного времени, вместе с дорогой, это совсем мало. А если учесть, что мой образ для ужина в гостях и для танцев кардинально отличается, то вообще дело плохо.

Быстро позавтракав, убегаю к себе в комнату и звоню Максу.

– Ника, – друг тяжело вздыхает, выслушав мою проблему, – я ничем не могу помочь, как раз только собирался тебе звонить. У нас ЧП. Маринка вчера сломала ногу и теперь все ее выступления придется взять тебе. Единственное, что я могу сделать, это поставить все твои танцы ближе к середине и к концу программы. И, пожалуйста, береги себя. Если еще кто-то выйдет из строя, выступать будет просто некому.

– Твою ж мать, – ругаюсь сквозь зубы, – Как она умудрилась-то? Сальто что ли крутила с крыши?

– Не знаю, молчит она, как на допросе. Ей потом еще реабилитацию долго проходить. Для танцев она восстановится нескоро.

– Ладно, я буду думать, как мне свалить с этого ужина дурацкого. А ты подредактируй программу выступлений. И еще, Макс, мне нужно, чтобы кто-то из наших забрал меня завтра из гостей на байке, иначе я не успею добраться.

– Твою безопасность, Ника, я могу доверить только самому себе, так что буду редактировать расписание так, чтобы самому тебя забрать.

– Ладно, договорились, пока, – прощаюсь с Максом и тут же набираю свою лучшую подругу.

Быстренько пересказываю всю свою ситуацию Юльке, потому что знаю, что только она со своей любовью к моде и неуемной фантазией сможет мне помочь. И я оказываюсь права, потому что я еще договорить не успеваю, а она уже перебивает меня восторженным воплем.

– Я знаю, что нужно делать. Давай быстренько подбирай одежду на выступление и дуй ко мне.

Долго рыться в шкафах мне не нужно, потому что я давно уже все выбрала. Хватаю шмотки и несусь к своей машине. Сегодня придется самой сесть за руль, потому что времени в обрез. На всякий случай нацепляю на нос очки, в целях конспирации, конечно, хотя день сегодня и на самом деле солнечный.

Глава 8

Ника

Подъезжаем с мамой к высоким воротам чужого дома и я наблюдаю из машины, как медленно они открываются. День сегодня, надо сказать, еще тот. Вообще удивительно, что я бодра и весела, и вполне себе устойчиво держусь на ногах, потому что вчерашний день напоминал мне сумасшедшую карусель.

Сначала мы с Юлькой и моими шмотками ездили к ее знакомой швее, у которой, по словам подруги, золотые руки, а потом весь оставшийся вечер обсуждали прическу и макияж. И теперь я, вся такая сногсшибательная, выхожу из машины и одергиваю свои идиотские воланы на юбке. Да, работы проделано немало. Девизом вчерашнего дня было «пришить надежно, но не очень крепко». И вот сейчас я выгляжу так, будто все свои лучшие годы провела в закрытой школе при монастыре.

На мне платье черного цвета, с большим воротником, который был пришит на лиф моего платья, чтобы скрыть вырез, так как черная шифоновая ткань на груди и на рукавах немного просвечивала. Низ платья представляет собой юбку с широкими воланами. Волосы собраны шпильками в низкий пучок.

Туфли на сплошной подошве, чтобы подчеркнуть скромность моего образа. Вот с макияжем, к сожалению, вариантов было не так много, он был вечерним и ярким. Глаза были подведены и дополнительно подчеркнуты темно-серыми тенями.

Хорошо хоть губы я накрасила бледно-розовым блеском, поэтому в целом выглядела не вульгарно. У мамы, когда она меня увидела, брови от изумления поползли вверх, но, к счастью, комментировать мой странный прикид она не стала, видимо, считала большим достижением уже, то, что я не слилась с этого ужина и иду с ней.

Мы проходим по дорожке к дому, двери нам навстречу открываются, и нас встречает очень привлекательная женщина по возрасту, думаю, мамина ровесница.

– О, мои дорогие, как же я рада наконец-то вас видеть, – произносит приятным голосом и обнимает сначала мою маму, потом меня, – Ника, как ты выросла, деточка, ни за что бы не узнала. Мой сыночек тоже уже такой взрослый. Как же быстро летит время, – причитает она и продолжает меня рассматривать.

Я раздвигаю губы в милой приветливой улыбке до тех пор, пока до меня не доходит смысл ее слов про сыночка и я, наконец-то, понимаю, зачем меня мама притащила на этот идиотский ужин. Познакомить решила, значит, с очередным хорошим мальчиком или еще хлеще сосватать нас друг другу.

Хозяйка дома ведет нас в гостиную и убегает на кухню проведать готовность ужина. Я в бешенстве разворачиваюсь к матери и начинаю шипеть сквозь зубы.

– Мама, как ты могла притащить меня сюда? Сколько еще это будет продолжаться? Я не хочу знакомиться с хорошими мальчиками и сыновьями твоих подруг. Не хочу с ними ужинать, дружить и вообще ничего с ними не хочу.

– Вероника, пожалуйста, не кричи так. Нас могут услышать. Уверяю тебя, ничего такого у меня даже в мыслях не было.

Ага, как же! Так я и поверила. Эти кристально честные глаза очень даже могут врать, как оказалось.

Волны моего бешенства уже вовсю распространяются по комнате, но это видимо была их малая часть. То, что я чувствую дальше, развернувшись к лестнице со второго этажа, рискует снести крышу у этого элитного особняка.

А вижу я там Кирилла Гордеева в стильном деловом костюме и светлой рубашке, невозмутимо спускающегося по ступенькам и приближающегося к нам. Твою мать, ну разве так бывает?

Он скользит незаинтересованным взглядом по комнате, до тех пор, пока не натыкается на меня. Застывает в полном изумлении. Наш общий с ним ступор длится несколько секунд, пока в гостиную не возвращается хозяйка этого дома и не начинает нас представлять друг другу.

Вижу, что Гордеев постепенно приходит в себя и начинает уж слишком пристально пялиться на мои ноги. Я даже чувствую, как их постоянно покалывает, хотя длина юбки очень даже скромная. Его физиономия разъезжается в ироничной усмешке и я закатываю глаза. Ну, как я могла так попасть! Ведь уверена, что договориться о чем-то с этим придурком будет практически невозможно.