Тестер. Грань невозможного

Глава 5. Те, кто против нас

Обсуждение прибора неясного назначения:

xxx: Не надо разбирать. Вдруг оно работает. Разобрать мы всегда успеем.

Я не узнавал Самюэля Барта, милейшего ректора, чуткого собеседника, знающего и всегда корректного. Навстречу группе в ярко-синих с золотой каймой плащах вышел мрачный, неприветливый субъект. Куда только пропали скупые старческие осторожные движения? Самюэль шел навстречу этим людям лисьим, скользящим шагом, широко разведя руки, и с его ладоней в разные стороны вылетали яркие, разноцветные бабочки.

Я двинулся за ним, но барон придержал меня за локоть.

–Погоди, пока ни во что не вмешиваемся, – прошептал он, но по его левой руке уже пробежали голубые искорки, после которых, насколько я помнил, следовало разворачивание магического щита.

Та’ отступила за наши спины, надевая перчатки серебряного цвета и поворачивая обруч на своей голове камнем вперед. Она сжала кулаки, и на костяшках ее маленьких пальчиков выдвинулись небольшие шипы, источающие зловонный, гнилостный запах.

Нуру с глухим лязгом привела крошечные арбалеты, закрепленные на наручах, в боевое состояние и спрятала свои роскошные светлые волосы, закрыв их шлемом, украшенным чеканкой, позолотой и драгоценными камнями. На вид шлем был парадным и вычурным, но легкое свечение, возникшее вокруг него, говорило о сильной магической составляющей этого элемента брони.

–Ректор Самюэль Барт! – произнес одних из плащеносцев, останавливаясь в нескольких шагах от ректора. Высокий, худой, с излишне нервным и подвижным лицом, которое рассекал след давнего шрама. Его светлые, будто выцветшие глаза горели торжеством и ненавистью.

Арамель Барт, человек, полукровка, уровень 199, «Трибунал Шести».

Отношение к вам: ненависть.

Отношение к вам фракции «Трибунал Шести»: преступивший.

Мое новое «Око» давало значительно больше информации, но, как и старое, не расшифровывало многие понятия. Что еще за «Трибунал Шести»? Имелось в виду шесть богов Альконы или что-то другое? И второе имя этого персонажа – он тоже Барт, как и ректор. Это совпадение или нет? Вот такие вопросы пронеслись у меня в голове.

–У тебя нет прав здесь! – голос Самюэля Барта звучал мощно и гулко, разносясь по всему открытому пространству и забираясь в самые отдалённые закоулки запутанного пространства Академии.

Но Арамель был, похоже, не совсем согласен со своим оппонентом. Меч, появившийся в его руке, описал восьмерку и замер, направленный в грудь Самюэля. Неловкое равновесие нарушил топот множества ног, к этому месту спешили люди, и, видимо, ректор не зря отправил столько разноцветных бабочек, выходя навстречу незваным гостям.

Я не разбирался в порядках и внутренней структуре Академии, потому не мог по внешнему виду определить, кто спешит нам на помощь, но их было много. Все прибывавшие студенты, а, возможно, и преподаватели Академии взяли пришельцев в полукольцо, при этом одетые в ярко-синие плащи люди держали свое оружие наготове, чего нельзя было сказать об Имперских гвардейцах, в какой-то момент они перегруппировались и, спрятав мечи, отступили назад.

–Пока не пролилась кровь, я требую… – начал говорить Арамель, но его прервали. Между ректором и ним вышел невысокий, округлый во всех местах человек, без оружия и какой-либо брони. Я бы даже сказал, что он не вышел, а выкатился.

Круглый Вон, человек????, уровень 1 ???

Мой всесильный артефакт, похоже, спасовал и не смог ничего определить. Он даже не был уверен, человек ли перед ним, а высвеченное им имя больше походило на прозвище.

–Погоди, милейший, я думаю, мы вполне можем разойтись и не убивая друг друга, тем более, – он обвел своей короткой полной ручкой собравшуюся толпу со стороны ректора, -у ваших противников явное преимущество в количестве, и, я думаю, в силе тоже!

–Ну уж нет, есть в этом мире кое-что посильней этой вашей нечестивой магии! Мы закрываем Академию! – произнес Арамель Барт, доставая какой-то внушительного вида пергамент, украшенный ленточками и золотыми печатями.

–А подпись Императора на этой бумажке есть? – брезгливо осведомился ректор, рассматривая указ, но даже не пытаясь взять его в руки. – ибо напоминаю всем присутствующим: император Альконы Энрон Л’Та IV войдет в свои полные права всего через тридцать дней, и указы, изданные сейчас его именем, но не подтвержденные им при принятии титула, автоматически теряют свою силу!

–Он подпишет! Неужели ты думаешь, что этот мальчишка рискнет поссориться с нами? – Арамель говорил выспренно, с надрывом и, безусловно, верил в свои слова.

Я коснулся руки барона и тихо спросил:

–Что здесь вообще происходит, ты понимаешь?

–Да, Самюэль успел рассказать. Этот тип с именем Барт происходит из его семьи, и между ними идет давняя война, но дело не только в этом. «Трибунал Шести» пытается запретить использование магической силы для всех в Империи, кроме служителей богов, а несогласных они готовы просто уничтожить. Похоже, к ним перебежали остатки старой аристократии, которую, если ты помнишь, изрядно проредил отданный тобой Жнец. Осталось тридцать дней, и они пытаются лишить силы всех сторонников Императора.

–Ты не можешь закрыть Академию. У тебя нет для этого ни сил, ни средств. Даже Имперские Гвардейцы, которых ты привел с собой, спрятали оружие в ножны. Убеждать таких фанатиков в чем-либо – бесполезно, поэтому говорю просто: пошел вон! – толстячок был явно непрост, раз позволял себе вот так вклиниться в этот конфликт.

–Я владею вашей нечестивой магической силой, но я несу свет и огонь Шестерых! – практически заорал Арамель Барт, и меч в его руке сам вдруг начал наполняться светом.

–Это плохо! – Альтер рванул вперед, прикрывая щитом ректора. Он, похоже, успел в самый последний момент. Меч в руке Аламеля сверкнул, переставая быть простым оружием, и поток белого света ударил в то место, где секунду назад стоял Самюэль.

Щит, выставленный бароном, до этого момента никогда не подводивший, принял в себя лезвие и взорвался призрачными осколками, а сам Альтер и защищаемый им ректор были отброшены назад, на пару десятков шагов.

Мне, как игроку, ничего не грозило, и, бросив короткий приказ Та’ и Нуру, чтобы они прикрыли упавших, я шагнул вперед, разворачивая пергамент, данный мне богом Тиром.

Но первым к Аламелю успел подскочить все же не я, а Круглый Вон. Напомню, что на нем не было никаких доспехов, простые штаны из домотканой материи и такая же куртка. В руке же Вон держал меленький ножик с кривой деревянной рукояткой «Таким даже хлеб нарезать сложно, а он с ним в бой лезет», – мелькнула у меня мысль.

Аламель Барт отшатнулся от ножа Вона, как от чумной заразы, упав назад. Свечение вокруг него погасло, или мне так показалось.

Все эти действия привели в движение толпу – как и сторонников ректора, так и людей в синих плащах, но до прямого боевого столкновения пока не дошло. Хотя несколько замысловатых огненных шаров уже взмыли в воздух и застыли там, ожидая команды вызвавших их магов.

Я оказался совсем рядом с Воном. Нож в его руке был самый обыкновенный. Не знаю, чего так испугался Аламель. Он медленно встал на ноги и подошел ближе.

–Эта реликвия должна храниться в Храме Шести, ей не место в руках смертного, -произнес он, с ужасом глядя нож.

–Так возьми! –Круглый Вон с жизнерадостным видом протянул его Аламелю, от чего тот побледнел и сделал пол шага назад.

Я видел нити, клубившиеся над Аламелем, но не четко. Я не мог различить их цвет, а их сплетениям не доставало ясности. Привычным уже жестом я зачерпнул щепотку «Пыльцы Хаоса» и сделал глубокий вдох.

Статусы: Отмеченный Хаосом (Активно, 17 уровень).

Я почувствовал в своей правой руке чуть шероховатую рукоять астрального кинжала, а над головой члена «Трибунала Шести» увидел толстую темно-красную нить, уходящую вверх.

Такая же нить была в свое время у графа Альма Акуапахти Де Харадрен, которую я порвал собственными руками. Но эта нить была значительно толще, насыщенней и явно являлась результатом переплетений множества более тонких.

–Почему ты не хочешь взять этот нож? – спросил я у Аламеля, стараясь подобраться к нему поближе. – Чего ты так испугался?

–Действительно? – поддержал мою игру Вон, разжимая ладонь и протягивая ее вперед. «Око» не показывало мне свойство этого предмета, и для того чтобы узнать их, я просто взял артефакт в руку.

Нож (уникальный предмет) из небесного железа, выкованный из обломков меча, которым Создатель отрубил руку богу Тиу. Урон – неизвестен.

Я держал нож двумя пальцами и не понимал, чего же так боится наш оппонент, но его замешательство позволило мне совершить, то, что я задумал. Я рубанул своим астральным кинжалом по нити над головой Аламеля.

Гром не грянул, а молния с небес не покарала меня. Аламель рухнул на четвереньки и из его глотки исторгся темный клуб дыма.

–Скверна! –теперь уже улыбчивый и толстенький Вон сделал пару шагов назад, избегая касаться уходящего в землю дыма. Он уже не улыбался.

Падение Аламеля послужило той соломинкой, что ломает любое хрупкое равновесие. Драка началась. Если бы не Вон, меня, растерявшегося и стоявшего столбом, отправили бы на перерождение первыми же ударами атаковавшие сторонники Аламеля. Но толстячок ловким движением сбил меня с ног, увернулся от клинков и снял со своего пояса простую веревку, поддерживавшую его штаны. Но, похоже, нижняя часть его одеяния и так неплохо держалась. А вот веревка в умелых руках Вона со свистом резала атакующую его сталь.

До того, как все кончилось, я даже не успел подняться, слишком уже велика была концентрация магов всех мастей на один метр площади. Люди в синих плащах, успев сделать пару ударов, упали мёртвыми под градом ударов, а Имперские Гвардейцы слаженно отбежали в сторону, не желая участвовать в этой драке.

Аламель еще был жив, когда я подошел к нему. Он лежал на спине, беззвучно шевеля губами, и плотный дым уже не выходил из его горла. Я наклонился ниже, чтобы прислушаться к его бормотанию, когда его рука обхватила мой затылок, притягивая к себе:

–Ты зря пошел против нас, тестер сID18885002554! Сидел бы в Белом Замке да книжки читал, что же ты везде лезешь, как вошь? А? – я почувствовал, как в мой бок ударил нож, потом еще и еще, но доспех Светлого Ура не поддавался.

Бить противника астральным кинжалом было нельзя, этот предмет вовсе не оружие, а, скорее, инструмент для тонкой работы, а вот нож, взятый мной с ладони Вона – это другое дело. Не желая проверять, есть ли под ярко-синим плащом кольчуга, я полоснул Аламеля по горлу. Его хватка ослабла, он захрипел, а глаза его остекленели.

Вы получили уровень, текущий уровень 56.

Вы получили уровень, текущий уровень 57.

Вы получили уровень, текущий уровень 58.

– Вставай, Фэрон! Все уже кончилось! – услышал я знакомый голос ректора. Я поднялся и повернулся к нему. Вроде все на месте, и никто не пострадал, не хватало только Та’. Я скользнул взглядом по толпе, но ее хрупкой фигурки нигде не было видно.

–Я здесь – произнесло пустое место, и на нем проявилась Та’, снимая обруч теней. – Если, конечно, ты меня высматриваешь!

–Тебя! – я притянул девушку к себе и погладил по волосам.

–Я пойду подогрею вина, – как ни в чем не бывало произнес ректор, направляясь в сторону своего домика.

–А я разберусь с гвардией, – ответил Альтер, и они вдвоем с Нуру пошли к солдатам, все еще стоявшим в некотором отдалении.

–Подогретое вино, это просто замечательно, пойдемте! – Вон улыбнулся простецкой улыбкой и подтолкнул нас в нужном направлении.

Вино было замечательным. Я сделал глоток и вспомнил об астральном кинжале – его следовало вернуть в прежнее состояние, ведь мой пояс был пуст. Я развернул пергамент и с облегчением увидел, что рисунок, руны и схемы появились на прежнем месте.

–Забирай! – я протянул Вону его ножик, послуживший сегодня орудием убийства.

–Не-е-е-т! – забавно протянул он, выставляя в жесте отрицания свои пухлые ладошки. – Я и так достаточно долго таскал эту вещицу при себе. Раз нож не сожрал тебя, то и носи его сам!

–Кто ты, Вон? – спросил я, глядя на улыбающегося толстяка.

–Я бывший маг, бывший убийца, бывший монах, бывший… – отвертелся от прямого ответа Вон, помешивая длинной ложечкой вино и выуживая из него крупные кусочки специй.

–Он бывший спаситель, – поставил точку в этом вопросе Самюэль, пристально посмотрев на меня, как бы намекая, что дальше выспрашивать просто неприлично.

–С гвардией вопрос решен, – произнес Альтер, усаживаясь рядом со мной. -А Нуру посетит дворец и обрисует всю картину Императору. Ей легче всего попасть к нему на аудиенцию, в отличие от всех нас.

–Я, наверное, должен прокомментировать произошедшее, – пробурчал Самюэль Барт, опять кутаясь в свой плед и превращаясь в доброго старичка ректора.

–Ты ничего нам не должен, – произнес я, – но если хочешь, мы были бы тебе благодарны.

–После исхода старших эльфов, восемьсот лет назад… – начал он, но был прерван Альтером, который закашлялся, подавившись вином.

–Я, похоже, буду слышать эту фразу постоянно, – пробормотал барон, промокая губы салфеткой.

–Будешь, я в этом уверен, – усмехнулся ректор, – но продолжим. Многое тогда случилось, но в том числе и появился «Трибунал Шести». Не уверен, что это образование представляет действительно всю Великую Шестёрку небожителей, да знают ли они про нее на самом деле, но он был создан. Их основная цель – очистить империю от всех магических последствий исхода. Цель благая, своевременная, но затем она трансформировалась в неприятие магии как таковой. Их приход в Академию не первый и не последний. Как и их визиты в Башни Коросса, где обучают некромантии. А сейчас дошло до того, что Трибунал требует запретить магию как таковую.

–Их слушают? – спросил я, уже понимая, что речь идет об определенной группе в рядах жрецов.

–К сожалению. И еще, их поддерживают старые аристократические семьи Империи. Они так запутались в своих интригах, играх, борьбе за влияние, что уже потеряли ориентиры, что нашей Империи можно, а что смертельно опасно.

–У нас будут проблемы? – спросил Альтер и тут же уточнил: – Я имею в виду их противодействия в дальнейшем?

–Конечно. Вы все выбрали сторону. Эти фанатики ни перед чем не остановятся.

–А что со «скверной»? – спросил я. Я слышал этот термин уже три раза, первый раз его упомянул Процион, дед Альтера, второй раз я получил прямое задание на ее устранение от бога Тиу, и вот сегодня таинственный и странный Вон именно этим словом охарактеризовал истечение клубов дыма из Аламеля.

Ректор бросил быстрый взгляд на Вона, что, впрочем, не укрылось и от меня.

–Я смогу объяснить, но, может, мой старый друг сделает это лучше, – и ректор посмотрел на Вона. Тот отставил свой кубок, улыбка покинула его лицо, и глаза заледенели.

–Это самое жуткое, что может случиться со всеми нами. Пораженный скверной перестает принадлежать себе. Я не знаю, как он себя ощущает, но, по-видимому, большую часть своей свободы воли, если не всю, он отдает на откуп третьим силам. И сегодня я впервые видел, как человека излечили от этого недуга. Ты сам-то понимаешь, что сделал, Фэрон, или твой призрачный нож руководил тобой?

–Понимаю. Мой астральный кинжал – это всего лишь инструмент, данный мне богом Тиу.

–Тиу? Самолично? – ректор разве что не выпрыгнул из своего кресла.

–Ну, так получилось. И, кстати, он также говорил мне про это явление. А ты сам, Вон, можешь однозначно определить, заражен ли человек или нет?

–Только путем длительных наблюдений. А ты?

–Я, похоже, это вижу, и причем довольно четко, –признался я. – Впрочем, и Альтер, наверное, тоже.

–Я не понимаю, о чем ты, Фэрон, – пожал плечами барон.

–Я напомню. Дворец графа в наш первый визит, и нить над его головой. Ты сам попросил порвать ее! – я отлично помнил, как меня шарахнуло о стену после этого эксперимента.

–Да, но причем здесь скверна?

–У Аламеля была та же нить, толще, чуть другого цвета, но структуру я помню.

–Нарисовать сможешь? – тут же спросил меня ректор.

–Наверное, дайте бумагу, я попробую, – ответил я. Пока я рисовал, все молчали, ожидая окончания работы, и, наконец, я протянул Самюэлю исчерканный лист.

–Так, так. Посмотрим. Основные конуры и переплетения незнакомы, но вот здесь и здесь… – ректор отчеркнул два места в моем рисунке. – Посмотрите сами, Альтер, знакомый вид?

–М-да. Основа классическая. В любом заклинании контроля есть этот элемент, без него никуда. Хорошо бы проверить, но кто из нас владеет ментальным разделом?

–Я пас, – тут же отказался ректор, а меня сразу же зацепило слово «ментальный».

–Танго владеет, но ей нужна беззащитная цель, – предложил я.

–Цель! – ректор задумчиво обвел нас взглядом, задержался на Воне, но тот лишь развел руками, дескать, и пробовать не стоит. – Сейчас будет вам пара целей!

Он выпустил своих бабочек из руки. Пара студентов прибежала довольно быстро. И одного из них, вернее, одну, я знал.

Аналис Христа, человек, полукровка, уровень 22, староста факультета общей магии, НПС.

Отношение к вам: восхищение.

Рисса Де Валь, человек, полукровка, уровень 21, факультет общей магии, НПС

Отношение к вам: восхищение.

Похоже, такое отношение я заслужил, убив Аламеля.

–Деточки, – начал ректор, молитвенно сложив руки, – нам нужна ваша помощь в важном деле, но для этого требуется ваше согласие!

–Все что угодно, господин Барт! – за двоих ответила Аналис. Самюэль кивнул, и Та’, приблизившись к девчушкам, внимательно на них посмотрела. Аналис ей подошла, а вот Рисс Де Валь была безоговорочно отвергнута.

–У нее такой блок стоит, что я лоб себе расшибу! Ее проще убить, чем подчинить! –сказала Та’.

–Фэрон, ты готов? Если да, то можем начинать! – произнес ректор.

–Э-э-э! Секунду! – я достал «Пыльцу Хаоса» и вдохнул ее в себя. Привязанность к данной субстанции уже начала меня напрягать, но пока замены ей не было.

Статусы: Отмеченный Хаосом (Активно, 18 уровень).

Я смотрел, как работает Та’ на уроне плетений, и восхищался. Ее природные умения отличались тонкостью и филигранностью как самого процесса, так и результата. Но при всем моем восхищении я не забывал зарисовывать видимые мне тонкие линии, возникающие вокруг нее и ее жертвы.

Аналис побледнела и застыла восковым изваянием. Ее глаза были открыты, но, похоже, она ничего не видела.

–Готово! – наконец произнесла Та’.

–И у меня готово, – ответил я, протягивая ректору листок с моими зарисовками.

–Все сходится! – довольно крякнул он, проводя мозолистым кривым пальцем по пергаменту и отчеркивая ногтем знакомые ему элементы. – Плетение «скверны» основано на ментальном подчинении, но вот продолжение совсем не такое. У Та’ получился замкнутый на нее двойной контур, а здесь… Я даже не знаю, что висело на Аламеле.

Пока Аналис еще была в трансе, я навел на нее «Око» и снял картину плетений. Уж не знаю, что в итоге получилось, но с этим пускай Екатерина МакГью разбирается и ее люди.

–Нам нужен кандидат с явными признаками скверны! На нем и проверим, – предложил я.

–Как ты его найдешь? По запаху? – поддел меня Вон.

–Нет, если доверять моему источнику, то это любой старший жрец одного из богов либо его помощник. Кроме Ми, старшей жрицы богини Эйр.

–Хорошие у тебя источники! –пошутил Вон и вопросительно показал глазами наверх. Я кивнул.

–Все, Танго, отпускай ее, – попросил ректор, вполне удовлетворенный полученным результатом.

Та’ сделала какое-то движение кистями рук, но тут же отступила назад с расстроенным лицом:

–Я не могу, у меня не получается… – проговорила она извиняющимся голосом.

–Что значит не можешь?! – ректор подскочил к своей ученице, долго всматривался в нее, но в конце концов тоже развёл руками: – Я не понимаю, как это произошло, но она теперь не привязана к Танго, управление идет из какого-то внешнего источника.

Я потянулся к сумке, уже понимая, что без моего астрального оружия не обойтись, как глаза Аналис затопила тьма.

–Вы поплатитесь за то, что сделали! – прошипела она. Ее и без того бледное лицо побелело еще сильнее, рот искривился, а пальцы рук скрючились и задергались в судорожных, конвульсивных движениях.

Ее голос был похож на шелест листьев на промозглой осенней аллее, на шуршание лапок тысячи жуков, взбирающихся по жестяной крыше, она выгнулась дугой и, еле-еле переставляя одеревеневшие, ноги пошла на нас.

Все, кроме меня, подались назад, настолько ужасная картина предстала перед нами. Но меня она не впечатлила. Образ несчастной Аналис был настолько собирательным, настолько похожим на все ужастики, что я пересмотрел за свою жизнь, что я просто рассмеялся.

–Ты переигрываешь, оставь эту девочку в покое, – предложил я той сущности, которая захватила контроль над телом Аналис.

Аналис застыла, рябь волной пробежала по ней, превращая ее в солдата стужи.

–Отойди в сторону с нашего пути, ибо идет лавина, которая сметет всех! – грубым, почти мужским голосом, с подвываниями произнесла эту фразу ученица ректора.

–Да-да! Останется только один! – в тон ей я воспроизвел слоган из старого фильма и рубанул астральным кинжалом по нитям над ее головой.

Как кинжал появился у меня в руке и как затем исчез обратно на бумагу, я не понял, но в результате моих действий Аналис упала на землю, и из ее рта вырвались клубы коричневого дыма.

Ректор бросился к ней, на бегу активируя лечебные плетения. Аналис открыла глаза, уже совершенно обычные, и прошептала:

–Что со мной? Мне трудно было дышать…

–Сейчас, сейчас, все поправим, – ректор провел рукой над ее головой, как бы вливая в нее невидимый поток. Впрочем, для меня ничего невидимого в его действиях не было. Пока сохранялось действие «Плесени Хаоса» и пока моя метка была активна, я мог заметить мельчайшие подробности творимых плетений.

–Самюэль, мне надо отлучиться, вы уверены, что с ней все будет хорошо? – спросил я ректора.

–Да, конечно, идите, я сам справлюсь, но в городе вам сейчас будет небезопасно появляеться, «Трибунал Шести» будет мстить… Лучше бы вам пока остаться в Академии.

–У меня, я думаю, найдется простой способ перемещения по столице инкогнито, а вот остальным действительно стоит побыть здесь, – как бы отвечая на мои слова, барон задумчиво посмотрел мне в глаза, но затем, видимо, приняв какое-то решение, кивнул.

–Я пойду с тобой, меня-то уж точно никто не заметит! – возразила Та’.

–Твоя незаметность – результат магического воздействия. Это все равно что ходить с табличкой над головой, на которой написано: «Я здесь, поймайте меня». Нет. Я справлюсь сам. Альтер, давай договоримся так: ждете меня максимум до завтрашнего вечера и в любом случае, независимо от моего появления, отправляйтесь в сторону территории, на которой был лагерь Светлого Ура. Я вас догоню.

Я вышел из Академии и огляделся. Ректор, конечно, был прав, после сегодняшних событий разгуливать спокойно по столице мне было нельзя, и пора было использовать мои знакомства с теневой стороной жизни столицы.

Напротив входа, рядом с хлебной лавкой, у стены на корточках сидели два оборванных мальца. Вот к ним-то я направился. Заметив мое внимание к их персонам, они насторожились и, по-видимому, даже приготовились сбежать при первых же признаках опасности.

–Парни, дело есть, – произнеся я, приближаясь к ним и доставая из кошелька пару серебряных монет.

–Надо че? – спросил тот, что был постарше, угрюмо глядя на меня исподлобья.