Туманная радуга. Том 1

Время на подготовку подошло к концу, и Владимир Олегович вызвал к доске первую группу с Аленой в составе. При выполнении норматива та запуталась в своих волосах, из-за чего никак не могла совместить очки противогаза с глазами. Поняв, что не уложилась в двенадцать секунд, она со злостью сорвала противогаз с лица.

Зинаида шепнула на ухо Веронике, что не лишним бы было завязать волосы в хвост, чтобы подобно Алене не попасть впросак в самый ответственный момент. То же самое она с неохотой сказала и длинноволосой Юле Бурденко, после чего вся группа направилась к доске.

Оказавшись лицом к классу, Вероника вдруг осознала, что ее беспокойство и неловкость сразу куда-то ушли. Наверное, на руку сыграл опыт игры в театре, который навсегда отучил ее бояться сцены. Учитель дал команду, и их группа слаженно справилась с заданием, уложившись всего в десять секунд. Первым, к досаде Зинаиды, все равно оказался Тимур, но она отстала от него буквально на мгновение. Пока Владимир Олегович нахваливал их за отличную работу, каждый начал снимать свой противогаз. Делать это тоже следовало по определенному алгоритму. Вероника потянулась к клапанной коробке противогаза, но ее остановил Тимур.

– Погоди, не снимай, – шепнул он. – Пускай Ласточкин нас сфоткает.

Она сразу же густо покраснела, потому что его шепот пробудил внутри нее доселе не знакомые ей ощущения. Ей даже стало стыдно за свои мысли. Хорошо, что противогаз надежно скрывал от класса ее красное лицо. Тимур подошел к ней вплотную и приобнял за плечи. Ласточкин уже был тут как тут, с телефоном наготове. Он сделал пару кадров и, удовлетворенно кивнув, сел на место.

Вероника чувствовала себя противником Сабзиро в игре «Мортал Комбат». Все ее мысли и чувства были заморожены. Медленно сняв противогаз, она аккуратно сложила его в сумку и направилась к своей парте. В голове стоял белый шум. Тимур был первым, к кому она почувствовала влюбленность. Он сводил ее с ума, выбивал из колеи. Раньше она никогда не имела дел с парнями, и эти первые, пускай даже шуточные объятья, стали настоящим испытанием для ее рассудка.

– Романова метает в тебя молнии, – шепотом сказала Зинаида, когда они сели за парту. – Ты бы видела, как ее перекосило, когда вы с Ханиным фоткались. Я одного не понимаю: чего вы все в нем находите??

Вероника витала где-то очень далеко, но это ничуть не смущало подругу. Та резко сменила направление беседы и принялась увлеченно рассказывать про сцену в каком-то новом корейском сериале, которая очень ее рассмешила. Периодически она останавливалась и со смехом комментировала происходящее у доски.

– Не, ну ты глянь, Каспраныч, вот же несчастные идиоты, со второго раза не могут сдать! Бедный Владимир Олегович! Как будто в коррекционной школе преподает, ей-богу!

– Угу, – вяло откликнулась Вероника.

Она смогла окончательно вернуться с небес на землю, только когда прозвенел звонок. Проходя мимо третьей парты, она мельком взглянула на Романову, и та ответила ей долгим враждебным взглядом. В это же мгновение Зинаида подошла к Алене со спины и, положив руку ей на плечо, шепнула:

– Ты чего-то хотела, Романова?

Вздрогнув, Алена обернулась и непонимающе уставилась на Зинаиду.

– От тебя?

– От Каспраныча. – Зинаида указала на растерянную Веронику.

– Да нет, ничего не хотела, – ответила Алена и недовольно поджала губы.

Ей повезло, что Зинаида этого не видела, иначе диалог так быстро бы не закончился.

– Ну вот и славненько. – Зинаида похлопала Алену по спине и направилась к выходу. – А то, если че, обращайся в следующий раз ко мне. Я тебя проконсультирую.

Удалившись с подругой на значительное расстояние от кабинета, Вероника воскликнула:

– Зачем, Зин? Она же ничего мне не сделала…

– А затем, что ты позволяешь этим дурам смотреть на тебя, как на девочку для битья. Я просто показала ей, что к чему. А то она и меня уже успела выбесить своей недовольной мордой.

Веронике стало за себя стыдно. Если бы не грозная Зинаида, неизвестно как окружающие позволяли бы себе к ней относиться. И это при том, что в их лицее учились одни безобидные ботаники. Даже представить страшно, что бы с ней могло случиться в обыкновенной школе.

Восприняв молчание подруги по-своему, Зинаида смягчилась и мягко стукнула ее в плечо.

– Ладно тебе, Каспраныч, не расстраивайся. Они все, как шакалы, чуют слабину и сразу же хотят самоутвердиться за твой счет. А ведь ты на моей памяти никому слова дурного не сказала. Так что пускай сначала попробуют обидеть меня.

– Думаю, с тобой мне точно нечего бояться, – улыбнулась Вероника. – Вряд ли кто-то осмелится нагрубить мне, когда ты рядом. Хотя я вообще не понимаю, почему они так ко мне относятся. Я ведь и правда никогда не делала им ничего плохого. Никому из них!

– Знаешь, с такой внешностью ты, конечно, должна быть той еще стервой. Я бы тогда с тобой не общалась, но зато тебя бы точно никто не обижал. Может, попробуем сделать из тебя лжестерву? Останешься все той же безобидной Вероникой, но на публику будешь изображать из себя бешеную сучку. Как тебе идея, а? Все сразу отвалят, гарантирую.

– Предложение неплохое, но его следует обдумать… Я как-то не очень уверена, что смогу изображать из себя стерву. Я ж даже не знаю, как они разговаривают.

– Да какие проблемы? Потренируемся. Сделаем из тебя самую отвратительную и склочную змеюку в школе.

Обсуждая подробности превращения Вероники из святоши в стерву, подруги дошли до кабинета английского или, как его называла Зинаида, «логова Росомахи», закинули свои рюкзаки и пошли проведать Ирку. Путь лежал в том же направлении, что и на прошлой перемене, поскольку у десятых классов всегда было по два урока информатики подряд.

Подруга уже ждала их на повороте. Схватив обеих под локти, она потащила их подальше от своих одноклассников, чтобы те не подслушивали. Ей явно было, что рассказать.

– Девочки, теперь я, кажется, знаю, почему этого Егая взяли в наш класс. Он компьютерный гений! Потому что даже я ничего не поняла! Да что там я, наш Гордеев и тот ничего не понял, а он у нас лучший по информатике!

Иркины глаза буквально светились восхищением. Вероника с Зинаидой переглянулись – у обеих возникла одна и та же мысль. Неужели их подруга все-таки заинтересовалась этим парнем? Или это просто логичная реакция на то, что Витя продемонстрировал на уроке? Она говорила сбивчиво и активно жестикулировала, что было ей не свойственно. И это значительно усиливало подозрения.

Информатику у десятого «А» вел учитель по имени Феликс Эдмундович. Параллельно с преподавательской деятельностью он подрабатывал программистом. Узнав об этом, ученики попросили обучить их на более глубоком уровне, чем то предполагала школьная программа, потому как многие в будущем хотели заняться программированием на профессиональном уровне. Скорректировав учебный план и согласовав его с руководством школы, учитель постепенно начал обучать класс премудростям профессии программиста. А сегодняшний урок все ждали с особым трепетом, ведь новые компьютеры наконец позволят изучать то, что на старых даже не грузилось.

Не скрывая своей радости, Феликс Эдмундович начал новую тему. Десятки пар глаз были обращены на него, ученики жадно ловили каждое слово. Ему было приятно получать такую искреннюю отдачу. Он любил дарить знания и старался делать свои уроки интересными, чтобы его предмет мог увлечь каждого ученика. Поэтому, заметив, что новенький откровенно скучает и слушает лекцию вполуха, учитель не смог это проигнорировать.

– Виктор, вам что-то не понятно? – поинтересовался он. – Не стесняйтесь, я с удовольствием объясню еще раз.

– Нет, мне все понятно, спасибо, – ответил новенький.

– Мне показалось, вы немного скучаете.

– Отнюдь. Я просто проходил эту тему раньше.

– Понимаю, – мягко сказал учитель. – Здесь многие уже знают о том, что я сейчас рассказываю, но я должен учитывать всех. Потерпите немного, скоро я перейду к более сложным понятиям. Так что если вы не уверены, что знаете все про оптимизацию кода, то лучше конспектируйте с доски. Это все пригодится вам на итоговой контрольной работе.

Не успел Витя и рта раскрыть, как Юра Брагин не выдержал и раздраженно выпалил:

– А Егай у нас – гений, вы не знали, Феликс Эдмундович? Он знает все обо всем, и про оптимизацию кода тоже. Так что итоговую контрольную он готов сдать хоть прямо сейчас! – Юра развернулся в сторону новенького и с ухмылкой поинтересовался: – Правда же, Егай?

– Без проблем, – неожиданно для всех ответил Витя, пожимая плечами.

Это показалось всем верхом наглости. Тема оптимизации кода довольно обширна, и было, по меньшей мере, самонадеянно заявлять, что знаешь ее от и до. Феликс Эдмундович совершенно растерялся. Ему импонировали уверенные в себе ученики, но здесь дело явно шло о чрезмерной самоуверенности, которая в будущем может сослужить дурную службу. Так что учитель решил немного проучить новенького.

– Если пожелаете, Виктор, я прямо сейчас могу дать вам практическое задание. Я планировал итоговую контрольную в начале нового года, но вы можете сдать ее экстерном.

Учитель до последнего надеялся, что Егай образумится и пойдет на попятную. Но в глазах новенького впервые за все время урока зажглись искорки интереса. «Ну что ж, тогда так тому и быть» – подумал Феликс Эдмундович и пригласил самоуверенного ученика к одному из крайних компьютеров, находившихся на специальных столах позади обычных парт.

– Итак, перед вами – очень «мусорный» код. Ваша задача – максимально оптимизировать его, не нарушив при этом стабильность работы приложения. У вас двадцать пять минут до конца урока. Если вдруг закончите раньше, поднимите руку. Я подойду и запущу приложение, чтобы проверить уровень вашей работы. Удачи, Виктор.

Феликс Эдмундович не сомневался, что новенький обладает какими-то минимальными знаниями по теме, но был уверен, что тот не сумеет оптимизировать код даже на жалкие десять процентов. Мысленно учитель договорился сам с собой, что если ученик справится хотя бы на этом уровне, то он определенно заслуживает хорошей оценки.

Егай принялся за работу. Никто не видел, что именно он делает, потому что экраны мониторов были повернуты в противоположную от доски сторону. Все могли слышать лишь мерный стук клавиш. Слишком частотный для среднестатистического пользователя.

Феликс Эдмундович продолжил урок, и все на какое-то мгновение забыли о новеньком. Это было именно мгновение, потому как меньше чем через десять минут Егай вновь привлек внимание учителя, подняв руку. Весь класс заинтересованно повернулся назад. Учитель был уверен, что новенький поднял руку только потому, что хотел задать вопрос или же вовсе признаться, что не смог справиться с заданием.

– Виктор, что-то вы быстро. Неужели все готово? – Егай снова удивил всех, кивнув в ответ. Феликс Эдмундович недоверчиво хмыкнул и направился к компьютерным столам. Оказалось, ученик даже успел скомпилировать код, хотя этого не было в задании. – Ну что ж, посмотрим, – заинтересованно протянул учитель, щелкая мышью. Тестируемое приложение не просто открылось, но и заработало гораздо быстрее своей предыдущей версии. Учитель проверил его свойства и с удивлением обнаружил, что оно стало занимать в шесть раз меньше места на диске. Такую работу мог продемонстрировать он сам, но как это удалось десятикласснику за каких-то жалких восемь минут?? – Хм, очень любопытно…

Феликс Эдмундович был несколько шокирован способностями новенького, но это определенно был приятный шок. Виктор не просто справился с заданием, но даже перевыполнил его. Когда учитель на весь класс объявил, что ставит новенькому две пятерки, Брагин чуть не рухнул со стула.

– Феликс Эдмундович! – возмущенно воскликнул он. – Даже если Егай выполнил задание, почему вы ставите ему две оценки? Вторая оценка – за его зевание на уроке? Тут все умеют зевать. Нам всем теперь – тоже по пятерке?

– Юрий, мне понятны ваши терзания, но тема мусорного кода слишком объемна, поэтому каждый из вас получит минимум по две оценки за ее прохождение, – спокойно объяснил учитель. – Одну или несколько оценок вы получите за работу на уроках, где продемонстрируете, как усвоили материал, вторую – непосредственно за контрольную работу. Так получилось, что Виктор продемонстрировал превосходные знания уже сейчас. Видимо, он всерьез увлекается программированием и уделяет этому очень много времени. Я не мог проигнорировать его знания, это было бы непрофессионально. Он честно справился с заданием и по праву заслужил два высших балла. Это не делает кого-то из вас хуже или лучше. Через пару месяцев, при должной заинтересованности в вопросе, вы все тоже прекрасно справитесь с этим заданием.

– А что Витя будет делать на остальных уроках, если он уже все сдал? – кокетливо поинтересовалась Таня Кириллюк, которая, как и ее сестра-близняшка Лада, с самого первого дня положила глаз на новенького.

– Хороший вопрос, Татьяна, но мы с Виктором обсудим его после уроков. А пока он будет сидеть и конспектировать материал наравне со всеми. Повторение материала еще никому не навредило.

Завершив рассказ, Ира мечтательно вздохнула, заставив своих подруг обменяться быстрыми многозначительными взглядами.

– Я вам говорю, он печатал со скоростью света, – заявила она, изобразив пальцами быстрое движение в воздухе.

– Ну хорошо, сделал он какое-то там задание, и что с того? – скептически подняла бровь Зинаида. Они с Вероникой были слегка озадачены, но, не сказать, что сильно удивлены. – Может, он в кружок какой ходил по программированию или еще куда. Мало что ли у нас в школе таких, кхм… особо одаренных?

– Девочки, поверьте на слово, это довольно сложная тема. За пару минут до конца урока Феля разрешил нам мельком посмотреть на то самое задание. Оно страниц на десять! По-моему, Егай просто удалил оттуда все содержимое и потом напечатал код по новой, чтобы не выбирать из него «мусор». Когда Феля проверял задание, у него были такие глаза, будто бы он увидел на экране Цацынского, танцующего самбу в обтягивающем трико. Он был крайне впечатлен. И не он один. Теперь Вите придется несладко – наши девчонки не дадут ему прохода. Кажется, они уже начали наступление.

Последнюю фразу Ира произнесла слегка раздраженно. Вероника с Зинаидой обменялись понимающими взглядами, в которых не осталось ни тени сомнения: их подруга всерьез заинтересовалась новеньким. Но обсуждать это вслух никто не решился, все равно Ира ни за что бы не призналась в своей симпатии. Девушкам ничего не оставалось, кроме как согласиться, что Витя явно не так прост, раз ему уже удалось поразить учителя и всех очкариков из десятого «А».