Оборотень по объявлению. Алрик

Глава 4

Аня

– Нютик-Анютик, что сегодня готовишь? – Ваня положил голову мне на плечо.

С его огромной комплекцией это было сложновато сделать, но на что только не пойдешь ради вкусной лазаньи, да?

– Если выживешь после дегустации – узнаешь.

Ваня всегда подлизывается, когда я на кухне, а как только живот набьет, так сразу растворяется в воздухе. Под два метра ростом, внушительный в ширину, он умел ходить абсолютно бесшумно. Настолько, что даже сверхи не могли услышать. Его талантом пользовался глава, Влад, поэтому Ваня в берлоге появлялся нечасто, но обязательно ел, и почему-то исключительно мою стряпню.

– А что это мы не в духе? – шепнул он, а потом убрал тяжелый подбородок с моего плеча, выпрямился и как пробасил вопрос на всю берлогу: – Кто обидел мелкую с утра пораньше?

Ах, если бы ты знал, Ваня, кто, встал бы у двери, разминая руки. И пусть повода для этого нет (сама влюбилась – сама виновата), но от мысли о защитниках стало значительно легче. От одного понимания, что сегодня Алрик переступит порог берлоги и найдет свою истинную в лице моей сестры, хотелось закрыться в кладовой и молча смотреть в темноту. Даже перспектива получения половины фонда спора за ничью не радовала.

Огромная кухня в такой ранний час уже была полна народу, поэтому вопрос Вани не остался незамеченным. Помощник главы даже стопку бумаг уронил от возмущения.

– Да кто посмеет оставить себя без вкусненького? Я таких дураков не знаю. – Женя собрал бумаги с пола и подошел к кухонному рабочему столу. – Ого, зачем столько масла? Что будет в этих огромных противнях? На всех хватит?

Может, мне остаться, чтобы помочь тебе их таскать? Ты же сломаешься, пока до духовки донесешь!

Я только замахнулась венчиком, но за меня треснул Ваня. Причем сделал это куда сильнее и совсем не в шутку, как хотела я.

– Ты один раз уже помог! Потом солянку после тебя спасали. Не мешай мелкой творить, пошли! – Ваня после подзатыльника хотел дружески положить руку помощнику на плечо и увести, но Женя был хоть и немного меньше в теле, но не менее сильным – он перехватил чужую руку и мигом заломил ее Ване за спину.

Заварушки и выяснения отношений между мужиками в берлоге – дело нормальное, поэтому я раскинула руки и скомандовала:

– Отошли от плиты! А то без завтрака останетесь!

И тут в огромное помещение кухни вошла сонная Мира.

– А что на завтрак? – повела она носом и протерла еще раз глаза. – Болоньезе мутишь? Лазанья, что ли? Она же часа два готовится. Это скорее обед. Ребята, не ждите – мажьте бутерброды. И берегите свои телефоны – систер любит бить чужую технику.

Мои раскинутые в стороны руки медленно опустились и повисли вдоль тела.

– Сожалеешь? – с вызовом заглянула мне в лицо Мира.

Венчик упал из моей ослабевшей кисти, и парни тут же перестали заламывать друг другу руки. Ваня поднял потеряшку и отдал мне.

– Нютик, ты в порядке? Что побледнела так? Давай я куплю что ты разбила, не переживай. А ты мне натурой отдашь.

Я перевела взгляд с сестры на Ваню. Пришлось задрать голову, чтобы заглянуть в лицо молодому оборотню, глаза которого забегали:

– Ну, стряпней отдашь. Едой, понимаешь. А? Давай сделку? Глава завалил работой, я могу много платить, а ты мне еду доставлять. Как тебе?

Женя стукнул стопкой бумаг Ваню по лицу.

– Губу закатай! Тоже мне, джентльмен. Даме в беде надо искренне помогать, без выгоды. Ань, давай я просто возмещу ущерб. Не расстраивайся так.

– Эй! – Мира громко вскрикнула. – Вообще-то это я пострадавшая сторона! Это мне нужна помощь!

– Так мы и предлагаем. А решить должна твоя сестра. Она же твой опекун. – Женя взял у меня из рук венчик и помыл его, вложил вновь в мою руку и подмигнул.

– Бред какой-то! Ради еды готовы ковриками стелиться! – Уголок губы Миры нервно дернулся, от вспышки гормонов и эмоций ее аж потряхивало – это видели все, поэтому на всякий случай чуть отодвинулись, готовые к обороту. – Анька, не раскатывай губу. Тебе всю жизнь, может, и приплачивать за еду будут, а вот женятся на других!

– Кто тебе сказал? – Ваня закрыл меня собой, видя, что сестра начала рывками расти.

У подростков бывали такие скачки роста. В основном они сопровождались взрывами гормонов, срывами и истериками. Вот как сейчас. И я уже пережила несколько таких рывков роста Миры, но ни разу в своей истерике она не делала мне так больно.

– Я хоть сейчас ее замуж заберу. Сестренка почти выросла, можно и к свадьбе готовиться.

– Ага, Анька. Будешь у него вечной кухаркой. Он знает кого выбирать, с такими-то аппетитами. Будет сутками работать на холодильник, ты сутками готовить, до постели так и не доберетесь. Хороший расчет! – Миру несло.

– Замолчи, – не сказал – глухо приказал Ваня, по телу медведя пробежала легкая дрожь.

– Не затыкай мне рот! – выкрикнула сестра и обернулась.

***

Алрик

Кабинет клана бурых

– До меня дошел слушок, что ты свою Золушку потерял. – Влад, глава клана медведей, не спешил подписывать контракт, все водил ручкой над листом бумаги.

– Ваша разведка работает хорошо.

– Медведи отвечают за все камеры видеонаблюдения в городе, ты же знаешь. Мы видели, как ты снимал туфлю с флага. Было эффектно.

– Видели? – Я схватился за край стола главы бурых. – Точно. Я не подумал про камеры. Она же была наверху, потеряла туфлю. Должна была войти и выйти из торгового центра.

Сам поразился своей недальновидности. Это же должно было прийти мне в голову еще вчера. Почему даже не подумал? Столько времени потерял! Да еще улику испортил. Хорошо хоть, подписание контракта по «Доборотню» вроде наклюнулось.

– Верно. Должна была, – протянул Влад.

Похоже, ему что-то надо было. И он совсем не спешил ставить подпись, хотя признал ничью с Мишаней.

– Что вы хотите за доступ к записям? – Я умел задавать правильные вопросы.

Влад с одобрением взглянул на меня, а потом задумчиво застучал другой стороной ручки по столу. Явно тянул время, хотя давно все придумал. Набивает цену? Или что-то еще?

– Нашего Мишаню никто еще перепить не смог. – Влад посмотрел на меня прямо, и у меня создалось ощущение, будто меня пришпилили к стене.

Я молчал.

– Ни один медведь, – продолжил глава бурых.

– Сомневаетесь в ничьей?

– Скажем так, зная лисий клан, подозреваю хитрость. Скорее всего, ты пришел подготовленный. Признавайся, нашел компромат на Мишаню? – Влад перестал стучать ручкой.

Значит, ему нужен компромат на мальца? Почему-то подумалось, что, если бы он даже у меня был, я не сдал бы медведруга. Чувствовалась в нем родственная душа.

Компромат можно нарыть на кого угодно, а вот друга, который тебя понимает, встретишь не часто. Вот даже сейчас я вспомнил наш первый задушевный разговор с Мишаней, и взгрустнулось – хотелось снова сесть за стол и проговорить до рассвета.

Влад все еще ждал от меня ответа, поэтому я его дал твердо, без колебаний:

– Нет.

Глава бурых не поверил мне – это было видно по лицу. Снова застучал ручкой по столу.

– Давай так, Алрик. У Мишани репутация пострадает, если его заграничный волк перепьет…

Я перебил, хотя мне это было несвойственно:

– У нас ничья.

– Тем более – унизительная ничья. Знаю, Мишаня страдает. Давай встреться с ним без всяких лисьих хитростей, как нормальные… кхм… мужики.

Почему он прочистил горло, я так и не понял. Может, действительно пить захотел?

– Еще один тур? – уточнил я.

– Да.

При мысли о встрече с Мишаней у меня разом повысилось настроение, но разум немного остудил: я теряю время, а истинная все дальше. Я и так вчера пошел на поводу у желаний и потерял улику из-за неловкости медведя.

Нет, все-таки с Мишаней можно будет и потом встретиться, а вот истинную я могу потерять.

– Давайте я признаю поражение, а вы подпишете документ.

– Не пойдет. Об условиях сделки уже знают все бурые. Если бы ты проиграл – договора бы не было.

Ну что ж, видит волчий бог, меня вынудили!

– Хорошо.

– Только без трюков.

– Согласен.

– Значит, признаешь за собой хитрость?

Я промолчал, а потом подумал, что нельзя строить отношения на лжи. Влад мужчина прямой, кажется, он оценит такой же подход к делу.

– Была небольшая, но Мишаня… – как там у вас говорят? – не лыком шит! Он поймал меня за руку.

– Вот как? Удивлен, что ты признался.

– Я хочу от вас небольшую услугу за честность.

– Да ты понабрался у лис наглости за два года, что провел здесь! А был гордым заграничным волком.

– С кем поведешься… – Я специально не стал заканчивать.

Давно заметил, что поговорки всегда в ходу и в цене, чем и пользовался.

– И стал силен в народных мудростях! – усмехнулся Влад. – Так что за услуга за третий раунд с Мишаней?

– Поиск Золушки в вашей берлоге.

Мимику Влада было всегда трудно распознать, а в этот момент он стал абсолютно нечитаем. Молчал несколько секунд, после чего вдруг сказал:

– Услуга за услугу.

Теперь напрягся я. С медведями было не так легко торговаться, как я думал.

– Что нужно?

– Информация.

– Смотря о ком. Лис не сдам.

– О твоей сестре.

Я напрягся еще больше.

***

Аня

Медведица Миры была красивой, с шикарной шкурой редкого песочного цвета. У меня такая же, вот и расхваливаю. Словом, зверь сестры – одно загляденье, если бы не капающая слюна, которая, казалось, была способна прожечь пол берлоги.

Подростки – такие подростки!

– Вань, отойди. Выйдите все, она так быстрее успокоится. – Я попыталась отодвинуть сверха, но проще отодвинуть гору, чем оборотня-медведя.

Ваня не шелохнулся.

– Давай позовем парней, развернем клетку для подрастающего поколения.

– Она ненавидит клетку. Не надо, – попыталась я выйти из-за оборотня, но он сделал шаг в ту же сторону, не давая мне пройти к сестре.

В моменты ее срывов с ней была всегда я, поэтому знала, как действовать. Стоило рядом замаячить кому-то еще, как это неминуемо оборачивалось большой неприятностью.

– Кто же ее любит? Зато клетка воспитывает лучше отца с матерью, – сказал Ваня, а потом крикнул помощнику главы: – Жень, обходи с другой стороны. Вдвоем сможем скрутить.

От последних слов вздрогнула не только я, но и Мира. Это внешне и на язык она колючка и злючка, но внутри скрывалась очень чувствительная натура, о которой мало кто знал.

– Так, парни, это наши с ней семейные дела. Выйдите! – серьезным тоном объявила я, видя, как Мира зарычала и замотала головой, готовая броситься, если ее попытаются «скрутить».

– Так мы и есть семья. Влад вам вместо отца, я вместо брата. Женька вместо соседа! – Ваня заржал.

– Это что это я вместо соседа? – напряженно рассмеялся парень, не сводя взгляда с Миры. – Хотя пусть так. Лучше, чем быть в братской зоне, как ты.

– Ах ты, языкастый! – Ваня выхватил у меня венчик и швырнул в Женю, а тот легко поймал.

Мира отвлеклась на летящий предмет, и два сверха тут же кинулись на нее.

– Не-е-ет! – закричала я.

Они не знали, что нельзя так делать. Что так можно ловить любого другого подростка-сверха, но не Миру.

Ваня сказал правду, что глава нам как отец, хотя по родственным связям являлся троюродным братом. Десять лет назад мы появились в клане бурых, не помня ничего из прошлого. Нам только сказали, что с нашим кланом случилось что-то непонятное. Бурые пришли на подмогу на зов родни о помощи, но нашли только нас с Мирой, и то в бочках: сестру в полупустом бочонке меда, а меня – пива.

В момент этих воспоминаний все смеялись, не забывая показывать фото находки. На них две мордашки – мне двенадцать, сестре шесть – смотрели на фотографа глазами-бусинками. Я явно была недовольна, что меня нашли, а вот Мира тянула руки к спасителям изо всех сил.

У меня вообще не осталось воспоминаний о том, что произошло тогда, словно ластиком стерли, а Мира часто мучилась кошмарами. Когда я спрашивала, что она видит, она говорила, что на нее набрасываются со всех сторон.

И сейчас Ваня с Женей оживили ее самый страшный кошмар.

Мира снова выросла рывком, в одно мгновение став размером со взрослую медведицу, и бросилась биться не на жизнь, а на смерть.

– Отошли все! – крикнула я гортанно.

Я сейчас не думала ни о чем – просто знала, что надо быстрей спасти Миру. Что сама меньше сверхов, что слабее – не думала. Расшвыряла их в стороны, видя перед собой только перепуганные глаза сестры в звериной шкуре. Она уже прилично подрала парней и по инерции бросилась на меня. Я успела подставить руку, и тут же ее пронзила боль. Зубы у сестры были что надо!

Мира застыла, глядя в мои глаза, медленно разжала челюсти и на глазах обернулась обратно.

Женя тут же сорвал скатерть со стола, а я помогла замотать голую сестру. Мира вцепилась в меня клещом, рыдая и постоянно повторяя:

– Прости, прости, прости.

Она всегда так вела себя, если даже царапала меня. Колючка, злючка и вреднючка, стоило ей нанести реальный вред, она тут же посыпала голову пеплом.

– У тебя кровь не останавливается! – Ваня частично размотал Миру под ее обиженное «эй» и оторвал от скатерти длинную полоску ткани. Он тут же кинулся обматывать мою руку, которая стала красной, словно мои туфли на шпильке. В итоге накрутил непонятно что.

– Лекарь из тебя аховый. – Я прижала к себе голову Миры, поцеловала в макушку. Она все еще повторяла «прости», но уже тише, так, чтобы слышала только я.

– Ну вот, теперь лазанья отменяется, да? – Женя разочарованно вздохнул, но взгляд у сверха был невероятно сосредоточен. Особенно на Мире.

– Заживет. Я же сверх. – Я была равнодушна к травме, но не к сестре: – Мира, все хорошо. Это гормоны. Ты справишься.

– Ты бы так никогда не сделала! – Нижняя губа Миры задрожала.

– Неправда. Когда я была в твоем возрасте, то покусала главу, – шепнула я.

– Правда? – Ваня даже руку мою отпустил от удивления.

– А за какое место? – уточнил Женя. Как помощника главы, его явно неспроста интересовал этот вопрос.

– Не скажу, – вспомнила я те деньки. – Мне за это до сих пор стыдно. Так что, Мира, не ты первая, не ты последняя.

– Ага, только помни, что слово может ранить даже сильнее твоих зубов. У оборотней не только регенерация хорошая, но и память. Ты бы перед сестрой не только за рану извинилась, но и за фокусы.

Мира подняла на меня взгляд. Я читала ее эмоции, будто она была открытой книгой. И обняла ее крепче, зная, что мы самые близкие друг другу существа на этом свете.

– Нам нельзя ругаться, помнишь? – шепнула я ей на ухо. – Ничто в этом мире не может нас рассорить.

Мира смотрела на меня взглядом побитой собаки. Кивнула и шмыгнула носом.

– А теперь приводи себя в порядок, а я здесь уберусь.

Скоро нагрянет очень важный для сестры гость. Судьбоносный.

– Оденься красиво, – шепнула я, чувствуя себя так, будто отдаю правую руку человеку с двумя руками. Дурацкие эмоции!

Я же обещала, что сестер ничто не поссорит. Алрик ее, надо помочь им встретиться как следует.

Я начала разматывать бинт, но Ваня поймал мою руку:

– Рано.

– Мне нужно приготовить лазанью.

– Еще не затянулось.

– Спасибо за помощь, я сама.

Ваня посмотрел на меня так, будто хотел еще что-то сказать, но тут его телефон зазвонил.

– Да, глава. Понял. Скоро буду. – Он повесил трубку и сказал Жене: – Поехали. Дело срочное.

Мы с сестрой встали, и я продолжила разматывать руку. Краем глаза заметила, как Ваня остановился на выходе.

– Что?

– Ничего. – С каменным выражением лица он пошел прочь.

Мира проводила его долгим взглядом, а потом вдруг спросила:

– Ваня тебе нравится?

– Мне? – Я так удивилась, что кончик лоскута выскользнул из пальцев.

– Да. Ты постоянно с ним то ругаешься, то смеешься. Он тебе нравится?

– Нет, конечно!

На выходе что-то громыхнуло. Когда мы с Мирой подошли посмотреть, что за звук, то нашли у дверного косяка венчик.

***

Алрик

– Зачем вам моя сестра?

Внешне я был абсолютно спокойным, мирным, как поверхность планеты, но внутри меня кипела магма. Я привык к интересу со стороны сверхов к Вильме, но когда о ней спрашивает глава другого клана – хорошего не жди.

– Ну как зачем? Статистика неумолима. Хочу дать шанс своим ребятам. Парень у меня один есть – здоровый, сильный, преданный, на хорошем счету за свои уникальные способности. Расскажи о предпочтениях своей сестры, и мы вместе подстроим их свидание.

И этот медведь называет лис хитрыми? У него, случайно, пузо не рыжее? Может, гибрид?

– Ничего не получится, – откровенно сказал я. – Вильма слишком через многое прошла.

– Я слышал, что к ней невозможно подобраться. Она приветлива, улыбчива, пользуется внешностью, но никогда не подпускает ближе. Неужели ты, как брат, не хочешь ей счастья? Я предлагаю очень надежного парня.

– Так и сватай к своим. Хороших не отдают.

Влад опустил взгляд, будто хотел что-то скрыть от меня.

– По определенным причинам я вынужден действовать так. Потом ты поймешь и скажешь мне спасибо. Я могу за него ручаться. Все-таки слово главы что-то да значит, не находишь?

– Не боитесь, что Вильма будет недостаточно хороша для вашего парня? Вдруг она только красивая обертка? Не задумывались?

– Я изучал ее на нескольких встречах кланов за эти два года. Она по-лисьи умна и по-волчьи преданна. Вы делаете для клана рыжих очень много, а поступки говорят лучше слов. Так что? Одна встреча – и больше не лезем в их жизнь, а ты получаешь доступ к видео и экскурсию в берлогу?

– Я насчет сестры не торгуюсь. Если суждено – встретятся. Судьба очень хитрая госпожа.

– Да уж, судьба – та еще коварная женщина, – кивнул со странным выражением лица Влад.

И тут раздался стук в дверь.

– Входи.

– Глава? – В проеме показался огромный сверх под два метра ростом.

– Это Иван. Тот, про кого я тебе говорил.

И стоило только медведю войти, как в нос ударил знакомый запах такой силы, будто этот Ваня весь терся об нее. О владелицу туфельки.

– Черт! – Влад тоже уловил запах и резко вскочил с места.

Оборот случился словно по щелчку хлыста – резко, хлестко, больно.

– Только не в кабинете! – заорал глава бурых.

Я бессильно зарычал, пытаясь справиться с диким желанием растерзать соперника на части. Нельзя, не сейчас, надо сначала узнать все. Вдруг это ее брат?

Влад встал между нами, а Ваня недоуменно положил руку главе на плечо:

– Я могу за себя постоять. Если у волчары какие-то претензии, я готов разобраться сам! – Парень явно чувствовал себя странно за своим главой.

– В душ, Ваня! БЫСТРО!

Медведь замешкался, глядя то на меня, то на главу, словно боялся оставить зверя наедине с Владом, выругался сквозь зубы, но побежал выполнять приказ.

Я закрыл глаза и втянул носом аромат своей женщины, желая собрать его весь и забрать себе, не оставить тут и частички. Это она. Точно она.

– Вот сменная одежда. Давай поговорим. – Влад достал из стеллажа вакуумный пакет с одеждой.

Я понимал, что надо, но зверя было нелегко обуздать. Хотелось бежать следом за этим Ваней, разорвать на куски. Кажется, я даже уловил легкий запах крови, поэтому жажда расправы была просто неподавляемой.

Влад встал у закрытой дверь, преградив путь.

– Ты же швед. Слышал, вы умеете лучше всех держать себя в руках. Давай, мужик, возвращай контроль.

Да если бы я не держал своего зверя в узде, давно бы от мишки остались шишки.

Я закрыл глаза и с трудом вернул себе человеческий облик. Разорвал пакет, нашел там спортивный костюм, быстро оделся, постоянно поглядывая на дверь, от которой так и не отошел глава бурых.

– Значит, поэтому ты хочешь сосватать его к моей сестре? – спросил я сипло – речевой аппарат еще не совсем перестроился.

Влад промолчал, но и так было понятно – глава знает намного больше, чем говорит.

– Нет. – Глава медведей медленно прошел к столу, сел и бросил взгляд на дверь.

Я видел, как он усиленно думает о чем-то.

Обычно я очень терпелив. Очень. Но не в этой ситуации. Мне осточертело ходить кругами, я перешел на «ты»:

– И это все объяснение? От этого парня за версту пахнет моей женщиной. Ты попросил меня сдержаться – я сделал это. Но теперь я хочу объяснений.

Влад еще раз прожег взглядом дверь и говорить не спешил.

Я начал рассуждать вслух, следя за реакцией:

– Раз ты сватаешь его, значит, она не замужем. Он ее парень?

– Во-первых, сядь. – Влад указал ручкой на стул и, только когда я тяжело приземлился на него, сказал: – Во-вторых, выдохни и остынь. Ты так ярко чувствуешь запах истинной потому, что находишься в режиме охоты. От Вани несет берлогой с кучей запахов всех, кто там живет. Ты нашел свою истинную у нас – что ж, я этому рад.

Я осмыслил то, что он сказал. В чем-то он прав, я действительно мог слишком остро чувствовать запах истинной.

– Но запах крови – откуда он?

– Я не почувствовал, хотя на нюх не жалуюсь.

И тут дверь открылась, зашел этот Ваня.

– Никакой крови на мне не было. – Парень двигался агрессивно, резко отодвинул соседний стул и с вызовом сел, подавшись корпусом вперед. Взгляда с меня не сводил, а я с него. – У заграничного волка глюки.

– Ваня, выйди. На сегодня свободен.

– Глава!

– Мне повторить?

Мы с этим парнем держали друг друга на прицеле взгляда, готовые кинуться в бой по малейшему поводу. Долгую минуту, пока Влад тихо не рыкнул. Тогда Ваня с неохотой прервал зрительный контакт и вышел.

Я повернулся к Владу, стараясь не поддаться инстинктам и не побежать вслед за соперником, не вцепиться ему в глотку. Я напал на след, и я ни за что его не потеряю, не пойду на поводу у эмоций.

– Я не продам сестру. Я уже знаю, что моя женщина в твоем клане. У меня есть туфля. Есть номер телефона. Я все равно ее найду, так или иначе.

Влад держал руку у рта, будто боялся, что у него вылетят лишние слова.

Я не мог не спросить:

– Я правильно понимаю, ты действительно не понял по запаху, кто моя истинная?

– Да. – Влад убрал руку ото рта и выпрямился. – Ваня пах сразу несколькими оборотнями.

Я заметил обезличенную форму.

– Все свои, верно?

– Я не уверен.

– Да ладно. У медведей прекрасный нюх. Не хочешь говорить, потому что я не устраиваю судьбу своей сестры?

– Возможно.

– Зачем тебе сплавлять этого Ваню? Ответь честно.

Влад положил руки на стол, оперся локтями и поменял положение на стуле. Глядя прямо мне в глаза, сказал:

– Потому что, если этого не сделать, одна семья разобьется.

– И ты не знаешь, кто моя истинная? Ты же точно видел записи камер.

Влад открыл ноутбук, быстро пробежал пальцами по клавиатуре и развернул монитором ко мне.