Обратная сторона игры

Иногда дома вызывают у людей необычные ассоциации. Эти ассоциации погружают прохожих в особый мир, имеющий собственную душу, хранящий много тайн и историй.

Здание, расположенное на окраине города, поражало своими масштабами, затемненными окнами, необычностью архитектурных элементов и роскошью. Массивная деревянная дверь увенчивалась аркообразным окном классической формы. Именно перед этой дверью остановился некий молодой человек. Он долго не решался зайти, осознавая, что если он это сделает, обратной дороги не будет. Он мучительно пытался повернуть назад, убежать от всего этого, забыть и сделать все по-другому, но по-другому не получалось. К одной проблеме вдруг прибавилась другая, словно призрак, посетивший его из прошлого, о котором он даже боялся думать. Несколько лет он провел в борьбе с самим собой, теперь ему предстояло бороться еще и с теми, кто сейчас представлял для него опасность. Он почти забыл про эту опасность, но Его Величество Случай внезапно и трагически напомнил ему о ней. Этот страх был практически невыносим. Его богатая, размеренная жизнь улетала в данный момент, как птица с перебитым крылом.

– Вы к нам? – услышал вдруг молодой человек приятный женский голос. – Почему не заходите? Там Вас уже ждут.

– Да, одну минуту. Я сейчас подойду.

– Вы колеблетесь? Я Вас понимаю.

– Да что Вы понимаете! – горько усмехнулся он.

– Вы можете уйти. Еще можно все отменить.

– Нет, проводите меня. Я решил. Все остается в силе.

***

В кафе играла приятная музыка, а в воздухе ощущался стойкий аромат ванили. Огромные французские окна показывали посетителям кафе жизненные картинки. С места, где сидел Роб, было отчетливо видно два окна. В первом окне можно было увидеть, как парень ссорился со своей девушкой, во втором – женщина эмоционально разводила руками, показывая на две припаркованные машины прямо у кафе. Она, видимо, пыталась в чем-то убедить мужчину, стоявшего рядом с ней. «Может, припарковалась слишком близко к его машине?» – подумал Роб.

Ничего. Ничего из того, что он видел, не подходило для сюжета новой книги. Муки творчества крепче сжали горло, и дышать стало еще труднее. Целых шесть месяцев он бездействовал. Он постоянно чувствовал себя «не в ресурсе» – даже когда только просыпался. Мотивация полностью отсутствовала. Ни большие гонорары, ни слава и признание не могли больше запустить этот процесс. Даже общение с окружающими Роб свел к минимуму. Ко всем этим неприятностям добавилось еще и чувство страха. Он боялся, что ничего больше не напишет гениального, что читатели отвернутся от него, а издательства закроют перед ним свои двери. Друзья и родители не раз говорили ему прописные истины: «Справиться с проблемой проще, если понять, откуда она идёт. Если ты нашел у себя признаки выгорания, проанализируй, почему так случилось». Роб не хотел ничего анализировать. Он просто не мог писать. Больше не мог писать.

– Привет, Роб, – услышал он голос друга и мгновенно очнулся от мучительных мыслей.

– Привет, Петь, ты задержался. Я уже час тут жду тебя.

– Пробки в центре. Сам понимаешь. Час пик.

– Все я понимаю. Чем обрадуешь?

– А ничем. Главный сказал, что ему плевать на твои временные затруднения, что у тебя контракт с издательством, и он не собирается с тобой нянчиться.

– Мои книги неплохо продаются, – попытался возразить Роб.

Вообще-то, имя Роб ему придумали в издательстве, сказав, что Рома не звучит абсолютно, а вот фамилию решили оставить. Фамилия была, самая что ни на есть подходящая для автора детективов и триллеров – Эдлин.

– Продаются, Роб, продаются. Только ты за полгода ничего нового не написал! Да и продажи старых книг стали заметно падать.

– Не пишется, сам не знаю, почему.

– Не мне тебя учить. Читательский интерес должен поддерживаться.

– Я знаю, – равнодушно сказал Роб.

– По последним данным твои книги в России продаются сейчас хуже, чем за бугром. Это уже никуда не годится.

– Я все понимаю.

– Давай замутим рекламную кампанию! Возродим интерес к Робу Эдлину, знаменитому писателю детективных романов и триллеров.

– Какую кампанию? О чем ты, Петь?

– Начнем рекламировать твою новую книгу.

– Новую? Чтобы рекламировать новую книгу, нужно ее начать или написать план истории. Что ты собрался рекламировать?

– Даже маленькой идеи нет?

– Никакой. Я понятия не имею, о чем будет моя следующая книга.

– Слушай, вот тебе краткая история для начинающих: начни!

– Ты смеёшься надо мной?

– Нет. Я даю тебе неделю. Ровно через семь дней мы встречаемся на этом самом месте.

– Хорошо. Я понял.

Через неделю Роб сидел в кафе за тем же столиком и пил коктейль. Он ждал друга и понимал, что снова его разочарует. Ничего за неделю не изменилось. Роб не написал ни строчки. Он не знал, что писать. Впервые он даже боялся садиться за компьютер, обходя его стороной. Все рушилось на глазах. Карьера, любовь, жизнь.

На этот раз Петр не задержался.

– Привет, чем порадуешь? – громко сказал Петр и хлопнул по плечу Роба. – Специально не звонил всю неделю, ожидая услышать хорошую новость при встрече.

– Мне нечем тебя порадовать, прости. Чистый лист. Даже компьютер за семь дней ни разу не открыл.

– Поэтому алкоголь?

– Нет, это безалкогольный, я в депрессии, но в запой не собираюсь. Не пишется. Исписался я. Точка.

– И этот вариант я тоже предусмотрел, – спокойно сказал Петр. – Слушай, а может тебе уехать на какое-то время из Москвы? Отдохнёшь, посмотришь новые места, глядишь, и мысли гениальные посетят.

– Куда уехать?

– Ты же в прошлом году себе дом приобрёл. Забыл? Главный ещё тебя отговаривал от этой глуши. А я понимал, зачем тебе это было нужно. Вот и поезжай в эту самую глушь. Соберёшься с мыслями, расслабишься. Забудешь свою кралю.

– Не называй ее так.

– Я бы ещё и не так ее назвал! Это все из-за неё, да?

– Нет. Она тут не при чем. Думаю, что я просто исписался.

– Глупости! У тебя талант! Просто все эти неурядицы тебя сломали! Я договорился с Кориным. Он дает тебе месяц отдыха, а потом садись за бестселлер. Все проекты, связанные с твоим творчеством, откладываем на месяц. Езжай прямо сегодня! Вот билет. Ночной поезд. Это для романтики.

– А вы все же управляете моей жизнью, – разочарованно сказал Роб.

– Нет, друг, мы хотим тебе помочь.

– Хотите, чтобы я был подальше от Москвы и от Светы?

– Врать не буду. Хотим. Тебе нужно сменить обстановку.

– Скажи, Петь, я тебе нужен только как автор или ещё и как друг? Скажи, что ты не все измеряешь в деньгах.

– Ром, прекрати. Ты знаешь меня много лет. Я твой друг, и этого факта не изменит ничто. Даже если ты больше не напишешь ни строчки, я буду с тобой рядом. Всегда. Мои гонорары тут ни при чем.

– Ты сто лет не называл меня моим настоящим именем.

– Ооо, депрессия налицо. Я тебя прошу, езжай в свой дом на берегу великолепного озера, отдохни и возвращайся в свой мир.

– А где он мой мир?

– Тут, рядом с нами, но не в таком состоянии в нем нужно находиться!

– Наверное, ты прав. Я прямо сейчас поеду собираться. Заодно и дом проверю, в каком он там состоянии. Хочу его продать.

– Продать? Зачем? Пусть это место будет твоим убежищем. Или ты нуждаешься в деньгах?

– Нет, Петь, не нуждаюсь.

– Кстати, Светка об этом доме так и не знает?

– Нет.

– Хорошо, а то и его оттяпает.

– Перестань. Я в порядке, переехал в свою прежнюю квартиру.

– Не очень много ты ей оставил? Дачу, машину, квартиру в центре! Это же все ты заработал! Она только тратила!

– Забудь, со мной было непросто. Я ее понимаю. Пусть пользуется. Зато никто ни на кого не в обиде. Разошлись мирно.

– Ещё бы! Ром, ты ее все ещё любишь?

– Нет. Уже нет. Все прошло.

– Давай, Ром, не отчаивайся, все будет нормально. Ты сильный.

– Нельзя быть сильным в одиночку. Это неправильно. И никому не нужно.

– А тут ты прав. В одиночку нет, но у тебя есть друзья, родители. Не кисни. Хочешь, я к тебе приеду на выходных? Если Корин отпустит, конечно. На рыбалку сходим! Сто лет не рыбачили вместе! Да! Точно! Жди меня!

– Пока не знаю ничего про рыбалку, но ты в любом случае приезжай. Беги. Шестой раз за пять минут на часы смотришь. Со мной все нормально будет, спасибо за билет.

– Я на связи! Не кисни! Все будет хорошо! Мы ещё тебе такую невесту найдём, что все позавидуют!

– Ловлю на слове! На связи.

– Оставь все мысли по продаже дома! У автора должно быть убежище! – сказал Петр, надевая куртку. – Не вздумай!

– Хорошо, Петь. Я подумаю.

Петр скрылся, а телефон завибрировал на столе, приближаясь к его краю.

– Слушаю, – ответил Роб, схватив аппарат в самый последний момент перед возможным падением.

– Робик, привет. Ты можешь говорить? – услышал он в трубке голос бывшей жены.

– Могу, но недолго.

– А мне и не нужно долго.

– Что случилось? – равнодушно спросил Роб.

– Я хотела с тобой кое-что обсудить. Ты сегодня будешь вечером дома?

– Да, конечно, приезжай, – сказал он, улыбнулся и отключился.

Кофе совсем остыл, Роб заказал еще одну чашку.

– Будете что-то еще? – услужливо спросила официантка.

– Нет, не буду, и дома сегодня вечером я тоже не буду. И это прекрасно, – сказал он шепотом.

– Что Вы сказали? Я не расслышала, – напряглась девушка.

– Одну чашку кофе. И счет, пожалуйста.

***

Колеса поезда размеренно стучали в такт сердцу.

– А это даже интересно! Прав Петька, мне нужно было сменить обстановку. Засиделся я в Москве. Сколько я не передвигался на поезде! Целую вечность! Самолеты, одни сплошные самолеты и машины, – тихо сказал Роб, хотя в купе кроме него никого не было. В этот момент раздался телефонный звонок.

– Ну, как ты, брат? Уже в поезде? – спросил Петя. – Ты прости, СВ не было, купил тебе место в купе. Но это даже лучше, хоть пообщаешься с народом.

– Да все нормально. Не волнуйся. Еду уже полчаса как, а в купе все равно никого нет.

– Счастливого пути. До связи. От шефа привет.

– Ему тоже предавай. Петь, если Света тебе позвонит, не говори, где я. Вообще никому не говори, ок?

– Договорились. Светка? А с чего ей мне звонить? Ты с ней разговаривал сегодня?

– Да. И согласился на встречу.

– Молодец! Будет для нее сюрприз. Я рад. Все твои проблемы из-за нее! Я в этом уверен. Если бы ни она…

– Петь, перестань, она тут ни при чем.

– Как же! Ни при чем! А кто при чем?

– Я виноват во всех своих неудачах.

– О! Началось! Думай над сюжетом. Поезд – это романтика!

– Ты меня отдыхать отправил или роман писать?

– Одно другому не мешает! Ладно. Удачи.

– Ты же приедешь?

– Конечно, приеду. Рыбалка с другом в красивом месте – это же мечта. Самому эта Москва уже в печенках сидит! Все. Отключаюсь. У меня вторая линия.

Поезд притормозил, проехав странную зону, которая была вся освещена красными фонарями. Писательский ум сразу нарисовал картину бедствия, но за окном все было спокойно. Станция одиноко загадывала в окна поезда, людей практически на перроне не было. Поезд еще сбавил скорость и резко остановился.

Роб выглянул из купе и, увидев проводника, молодого парня, спросил:

– Это что за остановка?

– Это Светлое. Да у Вас в купе есть карта следования. Можете сами маршрут посмотреть и следить за остановками.

– Поезд долго тут будет стоять?

– Нет, пять минут, покурить успеете.

– Я не курю, – тихо сказал Роб и вернулся в купе.

Он так надеялся, что с этой станцией что-то не то, что-то мистическое, таинственное, что ляжет в основу его нового романа, но пришлось признать, что он ошибся. У него снова нет ничего: ни в голове, ни на бумаге.

Предчувствие его не обманывало. Именно с этой станции и начались все таинственные события в его жизни, которые потом он изложит на бумаге. И это будет его лучший роман навсегда.

Через минуту дверь осторожно открылась, и Роб увидел молодую женщину. Она робко протискивалась в двери и вздыхала.

– Добрый вечер, это же второе купе, правильно?

– Да, второе, проходите. Вам помочь?

– Нет, спасибо, – ответила незнакомка.

Он смотрел на неё и мысленно с собой разговаривал, что в это же самое время делала и она.

«Молодая ещё, лет тридцать пять, наверное, не замужем, хоть и кольцо на пальце».

«Какой симпатичный! Точно женат и двое детей»

«Красивые глаза. Если накрасить, взгляда не отведёшь»

«С трехдневной щетиной, все как у мачо, из Москвы, следовательно, едет»

«Интересно, что она в этой глуши делала и куда направляется»

«Нет, даже не стоит разговаривать, он – не мой тип»

«Не буду даже думать о женщинах, не до них мне» « Или мой? Где я его могла видеть? Его лицо мне кажется знакомым» « Какие все же глаза, как небо. Есть что-то в них мистическое. Я таких глаз никогда не видел. И волосы, как пшеница. Натуральные?»

– Меня зовут Веста, а Вас, – спросила вдруг она, решившись.

– Роб.

– Это Роберт, значит?

– Нет, просто Роб.

– Ваше лицо мне кажется знакомым.

«Начинается», – подумал Роб. Он не хотел, чтобы его узнавали, расспрашивали, брали автографы. Он ехал в эту глушь, подальше от Москвы, чтобы спрятаться. В прошлом году его просто затаскали по телевизионным шоу, разным программам и интервью. Практически его лицо не сходило с экранов телевизора и журналов.

– Вам показалось, я ничем не знаменит. От слова «совсем».

– Бывает, не нашли себя в жизни?

– Скорее, нашел и потерял.

– Это очень печально.

– К сожалению. Веста, а Вы чем занимаетесь? – спросил Роб

– Это неинтересно совсем. А Вы?

– Я? – растерялся Роб, не успев придумать род занятий. – Я инженер.

– Человеческих душ?

– Что Вы! Нет. Просто инженер.

– Понятно, не хотите говорить. Это правильно. Мы чужие друг другу люди.

– А у Вас плохое настроение. Я это заметил. Что-то стряслось?

– Нет, просто осенью у меня всегда плохое настроение.

– Вы не любите осень?

– Я действительно не люблю осень. Осень в моей душе пробуждает только тоску и отчаяние. Я люблю синее небо, ненавижу тучи, дождь и холод.

– А листопад? Краски?

– Листопад? Вы серьезно? Вы считаете, что можно наслаждаться листопадом?

– Да. Считаю. А Вы? Нет?

– Я с тоской смотрю на падающие листья и на людей, которые восхищаются этой картиной. Меня это вовсе не восхищает, потому что листья умирают, а люди этого не понимают. Листья отрываются от своего родного дерева и ложатся под ноги прохожим, которые их топчут, рвут и наступают на них всем своим весом. Так что же тут хорошего? – Ещё вырастут! – возразил Роб.

– Вы не понимаете.

– Чего я не понимаю?

– Это будут уже совсем другие листья…

– Вы – поэтическая натура. Как красиво все сказали. И как грустно.

– Наверное, Вы тоже оторвались от дерева?

Она словно видела его насквозь. Ее взгляд проникал ему в душу, это его смущало.

– Нет, со мной все в порядке, – быстро ответил Роб.

– Простите, я Вас заговорила, а Вам нужно отдохнуть, у Вас усталый вид.

– Да, я как раз хотел укладываться спать. Спокойной ночи.

– И Вам.

Веста хотела поднять свою сумку на верхнюю полку, Роб кинулся ей на помощь. Тут их руки соприкоснулись, и в его глазах потемнело. Он отшатнулся и присел на свое место.

– Вам нехорошо? – услышал он откуда-то издалека голос девушки.

– Нет, поезд качнулся, и я не удержался. Я очень устал, Вы правы, мне нужно лечь.

– Конечно, попытайтесь заснуть.

– Вы тоже ложитесь, час ночи уже.

– Не волнуйтесь, – ответила она.

Но девушка укладываться не собиралась. Она достала из сумки яблоко, открыла книгу и стала читать. Роб не заметил, как уснул.

Проснулся он среди ночи от сильного толчка поезда.

– Если бы я лежал на верхней полке, я бы точно свалился. Веста, Вы как? Не упали?

В купе было темно и тихо. Лунный свет немного освещал пространство, но этого не хватало, чтобы осветить купе полностью. Роб выглянул в окно. Ночь и ничего кроме ночи. Тут он понял, что девушка так и не ответила ему. Он пригляделся к полке внимательнее. Весты в купе не было.

– Ааа, незнакомка исчезла также внезапно, как и появилась. Когда ты успела сойти с поезда? Неужели была остановка?

Роб взял буклет с маршрутом поезда и сравнил время остановок поезда по пути следования. Никакой остановки со времени его отхода ко сну не было, да и эта была незапланированная. Он размышлял, что бы все это значило, его писательский ум уже хватался за спасительную соломинку. Роб включил светильник. На полке стояла сумка девушки и ее открытая книга. Он понял, что девушка из поезда не выходила. Он размышлял. С момента его пробуждения прошло минут пятнадцать. В туалете так долго она быть не могла. Вагон-ресторан точно уже был закрыт. Так, где она? Поезд стал медленно набирать ход. Роб вышел в коридор. Там все было тихо. Он прошел к проводнику.

– Добрый вечер, – поспешил сказать проводник с именем «Валера» на бейджике.

– Добрый. Вы не скажете, куда пропала моя спутница?

– Ваша спутница? Но Вы же садились в купе один!

– По пути ко мне присоединилась молодая женщина. Вы ее не встречали? Время позднее. Ее нет в купе. А вдруг она отстала от поезда?

– Я никого не видел. А разве кто-то садился в Ваше купе? – удивился парень.

– Точно садился, – Роб начинал злиться.

– Хорошо, я сейчас проверю.

Валера просмотрел свои записи.

– Что? – нетерпеливо спросил Роб.

– Нет никого. В Ваше купе никто не покупал мест. Вы один едете до конца.

– Это просто безобразие! Пойдемте в купе, я покажу Вам ее вещи!

Они вошли в купе. То, что увидел Роб, потрясло его до глубины души, а в сердце молниеносно пробрался страх – никаких следов пребывания Весты в купе не было.

– Вы ничего не употребляли перед поездкой? – ухмыльнулся Валера.

– Точно нет. Не хамите!

– А я что? Я ничего. Просто спросил. Ложитесь спать. Спокойной ночи.

– Спасибо, – буркнул Роб и плюхнулся на полку. Он странно себя чувствовал: его подташнивало, кружилась голова, и учащенно билось сердце. Роб попытался выявить во всем этом происшествии выгодную сторону. А если это сюжет? Если это начало романа? Девушка, с которой знакомится молодой человек в поезде, пропадает. И что дальше? Он не заметил, как уснул.

***

Через час он проснулся и снова посмотрел на полку, где еще недавно сидела незнакомка с красивым именем Веста. Роб вышел из купе и прошелся по коридору.

– Не спится? – спросил Валера.

– Нет, голова болит.

– Таблеточку хотите? – услужливо спросил проводник.

– Давайте, – согласился Роб.

– Минуту, никуда не уходите. Я быстро.

Через несколько минут Валера появился со стаканом воды и таблеткой в руках.

– Что это? – спросил Роб.

– Цитрамон. Что ещё? У нас для таких случаев в аптечке всегда есть таблетки.

– Хорошо, давай сюда свою таблетку.

Роб выпил лекарство и вернул стакан Валере.

– Вы к себе? Полежали бы еще. Всего пять утра.

– Нет, я пройдусь немного.

– Все хотите ее найти?

– Кого? – притворился Роб.

– Девушку, о которой Вы говорили.

– Нет, я просто погуляю. Засиделся уже.

– Идите, конечно, но имейте в виду, что скоро уже и Ваша остановка. Она же и конечная. В восемь утра. Не проспите!

– Хорошо. Не просплю.

Роб шел по вагонам и никак не мог понять, сколько же их в этом поезде. Ему казалось, что он прошел уже двадцать, а то и больше. Он даже немного устал. Люди стали уже выходить из своих купе, чтобы умыться и приготовиться к выходу, но вагоны так и не кончались.

– Девушка, скажите, сколько в нашем поезде пассажирских вагонов? – спросил Роб, увидев проводницу.

– 13. А что? Заблудились? – удивилась она. – Вы из какого вагона?

– Из второго.

– Куда же Вы ходили? Это всего лишь третий! – рассмеялась она. – Вы неважно выглядите. Все нормально?

– Простите, наверное, нет. Я лучше пойду к себе.

Роб не только неважно выглядел, но и чувствовал себя неважно. В голове стучали тысячи молоточков, голова кружилась, а ноги стали ватными. Это снова нагрянули панические атаки. Он обрел эту болячку еще пять лет назад, когда не получался его третий роман. В то время он боялся, что его выгонят из издательства, что разорвут с ним контракт, что пропадет внезапно нахлынувшая известность. И тогда он познакомился со Светой. Она спасла его и помогла ему. Будущая жена оказалась довольно неплохим психотерапевтом. Конечно, от этой болячки не так просто избавиться, но она научила его справляться с этим состоянием, контролировать его и не падать в обморок от страха внезапной смерти. Он ответил ей тем, что сделал предложение. Ей было лестно выйти замуж за уже известного писателя, и она сразу согласилась. Третий роман он дописали вместе. Вернее, он писал, а она следила за его здоровьем. Это его произведение открыло ему выход на зарубежный издательский рынок. Его стали печатать сначала в Израиле, потом в Германии, а потом и еще четыре страны предложили сотрудничество. Потекли большие гонорары. Светлану это сначала обескураживало, потом она привыкла к статусу жены известного писателя. С тех пор она сильно изменилась. Из доброй супруги, женщины-врача она превратилась в светскую бездушную львицу. Роб вспомнил день своей свадьбы, когда был безгранично счастлив. Как он мог долгое время не замечать, что Света вышла замуж не за него, а за знаменитого писателя! Ей нравились светские вечеринки, презентации его книг, фуршеты и поездки. Все то, что не нравилось ему. Когда они оставались одни дома, ее раздражало все. Рому она не любила. Она любила Роба Эдлина.

Роб потряс головой, пытаясь отогнать все воспоминания о бывшей жене. Он не понял, как оказался у своего купе и зашел внутрь.

Роб вышел из поезда, озираясь. Он все еще надеялся увидеть Весту, но ее не было. Он видел мир в каком-то тумане, голова раскалывалась от боли. Роб махнул таксисту, который бежал к нему, предлагая свои услуги.

– Из Москвы приехали? – весело спросил таксист.

– Да, из Москвы. Отвезете в город?

– Разумеется, домчим в лучшем виде.

Такси медленно въехало в город. Водитель попался разговорчивый и Роб за пятнадцать минут узнал все о месте, куда приехал. Энтузиазма это ему не прибавило. По словам таксиста, городок был мрачный, неприветливый и вообще тут нечего делать приезжим.

– А Вы кто? – спросил водитель.

– В смысле? – не понял вопроса Роб.

– По специальности кто? На работу сюда приехали?

– Нет, я приехал, чтобы отдохнуть, – ответил Роб.

– Нашли место для отдыха! Глядя на Вас можно легко предположить, что отдых на Мальдивах для Вас больше подходит.

– Не люблю жару, – отмахнулся Роб.

– А я люблю море. Сейчас бы сел в свою развалюшку, да и махнул в Крым.

– Там уже холодно.

– Да это вам не Мальдивы! В этом году без отпуска остался, работать было летом некому, а сейчас – пожалуйста! А не хочу уже.

– Вы не знаете случайно деда Матвея? – спросил Роб.

– Да кто ж его не знает! Знаю, разумеется, а зачем он тебе? – перешёл на ты водитель.

– Он за домом моим присматривает.

– Ясно. Так тебя к нему везти или домой?

– Домой сначала.

– Точнее адрес скажи. Теперь одна общая дорога заканчивается, нужно куда-то сворачивать.

– Мира 15.

– Так его дом 16! Вы рядом живёте, там и встретитесь, – радостно сказал водитель.

– Спасибо, я уже понял.

– Меня Сергеем зовут, а тебя?

Роб не стал говорить своё приобретённое имя, поэтому представился Ромой.

– Ты, Ромка, заходи ко мне вечером. Пивка врежем. У меня рыбка отменная! Сам ловил! Тут у нас такая рыбалка, обо всем забыть можно! Только к реке нужно идти на озере никто не рыбачит.

– Почему?

– Это ты потом узнаешь. Так что заходи! Не стесняйся. Я на противоположной улице живу. Ленина 4. Это дом.

– Посмотрим. Обживусь и зайду в гости. Вот мой телефон, звони через пару деньков или приезжай сам, – сказал Роб, протягивая ему листочек, где написал свой номер. Визитку давать он не захотел, так как понял, что хочет сохранить свое инкогнито.

– Договорились! А вот и домик! Сейчас въедем в ворота. Странно, что они открыты. Ждут тебя уже?

– Нет, я не говорил Матвею, что сегодня приеду, – тихо ответил Роб.