Во власти тирана
- -
- 100%
- +
Денис поднимает голову. Красивая, четко очерченная линия губ вздрагивает. В ореховых глазах изумление.
– Оля?
Приподнимаю бокал мохито в знак приветствия.
– Приехал в отпуск?
Усмешка на красивом лице не заставляет ждать. Пронзительный, острый взгляд сканирует мои открытые плечи и глубокий вырез в сарафане цвета морской волны.
– Нет, Оль. Я здесь живу.
Пытаюсь осознать его слова и не поперхнуться мохито. Живет? Здесь, в этой дыре?
– А ты отдыхаешь?
Сексуальный голос мягко обволакивает – прямо мурашки по коже. Боже, прошло десять лет, а у меня внутри так ничего и не поменялось. Сердце дрожит, как натянутая струна.
Приказывая себе успокоиться, медленно делаю глоток мохито.
– Нет. Переехала к тете.
Необъятный товарищ Казанцева в тельняшке посмеивается и с любопытством рассматривает мою персону.
Денис на миг отвлекается и быстро делает заказ подошедшей официантке. Так, ничего особенного. Яичница с беконом, блины с клубничным джемом и крепкий чай со смородиной. Но чеканит так, будто изучил меню и уже знает, что ему подадут.
– Чай не надо! Лучше пиво! Несите сразу! – вклинивается мужчина в тельняшке.
Официантка улыбается, кивает. Что-то черкает в блокноте и уходит. По всему заметно, что Казанцев ей нравится. В сердце колет запоздалая ревность. Неудивительно, он не может не нравиться.
Невольно смотрю на его руки. Сильные, натренированные. Костяшки пальцев кое-где сбиты.
Медленно отпиваю еще глоток мохито. Промахнулась. Он не миллионер – те любят салоны и ухоженные ногти. Скорее, мечта сбылась. Он же бредил службой в ФСБ. Так что, скорее всего силовик. Или федерал. Таких много приезжает погостить вне сезона.
Глаза цвета хереса возвращаются ко мне. Замираю. Пытаюсь вспомнить, хорошо ли выгляжу. Через пару мгновений отпускает. Длинные светлые волосы окрашены в платиновый оттенок и собраны в аккуратный пучок. Легкий макияж, аккуратные ногти со свежим маникюром. Я выгляжу отлично.
– Надо же, как бывает, – все еще не веря своим глазам, посмеивается он.
– Я переехала совсем недавно, – сообщаю, будто невзначай, избегая даже себе самой называть причину переезда.
– Вот оно что, – он усмехается, и я нервно сглатываю – на его правой щеке появляется ямочка. Вспоминаю, что я была влюблена в эту ямочку и дерзкий взгляд. Как же давно это было…
– Дроздов, – браво отчеканивает его товарищ в тельняшке и подается через столик мне навстречу. – Судья Дроздов.
– Вы что, собирались мне честь отдать? – мои плечи трясутся от смеха.
– Я же судья! – обиженно приподнимает кружку с пенным пивом он.
Денис откидывается на диванчике назад и тоже смеется. Ямочка на щеке приковывает взгляд и не дает свободно мыслить. Наглый взгляд светло-карих глаз поглощает меня без остатка.
– И давно ты здесь? – интересуюсь у Казанцева я.
– С тех пор, как уволился со службы.
– А… понятно.
На самом деле ничего непонятно, потому что я понятия не имею, когда он уволился со службы.
Проклятая служба. Она нас и разлучила. Казанцев бредил военной карьерой. Для поступления в Московскую Академию ФСБ, несмотря на идеальную физподготовку, ему не хватило баллов, и родственники отправили его учиться в Хабаровск. Я целый год не могла прийти в себя после его отъезда. Преданно писала письма, плакала по ночам и верила, что Денис сдержит слово. Что через четыре года я буду красивой невестой в белом платье, которое он купит мне сам. Я верила в его обещание до тех пор, пока он не перестал отвечать на мои письма. А дальше… как будто я сорвалась в глубокую пропасть и разбилась насмерть.
– А где служил? Если не секрет, конечно, – с деланным равнодушием посматриваю на него.
– Отчего же секрет, – пожимает мощными плечами он. – Федеральная служба безопасности, отдел по борьбе с терроризмом.
– Ничего себе… И много террористов тебе удалось обезвредить?
Денис морщится.
– Много.
– А почему ушел со службы?
– Так получилось.
Он смотрит на меня дерзко, пронзительно. От взгляда становится не по себе.
– Оля, а ты замужем?
– А тебе зачем?
– Ну Вдруг я захочу тебя похитить, а у тебя есть муж и дети?
Его товарищ посмеивается. Крепкие пальцы Дениса, будто невзначай, постукивают по столу.
Я удивленно приподнимаю бровь. Несколько секунд изучаю волевые черты лица когда-то любимого мужчины. Надо же, какой уверенный. Похитит он меня, как же.
– А если есть? Что тогда?
– Если есть, я сначала извинюсь, и только потом перекину тебя через плечо и погружу в свою машину.
Мохито приторный на дне. Против воли облизываю сладкие губы. Ореховые глаза Казанцева вмиг темнеют.
– Я уже стара для похищения.
Красивое лицо освещает дерзкая улыбка.
– Люблю раскованных старушек.
Неловко ерзаю. Телефон вибрирует сообщением.
«Рокси будет готова через пятнадцать минут». Выдыхаю. Прячу телефон в сумочку и поднимаюсь из-за стола.
Дарю Денису прощальную улыбку и снимаю с вешалки свою джинсовую курточку.
– Было приятно увидеться, но мне пора.
Он подается вперед. Волевое лицо мрачнеет.
– Так скоро? Мы ведь даже еще не поговорили…
– Грумер закончил с собакой. Я обязана забрать ее через пятнадцать минут.
Не давая ни единого шанса спросить у меня номер телефона, быстро кладу деньги за напиток на барную стойку и иду к выходу.
– Я найду тебя в городе, – негромко произносит мне в спину он.
На миг оборачиваюсь. Непонимающе улыбаюсь. Что это? Вызов?
– Только если погода наладится, – подмигиваю ему.
Дергаю ручку стеклянной двери и оказываюсь во власти надвигающейся непогоды. Полы длинного сарафана развевают порывы ветра. Море внизу, у подножья скал, недобро рушит валуны. Небо затягивает серыми тучами. Кажется, вот-вот сбудется прогноз, и на город обрушится проливной дождь.
Подбегаю к своей иномарке невзрачного белого цвета.
Рядом стоит новенький крутой кроссовер. Потрясающий внедорожник. Сердце предательски сжимается. Наверное, на ней приехал Казанцев. Интересно, чем он сейчас занимается? Впрочем, какая теперь разница? Я уже полгода как беглянка, скрывающаяся от очень богатого мужчины, который гордо звал себя моим Покровителем.
Как по заказу на сером капоте кроссовера появляются первые капли дождя.
Вздохнув, забираюсь в свою машину. Включаю зажигание и выезжаю с парковки. Кажется, мы с Рокси попадем в ливень.
На самом деле холодные капли мне нипочем. Если бы дождь умел смывать воспоминания, жить было бы намного проще. Но он не умеет. А я… я вынуждена снова и снова блуждать среди образов успешной жизни до побега, которые каждый раз услужливо рисует память.
И надо же Казанцеву появиться в кафе именно сейчас, когда я вздрагиваю из-за каждого шороха…
…Впереди показывается ветеринарная клиника, и я возвращаюсь в реальность. Притормаживаю у залитого дождем тротуара, и выбираюсь из машины.
Грумер выносит собаку как раз в тот момент, когда я захожу в салон.
Моя белоснежная малышка причесана и подстрижена. Длинная шерстка сияет.
– Как принцесса! – восхищенно тянусь к мальтийской болонке я.
Та вертит головкой по сторонам. Выразительные глазки ищут хозяйку.
– Пробейте нам еще шампунь и кондиционер, – прижимая к себе собачку, прошу на кассе.
К тому времени, как мы с Рокси добираемся до машины, дождь льет стеной. Мои кеды окончательно пропитываются влагой. Ее дорогостоящая укладка тоже испорчена холодными каплями дождя.
– Ничего, сейчас доберемся до дома, и я тебя согрею, – укрывая собаку пушистым розовым пледом на заднем сидении, обещаю ей.
Поворачиваю ключ, и машина заводится с пол оборота. Включаю обогрев и медленно выезжаю на залитую дождем дорогу.
Скоро показывается дом тети Лены.
Одной рукой прижимаю к себе закутанную в плед собаку, а другой пытаюсь нащупать в объемной замшевой сумке ключи от дома. Наконец их удается выудить. Открываю двери и выпускаю Рокси на пол в просторный холл. Бодро встряхнувшись, она цокает подстриженными коготками в сторону гостиной. Дома никого нет. Тетя в гостинице, а Вероника еще в школе.
Медленно вешаю сумку на вешалку и стягиваю с ног мокрые кеды. Промокшая джинсовая курточка вскоре висит на плечиках. У меня всегда так. Все сложено, и у каждой вещи свое место.
Прохожу на кухню следом за Рокси. Включаю чайник.
«Я найду тебя в городе».
Качаю головой. Как?! Как у судьбы получается так жестоко насмехаться надо мной?
Пока закипает чайник, пытаюсь отвлечься. Листаю новости в телефоне.
Фейсбук выдает фотографию трехмесячного карапуза с круглыми щечками и подпись: «Мое счастье».
Ребенок, получившийся «случайно» у моего Покровителя и доброго доктора Насти.
Горечь перехватывает горло внезапно, и я уже не могу дышать. Хочется бить телефоном о столешницу. Вытянуть хозяйку этой фотографии за шиворот и отхлестать по щекам. За то, что украла. Вырвала мое сердце с корнем и с добродушной улыбкой уничтожила.
«Надо отписаться. Отписаться и никогда больше не знать, что происходит в жизни доброй Насти», – закрыв глаза, мысленно уговариваю себя. Но почему-то не могу. Это как отдельный вид мазохизма, следить за жизнью соперницы через сеть.
«Воровка! Проклятая воровка!» – прошипела я доброй Насте и быстро вышла из социальной сети.
Глава 6
Денис нахмурился. Оля сбежала, море бушевало за окном кафе бурлящим штормом, дождь хлестал по стеклам, а он задумчиво потягивал чай из белой чашки.
«Только если погода наладится».
Дерзкая какая. Знает ведь, что Казанцеву не отказывают. Никто и никогда.
Если Казанцев сказал, что найдет, значит, он найдет.
Перед глазами стояли воспоминания. Выпускной вечер, клятвы любить друг друга вечно. Хранить верность, что бы ни случилось. А потом провал при поступлении. Его отправили в Хабаровск, а Оля… Оля осталась в Москве. Поступила на юридический, как и планировала. У нее дед и отец военные, связи везде были. У Казанцева связей не было. Только собственные достижения и бравая юношеская вера в победу. Вот и провалился. Не было ничего болезненнее для уверенного в себе Дениса, чем оказаться выброшенным за борт успешной жизни на краю света.
Оля писала ему на Север письма, дразнила веселой жизнью в Москве. Будто не знала, как больно ранит его каждый раз своим хвастовством.
Не было ничего страшнее разлуки с Олей, но Денис нашел в себе силы прекратить переписку. Какая дурацкая насмешка судьбы – столкнуть их в этой дыре спустя много лет!
А ведь он даже женился…
Снова воспоминания. То же самое кафе, несколько лет назад. Жена Лариса берет в руки меню. Красавица. Глаза огромные, зеленые. Как у Оли. Он вообще всех женщин мерил понятием «Оля». Волосы у Ларисы густые, русые, до самого пояса. Как у Оли.
Трехлетний Антошка капризничает, хочет выхватить меню у матери. Лариса злится. Кричит на него. Сын плачет.
– Нельзя кричать каждый раз, когда Тоша капризничает, – рычит Денис.
Лариса сощуривает глаза. Едко фыркает.
– Мне здешний климат не подходит! Аллергия у меня на старье и привет из восьмидесятых! Нервы ни к черту от такого отпуска!
– Не выдумывай! Торговые центры, парк развлечений, все есть. И море, какое красивое, смотри. Суровое. Где еще такое увидишь?
– На Мальдивах красивее, Денис. Поверь, во сто раз красивее.
Глухая ярость поднимается из груди и уже готова выплеснуться наружу на глазах у всех.
– Мне нельзя на Мальдивы! Работа у меня такая! Запрещено нам на Мальдивы кататься. Знала, за кого замуж идешь!
– Да если бы и разрешено было, ты бы все равно сюда, в дыру эту, притащил! Потому что здесь твоя семья!
Последнюю фразу она произносит особенно колко, с издевкой. Невзлюбили родные Дениса по отцу его жену. Сестра Даяна на дух не выносила заносчивую Ларочку, мнящую себя чуть ли не королевой Елизаветой.
Он испепеляет жену взглядом, но ничего не говорит. Забирает ребенка на свою сторону столика.
– Вам еще чай сделать?
– Что?
Казанцев очнулся от воспоминаний, поднял глаза на официантку. Потом понял, о чем она, усмехнулся.
– Сделайте, да. Спасибо.
– А мне еще пива! – громко отчеканил мировой судья Всеволод Дроздов, его Московский коллега по кличке Дред. Дроздов, заядлый яхтсмен, приехал на несколько дней, чтобы поучаствовать в грядущей на выходных регате.
Девушка черкнула что-то в блокнотике, весело кивнула и застучала каблучками в сторону стойки.
Денис снова уставился на непогоду за окном.
Открытое море взбеленилось. Швырялось белоснежными барашками, а само поменяло оттенок. Стало иссиня-черным. Ветер бил в окно каплями дождя.
«Променять Милан на это захолустье! – брызгалась ядом Лариса. – А могла же! Могла аборт сделать! Но нет! Ради тебя согласилась ребенка родить!»
Толкнул стол. Глянул на нее так, что она осеклась на полуслове и заткнулась. Ярость рвалась из груди, желая испепелить эту тварь. За то, что язык поворачивался при ребенке такие слова произносить.
Он же сына больше жизни любил.
Уже два года, как они в разводе. Лариса нашла спонсора и умчалась в свой Милан. После развода суд оставил сына с матерью. Денису разрешили видеться с ребенком два раза в неделю. Да как видеться, если женушка, теперь уже бывшая, заграницу эмигрировала и ребенка с собой увезла? Только по скайпу теперь и можно общаться с Антошкой.
Не правду говорят, что развод – это возможность начать сначала. Для Казанцева развод стал полным крахом. Разлуку с сыном он переживал очень болезненно.
Он боролся с преступностью. Такие становятся героями, чаще всего посмертно, но не имеют ни гроша за душой. Милан, Париж, Куршевель – созданы не для него. Подарить Ларисе весь мир он не мог. Все, что мог – это обеспечить квартирой в спальном районе Москвы, отвезти к русскому морю на лето и окружить заботой ее и сына. Только птицу в клетке долго не удержишь. Она умрет в неволе. Вот и Ларочка умерла бы от тоски, если бы осталась рядом делить все тяготы его работы.
Потеря ожесточила сердце. Становиться героем посмертно Казанцев не планировал. Плюнул на все, уволился и вернулся к родному отцу. Решил начать с чистого листа. За годы работы в службе у него поднакопилось немало связей. Продал кое-какую недвижимость, объединились со старым другом из столицы, взяли кредит на расширение, и через полгода в городе появился роскошный отель с манящим названием «SPA ROSES». Отель стоял на отшибе одной из скал и уже третий сезон приносил достойную прибыль. Места раскупались заранее, и все потому, что в «SPA ROSES» существовала своя методика борьбы с лишним весом и возрастными изменениями. А суровые пейзажи за окнами отеля не оставляли постояльцев равнодушными.
В маленьком городке нового хозяина «SPA ROSES» боялись, как огня. Со всеми недовольными у Казанцева разговор был короткий, благо опыта за плечами ведения допросов и выбивания нужных показаний было через край, да и сказывался крутой нрав. Чуть что не так – и щепки летели до самой Москвы. Никому не хотелось попасть в немилость к Казанцеву.
Дождь постепенно сходил на нет. Из-за сизых туч выглянуло солнышко. Море тут же поменяло оттенок. Из чернильно-черного превратилось в изумрудное. Над одной из скал вдалеке раскинулась радуга.
– Надо же, красота какая, – потрясенно пробормотал Дроздов. – Счастливчик ты, Денис. В таком волшебном месте живешь…
Казанцев фыркнул. Наскоро допил вторую кружку кофе и подозвал официантку, чтобы расплатиться за завтрак. Перед глазами всплыл образ Оли, так поспешно сбежавшей в разгар непогоды. На сердце стало тоскливо, как и много лет назад.
«Вот и погода наладилась», – отчего-то подумал он.
Глава 7
Двадцатое апреля, пятница. В обед за окном сгустились тучи. Поднялся жуткий ветер. Мы с Вероничкой разбирали ее уроки. Рокси спала на диване.
Тетя явилась с работы неожиданно. Хлопнула дверью, и мы втроем одновременно вздрогнули.
– Что случилось? – удивленно выглянула из комнаты я.
– Оля, один очень серьезный бизнесмен ищет юриста в свою гостиницу. Мне сказала наш главный бухгалтер, Марина. Она всех бухгалтеров по городу знает. Сама понимаешь, город маленький. Все на слуху. Собирайся, я отпросилась с работы, чтобы подменить тебя.
– Серьезный бизнесмен? – осторожно переспросила я.
– Да, Оль. Он бывший ФСБшник, всех на коротком поводке держит. Его в городе, как огня, боятся. Говорят, у него связи даже в службе президента имеются.
– А причем здесь я и бухгалтеры?
– Оль, – снисходительно фыркнула Лена. – Ну, не будь глупой. В нашем городе хороших сотрудников ищут только так. Через сарафанное радио. Нет никаких ваших московских рекрутинговых агентств, или как их там называют. Марина знает, что ты от мужа прячешься, и что у тебя диплом юриста пропадает.
– Не улавливаю никакой связи.
– Слушай сюда внимательно. В нашем городке имеется единственный отель с пятью звездами, и эти звезды ему присвоены не просто так. Называется «SPA ROSES». Хозяев двое, оба из Москвы. Строился отель три года назад для состоятельных клиентов. Отель стоит на отшибе, и добраться туда можно только на машине. Ну, или пешком. В «SPA ROSES» существует своя методика борьбы с лишним весом и возрастными изменениями, поэтому он мегапопулярен у стареющих богачей. В отель требуется юрист. Срочно. Бери документы, садись в машину, и вперед. Их главный бухгалтер будет ждать тебя до четырех часов дня.
– Но… у меня даже платья делового нет! И прически… И вообще, пятница, конец рабочего дня!
– В деловых платьях у нас никто не ходит, Оль. Это не Москва. В отеле у них принято носить форму. Сейчас два часа, за час приведешь себя в порядок, и вперед. До отеля на машине полчаса езды.
Я растерянно поднялась из-за стола, за которым мы с Вероникой делали домашку.
– Оля, не тормози! Такие места в нашем городе на вес золота! – рыкнула на меня тетя. – Быстро собирайся! Если приедешь до четырех, застанешь владельца. Он тоже хотел с тобой познакомиться.
– Это тот, который ФСБшник?
– Ага.
Выдохнув, я отправилась в свою комнату. Начала перебирать вещи на вешалках. Руки подрагивали от волнения. Что надеть-то?! То, что в городе никто никогда не соблюдал дресс-код, я уже заметила. Но ведь юрист всегда должен выглядеть презентабельно. ФСБшников я не боялась. Скорее, наоборот, они были близкими по духу людьми.
Почему-то вспомнилась встреча с Денисом несколько дней назад. Я так и не узнала, чем он занимается. А вдруг это он – один из владельцев, и юрист требуется ему?
«Нет, нет», – вздрогнув, тут же отогнала наваждение я.
О, счастье, нашлось одно единственное черное платье до колен в строгом стиле. Под мой светлый плащ точно подойдет. И черные лодочки где-то были. Из очень приличного магазина.
Через полчаса из зеркала на меня смотрела та самая Оля, которой я была полгода назад. Длинные светлые волосы собраны в строгий пучок, макияж оформлен в стиле натюрель, форма одежды – деловая. На миг мне даже показалось, что сейчас откроется дверь, и я услышу голос Тимура.
– Ого! – приоткрыла рот от удивления тетушка, когда я вышла в гостиную. – Ну, точно юрист. Бери документы и бегом к ним. Адрес сейчас напишу.
Она что-то черкнула на листке.
– Администратор на рецепшене знает, что ты приедешь на собеседование. Скажешь, что ты Оля, юрист, и она отведет тебя, куда нужно.
Сердце радостно забилось. Я очень скучала по работе.
Глава 8
Я села за руль и вбила в навигатор написанный тетушкой адрес. Плутала недолго. Очень скоро машина свернула на трассу, и город остался позади.
Чем круче уходила дорога в гору, тем красивее становилась природа вокруг. Море, суровое и хмурое, билось о скалы где-то внизу. Сосны, зеленеющая трава, свежий воздух – сердце замирало от восторга. Надо же, столько лет сюда ездила с отцом, а ни разу в эту сторону не догадались прокатиться!
Лес расступился, и моему взору открылся настоящий современный замок. Ухоженные дорожки, подстриженные кусты самшита, красивые голубые ели и потрясающая полоса моря вдалеке. Правда, все портила надвигающаяся непогода. Небо нависало тяжелыми серыми тучами, но от этого отель казался только еще красивее.
Парковка находилась перед ограждением. Сейчас она была почти пуста, стояла только пара дорогих иномарок. Я аккуратно припарковалась на одном из мест и вышла из машины. Заперла ее на сигнализацию и уверенно зашагала по дорожке к главному входу. То и дело натыкалась на рассыпавшиеся по дорожке крупные сосновые шишки. Что за потрясающее место! Не знаю, кто хозяин этого отеля, но уже хочу остаться здесь работать. Папка с документами у меня при себе, послужной список короткий, но безупречный. Наталья Евгеньевна, бывший начальник, дала мне хорошие рекомендации.
Открываю стеклянную дверь. Аромат благовоний из СПА-салона приятен обонянию. Хрустальные люстры, красивый аквариум на полстены с огромными золотыми рыбками, кресла и диванчики в стиле барокко – все это будоражит воображение. Сразу ощущается стиль отеля. Обычные туристы с кучей детей, пакетами дешевой еды из «магнита» и мультиваркой никогда не ступят на порог такого места. Им достанется номер в тетином «Агате». А здесь даже громко говорить страшно.
Девушка на рецепшене оживляется.
– Здравствуйте, я юрист, – уже смелее подхожу к оформленной в стиле барокко стойке.
– Очень, приятно, мы вас ждем, – приветливо улыбается она.
Я внимательно смотрю на нее. Безупречный маникюр и макияж. Форма одежды – белоснежная блузка и черная юбка. Черная жилетка с логотипом отеля. Хорошо, что я надела черное платье.
– Шеф сказал, если вы приедете до четырех, отвести вас прямиком на совещание. У них там проблемы с договорами всплыли, а юриста толкового днем с огнем не сыщешь… да вы давайте свой плащ.
Снимаю плащ, осторожно подаю ей. Она ловко вешает его в узенький шкафчик за своей спиной и покидает рабочее место.
– Совещание здесь недалеко, в кабинете Дениса Тимофеевича. Он сам вот-вот подойдет.
– Хорошо.
На самом деле, совсем нехорошо. «Денис Тимофеевич» звучит почти как приговор.
Девушка ведет меня по выложенному ковровой дорожкой длинному коридору к одной из сверкающих табличками с надписями дверей.
«Казанцев, Денис Тимофеевич»
Сердце обрывается и резко летит куда-то вниз. В горле становится очень сухо. Почему-то мне хочется резко повернуть обратно и бежать прочь из роскошного отеля.
Сбежать я не успеваю. Девушка распахивает передо мной дверь, и я оказываюсь в просторном рабочем кабинете. За длинным столом сидит несколько человек.
– Вы Оля? – оживляется полная женщина средних лет в строгом светлом пиджаке.
– Да, – киваю немного робко.
– Очень приятно. Проходите, присаживайтесь. Я главный бухгалтер, Марина Сергеевна. Сегодня у нас совещание административной службы. На носу новый сезон, надо обсудить все вопросы. Ангелиночка отвечает за службу приема и размещения, Валера за хозяйство. А кадровик у нас Наташа.
Я приветливо улыбаюсь, рассматриваю новых знакомых. Может, мне все же удастся улизнуть отсюда до того, как появится Казанцев? Быть в его штате сотрудников мне почему-то не хочется.
Ангелиночка – стройная брюнетка. Очень привлекательная девушка. Судя по оценивающему взгляду в мою сторону, имеет завышенную самооценку и ревнивый характер. Есть сходство с Мариной Сергеевной, а значит, они родственницы. Валера – стандартный завхоз, огромный и добрый. Улыбается, поправляет застиранный свитер. Наташа из отдела кадров – уставшая от жизни дама средних лет, даже не пытается быть милой. Но ее почему-то я понимаю лучше, чем остальных. Такие не станут строить козни за спиной. Скажут сразу в лицо все, что думают.
Всем приветливо киваю, забиваюсь в самый дальний угол стола и открываю свою папку. Вскользь смотрю в окно, которое оказывается у меня перед глазами. Серая пасмурность прекрасна. Кажется, нет ничего красивее бушующего вдалеке моря.
Снова думаю о надписи на сверкающей табличке. «Казанцев Денис Тимофеевич». Что-то неприятно колет в груди. Синяки и ссадины быстро заживают. А разбитое Казанцевым сердце не исцелилось до сих пор.
Громко хлопает дверь, и на пороге появляются двое продрогших мужчин.
– Чаю мне горячего! И срочно! – потирает руки уже знакомый мне судья Дроздов в длинном белом свитере и синих брюках с широкими брючинами.
Поднимаю глаза. Что-то неприятно жжет в солнечном сплетении.
Денис выслушивает бурные приветствия сотрудников, и его цепкий взгляд впивается в мое лицо. В ореховых глазах удовлетворение. Он едва заметно улыбается одними уголками губ, а затем ловко переключается на проблемы сидящего коллектива.
Стоп, он что, все подстроил? Вот мерзавец!
Ангелиночка сладко улыбается, бежит делать Дроздову чай. Кажется, она без ума от Казанцева. На пальчиках с алым маникюром я не заметила обручального кольца.