То, что скрыто

Глава 9

Первое, что пришло на ум Алексу, после того как он пришёл в сознание после процедуры отключения микрочипа, – это то, что Виктория и её друзья не мошенники. Они, действительно, ему не лгали.

Теперь он помнил всё. Всю свою жизнь. Он вспомнил, кем он был до операции, где жил, кого любил.

Всё, что окружало его последние несколько недель, было фальшивкой, не имеющей, абсолютно, никакого отношения к его настоящей жизни. Его дом, работа, знакомые, и даже семья, всё, без исключения было, совершенно, чужим. Единственное, чем его искусственная жизнь не отличалась от настоящей, было его имя. Его, на самом деле звали Александр. Вот почему когда он пытался припомнить как его зовут, тогда в клинике, имя Александр, произнесённое мерзким доктором Храповым, не вызвало у него никакого отторжения.

Внезапно, на ум Александру пришла совершенно фантастическая мысль:

«А откуда тебе знать, что не эти воспоминания тебе внедрили, на самом деле. Может быть ты, и правда, был Александром Лавровым и то была твоя настоящая жизнь, а эти люди, под предлогом того, что пытаются тебе помочь, наоборот, засунули тебе в голову другого человека?»

От этих мыслей его пробрала дрожь, и он решил, что так недолго и с ума сойти, не зная каким из своих воспоминаний верить. Примерно так, должно быть, чувствуют себя несчастные, страдающие раздвоением личности, подумал Алекс, приподнявшись на своей койке и, нервно, теребя виски.

Однако, долго тревожиться не пришлось. Он, вдруг, осознал, что эту свою жизнь он помнит куда чётче и подробней, чем те крошечные неясные отрывки воспоминаний, которые вертелись в его голове после первой операции. Ему, на этот раз, не составило, совершенно, никакого труда, в одно мгновение, вспомнить множество разных событий и людей из прошлого. Он вспомнил своих родителей, бабушек и дедушек, кузенов и кузин. Кроме того, с лёгкостью припомнил, как звали девочку, в которую он был влюблен в первом классе, вспомнил кличку соседской собаки, которая укусила его за щиколотку в детстве и многое-многое другое, что, несомненно, несмотря на всю мощь современных технологий, не смог бы внедрить ему в голову никто.

Успокоившись, он облегчённо откинулся обратно на подушку и прикрыл глаза, намереваясь дать голове немного отдохнуть от тревожных мыслей и воспоминаний.

Однако, в следующий миг он, вновь, резко подскочил на кровати, быстро сполз с неё босыми ногами на пол и, повернувшись к ошеломленному Максу, сидевшему поблизости в кресле, с ноутбуком на коленях, спросил:

– Зеркало? Где тут у вас зеркало?

Тот, молча, показал пальцем на ближайшую дверь.

Алекс, стремительно, направился в ту сторону, рывком открыл дверь и вошёл в небольшую уборную. Там над маленькой раковиной висело на стене зеркало. Он глянул на своё отражение и, отчаянно, замычал.

– Мммм… скоты, уроды, твари, – выдавливал он, сквозь плотно стиснутые зубы, – Чёрт! Что же мне теперь делать?

– Эй, ты там как, чувачок? – услышал Алекс за своей спиной озадаченный голос хакера.

Он повернулся к молодому человеку и прорычал, в гневе:

– Эти ублюдки и, правда, изменили мою внешность!

– Ну и чё? – недоуменно, спросил Макс, – чё переживать-то? Ладно, если б они сделали из тебя какого-нибудь рыжего урода, ну, типа как я. А так-то ты вон какой симпотяга. Да я бы за такую физиономию, как у тебя, только спасибо бы им сказал. Но они, гниды, мне только зомбочип презентовали.

– Да как ты не понимаешь? Как же теперь моя жена и дочь смогут меня узнать с такой внешностью?

– Ааа, ты об этом? Ну, я бы на твоём месте, сейчас больше переживал о том, чтоб меня не узнали те, кто кинется меня искать, после отключения зомбочипа. Тем более, твои, всё равно, считают, что ты уже пару месяцев как червей кормишь.

Разъярённый Алекс даже не заметил, как в порыве гнева схватил Макса за руку и, сильно, сжал.

– Мне плевать на тех, кто будет меня искать. И мне плевать, что они там понарассказывали моей семье. Я хочу их видеть. И я докажу им, что это я и, что я жив, – гневно сверкая глазами, проговорил он.

– Ты подостынь чуть, дружочек. Я, конечно, понимаю, что тебе хочется их увидеть. Ты, обязательно, их увидишь, но чуток попозже, когда мы убедимся, что это безопасно и для тебя, и для них.

Тут Алекс, наконец, заметил, что его рука крепко стискивает рабочий инструмент хакера, разжал пальцы и отвернулся к зеркалу, вновь, рассматривая своё отражение.

– Ты вспомнил, как на экзекуцию-то попал? – спросил Макс, морщась и потирая руку, – в следующий раз, когда надумаешь размять свои клешни, предупреди заранее, я тебе каучуковый тренажёр подгоню.

– В каком смысле? Какую экзекуцию?

– Ну, в смысле, перед тем как тебе в черепушку зомбочип засунули, что-то же произошло. Как ты, вообще, туда попал, на операцию? Не сперму же сдавать ходил?

– Если бы Миша не рассказал мне, при каких обстоятельствах был вживлен твой чип, я бы подумал, что уж тебя-то точно в банке спермы цапнули, – буркнул сердито в ответ Алекс и начал вспоминать обстоятельства, которые привели его в руки «Интермедовских» врачей.

– Да, конечно, я помню, – сказал он, через пару мгновений, и то отрадное обстоятельство, что не приходится напрягать извилины до изнеможения, чтобы вспомнить какие-нибудь эпизоды из своего прошлого, немного остудило его гнев, – я работал у себя в лаборатории, она у меня прямо в доме расположена, в подвальном помещении. Всё было как обычно, я был один, занимался своими обычными делами, и тут, вдруг, почувствовал, как виски, будто, кто-то сдавил тисками. Такой ужасной боли я ещё никогда раньше не испытывал.

При этих словах, Алекс весь передёрнулся, вспомнив ту невыносимо острую боль, пронзившую ему голову и, в мгновение, лишившую его всех сил.

– Не помню, что дальше было, я потерял сознание, а когда очнулся, увидел, что лежу на полу, а надо мной сидит и рыдает моя жена. Оказалось, что я пролежал без сознания почти целый час, когда Мария меня нашла и начала приводить в чувство. До того, как стать моей ассистенткой, а потом и женой, она была медсестрой, поэтому знала, что делать, когда человек потерял сознание. Но даже при всех её навыках, я далеко не сразу смог очнуться. Она уже начала думать, что я больше не приду в сознание и, даже, успела вызвать скорую помощь, но к тому времени, когда они приехали, я уже чувствовал себя совершенно нормально. Они проверили моё общее состояние и, так как я отказался от госпитализации, порекомендовали обратиться к врачу для более глубокого обследования.

Я решил, что это обычное переутомление и не стал в тот день, ехать ни к какому, врачу.

Но на следующий день всё повторилось, только в этот раз моя Машуня была наготове и, сразу же, вызвала карету скорой помощи, которая отвезла меня в местную поликлинику. Там мне провели комплексное обследование. А на следующий день, пришёл мой лечащий врач и убил нас с женой новостью, что у меня в голове злокачественная опухоль, причём на поздней стадии развития.

Когда моя жена в рыданиях выбежала в коридор, этот врач подошёл ко мне и сказал, что сам он, к сожалению, никак помочь мне не в состоянии, но он знает клинику, в которой якобы разработали какую-то альтернативную методику лечения и, что она уже, даже, даёт положительные результаты.

Ну, я и подумал тогда, что, раз уж терять мне теперь уже, всё равно, нечего, почему бы не попробовать эту альтернативную методику.

Через два дня собрал вещи и поехал в мою любимую клинику к славному доктору Храпову. Тот провёл ещё одно обследование и сказал, что счёт идёт на часы, нужно срочно ложиться на операцию. Ну а дальше ты и сам знаешь.

Алекс замолчал.

Затем крепко сжал руки в кулаки и со всей силы ударил кулаком в кирпичную стену. Послышался глухой хруст и по пальцам потекли тоненькие капельки крови.

– Ну Храпов, гадина старая! – гневно, прошипел он, не обращая внимание на пораненную руку, – всё знал, падаль. Не зря же он мне с самого начала так не понравился. Найду ублюдка и придушу своими руками. Он мне всё выложит.

– Выложит, обязательно всё выложит, – услышал Алекс голос Вики, очевидно, уже довольно долго находящейся в комнате, – только чуть позже. Нужно сделать всё осторожно и грамотно, чтобы не попасться. Самое главное – это, в первую очередь, забрать твою семью, пока «Интермедовские» псы не додумались использовать их против тебя и нас. А милым доктором мы займёмся после.

Макс, всё ещё, потиравший свою руку в том месте, где её сжал Алекс, утвердительно, кивнул при этих словах, одарил Викторию своей очередной «соблазнительной» улыбкой, а после серьёзно добавил:

–А знаете что ещё, мальчики и девочки? Я тут прикинул, что перед тем как Михал Иваныча этого за жабры хапнуть, неплохо было бы ещё второго докторишку тряхануть. Того, что тебе на этого самого Иваныча ссылку кинул.

– А? – спросил Алекс, не полностью еще разобравшийся в своеобразной манере общения юного хакера.

– Наш гений хочет сказать, что вначале нужно допросить того врача, который тебе поставил ложный диагноз. Он, наверняка, тоже с ними в сговоре, – пояснила Виктория.

Возражений на такое предложение не нашлось, поэтому принялись обсуждать дальнейший план действий.

Следующим же вечером небольшая группа в составе Александра, Виктории и сладкой парочки, как про себя называл Алекс Мишу с Максом, отправилась в небольшой городок, расположенный на берегу Черного моря, где находился дом Алекса и где, предположительно, должна была быть его семья.

Согласно плана, по прибытии на место, разделились. Осторожно подобрались с разных сторон к дому, и засели в заранее оговоренных наблюдательных пунктах.

У Алекса, как самого неопытного бойца в группе, была наиболее простая задача: подобраться к дому со стороны пляжа, залечь там, среди барханов, дождаться сигнала от своих товарищей и, убедившись, что нет слежки, быстро подойти к дому.

Так он и поступил. Зная, что недалеко от его дома, прямо на пляже обычно лежат и сушатся вверх дном небольшие лодочки и катамараны, он дождался темноты и, стараясь не попадать под свет луны, добрался до этих лодок и залёг между ними. От этого места до дома, где сейчас должны были находиться два самых любимых человека на планете, Алекса разделяли всего пару десятков метров и он, просто неимоверным усилием воли заставил себя успокоиться и, тут же, не броситься на встречу с родными.

Чтобы как-то себя успокоить он решил оглядеться по сторонам, за одно, проверив, не следит ли кто за домом с этой стороны.

Аккуратно приподнявшись и вытянув голову, он посмотрел вправо, затем влево, на всякий случай, вгляделся в море и, не заметив ничего подозрительного, стал медленно поворачивать голову в сторону родного дома. Тут его взгляд остановился на небольшом деревянном причале и, пришвартованной к нему, маленькой прогулочной яхте. Это была его собственная яхта, с которой были связаны так много прекрасных воспоминаний.

Внезапно, Алексу вспомнилась одна фотография, виденная им совсем недавно, и он в ошеломлении рухнул обратно на песок. То самое фото, на котором на этой самой яхте стоял со своими сыновьями человек, чью роль, по вине компании «Интермед», Алексу пришлось исполнять последние несколько недель, Александр Лавров.

Алекс, сразу же, вспомнил что, оказывается, пару лет назад он встречал того человека, чье лицо теперь ему приходилось носить, и его семью. Тот попросил Алекса сдать ему в аренду на несколько часов свою яхту, чтобы прогуляться по морю с семьёй, пообещав очень щедрую оплату.

Поначалу, Алекс наотрез отказался сдавать яхту в аренду, так как до этого никому и никогда не доверял управление своим любимым транспортным средством. Но незнакомец был очень настойчив, а его маленькая дочурка с такой надеждой в глазах смотрела на Алекса, что его сердце дрогнуло, и он согласился. Однако, потребовал оставить в залог что-нибудь ценное, на случай, если с эго яхтой что-нибудь случится.

Тогда, этот человек, не задумываясь, снял с пальца большой золотой перстень, сделанный в виде букв «AL», которые были сплошь усеяны крупными бриллиантами, и протянул его Алексу, сказав, что этот перстень, как минимум, втрое дороже его яхты.

В тот момент Александру и в голову не могло прийти, что, несмотря на то, что в этот же день, он вернёт залог его хозяину, через пару лет, он сам станет хозяином этого перстня. Он и сейчас красовался на его пальце.

Когда Алекс в последний раз покидал дом Лавровых, перед встречей с Викой, он, второпях, забыл снять громоздкое украшение с пальца, за что не раз потом корил себя.

«Какое странное ощущение, – подумалось ему, – когда ты смотришь, как какой-то человек стоит и фотографируется со своей семьёй, а через какое-то время сам оказываешься в роли этого человека».

Теперь, вовсе, не удивительно было то, что его, усиленно заглушаемые микрочипом, воспоминания так переполошились, когда он обнаружил это фото в семейном альбоме Александра Лаврова.

В тот момент, когда он, впервые, увидел эту фотографию, он ощутил что-то очень знакомое и тогда подумал, что начинает вспоминать фрагменты из своей забытой жизни. Теперь же ему было, совершенно, ясно, что это была, всего лишь, реакция подавленного подсознания, на вид его собственной яхты и окружающей её местности, которая была так близка его сердцу.

Воспоминания ночного наблюдателя за собственным жилищем прервал голос, раздавшийся в наушнике, вставленном в правое ухо Алекса. Голос принадлежал Мише.

– Внимание! С моей стороны всё чисто. Никто за домом не наблюдает.

– Принято, – вступил в разговор голос Вики, – с моей стороны тоже всё чисто. Двоих псов я оглушила и связала. Не знаю, как часто они выходят на связь со своими, но думаю, что пару часов у нас есть. Макс, Алекс, как слышно?

– Я тут абсолютно один, – проговорил Алекс в крошечный микрофон, прикреплённый к воротнику.

– Макс? – снова спросил голос Виктории.

– Да всё окей у меня, – послышался, наконец, в наушнике полусонный голос Макса, – слушай, Викуль, не жалко тебе крошить всех постоянно? Ты б может разочек, для разнообразия, соблазнила кого-нибудь? Или может у тебя навыков не хватает? Так ты, если чё, обращайся, я в этих вопросах сэнсэй восьмидесятого уровня…

– Не засоряй эфир, придурок, – раздраженно, прервал излияния юноши Миша.

– Так, – снова включилась в разговор Вика, – значит, если у всех всё чисто, Макс остается на месте и вместо того, чтобы заниматься всякой х…ерундой, внимательно следит за периметром. Миша ты займёшь моё место и будешь следить, чтобы наши спящие друзья не проснулись раньше времени или, чтобы к ним, вдруг, кто-то ещё не заявился.

– Принял, – коротко ответил Миша.

– Алекс, – продолжала раздавать указания Вика, – ты осторожно встаёшь и подходишь к двери, я тоже туда выдвигаюсь.

– Уже иду, – ответил Алекс, с трудом, сдерживаясь, чтобы не заорать и не побежать быстрее навстречу долгожданному свиданию с родными.

Он осторожно поднялся из своего укрытия, внимательно огляделся по сторонам, и, убедившись, что вокруг, по-прежнему, ни души, направился в сторону своего дома, стараясь, всё время, держаться в тени.

Когда он подошел к двери, сердце, от волнения, стучало так сильно, что казалось, оно вот-вот вырвется из груди и запрыгает на крыльце дома.

Подошла Вика и тихо сказала:

– Стучи. Надо поторопиться.

Алекс поднял руку и негромко постучал в дверь.