Готамерон. Том I. Весна знамений

– Чего хочешь за нее? – облизнув высохшие губы, прошипел Джагинс.

– Чтоб ты убрался к Ниргалу на рога!

– Идет.

Получив в дар сокровище, мажордом умчался прочь, оставив за собой клубы пыли. Грог знал, куда тот побежал. За усадьбой был спрятан клад. В яме с травой Джагинс хранил сундучок полный таких монет. Втайне от всех чудаковатый крестьянин постоянно его навещал, пополнял и ласкал. Грог не сомневался, что в глубине души бородатый человечек мечтал походить на своего благодетеля. Без золота, без мозгов, зато с «сокровищем», прям как мерзавец Регар в годы страшной нищеты, когда даже королевская чета ела из глиняных тарелок.

– Когда-нибудь проткну этого болтливого слизняка, – пожаловался Бод, доставая из штанов еще несколько монет.

– Валяй. Сам потом жалеть будешь.

– Мда… С другой стороны, Джагинс единственный идиот на острове, от которого можно откупиться таким барахлом.

Грог коротко кивнул, забрав у товарища две монеты. Многие наемники поступали так. Совершив какой-нибудь проступок, они могли умаслить проныру ступкой.

Добравшись до господского холма, Грог и Бод подошли к одной из дозорных башен, кольцом окружавших домен, на самой мощной из которых сидел арбалетчик. Наблюдая с высоты своего укрытия, он пил вино из деревянной бутыли и посмеивался над уставшими товарищами.

Косматый стражник с черными волосами до плеч поприветствовал главу охраны кивком. Высокий ящик, поставленный у основания башни, служил ему столом. Сидя на бочонке, человек в кожаных доспехах вынимал из холщового мешка тафтяные мошны и аккуратно раскладывал их перед собой. Грог умиротворенно вздохнул, глядя на тугие кошельки. После полудня он обязательно поедет в город и потратит золото с пользой. К тому же приближался день рождения отца. Грог подумывал купить Рудольфу пиратскую курительную трубку с головой какого-нибудь диковинного зверя.

– Извини, дружище. У меня приказ, – пробасил косматый наемник. – Хозяин хочет тебя видеть.

– Брем, я похож на того, кто получает жалование последним? – с нотками угрозы в голосе переспросил Грог. – Сначала деньги. Я их заслужил, Ниргал тебя разорви!

– Ничего не знаю, Грог. У меня приказ, – запротестовал Брем и, перегнулся через стол, заслонив черными космами кошельки. – Все равно мне сказали, что твоей доли здесь нет.

Грог посмотрел на товарища круглыми от удивления глазами. Бод в ответ лишь провел пальцем по горлу. В этот раз привычной улыбки у него на лице не было. Воины за спиной уже стали выказывать недовольство. Очередь растянулась от башни до самого поля. Некоторые стояли прямо на солнцепеке, держа в руках оружие и доспехи. Грог не стал спорить и зашагал вверх по склону.

– Хочешь, я с тобой пойду? – прокричал вослед Бод.

– Нет. Свидимся у Риллы, – вполоборота ответил Грог, указав на старую таверну.

Вся надежда была на то, что это просто недоразумение. В конце концов, он не слуга, работающий за еду и кров, не беспомощный крестьянин, которого легко обсчитать, и не бродячий подёнщик, которому можно вовсе не платить. Он сын йомена и профессиональный воин, который, согласно договору о найме, обязан получать жалование за выполненную работу.

Поднявшись на холм, Грог направился к хозяйской усадьбе в обход главной улицы. Встретив на пути угрюмых подёнщиков, Грог поприветствовал их кивком. Судя по лицам, эти жалования тоже не видели. С батраками такое часто случалось, но наемников Орвальд не обсчитывал. Он крепче стиснул кирасу и ножны, широким шагом достигнув большого амбара, за которым возвышался кирпичный ярус усадьбы. В тот же миг на него набросился некто и потянул в сторону. Грог опомниться не успел, как оказался в крепких объятиях. Стройная девушка с вьющимися рыжими волосами притянула его к себе и стала яростно целовать.

– Не здесь! – шепнул Грог, потеснив озорницу локтем.

– Ночью ты не такой робкий. В чем дело? Папу испугался?

На него устремились два зеленых глаза, полные притворного возмущения. Девушка убрала упавшие на лицо локоны и посмотрела на него с вызовом. На ней была просторная серая юбка ниже колен и салатового цвета дублет, какие обычно носили мужчины.

– Он у себя в берлоге. Спит, кажется, – хихикнула та, наматывая огненный локон на пальчик.

– Твой отец сказал, что отрежет мне все, что ниже пояса, включая ноги, если узнает, что мы снова…

– Ой, да брось! Раньше Джагинс разбогатеет, чем папа с кем-то расправится. Этот тюфяк кроме ножа для разделки мяса сроду оружия в руках не держал.

– Богачу не обязательно убивать кого-то собственноручно, Елена. Пора бы тебе это уяснить. Не первый день за городом живешь.

Елена была хозяйской дочерью и вместе с тем самой богатой невестой за пределами Готфорда. Впрочем, за девятнадцать лет жизни приданного своего эта леди так и не увидела. С детства она была предоставлена самой себе, носясь по полям и фермам с ободранными коленками и всклокоченными волосами. В юности за ней присматривал Джагинс, но лишь за тем, чтобы девчушка не убежала в лес или на кладбище, откуда дети, как правило, не возвращались; а когда та повзрослела, единственным наблюдателем над озорницей остался владыка Нисмасс.

Воспитанием дочь лорда тоже не блистала. Она росла с крестьянскими детьми. Могла подраться, напиться или даже убежать из дому. Грог заприметил ее еще будучи фермером, но по-настоящему они сблизились только когда он взял в руки меч. Иначе и быть не могло, ведь, в отличие от горожанок, крестьянки покорялись мужчинам, за спинами которых чувствовали себя в безопасности.

– Я должен идти, – опомнился Грог, пока девушка по привычке изводила его взором, при этом почти не моргая.

– Что так скоро? Побудь со мной. – Елена вновь притянула его к себе и крепко прижалась грудью.

Тонкие пальчики пробежали по его талии, затем опустились ниже, коснувшись заплаток на кожаных штанах.

– Хочу попросить тебя об одолжении, – кокетливо потупив взор, произнесла девушка, обратив к солнцу лицо полное веснушек. – Просто скажи да или нет.

– Все, что угодно, – мягким голосом ответил он, потехи ради надев на голову подруги ее собственный капюшон.

– Анабель и Оливер затевают одну авантюрку. – Елена провела ладонью по его бедру, оставшись с покрытой головой. – Это может быть опасно… без твоего меча.

– Ты же знаешь, как я ненавижу эту еретичку.

– Все, что угодно, – вкрадчивым голоском напомнила она. – Анабель моя лучшая подруга. Не хочу, чтобы она пострадала.

Грог вздохнул и небрежно кивнул, понимая, что отказать все равно не сможет. Девушка улыбнулась и снова коснулась пальцами бедра, но в этот раз не без умысла.

– Вижу, заплатки не слетели, – промолвила та, ощупав прямые стяжки. – Теперь штаны будут как новые. Можешь считать себя счастливчиком. Есть кому о тебе позаботиться. Крестьяне по двадцать лет в своих обносках ходят.