- -
- 100%
- +
* * *
Глава 1
Компания из трех девушек в разноцветных бикини сидела на деревянном пирсе. Подруги весело щебетали, болтая ногами в теплом море. Яркий июльский день перевалил на полдень, и солнце щедро рассыпало свои поцелуи по гладкой девичьей коже и красивым телам.
Видно было, что они на отдыхе уже не первый день, так как кожа двоих была покрыта ровным и темным загаром. Зато у третьей она так и оставалась нежно‑золотистой, что, впрочем, придавало ее телу странный ореол сияния. Особо контрастно на этой золотистой коже смотрелись рассыпанные по спине иссиня‑черные волосы девушки. Гладкие и блестящие на солнце, они стекали по ее спине живым водопадом нефти.
Загорелые красавицы, обе блондинки, вертели головами по сторонам, рассматривая проходящих по берегу парней и живо обсуждая достоинства и недостатки каждого мужского индивидуума, попавшего под взгляд неугомонных подруг. Последняя же девушка пристально смотрела на море, скользя счастливым взглядом до самого далекого горизонта и глубоко вдыхая морской воздух.
– Ох, Каринка, ну все у тебя не как у людей, – смеялась девушка в зеленом с позолотой купальнике. – Мы с Надькой вон уже как негры, а ты, как была бледная немочь, так и осталась.
– Да не слушай ее, Карин. Это Римку жаба душит, что у тебя кожа такая красивая. Просто супер. Вот была бы мужиком, так бы и облизывала тебя всю! – беззаботно рассмеялась девушка в розовом купальнике.
– Ну и завидую, и не скрываю, а то ты, Надька, нет? Вот красивая она у нас, а толку‑то! Она ж к себе мужиков и близко не подпускает, монашка хренова! Зачем мы тебя только потащили с собой отдыхать? Тебе сам смысл этого слова непонятен! Такое впечатление, Карин, что тебе не девятнадцать, а сто как минимум. У тебя что, какой‑то ген в организме отсутствует, который людям расслабляться позволяет?
– Римка, ну чего ты пристала! Отвали от нее!
– Нет, ну почему это отвали? Мы ее зачем от родителей отмазали и потащили через всю страну в этот лагерь дикарями отдыхать? Правильно, чтобы она себя хоть на неделю свободным человеком почувствовала! Нам по девятнадцать, и это нормально – веселиться и делать сумасшедшие глупости в нашем возрасте. Мы должны танцевать, пить и заниматься сексом, чтобы в старости было что вспомнить! А ты, Карин, как будто уже старуха.
– Ой, ну тебе чего жаловаться? За эту неделю, что мы тут, тебе потом в старости вспоминать не перевспоминать. Начинай записывать, что ли, а то не все упомнишь, – захихикала Надежда.
– А сама‑то! Вчера с тем красавчиком в бандане вы, конечно, книжки читали всю ночь!
– Девочки, ну не ссорьтесь из‑за меня! – наконец подала голос Карина, до этого задумчиво смотревшая в горизонт.
Римма, сидевшая посередине, обняла обеих подруг за плечи.
– Да было бы из‑за чего ссориться! Я же за тебя, дурочку, переживаю. Мы завтра рано утром уже отчаливаем, а ты даже поцеловаться ни с кем не умудрилась. И это при таком‑то выборе роскошных самцов вокруг. Кариночка, ну позволь ты себе хоть один глоточек свободы. Напейся, пофлиртуй! Тебя же, как домой вернешься, родоки опять в оборот возьмут, и все – прощай, свобода! Ну проживи ты хоть один день как нормальный человек! У меня же сердце кровью обливается, когда я вижу, как ты сжимаешься и сбегаешь, стоит только парню на тебя чуть пристальней посмотреть.
– Римма, перестань! Ничего я не сжимаюсь. Просто мне никто не нравится, – тихо ответила Карина.
– Да ты же даже толком никого и не рассмотрела, вечно что‑то под ногами выискиваешь!
– И не правда!
– И правда. Ты трусиха!
– Вранье!
– А вот и правда!
– Тише, девчонки, сюда идут эти красавчики, что уже три дня на нас пялятся!
– Бли‑и‑и‑ин! – отчаянно заскулила Римма. – Ты посмотри, какой этот черненький аппетитный! Не, прям зефир в шоколаде! Так бы и облизывала его, пока весь не закончится!
– Да, а этот рыжий! Ты посмотри, какое у него тело. Ох, девочки, я от одного взгляда на него кончить готова.
– Надька, они что, к нам идут?
– А то! Я же видела, как блондинчик на нашу Кариночку уже три дня горячие взгляды бросает.
– О, ну тогда сейчас будет большой облом. Наша мисс монахиня сейчас его отошьет, и эти сладкие кусочки уйдут в неизвестном направлении, и мы с тобой, Надька, останемся под занавес отдыха без сладкого, – угрюмо заключила Римма.
– Кариночка, я тебя умоляю, ты посмотри какой! Ну обещай, что не пошлешь его и не убежишь сразу же. Дай нам с Римкой шанс! Мы же с ней слюной изойдем. Завтра свалим отсюда уже. Потерпи один денек ради лучших подруг. Просто поговори с ним!
– Ладно, девочки, успокойтесь, – улыбнулась Карина. – Попробую один день побыть нормальной.
– У‑у‑у, я тебя обожаю! – завопила Надя.
– Заткнись ты, они рядом! – прошипела Римма.
– Прекрасные русалки, не будет ли с нашей стороны наглостью навязать свое безобразное общество самым прекрасным девушкам на этом побережье? – раздался сзади хрипловатый мужской голос.
Римма обернулась к стоящим позади парням. Надо сказать, что там стояли целых три ходячих загорелых искушения в шортах. Все три парня были рослыми, с прекрасно развитыми, не перекаченными телами и очень короткими стрижками.
– О, что вы! Русалки совсем не против, если вы окажетесь достойны, – дерзко улыбнулась в ответ Римма.
Черноволосый парень присел прямо напротив девушки и приблизил свое лицо вплотную к ее.
– А что, русалки очень требовательны? – прошептал он томным шепотом.
– Еще как требовательны. А временами просто ненасытны. Не пугает? – ответила ему в тон Римма таким же соблазняющим шепотом.
– Думаю, я справлюсь, – с усмешкой ответил черноволосый и решил представиться: – Вадим.
– Я даже не сомневаюсь, – так же усмехнулась в ответ Римма. – Я Римма, а это мои лучшие подруги – Карина и Надежда. Друзей своих представишь?
– Не маленькие, сами справятся, – отмахнулся Вадим, так и не отодвигаясь от Риммы. – Я занят.
Римма обвела наглым изучающим взглядом его друзей.
– И где же такие сладкие подарки столь массово выпускают? – с дерзкой ухмылкой спросила она. – Наверное, на той секретной фабрике деда Мороза, что производит подарки для тех девочек, что плохо вели себя весь год?
Парни неожиданно смутились и рассмеялись. Девушки и не заметили, как рыжий парень шагнул в сторону Карины, но натолкнулся на жесткий, предупреждающий взгляд блондина. Около минуты длился понятный только им поединок взглядов, но затем рыжий ухмыльнулся понимающе и отступил, усевшись рядом с Надей.
– Кирилл, – протянул он руку девушке.
А блондин вернулся взглядом к фигурке, словно окутанной золотистым сиянием. Он глубоко и судорожно вдохнул, как перед прыжком в воду, и присел рядом с Кариной.
– Привет. Я Тимур, – тихо сказал он.
– Карина, – ответила девушка, так и не подняв на него глаз.
Подруги уже вовсю щебетали, задорно хохоча над шутками парней, а Карина и Тимур так и сидели молча рядом. Парень не сводил напряженного взгляда с лица девушки, с безумно длинных, полуопущенных ресниц, за которыми она по‑прежнему прятала глаза, с нежного изгиба полных розовых губ, с легкого смущенного румянца, что заливал золотистую кожу ее щек. Его глаза жадно скользили по линии ее безупречной шеи, по полной груди, едва прикрытой купальником, по восхитительным изгибам девичьего тела.
Неожиданно, видимо не выдержав его пристального взгляда, девушка соскользнула в воду и нырнула с головой. Даже не задумываясь, Тимур последовал за ней. Остальные тоже, вдруг вспомнив о существовании такой замечательной вещи, как море, шумно попрыгали в воду. Карина чуть отплыла и обернулась. И тут прямо перед ней из‑под воды вынырнул Тимур, оказавшись с ней лицом к лицу.
– Ты бежишь от меня? – тихо спросил он, глядя наконец в ее глаза цвета темного шоколада.
– Наверное, – так же тихо ответила Карина.
– Тебе неприятно, когда я рядом? – зеленые глаза парня смотрели с восхищением и надеждой.
– Я не знаю.
Лицо Тимура расплылось в счастливой, чисто мальчишеской улыбке.
– Тогда, может, останешься чуть подольше, чтобы узнать поточнее?
Карина неожиданно открыто улыбнулась ему в ответ, и парень удивленно выдохнул, впившись взглядом в ее губы.
– Ты такая красивая, – выдохнул он в восхищении. – Просто поразительно! Мне даже больно на тебя смотреть! Как на солнце!
Лицо девушки опять вспыхнуло в смущении.
– Ты смеешься надо мной? – она попыталась уплыть.
– Нет! – Тимур выкрикнул так резко, что она даже вздрогнула. – Не беги опять, пожалуйста! Я и так не мог набраться смелости подойти к тебе! Не беги сейчас, прошу!
– Хорошо, – и Карина повернулась к нему.
– Ка‑а‑а‑рина! Ребята предлагают пойти перекусить в кафе, вы с нами? – крикнула Римма.
– Да, конечно!
Тимур помог ей выбраться на пирс, мимолетно скользнув руками по ее телу, что вызвало дрожь у обоих. Когда девушка прямо поверх мокрого купальника накинула легкий сарафан, Тимур каким‑то решительным движением взял ее за руку и переплел их пальцы, чем вызвал опять волну жаркого смущения на щеках Карины, но руку у него отнимать она не стала, чувствуя странную радость от этого прикосновения. В кафе Вадим и Кирилл опять просто блистали красноречием, смеша и удивляя девушек ежеминутно. Даже Карина расслабилась и улыбалась немного фривольным шуткам парней. Тимур же по‑прежнему молча пожирал глазами каждую мимолетную эмоцию, отражающуюся на лице девушки. Он так и не отпустил ее левой руки, даже когда ел, и им обоим пришлось управляться одной.
– Девушки, какие планы на вечер? – перешел к главному Вадим.
– А какие предложения? – бодро спросила Римма.
– На нашей базе сегодня вечеринка, и есть очень острое желание пригласить вас. Должно быть весело.
Взгляды девушек тут же уперлись в Карину, и она мгновенно смутилась.
– Э‑э‑э… а что, такие вопросы у вас Карина решает? – ехидно спросил Вадим.
– Нет. Просто мы друг без друга никуда, а Каринка у нас не особая любительница шумных вечеринок.
– Кариночка, – включил свое обаяние на полную Вадим, – там будет все более чем прилично, клянусь честью! Ну, ты ведь не допустишь, чтобы из‑за тебя подруги отказались от нашего приглашения?
– Вадим… – неожиданно раздраженно сказал Тимур.
– Кариночка, мы недолго – просто повеселимся, потанцуем, – заканючила Римма.
Совершенно смешавшись под направленными на нее взглядами, Карина кивнула.
– Конечно, я не против.
– О, Кариночка, дай я тебя расцелую, – подорвался со своего места Вадим, но натолкнулся на угрожающий взгляд Тимура и ограничился воздушным поцелуем.
– Тогда мы за вами зайдем в восемь. Где вас искать?
– В соседнем кемпинге. Восемнадцатый домик.
– Окей! – сверкнул белозубой улыбкой Кирилл. – Мы будем считать минуты до восьми.
– Ну ты и трепло, – рассмеялась Надя.
* * *
– Тимур, мужик, что это было вообще? – завопил Вадим, как только они проводили девушек до ворот кемпинга. – Ты что, язык проглотил?
– Отвали, ты зато трепался за всех.
– Ты кто и куда дел моего друга? Я думал, что ты эту цыпочку прямо в море поимеешь, а ты вел себя как первоклассник!
– Если не захлопнешь пасть, то на вечеринку пойдешь в новом образе! – рявкнул Тимур, сжав кулаки.
– Эй, вы чего? – встал между ними Кирилл.
– А чего он ведет себя как сопливый девственник?! Он только за последний месяц телок больше перетрахал, чем некоторые за всю жизнь, а там сидел и язык в задницу затянул. В чем дело, Тим? Если бы мы с Киром там как клоуны не распинались, они вообще бы соскочили! В чем дело, мужик?
– Коршун, отвали от него, пока вы не сцепились!
– Я не собираюсь сцепляться лучшим другом из‑за бабы! Просто хочу понять, какого происходит? Он сам пялился на нее три дня и подбивал нас их склеить, а когда дошло до дела, просто заткнулся и слова не сказал за все время. Что за дела вообще? Если она тебе не нужна – так и скажи, какого было затеваться? Я что, себе телку на ночь не найду? Вон сколько голодных вокруг ходит, и утруждаться разговорами не придется!
– Тим, и правда, в чем дело‑то?
– Да как будто я сам знаю, – огрызнулся Тимур. – Она не такая, как другие, понимаете? Я даже не знаю, что ей сказать!
– Только не говори, что ты влип! Только не ты, мужик!
– Вот и не скажу, – буркнул Тимур и пошел вперед с окаменевшей спиной.
Глава 2
– Карина, давай глоточек, – протянула Римма ей бутылку шампанского, к которой они с Надей по очереди прикладывались. – Парни придут с минуты на минуту. Давай, хоть чуть‑чуть расслабишься. Я думала, что этот блондинистый Тимур – главный жеребец и бабник у них, и вот те на. Сидел и молчал все время.
– Да просто его красота нашей Каринки заставила язык проглотить.
– Девчонки, не издевайтесь, – вспыхнула как маков цвет Карина. – Вы видели, какой он? А сколько вокруг него и его друзей девушек эти дни крутилось? Зачем ему такая, как я? – и Карина решительно сделала глоток из бутылки.
Тут же захлебнувшись, она закашлялась, и слезы полились из глаз.
– Ох, горе ты наше. Вот захочешь тебя напоить – да и тут ты умудришься захлебнуться! – похлопала ее по спине Надя. – Ты что, слепая, Карин? Он ТАК на тебя смотрел. Блин, если бы парень хоть раз бы на меня так посмотрел, ну при условии, что он был бы такой красавчик, как этот твой Тимур, да я б за ним по углям на край света шла бы!
– Ага, где б на тебя столько углей бы напаслись, романтичная особа! – заржала Римма. – Так, девочки, давайте еще раз посмотрим, все мы собрали?
– Да все‑все. Уже и сумки все в машине! Осталось только то, что на нас, и шорты с майками завтра в дорогу переодеться, – констатировала Надя.
– Так, девочки, я вижу наш шоколадный безкалорийный десерт в количестве трех штук! – крикнула от окна Рима. – В общем так: сегодня – последняя ночь. Как пойдет, я не знаю, поэтому установка одна: в шесть утра мы должны быть кровь из носу у машины, чтобы выехать по холодку! Если и разбредемся, то прошу чувство времени все же не терять. А теперь пошли навстречу подвигам!
Раздался стук в дверь, и Римма, картинно выдержав паузу, крикнула:
– Одну минуту, мы не одеты.
– Можно войти и помочь? – раздалось из‑за двери, и голос был явно Вадима.
– Одеться? – спросила Римма, распахивая дверь.
– Одежда – это все буржуазные пережитки. Они уродуют и опошляют истинную красоту, – окинув взглядом Римму в коротком вечернем черном платьице, парень выдохнул: – Детка, ты просто ослепительна.
Он сграбастал ее и снял со ступенек. Следом выпорхнула Надя, чтобы тут же оказаться в объятьях рыжего Кирилла. Карина вышла последней и замешкалась на ступеньках. На ней было коротенькое белоснежное платье Риммы, и оно облегало ее как вторая кожа. У самой девушки не было таких вещей, и сейчас она чувствовала себя ужасно от того, что уступила подругам и надела это. Словно вышла голой. Тимур стоял молча с минуту и мрачно смотрел на нее. Карина сглотнула. Ему точно не понравилось! Потом парень шагнул и подхватил ее на руки, снял с крыльца и пронес несколько шагов. Поставив на землю, крепко обвил ее тонкую талию рукой и прижал к себе.
– От меня ни на шаг, слышишь? – тихо сказал он. – Не хочу, чтобы тебя у меня украли.
Едва они попали на вечеринку, раздался женский визг вокруг, а потом, когда все увидели, что парни не одни, разочарованный стон. Тем не менее какая‑то не в меру разгоряченная парами алкоголя девица, взвизгнув, бросилась на шею к Тимуру, отпихнув Карину.
– Тимурчик, я тебя так ждала! Тогда на пляже – это было просто супер!
Тимур резко отстранил девушку от себя.
– Извини… дорогая, я не один. – У парня явно возникли проблемы с именем красавицы.
Тимур резко обернулся к Карине и увидел, что на ее щеках горят красные пятна стыда и гнева и она явно готова уйти. Он схватил ее ладони и порывисто прижал их к своей груди в районе сердца.
– Прости, Карин! Прости! Я не ангелок – ты ведь это поняла! Просто поверь, что ты для меня – это совсем другое…
– Ты меня не знаешь!
– Ну так не убегай, дай мне шанс! Я на самом деле очень этого хочу!
Карина беспомощно оглянулась по сторонам и кивнула. Почему она делает все, о чем он ее просит? Почему в его присутствии сердце сжимается не от неловкости и раздражения, как обычно рядом с другими парнями, а от какого‑то сладкого предвкушения?
Тимур притянул ее к себе и прижался губами ко лбу.
– Спасибо. Хочешь выпить или пойдем потанцуем?
– Мне не слишком часто случалось танцевать, – опустила глаза Карина.
– А я ничего необычного и не жду. Просто будем качаться, прижавшись друг к другу, как остальные. Вон посмотри кругом, – показал Тимур.
На самом деле подвыпившая молодежь не стремилась никого поразить танцевальными талантами.
Карина улыбнулась и позволила парню увлечь ее в толпу танцующих. Едва он прижал ее к своему телу, из его груди вырвался резкий выдох, как от удара в солнечное сплетение.
– Что? – робко спросила Карина.
– Ничего. Просто ты даже не представляешь, как на меня действуешь! – прошептал Тимур и опустил лицо в ее волосы, жадно вдыхая.
– Это плохо?
– Нет, это просто восхитительно! Мне кажется, что я даже мог бы взлететь, если бы захотел.
– Ты смеешься надо мной? – Карина робко заглянула ему в глаза.
– Не смотри так, или я не сдержусь, – хрипло прошептал Тимур в ответ.
– И что тогда произойдет? – завороженно спросила девушка.
– Вот что.
И Тимур нежно, едва ощутимо коснулся ее губ губами. Но первое же касание взорвало мозг им обоим: со стоном парень жадно захватил ее губы, и девушка открылась ему, беспомощная перед нахлынувшими ощущениями. Тимур нежно и настойчиво исследовал ее рот, упиваясь его сладостью и нежностью. Карина закрыла глаза от этого незнакомого наслаждения и не смогла сдержать стона. Она стала сама отвечать на поцелуй, повторяя и возвращая движения Тимура. Он застонал и прижал ее крепче, превращая нежные касания своего рта в страстные и даже агрессивные.
У Карины подогнулись ноги, и закружилась голова. Весь мир умчался куда‑то, оставив только их двоих, жадно припавших друг к другу в этой неутолимой жажде.
– Давай уйдем отсюда, – взмолился Тимур. – Я хочу, чтобы мы остались одни. Безумно хочу.
Карина замерла, пытаясь в том тумане, что царил у нее голове, уловить смысл его слов. Тимур принял это за сомнения.
– Клянусь, что не сделаю ничего, что может обидеть тебя, Солнышко мое. Не будет ничего, чего бы ты сама не захотела! – его страстный шепот обжигал ее ухо, а губы касались лица, раз за разом сводя с ума.
– Я согласна, – даже не задумываясь, ответила Карина.
Тимур подхватил ее на руки и понес через толпу к выходу. Их, кажется, окликнули, но они уже не слышали.
– Поставь, я же тяжелая, – рассмеялась Карина, когда они оказались на улице.
– Я готов всю жизнь носить тебя. Тогда я буду уверен, что никто тебя у меня не умыкнет!
– Ты такой забавный! – хитро улыбнулась Карина.
– Я забавный? Ну спасибо! Я думал, что я сексуальный или там неотразимый, ну, на крайний случай, просто неподражаемый. А я, оказывается, всего лишь забавный! Ты меня просто убила, Солнышко!
– Почему ты называешь меня «Солнышко»? Я же не блондинка!
– Это все из‑за твоей кожи. Она словно золото. Или как солнце. Теплая и золотая. Просто восхитительная. Я бы хотел зацеловать каждый ее сантиметр. А мы пришли.
Они остановились у домика.
– Ты здесь один живешь или с друзьями?
– Э‑э‑э‑э… как ты понимаешь, при нашей, так сказать, активности жить в одном домике с друзьями не вариант. Это уже что‑то совсем неприличное получилось бы.
Карина опять залилась краской.
– Ты всех своих девушек сюда приводил? – она вдруг почувствовала боль в груди.
– Нет, что ты, Солнышко! Эй, посмотри на меня! Я не вру, слышишь? Я никого сюда не приводил, клянусь. Только тебя!
От сердца отлегло, и Карина смело ступила в открытую дверь. Господи, что она творит?! Родители со стыда бы сгорели, если бы узнали, что она согласилась прийти с почти незнакомым парнем в его номер.
Тимур закрыл дверь и обнял ее со спины.
– Ты опять вся напряглась и готова бежать, да? Я не хочу тебя отпускать. И никогда не захочу, слышишь?
– Ты не можешь этого знать.
– Глупости! Это единственное, что я действительно знаю.
– Так не бывает!
– Значит, бывает, Солнышко. Значит, бывает.
И Тимур развернул ее к себе и опять обрушил на ее губы свой ласковый рот.
Глава 3
– Карина! Кириллова!!! Опять витаешь в облаках на рабочем месте! – раздраженный голос начальника указывал на то, что он не в первый раз уже к ней обращается.
– Нет, что Вы, Игорь Викторович! Я просто задумалась над… – Карина смутилась.
Вот не дано ей от природы врать. Как в детстве не умела, так и, став старше, не приобрела этой ценной в современном обществе способности. Единственное, чему научилась, – это молчать побольше, чтобы не попадать постоянно впросак со своими ненужными откровениями.
– Кириллова, ну вот что мне с тобою делать, а? Вот как ты дальше будешь? Ладно я уже привык к тебе, а думаешь, новый начальник терпеть станет? Хорошо еще, что ты у меня лучший и безотказный работник, а то давно бы попрощался с тобой!
– Игорь Викторович, я все успею!
– Еще б ты не успевала! Ты на обед‑то идешь или голодовку объявила? – усмехнулся пожилой мужчина.
– Иду. За мной Надя должна зайти!
– Вот хорошо, что у тебя подруга такая есть, а то за своим миром грез так бы и совсем с голоду загнулась. И как твой муж тебя такую тощую любит.
Карина промолчала, горько усмехнувшись. Уж по поводу чувств мужа у нее не осталось иллюзий с тех пор, как он последний раз заявился пьяным домой. Как обычно, навалившись на нее в постели и задрав ночнушку, он грубо раздвинул ее ноги и ворвался в ее тело, привычно причиняя боль из‑за отсутствия влаги. Сопя и хрипя, он грубо толкался в ее тело какое‑то время, а потом, задергавшись, замер, тяжело навалившись на нее. Карине было трудно дышать, и она осторожно попыталась сдвинуть его. Неожиданно он резко поднял голову и прожег ее ненавидящим пьяным взглядом.
– Ты, как всегда, натуральное бревно! Хоть бы застонала или пошевелилась, что ли. Как же ты мне надоела своей фригидностью! Не женщина, а кусок льда! – он, приподнявшись, буквально выплевывал ей в лицо злые слова. – И как я только мог в тебя влюбиться! Слепой дурак был. Повелся на красоту неземную и денежки твоего папаши. Если б не они, уже сто раз тебя бы вышвырнул! Подсунул он мне порченый товар – сухостойное бревно – ни потрахаться, ни родить не можешь! И как только умудрилась девственности до свадьбы лишиться! Что ж за кудесник такой был, что уболтал такой кусок камня, как ты, ноги раздвинуть!
Андрей скатился с нее и ушел в ванную, хлопнув дверью, а Карина осталась лежать и глотать слезы. И дело было не в том, что узнала что‑то новое. О чувствах мужа она уже давно подозревала, да и сама‑то не по любви за него выходила, а по принуждению родителей. Просто пыталась хотя бы создать видимость благополучной семьи – ведь так многие живут, а жесткие слова мужа разрушили эту глупую иллюзию, что она старательно строила и для себя, и для окружающих. Нет у них никакой семьи. Андрей женился на деньгах и ради наследника. Благосостояние ее отца сильно пошатнулось в последнее время, а ребенка она родить не может. Любви между ними никогда не было. Ну и зачем ему теперь такая жена?
Разрыв с мужем не пугал Карину. Пугало то, как на это прореагирует отец. Он опять будет в ярости, ведь она в очередной раз не оправдала его надежд – плохая дочь и бесполезная жена. Очередной провал в ее жизни. А у него и так сейчас проблемы с сердцем. Так отчаянно захотелось увидеть Тимошку! Прижать его к груди и почувствовать родной запах! Как же тяжело все время скрываться от всех!
– Ну что, мы идем обедать? – звонкий голос подруги заставил Карину вздрогнуть.
– Ну конечно, – Карина стремительно поднялась, бросая телефон в сумку.
Они быстро спустились в переполненном лифте и дошли до кафетерия, в котором всегда обедали.
– Ты ведь в курсе, что продажа вашего издательства – это уже решенный вопрос? – Карина замерла. – Уже документы оформляются. Так что скоро вас ждут радикальные перемены.
– Да, я слышала об этом. Просто не думала, что все случиться так скоро.
– Да не грусти ты, Карин, как бы там ни пошло, ты себе всегда работу найдешь. Хотя всегда поражалась – зачем тебе вообще работать? Родители богатые, муж тоже не бедствует, а ты сидишь в этой редакции, спину гнешь и зрение гробишь за копейки.