Истории Железограда: паровозы, машинисты и кочегары

Геннадий и его кочегар

В городке Железоград жил паровоз по имени Геннадий Николаевич. Это был небольшой паровоз тёмно-зелёного цвета. На его котле с обеих сторон блестели латунные позолоченные таблички с именем, а под окнами будки висела ещё одна — с его достижениями.

Геннадий Николаевич был очень капризным паровозом. Он часто жаловался кочегару и отчитывал его.

— Я же сказал, клади 5 килограмм без горки! — говорил Геннадий.

А через несколько часов продолжал:

— И ты это называешь работой? В моё время кочегары на коленях стояли, когда забрасывали уголь, а не чай пили!

Кочегар был человеком спокойным, но и ему капризы паровоза изрядно надоели.

В один прекрасный день во время работы Геннадий остановился и громко возмутился:

— Всё! С меня хватит! Ты ни на что не годный кочегар! — Из его трубы пошёл густой дым. — Как ты можешь зваться профессионалом, если даже 5 килограмм положить в топку не можешь? Я отказываюсь работать в таких условиях! Дайте мне нового кочегара!

Геннадий требовал. Как его ни уговаривали, он не сдвинулся с места.

Начальник депо Михаил Иванович пришёл на станцию, выслушал старого недовольного паровоза, поправил очки и хмыкнул:

— Хорошо, Геннадий Николаевич. Мы предоставим вам нового кочегара.

— Наконец-то! — обрадовался паровоз. — Ну и где он?

— Подождите, Геннадий Николаевич. Его нужно ещё найти. Потерпите немного.

Геннадий ждал. Он смотрел, как другие паровозы уходят и возвращаются, и от нетерпения выпускал маленькие облачка пара. Вдруг к нему подошёл молодой человек. Почти студент. Он был одет в простую футболку и джинсы, а в руках держал широкую лопату с бортиками.

Паровоз догадался, что это новый кочегар.

— Это что ещё такое? — Геннадий вытаращился на лопату.

— Это лопата, — молодой кочегар усмехнулся. — А что? Впервые лопату видишь?

— Какой наглец! Я знаю, что это подобие настоящей лопаты! Возьми настоящую! — Геннадий приказным тоном добавил: — Она у меня в кабине. И побыстрее! У нас работа!

Юноша посмотрел на ту лопату. Она стояла недалеко от топки, тяжело опираясь деревянной ручкой о стенку. Потом он глянул на свою, пожал плечами:

— Обычная лопата. Буду работать своей.

Юный кочегар уверенно запрыгнул в кабину Геннадия. Паровоз заворчал:

— Какой неаккуратный! Наглый! Хотя обычно молодые старательные.

Они начали путь. Им нужно было забрать туристический вагон. Но на половине пути Геннадий почувствовал, что его колёса крутятся медленно, а силы не прибавляются. Угля в топке было мало.

— Молодой нахал, ты кидаешь слишком мало угля! Увеличь порцию. Я же говорил ровно пять кило...

Не успел он договорить, как юный кочегар засыпал угля сполна. Брови паровоза поднялись, рот приоткрылся от неожиданности. Но потом брови сердито нахмурились, голос стал громким:

— Пять килограмм! Я по-русски тебе объясняю, а ты всё равно делаешь по-своему. Маленький дилетант!

Но юный кочегар только махнул рукой и крикнул из кабины:

— Да не кричи ты. Радуйся, что я вообще тебе уголь подаю.

— Какая наглость! — Геннадий фыркнул, и из трубы вырвался густой дым.

— И вообще, я помощник машиниста, — добавил юноша.

— Помощник машиниста?! — Геннадий приподнял одну бровь. — Это абсурд! Зачем машинисту помощник? Ты просто кочегар! Ты должен правильно положить уголь в мою топку! И вообще, что это за ужасный уголь?

Юноша посмотрел на уголь в своей лопате:

— Уголь как уголь.

Геннадий аж закипел от таких слов. Он хотел обратиться к машинисту, но услышал тихие смешки.

— Ты тоже против меня? Никакого уважения к ветеранам!

Геннадий медленно ехал вперёд, продолжая путь и терпя неудобства.

— Ты даже сорта угля не знаешь! — крикнул Геннадий.

— А ты знаешь? — буркнул кочегар, не глядя на него.

— Ещё бы! — Геннадий кивнул на свою старую лопату, что стояла в углу. — Вот это инструмент! Настоящая, со времён Российской империи. А твоя — подделка!

— Моя тоже уголь берёт, — усмехнулся юноша.

— Берёт, да не так! — Геннадий выпустил пар. — И паровозы ты не знаешь. В моём возрасте уже каждую гайку чувствуешь, а ты...

— Да не бухти ты, — перебил кочегар. — Кто же в тебя уголь класть будет?

Геннадий хотел что-то сказать, но не мог. Юноша был прав. Паровоз неохотно начал скучать по старому кочегару. Но признавать это не хотел.

Тут его скорость снизилась.

— Ну что, будешь кидать уголь или мне самому загребать? — Геннадий выпустил слабое облако пара, показывая возмущение.

— Уголь закончился.

Брови паровоза поднялись. Этого он не ожидал.

— Как закончился? Ты же должен был...

Потом удивление переросло в усталость.

— Ради всего святого... Как так можно? — Геннадий отвёл глаза и нахмурился. — Как непрофессионально! Меня ещё так никогда не унижали! Сначала лопата, теперь уголь, и его ещё и нет! Тебя вообще здесь быть не должно!

— Да я пришёл учиться на машиниста тепловозов, а не на няньку капризного старика. — Юноша поставил лопату. — Расслабься. Тут рядом заправочная станция.

Паровоз крикнул:

— Нянька? Капризный старик?!

Геннадий сверлил кочегара недовольным взглядом. Кочегар его не замечал — спокойно жевал бутерброд, глядя куда-то в сторону. Из трубы паровоза вышло несколько серых облачков дыма. Взгляд Геннадия перешёл вбок.

Вдалеке были видны угольный кран и гидроколонка. От угольного крана бодро уезжал другой паровоз с полным тендером угля. Геннадий проводил его взглядом. Ему бы сейчас тоже ехать, а он тут стоит.

А прямо перед ним, на столбе, дремал старый светофор. Красный сигнал, словно назло, продолжал гореть и не менялся.

Как только взгляд Геннадия зацепил светофор, он буркнул:

— Вот лентяи! Сидят тут светят, пока мы здесь работаем.

Но светофор ничего не отвечал — он спал. Он уже своим красным светом показывал, что до ворчания старого паровоза ему нет дела.

Кочегар тем временем доел бутерброд, отряхнул крошки и неторопливо направился к рабочим на платформу. Они о чём-то поговорили, рабочие махнули рукой — мол, давай, загружай. Юноша взял лопату, забрался на платформу и стал кидать уголь в тендер — первый попавшийся поблизости.

Геннадий смотрел на эту картину и выпустил облачко дыма. Но теперь он молчал — просто ждал, когда этот бестолковый день наконец сдвинется с места.

Когда уголь снова загрузили в тендер, они отправились. Но на полпути Геннадий почувствовал, что силы уходят быстрее обычного. Колёса крутились тяжело, пар валил жидкий. Он понял: уголь плохой.

— Бурый?.. — прошептал он, и его оси мелко задрожали. — Это же унижение...

Геннадий знал: он больше этого не выдержит. Они наконец доехали до станции. Из его трубы шёл тёмный дым. Он резко остановился. Люди смотрели на знакомого паровоза — злого, возмущённого и нездорового.

Геннадий злобно и чётко выпалил:

— Всё! Я не сдвинусь с места, пока моего кочегара не вернут! Я отказываюсь работать в таких условиях!

Геннадия услышали. Его старый кочегар вернулся через час. А рейс с туристами взял другой паровоз. Сам Геннадий чувствовал обиду, злость и полное разочарование.

— Ну как работа с новым кочегаром, Геннадий Николаевич? — спросил кочегар, скрестив руки на груди.

— Не спрашивай! Ничего не знает. Дилетант! — Из трубы Геннадия вышли облака дыма.

— Правда? А я уже думал на пенсию идти.

Геннадий невольно перепугался:

— На пенсию?

Кочегар кивнул:

— Да. Раз у нас новенький уже готовится, то...

Не успел он договорить, как Геннадий воскликнул:

— НЕТ!

Потом наступила долгая пауза.

— Я знаю, я могу быть очень вредным и невыносимым. Но сегодня я понял: я не ценил то, что имел. Я мог из-за своей глупости потерять своего лучшего кочегара. Поэтому не смей выходить на пенсию... По крайней мере, пока не найдёшь себе достойного преемника.

— Как скажете, Геннадий Николаевич. — Кочегар зашёл в кабину. — А теперь едем. Позаботимся о свежей воде и о прекрасном угле. А то такое никуда не годится.

— Абсолютно солидарен, — Геннадий слабо улыбнулся.

И они медленно отправились приводить Геннадия в порядок.

С тех пор Геннадий больше не кричал на кочегара. И даже на машиниста. А если ему очень хотелось поворчать, он просто выпускал колечко пара.

Тоша и Дашка

Был прекрасный солнечный день. Тоша с нетерпением ждал, когда его машинист вернётся после долгой болезни, но того всё не было. Паровоз приуныл и выпустил тонкое облачко пара, глядя на станцию.

Вдалеке показался силуэт, который уверенно двигался прямо к нему. Тоша замер от предвкушения. Неужели наконец-то вышел машинист? На лице Тоши начала появляться улыбка. Но когда силуэт приблизился, обозначилась тонкая фигура в плаще и очках. Тоша грустно пустил пар.

— Ох Это вы, Михаил Иванович.

Михаил Иванович — начальник депо — поправил очки.

— У меня к вам хорошие новости. — начал он.

— Мой машинист вернётся на работу? — с надеждой спросил Тоша.

Михаил Иванович сделал тяжёлую паузу. Улыбка с лица Тоши резко сползла.

— Он не вернётся?

Михаил тяжело вздохнул и протёр очки:

— К сожалению, нет. Но мы нашли тебе нового машиниста. Знакомьтесь: Дарья Пушнина Владимировна.

Перед Тошей возникла плотная, ладная фигура. Круглое лицо было усеяно веснушками, на голове торчали два хвостика, и казалось, один был выше другого. Одета она была в комбинезон с одной лямкой, футболку и сапоги. Она широко улыбалась, не скрывая щербинку между зубами.

— Привет! — громко и приветливо произнесла она. — Я Дашка!

— Ну эм Привет, — растерялся Тоша, потом обратился к Михаилу: — А когда вернётся старый машинист?

Михаил с грустью ответил:

— Не скоро. Далеко не скоро, Тоша. Но думаю, тебе понравится твой новый машинист И кочегар.

Тоша испуганно произнёс:

— Кочегар? Он тоже не вернётся?

— Да, Тоша. Твой кочегар уходит на пенсию, и совсем скоро, — подтвердил Михаил.

Даша смотрела на них обоих:

— Я не хочу прерывать вашу беседу, но разве нам не нужно работать? Хей! Работа же сплачивает, верно?

Михаил слабо улыбнулся и поправил очки:

— Верно.

Тоша снова пустил слабую струйку пара.

— Хорошо.

Дашка запрыгнула в кабину. Внутри уже находился кочегар — пожилой мужчина в потёртом комбинезоне, с лопатой в руках. Он погладил седые усы и с интересом оглядел новенькую.

— Вижу, ты уже познакомилась с Тошей? — спросил он с лёгкой усмешкой. — Не волнуйся. Он очень хороший паровоз. Только сейчас хандрит немного.

— Да ничего, — бодро ответила Дашка, поправляя лямку комбинезона. — Я не давлю на него. Притрёмся.

Кочегар одобрительно кивнул и показал на рычаги:

— Ну, тогда поехали. Покажу тебе, что к чему.

И они отправились в путь. Тоша катился по рельсам, но ощущения были не те. Всё не то.

Задача у них была простая — перевести несколько новых вагонов. Это были новенькие вагоны с блестящими бортами и ещё не стёртыми заводскими номерами. Вот только вагоны эти оказались вредными и даже немного злобными. Они посмотрели на Тошу и перешёптывались:

— О, вот этот подойдёт, — шепнул главарь.

— Да! Да! — поддержали остальные.

Тоша был так поглощён тоской, что не заметил, как вагоны громыхали.

— Ну и грохот! Хей! А у вас тут всегда так весело? — спросила Дашка.

Тоша вырвался из мыслей:

— Весело? — Его голос стал вопросительным и растерянным.

— Ага! Вагоны такой шум подняли! — продолжала она.

— Шум? — переспросил Тоша.

— Ну да. Эти новые вагоны шумят, — объяснила Дашка.

— Наверное, они чем-то недовольны. Может, кто-то их обидел, — Тоша пустил пар. — Надо их подцепить, и поедем.

Кочегар из кабины тихо буркнул себе под нос:

— Не нравится мне это.

Но его никто не услышал. Дашка выглянула в окно, окинула взглядом притихшие вагоны и ухмыльнулась:

— Не унывай так, Тоша. Может, я и не старый твой машинист, но я тоже ничего! Едем! Нечего унывать. Я за ними присмотрю.

Тоша послушал и слабо улыбнулся:

— Хорошо. Едем. Но я всё равно скучаю по старому машинисту. Теперь и кочегар уходит.

Дашка похлопала рукой по стенке будки:

— Не волнуйся. Скучать по кому-то — это совершенно нормально. — Она сделала паузу. — Но знаешь, это не значит, что жизнь на этом заканчивается. Теперь у тебя есть я! И мы вместе справимся.

Кочегар, опираясь на лопату, добавил:

— И даже если меня не будет, вы всё равно справитесь.

Тоша улыбнулся шире:

— Хорошо. Давайте начнём.

Тоша сцепился с вагонами, и они поехали. Вагоны захихикали.

— Не нравится мне этот смех, — Дашка высунула голову в окно.

— Обычно, если к ним относиться вежливо и уважительно, то и они ответят тем же, — Тоша улыбнулся. — Я думаю, всё будет хорошо.

Они подъезжали к горке. Вагоны чуть притормозили. Тоше стало тяжелее везти их.

— Что такое? — Дашка оглядывалась.

— Ух Тяжело — Тоша прибавил усилий.

— Воу Не напрягайся. У нас не бесконечная вода, — Дашка заметила клубы дыма и обернулась к хихикающим вагонам: — Эй вы! А ну прекратите!

— А не то что? Рыжая? — усмехнулся главный вагон.

— А не то Не то — она пыталась придумать угрозу.

Вагоны засмеялись. Главарь произнёс:

— Ладно, раз ты так настаиваешь.

Тут Тоша резко дёрнулся и покатился вниз. Вагоны надавили на него, и сцепка скрипнула.

— Вперёд! Вперёд! Вперёд! — закричали они хором.

Дашку и кочегара бросило вперёд — прямо на пульт управления. Они налетели на тормозной рычаг и навалились на него всем весом.

— Стой! — крикнула Дашка, но колёса всё ещё скрежетали, высекая искры. — Чёрт! Жми давай!

Кочегар, придавленный лопатой к груди, добавил свой вес, и рычаг наконец поддался.

Они вылетели на соседний путь, который вёл в тупик, снесли преграду и покатились по траве и грязи. Передние колёса Тоши заехали в большую лужу, и он наконец остановился. За ним возвышались ель и три сосны. Тоша был весь перепачкан и приуныл.

Вагоны хихикали.

— Ну всё! С меня хватит! — Дарья выскочила из кабины и пнула ногой первый вагон.

— Не пытайся. Мы цельнометаллические! Ты нам не повредишь! — усмехнулся вагон.

— Да как вам не стыдно! — возмутилась Дашка. — У него и так тяжёлый день, а вы всё испортили!

Кочегар, держась за дверцу, попытался встать и выглянуть наружу, чтобы увидеть, как Дашка пинает вагоны.

Вагоны посмотрели на Тошу, который снова пустил пар.

— А что с ним? — спросил главарь, обращаясь к Тоше: — Эй, ты! Ты чего потух-то?

Тоша поднял взгляд:

— Я просто скучаю по старому машинисту. Теперь всё не так.

Вагоны притихли. Первый виновато звякнул сцепкой:

— Просто на старом месте всё было иначе, а здесь столько крутых вагонов.

— Да, — подтвердил четвёртый, чуть приподнявшись на рессорах. — Здесь вагон может командовать локомотивом, есть элитные снобы, а есть просто карьерные громилы, которые всех ставят на место.

— И мы тоже хотим быть не хуже, — добавил второй, косясь на остальных.

— Хотя мы всё равно скучаем по тем временам, когда мы не парились над этим, — вздохнул третий.

— Надеюсь, ты не держишь на нас зла? — спросил пятый, тихо звякнув.

Тоша пустил пар и слабо улыбнулся:

— Конечно нет. Меня старый машинист всегда учил не держать зла.

— Ну это объясняет, почему ты такое солнышко, — улыбнулась Дашка, похлопав по дверце будки.

Вагоны виновато переглянулись. Дашка продолжила:

— Давайте так: когда Тошу поставят на рельсы, вы будете вести себя хорошо и помогать. Мы будем как команда. А там, глядишь, и приживётесь как самые спокойные вагоны в Железограде. — Она усмехнулась. — А то мне начинает казаться, что машинист из меня так себе.

— Не волнуйся, — добавил Тоша. — Ты стараешься.

Вагоны задумались и согласно загудели. Воздух в их тормозах тихо зашипел.

Вскоре приехал локомотив с краном, Тошу и вагоны поставили на рельсы, осмотрели, и они снова отправились в путь. Вагоны больше не шумели и не раскачивались. Они осторожно наклонялись на поворотах, и Тоша чувствовал, что они катятся ровно, без рывков. Только сцепка изредка тихо поскрипывала на поворотах. Он тихо пустил пар и покатил дальше.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.