Прелести жизни в Израиле

Глава-1. Знакомство с Израилем

Прелесть жизни в том, что мы не можем знать о конце жизни.

1. Аэропорт «Бен-Гурион».

Проходит более двух часов после того, как наш самолёта произвёл посадку в аэропорту «Адлер» вблизи Сочи. Жара южного солнца сменяется вечерней прохладой, пришедшей с высоких кавказских гор, а также со стороны холодного Чёрного моря.

Одетые по-летнему пассажиры самолёта начинают мёрзнуть. Многие пассажиры недовольны такой длительной задержкой самолёта. Начинают в адрес аэрофлота выдвигать свои претензии.

Стюардесса старается успокоить пассажиров, говорит, что в самолёте обнаружены какие-то мелкие неполадки в двигателе. Сейчас обслуживающие самолёта специальные службы механиков устранят возможные неполадки.

Самолёт скоро вылетит. Когда терпение пассажиров достигло критической отметки, а будущие израильтяне готовы были разнести в дребезги службы российского аэрофлота.

Стюардесса нашего самолёта, словно предчувствую беду, неожиданно объявила, что пассажиры могут пройти в салон самолёта. К вылету самолёта из аэропорта «Адлер» в Сочи в аэропорт «Бен-Гурион» в Тель-Авив в Израиль.

Пассажиры тут же дружно поднялись с помятой за несколько часов жёлтой травы и отправились на свои законные места согласно выданных на руки билетов в салоне самолёта.

Холодный воздух на природе возле стоянки самолёта сменился душным воздухом в салоне самолёта, который накалился за несколько часов от жаркого южного солнца и не успел остыть при прохладном воздухе, спустившемся с высоких кавказских гор.

Теперь пассажиры самолёта были недовольны душным салоном в самолёте и требовали, чтобы в салоне самолёта включили скорее кондиционер, который отключили во время посадки самолёта в аэропорту «Адлер» в Сочи. Но стюардесса не могла включить кондиционер в салоне самолёта, так как все включение лайнера находится в кабине самолёта, куда никто из экипажа самолёта пока не явились до подготовки самолёта к вылету.

В общей сложности после посадки самолёта в аэропорту «Адлер» в Сочи прошло более пяти часов. За бортом самолёта наступила ночь.

Окончательно разбитые такой никем не объяснимой задержкой вылета нашего самолёта, пассажиры валялись на своих местах в салоне самолёта.

Всем пассажирам было до одного места такая не предусмотренная задержка чартерного рейса нашего самолёта в южном аэропорту «Адлер» вблизи Сочи.

– Уважаемые господа пассажиры! Пристегните свои ремни безопасности. – наконец-то, объявила стюардесса по радио в салоне самолёта. – Аэрофлот приносит вам свои извинения за вынужденную задержку полёта самолёта. Мы продолжаем полёт самолёта чартерного рейса «Душанбе-Адлер-Тель-Авив». Вам скоро предложат прохладительные напитки и лёгкий ужин.

Во время полёта до Израиля самолёта будет пролетать над Грузией, Турцией и Кипром, а также над Чёрным морем и Средиземным морем. Желаю вам хорошего отдыха и удачного полёта.

В этот раз решил не оставаться без услуг аэрофлота в салоне самолёта. Терпеливо дождался прохладительных напитков и лёгкого ужина, после которого не был сыт и пожалел о том, что спал вовремя первого полёта и не воспользовался лёгким обедом.

Теперь мне придётся терпеть свой голод до самого приземления в аэропорт «Бен-Гурион» в Тель-Авиве в Израиле. Вполне возможно, что там нас не оставят голодными до утра?

Не желая мучить себя голодом, после лёгкого ужина в салоне самолёта, пристегнулся ремнём безопасности на своём месте в салоне самолёта.

Собрался обратно спать во время ночного полёта. С высоты полёта десяти километров ничего не видно в дневное время, а ночью тем более ничего не увидишь.

Так что лучше хорошо выспаться. Сильно устал в течение вынужденной многочасовой посадки нашего самолёта в аэропорту «Адлер» вблизи Сочи, что почти сразу уснул. В этот раз мне ничего не снилось. Спал как младенец, который не видит никаких снов.

– Господа пассажиры! Наш самолёт начинает посадку в аэропорту «Бен-Гурион» в Тель-Авиве в Израиль. – услышал. сквозь сон объявление стюардессы по радио в салоне самолёта. – Пожалуйста! Пристегните свои ремни безопасности, приготовьтесь к посадке в аэропорту «Бен-Гурион» в Тель-Авиве. Желаю вам удачи.

Сразу открыл глаза. Почувствовал, как самолёт наклонился вперёд и пошёл на посадку со стороны Средиземного моря. Все пассажиры пристегнулись ремнями безопасности на своих местах в салоне самолёта.

Приготовились к посадке в аэропорту «Бен-Гурион» в Тель-Авиве в Израиль. Наконец-то сбылось давнее желанье многих пассажиров самолёта.

Позади нас остались годы гражданской войны в Таджикистане. Пройдёт совсем немного минут полёта. Мы выйдем из самолёта в совершенно другом государстве, с новыми заботами о своей жизни.

Самолёта произвёл мягкую посадку в аэропорту «Бен-Гурион» в Тель-Авиве в Израиле. Стюардесса в последний раз сделала своё объявление по радио в салоне самолёта.

Пожелала нам хорошей жизни на новом постоянном месте жительства в Израиле, на земле обетованной всем евреям. Конечно, стюардессе загнула, упоминая всех евреев.

Далеко ни все евреи пожелали со всего мира прибыть на постоянное место жительства в Израиль. В одной только Америке живёт евреев на много больше, чем в Израиле в самом еврейском государстве.

Да и не только одни евреи живут в Израиле. Можно подумать со слов стюардессы, что арабы, армяне, русские, украинцы и другие нации, проживающие в Израиле, причислены к еврейской нации.

Так же как за пределами России всех из России считают русскими, не считаясь с более, чем ста другими нациями, проживающими в России, а также на обширной территории в бывшем Советском Союзе.

Например, лично русский никогда не буду считать себя по другой нации, хотя у меня жена еврейка. Мои дети на одну половину евреи, а на другую половину русские.

Мне всё равно, как мои дети себя назовут, евреями или русскими. Главное для меня, что мои дети всегда будут моими детьми независимо от нового места жительства и от причисления себя к какой-то нации.

Едва самолёт прекратил своё движение, как пассажиры в салоне самолёта зашевелились. Стали отстёгивать ремни безопасности и подниматься со своих мест.

Наша семья тоже ни осталась на своих местах. Мы стали готовиться к выходу из салона самолёта. Из верхних багажных ящиков достали свою ручную кладь, которую нам разрешили взять с собой в салон самолёта при посадке в самолёте. Лишь сейчас вспомнил о своём кейсе, который должны были подменить в салоне самолёта во время стоянки в аэропорту «Адлер» вблизи Сочи. Так как подменённый кейс должен был быть точно таким же, как мой настоящий кейс, то сразу на вид было трудно определить возможную подмену кейса.

Ни стал открывать кейс в салоне самолёта, так как неизвестно было мне, что могли оставить мне в подарок криминальная братва из России. Ни дай Бог, что там окажется что-нибудь такое, чего не было никогда у нас в доме.

Людмила и Виктория тотчас начнут выяснять, откуда у меня чужие вещи и на весь салон самолёта затеют балаган в связи с подменом наших вещей на чужие вещи. Лучше наберусь терпения.

Загляну в свой кейс лишь там, где остановимся проживать на время прибытия в Израиль. Пока мы не знаем, где сегодня будем жить. Несмотря на то, что сам Израиль находится ближе к Африке, чем к России, погода в аэропорту «Бен-Гурион» была прохладная.

Над головой были серы мрачные тучи. С неба падал нудный дождик вперемежку с мелким градом и мокрым снегом. На электронных часах аэровокзала «Бен-Гурион», местное время указывало на первый час ночи первого апреля 1993 года.

Первоапрельская шутка указывала на то, что погода в Израиле испортилась не на шутку. Как бы нам не пришлось распаковывать свои тёплые вещи. Сверху надевать на себя что попало.

Едва мы вышли из салона самолёта под козырёк аэровокзала, как нас тут же встретила девушка в форме служащей аэропорта «Бен-Гурион». Девушка на русском языке приветствовала нас с прибытием на землю обетованную.

Затем девушка в униформе аэропорта пригласила нас пройти следом за ней, в служебное помещение получения своих документов на гражданство в Израиле с постоянным местом жительства.

Прибывшие пассажиры толпой пошли следом за девушкой в форме служащей аэропорта «Бен-Гурион», в сторону зала ожидания, аэровокзала, где пассажиров встречали многочисленные родственники и охрана аэропорта с оружием в служебной форме.

Когда мы вошли в зал ожидания аэропорта «Бен-Гурион». Так сразу большая часть пассажиров нашего самолёта, встретились с родственниками и знакомыми. Затем все направились на второй этаж, за получением необходимых документов на гражданство в Израиле. Так как нас никто не встречал, то мы, словно хвостики ходили за девушкой, встретившей нас возле самолёта. Мои дети крутили головами во все стороны, разглядывая непонятный им интерьер зала ожидания с многочисленными знаками, указывающими движение и предупреждение во все стороны зала ожидания аэропорта «Бен-Гурион». Людмила постоянно с беспокойством кудахтала над своим выводком, как курица над цыплятами, с тревогой смотрела за своими детьми, чтобы не потерять детей в незнакомом нам месте.

Вовремя нашего движения по залу ожидания аэропорта «Бен-Гурион» к нашим детям подошёл какой-то солидный мужчина, который что-то стал объяснять моим детям на непонятном нам языке.

Из всего сказанного понял всего два слова, это Россия и пасха. Причём тут Россия и пасха, никак не мог понять? В заключение своей речи мужчина дал моим детям какие-то ярко раскрашенные листики, а сам тут же с кейсом направился на посадку в самолёт.

– Наверно, это какая-то реклама? – сам сказал. своим детям, разглядывая оставленные мужчиной яркие листочки бумаги. – Можете их выбросить в мусорное ведро. Мы всё равно не понимаем местный язык и нечего из этого не имеем.

Наши мальчишки тут же выбросили цветные листки в мусорное ведро. Виктория оставила один яркий листок себе на память, а другие такие точно листки выбросила в мусорное ведро, туда же куда ярко раскрашенные листки выбросили наши мальчишки.

После чего мы продолжили свой путь следом за девушкой на второй этаж, в служебные помещения в зале ожидания, где нас разместили в небольшом зале вдоль возле многочисленных служебных дверей.

– За время регистрации на гражданство в Израиле прибывших репатриантов, вам бесплатно разрешается сделать один телефонный звонок на территории Израиля. – сообщила нам сопровождающая нас девушка. – В служебном зале регистрации имеется бесплатный бар с напитками и закусками. На регистрацию и на собеседование вас пригласят по радио. Желаю вам хорошо отдохнуть после полёта и устроиться жить в Израиле.

Как только девушка ушла из зала регистрации документов на жительство, наши мальчишки и Виктория устремились в бесплатный бар, чтобы там испробовать разные напитки и сладости, которые предложили нам совершенно бесплатно в первый час прибытия в Израиль.

Людмила с материнской тревогой по своим детям, проводила своих отпрысков обеспокоенным взглядом до бесплатного бара, но сама туда не пошла.

Видимо, сильно устала от длительного перелёта на самолёте? Мне тоже было как-то не по себе. Хочется быстрее лечь где-то в тёплую постель просто поспать до утра. Ведь сейчас всего лишь час ночи первого апреля 1993 года. До утра можно выспаться. Дальше будем самостоятельно планировать постоянное место жительства в Израиле.

Надо сейчас воспользоваться бесплатным телефоном и позвонить кому-нибудь знакомым в Израиле. Хотя бы Игорю Левин, президенту компании альтернативной медицины, с которым мы знакомы давно в Душанбе. Когда участвовали на международных встречах по бизнесу, в Москве в России, а также в Таджикистане.

– Здравствуй, Игорь! Это тебя беспокоит Александр Черевков. – говорю в телефонную трубку, когда слышу в телефонной трубке знакомый сонный голос. – Сейчас с семьёй прилетел в Израиль. Мы сейчас в аэропорту «Бен-Гурион». Ты извини, что тебя беспокою среди ночи. Но могу позвонить лишь с этого телефона всего один раз.

– Ничего страшного, всё равно уже разбудил. – иронично, говорит Игорь Левин. – Давай завтра ровно в десять часов утра встретимся возле фонтана вблизи «Дизенгоф центра», так называется сеть магазинов в Тель-Авиве. Можешь у любого спросить, где находится «Дизенгоф центр». Это место в Тель-Авиве всем хорошо известно.

– Ты, наверно, забыл, что мы за границей? Еврейский язык мне совсем неизвестен. – напомнил сам, Игорю. – Как буду здесь спрашивать у местных жителей про твой «Дизенгоф центр». Может быть, как-то по-другому встретимся?

– Не забыл, что ты сейчас находишься в Израиле, а не в Таджикистане. – сказал Игорь, на другом конце телефонной связи. – Сейчас в Израиле русскоговорящих граждан гораздо больше, чем в Таджикистане. Сам завтра утром в этом убедишься, когда выйдешь гулять по Тель-Авиву.

– Ну, тогда до завтра. – сказал, на прощанье Игорю в телефонную трубку. – Встретимся с тобой у фонтана, как в кино.

– Всего тебе хорошего. – сказал Игорь Левин. – Не забывай, что встречаемся мы ровно в десять часов утра у фонтана на «Дизенгоф центр».

В телефонной трубке гудки. Тоже положил свою телефонную трубку и направился к тому месту в зале, где расположилось моё шумное семейство. Наши дети шумной оравой вернулись сытые со стороны бесплатного бара. Мальчишки делятся впечатлениями со своей мамой.

Виктория принесла с собой напитки и бисквит своей маме. Мне тоже захотелось испробовать напитки и сладости в бесплатном баре, который находится вдоль стены рядом с дверями служебных помещений по регистрации документов.

Возле столов бесплатного бара несколько детишек, прибывших вместе с нами на самолёте из Душанбе. Семейная пара старых евреев, говорят на каком-то своём языке, разглядывая аппараты с напитками и вазы, наполненные разными сладостями. Стою рядом. Выбираю, что мне взять.

– Вы думаете, что это можно кушать и пить? – на русском языке, спрашивает старый еврей. – Это химия!

– Не думаю, что нас принимают тут на опыты. – отвечаю, старому еврею. – Вы прибыли на свою землю обетованную евреям. Так что вам ни стоит беспокоиться за себя. Вы сейчас у себя на Родине, которая думает о вашей жизни.

– Как наша Родина думает о нас, мы посмотрим. – грустно, сказал старый еврей. – Но кушать химию не буду.

Семейная пара старых евреев, отправились к своим местам в зал регистрации репатриантов. Взял из вазы бисквит и налил в пластиковый стакан первый напиток жёлтого цвета.

Тут же, не отходя от бесплатного бара, впервые попробовал продукт в Израиле. Думаю, что старый еврей частично был прав насчёт химии в продуктах и в напитках, которые предложили нам в бесплатном баре.

Жёлтый напиток был из какого-то неизвестного мне цитрусового плода совершенно неприятного мне вкуса. Бисквит тоже не отличался своим вкусом от напитка.

Совсем не знаком с работой местной кулинарии, но то, что в бисквите было слишком много пряностей и пищевой соды, это определил сразу.

Поэтому бисквит был приторным на вкус. Однако, голод не тётка, голодный скушаешь что угодно. Завернув в салфетку остаток бисквита и пластиковый стакан с недопитым напитков, бросил их в урну, заполненную остатками пищи.

Видимо, далеко ни всем понравились угощения в бесплатном баре? Вполне возможно, что постепенно нам предстоит привыкнуть к продуктам в Израиле?

Также как это происходило с теми, кто выезжал на работу за границу из Советского Союза. Возвратившись из-за граничной командировки, наши сограждане также рассказывали нам, что за границей продукты и напитки по своему вкусу сильно отличаются от наших советских продуктов.

К заграничным продуктам и к напиткам надо постепенно привыкать, также как к обычаям и нравам заграничных людей. Вот и нам семьёй придётся привыкать ко всему необычному в Израиле.

Так же как мы шестнадцать лет назад начинали привыкать впервые к жизни таджиков и к хлопковому маслу в своих продуктах.

– Господа репатрианты! Если, кто-то, из вас был связан когда-то с КГБ, а также со специальными службами безопасности в Советском Союзе, то просим вас подойти в третий кабинет? – объявил женский голос, в местный репродуктор.

Откровенно говоря, не понял, что хотят местные службы от новых репатриантов, которые когда-то были связаны в Советском Союзе с КГБ и с другими службами безопасности.

Мне совсем не хотелось иметь неприятности с местными службами безопасности. Поэтому решил пойти в третий кабинет. Послушать, что мне скажут насчет моих бывших связей с КГБ и со службами безопасности в Советском Союзе.

Ведь мне в течение многих лет по разной причине приходилось встречаться с сотрудниками служб КГБ, МВД, а также со службами специального назначения.

– Меня зовут Яков Гивати. – обменявшись со мной взаимными приветствиями, сказал высокий блондин, который совершенно не был похож на местного еврея, этого парня можно было принять за гражданина скандинавских стран. – Представляю интересы государственной безопасности Израиля. Нас интересует ваша связь со службами КГБ и разведкой в Советском Союзе. Расскажите подробно о своих связях с КГБ на территории бывшего Советского Союза.

– У меня были дружеские связи с КГБ и со службами безопасности. – удивленно, ответил. Якову Гивати.

– Вы, наверно, забыли, что находитесь ни в русской забегаловке с собутыльниками, а в Израиле перед сотрудником государственной безопасности Израиля? – едва сдерживая себя от гнева, строго сказал мне, Яков Гивати. – Если вам нечего сказать, то вы можете идти к своей семье. У меня сейчас больше нет никаких вопросов к вам…

– Между прочим, пришёл к вам в кабинет по вашему приглашению по радио, в зале регистрации новых репатриантов в Израиле, а не из русской забегаловки с собутыльниками, о которой вы ничего не знаете, – поднимаясь со стула, серьёзно, сказал. – Что же касается моих отношений со службами безопасности бывшего Советского Союза. То, почему, у меня с ними должны быть плохие отношения? Если мои однокурсники по университету пошли работать в КГБ, а некоторые бывшие сотрудники КГБ пришли работать в бизнес вместе со мной. Лично мне всё равно, на какой должности находятся друзья из моего детства или мои бывшие однокурсники по учёбе в университете.

– Какую должность вы занимали в своём бизнесе? Вообще, какой бизнес? – серьёзно, спросил Яков Гивати.

– Вначале перестройки в Советском Союзе был директором производственного объединения «Дизайнер». – стал отвечать. на заданные вопросы. – Затем один год был генеральным директором Коммерческого Центра российско-бельгийско-кипрского совместного предприятия «Расма» в Средней Азии. Последние два года был президентом Международной Акционерной Компании закрытого типа «Сандро». Основным занятием моего международного бизнеса было изобразительное искусство и дизайн.

По своей специальности с самого детства художник-дизайнер. Другими видами моего бизнеса были – торговля, строительство, полезные ископаемые, а также бартерные сделки.

– Почему, занимая такие важные посты в Таджикистане, вы, вдруг, бросили бизнес и приехали жить в Израиль? – продолжил задавать вопросы Яков Гивати. – Быть может, вас там преследовали по политическим вопросам?

– В Таджикистане ни по каким вопросам меня никто не преследовал. – серьёзно, ответил. – Когда вокруг меня и моей семьи, каждый день взрываются снаряды и по улицам валяются трупы, то всякий убежит от любой роскошной жизни.

– У нас в Израиле сорок пять лет, взрываются бомбы и гибнут люди. – обратно с вопросом, обратился ко мне, Яков Гивати. – Вы не пожалеете о том, что приехали в Израиль, где тут каждый день гибнут люди?

– По крайней мере в Израиле есть правительство, которое может постоять за своих граждан. – ответил – В Таджикистане в течение пяти лет гражданской войны сменилось несколько правительств. О какой стабильности в государстве можно говорить? Вы покажите на карте, где сейчас не убивают и примут нас на жительство. Моя семья прямо сейчас отсюда уедет в другую страну. Мы приехали сюда от безысходности своей жизни.

– У меня к вам больше нет вопросов. – сказал в заключение Яков Гивати. – Спасибо вам за внимание. Если вам будет нужна наша помощь, то звоните по телефону, указанному в визитной карточке. Желаю вам хорошей жизни в Израиле.

– Мне было приятно поговорить с вами. – принимая визитную карточку из рук Якова Гивати, сказал. на прощание. – Но, как говорят в России, с КГБ и МВД лучше нам не встречаться. От любых ментов у нас всегда одни неприятности.

Яков Гивати больше ничего не сказал. По выражению его лица было понятно, что кроме литературного разговора на русском языке, больше ничего он толком не знает на русском языке.

Обычный разговор в русской народной речи ему не знаком. Если бы Якова Гивати направили в разведку в Россию, то он, при встрече с любым человеком из простого народа сразу бы раскололся, как разведчик другого государства. Наверно, Яков Гивати в России никогда не был?

– Ты, зачем, туда ходил? – возмущённо, встретила меня, Людмила с претензиями. – Тебе недостаточно было разных хлопот со службами безопасности в бывшем Советском Союзе? Хочешь, чтобы ещё в Израиле были неприятности?

– Именно поэтому пошёл в тот кабинет, чтобы потом у нас не было никаких неприятностей со службами. – строго, сказал. своей жене. – Не хочу, чтобы между мной и местными службами были какие-то недомолвки. Понятно?

Людмила ничего ни стала говорить мне. Просто насупилась. Отвернулась в сторону и стала разглядывать интерьер зала регистрации новых репатриантов.

Мне вообще все надоело с проблемами последних суток жизни. Лучше бы вообще не затевал этот переезд из Таджикистана в Израиль. Можно было точно так же улететь куда-нибудь в Ставропольский или Краснодарский край.

Начать свою жизнь прямо с гостиницы. Затем снять или купить себе хорошее жилье. Тех миллионов рублей, которые у меня были наличными в последнее полугодие прошлого года, нашей семье хватило бы лет на пять жить в отличных условиях и раскручивать свой бизнес на месте.

– Семья Черевков! Пройдите, пожалуйста, в первый кабинет на регистрацию своего прибытия из Таджикистана на постоянное место жительства в Израиль. – объявила девушка, вышедшая из первого кабинета.

К этому времени в зале регистрации новых репатриантов никого не было, кроме нашей семьи. Поэтому объявление девушки по радио выглядело как-то странно. Можно было подумать, что мы сейчас находимся где-то в огромном зале или на гигантском стадионе, где кроме нашей семьи находятся тысячи других семей, которых нужно зарегистрировать по вопросу постоянного гражданства в Израиле и принять семьи на постоянное жительство.

– Уважаемые господа Черевков! С сегодняшнего дня вы становитесь полноправными гражданами Израиля. – сказала нам, девушка в какой-то странной форме песочного цвета, наверно, такую форму носят государственные служащие. – На всю вашу семью выдаётся временное удостоверение репатриантов «Теудат оле», по которому вы можете снять жилье на место временного или постоянного жительства. Затем вам в течение недели по месту жительства надо обратиться в «Мисрад аклету» Министерство абсорбции и в «Ирию» местный исполком или Мэрия. Дальше вам нужно будет обратиться в «Мисрад апним» паспортный стол, в котором вы получите «Теудат зеут» постоянное удостоверение личности гражданина Израиля, по которому в дальнейшем вы будите учиться, работать и жить. По временному удостоверению личности «Теудат оле» вы можете открыть банковский счёт в любом банке Израиля по месту своего жительства. По временному удостоверению своей личности вы поступите учиться в «Ульпан», школа по изучению иврита.

По временному удостоверению личности вам положены различные льготы и подарки в честь праздника «Пейсах», по-русски пасха. В течение шести месяцев вы будете получать «корзину денег» в размере тридцати шести тысяч на всю свою семью для возможности устройства семьи на новом месте.

Кроме того, вам на семью будут выделены деньги на приобретение мебели и электротоваров. Вы также получите в банке «Идут» компенсацию за оставленное имущество на прежнем месте жительства в Таджикистане.

В настоящее время вы получите временное пособие в размере двадцати шести тысяч шекелей чеками и по двести шекелей на человека наличными. Сейчас вас бесплатно отвезёт такси по месту нового жительства в любой конец Израиля, откуда начнётся ваше постоянное проживание на земле обетованной евреями. Если у вас есть какие-то вопросы и пожелания, то можете задать нам сейчас или после по месту своего нового жительства.

– У нас нет никакого жилья в Израиле. – сказал. государственной служащей. – Где нам жить?

– Сейчас вы можете, на несколько дней, снять номер в любой гостинице Израиля. – объяснила мне, государственная служащая. – Затем вы снимите «схар диру» съем квартиры в частном секторе. Впоследствии, вы имеете полное право купить себе квартиру. За наличный расчёт или по «машканте» ипотечной суде, которую выдаёт «Банк Машкантаот». Кроме того, Сахнут Министерство абсорбции выдаёт вам возвратную ссуду сроком на семь лет на приобретение собственного жилья. Все подробности вашей абсорбции вам будет рассказывать служащая «Мисрад аклита» Министерства абсорбции или как его ещё называют Сахнут, который будет заниматься непосредственно вашими вопросами устройства по месту жительству в рамках государственных обязательств перед новыми репатриантами «Олим ходашим». По истечению шести месяцев вашего пребывания в Израиле вашим трудоустройством будет заниматься государственное бюро трудоустройства «Лишкат авода» и частные конторы трудоустройства «Коах адам». Впоследствии, при изучении иврита, вы сами так же сможете устроиться на работу по своей специальности или по тому виду работ, которые подходят по месту постоянного жительства в Израиле.