История нашей жизни Том-9

Так как нас было более тысячи человек. Пришлось бы каждому делать отдельный снимок размером с письменный стол. Такой снимок никому не нужен. Его трудно хранить.

Групповой снимок был размером с фотоальбом. Уже думал, что теперь больше никогда в жизни мы не встретимся с Татьяной. Судьба развела нас в разные стороны. Тем более что на военный завод "ФЭУ" принимали только местных выпускников. Болохова Татьяна в этот список попасть не могла.

Ей нужно было либо выйти замуж за местного жителя и пойти работать не по специальности на завод "ФЭУ", так как монтажницей ФЭУ могли быть девственницы, либо надо было нелегально получить прописку, за что её могли привлечь к уголовной ответственности.

Поэтому, остаться работать на военном заводе "ФЭУ" у Болоховой Татьяны не было никаких шансов. Встретились мы на общем собрании училища при получении аттестатов зрелости об окончании технического училища и в этот же день на банкете выпускного вечера, посвящённом окончанию учёбы в училище.

– Договор дороже денег. – напомнил, Болоховой Татьяне, в конце выпускного вечера. – Ты обещала, что после окончания училища мы с тобой оба поедем в станицу Каргинскую-Каргалинскую к терским казакам.

– И не отказывалась от нашего спора. – ответила Татьяна. – Завтра мы и едем. Нам всё равно всему училищу дают неделю перед работой на заводе "ФЭУ". Затем нас завод отправит в отпуск на целый месяц. За это время нам подготовят рабочие места в отделах завода "ФЭУ". Мы с тобой и едем к нам.

Не знаю, на что рассчитывала Болохова Татьяна с работой на заводе "ФЭУ". Может быть, в заводском общежитии ей давали прописку? Но, ни стал говорить ей, что у неё нет шансов работать на военном заводе. Возможно, что она действительно останется жить и работать в Орджоникидзе? Так это лучше нам обоим. Мы сможем встречаться. Дальше сама жизнь покажет, как нам поступать друг с другом.

В этот же вечер мы с вещами Татьяны отправились к нам домой, чтобы в четыре часа утра первым скорым поездом "Москва-Баку" отправиться до Грозного. Где нам предстояло пересесть в другом конце Грозного на автобус до станицы Каргинской (Каргалинской).

Общая протяжённость дороги около триста километров. Надо успеть к вечеру в воскресенье вернуться обратно домой в Беслан. В ночь на понедельник, Щепихины и Черевковы, собрались семьями ехать на отдых к Чёрному морю.

– Мама! Это Болохова Татьяна. – сказал, своей маме, представляя Татьяну. – Мы вместе с ней учились в училище. Завтра в четыре часа утра провожу Татьяну до станицы Каргинской или Каргалинской.

– Правильно надо говорить Каргинская, – поправила меня, мама, – не Каргалинская. От слова карги-вороны.

– Вот видишь! – радостно, воскликнул. – Был прав. Это говорит потомственная терская казачка. Понятно?

– Мы с нашими станичниками поговорим. – настаивала на своём Болохова Татьяна. – Голос будет за ними.

Мама ни стала вмешиваться в наш спор. Только приказала нам обоим быстрее ложиться спать, так как осталось мало времени до того, как мы должны выходить из дома на поезд. Мама тут же постелила Татьяне в своей спальне, сам лёг на диван в зале, где к этому времени спали мои братья-близнецы, Сергей и Юрка. Один будильник завели на три часа ночи в спальне, другой будильник завели на это время прямо возле моей головы в зале. Так мы перестраховали себя, чтобы не проспать.

Едва наши оба будильника пикнули, как тут же мы заглушили их и стали быстро собираться. Мама с вечера приготовила мне сменную одежду и продуктов на дорогу. Все положила в мою спортивную сумку. В три часа ночи нам оставалось только одеться, выпить по кружке горячего чая с бутербродом и идти на поезд.

Вокзал станции "Беслан" находился от нашего дома всего пять минут ходьбы. Даже с вещами Татьяны нам ничего не стоило быть за десять минут у билетной кассы. За полчаса до прихода поезда мы находились у кассы. Народу у кассы на проходящий поезд было совсем мало. Всего с десяток человек.

– Вам билеты общий вагон или плацкарт? – сонным голосом, спросила кассир. – Есть и в купейные места.

– Два билета в купе до станции "Грозный". – ответил сам. – На три часа поездки плацкарта не нужно.

Мы взяли билеты, сразу вышли на перрон. Нам не хотелось находиться в зале вокзала. Мы оба боялись заснуть на скамейке. В это время на перроне слегка продувал ветерок, не было душно, как в зале вокзала.

Татьяна обняла меня за пояс и положила свою голову мне на грудь. Так мы простояли минут двадцать, до появления скорого поезда "Москва-Баку", который привычно опаздывал на десять минут.

Мы сразу поднялись в вагон и прошли в купе на свои места. Обычно забитый до придела скорый поезд, в этот раз был полупустой. Очевидно, это сказалось от разгара отпускного сезона, когда пассажиры находятся на побережье трёх морей, окружающих Кавказ с трёх сторон? Кто-то поднялся на отдых высоко в горы подальше от жары.

В нашем купе больше никого не было. Болохова Татьяна села у окна по ходу поезда. Стала вглядываться в проблески первых лучей восходящего солнца. Закрыл купе на щеколду, чтобы никто проходящий по вагону без конца не заглядывал в наше купе.

Вещи Татьяны и свою спортивную сумку положил на другую первую полку, а сам сел рядом с Болоховой Татьяной. Мы так, в купе молча, сидели очень долго.

Вдруг, заметил, что плечи Татьяны вздрагивают. Посмотрел на её отражение в стекле и тут увидел глаза полные слез. Осторожно взял её за плечи и повернул к себе. У неё горели лицо и губы. Чтобы не спугнуть её, осторожно поцеловал Болохову Татьяну в щеку.

Затем промокнул её глаза носовым платком, который она держала в руке и украдкой промокала, свои глаза от слез. Глаза Татьяны подсохли, а её губы вспыхнули огнём и невольно потянулись к моим губам. Сам ни стал уговаривать себя.

Мы слились с ней в едином горячем поцелуе впервые за все время нашего знакомства. Мы так страстно целовали друг друга, словно ждали этого поцелуя целую вечность и вот теперь целовались так горячо, как будто бы это было у нас в первый и в последний раз.

После чего у нас не будет страстных поцелуев и встреч. В конце концов, мы оба обезумели от наших поцелуев. Даже не заметили, как бесстыжая кофточка расстегнулась и на половину оголилась грудь, спрятанная в бюстгальтер. Дальше все пошло самой собой.

Алый сосок её груди скользнул в мои горящие губы. Татьяна затряслась от страсти ко мне. На Болоховой Татьяне было лёгкое ситцевое платье с кофточкой, бюстгальтер и маленькие трусики, которые медленно сползали с совершенно белой попки, которая никогда не знала загара палящего летнего солнца.

– Станция "Грозный"! – вдруг, услышали мы, голос проводника за дверью купе. – Приготовьтесь к выходу.

Татьяна вскочила со своего места. Поправила на себе одежду и направилась к выходу. Взял наши вещи и последовал следом за ней в тамбур вагона, где собрались пассажиры готовые к выходу. Болохова Татьяна втиснулась между людьми, как бы изолировала себя от моего присутствия рядом с ней.

Лицо Татьяны все пылало от наших поцелуев, она медленно приходила в себя. Мне было как-то неудобно. За наш совместным поступок в купе вагона. Все это было взаимно между нами, но мы зашли очень далеко за грань допустимого.

Болохова Татьяна была серьёзной девушкой в этом отношении. Возможно, что это был её первый поцелуй, и она сама не удержалась? Дала волю своей затаившейся страсти. Мне ни стоило заходить так далеко в интимном отношении с ней.

Тем более что имел серьёзные отношения к ней. Обдумывал, как сделать ей предложение в присутствии её родителей, выйти за меня замуж. Прямо из вагона поезда Татьяна быстро пошла мимо вокзала станции "Грозный" на остановку трамвая, который следовал до автостанции с направлением в Шелковской район, где находилась станица Каргинская.

Татьяна словно забыла о моём существовании, о том, что со мной её личные вещи. Болохова сразу вошла в подошедший трамвай. Едва успел заскочить следом за ней в вагон трамвая. Не оглядываясь на меня, она села рядом с каким-то мужчиной и отвернулась в сторону от меня. Мы ехали по городу минут двадцать до автостанции. Все это время Болохова смотрела куда-то в одну точку совершенно безразличным взглядом, будто она совсем сошла с ума. На автостанции много народа, которые ехали в сторону Шелковского и Наурского районов.

Оба района находятся на левом берегу реки Терек. Татьяна взяла один билет на себя и отошла в сторону от меня. Она совершенно не желала моего присутствия, это видно по её поведению и по безразличному взгляду, смотрящему в сторону от меня.

Не знал, как себя вести в такой обстановке, тоже держался на расстоянии от неё, чтобы ни сделать ей больно на душе от своего присутствия рядом. У меня даже пропал аппетит. Откровенно, вообще забыл о еде и о продуктах, которые положила мне мама в спортивную сумку.

Болохова Татьяна тоже ничего ни ела. К посадке в автобус до станицы Каргинской прошло почти шесть часов после нашего отъезда из Беслана. Давно было время завтрака и приближалось время обеда.

Когда все нормальные люди удаляют свой естественный голод. Все вокруг чавкали, а мы даже не дотронулись до кусочка хлеба, ни говоря о том, что нам следовало плотно покушать.

– Татьяна! Болохова! – радостно, завизжала подошедшая девушка. – Какими судьбами? Домой? Как рада!

– Любаша! – кисло улыбнулась подруге Болохова Татьяна. – Очень рада, что мы едем вместе в станицу.

– С тобой что-то случилось? – взволнованно спросила подруга. – Лица нет! У тебя проблема с парнем?

– Все нормально. – поспешила ответить Татьяна. – Устала после выпускного вечера в Орджоникидзе.

– Так ты крупный специалист! – радостно, сказала Любаша. – На военном заводе работаешь?

В это время подошёл автобус на посадку до станицы Каргинской, и все прошли на свои места. Любаша договорилась с парнем обменяться местами и подруги уселись рядом в автобусе. Моё место было через несколько рядов от подруг. О чём они говорили, не слышал.

Только не обо мне. Так как ни разу Любаша и Татьяна не повернулись в мою сторону. Девушки говорили о чём-то своём. По возрасту видно, что они ровесники.

Возможно, что вместе учились в школе в одном классе? Девчонки делились своими воспоминаниями о детстве. Потихоньку Болохова Татьяна успокоилась от происшедшего в купе вагона. В дороге мне тоже стало легче на душе.

Открыл свою спортивную сумку и решил немного покушать в дороге. Мимо автобуса пробегали картины моего далёкого детства. Когда пацаном меня возили к родственникам в станицы Червлённая, Дубовская, Червлённая-Узловая, Шелковская.

Вот только в станицу Каргинскую (Каргалинскую) почему-то никогда не возили? Что-то трагическое было связано с станицей за время Великой отечественной войны с фашистами. Даже когда старики были под градусом водки, то изредка вспоминали станицу Каргинскую, как место, которое впервые было заселено их предками почти двести лет назад.

Только однажды слышал, как бабушка Маня сказала своему брату-двойняшке) Гурею, что надо бы помянуть брата Гришу ведь ему давно сто лет было, а мы даже не знаем где его могила в Каргинской. Больше о станице Каргинской и о дедушке Грише никогда не слышал.

Может быть, сейчас местных казаков спрошу, где находится могила моего деда Гриши Выприцкого по материнской линии? Надо помянуть нашего старика долгожителя. Жаль, что деда Гриши давно нет. Было бы сем поговорить о давно минувшем времени наших предков.

Станица Каргинская (Каргалинская). Конечная остановка автобуса, который в дороге растерял большее половины своих пассажиров от Грозного. На конечной остановке вышли те, кого автобус подобрал в пути следования.

Девушки и женщины тискали Татьяну в своих объятьях. Мужчины и парни, поздравляли Болохову с окончанием училища и с возвращением в родную станицу. Из рук в руки переходил аттестат зрелости, полученный при окончании технического училища и получении специальности монтажника фотоэлектронных умножителей.

Все дружно смеялись над неизвестным ранее названием специальности у Татьяны. Она тоже смеялась вместе со всеми. Объясняла, что это связано с космосом. Болохова Татьяна и её друзья-станичники, словно не замечали моего присутствия рядом с ними.

9. Дом Болоховой Татьяны.

Когда все пассажиры выплеснулись из автобуса на конечной остановке, тоже вышел с вещами Болоховой Татьяны не замеченный ни кем. Словно был так, каким-то случайным попутчиком, до которого ни у кого дела нет. Поставил вещи Татьяны на траву и стал смотреть, как расходятся по домам её станичники.

Станица Каргинская (Каргалинская) большая. Возможно, что будет несколько сот дворов? Всюду густая зелень, в которой утопают дома и другие постройки станицы. В большинстве дома старые, но прочные.

Видно, что терские казаки давно могут строить себе дома. Вот осталось только два саманных дома-мазанки. Точно такие мазанки, как у наших Выприцких в Гудермесе в Старом хуторе. Где родилась бабушка Маня и дедушка Гурей Выприцких, весь род Выприцких за триста лет.

Сейчас мазанка до окон провалилась в землю. В мазанке живут дедушка Гурей и бабушка Маня. Все остальные многочисленные родственники смотрят на мазанку, как на историческую достопримечательность рода Выприцких. Возможно, что эти две мазанки когда-то построили терские казаки из рода Выприцких, то есть мои прямые родственники? Встретиться бы мне с ними и узнать, что здесь произошло с ними в годы войны с фашистами.

– Саша! Ты что застрял? – вдруг, услышал, голос Болоховой Татьяны. – Пойдём к нам домой. Тут рядом.

Только сейчас обратил внимание, что никого на автобусной остановке нет и Болохова Татьяна далеко от меня на перекрёстке двух улиц. Вероятно, что она была по пути к дому, но тут вспомнила о своих вещах и решила вернуться к остановке автобуса за мной, как за носильщиком её вещей?

Ведь эту тяжесть, которую тащил через две республики, ей было невозможно дотащить до дома в станицу Каргинскую. Так что она меня просто использовала в качестве своего носильщика. Все остальное тут ни при чём. Просто это флирт девчонки перед парнем и все. Тоже, клюнул на её флирт и себя поставил в не ловкое положение.

– Доченька! Радость моя! – услышал, радостные крики женщины, выбежавшей к нам навстречу. – Степановна сказала мне, что ты приехала. Как хорошо, что ты обратно в своём доме. Какая радость в семье.

– Мама! Познакомься, это Саша. – представила меня, Болохова Татьяна, своей маме. – Мы вместе с ним учились в одном училище. Саша решил, что проводит меня прямо домой в нашу станицу Каргалинскую.

– Лидия Петровна! – назвала себя, мама Татьяны. – Большое вам спасибо за помощь дочери. Будьте гостем.

Рука женщины была мозолистой. Выходит, что она работает в сельском хозяйстве или дома в огороде набила лопатой себе мозоли на руках. Лидия Петровна внимательно осмотрела меня, словно оценивала меня с кем-то, кто претендует на руку её дочери. У неё был такой взгляд, словно она решала оставить меня в качестве друга её дочери или заплатить мне как носильщику, который сопровождал вещи дочки до дома.

– Вы что застряли на улице? – услышал, голос мужчины из дома. – Проходите в дом. Тоже скоро буду.

Поднял сумки Татьяны, пошёл следом за Лидией Петровной и Татьяной в их дом. Дом семьи Болоховых добротный из красного кирпича, с крышей из красной черепицы. К дому пристроена застеклённая веранда. С одной стороны двора русская банька. С другой стороны, хозяйственный двор с коровой, поросятами и курами.

За домом огород соток десять. Из баньки вышел мужчина в одних семейных трусах. Весь распаренный, идёт ко мне навстречу. Здоровенный мужик. Сразу видно, что работяга, не ленивый.

– Олег Степанович! – назвал себя мужчина, протягивая мне руку. – Извини, что в таком виде. Узнал, что дочь с гостем приехала. Отпросился с работы на час раньше. Рядом работаю. Ты проходи на веранду. Сейчас оденусь. Да, совсем забыл. Ты же с дороги. Давай быстрее в баню! Пока дамы на стол накрывают.

– Александр! – назвался, пожимая руку хозяину дома. – От бани не откажусь. Давно не был в русской бане. Так что извините за нескромность. Хороший веничек найдётся для меня? Люблю хорошо париться.

– Найдётся! – по-свойски, ответил Олег Степанович, хлопая меня по плечу. – Там все найдётся. Иди парся.

Прихватил с собой свою спортивную сумку с запасной одеждой и отправился мыться в баньку, которую видимо истопили заранее к выходным дням. Сегодня был субботний день, который считался на половину рабочим. Получается, что мы с Болоховой Татьяной в самый раз угодили под выходные дни в станице Каргинской(Каргалинской).

Представляю, что сейчас будет! Также как в станицах наших родственников. Если гость приехал или кто-то из станичников домой вернулся, то пьянка у всех знакомых и родственников. Домик, в котором русская банька, совсем маленький.

Прямо за дверью с улицы маленькая комнатка и сразу дверь в парилку. Все остальное, как принято в русской бане, ступеньки с дубовым веничком, кадка с горячей и холодной водой, раскалённые камни в железной бочке, которая греется русской печкой под навесом со двора, чтобы не было угарного газа в баньке.

В такой баньке места на двоих-троих человек хватит. Быстро разделся в комнатке и полез под душ, который находился в конце комнатки. Нужно было в начале смыть с себя дорожную пыль. Затем взял из кадки черпак холодной воды и слегка плеснул на раскалённые камни, которые угрожающе зашипели и яростно затрещали, пугая меня своим состоянием.

Но вскоре вся страсть раскалённых камней стихла и от них поднялось облачко лёгкого пара, который сразу исчез. Так давно не был в русской баньке, что настороженно шагнул на горячую лавку первой ступени, которая была слегка тёплой и не угрожала мне своим ожогом.

Тут же рискнул и перешёл сразу на третью лавку, которая была достаточно горячей, но ни до такой степени, чтобы получить ожоги от жары на своём теле. Ни стал злоупотреблять вниманием хозяев, понимал, что не только один в этом доме. Другим тоже надо помыться.

Вскоре услышал разговор на веранде дома. Разговаривали несколько мужчин и женщин. Вероятно, соседи пожаловали в гости?

В любой казачьей станице телефон не нужен, все новости моментально переходят из уст в уста. Вскоре об этих новостях знает вся станица. Видимо, так сейчас было.

– Вот и гость из баньки пришёл! – восторженно, встретил меня, Олег Степанович. – Знакомься. Наши соседи. Сейчас мы этот повод хорошо отметим. За мою дочку и за нашего гостя. Проходите гости к нашему столу.

Стал, знакомится с соседями хозяина дома. Это были три семейные пары среднего возраста. Вскоре пришла Татьяна. Тоже вся распаренная в русской баньке. Видимо, она у своих соседей в банке мылась.

Получается, что в станице не только у Болоховых есть такая русская банька. Потянуло печным дымком и, с другой стороны. Станичники начали мыться в субботний день перед выходным воскресеньем.

– Папа! Не напивайтесь! – напомнила Татьяна, своему отцу. – Сегодня у нас в станице танцы. Мы с Сашей пойдём туда. Ни хочу, чтобы наши парни придирались к нему. Не люблю ваши драки.

– Да, мы, только по рюмашке с ним. – как бы оправдываясь, ответил Олег Степанович. – С хорошей закуской такому крепкому парню бутылка водки, как вода. Мы же самогонку пьём! Первача доморощенного…

– Знаю вас, самогонщиков! – пригрозила пальцем Лидия Петровна. – Вам бы надраться, да подраться!

Олег Степанович отмахнулся от жены и пригласил меня за стол на веранде. Где все было накрыто. Русский борщ. Хорошая мясная поджарка с картошкой. Русский домашний хлеб. Такой аромат сельской кухни, что аж голова от удовольствия кружится.

Как давно сам уже не был за таким столом! После того, как перед службой в армии мы всей оравой родственников ездили в Червлённую-Узловую к дяде Саше Морозову, больше ни разу не был в сельской местности. После службы в армии сильно был занят учёбой и работой.

После второй рюмки крепкого самогона сказал мужикам, что пить больше не буду. Не хочу пьяным идти на танцы. Лучше после танцев мы ещё выпьем. Мужики ни стали настаивать и уже без меня налили себе ещё по следующей рюмке самогона, за мои благополучные танцы, которые пройдут в станице без драки. Они с сожалением сказали, что сами пошли бы на танцы, чтобы там податься. Времена ни те. Казачество давно изжило себя. Мужик выводится весь.

10. Выприцкая Татьяна.

Когда сумерки осторожно подкрались к дому Болоховой Татьяны, где-то в середине станицы зазвучала музыка. Понял, что сейчас начнутся танцы. Без драки мне не обойтись. Даже по службе в армии мог сделать вывод, что чужака местные парни без драки не принимают.

Когда по армейской командировке езди на уборку хлеба в Краснодарский край, в Ставропольский край и в Челябинскую область, то ни одни танцы в сельской местности не обходились без драки. Со мной было много друзей-сослуживцев.

Мы себя ни давали в обиду местным парням. Тут мне предстоит встретиться одному с местными парнями станицы. Ни то чтобы боялся драки, просто перед Татьяной неудобно будет ходить с битой рожей. Ведь всё равно достанется. Если полезут драться, то никому из них ни дам себе в обиду. Буду драться.

– Саша! Ты не заводи наших парней. – сказала мне, Болохова Татьяна, когда мы вышли из дома. – Знаю, что ты не трусливый парень, но сама разберусь со своими парнями. Ты здесь в гостях. Договорились?

– Нет! Не договорились! – возразил. – Никого заводить не буду. Но с твоими парнями разберусь сам. Мне твои услуги не нужны. Не хочу, чтобы твои друзья меня приняли за труса. Так что, извини, за мой тон.

Болохова Татьяна ничего не ответила, но когда мы стали приближаться к месту танцев, то она перестала держать меня под руку, а просто пошла рядом со мной. В это время из соседних домов выходили парни и девушки.

Все направлялись в сторону музыки, которая созывала к себе молодёжь. Ещё издали были слышны смех и шутки. Молодёжь станицы начинала танцы. Конечно, мне тоже хотелось примкнуть к танцам. Но был весьма удивлён увиденному.

Танцы в станице очень сильно напоминали мне танцы в Беслане до моей службы в армии, когда мы собирались группами возле частных домов и под пластинку танцевали до самого утра. В учебные дни мы собирались один раз в месяц, а вовремя каникул каждое воскресенье. Точно так, наверно, было в этой станице?

Вот и сейчас на площадке между домами собралась молодёжь. На деревья повесили обыкновенные провода с лампочками. На заборе дома висят динамики, из которых звучит музыка. Девчат намного больше чем парней. Парней с десяток не наберётся, а девчонок около сотни будет, если не больше.

Видимо взрослые парни уезжают из станицы в город учиться и работать. Действительно вырождается казачества из станиц. Скоро землю некому будет пахать.

– Болохова Татьяна, ухажёра привела! – сказала девушка в коротенькой юбке. – Ой! Какой он красавец! Откуда ты его достала? Наверно, городской кавалер будет? Танюша! Познакомь нас! С ним бы потанцевать.

– Кому нравится, тот пусть и знакомится. – сухо, ответила Болохова Татьяна. – Его право выбора девчонок.

– Так он, что, совсем свободный что ли!? – радостно, воскликнула блондинка. – Тогда мой. Меня зовут Лена.

– Александр! – ответил блондинке. – Очень приятно с вами познакомиться. Разрешите вас пригласить на танец.

– Конечно! Разрешаю! – согласилась Лена, вцепившись в меня руками. – Пойдёмте быстрее! Пока не отбили.

Мы стали с Леной танцевать танго на зависть свободным девчатам. На следующий танец сам пригласил другую девушку. Затем следующую. Мне хотелось подразнить Татьяну, но она была безразлична к моим танцам с местными девчатами. Мои танцы с девчонками больше задевали местных парней, чем Болохову Татьяну, которая стояла с каким-то парнем и о чём-то серьёзно беседовала. Мне все это надоело, пошёл к Татьяне, безразличие которой ко мне сильно задевало моё самолюбие перед молодёжью. Горел желанием, как-то выделится среди местных парней перед Болоховой Татьяной.

– Таня! Можно тебя на танец? – спросил, Болохову, подойдя к ней после танца с новой девчонкой.

– Она не танцует! – в резкой форме, ответил парень, с которым стояла Татьяна. – Ты, отвали!

– У Тани есть своё мнение на этот счёт. – грубо, пресёк, соперника. – Так что заткнись перед ней.

– Тебя никто не просил приезжать! – заорал соперник. – Пошёл вон отсюда! Тебе сейчас дам!

Конечно, мне не хотелось быть битым. Ни стал ждать, когда мне дадут по роже. Соперник тут же получил в челюсть и растянулся на танцплощадке. В мою сторону побежали местные парни. Назревала большая драка. Сразу встал спиной к забору и приготовился к защите. Физически был здоровей парней.

– Вы, что, драку затеяли? – взволнованно, воскликнула Татьяна и встала между нами. – Хватит!

Все девчонки тут же встали в мою защиту. Отстранили от меня местных парней. Соперник поднялся с площадки и вытирая с разбитой челюсти кровь, принялся трясти головой. Возможно, что у него был нокаут? Тут из толпы выскочила кучерявая девчушка и показала кулак моему сопернику.