Жизнь на гранях миров

– Возможно, – Гастан покачал головой: – Войн долго не было, наши люди расслабились. Если это угроза, то будет лучше, если мы начнём готовиться прямо сейчас.

Игорь внимательно смотрел на принца: «Хорошая голова у этого парня».

– Я мог бы помочь с медицинской частью, – произнёс он вслух, – у меня есть опыт.

– Ты принимал участие в военных действиях? – сверкнул глазами Гастан.

– И не раз. Как медик, конечно, меча я в руках не держал.

– Нет, – ответил принц, – тебе нельзя покидать дворец.

Игорь понял, что он имеет в виду Светлану.

– И кроме того, ты нужен здесь, маме. Я слышал, вы начали строить новую больницу?

– Пока только проект.

– Без тебя ей не справиться.

– Да, знаю, – Игорь подумал. – Тогда я поговорю с врачами и подготовлю специальную бригаду. Проинструктирую их.

Гастан взглянул недоумённо:

– Проинстру…

– Поучу немного, – пояснил врач.

– А вот это отлично! Нам понадобятся хирурги, медбратья…

– Всё приготовим.

В этот момент слуга Гастана достал меч. Это было тяжёлое, редкостной красоты оружие с длинным лезвием и крупной рукоятью. «Удержит ли он его?» – с сомнением подумал Игорь. Но принц взял меч уверенно и несколько раз взмахнул им.

– Рука ослабела, – тихо сказал. – Ничего, дело времени, – и осторожно убрал оружие в ножны.

Игорь улыбнулся:

– Не перестаю удивляться! Сколько сил в твоем организме? Когда я увидел тебя в первый раз, ты давно исчерпал все ресурсы, но оставался жив. И вот, спустя всего три месяца, ты стоишь на ногах и взмахиваешь мечом. Что это? Чудо?

– Ты же сам лечил меня, – отозвался Гастан.

– Да нет, – отмахнулся Игорь, – мои порошки и припарки – всего лишь вспомогательное средство. Что-то в тебе самом настолько сильное, что… – Игорь сделал паузу. – Открой свой секрет!

– Хочу нравиться девушкам, – засмеялся принц, – отрастить шевелюру…

Игорь тоже улыбнулся: вспомнил, как уговаривал принца жить.

– Я не знаю, – ответил Гастан. – Не знаю.

– Дай-ка мне осмотреть тебя.

Врач внимательно обследовал юношу, пощупал печень, лимфоузлы. Всё было в норме.

– Ты выглядишь так, будто никогда не болел. Что ж… Береги себя. Старайся не переохлаждаться.

Они попрощались: утром Гастан уезжал.

Но ночью пришло известие: северные границы нарушены, пограничные гарнизоны разбиты, и войска нового правителя подобно потокам лавины двинулись вглубь страны. Ранним утром, когда город ещё спал, Юсан-Аминах провожала сразу двух сыновей: принца Гастана и самого императора, который возглавил свой личный полк. Едва улеглась пыль, поднятая множеством ахисов, она послала за врачом, но слуга сообщил: его нет, комната пуста.

– Сходите ещё раз, проверьте медицинскую часть: он должен быть во дворце.

«Ах, как он нужен! Как нужен именно сейчас!» Юсан-Аминах волновалась: в месте боёв не хватало медиков, и она хотела посоветоваться с Игорем, кого отправить вслед за Аминасаром и Гастаном. Но врач будто испарился…

Игорь появился, как всегда, около семи утра и сразу понял: что-то случилось. По приказу Ласоро слуга оставил у его двери широкий лист с одним-единственным иероглифом, означавшим «опасность!» Рассмотрев записку, врач немедленно направился к покоям принца, а по дороге заглянул к Юсан-Аминах.

– Вы уже знаете? – подняла она напряжённое лицо.

– Знаю: что-то произошло, но никто не объяснил мне, что.

– Война. На севере. Ситуация очень серьёзная… Я посылала за вами, но никто не открыл.

– Простите, Юсан-Аминах, меня не было во дворце этой ночью.

– Вы уезжали?

– Отлучился ненадолго.

Она посмотрела на него удивлённо: какие дела могут заставить человека покинуть дворец ночью? Но вопросов задавать не стала. «Возможно, кому-то понадобилась помощь, ведь он – врач!» – подумала Юсан-Аминах. Если бы она знала, насколько близка была к правде!

– Аминасар и Гастан уехали. С ними отправились двое из наших хирургов, – продолжала она, – но этого мало. Ведь там, наверняка, огромное число раненых!

Игорь задумался. Подготовленных людей немного, но из них можно собрать небольшую бригаду. Его мозг заработал: медикаменты, оборудование. Всё это нужно упаковать. Плюс время на погрузку. Кроме того, необходимо предупредить на работе… «Ох, уволят меня за частые отлучки и отпуска «по личным причинам»!

– Я поеду сам, – сказал он. – Нам нужны сутки на сборы, и завтра утром выезжаем.

– Чем вам помочь?

– Пожалуй, небольшой отряд охраны не помешает. И конечно, продукты.

Она скорбно застыла.

– Что случилось? – спросил Игорь. – Что, Юсан-Аминах?

– Мне не хотелось бы, чтобы вы уезжали. Вы так нужны мне здесь!

Он слегка улыбнулся:

– Я намного больше нужен там! И кроме того, я точно знаю, что делать.

Императрица склонила голову:

– Вы хотите сказать, что вам уже приходилось…

– Да, мне приходилось.

– И не раз?

– Я был полевым хирургом в течение шестнадцати лет.

Она охнула:

– Так долго шли войны?!

Несмотря на серьёзность ситуации, Игорю захотелось улыбнуться.

– Да, иногда войны идут целую жизнь…

– Я прикажу немедленно начать подготовку. Но вы… – её глаза стали огромными: – Не подвергайте себя опасности!

– Постараюсь. А вы присмотрите за Светланой. Впрочем, я отошлю её в надёжное место.

– Ну вот! Потерять сразу вас двоих!

– Не хочу вас огорчать, но мне так будет намного спокойнее, – ответил Игорь.

Она вздохнула:

– Как это некстати… Гастан едва выздоровел, у нас столько планов, а тут…

– Войны никогда не бывают кстати. Они всегда врываются внезапно и разрушают саму основу жизни.

Юсан-Аминах внимательно смотрела на врача.

– Вам приходилось кого-то терять? – внезапно догадалась она.

Игорь отвернулся. Он не был готов говорить об этом.

– Простите, прошу вас, простите меня! – она с досадой прикусила губы. – Какая бестактность с моей стороны!

– Ничего, – Игорь уже справился с собой и очень спокойно взглянул в её глаза. Но в глубине его зрачков она заметила страдание. – Кто из нас не терял?

Её лицо стало печальным.

– Да, это так…

– Мне пора, простите, – бережно, чтобы она не подумала, что обидела его, ответил врач.

– Конечно, идите, а я распоряжусь по поводу охраны и каравана.

Он сделал движение, но почувствовал, что она сказала не всё, и остановился. А ей в эту минуту захотелось обнять его! Хоть на миг прижаться головой к плечу, закрыть глаза, почувствовать, каково это – ощущать тепло его тела…

Но она лишь взглянула, так, что он вздрогнул внутри от странной догадки, но тут же отринул её: «Нет! Не может быть, чтобы мать императора… Мне показалось». Попрощался и вышел.

Вот уже три дня Света ждала мужа. Он появился небритым, голодным и тут же направился в ванную.

– На севере разгорается настоящая война, – рассказывал Игорь чуть позже, устроившись на диване с чашкой чая. – У наших противников, как видно, в стране был кризис, и они пытаются решить его с помощью ресурсов соседних государств. Не лучший путь…

Он помолчал, взглянул на жену:

– Вымотался! Хорошо, что ты здесь. Мне спокойнее…

– Я не отпущу тебя больше.

– Не отпускай. Медицинскую помощь я наладил, бригада работает, как часы. Ливьена поставил главным, у него три помощника, медбратья.

– Чувствуется опыт…

Он улыбнулся:

– Многолетний! Всё, утром возвращаюсь на работу. Меня ещё не уволили, кстати?

Света засмеялась:

– Пока нет. Но косых взглядов в мою сторону заметила немало.

Ночью, прижав жену к себе, он думал о войне, о тяжёлых днях, которые она несёт, о безопасности всех обитателей дворца. Он не сказал Светлане, что войска противника продвигались с невероятной быстротой, сметая слабое сопротивление армии эрнов, и в самое ближайшее время их полки могли подойти вплотную к столице. Аминасар приказал матери отправиться в летнюю резиденцию, расположенную высоко в горах, неподалеку от скалистых озер. Она подчинилась, хотя и неохотно, и собиралась в ближайшие дни уехать. Ласоро должен был отправиться с ней.

Игорь засыпал: измотанные нервы требовали покоя, но душа волновалась, мучилась предчувствиями, мысли текли бесконечной чередой. Ласоро, Гастан, Юсан-Аминах… Что будет с ними? Мир, который казался добрым и светлым, вдруг повернулся ко всем жестокой, безжалостной стороной. «Что делать? – спрашивал он себя и отвечал: – Как всегда, выживать…»

Шла вторая неделя войны. Никто не ожидал такого поворота событий, – сильная, красивая страна была разрушена одним ударом! Десятилетия мира сослужили плохую службу народу эрнов: неподготовленные, расслабленные, они не смогли защитить себя. Искусство войны шлифуется в практике. А если рука не держит меч, она неизбежно слабеет.

Понимая, что рассчитывать на собственные силы бесполезно, Аминасар отправил Гастана к западным границам: просить о помощи соседние государства, а заодно привести те части армии, которые базировались там. Время шло, войска противника подходили к столице. Город трепетал от ужаса, люди покидали дома, толпы беженцев заполонили дороги, ведущие к югу. Дворец опустел, лишь в медицинском крыле кипела работа: по приказу Юсан-Аминах здесь был устроен просторный лазарет, и беспрерывным потоком доставлялись раненые. Игорь с небольшой бригадой врачей оперировал с утра и до позднего вечера, оставляя себе лишь немного времени, чтобы успеть перейти пространство. Свету он сюда не пускал:

– Никаких «я помогу», девочка! Там опасно, это не шутка, – настоящая война!

– А как же вы?

– Мы будем работать, пока есть возможность.

– А как же ты? Ведь если они подойдут близко, ты можешь просто не успеть!

– Ты же знаешь, я смогу уснуть в любой обстановке. Обо мне не беспокойся.

Но на самом деле он понимал, что, оставаясь во дворце, рисковал многим. И всё же, возвращаясь домой после своей земной работы, думал только об одном: как они там? Держатся? И тут же спешил подняться.

…Он оперировал несколько часов. Палаты заполнялись ранеными, по нарядным коридорам, устланным дорогими коврами, бесконечной вереницей несли носилки, вели уставших, грязных бойцов. Говорили, что битва идёт у самых стен города. Это значит, что… Все знали, что это значит.

Единственная операционная ярко освещалась электрическим светом, ассистировал доктор Амнон, умный, энергичный, который от сильного напряжения начинал злобно ругаться.

– Тише, коллега, тише, – уговаривал его Игорь, – анестезия не помогает, когда вы так выражаетесь, пациенты просыпаются прямо под ножом!

– Да как можно!– сделав крохотную передышку, продолжал Амнон. – Так глупо, так бездарно оставить страну без армии! Распустить солдат! Сколько нам осталось? Час? Два?

– Немного, – соглашался Игорь.

Амнон беззвучно ругался под нос. Но руки действовали смело, умело.

Внезапно в дверь операционной постучали.

– Я просил не мешать! – рявкнул ассистент.

Но Игорь, вскинув глаза, увидел, как мелькнуло лицо слуги Юсан-Аминах.

– Узнайте, в чём дело, – кивнул одному из медбратьев.

Тот вышел и тут же вернулся:

– Мать императора стоит за дверью и хочет вас видеть.

– Я занят. Не могу выйти.

– Идите, – удивленно произнёс Амнон, – это же мать императора!

– Неужели? – поднял брови Игорь. «С какой стати я буду прерывать операцию?» – говорил его взгляд. – Продолжаем, работаем.

Медбрат постоял, помялся и пошёл доложить…

«Что случилось? – думал Игорь, чувствуя, как изнутри поднимается раздражение. – Что она делает во дворце? Давно должна была уехать!» Караван императрицы стоял на заднем дворе, он видел его утром, так почему же медлит?!

Минут через двадцать, поручив ассистенту накладывать швы, вышел из операционной. Она ждала, присев у носилок, и что-то ласково рассказывала раненому. Тот смотрел в глаза женщины восхищённо, а когда она встала, проводил её взглядом.

– У них немного шансов, – сказал Игорь вместо приветствия, – мы не успеваем.

Юсан-Аминах застыла с растерянным, скорбным лицом.

– Вы что-то хотели сказать? Спросить? – напомнил хирург. Ему было не до вежливости.

– Да, – ответила она тихо, – только теперь не знаю, могу ли…

– Говорите!

– Ласоро…

– Что с ним?

– Он в порядке. Пока…

Игорь покачал головой: «не понимаю».

– Я боюсь за него, – горячо зашептала она. – Вы знаете, что дворец незащищён, и с минуты на минуту…

– Да, я знаю.

– Спасите его!

– Вы просите об этом меня?!

– Да, – она помолчала. – Если они ворвутся сюда, то первым, кого убьют, будет наследный принц династии Альсидах.

Игорь нахмурился:

– Вы давно должны были уехать. И увезти Ласоро.

– Он не согласился, а я не могу оставить сыновей.

– Что вы хотите, чтобы я сделал?

Она на мгновение смешалась, а затем подняла голову:

– Все знают, что вы исчезаете по ночам. Никто не может сказать куда, но мы видим, что вы…

– Это касается только меня, – спокойно ответил Игорь.

Она поднесла руку к виску. Лицо её жалобно застыло, и он догадался, о чём она не решается попросить его: взять сына туда, куда исчезает сам. «Почему она решила, что я могу? – подумал он. – У меня столько раненых! Я должен бросить их?» Он обернулся: носилки, носилки, носилки… И – Ласоро, его друг, наследный принц династии Альсидах. Мгновение, когда он бросил на весы то и другое, было одним из самых тяжёлых в его жизни. Но что-то незримо потянуло, повело его мысль в сторону принца. Игорь вдруг понял, что за этим стоит: не только одна человеческая жизнь, но будущее всей страны. Не имея дара предвидения, в ту минуту врач всё же чётко осознал: не спасти юношу сейчас – катастрофа неминуема. Юсан-Аминах потеряет сына, все эти солдаты – императора, а он сам лишится одного из самых прекрасных миров.

«Может быть, эгоизм? – спросит себя потом Игорь. – Может быть, элементарное человеческое эго заставило меня в ту минуту повернуться спиной к раненым, ожидающим операции, и спасать принца? Возможно, и так. Но было и другое: некое сильное внутреннее ощущение, будто это – именно то, что я должен делать. Оставить солдат и думать о принце».

– Пять минут, – резко бросил он матери императора, – я буду в своей комнате через пять минут. Пусть Ласоро ждёт меня там, – он хотел идти в операционную, объяснить всё доктору Амнону, но внезапно обернулся и взял руки Юсан-Аминах. – Но вы должны мне обещать, что сию секунду пойдёте к себе, оденетесь в самую простую одежду и немедленно, пешком, чтобы вас никто не узнал, покинете дворец! Сию секунду!

Она смотрела на него расширенными глазами:

– Вам это важно?

– Мне важно всё, что касается вас.

– Я сделаю, – её лицо просветлело.

Он не сказал ни слова, но последний взгляд, которым он посмотрел на мать императора, был новым и для неё, и для него самого.

«Спокойно, спокойно. Я проведу Ласоро через пространство и тут же вернусь, – он стремительно шёл к себе. – А сможешь? Ведь проводишь не ты, ты только даёшь направление. Я попытаюсь. А там – пусть они решают, да или нет».

Принц появился через минуту: бледный, растерянный.

– Мама приказала мне идти к тебе…

– Ласоро, мы уходим. Ты и я. И это не обсуждается.

– Нет, – покачал головой юноша. – Ты хочешь, чтобы я оставил дворец? Маму? Да и куда бежать? Все дороги перекрыты!

– Твоя мать обещала мне немедленно скрыться, и поверь, с ней всё будет хорошо. А вопрос «куда» предоставь мне.

Ласоро смотрел непонимающе.

– Для меня нет безопасного места в этом мире, – тихо ответил он.

– Правильно, нет. Поэтому я поведу тебя в свой.

У юноши загорелись глаза. Но страх за родных был сильнее. Присел, сжал руки.

– Не могу бежать, – покачал головой. – Трусливо, как…

– Оставь. Всё это – героизм, бесполезный. У меня сейчас нет времени объяснять тебе, как ты важен для страны, и, случись что с твоими братьями, тебе придётся стать императором. А это нелёгкое бремя. Ты родился принцем, так думай не только о том, что происходит в эту минуту, но немного шире.

Игорь говорил резко, сильно, как никогда раньше: нет времени думать, нет ни одной лишней секунды на сомнения.

– И ещё, – добавил он, – я объяснял тебе раньше, что прохожу пространство не своими усилиями, мне помогают существа куда более совершенные и могучие, чем я. Доверься им, Ласоро. Если они решат, что – нет, мы просто останемся здесь. И вот тогда уже будем думать о героизме.

Принц поднял глаза:

– Довериться?

– Конечно! – Игорь сделал шаг к нему. – Есть ситуации, которые нужно решать немедленно, и эта – из них. «Плохо – хорошо, правильно – неправильно» – об этом мы будем думать потом. Сейчас просто поверь мне. Как старшему, как отцу, – он помолчал мгновение и вдруг улыбнулся: – Возможно, именно для этого я и пришел!

Принц встал. Лицо изменилось:

– Идём.

– Ложись на кровать. Я сяду здесь, – Игорь устроился в кресле. – Ни о чём не думай. Постарайся максимально расслабиться. Уснуть у тебя вряд ли получится, но хотя бы не шевелись. Успокой мысли, если сможешь.

– Не смогу, – Ласоро прилёг на кровать.

– И не бойся, ты ничего не почувствуешь.

– Я не боюсь, – закрыл глаза. – Ты уверен, что мама выберется?

– Даже если ты останешься, то не сможешь её защитить… – Игорь сделал несколько сильных вздохов. – Но она выберется, я знаю.

– Хорошо…

– Не спрашивайте, ведите обоих.

– У врача не осталось времени…

– Правильно. Поэтому не позволяйте ему возвращаться.

– Как долго?

– Посмотрим. Пусть отдохнёт. А чтобы не опасался, что опять потерял свой мир, помогите понять, почему. Пусть переключит внимание на Ласоро.

– Необычная ситуация.

– А разве у нас бывают обычные ситуации? Улыбаетесь… Ведите, ведите обоих!

Часть 5. Новый мир

«Наши чувства обнажаются, когда мы боимся потерять кого-то, – думал Игорь, вспоминая свой взгляд, которым посмотрел на Юсан-Аминах. – Я и не заметил, как она стала дорога мне. Увлёкся? Начал засматриваться? Нет. Она привлекательна, конечно, но тут другое…»

Он понимал, что дело не в женщине. Но такое уже было: человек, облечённый властью, рядом с ним становился милым, заботливым другом. Адамар. Чувство уверенности в том, кому доверяешь. Дружба. Но тут – не мужчина, тут – женщина, и красивая. «Нужно держаться. Не позволять мыслям блуждать. И не давать никакой надежды ни ей, ни себе самому! Но трудно, трудно держаться, когда такое доверие и столько нежности исходит от неё, а порою даже кажется, что… Невозможно, и ты знаешь, что даже мысль об этом – как маленькое, мелкое предательство. Дружишь – дружи, но не позволяй чувствам расслабиться, не тянись больше, чем положено. Иначе всё быстро выйдет из-под контроля, тебя понесёт, и вот тогда мир зашатается под ногами. Не надо, не влюбляйся. У тебя есть всё, о чем можно мечтать, и Света так дорога. Не порти этого ненужными измышлениями».

Он уговаривал себя не поддаваться, не мечтать, а сам живой волной отзывался на то, что невидимо исходило от этой женщины: её ласку, и вот эту мягкую податливость, и волшебство её красоты. «Нет, – говорил он себе, – нет. Я смогу удержаться. Может быть, стать чуть жёстче, грубее. Не обижать, конечно, но самому держаться на расстоянии».

Он посмотрел на Ласоро. Принц лежал неподвижно: бледное лицо, губы сжаты, но плечи расслаблены. «Старается…» Игорь опять глубоко вздохнул. «Ты тоже расслабься. Иди домой. Пора».

Он открыл глаза оттого, что ласковая рука Светланы коснулась его плеча:

– Родной! Что случилось? И что делает на моей кровати красивый юноша с синими глазами? – она смеялась, но в голосе слышалось изумление.

– Он прошёл? Превосходно! – Игорь привлёк жену, уложил на диван, укрыл пледом. – Я уснул в кресле, а его положил на нашу кровать.

– А в воздухе вы не поменялись?

– Не поменялись…

– Что, так плохо? – тихо спросила Света.

– Да. Мы не стали ждать конца. Юсан-Аминах попросила увезти сына.

– Видимо, она догадывается…

– Все во дворце догадываются, что что-то не так.

– А Ласоро? Что будет с ним?

– Пока поживёт у нас. Тебе – помощник по дому!

Света рассмеялась:

– Ласоро – помощник? Ну, если только стены разрисовать в детской…

Игорь подумал:

– Детскую мы отдадим ему. Пусть маленькая, но всё же отдельная комната.

– Ты думаешь, он сможет вернуться?

– Надеюсь. Мне не хотелось бы, чтобы он потерял свой мир.

«Так, как это было с тобой», – подумала она, но промолчала.

Он положил её голову себе на плечо.

– Тебе удобно? Сколько нам осталось спать?

– Сколько угодно! Завтра – воскресенье.

– Как я люблю воскресенье, – протянул Игорь и с наслаждением закрыл глаза. – Девочка, если я опять исчезну, не сердись. Там столько раненых…

Она не ответила, но сжала его руками крепко-крепко и держала так, пока он не уснул…

«Пожалуй, один из самых приятных моментов – просыпаться, чувствуя запах кофе. Это значит – дома и что война – далеко-далеко…» Но сегодня ко всему примешивалось нечто новое… Голоса! В кухне, очень тихо, звучали голоса.

– Ласоро! – вдруг громче сказала Светлана. – Что ты делаешь? Перестань щёлкать, ты ему голову свернешь! Это же электрочайник, он выключается сам!

«Да! У нас новый гость! Для мальчика начинаются сюрпризы, – подумал с улыбкой Игорь. – Представляю, каково ему будет поначалу!»

Первое, что он увидел, войдя в кухню, это сосредоточенное лицо Ласоро, который никак не мог понять, как выключается чайник.

– Действие пара, – сказал врач. – Света, объясни ему.

– Легко сказать! – засмеялась она. – Для этого я сама должна знать.

– Пар имеет плотность и большую ударную силу, – сказал Игорь принцу. – Потом мы поговорим о паровом двигателе, тебе будет интересно.

– Мне уже интересно, – развёл руками юноша, оглядывая кухню со всеми её блестящими электроприборами. – Мира и света!

– Доброе утро, принц! – засмеялся Игорь. – Привыкай! Мы говорим «доброе утро», – и с улыбкой отправился в ванную.

Пока умывался, слышал, как Ласоро забросал Свету вопросами:

– А почему за окном снег?

– Потому что у нас – февраль! Третий месяц зимы.

– Но в доме тепло! Я не вижу каминов…

– Их нет, Ласоро, у нас газовое отопление.

– Что?!

– Там стоит котёл. К нему подводится газ и вода. Газ нагревает воду, вода идёт по трубам, горячие трубы отдают тепло воздуху. Просто!

Игорь смеялся, аккуратно сбривая щетину. А потом серьёзно подумал: «Я не прошёл. Меня не пустили, это ясно. Причина? Их две, скорее всего: там опасно и – Ласоро. Можно понять: парню нужно внимание, особенно в первые дни. Ну, а что делать потом? Мы на работе, а он? Подумаем…»

Завтракали весело, Ласоро с любопытством наблюдал, как из тостера выскакивают поджаренные куски хлеба, а затем сунул руку в холодильник и наслаждался тем, как там холодно!

– Тот же принцип, что и у меня в операционной, – объяснял Игорь, – электричество. Только здесь его много, и оно поступает непрерывным потоком.

– А где генератор? – Ласоро с трудом произнёс незнакомое слово.

– Далеко. У нас целые станции, огромные такие заводы для вырабатывания энергии.

– И всё ею движется…

– Да, так и живем.

Кофе Ласоро не понравился: горький, чёрный, хотя и пахнет хорошо.

– Мне бы сока…

Света достала несколько апельсинов и выжала ему сок. И начала поторапливать:

– Мальчики, одеваемся! Едем по магазинам.

– А что нам нужно?

– Закупить продукты и одеть Ласоро.

– Да, – согласился Игорь, – пожалуй, мой размер ему не подойдет.

– Мы купим принцу новую одежду. Суперсовременную. Ты любишь джинсы?

Снимать халат принц отказался:

– Мне неудобно! Будто раздет.

– Ласоро, мы не носим халаты.

– А там, в ванной, я видел…

– Это банный халат, в нём ходят только по дому.

Уговорили. Переодели юношу в спортивный костюм и тёплую куртку Игоря.

– Нет, на голову я ничего не надену, – сказал принц, видя, как Света наряжается в пушистую шапочку.

– Не нужно, – засмеялся Игорь, – мы в машине.

Лёгкий шок, который вызвал у Ласоро вид обыкновенного автомобиля, был вполне естественен.

– Тоже электричество? – изумлённо спросил он.

– Нет, здесь другой принцип. Я всё тебе объясню, – Игорь открыл дверцу. – Садись, простудишься.

– Поезжай медленно, – тихо сказала Света, – его укачает.

– Со скоростью пожилого ахиса? – улыбнулся Игорь.

Он тронул очень мягко и посмотрел на Ласоро: «Кино!»