- -
- 100%
- +
– Благодарю, Ваше Величество, – ответил Принц, склонившись в учтивом поклоне. – Дорога оказалась недлинной, но в самом конце пути начался сильный дождь и едва не погубил меня. К счастью, какой-то человек помог мне: он поднял меня за панцирь и аккуратно пересадил в траву неподалёку от Вашего дворца.
– Человек? – удивился Король. – Довольно странно. Обычно люди топчут нас ногами, – он немного подумал. – Нужно отблагодарить его за ваше спасение.
– Да, Ваше Величество, Вы правы.
– Если не возражаете, я сделаю это сам. Вы помните его?
– Думаю, он ещё гуляет по дорожкам парка, – ответил Принц.
Король подозвал слугу и отдал ему несколько распоряжений. Слуга тотчас же удалился.
– Развлекайтесь, мой друг, – улыбнулся Король Принцу, – надеюсь, приём вам понравится.
Командировка заняла целую неделю: больше, чем я ожидал. Эти бесконечные семинары! Войдя в дом, первым делом распахнул окно, чтобы впустить свежий воздух. И тут же обратил внимание, что в горшке, стоявшем за окном, появилось новое растение. Этот горшок со старой землёй давно пустовал, и мне всё было недосуг засадить его чем-то. Наверное, ветер принёс семя, дождь полил его, вот и вырос новый гость. Ну что ж, добро пожаловать! Лучше, чем ничего.
Вымывшись с дороги, начал готовить чай. Сердце давно не позволяло мне пить чёрные чаи, поэтому я «мастерил» фруктовые, травяные – всё время что-то новое. Импровизировать я любил. Растение в горшке не давало мне покоя. Я понюхал его, помял нежные листья. Похоже на имбирь: пряный, ласковый аромат. Но имбирь ли? Оторвал маленький листок, пожевал. Вкусно! «То, что ядовито, вкусным не бывает», – подумал я и сунул листок в чай вместе с другими травами. Аромат получился изысканным. Пока смотрел вечерние программы, выпил не меньше трёх чашек, каждый раз добавляя немного от нового гостя. И – остановился: он такой крохотный, пусть подрастёт!
Спалось мне в ту ночь чудесно. Сердце не щемило, не болело, а сны кружили и кружили в своём невесомом танце. Проснулся отдохнувшим, радостным, и – удивился: такого не случалось многие годы…
На работе встретила секретарь с кипой накопившихся бумаг:
– Илья Петрович, вам кофе, как всегда, без кофеина?
– Как всегда, без кофеина.
Я прошёл в кабинет, включил компьютер. Эта адская машина, которую я обычно ненавидел к концу дня, испортила мне зрение, но что делать, без неё – никуда.
К счастью, этот день закончился неплохо. Я как будто отдохнул в командировке и сделал больше, чем планировал. «Иногда полезно уезжать на неделю», – думал вечером, покидая кабинет. В коридоре стоял запах кофе. Несбыточное удовольствие!
Домой шёл пешком. Пройдя несколько кварталов, устал и сдался: взял такси.
Наутро обратил внимание: гость подрос. Ну и скорость! Он выпустил несколько новых листков взамен тех, которые я ободрал, и очень похорошел. Цвет растения меня удивил: зелено-красный, с тонкими пурпуровыми прожилками, – будто кровь по венам! Я не спеша выпил чаю, опять добавив листок-два, и тихонько двинулся на работу. Для сердечника прогулка пешком – необходимость. Но пройти от дома до работы не всегда удавалось. Сегодня удалось. Когда я вошёл в секретариат, весёлый, оживлённый, даже почти не уставший, Ирина приветствовала меня:
– Илья Петрович! Вы сегодня хорошо выглядите!
– И хорошо себя чувствую.
– Кофе?
– Как всегда, – а потом, обернувшись, попросил: – Ирочка, и добавьте немного нормального кофе, совсем немного, с пол-ложечки.
Спустя неделю сотрудники начали замечать, что со мной что-то происходит. Не «неладное», наоборот, «ладное»! Я изменился! Повеселел, посвежел, легко справлялся с большим объёмом работы. Компьютер теперь не сводил меня с ума, глаза не резало и не жгло, как раньше в конце дня, а когда попробовал снять очки, то вдруг понял, что без очков я вижу лучше!
Дома с изумлением рассматривал себя в зеркало. Волосы начали темнеть. Кожа – разглаживаться. А привычные отёки под глазами куда-то исчезли. Я помолодел!
Мысль заработала лихорадочно. Так, что изменилось? Что я принимал, ел, пил? Новые лекарства? Нет, лекарства были те же, что и месяц, и год назад. Ничего нового, никаких изменений в свою жизнь я не вносил. Тогда что же?
Я думал об этом весь вечер, пока не начал готовить чай. Рука привычно потянулась к кустику за окном. Стоп! Вот оно, то новое, что пришло в мою жизнь примерно неделю назад. Этот ароматный чай! Что же это за растение? – недоумевал, разглядывая листья. И опять заварил напиток.
Сидя за работой, – пришлось взять на дом, – я смаковал каждый глоток. Не может быть, думал, чтобы такой эффект вызвал простой чай. Я не хотел обнародовать открытие, бежать в какую-либо лабораторию за анализом, ведь, в конце концов, могло случиться так, что это растение окажется простым сорняком, занесённым ветром с полей. Но тогда что изменило меня?!
Этот вопрос остался открытым и наутро, когда, расчёсываясь и бреясь, я опять отмечал странное, невероятно быстрое омоложение кожи. Переодеваясь, заметил, что похудел. То, чего не удавалось достичь с помощью диет лет десять: лишние килограммы прилипли так прочно, что я свыкся с ними. Теперь же весь мой организм стремился к стройности, прочности, а я не мог понять, почему. Чай? Да не может быть! Тогда – что?!
Весь день таинственный куст не давал мне покоя. Я влез в интернет и перебрал сотни похожих растений. Нет, то форма не совпадала, то цвет, а то – регион. Цветок из пустыни не мог вырасти в северных краях…
Через неделю был обычный, запланированный ранее визит к врачу. Я шёл с бьющимся сердцем, трепетно ждал в приёмной: что скажет, заметит ли?
Врач оказался занят, принял меня с опозданием и очень торопился.
– Как чувствуете себя, Илья Петрович?
– Хорошо, очень хорошо. Лучше, чем обычно.
– Лекарства принимаете?
Я не пил лекарства уже дня три-четыре.
– Последние дни – нет, – признался честно.
– Почему? Что случилось?
– Да вы послушайте моё сердце! Бьётся, как часы!
Врач внимательно выслушал сердце.
– Улучшение есть, – сказал осторожно. – Но всё же не рискуйте, принимайте лекарства. Небольшое улучшение ещё ни о чём не говорит.
Я оделся, застегнул купленные вчера новые брюки. О том, что похудел на восемь килограммов, рассказывать не стал. На улице вздохнул полной грудью. Как хорошо быть молодым! Или даже слегка помолодевшим!
– Вы сделали так, как я сказал? – спросил Король у слуги, направляясь в костюмерную.
– Да. Я посадил растение в горшок у него за окном.
– Оно проросло?
– Да, Ваше Величество, оно проросло и превратилось в прекрасный куст.
– Он что-либо заметил?
– Трудно сказать. Но я каждый день вижу сорванные листочки, это значит, он употребляет растение или в еду, или в чай.
– Замечательно, – Король ненадолго задумался. – Процесс продлится ещё полгода, пока растение не отцветёт. За это время он станет совсем молодым. Пусть радуется. Хороший человек должен жить долго.
Чёрный Принц
Богатства и земли, слава бесстрашного воина и мудрого правителя, дворцы, города и фонтаны – всё было у Черного Принца; прелестные жены и сильные рабы, присланные ему в подарок из других земель; верные друзья, готовые следовать за ним по первому зову, и наставники, к советам которых он прислушивался, воспитывая своё сердце. Но не светилось радостью его лицо, будто недоставало ему чего-то очень важного, может быть, главного…
Поздним вечером бродил Принц среди прекрасных деревьев в глубине дворцовых покоев и, склонив голову, размышлял. Давний сон, виденный много лет назад, вспомнился ему именно сегодня. Сон был тихим и грустным. Удивительная, нежная белокожая женщина с волосами, сплетёнными из солнечных лучей, в тоске протягивала к нему руки и молила о помощи. Он бросался к ней – и неожиданно сам оказывался спасённым от чего-то страшного, грозного и неотвратимого. В конце сна всё его существо пронизывало такое глубокое ощущение счастья, какого он не испытывал за всю жизнь. Что это было? Принц не знал, но, понимая значение некоторых снов, догадывался, что здесь кроется особый смысл.
Белая женщина, – он не видел их иначе, как на диковинных картинах, привезённых издалека путешествующими купцами. Женщины их земель были черны, как спелые сливы, и глаза их горели огненными факелами. Те же, на картинах, смотрели мягко и скромно, и взгляды их отливали голубизной. Ни одеждой, ни осанкой, ни хрупкостью форм они ничуть не походили на жительниц пустыни, к которым привык Чёрный Принц.
Может быть, в этом и заключалась загадка сна: белая женщина была нечто необычайное в этих знойных землях среди раскалённых песков? И сон Чёрного Принца – это всего лишь отголосок его любопытства? Но нет, чувствовал он, тут есть то, что спрятано глубже, но никак, никак не разгадать ему эту тайну…
Шелестящий ветер, спустившись с небес, шепнул несколько слов, но Принц, утомлённый, уже направлялся спать и не расслышал подсказки.
Она пришла на следующий день в виде удивительной новости, потрясшей весь город и всех обитателей дворца. Караван, пришедший ночью из пустыни, привёз… белую пленницу! Перебивая друг друга, жители рассказывали, как она хороша, как нежен её голос, и что волосы её текут светлыми струями. Но только очень, очень больна и измождена после долгого перехода, и, верно, умрёт, если только кто-нибудь не купит её и не обеспечит ей хороший уход. Но кому же нужна больная рабыня?!
В прохладные покои Чёрного Принца необычайную весть принёс старый лекарь, лучший друг и советник повелителя. Он рассказал о слухах, будоражащих город, а затем крепко задумался. «Люди с севера, – поделился он опасениями, – могут принести в нашу землю неизвестные болезни, и мы не будем знать средства от них. Белая женщина в наших краях – это очень, очень серьёзно».
Чёрный Принц взглянул на друга мягко, с улыбкой, а затем произнёс: «Ну что же, значит, лучшее средство оградить жителей от угрозы – купить эту рабыню и поселить её отдельно от всех. В дальних покоях моего дворца, например! А ты получишь возможность изучить новое заболевание». И он приказал немедленно разыскать женщину, заплатить за неё любую цену и с величайшей бережностью доставить во дворец.
Не успело солнце раскалить верхушки храмовых башен, как слуги доложили, что белая женщина привезена, удобно устроена и что лекарь нанёс ей свой первый визит. «Она очень слаба и истощена, – рассказывал врач вечером, – но признаков болезни нет, а поэтому я прописал ей ванны и хороший уход. Надеюсь, она скоро поправится».
Лекарь ушёл, а Чёрный Принц глубоко задумался.
Много жён было у него, и всех он любил, но ни одна не была ему другом. Интересы женщин просты: развлечения, украшения и одежда. А потому, приходя в свой гарем, он не искал мудрости, а когда нуждался в совете, то прибегал к помощи мужчин. Но пленница с севера могла оказаться совершенно иной. По рассказам путешествующих купцов, народы тех стран обладали высокой культурой. И кем была эта новая гостья, – простой горожанкой или титулованной особой? Но самое главное – что за сокровища скрывает её душа? Ответ на эти вопросы Чёрный Принц мог найти не иначе, как поговорив с гостьей, заслужив её доверие и дружбу. Но доверие – хрупкая вещь, да и дружба не возникает просто так…
Он представлял их первую встречу – и приходил к мысли, что пленница, измученная долгой дорогой, плохим обращением и напуганная жестокостью рабовладельца-хозяина, не станет открывать своего сердца важному повелителю, купившему её у торговцев. Она или замкнётся, испытывая чувство неприязни, или возненавидит его. Как же быть?!
Пришёл советник, старый, мудрый советник, служивший ещё у отца Принца, выслушал, покачал головой, согласился. А потом сказал: «Если ты хочешь заслужить доверие и дружбу, предстань перед ней равным ей». И, дополняя друг друга, они вместе придумали замечательный план, осуществить который предполагали тогда, когда белая гостья окончательно окрепнет.
Прошёл месяц. Ежедневно лекарь сообщал Принцу, что женщина поправляется, белеет и хорошеет с каждым днем. Благодатный климат оазиса расцветил её щёки румянцем, а ванны и искусный уход помогли окрепнуть.
«Её волосы сверкают, как луна, а смех и голос похожи на звучание льющейся воды. Она свежа и прекрасна, но не в этом её прелесть, а в том, что она кротка, как юная серна, глаза излучают теплоту, и ко всем она добра: и к нему, старому лекарю, и к нянькам, и к слугам. С самого утра звенит её нежный говор, она всегда весела, а в покоях царит неизбежный порядок и мир».
Пристально вслушивался в слова друга Чёрный Принц. Как не похоже было всё это на взбалмошное царство его крикливых и невыдержанных жён! Навещая их, он часто становился свидетелем грубых, безобразных сцен, и вместо желанного отдыха и успокоения был вынужден улаживать грозные конфликты, грозящие перейти в войну. «Знает ли она наш язык?» – спросил Принц лекаря. И получил удивительный ответ: «За те месяцы, что женщина провела в пустыне, она сумела не только овладеть нашим наречием, но и несколько раз просила научить её читать». – «И что же ты ответил?» – улыбнулся повелитель. «Обещал найти ей учителя», – нашёлся лекарь, кланяясь и прося прощения за возможную ошибку.
Оставшись один, Принц долго размышлял и, наконец, пришёл к мысли, что настала пора действовать.
На следующий день, едва лишь солнце поднялось над пустыней и разбудило горожан, он оделся в простую одежду странника и, опираясь на посох, приблизился к воротам внутреннего дворца. Высокая стена отделяла его собственные покои от уединенного уголка той, с кем он мечтал познакомиться. Там царило безмолвие. Воин, стоящий на посту, узнал повелителя, и Чёрный Принц беспрепятственно проник в огромный прекрасный парк, где по ночам бродили прирученные животные, завезённые из дальних стран, а днём гуляла гостья. Чудесный фонтан с великолепной чистой и свежей водой разбрызгивал сотни мельчайших искр, сверкая на солнце всеми оттенками радуги. Принц устроился среди высокой травы и приготовился ждать.
Как маленькая ранняя пташка, юная женщина вышла из спален с первыми лучами. Она прошлась по дорожкам, наслаждаясь очарованием этого удивительного уголка, и вдруг увидела дервиша, уснувшего в траве. Легонько склонившись, она тронула его за плечо:
– Милый брат, что ты делаешь здесь? Разве ты не знаешь, что сюда нельзя входить мужчинам? Стражники, увидев тебя, могут очень рассердиться! – в её голосе звучала теплота и неподдельная забота.
Чёрный Принц глубже натянул на лицо капюшон и, сделав вид, что только что проснулся, ответил скрипучим, слегка изменённым голосом:
– О, госпожа, я – бедный странник и так стар, что даже увидев меня, слуги не станут бить палками: мой возраст зрелости давно миновал.
Говоря так, он успел краем глаза взглянуть в лицо женщины, и был поражён не столько его красотой, сколько удивительным выражением мягкости и кротости, освещающим его с восхитительной силой.
– Я забрёл сюда глубокой ночью, никем не замеченный, в надежде отдохнуть, но если я мешаю твоему покою, то тотчас же уйду.
И с этими словами Принц встал, будто бы намереваясь удалиться. Но белая женщина с невыразимо прелестной улыбкой мягко остановила его:
– Не спеши, отец, ты так дорог мне в моём одиночестве! Останься и расскажи мне о своих дорогах. Ты знаешь эту страну лучше меня, и твоя повесть будет мне интересна. И я не позволю слугам обидеть тебя. Но не называй меня госпожой: я такая же странница, как и ты, волею судьбы заброшенная в это место. Останься! А я прикажу подать еду, ведь ты, верно, голоден!
И она громко хлопнула в ладоши, призывая слуг. Все предупрёжденные, они не проронили ни слова, увидев свою госпожу в обществе дервиша, быстро расставили столик, стулья, вынесли свежие утренние яства и удалились. Милая хозяйка завтракала вместе с гостем, поощряла его кушать, не стесняться и ни о чём не беспокоиться. Принц ел, стараясь казаться голодным, и всё время прятал лицо.
– Отчего ты не снимаешь покрывала, добрый человек? – спросила девушка. – Без него тебе будет намного удобнее!
– Я стар и уродлив, – отвечал Принц, и голос его заскрипел, как колёса грубой телеги.
– Ты стар? – удивилась она. – Но твои движения гибки, и я не подумала бы, что тебе много лет.
Он промолчал, а она продолжала:
– Не стоит стесняться, если лицо твоё некрасиво. Важнее всего твоя душа, а что она добра, я не сомневаюсь.
– Добрый человек видит в другом доброе, а злой – злое, – сказал Принц, благодаря за еду. – Ты не знаешь меня, а говоришь о моей доброте. Это означает лишь то, что ты сама – ангел.
Он низко поклонился и, стараясь сильнее опираться на посох, направился к выходу. Женщина догнала его и ласково остановила:
– Я не богата, у меня нет денег, чтобы дать тебе. Но если ты будешь нуждаться в пище или в отдыхе, всегда приходи в мой сад, и будешь желанным гостем.
…В своих роскошных покоях весь вечер метался Чёрный Принц, переживая глубочайшую душевную муку. Перед его мысленным взором стоял её облик и то невыразимое очарование, которое излучали её глаза. Ни о чём другом думать он не мог. Старый советник, пришедший навестить его, с мудрым спокойствием выслушал пламенную речь.
– Она прекрасна! – рассказывал Принц. – Она не только прекрасна, но добра и тиха, как солнце в момент восхода. От неё струится такой свет, такая чистота, которую невозможно найти в нашем жестоком мире. Как случилось, что женщина, перенесшая муки плена и горечь униженного положения рабыни, осталась такой… необычайной?
– Может быть, повелитель влюблён? – с улыбкой спросил советник.
Вспыхнул, как мальчишка, Чёрный Принц, но не ответил, а сел в роскошное кресло и задумался. Как стать близким ей? Как сделать так, чтобы она полюбила его? Как заслужить самое трудное, – доверие?
Следующим утром, не успело солнце взойти, он был в саду. Нетерпеливо, прислушиваясь к каждому шороху, ждал Чёрный Принц появления своей госпожи. Мелькнуло светлое платье, зажурчал смех, и она, заметив его, радостно воскликнула:
– Милый брат! Ты опять здесь! Как хорошо! Мы позавтракаем вместе. Сейчас я попрошу слуг принести нам еду.
Сегодня она казалась ещё свежее, чем вчера, и – ещё прекраснее! Он встал, поклонился и опять молча сел, стараясь скрывать лицо и вдыхая блаженный аромат её присутствия. А девушка вся светилась радостью и щебетала безмятежно, как ребёнок.
– Ты счастлива, хоть и в неволе, – сказал он, когда слуги подали блюда и почтительно удалились. – Почему? Или ты скрываешь своё горе?
Она приостановилась, и тонкая рука замерла в воздухе с кусочком сладкой лепешки.
– В неволе? – переспросила она и мягко прибавила, с лёгкой укоризной упрекая его за вопрос: – Нет, милый брат, ты ошибаешься. Я не чувствую себя пленницей, и мне не тяжела моя доля. Напротив, я благодарна тому господину, который заплатил за меня большие деньги и спас от смерти, поселив здесь. Если бы мне пришлось опять идти по пустыне, я просто умерла бы.
Она замолчала, воспоминание о пережитом на миг омрачило её лицо, но оно тут же вновь засветилось, и девушка продолжала:
– Нет, я не пленница, и рабыней себя не чувствую. Мой добрый лекарь давно предлагал мне прогулку верхом, но я ещё слишком слаба, чтобы сесть на лошадь. Да и не хочется покидать это прекрасное место. И кроме того, я скажу тебе то, что знает моё сердце: тот Бог, Которого я люблю и Сына Которого распяли на кресте, – Он говорит, что Он – везде. Так какая же разница, где я живу, если Он присутствует всюду?!
Чёрный Принц был поражён глубиной её мысли и оценил бесхитростную мудрость суждения. После непродолжительного завтрака они долго гуляли в саду. Принц вспоминал свои странствия и, слегка изменив детали, рассказывал о том, что видел и встречал. А прелестная гостья живо, со вниманием слушала, перебивая его иногда неожиданным вопросом. Наконец, когда солнце стало совсем нестерпимым, они распрощались, и госпожа взяла с гостя слово, что увидит его завтра на прежнем месте в саду.
…Миновало несколько дней. Каждое утро хозяйка и странник проводили вместе несколько восхитительных часов, любуясь красотой зелени, игрой изумрудных капель на кустах роз и развлекая друг друга рассказами. И постепенно открылось Черному Принцу величайшее сокровище её сердца: истинная, неподкупная доброта и кроткое смирение.
– Как ты попала в плен? – спрашивал он её.
– Мы совершали паломничество в Святую землю, и на пути между Константинополем и Яффой на наш корабль напали. Я ничего не знаю о судьбе своего отца…
– А твоя мать? Братья, сестры?
– Мама умерла, когда я была очень мала, а братья женились и живут со своими семьями.
– Кто же занимался твоим воспитанием?
– Отец! Он служил библиотекарем у одного богатого и влиятельного господина и много путешествовал по всем странам в поиске редких рукописей.
– Ты читала эти книги?
– Конечно! Отец приносил их мне, но случалось, что я просто потихоньку таскала их из шкафа.
И она, смеясь, призналась ему в своём самом страшном грехе: в отсутствие отца она частенько тайком забиралась в его кабинет и читала старинные книги.
Они говорили о солнце и луне, о движении небесных тел и о том, как корабли в ночном море держат курс по звёздам. Принц рассказывал ей о культурах народов пустыни и о том, какие древние города скрывают под собою пески. А девушка посвящала его в тайны, которые содержит самая древняя книга на земле, – она неизменно называла её лучшей и очень жалела, что не имеет возможности купить сейчас. Прекрасная память позволяла ей цитировать целые строки из Писания, и в своих суждениях она часто опиралась на высказывания древних пророков.
Их беседы так затягивались, что лишь сильный зной напоминал: пора прятаться в тень!
– Я совсем утомила тебя, мой друг! – спохватывалась женщина и прощалась: – До завтра!
– До завтра! – повторял Чёрный Принц и уходил, опираясь на посох, с затаённым счастьем внутри: уже завтра!
Иногда государственные дела забирали всё время Чёрного Принца, и тогда госпожа скучала, обходила свой сад, заглядывая под каждое дерево: не уснул ли там её милый дервиш? И уходила, огорчённая. Зато каким счастьем светилось её лицо, когда на следующее утро видела своего друга, неизменно в длинном плаще и с посохом в руках.
Оставаясь наедине с собою в покоях дворца, Принц много думал о белой гостье. Он поражался удивительному сочетанию пытливого ума, глубине мысли и полному безразличию к своей собственной судьбе. Ему хотелось понять это, и однажды он предложил ей бежать.
– Бежать?! – изумилась она. – Но куда? И зачем?!
– Я помогу тебе! – горячо уверял её дервиш. – В разных странах у меня есть друзья, и каждый из них почтёт за честь оказать тебе гостеприимство. Ты доберёшься до своей земли, увидишь родных, здесь же ты – невольница и не знаешь, какую участь готовит тебе твой господин. Я позабочусь о том, чтобы путь по пустыне не был тяжёл для тебя. Только на родине ты будешь свободна.
– Остановись! И прошу тебя, не говори мне больше об этом! – заговорила она, и голос её, прежде нежный и тёплый, зазвенел холодным металлом. – Даже слушать дальше не желаю, и ты сам не знаешь, о чём говоришь. Там, на севере, в той земле, о которой ты думаешь, как о свободной стране, царят ненависть, гнев и убийства. Правители вешают и сжигают сотни невинных людей, и на каждой площади – кресты, эшафоты, горят костры, а в воздухе – запах палёного мяса! О, если бы ты только знал, что творят те, кто называет себя слугами нашего милосердного Бога…
Она быстро пошла по дорожке, а когда он, ковыляя и опираясь на палку, догнал её, то увидел, как слёзы стекают по бледным щекам.
– Что ты знаешь о нашей свободе? – продолжала она так огненно, что он остановился, поражённый. – Что можно сказать о такой свободе, когда за каждое неосторожное слово, неумышленно сказанное, или просто по злому доносу человека могут казнить, пытать или сжечь? Что знаешь ты о стране, где люди живут в вечном страхе перед несправедливым наказанием, где каждый пытается донести на другого, а бедный бесправен так же, как преступник! Взгляни, что ты видишь вокруг? В этом чудесном краю народ выходит утром на поля, он трудится, всюду слышен смех и радостный говор. За то время, что я здесь, я не видела ни одной казни! Я не слышала стонов и жалоб! Даже к рабам вы относитесь с большей терпимостью, чем наши правители к своим свободным гражданам! Вы путешествуете по пустыне, торгуете, работаете и не думаете о смерти. А там, откуда прибыла я, страх и гибель на каждом шагу!
Чёрный Принц трепетал. Мог ли он знать об этом? Всегда стремясь к справедливости, стараясь избегать жестокости и ненужной суровости, он полагал, что там, в северных землях, законы ещё более милосердны. Её рассказ взволновал его. А она продолжала:
– Бежать? Отблагодарить своего господина, спасшего мне жизнь и укрывшего в этом светлом дворце, избавившего от мук и страданий, – тем, что бежать от него? Ты говоришь, что участь моя – участь рабыни, невольницы, и неизвестно, что ждёт меня, но разве может быть злым человек, в доме которого царят радость, веселье, смех? Не бежать я должна, а благодарить своего господина за то, что живу в месте чудном и прекрасном, что могу наслаждаться свободой и не думать каждую минуту о смерти. Да лучше я умру здесь, в эту минуту, чем убегу от него!