Девушка, нарисованная простым карандашом

Глава 1

-Наверно, это само не пройдёт, - стала догадываться Ангелина. Плохое настроение и навязчивая головная боль стали её давними несговорчивыми спутниками. Горячий чёрный кофе без молока и горький шоколад, конечно, выручали, но усиливали тревожность и без того свойственную молодой учительнице начальных классов.

В детстве Ангелина Суркова мечтала стать актрисой, как бабушка Нелли Илларионовна Сперанская, женщина - легенда, высеченная из холодного мрамора, служившая в местном драматическом театре уже более полувека. Время не смягчило, а заострило тонкие аристократические черты её бледного лица, почти нетронутого морщинам.

Ангелина на бабушку была совершенно непохожа: она унаследовала от отца явную склонность к полноте, невысокий рост, мягкие крупные черты лица и рыжие кудрявые волосы. От матери - дочери Нелли Илларионовны - девушка взяла мало: карие глаза, любовь к животным, нервозность, замкнутость и мечтательность.

От Нелли Илларионовны, к сожалению, внучке не досталось ничего.

За школьным окном плакал октябрь. 2 "Д" класс в этом году учился во вторую -всеми нелюбимую - смену.

Урок математики казался бесконечным и суетливая учительница - Ангелина Аркадьевна Суркова - была полностью подчинена своей мигрени. Она существовала внутри пузыря с толстыми стенками и явно ощущала - есть риск того, что вот- вот пузырь покатится - учительница упадёт на коричневый в чёрную точку линолиум, напугав отличников, удивив хорошистов и рассмешив остальных учеников. Пузырь требовалось зафиксировать, не дать ему начать движение вперёд. Ангелина Аркадьевна резко опрокинула голову, выгнула спину и сделала глубокий вдох - пузырь не шевелился. "Кажется, обошлось",- подумала она и на выдохе - не без смущения - озвучила детям домашнее задание.

Громкий школьный звонок заставил зажмуриться. Открыв глаза Ангелина Аркадьевна с облегчением наблюдала, как в дверном проёме исчезают уставшие второклассники с тугими ранцами за плечами - восемнадцатый был последним!

Она посмотрела на себя в карманное круглое раскладное зеркало- внешний вид молодой женщины оставлял желать лучшего: серое тусклое лицо освещали блестящие слезящиеся глаза коньячного цвета, большой вздёрнутый нос покраснел, а пухлые щёки были бледны.

Учительница распустила золотые вьющиеся волосы и стала похожа на оранжевый одуванчик, который готов был разлететься при малейшей дуновении ветра. Бордовое платье свободного кроя заметно полнило Ангелину Аркадьевну и вовсе не украшало : она выглядела так, будто пряталась от мира, но мир нашёл её и выставил напоказ в самом невыгодном свете - как размазанное пятно от свекольного сока.

В классе было прохладно, несмотря на уже давно включенное отопление и новые пластиковые окна. "Возможно, меня знобит от усталости?" - подумала учительница и проглотила несколько жёлтых шариков аскорбиновой кислоты. Аскорбинки Ангелина Аркадьевна принимала как универсальное средство от всех бед - переутомления, недомогания и дурных мыслей. Оставалось полить разноцветные фиалки на подоконниках да вьюн, спускавшийся с книжного шкафа вдоль стены, и рабочий день был окончен.

Коллеги считали Ангелину Аркадьевну перспективным молодым педагогом : руководству учебного заведения нравился её покладистый нрав, мягкий характер и доброе отношение к детям. Однако школьный психолог - Анна Геннадьевна - настойчиво рекомендовала девушке проработать некоторые проблемы с коммуникацией и личными границами, призывала её не игнорировать признаки эмоционального выгорания, становившиеся очевидными в женском коллективе к концу каждой из четвертей, просила любить и баловать себя.

В учебные дни после уроков Ангелина баловала себя, как и советовала психолог .

Самым быстрым и доступным источником радости для неё были сладости : мороженое, торт , круасан или другая выпечка по настроению. Сегодня Ангелина с утра мечтала о песочном пирожном.

В любимой кондитерской - как всегда- пахло ванилью и, казалось, что в воздухе кружатся сахаринки - хотелось открыть рот, высунуть язык и стоять, как в детстве под снегопадом, доверившись миру. "Я открыт тебе полностью, я беззащитен",- говорит ребёнок небу. Ангелина хорошо помнила каждую пойманную ртом снежинку в бору, где они гуляли с папой, - это был миг абсолютного обдадания чем - то совершенным и мимолётным.

К сожалению, песочные пирожные к вечеру в кондитерской уже закончились, пришлось купить бисквитные с пышным кремом - две штуки - и американо.

У Ангелины в кафе был "свой" небольшой круглый столик, на двоих, за которым она коротала вечера в одиночестве, удобно расположившись на стуле напротив своей кожаной прямоугольной учительской сумки. Дождь продолжал выбивать дроби, лужи за окном пузырились и пенились, головная боль, кажется, утихала.

Вечер обещал быть скучным,но не сдержал своего обещания.

Едва Ангелина с аппетитом съела первое пирожное, в дверях показался Женя.

Евгений Воронин - сосед из квартиры напротив, маленький коренастый весельчак, вдовец. В кондитерскую он приходил за багетами два раза в неделю, строго после четвертого школьного урока во вторую смену плюс десять минут, которые Ангелина тратила на дорогу до кафе, трясясь в трамвае.

И как же она забыла, что сегодня среда!

- Что ты решила? - не поздоровавшись,

спросил Женя.

- Здравствуйте, Евгений Федорович!

- Своего решения я не изменила, - ответила Ангелина, устало и с некоторой брезгливостью глядя на соседа.

Он напоминал ей юркого голодного воробья, просившего хлебные крошки или семечки у старушки, которая сама недоедала.

- Прошу войти в моё положение, - почти официально произнёс Женя.

- Нет! Нет! И нет! - заявила Ангелина, намереваясь на этом завершить диалог.

- Ну, я же и кран тебе чинил, и розетки ремонтировал, и раковину делал, - не унимался Воронин.

- Евгений Федорович, я за все услуги заплатила Вам деньги - считаю, что мы в расчёте.

- Да я ж не просто так, а с душой делал! - обиженно взвизгнул сосед. - Я один с двумя близнецами! Как ты не можешь понять! Они мне все нервы вытрепали!Это не дети, а монстры какие -то, изверги!

- Я ничем не могу Вам помочь! Окончательное решение по Вашим детям будет принимать комиссия. Моя ответственность как классного руководителя - подать сигнал в нужные инстанции! Поймите, пожалуйста, Евгений Федорович, я не могу поступить иначе: близнецы ходят в школу голодные, в ветхой одежде не по размеру, с хроническими бронхитами и аллергиями!

У Стёпы и Леночки прошлогодние тетради, засохшие фломастеры, сломанные карандаши и исписанные ручки! Дети серьёзно отстают в развитии от своих сверстников: в семь лет они почти не говорят, им не освоить программу общеобразовательной школы! Им нужен коррекционный класс! Услышьте Вы меня наконец - ТАК Вам станет с ними легче! выпалила Ангелина. - Я добра желаю!

- Ты детям всё будущее загубишь! - в ярости крикнул Евгений Федорович так, что все посетители кондитерской, уже несколько минут с интересом, но исподтишка, слушавшие их диалог, обратили на Ангелину осуждающие взгляды открыто. - Стукачка ты, Ангелина Аркадьевна, доносчица! Я тебе этого не прощу! За своих детей я глотку перегрызу! - плюнув на пол, закончил разговор Воронин и быстрым шагом удалился. Со стороны улицы раздался шум - это Женя пнул железную урну и выругался матом.

-Будешь себя плохо вести, злая тётя и на тебя нажалуется! - услышала Ангелина женский голос справа от себя.

-Злая тётя! Злая тётя! - повторил за матерью весёлый трёхлетний хулиган в полосатых штанишках и светлом свитере с тугой горловиной.

-Злая тётя придёт за тобой!!! - во всё горло закричал брат - подросток малыша, набросился на него, подняв вверх руки , и накрыл мальчика своим телом.

Старички за соседним столиком мило захихикали, допивая большой графин розового лимонада.

Ангелина чувствовала себя глупо, как на утреннике в детском саду, когда взрослые смотрят со своих удобных кресел на сцену, а ты забыла слова, которыми начинается всем известное стихотворение. Она встала, положила на стол деньги - с учётом суммы щедрых чаевых за устроенное представление -и, опустив голову, направилась к дверям, еле - еле переставляя ватные ноги.

Кондитерска находилась почти на половине пути между школой и домом.

Ехать на трамвае у Ангелины сейчас не было желания, она решила прогуляться и подышать свежим после дождя воздухом, плотным, холодным и прозрачным, как ключевая вода. Такой воздух хотелось пить маленькими глотками, задерживая его во рту, чтобы распробовать. В парке пахло мокрой корой и мхом, древесно - грибной аромат леса внезапно ворвался в каменный город и завладел им. Наконец наступила та долгожданная тишина, которой так не хватало весь день. Ангелина медленно шла по сырому асфальту цвета чернил, разбавленных водой, и пыталась успокоиться после случившегося в кондитерской неприятного разговора с Женей.

Он когда - то был её одноклассником, а в старшей школе - возлюбленным. До свадьбы дело не дошло из - за вмешательства Нелли Илларионовны: она считала Евгения не подходящей партией для своей внучки. "Плохой генофонд",- так сказала бабушка.

Влюбленные встречались два года, а на третий - тихо расстались, не имея друг к другу претензий.

В те годы Евгений и Ангелина жили в разных подъездах старого дома, позже признанного аварийным, - она с родителями, а он - с отцом.

Совсем недавно на месте их ветхой панельки построили современную многоэтажку и бывшие возлюбленные стали жить в квартирах напротив - она одна, он - с детьми от недолгого и несчастливого брака. Мать Стёпы и Леночки - Марина - умерла после долгой болезни в тот год, когда её дети стали первоклассниками, а Ангелина - их первой учительницей.

Ангелина почувствовала, что промочила туфли и ускорила шаг. С детства её часто мучали простуды и теперь она ни на шутку испугалась, ощутив холодную воду в своей обуви. Коричневые плотные капроновые колготки стали влажными до лодыжки и неприятно пощипывали кожу, обтянув ступню.

- Мартышка, ко мне! - услышала Ангелина знакомый голос. Это Тамара Александровна с первого этажа звала домой свою собаку Марту.

Женщины поздоровались и вместе с беременной молодой овчаркой вошли в свой подъезд.

- Энжи, голубушка моя, добрый дождливый вечер! - раздался в трубке городского телефона бабушкин голос, едва Ангелина перешагнула порог своей захламлённой квартиры - студии на пятнадцатом этаже новостройки в пригороде Москвы.

- Не прошли ли твои головные боли, ангел мой? - осведомилась Нелли Илларионовна поставленным театральным голосом.

- Добрый вечер, бабуля! Всё также. - выдавила из себя Ангелина, осматривая комнату в поисках таблетницы и стакана для воды.

- Ты должна, моя драгоценная, показаться Осипу Вениаминовичу, - хотела было продолжить бабушка, но, расслышав вздохи на другом конце провода, резко осеклась. - Я звоню тебе по важному делу, Энжи! У моей хорошей приятельницы - Эллы Леонидовны Штык- много яблочек в этом году уродилось и она любезно приглашает нас с тобой в субботу на шарлотку; там и Альберт будет,

и Майя. Спешу тебе сказать, душа моя, что я уже - без малейших колебаний - согласилась за нас обеих - после полудня будь, пожалуйста, свободна, заедь за мной в хорошем настроении и в том тёмно - синем платье в рубчик, которое я тебе подарила на день рождения. - продолжала свою речь бабушка, чётко и с удовольствием выговаривая каждое слово.

Закончив телефонный разговор, Ангелина рухнула на розовый мягкий диванчик и стала смотреть в телевизор. Экран был чёрный, в нём отражалась она сама и пятнистая кошка Роза. Щенок породы чихуахуа - Ирис - в телевизор не попал, так как сиротливо лежал на полу, ещё не освоившись на новом месте.

- Иди ко мне, Ирочка! - ласково позвала Ангелина собачку. Она посадила обоих питомцев к себе на колени, обняла их, уткнулась носом в пушистые макушки и горько заплакала. Она устала.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.