- -
- 100%
- +
– Странно… – признался я ему и невесело усмехнулся.
Не знаю, выполнял ли отец наказы матери, которая просила нас больше не ссориться, или же действовал от всего сердца, но мне понравилась эта его скупая опека. Все лучше необоснованных упреков за то, что я толком не контролирую даже. Похоже на значительный прогресс в наших отношениях за последние три года.
У входа нас дожидалась Рада. Поочередно взглянув на обоих, она первой юркнула в дом.
– Иди к себе и выдохни, сын. Подумай как следует о том, что сейчас произошло, – негромко посоветовал отец.
Я кивнул и пропустил его вперед, заметив, как он притормозил на миг и, тяжело вздохнув, расправил плечи. Напряженную тишину холла нарушил его грозный рык:
– Похоже, моя дочь совсем рехнулась?
Рада инстинктивно зажмурилась при этом. Не припомню, чтобы раньше отец когда-либо повышал на нее голос.
– Девочка, и как только у тебя смелости на подобную авантюру хватило? – с усмешкой пробурчал дядя Глеб и утопал к себе.
Он старался не вмешиваться в семейные дела альфы в такие моменты.
Мысленно я задавался тем же вопросом: и как только у Радомилы смелости хватило без спроса устроить вечеринку в нашем доме? На такое даже я не отваживался ни разу. Нет, мы любим праздники, но обычно их устраивает мама. Собирается много гостей, бывает довольно весело. Но чтобы вот так…
Моя младшая сестренка всегда была послушной и робкой, но сейчас в ее глазах пылал самый настоящий вызов. Правда, она старательно его прятала, не решаясь на прямой конфликт с отцом. Но я чувствовал напряжение и готов был поклясться, что она едва держится, чтобы не закатить истерику. Не уверен, что ее выдержки хватит до конца этого разговора.
– На нашу территорию планировалось нападение! Дома было небезопасно. Радомила, как можно быть такой безответственной? – присоединился к отцу Никодим.
– Ты понимаешь, что могло случиться? Чужак прорвался бы сюда, даже не убил бы, поставил тебе метку, чтобы насолить Сибирским. И все! – прорычал отец.
Сестренка вздрогнула и сжала кулаки, но и на этот раз сдержалась, не проронив ни слова.
– Не зря же вас с мамой удалили с территории клана. Ради вашей же безопасности! – продолжил давить Никодим. – Тебе не пришло это в голову?
Наш старший братишка – тот еще зануда. Бета отца, он всегда знает «как надо и как правильно». За это его и ценят, но сейчас мне захотелось отвесить ему подзатыльник. Звонкий! И чтобы голова мотнулась.
Тут даже Рада не выдержала. Она гордо вздернула подбородок и пристально посмотрела брату прямо в глаза.
– Может, потому что я не знала ни о каком нападении, Ник? Или, может, потому что дом для меня всегда считался самым безопасным местом. Да, папа? – поинтересовалась она таким ледяным тоном, что я невольно проверил, не покрылся ли потолок инеем.
Туше!
Отец и Ник переглянулись, а я спрятал довольную ухмылку, отвернувшись к стене.
Ну, конечно же, отец ничего им не сказал!
Старательно охраняя маму и сестру, папочка иногда терял берега. Мама давно все понимала, просто не портила ему игру, а вот Рада – наивная душа. Ей и в голову не пришло, что это не увеселительная поездка в санаторий на территорию дружественного клана медведей, а эвакуация на время разборок.
– Сестренка права, – вступился я за мелкую. – Стоило бы сразу рассказать, как обстоят наши дела. Она уже не маленькая и имеет право знать обо всем, что происходит в клане.
Отец стиснул зубы и недовольно сверкнул на меня глазами, но промолчал – крыть было нечем.
– Ладно. Случилось то, что случилось. Рада – в свою комнату! Пусть мать тебя воспитывает. Яр – иди отдыхать. Постарайся никуда не выходить до утра, сын. Никодим, на тебе чужаки. Вернись и узнай, что рассказали допрошенные. Если посчитаешь нужным, допроси их еще раз. Лично. Ты знаешь, какие вопросы задавать. Боюсь, наши подозрения подтвердятся, и эти наемники связаны с… одной из питерских стай.
– И почему меня не покидает уверенность, что это клан Бергманов? – выдвинул я предположение.
– Думаешь столько шума из-за… – начал было Никодим, но отец не дал ему договорить.
– Вот иди и выясни это! Подробности позже обсудим. И не здесь, а в моем кабинете. – Он хмуро покосился на меня.
Сестренка совсем поникла: опустила плечи и медленно переставляла ноги, поднимаясь по лестнице на второй этаж. Я нагнал ее и обнял, тихо шепнув:
– Не переживай! Отец неправ и знает об этом. Он скоро отойдет.
Она грустно кивнула.
– Знаю. Я больше переживаю из-за мамы. Она мне не простит эту выходку.
– А мне кажется, что мама поймет тебя куда лучше других. Не забывай, она столько лет живет с нашим отцом.
Я коснулся пальцем кончика носа сестры. Она не выдержала и улыбнулась, совсем как бывало в детстве.
– И перед ребятами неловко…
– Забей! Ты не могла знать, что вечеринка накроется, так что можешь смело посылать их со всеми претензиями к… Никодиму.
Рада не выдержала и хихикнула.
– Яр, ты самый лучший братик! Люблю тебя!
Чмокнув меня в щеку, она скрылась в своей комнате. А я толкнул тяжелую дверь и оказался в своем логове. Мы ждали нападения, но не знали точно, в какой именно момент и где оно случится. Так что здесь осталось все как было.
Большая кровать с железной спинкой и массивным основанием не заправлена, дверцы шкафа были открыты, и с полки свесилась толстовка. На столе у компьютера – недопитая чашка травяного успокаивающего чая, а на мониторе – одна из популярных выживалок. Сейчас мой персонаж был безнадежно мертв.
Забавно, но компьютерные игры этого жанра меня успокаивали. А сегодня мне, как никогда, требовалось держать себя в руках. Слишком много навалилось для одной ночи.
Я стоял посреди комнаты, пытаясь привести мысли и чувства в порядок и понять, как жить дальше.
И дело было вовсе не в том, что на нас напали Бергманы. Не думаю, что я ошибся с выводами… Стоп! Нужно хорошенько подумать и прийти в себя, прежде чем делать любые заявления. Отец прав, мне нужно понять, не луна ли так действует.
– Душ! Холодная вода – вот что мне нужно!
Я направился в ванную, по пути прихватив чашку и залпом опустошив ее. Чай был не просто холодный – ледяной! Да и комната выстужена, я оставил открытым балкон на несколько часов.
Холодно, но недостаточно, чтобы остудить мою пылающую кожу… Нужно больше, чтобы привести себя в разум. Жаль, что еще не лег снег. Как же хочется снега…
Я выкрутил холодный кран на максимум и быстро стянул с себя джинсы. Они мешали, раздражали. Казались слишком тесными… Тело будто пылало внутри и снаружи и вибрировало от недавних оборотов. Это не впервой. Со мной так уже случалось, но к привычным ощущениям добавилось новое.
Вдохнул поглубже и тут же учуял Её!
Свежесть первого снега в тайге и одновременно тепло весеннего солнца. Этот контраст будоражил все рецепторы. Заставлял подниматься волоски на теле, и не только… Словно бархатом погладили по коже…
Можно было и в окно не смотреть, я знал – Златовласка там. Я чувствовал ее нутром. Тянулся к ней…
Как оказался на балконе – сам не понял. Уставился жадно на хрупкую фигурку, которая словно светилась. Или это невероятного цвета ее волосы притягивали к себе все огни в округе? Казалось, сам свет попадал в ловушку, застревая в ее прическе, точно в лабиринте, и заставляя ее сиять золотом даже в полумраке.
Ноздри ходили ходуном, я вдыхал запах истинной полной грудью. Наслаждаясь им. Подпитываясь. Желая оставить на ней свой.
– Да что за хрень со мной творится?!
Кровь стучала в висках. Тело корежило, как при первом обороте, а грудь распирало что-то первобытное. Чтобы не прыгнуть, я вцепился в перила балкона так, что они заскрипели под пальцами. В груди зарождался утробный рык. Еще немного, и он вырвется наружу…
Еще немного и, черт меня дери, я за себя не отвечаю!
Златовласка метнула испуганный взгляд в мою сторону, да так и замерла, точно мелкий зверек в свете фар. Страх добавил в ее цветочный запах кислых ноток, и это меня отрезвило. Мне совершенно не хотелось, чтобы она меня боялась.
Я смог взять себя в руки и вернулся в комнату. Сердито хлопнув балконной дверью, рывком задернул тяжелые автоматические шторы, а перед глазами по-прежнему стояло Ее личико, бледное и испуганное…
– Чер-р-рт! – прорычал я в потолок и стиснул руками виски. – Это какой-то морок! Не хочу! Как избавиться?
Вернувшись в ванну, нырнул под ледяной душ. Чем дольше стоял под секущими струями воды, тем легче становилось. Мысли угомонились, и заодно появилось желание поговорить с умным волком – с самим собой.
– Предположим, она и правда моя истинная. Хотя почему предположим? Вряд ли это что-то другое. Ладно. Она – моя истинная. Но чего я так завелся? Рано или поздно такое случается. Не всегда и не со всеми, но чему быть, того не миновать. Значит, и танцевать надо от этого.
Стоило смириться с мыслью, что у меня появилась истинная пара, и стало еще немного полегче. Теперь нужно было вспомнить все, во что до этого я особенно и не вникал, хоть и слышал сто раз от отца, и от дяди, и от других волков клана.
– То, что меня так к ней тянет, это нормально.
Чем больше времени мы будем проводить вместе, тем будет легче. Особенно поначалу важно быть рядом. Было бы проще, если бы моя истинная оказалась волчицей. Тогда все решилось бы моментально.
– Вот только Златовласка – не волчица.
Что-то подсказывало, что эта девушка понятия не имеет о существовании Тайного Мира и о таких, как я. Потому я не могу просто взять и поставить ей метку. Она испугается так, что в жизни меня к себе не подпустит и переедет в другой город, а я тихо сдохну от одиночества или совершу преступление. Действовать нужно по-другому – по-человечески.
– И это не страшно. Моя мама тоже человек, но они с отцом очень счастливы.
В комнату вошла Рада. Тихонько стукнула дважды и скользнула внутрь. Прошла бесшумно на цыпочках и расположилась с ногами в компьютерном кресле, терпеливо дожидаясь меня.
Я обернул полотенце вокруг бедер и вышел.
– Можно? – запоздало поинтересовалась сестренка.
– Тебе всегда можно.
Улыбнувшись ей, я достал из шкафа футболку и треники и снова скрылся в ванной.
– Не понимаю, что ты в них находишь? – донесся голос сестры.
– Ты о чем?
– Об играх. Это пустая трата времени, как по мне.
– Представляешь, когда я играю, чувствую себя почти человеком. – Длинные ресницы сестренки удивленно запорхали, и я пояснил: – Например, когда там темно, я действительно ничего не вижу. В реальности такое почти невозможно.
Радомила ничего не ответила, только помотала головой. Подвигала туда-сюда мышку, держа двумя пальцами и задала новый вопрос:
– А почему ты играешь за девочку?
– Потому что любоваться женской попкой на экране куда приятнее, чем мужским задом.
– М-м… – понятливо протянула сестра и повернулась ко мне полностью. – Яр, еще раз спасибо. Иногда мне кажется, что только ты один меня понимаешь.
Я быстро заправил постель и уселся напротив.
– Забей! Сама знаешь, наши родственнички любят пошуметь, но быстро отходят. Косяк за тобой и правда нехилый, но ты ведь даже не подозревала об истинном положении вещей. Но есть и плюсы: никто не пострадал, а значит, и переживать не о чем.
Рада немного посидела, размышляя, и ее глаза вдруг заблестели от влаги.
– Яр, я впервые сегодня дышала! Даже почти поверила, что я не единственная и оберегаемая дочь семьи Сибирских, а самая обычная студентка! Смешно, наверное? И странно… Но мне, порой, так не хватает этой самой свободы…
Радомиле и правда приходилось туго. За мной и братьями никогда не таскалась охрана, а она всю жизнь словно под конвоем. Разве что только дома никто не ходит по пятам. Я б уже повесился. А все, потому что она девчонка и даже не волчица. Жаль, ей не передались волчьи гены отца.
С другой стороны, такие меры оправданы. Она не знает, но на нее уже было несколько покушений. С тех пор как сестра достигла совершеннолетия, она стала лакомым кусочком для многих, благодаря своему дару. Вот только какую цену она может заплатить?
– Ты как охрану-то обманула, беглянка? – едва сдерживаясь, чтобы не подколоть ее, спросил я.
– Отвод глаз использовала, – призналась сестренка.
– Серьезно?! – выдохнул я, удивляясь, какими темпами развивается ее дар. Первые признаки появились совсем недавно, но вот она уже отвод глаз применила. И, судя по результату, успешно!
– Угу. Я постоянно тренировалась на своей охране. Уверена, они до сих пор не знают, что я не дома. Да и мама, если папа еще меня не выдал, полагает, что я занималась допоздна и уснула в своей комнате.
Я присвистнул, осознавая масштабы ее силы внушения.
– А через лес-то ты как добралась?
– До города на такси доехала, а потом… на мотоцикле сюда. – Она виновато посмотрела, реагируя на мою упавшую челюсть. – Ты же сам научил меня его водить и дорогу показал…
Глава 9
Я едва сдержался, чтобы не выматериться.
Учил я сестренку из добрых побуждений и чтобы развлечь. Но и не думал, что она отважится поехать без меня. Случись что с Радой вчера, мне бы отец голову оторвал, и никакой оборот бы не помог обратно ее прирастить. Да я сам себя загрыз, зная, что стал причиной беды.
– Так и знала, что ты рассердишься. Зря переживаешь, я аккуратно вожу и не гоняю. Ехала тихонько по лесной дороге. Сам знаешь, что там безопасно… – она осеклась, осознав, что не права.
Потребовалось несколько глубоких вдохов, чтобы говорить спокойно.
– Ну, знаешь ли, мелкая! Ты, конечно, крутышка, но впредь так не делай, договорились?
Что-то я всерьез напрягся, понимая, что мой неугомонный характер оказывает дурное влияние и на сестру. Лучше бы отцу об этом не знать. Только отношения вроде бы выровнялись…
– Обещаю!
Рада виновато вздохнула и как-то вся поникла, а мне стало ужасно ее жалко.
Провел ладонью по влажным волосам, дав себе мысленное обещание сводить сестру в ночной клуб, что ли? Пусть оторвется, потанцует без надзирателей поблизости. Я сам за ней там присмотрю.
– Ладно, проехали. На самом деле, я тобой даже горжусь, мелкая. – Подмигнул я ей и сменил тему: – Расскажи лучше, что за народ ты притащила в наше логово?
– Просто мои одногруппники. Они… Они нормальные ребята, ты не думай! Мы просто хотели начало учебного года отметить, но ты же знаешь, меня бы никуда не отпустили, и тогда Вера Туманова предложила у меня собраться. Я сначала отказалась, а потом… Ну, потом я узнала, что сегодня тут никого не будет, и решила, что это отличная идея…
Рада сконфуженно потупилась, осознав, что идея была не такой уж и отличной. Как же я ее понимал!
– Вера?
Произнес это имя, и по венам точно хлынул огонь.
– Ну да… Та самая девушка, на которую ты целую минуту пялился.
Я только немного отвлекся, проморозившись в душе, а тут опять! Меня накрыло в тот же момент, как понял, что Рада о той самой незнакомке говорит. И снова сердце вскачь, а по коже – огонь…
– Кто она такая? – вопрос прозвучал слишком резко, но сестра будто и не заметила.
– Вера-то? Одногруппница и моя подруга. Кстати, она тоже новенькая. Перевелась к нам только в этом году, и мы сразу подружились. – Рада вдруг осеклась и нахмурилась, а ее маленький пальчик с аккуратным ноготком уткнулся мне в грудь. – Так! Предупреждаю, Вера – хорошая девушка, не вздумай отыгрывать на ней свои волчьи приемчики, понял? Она моя единственная настоящая подруга, и я не позволю…
– С чего ты взяла, что я так поступлю? – возмущенно перебил я сестру.
– Я видела, как вы все на нее пялились, особенно ты! Она аж дар речи потеряла. Оно и понятно, вашему звериному обаянию невозможно сопротивляться. Да и типаж твой, насколько мне известно. Не вздумай причинить ей боль! Не прощу! Ни тебя, ни Саву…
– Сава к ней не прикоснется! – не сдержал рычания я.
Ага, сейчас! Порву даже брата, если он к ней хоть пальцем прикоснется! От этой мысли я едва не обернулся.
Да что же в ней такого?!
Я видел множество женских глаз и лиц, десятки раз вписывался в мимолетные отношения, но сегодня меня конкретно замкнуло. Не могу перестать думать о ней. Не могу успокоиться. Вот и сейчас едва сижу на месте, до дрожи хочется ее увидеть…
– Яр?.. – Голос сестры дрогнул. – Ты что, всерьез на нее запал? Не трогай ее! Прошу!
– Я и не собирался ее трогать! Чего ты завелась, мелкая? Капец! Родная сестренка меня в подонки записала!
Я повернулся к окну, пытаясь скрыть звериный блеск в глазах.
Прохладная ладошка сестры легла мне на щеку, поворачивая обратно. Она встала, приподняла мне голову обеими руками и заглянула в глаза. Выдохнула:
– И правда, запал…
– Хуже! – признался я.
Долгое мгновение Рада буравила меня взглядом, а затем опустилась обратно в кресло и поежилась. Я машинально протянул ей плед. В отличие от нас, моя сестренка вечно мерзла, а в комнате все еще было очень холодно. Я так и не включил отопление.
Закутавшись и заодно переварив новые данные, Рада протестующе выдала:
– Но как же… Вера ведь… простой человек. Обычная девушка! Да, очень красивая и приятная, но обычная. Разве же так бывает?
– Я бы не был столь уверен, что Вера такая уж и обычная. Есть в ней что-то… – Я замолчал, пытаясь сообразить, что же меня зацепило.
– Ты хочешь сказать, что она, как и мы с мамой, принадлежит к Тайному Миру?
– Возможно. Отец, братья, дядя – все это почувствовали.
Мы снова немного помолчали. Рада теребила бахрому на пледе и морщила идеальный лобик.
– Яр, я переживаю за Веру. Как она там? Что сейчас о нас думает? – тихо сказала сестренка. – Ваше топлесс-шоу в ночном лесу произвело на нее сильное впечатление. Она не понимает, что происходит, и чего от нас ждать. А я… Я не могу ее успокоить. Я просто трусливо сбежала, ничего не объяснив. Не смогла ослушаться отца… Братик, может, ты сходишь в гостевой дом и узнаешь, как она? А лучше приведи ее тайком в мою комнату, я сама с ней объяснюсь.
Старательно изображая «покерфейс» я уставился на Раду. Сестренка и не подозревала, какую бомбу мне сейчас подбросила.
Ага… Схожу. Вот только не уверен, что не сделаю с ней то, о чем ты просила даже не думать. А как не думать, когда мысли с орбиты слетают от одного запаха и вида этой девушки?
Ох, мелкая-мелкая, ты родилась и живешь в семье оборотней, но так нас и не понимаешь до конца. Кое в чем мы сущие звери. Мы подвержены инстинктам, и ничего не можем с этим поделать. Даже узнав, что твоя подруга с большой вероятностью моя истинная, ты так запросто просишь меня об этом?
Хотя, о чем это я?
Все, что Рада знает, это то, что оборотень не навредит своей истинной, что она для него все и даже больше, вот только у этой медали есть и другая сторона – темная. Зверь требует заклеймить, сделать немедленно своей. Даже против воли, и не все способны сопротивляться этим низменным желаниям. О таком дочерям и сестрам не рассказывают…
– Посмотрим, – уклончиво ответил я, поднимаясь и пряча под ресницами бешеный блеск глаз.
Сидеть на одном месте было невыносимо.
– Спасибо-спасибо-спасибо! – Рада бросилась мне на шею и крепко обняла, звонко чмокнув в щеку.
Она и не сомневалась, что мое «посмотрим» означало согласие.
– Пока не за что! А теперь иди к себе, мне нужно подготовиться.
– Подготовиться? – Не поняла меня сестра.
Приобняв за плечи, я ненавязчиво повел ее к выходу.
– Ты же не думаешь, что я пойду туда прямо сейчас? Надо подождать, пока отец уснет. Вряд ли он будет доволен, если мы ослушаемся его приказа.
– Ой! – Понятливо закивала сестра.
Я распахнул перед ней двери и осторожно выглянул в коридор.
– Чисто!
Отдав мне честь, Рада выскользнула наружу и на цыпочках направилась к себе.
Как только я остался один, упал лицом на кровать и зарычал в подушку, старательно зажимая себе рот. Вроде немного полегчало, и я пересел за компьютер. Мне нужно ни о чем не думать хотя бы минут тридцать…
Вопреки ожиданиям игра меня только взбесила. Через тридцать минут я отшвырнул мышку и вскочил со стула, едва его не опрокинув. А затем и вовсе выключил компьютер и завалился на кровать, сцапав с полки первую попавшуюся книгу.
Бездумно перелистывая страницы, я таращился в никуда. Спроси меня сейчас, о чем я читаю, не смог бы ответить даже какого цвета обложка, не то что назвать автора или название. Осознав, что держу книгу вверх ногами, с недоумением отложил ее в сторону.
Холодный душ мне больше не требовался, но нутро конкретно выворачивало. Я не мог даже аналогию подобрать тому, что ощущаю. Слышал, что в психологии есть такой синдром: кажется, что происходит нечто интересное, но без тебя. Человек в таком состоянии места себе не находит и делать ничего не может, потому что все время об этом думает. Вот и я чувствовал что-то похожее, только усиленное примерно в сто раз.
Название синдрома так и не вспомнилось, а искать в сети было лень. Вместо этого я решил поотжиматься. Физические нагрузки всегда помогали прочистить мозги.
Так я прожил… нет, промаялся еще целых полтора часа, каждую секунду желая оказаться рядом с истинной и зверея все сильнее. Проклятая луна вытягивала жилы, заставляя меня поскорее соединиться с ней, вот только мы же цивилизованные оборотни. Так нельзя…
– Да кого я обманываю?
Когда мышцы начали гудеть, я вскочил и принялся мерить шагами комнату, каждую минуту меняя решения.
Может, мне лучше не ходить туда? Нет не могу!
И дело не в данном сестре обещании. Смогу ли я сдержаться, оказавшись рядом с этой девушкой, и вести себя нормально? Недаром отец рекомендовал носа из дому не высовывать. Он прошел через это однажды, и сразу понял, что происходит.
Но я пообещал сестре…
– Рано или поздно это все равно случится, и мы встретимся. Может и лучше, если пораньше?
Что если оттягивая неизбежное, я делаю только хуже? Что, если зверь окончательно возьмет верх?
Страхи были небеспочвенны, но кажется, я достаточно хорошо себя пока контролирую, раз смог оставаться дома так долго. Я был почти уверен, что не наброшусь на девушку сразу, как увижу.
Мысль мне понравилась, и от принятого решения даже полегчало. Как и когда оделся и оказался на пороге комнаты, сам не понял.
– Я просто представлюсь и передам пожелание Рады, а затем провожу ее в дом, – проговорил план действий вслух, словно закрепляя решение. – А если пойму, что не могу совладать с собой, тотчас уйду. Уверен, у меня самообладания хватит.
Решившись, толкнул дверь и вышел на улицу.
Аромат похоти дразняще ударил в ноздри. Возбужденное дыхание взбудоражило слух. На миг позабыв о собственных проблемах, я остановился, уставившись на Савелия. Похоже, и моего рассудительного братца луна не миновала. Поддавшись ее влиянию, он готовился… Кхм! Ну пусть будет «предаться страсти» с симпатичной и готовой на все волчицей. «Предаться страсти» – это если очень вежливо.
– Во дела!
Волчица, которую тискал брат, принадлежала к нашей стае, но я не был с ней знаком. Наверное, она тоже из города приехала вместе с остальными гостями Радомилы.
«Одобрит ли отец, если Сава поставит ей метку?» – подумал я и удивился собственным мыслям.
Неужели становлюсь таким же занудой, как Ник? Это что же, переход в альфу так на меня влияет?
Любовники, занятые друг другом, не сразу заметили, что у них появился зритель. Сава, не чувствуя угрозы с моей стороны, просто проигнорировал мое появление, а девушка инстинктивно спрятала взгляд, но не остановила брата.
– Вы бы хоть спрятались, что ли. Матери на вас нет! Она бы тебе устроила, братец, – поддел я Саву.
Савелий смутился.
– Ты прав, брат. Мы слегка забылись. Идем! – Он хотел увести свою пассию.
– Стой! – скомандовал я, и девушка замерла, глядя вниз.
Она вкусно пахла медом и перцем. Ее полная грудь, прикрытая лишь тонким кружевом, мало что скрывающим, часто и весьма соблазнительно вздымалась и опускалась. Фигура у волчицы была просто отличная, даже великолепная. Но я отметил это просто как факт, хотя раньше бы отреагировал с куда большим интересом. Да и запах не был таким уж манящим.
– Как тебя зовут? – спросил я, впервые взглянув на девушку прямо.
Сава нахмурился. Ему явно не нравилось то, что я делаю, но он промолчал.
– Нина, Аль… – Пальцы брата предупреждающе стиснули ее предплечье, и она поспешно исправилась: – Гамма.
Другие волки чувствовали мой переход! Нехорошо. Даже плохо для нашей семьи! Вот только что я могу с этим поделать?
– Нина, ты знаешь, в какой комнате устроилась Туманова Вера? Вы же вместе приехали? – спросил я нейтрально.
– Она в гостевом доме, но я не обратила внимания, где они с сестрой оставили вещи. Они раньше ушли спать.
– Понятно. Спасибо.
Взгляд своей истинной я ощутил, даже не видя ее. По коже словно огненные искорки побежали, лаская все чувства, а волоски на загривке приятно зашевелились. Гравитация Земли словно изменилась персонально для меня, и ноги сами зашагали к гостевому дому.