Замуж за Темного Властелина, или Девичник в другом мире
- -
- 100%
- +
– Успокойся… – примирительно прошептала фрейлина.
– Только не надо заливать мне про то, как сильно нам нужна магия! Найду другой способ попасть в Тенебрию и…
– Вот. – Абель не стала меня дослушивать, извлекла из потайного кармана юбки маленький холщовый мешочек и протянула мне. – Не ссорься с ним, ради Солнечной Альвы не гневи его. Наоборот, сделай вид, что успокоилась и согласна на испытание.
– Что это? – хмуро поинтересовалась я, поднося к лицу торбочку, наполненную, судя по ощущениям, чем-то порошкообразным.
Может, отрава?
Замечательно!
– Звёздная пыль, – опасливо оглядываясь на двери, быстро проговорила Абель. – Не имеет ни запаха, ни вкуса. Добавь в бокал с вином, сделай так, чтобы выпил и всё.
– Что всё?
Надеюсь, всё «всё».
– Он уснёт, – разочаровала меня фрейлина, после чего смущённо уточнила: – И будет видеть яркие… фривольные сны. Решит, что всё у вас было, хотя на самом деле ничего не случится. Звёздная пыль подействует очень быстро.
Порошок и правда не имел никакого запаха, а на столике у окна я заметила графины с бокалами. В принципе…
– А завтра весь двор будет чесать языками о том, что один наглый залётный орёл оприходовал принцессу.
– Вот именно: принцессу. Не тебя, – с нажимом проговорила девушка. – Ты Саша Романова, и тебя это не касается. Тебе домой нужно. Как и твоей подруге. А я, как и обещала, подстрахую.
Мысли об Ульяне придали мне уверенности и помогли окончательно взять себя в руки. Мне и правда должно быть безразлично, кто и что будет думать. Я в этой их сказке надолго не останусь, так что пусть себе болтают.
А кое-кто скоро отправится баиньки.
– Мне надо бежать, – шепнула помощница. – Я пыталась потянуть время, просила прислать к тебе служанок, чтобы помогли приготовить тебя к… первой ночи. Но мессир Коршун сказал, что подготовка не нужна. Он так…
Угу, с разбегу проверять девственницу.
Кстати, а девственницу ли?
– Иди. Я с ним разберусь, – заверила фрейлину.
Вернула на место кочергу с совком, давая понять, что не стану прибегать к радикальным мерам, а мешочек со снотворным утрамбовала за корсажем, как делали героини любовных романов.
Не слишком удобно, но зато надёжно.
Абель убежала, я прошлась по спальне, мельком отмечая кричащую роскошь обстановки. Обитая бархатом мебель, тяжёлые шторы, почти сливающиеся цветом с синей летней ночью за широкими окнами. По крайней мере, мне казалось, что в Бризантии сейчас лето. Какая погода в Полуночном крае – не представляю и, если не получится опоить этого Ярнефельта, могу уже и не узнать.
Чем он там грозился за своё убийство? Войной и мучительной гибелью всего королевства?
Мысль оборвалась, когда створки скрипнули снова и за спиной раздались быстрые, уверенные шаги.
Обернувшись, лицом к лицу столкнулась с Коршуном, увидела на губах негодяя так сильно раздражающую меня улыбку, услышала бодрое, словно и не наливался винами полвечера, предложение:
– Ну что, принцесса, чем раньше начнём, тем скорее закончим. Помочь вам раздеться?
Только после моей смерти.
– Вы всегда скоро заканчиваете? – не сдержалась я и отзеркалила его насмешливый взгляд.
– Неожиданные познания для юной дэйи, – дёрнул бровью Ярнефельт.
– Вы опять забываете, что я умна и образована.
– Образованы во всех областях? – ухмыльнулся нахал. Коснувшись моей щеки костяшками пальцев, отчего появилось непреодолимое желание его ударить, чуть хрипло прошептал: – Что ж, мне же лучше. Обычно девственницы такие скучные… Если постараетесь, зачту испытание.
Я глубоко вдохнула, стараясь справиться с приступом ярости. За последний вечер я психовала больше, чем, наверное, за всю жизнь. Если он ещё раз меня коснётся, полетят головы.
Как минимум одна темноволосая голова так точно.
– Немного вина помогло бы мне расслабиться, – постаралась улыбнуться мерзавцу.
Не уверена, что получилось, но я к тому приложила немало усилий.
– Как будет угодно моей светлой дэйе, – склонил голову его тёмность и ринулся к алкогольному ассортименту.
Пришлось схватить его за рукав чернильно-чёрного камзола, едва тронутого на груди и рукавах золотым шитьём, а потом снова улыбнуться:
– Я сама. Чтобы успокоиться, мне нужно отвлечься. Настроиться. Для меня всё это… непросто.
Смутилась, покраснела, старательно строя из себя непорочную деву. Коршун кивнул и, на мгновение утонув взглядом в вырезе моего платья… стал раздеваться. Расстегнув камзол, небрежно швырнул его в кресло, после чего потянулся к тесьме, перехватывающей ворот рубашки. Тонкая светлая ткань льнула к сильному, явно тренированному телу, подчёркивая его выразительные рельефы.
Боюсь, одной кочергой такого не одолеешь.
– Любуетесь? – совсем близко раздался шёпот этого позёра.
Фыркнув, отвернулась. Не желая становиться свидетельницей того, как Ярнефельт останется в чём мать родила, поспешила к столику с графинами. Несмотря на мысленные уговоры не волноваться, пальцы предательски дрожали и, пока наполняла бокалы, успела пролить несколько капель на ажурную салфетку, белевшую под вазой с виноградом.
Оглянувшись, увидела, что жених уже взялся за штаны, и решительно извлекла из декольте мешочек. Ослабила шнурок, вытряхнула порошок в бокал, наблюдая за тем, как он тут же становится прозрачным и тает в крепком напитке.
Собиралась сунуть опустевший мешочек обратно, когда мои руки оказались в плену сильных мужских рук, а у самого уха раздался ироничный шёпот:
– От винограда, пожалуй, не откажусь, а вот снотворное точно лишнее. Я хочу насладиться каждым мгновением с вами, принцесса. И вам подарить неземное наслаждение.
Прикрыла глаза, сокрушённо выдохнула, признавая, что план «Б» с треском провалился. Значит, придётся возвращаться к плану «А».
И где там моя кочерга?
– Пустите! – процедила я и попыталась сбросить руки колдуна.
– Ближе к утру так уж и быть отпущу, – шепнули мне на ухо, обдав горячим дыханием. – А сейчас расслабьтесь, принцесса. Я не сделаю ничего такого, что вам не понравится.
В доказательство своих слов он переместил одну руку мне на талию, прижав к себе ещё крепче, а другой по-хозяйски так (или, скорее, по-хамски) сцапал за задницу, наивно уверенный, что мне всё это должно нравиться.
– Мне в принципе вы не нравитесь, – прошипела я, сбрасывая с юбок тяжеленную ладонь. Развернулась и решила, что прежде, чем доберусь до кочерги, всё ему выскажу: – Не нравится ваше свинское ко мне отношение!
Взгляд Коршуна скользнул по моим губам:
– Я раб традиций, как и вы, принцесса. Поэтому предлагаю оставить бесполезный разговор и приступить к их соблюдению. Будем вместе… соблюдать, вашему отцу и всей Бризантии на радость.
В следующее мгновение я поняла, что, если ничего не сделаю, меня сейчас поцелуют. Пальцы негодяя уже вовсю скользили по шнуровке корсажа, и догадаться, что в чём-в чём, а в распаковке дэй мессир Коршун точно натренирован, было несложно.
Опомниться не успею, как окажусь перед ним в панталонах.
– А если откажусь? Возьмёте силой? – бросила с вызовом.
– То есть на отбор вы больше не собираетесь? – сощурился Ярнефельт.
Во мне боролись две Саши: одна – гордячка, которая весь вечер представляла, как будет смотреться на щеке Коршуна след её ладони, другая – девочка, которая уже успела безумно соскучиться по родному миру, семье… в конце концов, по себе!
Была ещё третья Саша. Та, которая считала себя виноватой во всех злоключениях, что свалились на нас с Ульяной. Это ведь я накануне девичника…
Но, впрочем, не время сейчас об этом думать!
– Так я и знал, – сделал приятные для себя выводы из моей заминки Коршун.
И ошибся! Саша-гордячка благополучно задвинула всех остальных. Я отскочила от колдуна в тот самый момент, когда он склонился к моим губам, собираясь поцеловать. До камина было далеко, но под руку так удачно подвернулся канделябр. Его я и схватила на манер бейсбольной биты.
– Не подходите! – предупредила, собираясь сражаться за себя не на жизнь, а на смерть.
Тенебриец удивился. Вот реально удивился, словно до последнего был уверен, что я растекусь перед ним сладкой сиропной лужицей.
Наивный!
– Ваш отец потратил немало сил, чтобы убедить моего правителя принять вас в качестве невесты. Он достаточно унижался, а вам так сложно один раз раздвинуть ноги? – усмехнулся Коршун.
За раздвинуть ноги в него полетел канделябр, взамен которого я тут же схватила вазу. Увы, мерзавец увернулся, канделябр врезался в стену, оставив после себя внушительных размеров вмятину, а я так мечтала отправить его в нокаут!
– Ноги раздвигать будете портовым шлюхам! – рыкнула, прицеливаясь к его голове.
Если отвлечь, а потом быстренько кинуть…
– Нет необходимости, – покачал головой изверг. – При дворе тёмного владыки немало красавиц, жаждущих составить мне компанию на ночь.
– Вот к ним и катитесь! Прямо сейчас! – Я всё больше распалялась. – А своему владыке передайте, что чхать я хотела на такие традиции! Лучше Бризантия останется без магии, чем я стану посмешищем для всего мира!
Всё это я выпалила на одном дыхании и замолчала, чувствуя, как кровавая дымка перед глазами начинает таять. Вздохнула шумно, крепче схватилась за горлышко вазы и услышала… хлопки пернатого гада.
– Поздравляю, принцесса. Вы достойно прошли первое испытание.
– То есть… – Опустив фарфоровое великолепие, растерянно посмотрела на улыбающегося ярла. – Это была проверка?
– Разумеется, – кивнул Коршун. Приблизившись, забрал у меня вазу, легко подбросил её в руках и сказал: – Мы, темные, те еще ревнивцы и собственники. И своих женщин никому не отдаем. Саварду уж точно не нужна та, которая успела побывать под его побратимом.
– Тогда зачем всё это? – нахмурилась я.
– В женщинах превыше всего мы ценим твёрдость характера и верность. О вашем отце, не в обиду будет сказано, у нас сложилось не самое лучшее впечатление.
А уж какое о нём впечатление сложилось у меня…
– Я был уверен, что яблоко от яблони недалеко упало, и вы не пройдете первое испытание. Но вы удивили! Сумели отстоять свою девичью честь, тем самым доказав, что вы…
– Не тряпка?
Ярнефельт не ответил, но по искрам в синих глазах и так всё было ясно.
– Получается, я поеду в Тенебрию?
– Уже завтра, – с улыбкой подтвердил Коршун.
Она, эта самая улыбка, меня всё ещё бесила, но уже не так сильно. По крайней мере, больше не возникало мыслей о кровавом убийстве.
– А сейчас, если хотите, можем что-нибудь выпить и отметить вашу первую маленькую победу.
– Сами пейте, – отрезала я. Зачем-то забрав у него вазу (хотя на кой она мне – непонятно), решительно направилась к выходу.
– Сладких снова, принцесса, – пожелал мне на прощание Коршун.
– Жутких вам кошмаров, – ответила я и, прижав к груди свой трофей, захлопнула за собой дверь.
Глава 6. Без Эвельера не дамся!
Вернуться незамеченной в покои принцессы не вышло. Во-первых, я понятия не имела, где они находятся, потому что разобраться в хитросплетениях бесконечных залов и коридоров за два дня было просто анриал. Во-вторых, несмотря на поздний час, дворец кишмя кишел придворными. Эти любопытные млекопитающие были повсюду. Выжидали, как хищники в засаде, горя желанием выяснить, преодолела ли её высочество первое испытание.
Одна из придворных нимф, набеленная и надушенная (с трудом сдержалась, чтобы не чихнуть от ее резкого парфюма), просеменила ко мне и с заискивающей улыбкой спросила:
– Ваше высочество, вы себя хорошо чувствуете? – явно имея в виду, успешно ли прошло наше с мессиром Коршуном постельное общение.
– Я – отлично. Чего не могу сказать о мессире Коршуне.
– Ему… не понравилось? – ужаснулась красотка, и все близстоящие и близсидящие придворные тоже.
– Можно сказать и так. – Улыбнувшись, позволила себе маленькую ложь: – Хотя трупу, наверное, уже без разницы…
И пошла дальше, оставив позади предобморочную даму. Пока шагала по дворцу с вазой, мысленно уповала, что таки отыщется добрая душа, которая покажет мне дорогу к моей спальне.
К счастью, не успела миновать ещё одну анфиладу, как из одной из дверей вырулила Абель.
– Уснул? – подскочив, прошептала она. – Почему ты с ним не осталась?
– Потому что я благополучно отстрелялась, а задерживаться в компании этого павлина… Нет уж, увольте.
А то ещё ненароком станет моя маленькая ложь правдой.
– Что значит отстрелялась? – нахмурилась фрейлина.
– Оказалось, испытание заключалось в том, чтобы не дать, а не в том, чтобы дать.
Не уверена, что Абель поняла, но в тот момент мне было плевать. Не успела переступить порог спальни, как тут же почувствовала булыжником рухнувшую на плечи усталость. Это был просто адов день и неизвестно, каким окажется путешествие. В карете, верхом или как-то ещё…
Если верхом, то проблема. Я на лошади отродясь не сидела. Вот Уля точно в грязь лицом не ударит, она у меня отличная наездница. Точнее, теперь уже наездник… Её отец, Павел Егорович, обожает лошадей, и дочери привил любовь к этим замечательным животным. А у меня с ними любви так и не сложилось. Мне вообще кажется, что я и животные с детьми – понятия несовместимые.
– Запри дверь, – попросила фрейлину, пристраивая на столике вазу. Будет мне напоминать об успешно пройденном испытании. – Не хочу, чтобы сюда ломилась статс-дама или ещё кто… Мне спать надо. Умираю от усталости.
– Давай помогу раздеться.
С помощью Абель я быстро избавилась от слоёв одежды, надела ночную сорочку и, не переставая постанывать от удовольствия, распустила волосы.
От многочисленных шпилек голова гудела растревоженным ульем.
– Получается, первое испытание пройдено? – складывая в шкатулку украшения, полюбопытствовала фрейлина.
– Коршун сказал, завтра отправляемся.
– Значит, действительно ждут тебя в Агатовых чертогах как можно скорее.
– Агатовых чертогах?
– Замке его темнейшества. Говорят, он находится на вершине неприступной скалы и добраться до него можно только по воздуху, – поделилась информацией фрейлина. – Замок старый, мрачный… Зато в долине, окружённой горными хребтами, расположилась столица Тенебрии, Ар-Каран. Если верить слухам, красивее города нет во всём Эосе!
На восторги фрейлины я не обратила внимания, занятая своими мыслями, одну из которых, закончив расчёсывать волосы, всё-таки решила озвучить:
– Зачем королю так нужна магия?
– В первую очередь – это защита. – На губах у Абель появилась грустная улыбка. – Бризантия – лакомый кусок для многих королевств (плодородные земли, неисчерпаемые запасы золота и редких каменей), но без магии мы слабы и уязвимы. Во-вторых – это приток в королевство магов и колдунов, пусть и тёмных. Артефакты во многом облегчают жизнь, но при огромных запасах драгоценных камней – лучших сосудов для магии, у нас нет тех, кто наполнял бы их магической силой. Его величество уверен, что брак принцессы Дамии с правителем Полуночного края решит все наши проблемы.
Получается, всем нужна магия. Нам с Ульяной, правителю Бризантии… Наверное, мне стоит обуздать свой взрывной характер и постараться подружиться с этим Ярнефельтом. Вдруг получится выудить из него какие-нибудь полезные сведения.
Да! Вот прямо завтра и начну дружить и выуживать.
Наметив план на ближайшее будущее, легла спать. Выспалась, отдохнула, проснулась почти в хорошем расположении духа. Правда, мне быстренько его испортили распоряжением мессира Коршуна: принцесса может взять с собой только одну служанку или фрейлину, а стражников у тенебрийцев и без того хватает. Незачем тащить с собой хвост из свиты.
– Так и сказал, – опуская взгляд, скорбно пробормотала Абель. – Эвель… Ульяне придётся остаться здесь.
Я тут же села на постели. Сбросила одеяло и, позабыв о том, что собралась обзаводиться друзьями, спросонья глухо прорычала:
– Где эта пернатая зараза?!
С кровати я слетела быстрее, чем фрейлина успела вдохнуть и выдохнуть. Метнулась к дверям, горя желанием во что бы то ни стало отстоять подругу, но тут уж Абель пришла в себя и с воплем:
– Только не в таком виде! – бросилась догонять.
Догнала, прижалась к дверям, не давая мне выйти. Взволнованно зачастила:
– На тебе же, считай, нет одежды!
– Да эта ночнушка целомудреннее всего, что я когда-либо носила! – возразила я, но отступила, вынужденная признать правоту фрейлины.
Пусть сорочка прятала всю меня, от шеи до пят, но разгуливать в ней по дворцу – это даже для меня уже будет хардкор.
– Помоги скорее собраться!
– Но статс-дама… – попыталась возразить Абель. – Была весьма недовольна, что вчера ты улеглась без надлежащих церемоний.
– Пусть отправляется вместе со своими церемониями к вашим алкоголикам.
– К Пьющим! – всплеснула руками сестра Эвельера, но продолжать полемику не стала. Помогла мне переодеться в василькового цвета платье, оперативно зашнуровав и застегнув всё, что надо.
На причёску я тратить время не стала, просто расчесала пергидрольные локоны принцессы и отправилась разбираться с истребителем моих нервов. Последний обнаружился в Малой королевской столовой с «отцом-предателем». Оба налегали на еду и весело болтали, словно вчера один не позорил меня на всю честную Бризантию, а другой не позволял ему это делать, трусливо спрятав голову в плечи.
Три ха-ха!
– О, дочь моя! – счастливо заулыбался родитель. – А мы как раз…
– Обсуждали мою неземную красоту? – Я быстро приблизилась к столу, ненамного уступавшему своим многообразием вчерашнему изобилию.
– И это тоже, – весело подтвердил король.
– Вы сегодня без вазы? – лениво поинтересовался Коршун.
– Хотела прийти с арбалетом, но стражники зажали… Я хотела сказать, не дали.
Ярнефельт вопросительно дёрнул бровью. Любит он это дело: дёргать бровями и сверлить меня долгими, изучающими взглядами.
– Присаживайся, дитя, мы только начали, – нарушил повисшее молчание его бесхребетное величество. – Всё, как ты любишь…
Опустившись в кресло напротив гостя, я решительно произнесла:
– Для начала хотелось бы кое-что прояснить.
– Весь внимание, ваше высочество, – иронично склонил он голову.
Петух ярморочный, а не Коршун.
– Без охраны я никуда не поеду.
– Дамия… – начал было правитель.
Но на него я даже не взглянула, ровно продолжила:
– Свиту тащить с собой так уж и быть не стану, но без защиты не останусь.
– Для защиты у вас есть я и мои люди, – прохладно улыбнулся Ярнефельт.
– Но вас я не знаю и, признаться, вам не доверяю, – возразила, продолжая дуэль на взглядах. – То, что ваш владыка неожиданно решил пригласить на отбор светлую – подозрительно и вызывает вопросы. А также некоторые опасения.
– Дамия! – возмутился король.
Но я снова его проигнорировала.
– В Агатовых чертогах для меня всё будет незнакомо, а возможно, и враждебно. Мне нужны люди, которым я могу доверять и, как уже сказала, вы не входите в их число, ярл.
Пока говорила, Ярнефельт медленно, но уверенно мрачнел. Исчезли и ленивая улыбка, и насмешка во взгляде. Он вдруг стал серьёзным, если не сказать напряжённым, а потом хмуро бросил:
– Осторожнее с ультиматумами, принцесса. В противном случае ваше участие в отборе может оказаться под угрозой.
Я мысленно хмыкнула, фыркнула и показала в своих фантазиях неприличный жест.
Вслух же сказала, с самым невинным видом прижав ладони к сердцу, чтобы не поддаться искушению и не начать уже на самом деле показывать неприличные жесты:
– Как вы успели заметить, об этом браке мечтает папенька, а я на него…
Чихала.
На них обоих, если быть совсем точной.
– …У меня же совсем другие мечты. Однако будучи дочерью своего отца, я готова исполнить его волю. Но! Командовать собой не позволю. В конце концов, я наследница престола, а вы всего лишь временный жених.
Мои слова Коршуну не понравились, хоть он и попытался придать себе отмороженный вид, но я всё равно успела заметить, как тень набежала на глаза и обострились и без того острые черты лица.
– К тому же вы сами сказали, что цените в женщинах твёрдость характера. Вот и цените.
– В вас я вижу, скорее, капризы, – мрачно проговорил Ивар.
А король поддакнул:
– Что с тобой происходит, дитя? Я тебя не узнаю.
Своё дитя ты довёл до побега, а меня вся эта ситуация скоро доведёт до белого каления. Если Ярнефельт упрётся, а меня к отъезду принудят силой…
– Каждый видит то, что ему хочется видеть, – ответила сначала Коршуну, а потом и его величеству: – А вам стоило бы вступиться за дочь. Особенно после вчерашнего.
От злости и раздражения король начал зеленеть. Продолжу в том же духе, и скоро заквакает.
Какое-то время за столом было тихо, как в каком-нибудь подвале. Молчали все, и болтун-Коршун в том числе. За это время я успела отчаяться, проклясть пернатого, а заодно и «папеньку».
«Не отвоюю подругу», – мелькнула паническая мысль.
И тут Ярнефельт неожиданно выронил:
– Кого именно вы хотели бы взять с собой в Тенебрию?
Собиралась уже ответить, но, как назло, вмешался зелёный «отец»:
– Дай-ка угадаю… Наверняка этого мальчишку Эвельера! Уже давно надо было казнить паршивца!
Сердце больно кольнуло. А потом оно и вовсе испуганно сжалось, когда заметила, как изменился, став опасным и хищным, взгляд ярла.
– А вот с этого места, пожалуйста, поподробнее, – мягко попросил он. Пугающе мягко. – Принцесса, расскажите нам об этом вашем Эвельере. И ваших с ним… отношениях.
Интересно, если отвечу, что мы с Эвельером лучшие подруги, к каким именно выводам придёт этот Ивар? А может, придумать Эвельеру-Ульяне страшную тайну: что он у нас по мальчикам? И это, между прочим, при сложившихся обстоятельствах будет чистейшей правдой. Но! Вдруг у них за нетрадиционные привязанности в тюрьму сажают или того хуже – сразу отправляют на плаху?
Уверена, от этого самодура с парой извилин можно ожидать каких угодно сюрпризов. Подставил дочь и даже не врубился. Сидит, смотрит, ждёт ответа.
Ярнефельт тоже ждал. Растеряв всю свою напускную беззаботность, вплавлялся в меня мрачным взглядом.
– Моя наперсница, которая поедет со мной, Абель… Эмм… Абель…
А как её вообще по фамилии и по батюшке?
– Абель, в общем, – продолжила я, сделав себе пометку в памяти: побольше разузнать о подружке Дамии, – и Эвельер – брат и сестра. Абель к нему очень привязана, а я ему всецело доверяю и…
– Тоже к нему привязана, – хмыкнул «папаша».
Что тут сказать? Дурак – он и в Бризантии дурак.
– Привязана, – стрельнув в него взглядом, подтвердила я. – Мы давно дружим. Абель и Эвельер мне как брат и сестра. Увы, на родных братиков и сестричек у моего папеньки сил не хватило.
Интересно, а меня могут отправить на плаху? Судя по выражению лица теперь уже пунцового короля, на раз-два.
– То есть вы заявляете, что между вами и этим стражником никогда ничего не было? – не отрывая от меня пытливого взгляда, поинтересовался Ярнефельт.
Появилось ощущение, будто на детекторе лжи проверяет.
– Ничего, кроме дружбы, ярл. Крепкой. Нерушимой. Эвельер готов за меня жизнь отдать.
Я говорила искренне, понятное дело, имея в виду Ульяну, а не незнакомого мне стражника. Уля всегда была за меня горой, а я за неё.
Коршун молчал, явно обдумывая мои слова, а я мысленно взывала к высшим силам, чтобы в этом мужчине обнаружились хотя бы крохи отзывчивости.
– Я не знаю, какие испытания ждут меня в Тенебрии, но, если судить по вчерашней проверке, на что-то приятное рассчитывать точно не приходится. Не знаю, как будут вести себя соперницы… Вдруг какой ретивой княжне или принцессе придёт в голову сократить список невест его темнейшества. Любого другого стражника можно подкупить, но не Эвельера. Он никогда меня не предаст и обидеть не позволит. Поэтому, ярл, в Тенебрию я отправлюсь только с ним и со своей наперсницей. В противном случае останусь в родных пенатах.
Кажется, в тот момент его величество уже готов был меня придушить. Он даже приподнялся с кресла, нависая надо мной всей своей широкоплечей фигурой, но тут подал голос Ивар:
– Хорошо. Берите с собой и его. Но имейте в виду, – по его губам змеёй скользнула усмешка, – в Агатовых чертогах вас буду проверять на невинность и, если окажется, что вы уже не девица, можете сразу распрощаться с мечтами о замужестве, а ваш друг, – сделал ударение на последнем слове Коршун, – распрощается с головой.
Я же говорю, как что, так сразу за топор.
И снова мы возвращаемся к вопросу, а была ли Дамия невинной девицей?
– За это не беспокойтесь, мессир Коршун, – ответила я как можно спокойнее и, схватив с огромного блюда ароматный рогалик, поднялась. – Продолжайте завтракать, не буду вам мешать.
– Отправляемся в полдень, – бросил мне вдогонку его тёмность, усмехнувшись тому, что я снова с собой что-то тащу.