Модистка из другого мира 1. Райская птичка

Глава 1

Ларисе не нравился рукав. Не нравился и все. Она вообще не любила реглан, но певица Алена Тим заказала именно такой фасон. И Оля, компаньон Лары, идею поддержала.

Платье было готово, Ольга ушла домой, к мужу и сыну, а Лариса ждала курьера от заказчицы. Вряд ли Тим явится сюда сама, в небольшую студию двух московских модельеров. Алена считает себя птицей высокого полета. Победительницу шоу «К микрофону!» за последние полтора года неплохо раскрутили.

Однако одежду Алена предпочитала от российских брендов. А может, просто следовала рекомендациями имиджмейкеров, мол, в теме – патриотизм, нужно носить только российские шмотки.

И надо отдать Алене должное, вкус и чувство меры у певицы какие-никакие имелись. Она одна из немногих звезд эстрады считала, что одежда должна оставлять место для воображения, а не превращать девушку в набор выпуклостей. И, познакомившись с бизнес-аккаунтом Лары и Оли, она цепко схватилась за набирающий популярность, но пока дешевый бренд.

Курьер запаздывал. Лариса обошла вокруг манекена. Что ж, она была неправа. Рукав идеален, просто платье должно было отвисеться, принять вид единого целого. Ольга как всегда заглянула в прошлое.

Телефон пискнул. Наконец-то сообщение от курьера. Сейчас Лариса сдаст заказ и отправится домой. Поужинает, подумает, набросает в ноут пару идей, которые пришли в голову во время работы.

Скоро запуск мощной рекламной акции. Алена Тим тоже приложила руку к предстоящему рывку крошечного бренда Ларисы и Ольги – сегодня вечером в клубе «Синий дракон» певица должна упомянуть, что на ней платье от «TGS» – «TwoGirlsStyle».

Но на экране вопреки ожиданиям вспыхнуло неожиданно длинное сообщение от певицы:

… Лара, зайчик, не обижайся. Платье уже не нужно. Пристройте его куда-нибудь. Мой вечер в «Синем драконе» накрылся медным тазом, пресса подгадила, и выступление отменили. Извинюля тебе и Оленьке, твоя Алена.

В душе Лары что-то тренькнуло и оборвалось. На пути в мир большой моды им с Олей встретилось не одно препятствие. Никто и не обещал, что будет легко.

Но почему в последнее время им так не везет? То помещение в торговом центре сначала пообещали, а потом отдали бренду, вернувшемуся на рынок. То поставщиков тканей пришлось менять с потерей дисконта. То модный журнал отложил интервью с «TGS» на лето. Теперь еще это: минус деньги и реклама.

Эксклюзивная ткань, дорогие стразы, несколько недель работы. «Пристрой его куда-нибудь, пожалуйста». Куда? Для магазина в соцсетях вещь слишком дорогая. Новая коллекция только в сентябре. За несколько месяцев силуэт может оказаться неактуальным. Это не классика, которая на века, а одноразовое веяние.

Лариса подошла к манекену. «Синий дракон» – известный клуб, там строгий фейсконтроль, абы кого абы в чем на порог не пустят.

Ничего, Оля поймет и простит, а Лара дошла до предела. Только не домой, только не в пустую съемную квартиру!

Серебристое платье с рукавом реглан перекочевало на плечи Лары. Тяжеловатый вечерний макияж – слава богу, косметичка всегда в сумочке. Туфли на классической шпильке тоже имеются, стоят в шкафу на случай внезапных переговоров и интервью.

Лариса посмотрела на себя в зеркало. Ей говорили, что они с Аленой похожи. Да, что-то есть.

Ларе тоже давно не двадцать и даже не тридцать. На лице усталые тени, осанка испорчена неудобными позами над раскройным столом, глаза выдают возраст. Наверное, она вышла из резерва, как сейчас модно говорить. Ну так вперед, за новыми впечатлениями.

В главном зале свободных столиков не было. Странно, что Ларису вообще пропустили. Она почему-то растерялась на входе при виде монолитного фейсконтроля из двух квадратных типов и ляпнула, что зовут ее Алена Тим. Громилы проверили список приглашенных и… кивнули: проходите.

– Вы без маски, – напомнил Ларе вежливый официант. – Простите, но у нас дресс-код в честь вечеринки инкогнито. Маленький семейный карнавал.

Лариса молча взяла из рук парня картонную маску, но надевать ее не стала.

Бум-бум-бум. Клубная музыка неприятно резонировала в груди, от запаха кальянов тошнило, яркие брызжущие тени раздражали глаза. Лара пожалела, что решилась на авантюру.

Алену Тим благополучно заменили Соней Ло. Звезда стэнд-апа и по совместительству моделька, лицо косметической компании «Шалость», рассказывала в микрофон что-то смешное, гости клуба напивались за столиками, жидко похлопывая и похохатывая.

Скорее всего, Алена много не потеряла, хотя у звезды наверняка имелось другое мнение на этот счет. И Лара с Олей зря надеялись, что клуб даст им толчок в продвижении. Не дал бы, не тот формат.

Лара отправилась на поиски туалета. Нашла уборные за перегородкой в форме буквы «s». Музыка здесь звучала тише. В нише зажималось молодая парочка. Какой-то парень бросил в рот синюю таблетку, постоял, закинув голову, и двинулся в зал. Его глаза горели специфическим огоньком. Лариса отодвинулась подальше, когда он проходил мимо.

Вернувшись, Лариса перешла в зал для некурящих. Здесь было тихо, несколько компаний сидело в глубине под огромным, мерцающим изображением изогнувшегося дракона да бармен со скучающим видом протирал бокалы.

– Вы без маски, – с укоризной заметил пробегающий мимо официант, уже другой, молоденький. – У нас штраф за открытые лица.

– Какой? – усмехнулась Лара.

– Вы становитесь лотом, – пояснил парень. – Вас могут купить, как фант, и попросить сделать что-нибудь… необычное. Например, станцевать или спеть. Разумеется, у нас все культурно, мы приличное место.

И пафосное, подумала Лара, даже наркота здесь пафосная: вроде все трезвые, а в глазах – иные реальности. Это пугает посильнее штрафа.

– А вы Алена Тим? – спросил вдруг парень. – В жизни вы намного красивее.

– А вы льстец.

Лариса вынула из сумочки крупную купюру, бросила на поднос официанту, заговорщицки улыбнулась:

– И вы меня тут не видели, окей?

– Но маску все-таки наденьте.

– Обязательно.

Парень, кажется, остался доволен и оставил Лару в покое.

– Что налить? – меланхолично поинтересовался бармен.

– Стакан воды и… есть что-нибудь от головной боли?

Без тени удивления бармен извлек из-под стойки упаковку с капсулами. Лара бросила одну в рот и запила лимонной минералкой без газа.

– Не носите эту рубашку, – сказала она бармену. – Вам не идет бордовый цвет, не ваш цветотип.

Бармен равнодушно пожал плечами и ушел в угол, вытащив телефон.

Лара долго сидела у окна и тянула безалкогольный коктейль с гранатовым соком. Думала, стоит ли вернуться в танцевальный зал и все-таки попробовать повеселиться. Пришла к выводу, что не стоит. Платье выгуляно, Лариса еще раз убедилась, что светская жизнь не для нее.

– Маску не забудьте, – бармен кивнул на стойку, когда она проходила мимо.

Настойчивый парнишка все же оставил «реквизит». И Лара забрала ее с собой. А потом протерла спиртовой салфеткой и надела – вдруг действительно продадут и заставят петь вместо Алены.

Странно. Лариса была уверена, что с подноса первого официанта взяла кусочек черного картона. А теперь на ее лице холодила веки маска из кожи прекрасного качества, слегка потертая, но стильная.

Она поискала взглядом выход из клуба, неуверенно повернула в проход с неоновым потолком, в конце которого виднелась дверь с надписью «exit». Но чем дальше она шла, тем больше отдалялась дверь.

Зрительная иллюзия пугала, и Лара прибавила шаг. Внезапно потолок погас, и она оказалась в кромешной тьме. Шагнула, вытянув руку, пытаясь нащупать ручку двери, споткнулась и упала. Затрещала ткань серебристого платья, хрустнул каблук на любимой лодочке.

… Лариса заковыристо выругалась, припечатавшись коленкой о пол. Со студенческих времен не использовала такие сочные ругательства, но как же все достало! Эмоциональное выгорание, боль, темнота, испорченный наряд… Что еще готовит для Ларисы этот бесконечный день?

Вспыхнул яркий свет, в уши ударила музыка. Лара зажмурилась. Издеваются они тут в клубе, что ли? Что за игры с освещением?

Но постепенно проявлялись и другие звуки: вокруг шумели возбужденные голоса. Что-то жужжало и щелкало, вызывая крайне неприятные ассоциации.

Музыка вдруг резко стихла. Раздались выкрики:

– ЛарА! ЛарА без сознания! Вызовите медиков!

Лариса осторожно приоткрыла один слезящийся глаз. И тут же закрыла его, в ужасе от увиденного.

Она лежала на краю высокого «языка», подиума для показов мод. Еще несколько шагов – и сверзилась бы на головы зрителям. Вокруг собрались люди, они растерянно переговаривались. Несколько человек держали в руках монотонно жужжащие и вспыхивающие фотокамеры.

«Сон, – подумала Лариса. – Обморок. Галлюцинация. Инсульт? Голова просто раскалывается».

Пришлось снова открыть глаза. Тут же затошнило, скрутило желудок. Лара осторожно повернула голову. У выхода на «язык» растерянно топтались манекенщицы. Какие-то люди в деловых костюмах подошли ближе и бубнели в гарнитуры.

Позади Ларисы вытянулся длинный белый шлейф, украшенный перьями. Из него торчали голые стройные ноги в белых босоножках на пятнадцатисантиметровом прозрачном каблуке.

Видимо, из-за искажения зрения ноги и каблуки показались Ларисы чужими и… бесконечно длинными. Она пошевелила одной ногой, второй. Обе целы, не болят. И каблуки на месте. Коленка только ноет, но боль проходит.

Почему она так странно одета? Платье невесты – мечта манекенщицы? Бредовый сон, по Фрейду, не иначе.

К Ларисе по подиуму подбежал мужчина в синей форме с изображением шприца на кармане. Он посветил ей в зрачки и проговорил в ушную гарнитуру:

– Бледность, зрачки расширены. Пакуем.

И уже Ларисе:

– Не спать, девушка, оставайтесь с нами.

– ЛарА!

К подиуму синхронно подскочили два парня, похожие, словно близнецы: с выкрашенными в белый цвет волосами, пирсингом в бровях и губах.

– Я так и знал! – жеманно вскричал один из них, всплеснув руками. – ЛарА, милая! Не умирай! Все будет хорошо! Я знал, я знал, что это будешь ты – его следующая жертва!

– Господа! – проорал второй из беловолосых «близнецов». – Освободите проход для медиков! Координаторы, сообщите в клинику «Континент»! Все подробности позже, через пресс службу агентства!

Через минуту Лариса лежала на каталке с кислородной маской на лице. Коридоры, лифт – и вот она на ночной улице, пахнущей дождем. Каталку погрузили в карету скорой помощи, тоже почему-то с рисунком шприца, а не привычного креста на дверях.

Внутри вокруг Ларисы снова засуетились медики в синей форме. Беловолосые парни уселись на кушетку напротив. Но затем один из них высунулся из машины и панически заголосил:

– Пресса! Кто-то сообщил прессе! Быстро, едем!

К машине откуда-то из темноты через дождь устремились люди с фотоаппаратами и микрофонами. Дверь скорой захлопнулась, автомобиль сорвался с места, завизжав сиреной.

Лариса все понимала и отмечала множество мелочей, еще больше путающих ее сознание, но мысли в голове текли вяло и сонно. В речи странных парней и не менее странных медиков ей слышались чужие для слуха звуки и сочетания, но мозг не мог уловить, в чем именно состоял диссонанс.

– Сесть сможешь, детка? – озабоченно обратился к ней врач.

Лара послушно приподнялась и села. Медсестра помогла ей снять маску

– Да ты у нас просто огурчик! Выпей. Пей, дорогуша. Это рвотное. Тошнит? Вот и пей.

Ладно. Сон. Это всего лишь сон. Лариса хлебнула из флакона. Какая гадость! Ее тут же вывернуло в любезно подставленный черный пакет.

– Молодец. Чего же ты накушалась, радость моя? Скажи сразу, все равно узнаем.

– Ничем я не накушивалась, – хрипло ответила Лариса. – Сок пила. Я не употребляю.

– Все так говорят. Содержимое желудка – на анализ. Под капельницу, – врач четко и строго отдавал распоряжения.

Беловолосые парни смотрели на него с благоговением. Один из них, с густо подкрашенными черным глазами, нервно помахал на себя растопыренной рукой с алым лаком на ногтях:

– Ах, меня тоже тошнит от волнения! Бедная Лара! Ты был совершенно прав, Сежа! Ты говорил, что ОН в первую очередь попробует атаковать нашу топ-кисоньку! Просто маньяк! Но как он до нее добрался? Мы же были начеку!

Второй, с голубыми люминесцирующими тенями на веках, покачал головой и сделал знак: тише.

Кто эти милые фрики, почему они так заботятся о незнакомом человеке? Откуда знают ее имя? Почему так смешно его произносят – с ударением на последнюю букву?

Мучительно хотелось спать. Тошнота отступила, спазмы прекратились. Но Лара старалась держать глаза открытыми.

Это галлюцинации. Яркий сон. Она дома, спит, наверняка выпила что-то покрепче, чем гранатовый сок, хотя это на нее не похоже. С непривычки организм выдал вот такую реакцию – видение настолько реальное, что тянет вызвать попа с кадилом.

В больнице, самой обычной за исключением непривычной символики, Ларе сделали промывание желудка и наконец разрешили поспать. Засыпая, она смотрела на свое тело под простыней, какое-то длинное и… узкое. Ноги почти упирались в изножье койки.

Глава 2

Когда Лариса открыла глаза, ничего не поменялось. Она по-прежнему находилась в больнице. «Двое из ларца» стояли по сторонам ее кровати, состроив преданные физиономии.

Один принес воды, второй, парень с накрашенными веками по имени Сежа, торжественно воткнул в вазу букет пурпурных роз.

– От Марго, – многозначительно сообщил он. – Она ужасно беспокоится и винит в твоих бедах себя. Заставила меня пересказать ей все события этой ужасной ночи! А я, между прочим, не спал ни минуты. И ДавУ тоже глаз не сомкнул.

«Даву, Лара, Сежа – как странно эти парни произносят имена, с ударением на последнюю букву», – подивилась Лариса.

– Да-да, – поддакнул парень с обведенными черным глазами.

– Скрытая камера? – с трудом выговорила Лариса, намекнув, что в курсе розыгрыша.

– Исключено, лапонька, – успокоил ее Даву. – Полиция тут все проверила. Ни техно-жучков, ни магии. Можешь расслабиться. Никто чужой сюда не проникнет даже взглядом.

Кажется, Лару опять поняли не так. Пить захотелось еще больше, от сухости во рту сводило челюсти. Зачесался нос, и Лариса вытащила руку из-под больничного покрывала. Посмотрела на нее в дневном свете и задергалась, пытаясь сесть:

– Что это?

Ладонь была узкой, как у подростка, длинной, с аккуратным маникюром, ни капли не похожей на плоские грубоватые пятерни Лары.

– Это? Рука, – Сежа с любопытством наклонился над кроватью. – Какая сухая кожа. Ты обезвожена. Капнуть крема?

– Почему она такая худая?! А ноги?! Что с моими ногами?!

– О боже! – колдующий над вазой с розами Даву покачал головой. – Мы наконец-то заметили, что движемся к анорексии.

– Мне нужно зеркало, – просипела Лариса.

– Угомонись, – Сежа цокнул языком. – Врач запретил вставать. Лучше послушай новости. Их три: хорошая, средней паршивости и плохая.

Парень присел на стул:

– Во-первых, ты жива, это хорошая новость. Во-вторых, анализ подтвердил, что ты принимала наркотик. Однако – внимание! – в лаборатории выяснили, что им были обильно начинены фрукты.

– Манго, – прохрипела Лара.

Вкус, ненавидимый Ларисой в результате похожего отравления в студенческие годы, долго ощущался во рту после того, как ее стошнило в скорой.

– Правильно, – протянул Сежа. – Тебе их принесла Лолли, наша новая сотрудница. Помнишь?

– Нет.

– Неважно. Ее допрашивает полиция. Она все отрицает, но признание – дело времени.

– Бред какой-то, – пробормотала Лара. – Ничего не понимаю.

– Что непонятного? – Даву возмущенно воздел руки к потолку. – У нас в агентстве завелся предатель! Соображаешь, кисонька? Ты не сама таблеточки глотала, в чем, кстати, никто не сомневается – тебя траванули!

– Конечно, это не ты, – подхватил Сежа. – Все знают, как ты любишь свою работу. Ты не стала бы рисковать! Пусть этот показ прошел неудачно… не грусти, Лара, ты по-прежнему звезда! Ты надела то самое платье от Форье! Ты все-таки его надела и почти закончила показ! Ой, я сейчас заплАчу!

– А третья новость? – обреченно поинтересовалась Лара.

Сежа и Даву синхронно посерьезнели и переглянулись.

– Поскольку «синий дракон» – очень редкий новый наркотик, велика вероятность, что это тот самый сталкер, – сказал Даву. – Если это так, тебя хотели убить… как тех девушек, ослепительных нимф шоу-бизнеса. Этот мерзавец против всего прекрасного, он просто извращенец! Мы с Сежа подозревали, что негодяй непременно обратит внимание НА ТЕБЯ. И вот! Пожалуйста!

– Здесь есть сеть? Интернет. Всемирная паутина, – заволновалась Лариса.

– Инфоток? – догадался Сежа. – Увы, ты в клинике на самой окраине Лонхейма. Тут туго с дарами цивилизации. Ты как-то странно выражаешься сегодня. Еще мутит?

– Тогда газеты, – Лара все-таки смогла сесть. Даву поправил ей подушку. – Последние выпуски, очень прошу, ребята! Вы таки… милые, не знаю, что бы я без вас делала! Ну помогите еще немного, умоляю!

Парни недоуменно переглянулись, у Сежа поползли на лоб его белые брови. Странная парочка вышла из палаты. Лариса слышала, как они просят медсестру принести из вестибюля свежую прессу.

Сама Лара воровато прислушалась и попыталась доковылять до зеркала на стене. Сначала ноги не слушались, но она упорно ерзала ступнями по холодному полу, держась за спинку кровати. Ступни тоже были длинными, изящными и ухоженными.

– Да твою ж дивизию! – ахнула Лариса, посмотрев в зеркало. – За что?!

На нее, надув пухлые губки, глядело… дивное диво: девица лет двадцати, высокая, стройная, даже немного худосочная, гибкая, с осанкой балерины и ранее отмеченными нереально длинными ногами. Еще и блондинка и, кажется, натуральная. Лицо с высокими скулами, невинные глазки, голубые, как у котенка, – мечта маньяка, решившего уничтожить всю красоту мира.

– Чтоб вас всех, – высказалась Лара, истерично всхлипнув от смеха. – Говорили тебе, мать, нельзя быть на свете красивой такой, а ты и влипла!

… Ибо необходимо было признать очевидное: действие любых препаратов и алкоголя давно бы закончилось, для комы реальность ощущалась слишком… реальной. Сама личность Ларисы Бердыниной слабо подходила на роль жертвы столь масштабного розыгрыша – слишком дорогим вышло бы мероприятие.

Все вокруг было знакомым, но слегка… не таким. И тело – тело было чужим, но чем дальше, тем больше Лариса, словно долго болевший, но выздоровевший человек, ощущала его своим.

Она добралась до раковины и умылась ледяной водой. Дверь в палату была приоткрыта, Сежа и Даву стояли достаточно близко, чтобы услышать их разговор.

– … тоже заметил, как стерва нас поблагодарила? – с непонятной горечью в голосе спросил Даву. – Я чуть не написал в штаны от умиления. Может, в честь такого события устроим банкет?

– Ты знал, с кем будешь работать, когда нанимался в агентство, – равнодушно бросил Сежа.

– Я не знал, что буду подтирать сопли великой Лара. Терпеть ее заскоки. Вытаскивать ее из передряг и молиться, чтобы она не наябедничала Марго. У меня не было выбора. Где еще я смог бы творить?

– Вот и сиди ровно. Дом Лореер – единственное место, где мы с тобой можем реализоваться, а Лара… рано или поздно принцесса наскучит публике. Это мир моды, друг мой. Здесь королевами не становятся, разве что Марго. Однако Великая хозяйка Дома Лореер – старые деньги, а не выскочка из ниоткуда.

– Скорее бы Лара свергли. Иногда мне хочется, чтобы она оплошала по-настоящему. Но пока это не в наших интересах, верно? Еще и этот сталкер… или ты думаешь…?

– Лара не стала бы глотать синие таблетки, Даву, – в голосе Сежа прорезались жесткие нотки. – Начнем с того, что у нее не хватило бы мозгов их раздобыть. Никто не знает, как достать «СД», а хотели бы многие. И знаешь, сколько по слухам стоит одна доза «дракона»? Нам с тобой даже половинка не по карману, а Лара еще и прижимиста. Нет, Даву, это был самый настоящий перформанс, первый акт. И мы с тобой вляпались в самый центр его вонючей кучи.

Подошла медсестра, и Лара устремилась к койке. Ну вот, насмотрелась и наслушалась – просто класс.

… Сежа и Даву вернулись с прекрасно имитированными, давно отработанными улыбками на лицах. Лариса и виду не подала, что подслушивала. Она обложилась газетами и журналами и отпустила парней отдохнуть.

Они пытались спорить, ссылаясь на приказ Марго, но Лара отговорилась тем, что полиция уже выставила охрану у ее палаты.

Наверняка, оставшись одни, Даву и Сежа состроят гримасы и прокомментируют «королевскую щедрость» капризной принцессы. Плевать. Нужно думать, как вернуть себе прежнюю жизнь, а не рассеивать фокус на всяких недооцененных гениев.

Прежде всего, Лариса прочитала дату выхода последнего выпуска газеты «Вестник Лондрака». Месяца не было, лишь цифры – «16», «09» и «1023».

Шестнадцатое сентября тысяча двадцать третьего года? От какого события? А тысяча лет куда испарилась? Что это за мир такой, где на обложке журнала из-под фотографии рыжего подростка вопит заголовок «Наследник Ол-Форееров доказал наличие Дара! Юный Петрен продемонстрировал владение магией перемещения предметов! Семья в восторге».

И вот еще, на второй странице: «Съезд магов Ландрака. Доклад Фейта Вельдрада: Странники – легенды или реальность?»

Но больше всего пресса изобиловала фото с показа коллекции знаменитого модельера Ирмаса Форье. В центре сенсации, разумеется, находилась рухнувшая на подиум Лара Бэклер, топ-модель агентства «Райские птицы». Известным агентством владела упомянутая блондинами Марго Лореер, она же ведущий кутюрье дома мод «Наследие Лореер».

– Семейный бизнес, старые деньги, – пробормотала Лара, покосившись на букет роскошных роз на прикроватной тумбочке. – Ну-ну.

Газет и журналов было много, и Лариса по давней привычке сначала отделила внятные издания от откровенной желтушки.

«Таинственный сталкер снова атакует!», «Кто отравил Лара?», «Жертва преследования или наркоманка?», «Врачи борются за жизнь самой красивой модели Лондрака: есть ли надежда?», «Полиция: мы не можем ни подтвердить, ни опровергнуть версию о новой атаке «Косаря»», – кричали журнальные заголовки.

Пришлось еще раз разделить материал: в одну стопку отправилась пресса, в которой внимание акцентировалось на действиях таинственного преследователя, в другую – то, что помогло бы пролить свет на личность девушки, в теле которой сейчас находилась Лариса.

Самая подробная статья о Лара Бэклер была опубликована в журнале «Сплетник».

Родители будущей звезды подиума погибли в автокатастрофе, когда ей было восемь. Семья дяди девочки взяла ее на воспитание. Бэклеры жили очень скромно и не могли позволить хорошую школу для приемной дочери.

В новом классе успеваемость девочки резко упала, Лара начала прогуливать уроки, ей грозило исключение. Ее отношения с приемными родителями резко испортились. Будущее сироты оказалось под угрозой.

Однако в четырнадцать на нее обратил внимание известный режиссер коммерческих роликов. Девочка увидела объявление в газете, пришла в парк, где снималась реклама мороженого, прошла отбор и с блеском сыграла маленькую роль юной покупательницы.

Лара заметили. Посыпались предложения о съемках в рекламе, сериалах и телепередачах для подростков. На девочку обрушилась популярность, в интервью журналу «Мода и стиль» она признавалась, что поклонники не дают ей спокойно жить.

Благодаря заработкам юной звезды, материальное положение семьи заметно улучшилось. Бэклеры переехали в новый дом в столице, с охраной и защитой от внимания посторонних, Лара окончила школу заочно и поступила на курсы актерского мастерства и в танцевальную школу.

Красота Лара и ее заметные актерские способности привели девушку в мир моды. В шестнадцать она снялась в рекламе духов, а в семнадцать покорила первый подиум. Два года назад модель освоила инфоток, и ее видеопоток стал одним из самых известных и посещаемых в стране.

– Видеопоток? – озадаченно пробормотала Лариса, рассматривая фото с улыбающейся Лара, держащей в руках золотую пластину. На пластине сияла надпись «миллион подписчиков, две тысячи роликов», что напомнило Ларисе о популярном в ее мире стриминговом портале. – Ты что, еще и блогерша ко всему прочему?! О нет! Только не это!

Тем не менее ночью Лариса спала как убитая. Ужин оказался легким, но вкусным. Желудок перестал ныть, хотя периодически недовольно бурчал.

Утром явились «двое из ларца».

Даву достал из кармана необычный овальный смартфон, скользнул пальцами по экрану, и над мобильным соткалась самая настоящая голограмма. Лариса увидела лицо темноволосой женщины с сурово поджатыми губами. Та кивнула: