Некромантия для чайников

– Конечно, – я шмыгнула носом, – У него из пасти капало что-то.

– Так вот почему ты не высвободила силу. Это был не страх, – он как-то неприятно усмехнулся, вытер мне слезы, поднялся сам и поставил на ноги меня, придерживая за плечи, – Обыкновенная брезгливость.

– Да, мне было противно, – у меня от злости кулаки сами собой сжались.

Его взгляд скользнул вниз, и лицо вдруг переменилось. Магистр коснулся разорванной одежды и с тревогой произнес:

– Так он все-таки задел тебя. Больно?

Вот мрак! Рана, он увидел мою рану!

Осторожно натянула остатки рубашки и прикрыла ранение.

– Ерунда, – пробормотала, растеряно прикрываясь ладонями.

– Да нет, там не ерунда. Прости, что так вышло.

– Вы и так спасли меня… – поблагодарила, неловко отводя взгляд.

– Ну… да, – как-то неуверенно согласился магистр, – Нужно возвращаться. Далуса я допрошу в лаборатории, – и он кивнул на полуживого мертвеца, лежащего в неестественной позе.

Неупокоенный едва шевелился, пытался ползти, но это больше походило на конвульсии. Весь в земле, посеревший и разбухший, из его рта лилось что-то белое, кожа на руке лопнула, и там копошились мелкие черви. Я сделала пару шагов назад, желудок подкатил к горлу, отвернулась к кустам и тут же лишилась недавно съеденного пирога с иртымом.

– Ну что ж ты, – раздосадовано произнес магистр, глядя на меня.

Оторвала от рубашки лоскут и вытерла лицо, обернулась к магистру, и картина, которая предстала передо мной, вызвала новый приступ тошноты. Лорд бережно поддерживал умертвие, положив одну его руку себе на плечо. Мертвец неуверенно перебирал ногами и двигался по направлению ко мне.

– Лорд Эрсиэ, – я сделала еще шаг назад, – Вы его с собой возьмете?

– Да, – недовольно заявил магистр, делая вместе с умертвием шаг ко мне, – И ты мне поможешь его дотащить.

– Неееет! – жалобно протянула, отступая к зарослям.

– Дааа, – наступал магистр, – Или я немедленно отправляю тебя в Аринкай.

– Ну, пожалуйста! – взмолилась я, – Он же воняет.

– От тебя сейчас пахнет не лучше. Берись с другой стороны и потащили. Это всего лишь человек, Дайренн, – он подошел еще ближе, а отступать уже было некуда, – Не стесняйся. Маг должен обладать даже не железной, стальной волей.

Я задержала дыхание и сделала шаг к магистру, на мертвеца старалась не смотреть.

– Умница, Дайренн, – И магистр положил вторую руку мертвеца мне на плечи.

Просто не думать, не думать об этом и идти. Смотреть под ноги, на зеленую травку, на торчащие из-под земли корни, пальцы. Пальцы?! Я снова взвизгнула, подпрыгнула, но не смогла выпутаться из-под руки мертвеца.

– Ну что еще? – недовольно поинтересовался магистр.

– Пальцы! Там в земле пальцы! – сдавливая рыдания, выкрикнула.

– И что? Это Уранов лес, тут везде пальцы, руки. Смотри вперед, недолго осталось.

Да уж, не долго. Эта дорога покажется мне вечностью.

***

Особенно тяжелым оказался подъем по ступеням к замку. Мертвец все время поскальзывался и спотыкался. Несколько раз сама чуть не свалилась, но магистр успевал подхватывать нас обоих. И только благодаря его реакции и силе обошлось без травм. Вообще, мне показалось, он с легкостью и сам бы дотащил мертвеца, а требование помощи было ничем иным, как попыткой поиздеваться. Да, я брезглива, но можно ведь было обойтись без таскания на мне трупов не первой свежести?

Едва дойдя до замка, хотела бежать в ванну, чтобы смыть себя вонь и гниль мертвецов. Подождала, пока магистр передаст нашу находку своим ручным неупокоенным, и уже сорвалась с места, как лорд Эрсиэ остановил меня, придержав за плечо.

– Ты куда?

– Мыться.

– Сначала я должен тебя осмотреть, – и мягко, но настойчиво продолжал удерживать.

– Только приму душ, – возразила, потом презрительно взглянула на грязную рубашку магистра и выдала, – Да и Вам не помешало бы.

– Брезгливая, – скривился он, – Иди уже, – смилостивился лорд, – Переоденусь и залечу твою рану. Не болит?

Я помотала головой, потом все же соврала:

– Совсем чуть-чуть.

И сорвалась с места. Одежду сбросила еще в холле, благо в моей части замка даже мертвых не было, и полностью обнаженной залетела в ванну. Одним душем не ограничилась, лишь сначала смыла грязь, а потом разнежилась в теплой воде. Но долго блаженствовать мне не дали. В дверь постучали:

– Дайренн, не рекомендую принимать ванну до осмотра, – менторским тоном произнес магистр, – Пять минут, и я вхожу.

– Вот, мрак, – еле слышно пробормотала, выныривая из воды. С него станется, войдет, несмотря на то, что дверь заперта на щеколду.

Наспех вытерлась, накинула мягкий, свежий халатик и вышла. Магистр также успел привести себя в порядок. Волосы были влажными после душа, а одежда чистой и, как всегда, изысканной. Легкая туника с тонким золотым поясом и бархатные брюки. Лаконично и дорого.

– Раздевайся, – приказал магистр.

– Нет! – я покраснела и сделала шаг назад.

– Послушай, – он сделал шаг ко мне, бесшумно и угрожающе, – У меня мертвец ждет в холодильном шкафу, – еще шаг ко мне, – Ему предстоит сделать сложную операцию, чтобы заставить говорить, – и еще шаг, – И я не собираюсь тратить время на уговоры маленькой брезгливой девочки, – он схватил за ворот халатика и рванул так, что пуговицы отлетели, – Ох, мрак, – его лицо разительно переменилось, когда взгляд опустился на грудь. И это было вовсе не восхищением красотой моего обнаженного тела, собственно, самого интересного он и не увидел, я придержала халат. Во взгляде нечеловеческих глаз было удивление с толикой страха.

– Пустите, – пискнула я.

– Чем он тебя так? – словно не слыша меня, продолжил магистр, – Он должен был только одежду порвать. Я ведь все контролировал. Он не мог. И оружия у него не было. Как ты вообще рукой шевелишь? Тут и ключица задета, а может в сердце осколки попали, легкое… – и странный, полный непонимания взгляд на меня. А до меня вдруг начало доходить.

– Должен был только одежду порвать?.. – не своим голосом произнесла, – Должен был?! Вы это специально! – из глаз брызнули слезы, – Вы натравили эту тварь! На меня! Ненавижу!

Я со всей силы толкнула магистра, вырвалась и заперлась в ванной. Села прямо на пол, прислонившись спиной к двери, уткнулась лицом в колени и зарыдала в полную силу. В голове не укладывалось, как магистр мог так поступить со мной? А я-то еще и благодарна была за спасение. Покойника тащить помогала, глупая. Ненавижу! Найду лечение и уйду к тьме подальше! Пусть сам со своими мертвяками управляется!

– Дайренн, – послышался голос лорда, – Позволь помочь. Я не хотел, правда.

– Идите в мрак!

Не хотел он, как же. А чего тогда хотел? Это не обучение, а сплошное издевательство. Теперь понимаю, почему в Аринкае некромантия под запретом. Мерзость это, вот и все.

И тут я упала назад, не прекращая рыдать. Дверь, которую я подпирала собой, вообще-то открывалась внутрь, но магистр просто вырвал ее вместе с косяками и частью стены. Лицо его исказил гнев, глаз засиял желтым огнем, губы сжались в линию.

– Ты – некромант, а не принцесса, – зло прошипел лорд, а потом схватил перепуганную меня, перекинул через плечо, как мешок с картошкой и понес куда-то по темным лабиринтам.

Я визжала, избивала его кулаками, но магистр абсолютно не реагировал, будто я вообще не живой человек. Конечно, привык иметь дело с умертвиями, вот и ко мне относился так же.

Лорд пинком открыл незаметную дверь и меня ослепил яркий свет, а потом магистр довольно грубо бросил меня на стол так, что я больно ударилась позвоночником.

– Рекомендую перестать сопротивляться, – произнес он и влил мне в рот какую-то противную жидкость, – Впрочем, и так сейчас перестанешь.

Я закашлялась, часть выплюнула, попыталась встать, но мир вокруг вдруг задрожал, закружился.

– Что это? – на удивление спокойно спросила, не переставая держаться за стол.

– Мак, – ответил магистр.

А я знала, что такое мак. Его используют во время операций. Маковое масло обезболивает, но не всегда лишает сознания. Зато лишает воли. Вот и я покорно распласталась на столе, не обращая внимания на то, как магистр проводит пальцем по краю раны, касается металлическим предметом кости. Слышу, как там что-то хрустнуло, но мне совершенно все равно.

– Если бы не знал наверняка, решил бы, что ты неупокоенная.

– Почему? – спросила равнодушно.

– С такими ранами не живут. И чем он тебя так?

– Это не он, – вдруг ответила, хотя сознаваться совершенно не собиралась.

– А кто же? – удивленный взгляд из-под чуть приподнятых бровей.

– Давно еще на штырь напоролась. С тех пор не заживает, – голос звучал как чужой.

– У лекаря была?

– Да. Бесполезно.

– Болит?

– Совсем нет. И не мешает.

– Почему сразу не сказала?

– Не хочу в лепрозорий.

– Это не лепра. Я зашью рану, сращу кость. Но с тобой что-то не так.

– Не так, – согласилась.

В его руках мелькали блестящие золоченые инструменты, кажется, он даже что-то резал, потом зашивал, с кончиков пальцев струился странный зеленоватый свет, что-то хрустело и хлюпало. Но не было ни страха, ни боли, ни даже брезгливости, когда увидела его окровавленные руки. Просто отметила про себя, пахнут они не очень. А потом, кажется, провалилась в сон. Приятный и безмятежный, несмотря на ситуацию.

***

Постель была похожей, но определенно не моей. Кровать немного больше, хотя, казалось бы, куда больше-то? Я лежала в коконе из одеял, очень плотно завернутая, даже не сразу удалось выбраться. Но когда выпуталась, меня ожидал еще один сюрприз. Рядом лежал магистр. В одной постели! С обнаженным торсом, в одних брюках!

Это был шок посерьезней натравленного на меня умертвия. Магистр лениво потянулся, приоткрыл один глаз с сияющим знаком и с улыбкой произнес:

– Проснулась? Как себя чувствуешь?

– Н-нормально, – ответила, а потом все же возмутилась, – Как Вы посмели?!

– Что на этот раз? – раздраженно спросил он, и улыбка с его лица исчезла.

– Притащить меня в свою постель! – хотела встать, скинула одеяло, но тут же завернулась в него снова, так как на мне было одно белье. Лорд заметил мое смущение и усмехнулся, зло и надменно:

– Не хотел, чтоб ты сдохла.

Слов не нашлось, только хватала ртом воздух.

– Или ты и меня брезгуешь? – улыбка его стала какой-то порочной, – Ничего предосудительного я с тобой не сделал. Пока что.

– Что?!

– Что слышала, – он приблизился, – Рану я обработал и зашил, – еще ближе, – И, если ты сама мне все не расскажешь, тебя ждет допрос с пристрастием.

Совсем близко, на расстоянии дыхания, и этот пристальный взгляд, от которого холод по телу и сердце учащает пульс. Меня пробрала дрожь. Лорд Эрсиэ поднял руку, будто желал прикоснуться к моему лицу. Но вдруг замер. Передумал, отстранился и вообще встал с постели. Накинул лежащую на стуле рубашку, и вполоборота бросил мне:

– Одевайся. Платье найдешь в шкафу, – затем вышел из спальни.

А мне вдруг стало любопытно, откуда у магистра в шкафу женские платья? Выбрала самое простое и скромное. Что-то мне не очень понравились его намеки.

Магистр никуда не уходил, как оказалось, ждал за дверью. Сунул мне в руки чашку чая. Сделала глоток, немного взбодрилась, но затем он чашку отобрал и произнес:

– Идем, времени мало.

И снова повел тайными путями через темные лабиринты, на ходу допивая мой чай.

– На допрос? – спросила я, – С пристрастием?

– Так хочешь с пристрастием? – усмехнулся магистр.

– Нет, – честно ответила.

– Идем оживлять мертвеца. Он со вчерашнего дня в холодильном шкафу пылится.

– Гадость, – высказала свое мнение.

– Ничего, привыкай. А потом допрос.

– С пристрастием? – голос вместо испуганного, прозвучал с издевательскими нотками.

– А ты начинаешь мне нравиться, – а потом остановился, посмотрел на меня фиолетовым глазом и спросил, – Тебе лет сколько?

– Семнадцать, – немного соврала я, но потом исправилась, – Будет.

– Лет через пять? – рассмеялся лорд Эрсиэ.

– Нет. Раньше, – я смутилась.

– Жаль. Маленькая совсем. Не играй со мной, ладно? – развернулся и пошел вперед.

А я пыталась понять, что он имел в виду? Внутри поселилось смятение. Я была страшно зла на магистра за нападение мертвеца, за ночевку в одной постели, за угрозы допросом с пристрастием, но в то же время он вызывал неведомые ранее ощущения. Сразу и не понять, плохие или хорошие. Порой он смотрел на меня так, что хотелось расплыться в улыбке и в то же время провалиться под землю. Может быть, дело в нечеловеческих глазах, что неверно отражают его мысли, а может, я просто сама себе выдумываю.

***

Потайная дверь распахнулась, ослепляя ярким светом. Не таким, как солнце, а словно луну усилили стократно. И я узнала этот свет. Здесь магистр обрабатывал мою рану. К слову, теперь вместо рваной дыры мою грудь украшала аккуратный шов.

Когда глаза привыкли к свету, разглядела стол, на котором я имела сомнительное удовольствие возлежать, еще несколько столов, на которых лежали инструменты, два больших шкафа и стальная ванна.

– Знакомое место? – шутливым голосом произнес магистр, а я кивнула, – Мертвяка уже помыли и заперли в холоде. Поможешь?

Помогать совершенно не хотелось. Слишком свежи были воспоминания о вчерашнем дне. Но хотя бы нести мертвеца сегодня меня не заставили. Магистр сам открыл один из шкафов, повеяло холодом, а затем без усилий, на вытянутых руках вытащил покойника.

Труп был водружен на стол. Тот самый стол, на котором я лежала! Ох, мрак, сколько же еще мертвецов лежало на этом месте до меня? Надеюсь, стол хотя бы протирали.

– Не кривись, – строго, но с улыбкой сказал магистр, – Подойди ближе.

Подошла осторожно, делая шаги как можно меньше, неосознанно оттягивая неизбежное. Труп выглядел гораздо лучше, чем вчера. Его действительно вымыли, запах мертвечины почти не ощущался. Магистр протянул мне кожаный передник, как у мясника, и сам надел такой же. Мертвец вяло шевелился и тихонько постанывал. Мне его даже жаль стало.

– Итак, – начал магистр голосом ректора, – Сейчас мы восстановим голосовые связки, а затем активируем остатки ментального тела, – и он вооружился кривым ножом, – Мертвец у нас не ощущает боли. Некоторые ощущают, но это не тот случай, нервные волокна уже не передают импульсов. Их еще можно восстановить, но нас сейчас интересует только доступ к памяти и речь. Память содержится не в физическом теле, и даже не в ментальном. Память – это прошлое. И вот ментальное тело способно заглянуть в прошлое. И пока тело еще свежее, мы можем заставить его вспомнить свои последние дни. А теперь смотри, постарайся не отворачиваться, а будет тошнить, ведро под столом.

Магистр принялся чертить на горле мертвеца какие-то знаки, они слабо вспыхивали и разглядеть, что именно он чертит, не представлялось возможным. Но в конце неупокоенный замолчал и только ногой слегка подрыгивал. А затем некромант взял тонкий изогнутый нож и разрезал несчастному горло.

Нет, противно мне не было в этот раз. Но стало изрядно не по себе. Когда нож вот так легко разрезает кожу, видны окровавленные края, какие-то тонкие кости внутри, нельзя оставаться спокойным. Меня начало мелко потряхивать. А лорд Эрсиэ, бросив насмешливый взгляд, продолжал потрошить покойника. Снял ткани с нижней челюсти, оставив лишь кости, отделил находящуюся в горле трубку.

– Видишь? – показал он мне две трубки, одну мягкую, как кишку, а другую с хрящами, – Это трахея и пищевод. Пищевод ему уже не понадобится. Мертвые ведь не едят. А вот трахея для голоса нужна.

– А разве умертвия не пьют кровь?

– Иногда пьют. Но желудок тут не при чем. Кровь содержит жизненную силу. Ее и пить не обязательно, достаточно соприкосновения. Но зубами эту кровь проще добыть. Поэтому и, кажется, что живые мертвецы едят людей, – от его спокойного голоса, произносящего ужасные вещи, внутри все переворачивалось

Убрав все лишнее, магистр принялся ощупывать горло изнутри, его длинные пальцы с черными ногтями скользили по тонкой мембране и коротко озарялись зеленоватым светом. Я такое видела у целителей, но мертвые тела восстанавливать они не могли. У магистра же мембрана становилась светло-розовой, более плотной.

– Это и есть голосовые связки, – пояснил магистр, – Почти без повреждений, нам повезло. А вот язык сильно распух, – он вытолкнул пальцами синий язык, запавший в горло, – Речь будет неразборчивой.

Легким движением руки магистр вернул трахею на место, а вот пищевод обрезал и бросил лишнее на пол. Потом взял изогнутую иглу и шелковую нить.

– Смотри, я прошиваю, ты завязываешь узелок.

Руки начали дрожать сильнее. Ох, мрак, он хочет, чтобы я касалась этого мертвеца! Нет, хоть он и помыт, но все равно ужасно противно.

– А можно я просто посмотрю? – робко предложила.

– Нельзя, – злая усмешка, – Ты – некромант, а не кисейная барышня, – он проткнул ткани с характерным скрипом, – Давай, берись за ниточки.

Осторожно, двумя пальчиками берусь за шелковую нить, задерживаю дыхание, судорожно соображая, как бы затянуть узелок, не касаясь мертвеца.

– Глаза открой, – скомандовал магистр. А я и не заметила, как зажмурилась. Глубоко вдохнув, открываю глаза, быстро завязываю узел и затягиваю.

– Все? – испугано смотрю на магистра.

– Еще штук двадцать стежков и все.

– Ох, мрак, – из груди вырвался стон.

Стежков было не двадцать. Их пришлось сделать штук сто, не меньше. В двадцать стежков только трахею пришивали. А потом еще мышечную ткань, кожу. Косметические швы магистр делал уже сам. Получилось очень даже ничего, почти незаметно, мне даже понравился результат. Потом магистр снова чертил на его теле символы, коротко вспыхивающие синим огнем, читал заклинание нараспев. Интересно, что видеть знаки я могла как с открытыми, так и с закрытыми глазами. В конце заметила, как тело оплела зеленоватая паутинка, магистр приложил руки ко лбу мертвеца, тело вздрогнуло и открыло красноватые глаза.

Инстинктивно отшатнулась, чем вызвала очередную усмешку лорда Эрсиэ.

– Поздравляю с первым неупокоенным, – произнес довольный магистр.

Мне же было не до веселья, покойник, кряхтя, поднялся и теперь испуганно озирался по сторонам.

– Мне бы руки вымыть, – жалобно попросила.

– Успеешь. Давай поговорим с ним, – затем обратился к умертвию, – Ну, приветствую, Далус. Кто тебя убил?

– Нэ жнаю, – произнес покойник, слова звучали хрипло и давались ему с трудом.

Магистр вдруг взял нож и полоснул себе по венам. Меня передернуло, а лорд Эрсиэ занес руку над мертвецом, и ему на голову полилась темная, густая кровь. Неупокоенный прикрыл глаза и начал раскачиваться.

– Обычно для этого используется ученик, – магистр хитро прищурился, а я отступила от стола. Неужели он собирался кормить мертвеца моей кровью? Жутко и одновременно противно.

Магистр убрал руку, и рана на глазах затянулась. Даже шрама не осталось. А неупокоенный открыл глаза, вздохнул, по привычке, видимо, и заговорил:

– Ахисс. Скажжжите Ахисс, что я убит, – медленно, но уже гораздо лучше произнес мертвец.

– Кто тебя убил? – повторил вопрос магистр.

– Мастер Келло. Я должен был передать мастеру Келло ключ.

– Какой ключ? Что за мастер Келло?

– Я знала одного мастера в Аттаранте, – вспомнила вдруг, – Его имя Акеллино Дервант, но все звали его Келло.

Магистр удивленно приподнял бровь, глядя на меня.

– Ключ. Он забрал ключ, – мертвяк застонал.

– Кто? Мастер Келло? – спросил лорд Эрсиэ

– Нет. Другой, – ответил неупокоенный.

– Кто – другой?

– Его не знаю. Не человек.

– Умертвие?

– Нет. Живое.

– Что за мастер Келло? – магистр снова повернулся ко мне.

– Мастер Келло делал туфельки, – ответила, но голос звучал как-то неестественно.

– Туфельки? – удивление и растерянность на лице магистра меня позабавили.

– Туфельки, – подтвердила, – У него были самые удобные туфельки в Империи, и его пригласили делать туфельки для дочерей столичных аристократов. Там какая-то магия у него была. Но туфельки и впрямь были очень удобные. Как раз для детей подходили.

– Ты хорошо его знала?

– Мне он казался добрым. Приходил замерять размер ноги раз в три месяца. А потом приносил туфельки.

– У тебя хоть одни остались?

– В доме дяди может и сохранились. Когда мы переезжали, туфельки были на мне. Но потом я из них выросла.

Магистр как-то совсем по-доброму мне улыбнулся.

– Детские туфельки, значит, – а после повернулся к мертвецу, – Расскажи про ключ.

– Меня просили сделать ключ. Принесли слепок. Денег много заплатили. Знал, что нехорошее дело. Но я отлил ключ. Принес Келло. Но он не пришел. Другой. Не знаю его. Пришел и забрал ключ. Дальше земля. Холод. Страшшшно.

– Ключ мастер Келло запросил?

– Да.

– Обувных дел мастер? – решила уточнить я.

– Не знаю. Старый. Седой.

– Похож по описанию, – подтвердила я.

– Как выглядел этот другой?

– Страшшшный. Очень страшный. Нечеловек.

– Мастер Келло передал тебе слепок на той же поляне?

– Да.

– Это был морок. Никакого второго там не было. Я бы ощутил. Туда приходили лишь двое. Далус и Келло. Непонятно, зачем потребовалось закапывать тело.

– Его закопали, чтобы мы допросили, – предположила.

– Поясни? – магистр изобразил недоверие и любопытство.

– Он должен был рассказать о том, кто его убил. Сейчас мы бы искали демона.

– А если Келло и допросили бы, он мог сказать, что опоздал на встречу. Демона отыскать практически невозможно. Да и связываться желающих мало.

– Зачем вообще понадобилось убивать Далуса? Он ведь выполнил свою работу, – мне стало очень неприятно. Мастер Келло казался добрым, приходил с гостинцами, рассказывал смешные истории и вдруг убил человека. Дикость какая-то. И Далуса жалко. И Ахисс.

– Затем, чтоб мы демона искали, – повторил мое предположение магистр.

– А ключ? Отчего мог быть этот ключ?

– Далус, – обратился лорд к мертвецу, – У тебя форма осталась?

– Нет. Забрали.

– Я думаю, мертвеца можно упокоить, – произнес магистр.

– Подождите, – возразила я, – Магистр, когда Теньяр должен был вернуться к Вам?

– На третий день полнолуния после середины лета.

– А когда Вы в первый раз встретились с мастером Келло? – обратилась я к умертвию.

– Второй день полнолуния после середины лета.

– Нет, не сходится, – пробормотала.

– Дайренн, с Тенем произошел несчастный случай. Его не было на той поляне.

– Просто подумала, что он мог оказаться свидетелем встречи мастера Келло и Далуса.

– Человек бы не убил его. Только неупокоенные и большой группой. Не ищи тайн там, где их нет, – зло произнес лорд Эрсиэ.

– Мы должны найти Келло, пока он далеко не ушел. Убийство случилось вчера, значит он еще близко.

– А с чего ты решила, что я стану искать его? – усмехнулся магистр, – Это не мое дело. Передам письмо императорской страже. Пусть хватают этого придворного башмачника. Я не сыскная стража. Ахисс просила найти мужа. Я нашел. А эти интриги мне совершенно неинтересны. У тебя больше нет вопросов? – в голосе чувствовалась усталость и злость.

– Нет, – ответила, хотя могла бы спросить еще много чего.

Я была не согласна с магистром, в голове крутились мысли, отчетливо казалось, что смерть Теня и Далуса как-то связаны. Но почему магистр упорно утверждает, что это был несчастный случай? И почему не хочет поговорить с мастером Келло? Неужели совсем не любопытно?

– Тогда упокаиваем, – магистр положил руку на лоб мертвеца, – Ступай за грань и не думай вернуться.

Свет мертвых глаз погас, веки медленно опустились, и тело безвольно рухнуло на стол. Теперь он был мертв окончательно.

– Тело выдадут Ахисс, – произнес магистр, – А мы идем завтракать, – он стащил с меня передник, подхватил под руку и поволок за собой.

Завтракать, как же, хоть бы руки помыть дал.

***

Нехорошее предчувствие посетило меня, когда поняла, что идем мы не в трапезную, а прямиком в покои магистра. Находиться в его спальне было не слишком приятно, при взгляде на кровать щеки вспыхнули, а сердце ускорило бег.

Магистр прошел через комнату, отбросил портьеру и вышел, как я подумала, на балкон. Что ж, я тоже любила завтракать на балконе. Но за дверью находился не просто балкон, это была оранжерея. А точнее, целый сад под стеклом. Солнце растекалось медовым светом на изогнутых стеклах, просачиваясь тягучими каплями, разливаясь по яркой зелени. Необычные цветущие деревья. Слишком крупные желтые цветы, даже неестественно как-то смотрится, но мне понравилась эта фантастическая красота сада. Чуть поодаль журчал фонтанчик. Оранжерея разительно отличалась от мрачной готической комнаты. И мне нравился этот контраст.

Посреди крытого сада стоял небольшой восьмигранный столик на высокой ножке и один стул. Магистр молча вышел и принес еще один. Для двоих столик был тесноват, но лорда Эрсиэ, кажется, все устраивало. Он щелкнул пальцами и на столе появились два блюдца с пудингом и вино. Мне не слишком понравилась идея пить вино на завтрак, но магистр уверенно разлил алую жидкость по бокалам.