Грани сексологии 3. Сладкий яд

– Билет номер семь… Вопрос первый. Многогранный образ Анны в романе Льва Николаевича Толстого «Анна Каренина», – тихо произнёс он.

Преподаватель вспыхнула ещё сильнее от воспоминаний о том дне, когда Максим впервые посредством интерпретации этого романа признался ей в своих чувствах и тот спор, который возник у них тогда.

– Можно я отвечу без подготовки, уважаемая Кристина Валерьевна? – блеснули его глаза, в то время как сама девушка чуть шею не свернула, пытаясь заглянуть в его билет, чтобы удостовериться, действительно ли по непонятной им обоим случайности ему выпал именно этот вопрос.

Но Максим виртуозно уворачивался, посмеиваясь над её неловкими попытками, которые только ими и остались. Ну не верила она в такие совпадения и больше склонялась к версии, что он сейчас намеренно вводит её в заблуждение, а вот зачем – это ей только предстоит узнать.

– Конечно можно, – сглотнула девушка и издала еле слышный стон то ли удовольствия, то ли нетерпения, но Максим услышал и придвинулся ещё ближе к своему преподавателю.

– Я придерживаюсь концепции самого писателя, что госпожа Каренина поступила дурно по отношению к своей семье, заставив страдать не только своего мужа, но и маленького сына, жертвуя ими в угоду своей страсти.

– И откуда такая резкая перемена во мнениях, Чернышёв? Не думали ли вы совсем иначе некоторое время назад, – еле слышно прошептала она, приятно щекоча кожу шеи парня своим дыханием. – Даже интересно, что так смогло повлиять на такие резкие перемены? Хотя можно угадаю, тогда вы считали, что я замужем, и свободные отношения были вам на руку. Отсюда ноги растут?

Кристина в открытую посмеивалась над ним, будучи теперь точно уверена, что в билете номер семь отродясь не было этого вопроса.

– Да, именно, догадливая вы моя… потому что я жуткий собственник, – придвинулся он еще ближе к ней.

Их губы почти соприкоснулись и между ними образовалось расстояние не больше пары миллиметров.

– И планирую в самое ближайшее время стать вам законным мужем, одним единственным и на всю жизнь. Вы моя семья, Кристина Валерьевна… моя тихая гавань… Я люблю вас всем сердцем и с этого дня хочу проводить с вами семь дней в неделе, не расставаясь ни на минуту…

– Как больно, милая, как странно,

Сроднясь в земле, сплетясь ветвями,-

Как больно, милая, как странно

Раздваиваться под пилой.

Не зарастёт на сердце рана,

Прольется чистыми слезами,

Не зарастёт на сердце рана –

Прольется пламенной смолой…

Его монолог подхватила Кристина:

– Пока жива, с тобой я буду –

Душа и кровь нераздвоимы, -

Пока жива, с тобой я буду –

Любовь и смерть всегда вдвоём.

Ты понесёшь с собой повсюду –

Ты понесёшь с собой, любимый, -

Ты понесёшь с собой повсюду

Родную землю, милый дом.

– Но если мне укрыться нечем

От жалости неисцелимой,

Но если мне укрыться нечем

От холода и темноты?

– За расставаньем будет встреча,

Не забывай меня, любимый,

За расставаньем будет встреча,

Вернёмся оба – я и ты.

И вновь перехватил Максим:

– Но если я безвестно кану –

Короткий свет луча дневного, -

Но если я безвестно кану

За звёздный пояс, в млечный дым?

– Я за тебя молиться стану,

Чтоб не забыл пути земного,

Я за тебя молиться стану,

Чтоб ты вернулся невредим.

Трясясь в прокуренном вагоне,

Он стал бездомным и смиренным,

Трясясь в прокуренном вагоне,

Он полуплакал, полуспал,

Когда состав на скользком склоне

Вдруг изогнулся страшным креном,

Когда состав на скользком склоне

От рельс колеса оторвал.

Нечеловеческая сила,

В одной давильне всех калеча,

Нечеловеческая сила

Земное сбросила с земли.

И никого не защитила

Вдали обещанная встреча,

И никого не защитила

Рука, зовущая вдали.

С любимыми не расставайтесь!

С любимыми не расставайтесь!

С любимыми не расставайтесь!

Всей кровью прорастайте в них -

И каждый раз навек прощайтесь!

И каждый раз навек прощайтесь!

И каждый раз навек прощайтесь!

Когда уходите на миг!***

Кристина задохнулась от силы тех чувств, что плескались в глубине его глаз бурным потоком огненной лавы, а в следующий миг Максим сорвался, плотно прижав их дрожащие тела, сделав единым целым, и вонзился в рот девушки голодным и даже немного грубым поцелуем. Руки его были везде и сразу, а сама она уже сидела попой на столе, даже не воспринимая происходящую вокруг действительность. Тот момент, когда парень поднял ее в порыве страсти и посадил, вклинившись между её разведённых ног, вообще не отложился в памяти, напрочь сорвав им обоим башню. Они были готовы заняться сексом на виду у всего ВУЗа, если учесть, что дверь в аудиторию так до сих пор и не была заперта, а ключ так и лежал одиноко на полу…

Эта стойкая принципиальная девушка, привыкшая думать всегда больше головой, чем следовать на поводу у своих чувств, которые не всегда во благо, впервые в жизни, считай, на глазах у всех потеряла контроль. Но не Максим, который любил, и любил по-настоящему, а это значит, ему надо было остановиться первому, чтобы не скомпрометировать самого дорогого человека и не поставить в неловкое положение или и того хуже, позволить окружающим обвинить Кристину Валерьевну в нарушении профессиональной этики.

– Надеюсь, ты тут закончила, и мы можем поехать ко мне? – дрожа всем телом, с трудом оторвался он от губ Кристины. – Я больше не могу, любимая… Не мучай нас обоих, я на грани взять тебя здесь и сейчас…

– Я согласна… поехали, – и не собиралась с ним спорить она, – только ведомость занесу в деканат.

– И я не уверен, что меня хватит на прелюдии… девочка моя, хочу так резко и глубоко войти в тебя, чтобы ты стонала и просила пощады…

– О Боже… – ещё сильнее задрожала Кристина, желая испытать это как можно скорее, нервно приводя свой внешний вид в порядок.

Через десять минут они уже отъезжали на его «Чернушке» с парковки университета. Сознание обоих – словно в тумане, а ощущение происходящего смазалось до состояния неверия: для Кристины это был как будто внезапно оживший сон, который она видела каждую ночь на всём протяжении периода их разлуки, а Максим просто был счастлив, что любимая по своей воле едет в его холостяцкую берлогу, из которой в ближайшие сутки он не намерен её выпускать. Одна его рука вела машину, другая наглым образом пробралась под юбку девушки и, сдвинув трусики, нетерпеливо и напористо ласкала её раскрывшийся бутон. Как же это её заводило… Бёдра невольно раздвигались сами, облегчая доступ к самому интимном местечко. В самый разгар лета, когда на ней минимум одежды, это было сделать легко, пока они двигаются в этом сумасшедшем потоке машин. Капельки пота катились по его лицу, дыхание стало рваным и прерывистым, доказывая им обоим, что они уже на грани…

«Чернушка», повинуясь воле Максима, влетела в какой-то пустой тенистый дворик и затаилась в самом неприметном уголке. Седоки выскочили не сговариваясь, молниеносно перебрались назад, и вот Крис уже быстро запрыгнула на Максима сверху, неловко расстёгивая ему ремень на джинсах. Когда вжикнула молния, парень приподнялся, чтобы девушка могла спустить с него штаны. При свете дня она не могла удержаться, чтобы не оценить и не рассмотреть его дружка, не потрогать бархатистую головку, а потом сжать ладонь вокруг твёрдого ствола и провести пару раз по нему рукой. Это было так приятно, что она не хотела останавливаться, лишь только совершать эти движения вечно, размазывая по всей поверхности головки капельку его возбуждения. Но в планы самого Максима совершенно не входило терять время на ласки, прелюдии и тому подобные шалости…

– Любимая я уже не могу сдерживаться, хочу тебя так сильно, что готов разорвать на мелкие кусочки! – задыхался от эмоций он.

Уже вовсю пробравшись к ней под длинную юбку, он разорвал на части тонкие трусики, тут же отшвырнув их в сильном нетерпении в сторону.

– Когда будем жить вместе, они тебе не понадобятся, будешь радовать мои глаза и ходить в чём тебя мать родила!

Кристина только кивнула, в ответ с нетерпением ожидая его пульсирующую плоть внутри себя. Максим зарычал и чуть с ума не сошёл, когда дотронулся до самого желанного местечка, попеременно то вставляя внутрь девушки два пальца, то поглаживая только вход, размазывая влагу по кругу, включая и тугую горошину между половых губ. Кристина привстала немного, чтобы ему было удобно проникать в неё как можно глубже, а потом сама взяла его член в руку и направила вглубь своего тела, плавно опускаясь на него до самого основания.

– Боже, да… – не сдерживаясь стонал Максим, изнемогая от тех эмоций, которые его буквально разрывали на части.

Он держал девушку за ягодицы, уже с особым остервенением вдалбливая её в себя что есть мочи, так он желал обладать ею… И вот это свершилось – она принадлежит ему вся без остатка, а он ей….

– Хочу их видеть… – расстегнул он пуговицы на блузке и стянул лифчик вниз, зарывшись лицом между двух грудей, сжимая их двумя руками и грубо, даже немного больно то посасывая и покусывая соски, то выкручивая их так, что Кристину буквально простреливало на месте от таких острых и необычных ощущений.

Пока он играл с её аппетитными шариками, Кристина прыгала на нём, вжимаясь как можно сильнее в него всей нижней частью своего тела, насколько это вообще возможно, целуя хищные губы, которые кусали её нежные чуть ли не в кровь. Им было мало, хотелось ещё сильнее, ещё глубже, ещё всепоглощеннее… Мимо проходили люди, проезжали машины, что-то происходило за пределами салона автомобиля, но для двоих влюблённых, скрытых плотной тонировкой окон, все исчезло, были только они, их бьющиеся в такт друг другу сердца, влажные от страсти и пота тела и ощущения, которые были настолько острыми, что они потерялись в этом жизненном круговороте, выпали из мира в свой долгожданный, только им принадлежащий космос, затерявшись там среди миллиарда звёзд и множества планет, создав свой собственный, в котором эти двое стали одним существом…

Оргазм ворвался внезапно, ненадолго оглушив и парализовав Кристину. Откинув голову назад, она несколько долгих секунд находилась вне пространства и времени, хватая ртом воздух, в котором растворились их стоны. Спазмы удовольствия медленно разливались по её телу, даря долгожданное удовольствие, в то время как Максим продолжал мощно на запредельной скорости скользить внутри девушки, пытаясь дотянуться до своего наслаждения. Кристина сильно впилась ногтями сначала в его плечи, потом в волосы, не жалея сил оттягивая голову парня назад, целуя его в шею, втягивая кожу внутрь своего рта, оставляя на ней свои отметины только ей принадлежащего мужчины. Она чувствовала от этих своих действий дрожь его тела и мелкие мурашки, которые сплошняком покрывали влажное от пота тело парня. Зубки девушки слишком сильно прикусили мочку его уха, что послужило окончательной кульминацией незапланированной здесь интимной встречи. Максим, сделав последний резкий толчок, замер где-то в самом эпицентре существа девушки, бурно кончая глубоко внутри. Пока он издавал серию громких протяжных стонов, она все сосала и сосала мочку его уха, продлевая его острое наслаждение… Горячее семя разливалось внутри тела Кристины, в то время как она сама так была переполнена нежностью и любовью к этому человеку, что чуть не расплакалась от наплыва таких сильных чувств. Это был самый яркий и счастливый миг, никогда она ещё в своей жизни не чувствовала себя лучше…

– Я люблю тебя… – сорвалось с губ признание, которое много месяцев было у неё на языке, но только сейчас коснулось ушей парня.

– Это правда? Ты правда меня любишь? – не до конца веря в происходящее спросил он Кристину, поглаживая подушечками пальцев её щеки, а глаза исследовали каждую чёрточку любимого лица, включая взлохмаченные волосы на голове, но никогда прежде она не казалась ему более прекрасной и желанной, чем сейчас.

– Да… давно люблю… – немного пьяной улыбкой улыбнулась она теперь уже с полной уверенностью своему парню. – Думаю, это случилось ещё до того дня, как мы стали изучать «Анну Каренину» Толстого. Сложно остаться равнодушной, когда ты всегда смотрел на меня так, как будто я смысл твоего существования, и в то же время так горячо и страстно, что я убегала после занятия к себе на кафедру вся в огне, но до конца не понимала, что со мной происходит…

Счастливый, немного безумный и шальной взгляд Максима был ей доказательством, как он и счастлив, и шокирован одновременно. Сломить броню этой девушки было непросто, но он все-таки смог… Сначала Максим ругал себя, что тогда пробрался в квартиру Кругловых и так некстати напоролся на ее сестру, но потом посмотрел на ситуацию с другой стороны и понял, что это только сыграло ему на руку. Кристина – собственница, собственно, как и он сам, и парень сделал ставку на то, что конкуренция в лице Алёны создаст вокруг его персоны ажиотаж, его возлюбленная запаникует и испугается его потерять, а значит, вопреки всем установкам и ограничениям, которыми она себя искусственно оградила, словно бронёй, примет свои чувства к нему и никогда никому не отдаст.

– Максим, – спрятала Кристина опять лицо у него где-то в районе шеи, – мне стыдно… На улице день-деньской, а мы тут не пойми чем занимаемся… дети вон вокруг бегают… Позор какой… И дай мне салфетки, ты меня залил всю…

– Не переживай, они тебя не видят, на стёклах тонировка, – успокаивал он её, но только зря старался.

– Ну и что, это не значит, что мне не стыдно! Я знаю об этом, и этого достаточно, – буркнула она до конца оставаясь правильной во всю голову училкой, тут же соскочила с него и начала быстро приводить себя в порядок, вытирая обильную сперму с бёдер и промежности.

В то же самое время Максим обслуживал себя, поглядывая на девушку, любуясь каждым её движением.

– Мы все пропахли сексом, мне нужно срочно в душ! – возмущалась она, так мило морща лоб и носик, что в следующую секунду он не сдержался и набросился на неё, зацеловывая каждый миллиметр ее кожи.

– Максим… перестань… мы так никогда отсюда не уедем… – хохотала Кристина, не в силах сдержать смех, такой он был непосредственный, как шаловливый ребёнок, до безобразия счастливый, с немного вмиг поглупевшим выражением лица и детской заразительной улыбкой.

– Даже не мечтай, что пойдёшь в душ одна, теперь я и твой шампунь, и твой гель и мочалка в придачу. Сам теперь буду тебя мыть… Даже не представляешь, как я мечтал об этом моменте…, – глаза его блеснули, а в самой их глубине вновь разливался огонь желания.

– Да, – ещё громче засмеялась она, представляя наглядно эти эротические игры в своём воображении, – и мы в душе будем проводить полдня, потому что, чувствую, одним мытьём ты не успокоишься.

– Какая догадливая…

– Да у тебя на лбу написаны все твои похотливые мысли, уверена, пока не воплотишь эти свои неуёмные фантазии в жизнь, не успокоишься.

– И не надейся, я никогда не успокоюсь… мне всегда тебя будет мало… Вы не представляете, какой я голодный до вас, Кристина Валерьевна… Будете много долгих лет отрабатывать каждый миг моих страданий по вам…, а лучше вечность…

– А ты моих, потому что я тоже не спала последние пару месяцев…

– Да, но только из-за своего бараньего упрямства и вредности… Кристина Валерьевна, вы просто безумно прекрасны, даже не мечтал заарканить в свои сети преподавателя, да ещё старше себя на пять лет и такую отличную, опытную наездницу… ммм… мне несказанно повезло…, – подтрунивал он над ней, за что получил шутливую пощёчину, а потом горячий поцелуй в губы.

Как ни просила Кристина, Максим все-таки уговорил девушку поехать сначала к нему домой. Его квартира была намного ближе от их нынешнего местонахождения, а им каждая минута была дорога. План был прост – помыться, привести себя в порядок и ближе к полуночи поехать к ней и провести эту ночь под крышей её дома. Завтра был день рождения Леры, Кристине нужно было быть у себя, чтобы нормально собраться и подготовиться. Максим не спорил, а молча согласился, да ему и без разницы было где, хоть под открытым небом или в этой очень даже удобной машине, лишь бы вместе.

Только открылась входная дверь, как Максим чуть ли не втолкнул Кристину в свою квартиру и сразу набросился на неё с таким неуёмным аппетитом, как будто между ними ничего не было минимум месяца три… Девушка даже вскликнула от неожиданности, но потом с такой же безумной жаждой во всем теле стала отвечать взаимностью. Одежда воздушным облаком никому не нужная и забытая валялась в районе прихожей, в то время как сладкая парочка мыла друг друга в душе, смывая со своих разгорячённых тел сперму, пот и утомление этого дня… Максим, раздвинув девушке шире ноги, направлял теплые струи воды ей между половых губ, нежно промывая эту часть тела, а губами терзал твёрдые соски грудей, которые у неё последнее время были очень чувствительные. При попытке погладить и Максима, руки девушки каждый раз беспрекословно возвращались голодным и ненасытным парнем на прежнее место вдоль её тела. Он хотел, чтобы она стояла перед ним вот такая: голая, беззащитная, разомлевшая, открытая для него и принадлежала только ему одному… Максим смотрел и не мог насмотреться…, трогал, гладил тело Кристины и ему было мало…, слушал стоны и упивался ими, как самой наисладчайшей в мире музыкой…

– Максим… – простонала Кристина в тот момент, когда он вволю наигрался с её грудью, упал перед ней на колени на мокрый пол душевой кабины и с громким рёвом вонзился губами в клитор, то быстро, то, наоборот, плавно и размеренно посасывая его…

Она никогда не испытывала ничего подобного, да и, сказать по правде, никто и никогда из мужчин не делал такое с ней. Запустив руки в его волосы, Кристина шире развела ножки, делая доступ к телу ещё более открытым. Откинув голову назад, тихо стонала, то слишком сильно вцепляясь в его волосы, делая это в такт его губам и зубам на своём напряжённом бугорке, то слегка поглаживала их, наслаждаясь его плавными и нежными прикосновениями. Она дрожала, билась в его руках, а он все сосал и сосал клитор, продлевая как можно дольше наслаждение Кристины, пока она не затихла в его руках и не обмякла, так томно и сладко ей было… Вмиг тело стало лёгким и неведомым, силы покинули её окончательно…

Завернув любимую в полотенце, Максим отнёс девушку на кровать и плавно положил свое сокровище на спину, любуясь ещё в дневном свете капельками влаги, которые блестели по всему ее телу, так и маня слизать их языком…, чем он и решил заняться, окончательно ввергая девушку в пучину безумного и нескончаемого наслаждения… Они потерялись в ощущениях на долгих несколько минут, пока Максим втягивал ртом каждую каплю, целовал каждую впадинку и всасывал каждую сладкую вершинку на прекрасном теле возлюбленной… Она только тихо постанывала, даже не открывая глаз, и позволяла делать с собой все, что его душе угодно… Подняв обе ноги Кристины вверх, он медленно погружался внутрь её розовой влажной дырочки, расширяя собой изнутри… Ему нравилось смотреть, как его член раз за разом то погружается внутрь до отказа, вырывая очередной уже более громкий и протяжный стон из горла обоих, то выходя почти полностью и вновь врываясь вглубь, но уже более напористо и резво…

Совершенно вымотанные, они уснули, плотно прижавшись друг к другу обнажёнными телами, когда на улице уже стало вечереть…

Первая очнулась Кристина и аккуратно выползла из объятий Максима, боясь разбудить. Эта сцена до безумия напомнила ей тот случай, когда она сбегала от него из этой квартиры. Кристина даже хихикнула от воспоминаний о самой безумной авантюре в своей жизни, которая к её счастью, так и осталась тайной для парня, так сексуально лежащего на животе. Она даже немного залюбовалась, как тогда, его только до пояса прикрытым телом. В опускающихся сумерках, Максим выглядел особенно манящим и привлекательным. Так и хотелось забраться к нему опять под простынь и прижаться к раскаленному телу, но… она решила воздержаться. Сейчас у неё было одно незаконченное дело – найти мамино обручальное кольцо, которое она в прошлый раз здесь обронила. Кристина не помнила этого наверняка, но поискать все же не помешает и желательно втайне от Максима. Признаваться в том, что он всё-таки был с ней, когда она неоднократно убеждала его в обратном, ей как-то не хотелось. Ну что она тогда, зря жизнью рисковала, что ли, сбегая отсюда? Да и на полном серьёзе придерживалась мнения, что раз врать и уворачиваться, то до последнего!

Ставку девушка делала на то, что сам Макс, вымотанный их скачками, крепко спит и ей не составит труда за это время незаметно для его глаз осмотреть комнату. Свет включать в спальне она побоялась, а вот телефон ей в помощь. Да и освещение из коридора помогало, прекрасно подсвечивая полкомнаты, не доставая до глаз парня, который на ее удачу спал крепко и даже не шевелился. Включив на телефоне функцию фонарика, кряхтя, пыхтя и изворачиваясь, Кристина, совершенно голая, бегала на носочках по спальне, заглядывая под кровать, шкафы и другие труднодоступные места, совсем не замечая, что сам Максим уже давно не спит, а с широкой улыбкой на лице наблюдает за странными передвижениями обнаженной нимфы, которая в этот момент выглядела очень соблазнительно, особенно вкупе с в такт покачивающимися при каждом ее шаге грудями.

– Это ищешь? – внезапный мужской голос разбавил тишину этой квартиры, заставив девушку замереть на месте в той позе, в которой он её застал, а если быть точнее, на коленях попой кверху у тумбочки прям напротив кровати, вернее, пожирающих это самое аппетитное место глаз Максима.

Мотая на своей серебряной цепочке обручальное кольцо, он в наглую ухмылялся, уже давно раскусив эту любительницу так заметать свои следы, что комар носа не подточит. Какой же молодец, что все же смог докопаться до истины!

– Да, – уже немного отошла от неожиданности Кристина и повернулась к нему лицом, а потом даже выдохнула от облегчения, что эта тайна, которая, словно камень преткновения, стояла между ними, теперь в прошлом, и только теперь она поняла, что это только к лучшему. – Давно оно у тебя?

– С того дня, как сосед мне про белочку рассказывал. Кольцо, конечно, было так себе доказательство, такие все носят, но до тех пор, пока оно странным образом не исчезло с твоего пальца сразу же в понедельник после нашей встречи, тогда все и сошлось у меня в голове.

– Почему сразу не отдал? – прилегла к нему Кристина и обняла за талию, наблюдая за круглым колечком, рассекающим воздух, в то время как в её голове блуждали мысли о том, какую важную роль оно сыграло в их непростых отношениях.

Ведь если бы не оно, то Максим бы и не подумал, что она замужем, а значит и крыть ей было нечем. Возможно, тогда они давно были бы вместе, хотя нет… ведь главная проблема была не в этом, а разнице их статусов и положений. Кристина вообще никогда не поступалась своими принципами, случай с Максимом первый в её практике, когда она нарушила свое самое главное правило – никаких отношений со студентами!

– А ты бы разве взяла? – чуть не катался от смеха он по кровати. – Ты только вспомни, как ты мне свои же собственные трусики в рюкзак запихивала и с полной уверенностью на лице убеждала, что они не твои. А кольцо, если бы взяла, то сразу подтвердила мою правоту, поэтому я даже не рассчитывал, что сдашь свои позиции. Просто ждал удобного момента, как сейчас, и как видишь, дождался.

– Ладно тебе, – шутя пихнула она его в бок, – сильно не задавайся, наглый студентик!

Но тут вмиг голос её стал серьёзным… Сглотнув, Кристина спросила то, что логически напрашивалось после этого разговора.

– Максим, а если бы не кольцо и ты не думал, что я замужем…

– Это бы ничего не изменило, Кристина, выброси эти глупости из головы! – крепко прижал он ее к себе, целуя ароматную макушку, запахом которой не мог надышаться. – Уж если меня не смущало наличие мужа у тебя и детей в придачу, то представь масштаб моих чувств к тебе… Теперь веришь?

– А как же теория свободных отношений? Значит, Лера была права, и это был лишь повод, чтобы смущать меня нескромными разговорами и обратить моё внимание на себя?

– Именно! И как видишь, хороший оказался из меня стратег, у меня все получилось как нельзя лучше, и с того дня я прочно поселился в твоей голове… Я любил тебя всегда, с того самого дня, как увидел… Ты же преподаватель литературы и должна верить в любовь с первого взгляда…

– Я реалист больше и прагматик, сам уже смог это понять, судя по моему поведению. Скажем так, я жила всегда больше разумом, чем чувствами, этим мы с моей сестрой очень отличаемся, как день и ночь… Но сказать по правде, в такую любовь я верю… И как это было у тебя, расскажи?

– Ну вот сижу я и девчонкам глазки строю, – начал хорохориться Максим. – Представь, такой красавчик к ним перевёлся, облепили меня в первый же день по сторонам, как мухи мёд… Ауч! – шикнул он, когда получил локтем в ребро от Кристины.