Останови меня, или все повторится

Глава 4

«В пять лет мои увлечения были куда безобиднее, чем сейчас, но они все равно многим казались странными. Например, моего отца и Розалию эти забавы не на шутку настораживали и пугали. А я считаю, что они слишком придирались ко мне.

Другие мальчишки мучили котов, отрывали лапки лягушкам и бессмысленно колотили друг друга. Я смотрел на их развлечения со скукой и старался обходить стороной. Они не раз пытались со мной подружиться, я не нуждался в компании.

Играть одному намного веселее.

Особенно когда за тобой никто не наблюдает.

Сбежав из-под бдительного ока Розалии, я часто уходил в лес и мог часами бродить по тропинкам, усердно собирая в банку муравьёв. Они так забавно копошились внутри, пытаясь выбраться. Самым упорным даже удавалось добраться до горлышка, но тогда я стучал пальцами по стенкам, и глупая букашка снова падала к своим кишащим собратьям.

Я наполнял банку примерно наполовину, затем бросал туда измельченные сухие листочки. Подолгу наблюдал за шевелящейся массой, а потом поджигал…

Розария заставала меня за этим занятием трижды. Первый раз провела нудную беседу, а во второй доложила отцу. Он меня выпорол своим ремнем с тяжёлой железной бляшкой, после чего я неделю не мог нормально сидеть.

В третий раз меня не наказали. Отец пригласил усатого старика в толстых очках, и тот целый час задавал дурацкие вопросы и показывал какие-то нелепые картинки. Потом они с отцом долго разговаривали в его кабинете, и того старика я больше никогда не видел.

К семи годам игры с муравьями мне приелись. Я научился прятаться лучше и переключился на бабочек. Отлавливал самых красивых с крупными пестрыми крылышками. Они ярче горели. Жаль, что совсем недолго.

Я хорошо запомнил тот день, когда наткнулся в лесу на мальчишку примерно моего возраста. Я по привычке хотел пройти мимо, когда вдруг заметил, что его нос и нижняя губа разбиты и по подбородку струйкой сочится кровь.

– Кто это тебя? – остановившись, спросил я. Он прикрыл лицо ладонями и прогнусавил:

– Отец.

– Что ты натворил?

– Свернул шею курице.

– Зачем? – я подошёл ближе. Меня распирало от любопытства.

– Не знаю, – пацан пожал плечами и громко шмыгнул. – Хочешь, покажу тебе свое тайное место?

– Хочу, – согласно кивнул я, и он показал. Заброшенный охотничий домик в чаще леса идеально походил для тайных игр двух одиночек.

Так началась наша дружба, которая с каждым годом становилась все крепче. Я считал его своим братом, пусть не по крови, но по духу. Это огромная удача найти человека, так сильно похожего на тебя….»

Кэйт отложила книгу и задумалась. Не о сюжете, который ей был хорошо знаком, и не об авторе, с которым мечтала познакомиться. Она вдруг вспомнила собственное безрадостное детство. До шести лет Кэтрин жила с родителями в неплохом районе. У них был собственный маленький дом и небольшой сад. Отец хорошо зарабатывал, мама занималась воспитанием дочери, и они считались вполне благополучной семьей.

Никто не подозревал, что происходит за закрытыми дверями. По вечерам отец Кэтрин пил, так он снимал стресс после тяжелого трудового дня, а иногда срывался на жене и дочери.

Кэйт было пять, когда отец разбился насмерть, сев пьяным за руль. Она не плакала, а скорее испытала облегчение. Но сразу после похорон с мамой тоже стало твориться что-то неладное. Она не выходила на улицу, сутками пялилась в телевизор, даже когда тот был выключен. Если Кэйт требовала к себе внимания или просто просила поесть, мать психовала и бросалась на нее с кулаками.

Кэтрин стала бояться возвращаться домой и большую часть дня проводила на улице. Чтобы не умереть с голоду, ей приходилось воровать продукты в супермаркетах и попрошайничать.

Так прошел еще один год, тянувшийся для маленькой Кэтрин бесконечно долго и мучительно сложно. А потом за один день все изменилось. По счастливой случайности девочки не оказалось дома, когда ее мать, приняв смертельную дозу успокоительных препаратов, вскрыла себе вены, залезла в горячую ванну и бросила на груду полотенец зажжённую свечу. Она сделала все, чтобы ее не спасли, заодно лишив крыши над головой свою шестилетнюю дочь.

Когда Кэтрин вернулась домой, от него уже практически ничего не осталось. Пожарные тушили обуглившиеся обломки, за спиной кто-то громко причитал, рядом толпились любопытные соседи. Кэйт не помнила, сколько простояла там без движения, заворожено глядя на дымящееся пепелище. Но едкий запах гари и кружащийся в воздухе черный пепел она не забудет никогда.

Горгона вызвала Кэтрин в офис редакции на следующий день. Без лишних предисловий всучила девушке стопку документов и посмотрела так, словно Кэйт ее обокрала.

– Что это? – слегка растерявшись, уточнила Кэтрин. Дэбра скривила кроваво-красные тонкие губы и все-таки снизошла до ответа.

– Твой контракт с Тернером, – оглушила новостью шеф-редактор. – Клэй выбрал тебя.

– Серьезно? – затаив дыхание, пробормотала Кэтрин.

Интуитивно она догадывалась, что ее кандидатура заинтересовала жутковатого агента Роберта Миллера, но не ожидала, что решение будет принято настолько быстро. Кэйт собственными глазами видела огромное количество опытных претендентов, явившихся на собеседование. И, откровенно говоря, она имела наименьшие шансы на успех.

– Тернер уже проставил свои подписи на каждой странице. Дело за тобой, – Дэбра окинула Кэтрин пристальным тяжелым взглядом. Девушка просияла довольной улыбкой, не скрывая своего триумфа. – Ты сейчас думаешь, что вытащила выигрышный лотерейный билет, но уверяю, сработаться с Клэйтоном будет в разы сложнее, чем со мной. Поэтому советую прочитать все пункты максимально внимательно, чтобы потом не возникло конфликтов и судебных разбирательств.

– Судебных разбирательств? – улыбка медленно сползла с губ Кэйт. Грудную клетку внезапно сдавило, в горле пересохло от нераспознанной тревоги.

– Изучи раздел о неразглашении конфиденциальной информации, а лучше выучи, – каждое слово Дэбра выдавливала из себя словно через силу и морщилась, будто страдала от жуткой мигрени.

Кэтрин бегло прошлась по страницам документа, который на первый взгляд казался абсолютно стандартным. Обычный трудовой контракт на полгода с ежемесячным вознаграждением… О боже, ей же не померещился лишний ноль? Сто тысяч? С ума сойти. Это же больше полумиллиона за весь срок. Она сможет погасить все долги, купить квартиру, поехать в отпуск и даже на новую машину останется.

– Кто платит такие бешеные деньги обыкновенному ассистенту? – после вспышки радостной эйфории Кэйт не могла не задуматься о подводных камнях.

– Клэйтон Тернер, – съязвила Дебра. – И он платит не столько за твои услуги, сколько за молчание. Если произойдёт утечка информации, связанная с Робертом Миллером, Тернер сдерёт с тебя три шкуры. Имей это в виду, если тебе вдруг взбредет в голову сделать имя на мировой сенсации.

– Я не дура, Дэб, – оскорбилась Кэйт. – Возможность поработать с Миллером для меня ценнее любых денег. Я сделаю все от меня зависящее, чтобы новая книга Роберта стала очередным бестселлером.

– Я тоже не дура, Кэйт, – с усмешкой парировала Горгона. – И отлично знаю, что аппетит приходит во время еды. Иногда соблазн бывает слишком велик, чтобы устоять. Ты хочешь славы и признания, Кэйт, и готова ради этого переступить через свою гордыню, иначе не терпела бы целый год мои придирки. Скажу честно, я с самого начала увидела в тебе огромный потенциал. Ты обладаешь важным для журналиста качеством – чутьем на сенсационный материал, и знаешь, как его выгодно подать и продать. Это присуще далеко не всем, кто работает в «Глобал Пресс». Не сомневаюсь, что ты успешно справишься с новым вызовом, и одиннадцатая книга Миллера порвет топы продаж, но я должна тебя предупредить…

Кэтрин находилась в таком шоке от обилия похвальных слов в свой адрес, что даже не заметила временную заминку. Мысленно она была уже там – в кабинете Роберта Миллера, внимая каждому его слову и с фанатичным рвением исполняя любые поручения. Он почему-то представлялся ей крупным мужчиной с суровым лицом, пронизывающим умным взглядом и седеющими висками, а его кабинет – сумрачным пыльным помещением без окон, заставленным стеллажами с богатой библиотекой. Его массивный стол из мореного дуба наверняка завален заметками к новой книге и папками со вспомогательной литературой. Кэйт ничуть не удивится, если Миллер до сих пор пишет свои шедевры от руки либо при помощи печатной машинки. Хоть убей, его нарисованный в воображении девушки образ совершенно не вязался с современными писателями, использующими новейшие технологии для упрощения своего творческого труда.

– Кэйт, – окликнула ее Дебра, вырывая девушку из грез.

– Я все поняла. – Нетерпеливо закивала Кэтрин, готовая прямо сейчас поставить свои закорючки в предоставленных документах.

Какие, к черту, пункты? Она согласна на всё. Даже если Миллер потребует ассистировать ему голой и с удавкой на шее, Кэтрин не сможет отказать. От автора триллеров о серийных убийцах она подспудно ожидала эксцентричного поведения и некоторой доли неадекватности.

– Как мне передать Тернеру подписанный договор?

– Он свяжется с тобой лично, – сухо сообщила Дебра. – Прислушайся к моим словам, Коллинз. Не наломай дров. Будь очень осторожна. Ни в коем случае не выходи за рамки контракта и просто исполняй то, что от тебя требуется. Это не тот случай, когда инициатива и импровизация приветствуются. Через полгода, если все пройдет успешно, ты получишь должность помощника редактора на постоянной основе.

– Я справлюсь, Дэб, – снова, как болванчик, кивнула Кэйт. Сгребла документы и сложила в кожаную папку, любезно выданную Горгоной. – Спасибо, – искренне поблагодарила Кэтрин. – За предоставленную возможность и, вообще, за всё….

– Коллинз, имей в виду, сам контракт, обстоятельства его заключения и исполнения тоже являются объектом секретной информации, – перебила ее Горгона. Кэйт озадаченно свела брови. – Для родственников и друзей тебе придётся придумать вразумительное объяснение своего отсутствия в течение шести месяцев. Ты же не успела никому проболтаться о вчерашнем собеседовании? – смерив девушку испытывающим взглядом, поинтересовалась Дебра.

– Нет, но ты меня не предупредила, – ошеломленно отозвалась Кэйт, поняв, что все-таки стоит перед подписанием подробно изучить контракт.

– Видимо, тебе по ошибке забыли выдать для ознакомления соответствующий документ.

– А мне кажется, что ты сделала это специально, – вспыхнула Кэтрин. Ее буквально затрясло от негодования. Если бы Сэм не был вчера занят в суде до позднего вечера, Кэйт нарушила бы соглашение, которое в глаза не видела. С тем, что она его не подписывала, никто бы и разбираться не стал. – Я, кажется, поняла, – с запозданием осенило Кэтрин. – Ты тоже участвовала в конкурсе!

– Глупости, зачем мне это? – усмехнулась Горгона, откинувшись на спинку кресла. – Благодаря тебе, издательство заполучило эксклюзивные права на новую книгу Миллера.

– Тогда я не понимаю… – снова растерялась Кэйт.

– Тебе и не нужно ничего понимать. Главное, не подведи меня, Коллинз. На кону не только твоя карьера, но и моя.

Вернувшись домой, Кэтрин планировала с головой погрузиться в дотошное изучение контракта, но ее благие намерения прервал звонок в дверь. Сердце тревожно екнуло, в голове проскочила абсурдная мысль, что незваным гостем может оказаться Клэйтон Тернер. Хотя это такая несусветная глупость! «Связаться лично» подразумевало под собой звонок или электронное письмо, но точно не личный визит.

– Привет, – на пороге стоял улыбающийся Бойд с бумажными пакетами в руках. – Я принес китайскую еду, – сообщил, проходя в крошечную прихожую.

– У тебя выходной? – Кэйт с досадой нахмурилась, но выпроваживать гостя не стала. Если она подпишет договор сегодня, на ближайшие полгода их общение придется прекратить, и лучше это сделать сейчас, чем потом объясняться по телефону.

– Нет. Вырвался на обед и вспомнил, что мы вчера так и не созвонились, – разувшись, Бойд уверенно направился на кухню, где давно чувствовал себя как дома. – Как, кстати, твое задание? Горгона оценила? – помыв руки, Сэм со знанием дела принялся накрывать на стол.

– Нет, – качнув головой, Кэтрин плюхнулась на стул и придвинула к себе порцию китайской лапши с креветками. Устроившись напротив, Сэм с сожалением посмотрел ей в глаза.

– Ты же понимаешь, что она просто придирается?

– Я ушла из «Глобал Пресс», – выдохнула Кэтрин.

– Это к лучшему, – он ободряюще улыбнулся.

Сэм давно призывал ее не бороться с ветряными мельницами, а создать собственный блог и заняться его раскруткой. И даже предлагал финансово вложиться, но Кэтрин каждый раз отказывала, хотя в его доводах был определённый смысл. Правда заключалась в том, что она до жути боялась застрять в четырёх стенах и закончить так же плачевно, как ее мать.

– Если эта стервозная грымза не в состоянии оценить твои способности по достоинству, то к черту ее.

– Не бесись, Сэм. Я не переживаю. К этому всё шло, – Кэтрин мягко улыбнулась. – До конца недели отдохну, а с понедельника займусь рассылкой резюме и, возможно, подумаю о личном блоге. Проведу частное журналистское расследование по какому-нибудь громкому делу и соберу огромную аудиторию подписчиков на волне скандального хайпа, – последнее было сказано с иронией, но Бойд поверил.

– Отличная идея. Я могу одолжить тебе денег на первое время, – с энтузиазмом предложил он. – Отдашь, когда сможешь.

– Спасибо, Сэм. У меня есть небольшие сбережения. Справлюсь.

– Почему ты все время мне отказываешь? Я искреннее хочу помочь, Кэйт. Мы друзья. Разве нет?

– Конечно, друзья, – согласно кивнула Кэйт.

– Так в чем проблема?

– В том, что друзья не содержат друг друга. Это неправильно.

– Гордая и принципиальная, – выразительно закатил глаза Бойд.

– Я просто привыкла сама решать свои проблемы, – возразила Кэтрин и, положив приборы, решительно взглянула на Сэма. Сейчас… – И раз уж мы заговорили о дружбе… – он вопросительно выгнул бровь и интуитивно напрягся. – Будет лучше, если мы на какое-то время прекратим общение.

– Лучше для кого? – на повышенных тонах спросил Сэм. Кэйт предчувствовала, что он психанет, и успела нарастить броню.

– Для тебя, для Хелен. Для всех. Сам посуди, ты звонишь, приезжаешь, тратишь на меня почти все свое свободное время, пока она ждет тебя дома. Не получится у вас никакой семьи, если ты продолжишь в том же духе. Ни одна женщина не станет терпеть наличие у мужа подруги, за которой он таскается как привязанный.

– Таскаюсь? – вспыльчиво бросил Бойд. – Значит, так ты считаешь?

– Мне тяжело далось это решение, Сэм, – твердо произнесла Кэйт. – Но я не передумаю. С этой минуты наши пути расходятся.

– Кэйт, ты просто перенервничала из-за увольнения, – на мужском лице отразилась целая гамма противоречивых эмоций. Он злился, чувствовал себя уязвлённым и отчаянно боялся ее потерять. – Да, черт возьми, мы не просто друзья, но клянусь, у меня получится это перебороть.

– Не получится, – бескомпромиссно возразила Кэтрин, опустив взгляд в тарелку.

Грудную клетку сдавило, и каждое лживое слово она тянула из себя словно щипцами. Виртуозно врать аудитории, добавляя щепотку правды для достоверности, ее обучали в колледже несколько лет. Кэтрин даже диплом получила, хотя с ним тоже были свои сложности. Кэйт не ладила с преподавателями, частенько вступая с ним в спор на ту или иную тему, а они в отместку «валили» ее во время экзаменов. Но с Сэмом Кэтрин всегда была предельно честна. Он занимал слишком много места в ее сердце, и одним махом вырвать его оттуда оказалось дьявольски сложно.

– Посмотри правде в глаза. Пока я рядом, ты так и будешь на что-то надеяться, впустую теряя время. Я не оценю, Сэм. Хелен даст тебе все, в чем ты нуждаешься. Позволь себе быть счастливым.

– Ты кого-то встретила? – терпеливо выслушав, Бойд подозрительно прищурился. – В этом дело?

– Нет. – Кэтрин устало выдохнула и отрицательно качнула головой. – Но рано или поздно у меня появится мужчина.

– Ненадолго. Все твои отношения длились не больше месяца. Мы продержались пять лет, но для тебя это так… пустой звук. Захотелось разнообразия, Кэйт? – процедил он сквозь зубы.

Сэм и раньше был патологически ревнив. Даже до того как они начали спать вместе, он на дух не переносил всех ее парней и использовал малейший повод, чтобы затеять драку или выставить их в невыгодном свете. Боже, как она не замечала, что, подпитывая его одержимость, тем самым губила ему жизнь?

– Я хочу, чтобы ты принял мои слова всерьез, Сэм, и с уважением отнесся к моему решению, – непреклонным тоном подытожила Кэтрин.

На этой ноте разговор был исчерпан. У Бойда хватило твердости характера и мужского самолюбия повести себя достойно и воздержаться от упреков и обвинений. Последний раз с надеждой утопающего он взглянул в ее лицо, словно выискивая повод, чтобы остаться. Она уловила момент, когда потухли его глаза и ожесточённо сжалась челюсть. Затем Сэм молча ушел, осторожно прикрыв за собой дверь.

Кэтрин не заплакала, хотя слезы опасно близко подступили к горлу. Свою боль Кэйт привыкла переживать с сухими глазами и плотно сжатыми зубами. Она была твердо уверена, что человек способен вынести на своих плечах любое горе и впоследствии стать еще сильнее, а слезы – привилегия слабых и отчаявшихся. Нет ничего хуже, чем утонуть в жалости к себе.

Отключив лишние эмоции, Кэйт на автомате убрала со стола, помыла посуду и, удобно разместившись на диване в гостиной, открыла свой билет в новую жизнь. Первые две страницы не вызвали у нее никаких вопросов, а на третьей кое-что ввело девушку в недоумение. В разделе об обязанностях сторон предпоследним пунктом значилось: «Обязательное проживание на территории работодателя в течение всего срока действия настоящего договора».

Она и сама не понимала, что именно ее так сильно триггернуло. Кэйт даже ненадолго отбросила договор в сторону и сбегала на кухню за стаканом воды. Вернувшись назад, Кэтрин заметила, что у нее трясутся руки и зашкаливает пульс, хотя, если взглянуть на ситуацию объективно, этому требованию нетрудно найти логическое объяснение. Роберт Миллер – максимально засекреченная личность и может обитать в любой стране мира. Для защиты его интересов и контактов с издательствами у таинственного писателя есть литературный агент. Разумеется, его совершенно не волнуют загоны будущего ассистента насчет переезда. Клэйтон Тернер выбирал из сотни человек не только в «Глобал Пресс». Неизвестно, сколько еще издательств он успел объехать в поиске идеальной ассистентки для своего босса. Боже, да она должна прыгать от счастья выше потолка, благодарить судьбу за то, что этот самодовольный павлин выбрал ее, а не кого-то другого.

Немного успокоившись, Кэйт прошлась взглядом по последнему пункту в том же разделе:

«Ассистент обязан безоговорочно выполнять прочие требования работодателя, не предусмотренные настоящим договором, и в ином случае тот будет незамедлительно расторгнут без сохранения финансового вознаграждения за отработанный период».

– Черт, это рабство какое-то, – ошеломленно выдохнула Кэтрин.

Что еще за «прочие требования работодателя», о которых в договоре не сказано ни слова? Она больше не считала, что раздувает проблему на пустом месте. Учитывая, что в графе «работодатель» прописан Клэйтон Тернер, ей действительно есть чего опасаться. Особенно после их странного разговора во время собеседования.

Кэтрин еще до личного знакомства чувствовала, что Тернер далеко не простой человек. Безупречная рафинированная оболочка ее не впечатляла. Она смотрела вглубь, и ей не нравилось то, что она видела. Никто из круга общения Кэйт не обладал такой тяжёлой и подавляющей энергетикой. От одного взгляда Тернера ее бросало в дрожь, причиной которой было отнюдь не влечение к красивому успешному мужчине. Если бы имелась возможность добраться до Роберта Миллера минуя его агента, Кэтрин вцепилась бы в нее зубами.