Красная пыль
- -
- 100%
- +
Изображение Полиса шагнуло к ней, грубовато схватывая в свои объятия, дохнуло жаркой сухой пылью парящего маревом воздуха, густыми ароматами темных цветов, людским гомоном, смехом, плачем, песнями, хлопками плотных тентов на ветру, странной музыкой…
Пораженная этим зрелищем Госпожа Экгер отпрянула, мазнув шумную картинку на стекле ладонью.
Толпа. Шум всевозможных оттенков. Прикосновения случайных прохожих. Чужие запахи. Жара. Паника.
Вокруг совсем не осталось воздуха… голову повело, горло как будто поджало ледяными пальцами. Сзади немедленно щекотно дунули в ухо:
– Стра-а-ашно? – негромкий голос мужа и его теплое прикосновение к виску привели Госпожу Экгер в чувство. – На самом деле стекло не передает и сотой доли творящейся там вакханалии. Марла устраивала феерические загулы, поднимая на уши все ярусы в округе, но никто особо не впечатлялся – там и своих артистов хватало…
Лорна прислонилась спиной к поддерживающему ее за талию Рэю и тряхнула головой.
– Я… я кажется переоценила себя! – вздохнула она, покосившись на стекло. – Почему он такой… пестрый? И откуда столько людей?
– Такая, хм, специфика, что ли, – Рэйлеон рассказывал и одновременно следил за Айсой, которая уже развернула на стекле неподалеку несколько картинок. – Сюда стекаются Светлые со всей округи. Свет каждого как бы пропускают сквозь рассеивающую призму, чтобы применить его в последствии максимально эффективно, ну… или продать подороже.
– Все эти люди прибыли на обследование?! Но их же там… – Лорна снова осторожно приоткрыла окошко в Полис.
– Видишь ли… – Рэй немного помедлил с ответом, – далеко не все обладают каким-либо выдающимся Светом. Есть середнячки, а грошового товара и вовсе – большая часть. И что с этой массой народа делать?
– Эм-м-м, применить как-нибудь по-другому? – Госпожа Экгер прищурилась, оборачиваясь к мужу.
– Все верно, – тот кивнул. – Раньше был только Нижний Полис – внутри утеса есть огромный комплекс самых разнообразных по функциям помещений, включая архивы и медцентр. Но… постепенно все это занудное, чопорное и высоконаучное обросло Верхним Полисом, наполняясь разномастным населением.
– И-и-и Светлых чему-то обучали? Заставляли делать какую-то работу?
– Зачем заставлять, синеглазка? – усмехнулся Рэй, с улыбкой рассматривая сердитую жену. – Для этого нужно иметь целый штат надсмотрщиков, да и эффективность будет просто смешной. Нужно более тщательно работать с персоналом. Кстати, многие Светлые принадлежат Полису, а не хозяину…
– Расскажешь? – покосилась на него Лорна, чуть прикусывая губу.
– Местами даже покажу, – хмыкнул Рэй, тронув Айсу за плечо. – Сначала доберемся до наших ярусов, а к вечеру можно выйти на прогулку, когда жара немного спадет. Эй, сеструнь! Это всего лишь отпечатки, скоро вживую посмотришь. Так, девочки, мы сейчас прямо и направо, до лифта, а потом к стеклянному переходу, и…
* * *– Первый ярус этого здания раньше принадлежал Марле, поэтому сразу говорю – смотрите под ноги! – предупредил Рэйлеон, прикосновением ладони разблокировав тяжелую перегородку. – Она тут складировала найденные вещи, прежде чем отправить их в особняк и иногда… делала это крайне небрежно.
– Ой! – Лорна задела какую-то высокую вазу у входа, едва успев подхватить ее над полом.
Рэй улыбнулся, открыл на стене продолговатую синюю панель и обвел ее пальцами.
Пространство вокруг дрогнуло, наполняясь шипением. По белым стенам пробежали быстрые искорки, все вокруг наполнилось светом – с панорамных окон упал герметичный покров.
На темный пол широкими полосами обрушилось жаркое, будто воинственное солнце.
Айса непрерывно вертела головой и бегала из угла в угол, ловко маневрируя между стульями и изящными лампами.
Лорна прошлась по комнатам, рассматривая, трогая.
Ярус Марлы совсем не казался захламленным. Обстановка его на первый взгляд была очень простой.
Четкие линии, нейтральные оттенки, белые или стеклянные перегородки, но каждый уголок цеплял своими яркими деталями: стопкой керамической посуды, необычными картинами со срезами ярких природных камней, массивными шкафами на толстых ногах, желтым шелковым ковром в гостиной.
Над аскетичной кроватью в спальне висел разноцветный полог, а недалеко, прямо на обширном столе, обнаружилась горящая отраженным солнцем люстра-каскад, свесившая с края длинные сияющие подвески.
Несмотря на многообразие форм, размеров и цветов вокруг, наблюдателя не покидало уверенное ощущение того, что каждая вещь здесь на своем месте, и вот то взорвавшееся бурным цветочным орнаментом кресло совсем не противилось соседству с тем полосатым пуфом и массивными коваными светильниками.
Окна с потрескиванием сформировали на своей поверхности ровные грани-соты, словно прикрывшись от палящих лучей кружевными ставенками, отражая нападение наглого жаркого солнца.
Госпожа Экгер пожала плечами, еще раз оглядываясь:
– Ну, не такой уж тут и склад. По-моему, все очень красиво, и…
– Ага, – хохотнул Эксперт, прохаживаясь туда-сюда. – Ты еще все эти огромные шкафы не открывала. Смотри, отпрыгнуть не забудь, а то по маковку завалит.
– Ты сказал, что это ярус Марлы, – изящная статуэтка с летящими птицами оказалась выточенной из светлого дерева. – А где твой?
– О, у меня там пусто, – Рэйлеон выглянул в коридор, прыснув. – Айса уже в шкаф воткнулась. Любопытная носопырка.
– Покажешь свое логово? – Лорна шагнула ближе к нему, не давая себя отвлечь.
– Ну, пошли, здесь недалеко, – Рэй качнул головой в сторону. – Сейчас через этот переход, а после… во-о-он та белая терраса, видишь? Айса!
– Я пока ту-у-ут! – приглушенно раздалось из-за угла, где-то с высоких полок с шелестом осыпалась стопка тканей…
У Рэя действительно было совсем пусто.
Лорна поняла, как выглядел бы ярус Марлы без яркого, цепляющего наполнения – тихо, светло и очень просто.
Системы воздухообмена под потолком разгоняли потоки прохладного воздуха. Огромный письменный стол в спальне был, как и в особняке, завален бумагами и свертками. Панорамные окна были прикрыты лёгкими занавесками.
– От Марлы здесь только книги, – Рэйлеон показал на обширные стеллажи в гостиной. – А нет, еще узорчатое покрывало в спальне и стол.
– И на террасу можно выйти? – Лорна коснулась пальцами оконного стекла, шагнув на опоясывающую весь ярус террасу. – Ого-о-о, вот это вид!
– Да. Я, собственно, ради него и… – Эксперт вышел следом за ней, сунув руки в карманы.
Безоблачное небо, казалось, наполняло все вокруг них, оставляя разномастные крыши далеко внизу.
– Я останусь здесь, в твоей берлоге, – решительно кивнув, заявила Лорна. – Мне здесь нравится. Возражения, отмазки будут?
– Вот, черт! – Рэй расхохотался. – Научил на свою голову. Я же тебе говорил уже «ходи, где хочешь». Здесь это тоже работает. К тому же, Айса там освоилась, похоже.
– Ты обещал рассказать про Полис, – напомнила Лорна, щурясь от яркого солнца, Эксперт поправил тент так, чтобы на нее не светило.
– Горячее, да? – нахмурился он, оглядев белую кожу супруги. – Надо бы как-то защитить вас с Айсой, чтобы не обожгло. Здесь всегда печет днем… расскажу, куда же я денусь. Вечером выйдем на прогулку, и я начну.
– Но… прямо туда?! – внутри у сиятельной Госпожи Экгер трусливо затряслась тонкая жилка. – Но там же… прямо сегодня?!
– Да, Лорна, – подтвердил Рэйлеон, опираясь на перила. – Ты же у нас человек великой миссии и грандиозных замыслов! Надо привыкать к людям, общаться, знакомиться. Айсе тоже это необходимо. Я хочу, чтобы у нее появились друзья-сверстники. Кстати, Скиннер сними. Он может порезать кого-нибудь, если ты напугаешься.
– Ох! – Лорна закрыла лицо руками, стараясь контролировать дыхание.
– Я буду в это время с тобой постоянно, слышишь? – Рэй подошёл и крепко ее обнял. – Все не так страшно, как кажется, правда. Давай, сегодня пройдемся по окраине, у обрывов? Там людей меньше и сейчас как раз пора цветения. Опять же угощу вас нормальным ужином, хм, даже меня уже достали эти стандартные наборы длительного хранения, хотя я и привычный, а…
– Нет, подожди, я ведь могу просто тихо копаться в архивах, – сделала последнюю попытку Лорна. – Разбирать книги и какие-то вещи, зачем мне туда?
– Так, сейчас я тебе все популярнейшим образом разъясню, почти нарисую, синеглазка, – хмыкнул Эксперт и втянул страдающую жену обратно в комнату. – Одиночество, конечно, тоже имеет свои плюсы – спокойствие, тишина, все по полочкам, но оно пресное. Я, например, всегда прекрасно спал один. На меня не складывали длиннющие ноги, не грели об меня холодные лапки и не сопели в ухо, почти насмерть защекотав белыми волосами, но…
– Я складываю?! – сиятельная Госпожа Экгер почти задохнулась от такой наглости. – Это ты! Ты постоянно!..
– Вот видишь, говорю же – вдвоем веселее! – Рэй прыснул, но тут же посмотрел серьезно, кивнув на расшитое покрывало. – Вот, смотри, это такой… отпечаток, что ли. Картина под названием «Польза живого общения и знакомства с окружающим миром». Что ты видишь?
Лорна медленно прошлась вокруг кровати, вглядываясь, потрогала и присела на край.
Вышивка ярко-желтыми нитями на золотистом фоне была выполнена безупречно, но как будто немного неравномерно. Поверху шли широкие полосы четких, рубленых узоров. Геометрических, выверенных, словно рассчитанных с применением точнейших измерительных приборов. Далее абстрактные четкие линии вдруг резко обрывались – покрывало было сплошь покрыто лихорадочной россыпью крупных резных листьев, огромных цветов, стайками маленьких птичек и легкомысленных завитушек, от витиеватости которых захватывало дух.
– Хм, – задумалась Лорна, поглаживая нежную ткань. – Не знаю какая часть этого великолепия мне нравится больше. И то, и другое очень красиво, просто удивительно!
– Работа одной девочки из Полиса, – кивнул Рэй. – Давняя, наверное, уже больше двенадцати лет прошло. Эта Светлая девочка была еще более нелюдима, чем ты. Она даже не разговаривала. У нее не было хозяев, принадлежала Полису. Ее пытались как-то расшевелить, предлагая разные занятия, музыку, книги, рисование, потом вышивка, но дальше дело не пошло. Она месяцами не выходила из своего яруса, изрисовала там всё, включая потолок. Знаешь, когда я увидел на смотринах, как ты рисуешь на полу Купола, я… э-э-э, ладно, ты и так в курсе, что я люблю тебя, так что…
– Не отвлекайся, – Госпожа Экгер попыталась сохранить сосредоточенный вид, но все равно расцвела в счастливой улыбке. – Да-а-альше, мне интересно.
– Ну, а дальше – все стандартно, – Эксперт прилег рядом с ней, прикрывая глаза. – Ее работы увидела вездесущая Марла. В тот же день, если не час, она заявилась к девчонке в логово и меня зачем-то притащила. Помню, мама строго так, задумчиво посмотрела на сопливую отшельницу, ни слова не сказав, вышла из Стелы, ободрала цветущие кусты у ошарашенных соседей и притащила эту охапку девчонке.
– И как та отреагировала?
– Потрогала цветы и расплакалась. Марла понаблюдала немного, взяла пигалицу за руку и увела в оранжереи Центральной белой башни. Ох, Лорна, только не надо вот этих восторженных взглядов! Девчонка была талантлива, иначе Марла бы и не взглянула в ее сторону, уверяю тебя!
– И где теперь эта вышивальщица?
– Арманда. Ее зовут Арманда. Упрямая рыжая зараза! На два года старше меня, – ответил Рэй, хитро покосился на жену и улёгся поудобнее, закинув руки за голову. – Она так и осталась в Центральной белой башне, живет у оранжерей. Занимается тем же – рисунок, вышивка, яркие ткани и ковры, только масштаб другой. Кстати, открой эту раздвижную дверь, там шкаф, чулан – одежда и разные вещи… и есть кое-что для тебя. Подарок. Платье. Я еще полежу, устал.
Лорна соскочила с кровати, подошла к широким белым створкам обширного, во всю стену, шкафа, тронула гладкую поверхность и дверцы неслышно скользнули в стороны.
Осмотрев подсвеченное пространство за ними, Госпожа Экгер зацепилась взглядом за дальний угол, хмыкнула и обернулась к мужу, негромко сетуя:
– Ты плут. Просто плут.
Рэй улыбнулся, но глаз не открыл.
Лорна вздохнула, продолжая выговаривать ему:
– Что, дорогой, уже начал тщательно работать с персоналом, то есть со мной, да? Хитрюга! Заманиваешь, рассказываешь, забалтываешь, словно приоткрывая мне разные оконца, позволяя заглянуть на минутку. Ты же вроде как Эксперт по безопасности, а не по…
– Это и есть безопасность, дорогуша, – Рэйлеон зыркнул на жену и приподнялся на локте. – Я должен быть уверен, что ты в критической ситуации не растеряешься, не ударишься в панику и будешь готова действовать быстро. Возможно, ты и будешь ошибаться, но делая что-то, а не замирая столбиком. И будешь всегда выдерживать свою линию, не отклоняясь, прогнешь для этого окружающих, если нужно. Даже если меня вдруг не окажется рядом, все равно. Это не означает, что я собираюсь отбросить тапки в ближайшее время или кинуть вас с Айсой на произвол судьбы, не думай… Но ты должна быть полностью подготовлена к жизни в этом мире, знать его досконально. Это сложный механизм, очень тонкий. Одной эмпатией здесь не обойтись
– Хорошо, – Лорна вздохнула и насупилась. – Но… я ведь могу и отчебучить чего-нибудь, я могу…
– Можешь, будем разбираться, – усмехнулся Рэйлеон. – У тебя есть цель. Ты хочешь разъяснить наш мирок, разложить его на составляющие, возможно, чуток подкорректировать. Думаю, у тебя могут быть и более грандиозные устремления – сломать, перевернуть с ног на голову, разрушить до основания. Пусть так. Только все это будет осуществляться под моим присмотром и с моим же непосредственным участием, если будет нужно. Знаешь, мне очень хочется понаблюдать за процессом, за тобой, прям подгора-а-ает. Я уверен, что и тебе понравится, не заскучаешь. Кстати, у Айсы будет своя программа, она легкообучаема, я уже проверил.
– И что, как ты будешь фиксировать мои достижения? – Госпожа Экгер села на кровать, задумчиво склонив голову. – Это ведь целая технология, да? Как будешь проверять – усвоила ли я очередной урок?
– Ну-у-у, – пожал плечами Рэй. – Задам контрольные точки – день, месяц, семестр. Хотя нет, к тебе я бы применил какие-нибудь другие… э-э-э, временные отрезки. Например, год, десять лет, двадцать и дальше. Как предпочитаешь считать – со дня заключения Исключительного или…
– Первый поцелуй? – негромко промурлыкала Госпожа Экгер, легко касаясь своих губ пальцами. – Да, пожалуй. А пока… раз уж в Скиннере на прогулку ни-ни, пойду-ка я примерю твой подарок. Не уходите далеко Господин преподаватель!
Она прошлась за раздвижные двери, чуть прикрывая их, улыбнулась, поворачиваясь к висящему рядом кружевному чуду.
Коснувшись скул и подбородка, Лорна освободилась от Скиннера и сняла с вешалки подарок – утонченное белое платье в абстрактных цветах и узорах. Облегающее, одновременно броское и сдержанное, оно неуловимо напоминало ее полуживой костюм. И тот пушистый холодный иней у особняка тоже…
Магнитные застежки замкнулись вокруг тела тонкой цепочкой. Лорна тронула ближайшую стену, вызывая отражающую поверхность, посмотрела на себя, перевела дыхание и негромко пропела: «Контро-о-ольные точки, ну-ну-у-у, посмо-о-отрим, дорогой, посмо-о-отрим…»
Госпожа Экгер собрала волосы в высокий узел, приподняла подбородок и вышла к ошалевшему от такого ее преображения мужу.
– Лорна, ты… тебе идет. Очень. Ты… ты…
– Хм, благодарю, Эксперт. Значит, у меня есть год до первой контрольной точки?
– Угу. Иди сюда…
– Год. Хм, пожалуй, я начну свои изыскания с самого сложного – отношения между людьми. Дружба, партнерство, сотрудничество…
– Угу, угу, дружба… ну Ло-о-орна… иди-и-и ко мне.
– Не отвлекайте меня Эксперт! Я занята, у меня куча дел… мне надо настроиться и вообще… я волнуюсь.
– Целый год же!
– Это очень мало! Пролетит и не заметишь! Уф-ф-ф. Так. Всё, я готова. Приступим.
Связующее звено. Один год. Синяя пудра
Первая контрольная точка. Один год со дня заключения брачного Стилла между Лорной и Экспертом Экгером…
В огромном зале выгрузки товара, рядом с гигантским сопящим транспортником рыдала маленькая рыжая пигалица. Ее длинные косы совсем распустились, туника измялась, а многочисленные кулоны и фенечки позвякивали в такт судорожным всхлипываниям. Напротив нее переминался с ноги на ногу высокий плечистый Эксперт Экгер в безупречной темной форме с серебряными нашивками.
– Арманда, – он тронул поскуливающую плакальщицу за острое плечо. – Ты можешь сама посмотреть, но я заявляю со всей ответственностью – практически вся партия заражена грибком. Ее утилизируют сегодня же.
– Ко… кошмар! – пигалица добыла из кармана узорчатый платочек, который был уже совсем мокрым и не справлялся со своей миссией. – Два месяца ожидания, более сотни разновидностей и… все, все сожгут. А они живые, понимаешь?! Это же цветы… растения! Они такие нежные!
– Арма-а-анда… – снова завел Рэй нудным голосом. – Ну, что ты предлагаешь, а? Эта зараза выкосит все наши оранжереи за неделю, если хоть один больной корень попадет в…
– А если поместить в карантин? – из платочка вынырнуло усыпанное яркими веснушками бледное лицо, терроризируя умоляющим взглядом, полным слез и надежды. – Я сама разберу партию и найду, найду нетронутые экземпляры. Подержим их в карантине, пожалуйста!
Справа раздался тихий шорох и звук шагов. Из полутемного коридора, сияя белоснежными нашивками на черном кителе, вышел невысокий молодой мужчина с безупречной осанкой и негромко проговорил:
– Карантин только для людей, – его ровный тон, без капли сожаления или сочувствия, оказал нужный эффект – Арманда немедленно прекратила рыдать и нахмурилась. – Для растений необходимы определенные условия, насколько я понимаю. Тем более что все три карантинных отсека уже неделю как заполнены этими невезучими бурильщиками с…
– Я поняла, – перебила его Арманда, глядя куда-то в сторону. – Мне отказали окончательно. Вы можете не тратить более ни секунды на объяснения своих решений какой-то мелкой сошке, уважаемый Глава Полиса, – от волнения она периодически глотала окончания слов и проговаривала остальные словно с легким акцентом.
– Черт, не дерзи, женщина! – раздраженно дернулся Рэй, но рыжая пигалица лишь махнула рукой и направилась к одному из выходов.
Эксперт и Глава проводили ее задумчивыми взглядами и синхронно вздохнули.
– Ну, что, Раш младший, – Рэй хлопнул давнего знакомца по плечу. – Тяжела она, ноша управленца? Что, громогласный папаша, Третий Советник, припахивает тебя по полной, поручая ответственному сыночке самую сложную работу уровня «задница», а иногда и просто «жопа», как сейчас? Ладно, пойдем, осмотрим груз, и…
– Я еще с утра все осмотрел, – Раш окинул насмешника укоризненным взглядом. – А ты изволил явиться только к обеду, Экгер.
– Фу-у-у, меня аж замутило от такой правильности, – протянул было Рэйлеон, но тут же умолк, покосившись на хмурого приятеля. – Страдаешь? Брось, ты абсолютно прав. И сейчас, и в тех двух случаях, когда Арманда затеяла провести эти песни, пляски и единения с природой на опасном западном склоне. А уж этот ее Ветреный Фест в каньоне…
– Не будем об этом, – управленец черкнул что-то на своем Стекле, и сопящий транспортный Симплекс выпустил из шлюза два десятка зондов для дополнительного обследования и тщательного анализа груза.
– Серьезно?! – Эксперт изумленно уставился на маленьких жужжащих стрекоз, уже снующих у контейнеров и старательно сканирующих содержимое. – Ты все-таки решил искать целые корни? Но карантинные отсеки заняты, сам говорил. Если и найдется что-то нетронутое этой дрянью, все равно некуда…
– Знаешь, вокруг моего дома такая огромная территория, совершенно свободная, – пробормотал Раш, криво усмехнувшись, и тут же рявкнул, теряя самообладание. – Что ты так смотришь?! Да, можешь считать, что я подвержен ее влиянию. Я бы и с этими Фестами помог, но Арманда не хочет со мной разговаривать. Она просто разворачивается и уходит. Иногда смотрит и молчит, я не понимаю…
Зонды прервали его несдержанную речь, мелодично пропиликав хором. Транспортник выгрузил на размеченное место высокий округлый контейнер. Его белые матовые стенки с шипением схлопнулись в стороны и вниз, открывая небольшое мандариновое деревце в специальной консервирующей кадке.
Глава Полиса присел около него на корточки и пропустил между ладонями жесткие темно-зеленые листья, потер пальцами сероватую кору на тонком стволе и шикнул, задевая внушительных размеров шипы у основания веток. Ворот неприятно давил на шею и Раш, поморщившись, быстро щелкнул верхней застежкой, ослабив немного строгую форму.
Рэйлеон немедленно зацепился взглядом за приметную синюю полосу, показавшуюся на его шее – острый кончик особой метки, ярко прорисованной на светлой коже.
Этот след недавно проведенной процедуры синтеза привел Эксперта по безопасности в состояние абсолютного бешенства, очень небезопасного для самого Эксперта, окружающих его людей и всех прилегающих территорий.
Рэй бесцеремонно рванул высокородного Главу Полиса за шкирку, поднимая перед собой, и почти швырнул давнего приятеля о борт транспортника.
Раш оттолкнул его, быстро застегнул ворот обратно и прорычал:
– Отцепись, Экгер!
Эксперт ощерился и ринулся в нападение:
– Какого хера ты до сих пор это делаешь?! Совсем рехнулся?! Ты понимаешь, что можешь сдохнуть, если случится какой-нибудь сбой?
– Не твое дело! Мой МАГ надежен. Он работает на самом слабом уровне синтеза, успокойся, ничего не случится.
– Глупо! Просто охренеть, как глупо! Это же просто краска. Синяя краска, понимаешь?! Да, она необыкновенного оттенка и структуры. Да, она уникальная и Арманда сходит по ней с ума, но, блядь, Раш! Найди какой-нибудь другой способ порадовать ее и подкатить. Так… я запрещу! Составлю заключение об угрозе для жизни сына Советника в угоду совершенно непонятным целям. Я блокирую!..
– Не имеешь права, – Глава Полиса уже принял свой привычный холодновато-отстраненный вид и смерил разъяренного оппонента спокойным взглядом лазоревых глаз. – Я все равно буду это делать. Можешь считать, что у меня хобби такое – осыпаться в МАГе синей красочкой, в угоду совершенно непонятным целям. Ох, если бы эта пудра не оставляла таких следов, ты бы и не узнал ничего.
– Сколько это уже продолжается?! – Рэй взмахнул руками, транспортник за его спиной выгружал еще несколько нетронутых грибком деревьев. – Лет пять? Не помню… когда я, дурак, вас познакомил?
– Три с половиной года назад, – Раш подошел к только распакованному буйно цветущему апельсиновому дереву. – Хотя… я не уверен, что она тогда запомнила мое имя. Думаю, лучше считать историю нашего, хм, взаимодействия от первого скандала, когда я только стал Главой и запретил ей проводить ту выставку. Около года. Чуть меньше. И синтез… столько же.
– Год… охренеть! – от возмущения и растерянности Эксперту было сложно держать себя в руках. – Ты болен, друг, и эта болезнь может стать смертельной. Просто признай это, прошу! Так нельзя! Рыжая заноза выкрасила этой синькой половину Полиса и не собирается на этом останавливаться! Это все равно… все равно, что красить твоей кровью, ты понимаешь?!
– Тш-ш-ш. Не так громко, – Глава Полиса пришлось осадить чересчур темпераментного друга. – Ти-ше! Ты прав. Это опасно, это глупо, это дурость полнейшая. Думаешь, я не понимаю этого? Перестань. Прекрасно понимаю, но… посмотрел бы я на твои действия, если бы все это касалось твоей обожаемой Лорны.
– Я расскажу ей, – прошипел Рэй, набычившись, и Раш быстро обернулся к нему. – Расскажу Арманде откуда берется ее любимая красочка. Нет! Лучше Лорна поведает об этом дорогой подружке во время очередной росписи рук, ног, стен и потолков.
– Вы превышаете свои полномочия, Эксперт Экгер, – Глава Полиса глянул очень холодно и зло. – Я не нуждаюсь в опеке и участии. Мне плевать на чье-либо авторитетное мнение в этом вопросе, включая ваше. Плевать. Я буду делать то, что считаю нужным. О погрузке и транспортировке выбранных единиц товара я распоряжусь. Вы свободны на сегодня, Господин Экгер.
– Отлично, – Рэй протянул ему подписанное заключение об утилизации. – Но моду на эту чертову синьку я изведу, будь уверен. Начну сегодня же! Применю все известные приемы, включая запрещенные, вроде того же слива информации, мне насрать. Я тебя предупредил!
* * *Мандариновые деревья бодро топорщились под жарким солнцем дальнего равнинного пригорода Полиса.
Раш в который раз прошелся между длинными рядами посадок недельной давности, рассматривая свежие побеги и густые кудрявые кроны. Апельсиновые деревья почти отцвели, и их густой пряный запах уже не так валил с ног, как несколькими днями ранее. Обширная терраса у дома была прикрыта белыми тентами, для защиты более чувствительных растений.
Коммуникатор сухо щелкнул в ухе у Главы Полиса, информируя механическим голосом: