- -
- 100%
- +
Глава 1
«Грудь у нее явно силиконовая», – это единственная мысль, которая приходит мне на ум. Ну не может настоящая так упруго подпрыгивать при каждом движении.
Я стою в дверях спальни и наблюдаю картинку из немецкого кино. Девица с искусственной грудью старательно прыгает на моем муже, издавая то ли скулеж, то ли стоны удовольствия. Надеюсь, соседи не подумают, что мы здесь свиноферму развели или у нас кошка рожает.
– Черт! – Сергей замечает меня и сбрасывает с себя ничего не понимающую девицу, да так, что она даже с кровати падает.
– Вы продолжайте, продолжайте, – говорю им, взмахнув рукой. – Я только кое-что заберу и ухожу.
– Лада, стой! – муж начинает натягивать брюки прямо на голое тело, а девица настолько ошарашена, что только и может переводить взгляд с меня на Сергея и обратно.
Нагоняет он меня в коридоре и хватает за локоть, больно сжимает.
– Отпусти, – пытаюсь вырваться. – И до моего возвращения смени мебель в спальне.
Специально так говорю, чтобы не вызвать подозрений. Возвращаться я сюда не собираюсь. Хватит, наелась.
– Тебе настолько плевать? – зло, но с какой-то затаенной болью спрашивает Сергей.
– Если хочешь, могу истерику устроить, – равнодушно пожимаю плечами. – Или, например, повыдергивать волосы твоей бабе. Что там ещё обычно любящие жены делают?
Муж бьёт кулаком в стену рядом с моей головой. Его бессильная ярость, кажется, сейчас выльется на девицу в комнате.
– Ты даже не пытаешься, Лада! – повышает голос Сергей. – Ты два гребаных года даже не пытаешься! Даже сейчас… Неужели ни ревности, ни обиды? Неужели ничего?
– Кое-что есть, – подумав, киваю я. – Омерзение. Жаль, нельзя развидеть эту картину, а то силиконовая грудь по ночам ещё будет сниться. А теперь отпусти и иди уже кончи, тебе надо выпустить пар.
Мое единственное развлечение за последние годы – убивать Сергея своим равнодушием. Он пытался быть хорошим мужем, но каждый раз натыкался на безразличие. И в итоге срывался. Так мы и варимся в этом аду в соседних котлах.
– Сережа… – из комнаты раздается тихий испуганный писк.
– Скройся! – орет он на девицу.
Спасибо, силиконовая девушка. Секунды, на которую она отвлекает моего мужа, мне хватает, чтобы выскочить за дверь и почти кубарем скатиться по лестнице. В одних брюках и босиком он за мной не побежит.
Заехала, называется, за документами. В квартире я в последнее время почти не появляюсь, живу вместе с дочерью в загородном доме. А Сергей неплохо здесь развлекается в мое отсутствие.
Сажусь в машину, заезжаю колесом на тротуар, чертыхаюсь и, ударив по глазам, еду куда глаза глядят.
Когда понимаю, что достаточно попетляла по городу, останавливаюсь и откидываюсь на сиденье.
Измена мужа меня не трогает от слова совсем. Да, мерзко, но не более того. Он так хотел, чтобы мы поженились, а в итоге, наверное, сам не рад. И зачем мы тогда продолжаем мучиться в этом браке? Ответ мне известен с самого начала.
Телефон разрывается уже давно, но я его игнорирую. Знаю, что это Сергей. А о чем мне с ним разговаривать? Все же достаю и смотрю на экран. Муж уже и тяжёлую артиллерию подключил. А может, мама так звонит. Лишний раз напомнить, чем мы обязаны Сергею.
– Слушаю, – ставлю звонок на громкую и кладу на соседнее сиденье.
– Лада, что у вас происходит? – в голосе мамы слышится беспокойство. – Сергей тебя найти не может. Он волнуется. Лада, что бы ни происходило, не забывай, что вы семья, у вас ребенок.
Как завуалированно прикрыта фраза «мы ему должны». И мне об этом не дают забыть.
Да, для всех мы семья. Играем роли мы отменно – российский кинематограф потерял двух отличных актеров. Все видят лишь красочный фасад счастливой семейной жизни, но никто не видит, что внутри все прогнило и больше похоже на локацию для фильма ужасов.
– Мама, если ты закончила, то мне пора, – заношу палец над экраном, чтобы сбросить вызов.
– Лада, только не глупи, – очередное напоминание от мамы, и я наконец снова в тишине.
Еду в загородный дом, и, конечно, муж уже здесь. Он ещё что-то не сказал? Только вряд ли при обслуживающем персонале станет. Упорно игнорирую присутствие Сергея, улыбаюсь дочери, которая, поддерживаемая няней, неуверенно топает ко мне с серьезным выражением лица.
Устает, падает ко мне в руки, и я ее поднимаю, чтобы расцеловать. Мой лучик света в беспросветной тьме. Ничего, скоро мы избавимся от этого гнета, от этого дома и начнем жизнь с чистого листа. Я не допущу, чтобы и мой ребенок страдал от такой жизни. Мы справимся, мы сильные.
Да, будет сложно, ведь Сергей просто так не отдает то, что принадлежит ему. И его больная одержимость… Нет, я решилась. Лучше всю жизнь в бегах, чем с ним под одной крышей. Мне двух лет вполне хватило.
– Лада, тебя что-то очень сильно обрадовало? – муж идёт за мной наверх, показав няне, чтобы та оставалась внизу.
Какой внимательный, однако. Нельзя показывать, что да, я очень рада, что скоро все закончится.
– Вот моя единственная радость, – снова целую дочку в щеку, и она улыбается.
Закрываю дверь в комнату прямо перед носом Сергея, знаю, что барабанить в дверь он не станет. Когда Кира засыпает, прислушиваюсь к звукам в доме.
– Да, – муж выходит из комнаты напротив, кажется, разговаривая по телефону. – Что там? Какая к черту проверка? Ладно, сейчас приеду.
Звёзды сошлись, словно мне сам бог помогает. Да, с чемоданами я выходить не собираюсь – глазастый охранник, который здесь якобы для нашей безопасности, заметит. Но я все предусмотрела и потихоньку переносила вещи в багажник на протяжении недели.
Где лучше всего затеряться, я сразу решила – в большом городе. Поэтому поедем с Кирой покорять Москву. Деньги есть, наличкой, конечно. Машина, конечно… Ничего, каршеринг никто не отменял, тем более я предусмотрительно обзавелась картой, которая привязана к счету, что никак нельзя связать со мной.
Да я просто Джеймс Бонд в юбке!
Через пару часов мы с Кирой выходим во двор, на плече у меня только детская сумка.
– Лада Станиславовна, – рядом вырастает охранник.
– Господи, Дима, что ж вы так пугаете? – прижимаю руку к груди.
Сердце на самом деле барабанит, но это адреналин. Зато как убедительно, хотя я видела, как этот секьюрити направляется к нам.
– Извините, – кивает он. – Сергей Евгеньевич просил усилить меры безопасности.
Догадывается. Сразу после смерти моего отца появился вот этот Дмитрий, теперь ещё и усиление мер безопасности, точнее, надзора.
– Не думаю, что во время прогулки по парку нам будет что-то угрожать, – пристегиваю Киру к креслу и обворожительно улыбаюсь охраннику.
Он смотрит на приоткрытую сумку. Влажные салфетки, бутылка воды, печенье. Мы действительно будто на прогулку собираемся. Дима кивает, но достает телефон.
– Скоро вернёмся, – обещаю я этому церберу и сажусь в машину.
Так, время есть. Ну, с богом… Машину оставляю на выезде из города, заметив в приложении, что рядом есть каршеринговая. И тут же выбрасываю сим-карту, не забыв, что надо приобрести новую. Кира по дороге спокойна, с интересом посматривает в окно.
В Москву приезжаем, когда уже темнеет, но этот город, как известно, не спит. Скоро буду на месте. Небольшая квартирка, которую я забронировала во время одной из остановок, станет на время нашим новым домом. Навигатор показывает, что ехать мне пятнадцать минут. Кира уже начинает капризничать, я немного дольше, чем требовалось, смотрю в зеркало заднего вида, успокаивая дочку, и…
Вот черт! Я успеваю вдавить педаль в пол, но тормозной путь машины… Я всё-таки въезжаю в зад авто, которое двигалось впереди.
Так, надо успокоиться и попытаться договориться без ГАИ. А с каршерингом придумаю тоже что-нибудь.
Через лобовое стекло вижу, как из машины выходит мужчина. Мне тоже надо. Дверь не закрываю, прислушиваясь к Кире.
– Я сейчас, моя девочка, – говорю и поднимаю голову.
Это шутка судьбы такая, что ли? В огромном городе я задела именно его машину.
– Лада? – Марат удивлен не менее меня. – Это правда ты?
Глава 2
Два года назад
– Куда, Лада? – мама стоит на пороге моей комнаты и с возмущением наблюдает, как я бросаю вещи в чемодан. – Да ещё одна! Что Сережа скажет?
Начинать снова этот разговор я не вижу смысла. Мама слышит только себя, и она уже все решила.
Сережа такой прекрасный парень…
С Сергеем ты будешь как за каменной стеной…
Сережа тебя так любит…
Прекрасности его я в упор не видела. Хотела я быть не за каменной стеной, а счастливой. А насчёт любви… Мне кажется, Сергей просто хочет получить то, что не может. И в этом стремлении он скорее похож на маньяка. Одержимого мной маньяка. Получить любой ценой – отличный для него лозунг.
– Инесса, – рядом с мамой появляется отец, – отстань от дочери. Хочет отдохнуть – пусть летит, поездит по Европе, подумает.
Последнее слово становится для мамы аргументом. Наверняка она решила, что думать я буду о свадьбе с Сергеем. Только это вопрос решённый. Для меня, по крайней мере.
Спасибо папе, что он не давит с другой стороны. Знаю, он бы тоже был не против, если бы я рассматривала Сергея как кандидата в мужья. Но в первую очередь отец хотел для меня счастья. Мама тоже, конечно, но по-своему.
– Что-то у меня давление поднялось, – бормочет она и, развернувшись, уходит.
– Может, остаться в Европе? – спрашиваю я скорее у себя, а не у стоящего в дверях отца.
– Да поворчит немного и успокоится, – смеётся он. – Я тебя в Москву в аэропорт отвезу, сам по делам в столицу собираюсь.
Рейс у меня вечером, и папа по своим делам мог бы отправиться с самого утра, а так придется ночевать в гостинице, чтобы отвезти меня.
– Я сама могу добраться, оставлю машину на какой-нибудь платной стоянке…
– А может, я хочу побыть с дочерью, – не даёт мне договорить. – Что-то мы в последнее время почти не видимся.
– Хорошо, папа, – киваю, улыбаясь. – Я почти готова.
– Лада Станиславовна, Станислав Григорьевич, к вам пришли, – оповещает нас экономка. – Сергей Евгеньевич, – уточняет, и я вздыхаю.
Поскольку люди мы вежливые, надо выйти и поздороваться. А так хотелось уехать потихоньку.
Мама, забыв о своем давлении, пьет с Сергеем кофе в гостиной. Я здороваюсь с нашим гостем, беру с подноса, где стоят чашки для нас с отцом, одну и делаю глоток.
– Вот Ладочка собирается в Европу, – рассказывает мама о моих планах. – Но что-то тревожно так ее одну отпускать. Вот если бы ты, Сережа, поехал с ней, но я понимаю, что у вас со Стасом тендер.
– Если бы Лада так не торопилась, то через неделю мы бы могли полететь вместе, – Сергей бросает на меня свой маньячный взгляд.
Я тут сбежать пытаюсь, чтобы его имя не слышать даже, так что отдых себе я испортить не позволю. Папа видит, что я готова заскрипеть зубами и переводит тему на работу.
Допив кофе, считаю миссию гостеприимства со своей стороны выполненной и, пожелав всем хорошего дня, возвращаюсь в комнату.
Отец заходит за мной через час. В руках небольшая сумка – значит, готов. Забирает и мой чемодан. Мама ждёт нас у выхода, снова вздыхает так, как будто меня на каторгу или на плаху провожает, но молчит. И слава богу! Очередную порцию Сергея на дорожку я не выдержу.
Папа по дороге ни разу не произносит его имя. Мы, кажется, обо всем на свете успеваем поговорить по дороге в Москву. И в здание аэропорта я вхожу уже в отличном настроении.
Регистрация, зал ожидания… И совсем скоро я окажусь за три тысячи километров от Сергея с его одержимостью, от маминого жужжания и…
– Да иди к черту! – слышу рядом мужской голос, который отвлекает меня от мыслей. – Тимур, я в отпуске, понял? И на это время забудь мой номер телефона, даже если в офисе случится пожар, потоп или любая из казней египетских.
Непонятно почему, но улыбаюсь. Мужчина, повесив трубку, ловит мой взгляд.
– Считаете, что нашествие саранчи возможно на ваш офис? – зачем-то спрашиваю я, хотя завязывать разговор с незнакомцем не собиралась.
– Главное, чтобы не жабы, – сразу же понимает он, о чем я.
Блеснули оба эрудицией, на этом можно и закончить, тем более началась посадка на мой рейс.
Перелет, очередной аэропорт, в гостиницу попадаю ночью, и хватает сил только на то, чтобы принять душ и лечь спать. Правда, уже почти отключаясь, пишу отцу сообщение, что долетела и у меня все хорошо.
Утром просыпаюсь совершенно счастливая и жутко голодная. Завтраки здесь включены и как раз через пятнадцать минут должны начаться. Этого времени мне достаточно, чтобы привести себя в порядок и спуститься в ресторан. Набираю в тарелку еды, чашку кофе в завершение, предвкушаю завтрак и последующую за ним прогулку по Риму, но…
Надо было сесть сразу за столик, а потом предаваться мечтам. Мой кофе оказывается на белоснежной футболке, когда я поворачиваюсь. А ведь он ещё и горячий.
– Ой, – вскрикиваю я.
– Черт, отличное начало отпуска с ожогом, – русская речь заставляет поднять голову.
– Это вы? – удивляюсь я, когда вижу перед собой вчерашнего мужчину, с которым мы перекинулись парой слов в Шереметьево.
– Это я, – соглашается он. – А это кофе, которому не место на одежде.
– Извините, – говорю я, хотя мне хочется улыбнуться.
Он второй раз всего лишь одной фразой как будто поднимает мне настроение на пару градусов. Хотя ведь ничего смешного, по сути, не говорил.
– Пойду переодеваться, так что я вас извиняю, а вот мой желудок нет, – и после этих слов улыбку скрыть уже не получается.
– Присоединитесь потом ко мне за завтраком? – даже неожиданно для себя предлагаю я.
– А почему бы и нет? – мужчина, с которым я даже не познакомилась, но уже собралась завтракать, уходит, а я занимаю столик и понимаю, что постоянно поглядываю на вход.
Нет, заводить курортный роман я не собираюсь. Просто пообщаться с интересным человеком. Как он сам сказал: почему бы и нет?
С чего я взяла, что он интересный? Не знаю, может, это впечатление обманчиво, но интуиция подсказывает, что нет. А ей я доверяю.
Он возвращается уже в черной футболке, недолго выбирает себе завтрак, подходит ко мне и садится напротив.
– Марат, – представляется он.
Почему-то я была уверена, что зовут его не Саша, Вася или Сережа. Тьфу ты, вспомнила не к месту.
– Лада, – отвечаю я.
– Тогда рассказывайте, Лада, что привело вас в Рим? – начинает Марат в принципе обычную беседу.
– Отдых, – пожимаю плечами. – И вас, судя по вашему вчерашнему разговору, тоже.
– Правильно понимаете, – кивает он. – Решил по Европе прокатиться. Не любитель я валяться на пляжах.
Надо же, я тоже. И чем больше мы говорим, тем больше я понимаю, что у нас действительно много общего.
После завтрака мы с Маратом почти одновременно начинаем фразу: «А не хотите?..»
И застываем в холле гостиницы, засмеявшись. Оказывается, мы хотим предложить друг другу одно и то же. Прогулка по Риму проходит не так, как я планировала, но мне даже больше нравится не в одиночестве, хотя именно о нем я и мечтала.
С Маратом легко. Мы много говорим обо всем: об истории, о литературе, да просто о жизни. И да, он на самом деле оказывается интересным человеком. Мало того, что может поддержать любую тему… Ладно я-то, в мое образование было вложено немало средств. Так вот, с Маратом можно говорить обо всем, но при этом он так строит фразы – я не смеялась столько очень давно.
– А может, вместе прокатимся по Европе? – приходит мне в голову идея. – Вдвоем же веселее.
– А давай, – Марат соглашается. – Люблю пообщаться с интересными людьми, а мы ещё не обо всем поговорили.
Да он словно прочитал мои мысли!
Глава 3
– Это я, – отвечаю на вопрос Марата, и меня накрывает истерика.
Смеюсь, а по щекам катятся слезы. Как давно это было… Два года прошло с тех пор, но воспоминания яркими картинками вспыхивают в голове.
– Успокойся, – Марат встряхивает меня за плечи, и тут до нас на повторе доносится:
– Мама! Мама! – а затем и плач.
Достаю Киру из машины и… не знаю, что дальше делать. Смотрю на Марата, потом на машины. Вмятины едва заметные, но что-то с этим надо делать, тем более у меня машина каршеринга.
Все же так удачно начиналось. Мне оставалось только добраться до квартиры.
– Марат! – я хватаю его за руку. – Можно же это как-то разрешить, чтобы мое имя нигде не фигурировало?
Он хмурится, переводит взгляд на Киру. Не представляю, о чем он сейчас думает, не знаю, если ли у него возможности все уладить. И в судьбу я не верю… Но она столкнула меня на дороге именно с Маратом. С тем, кто внезапно появился в моей жизни, а потом так же внезапно исчез. Я не думала, что мы с ним ещё когда-нибудь встретимся, даже предположить такое не могла с самых смелых фантазиях. Но вот мы здесь, посреди дороги, в Москве.
– Ты ребенка похитила, что ли? – усмехается он, но мне сейчас совсем не до смеха.
Я сильнее прижимаю Киру к себе. Вся моя решительность как будто испаряется, когда я понимаю, что мечты о свободе могут остаться только мечтами. Ещё и встреча с Маратом добивает меня. Я заставила себя забыть о нем. Убедила, что две недели в Европе – это всего лишь маленькое приключение, яркие эмоции, но никак не чувства.
– Это мой ребенок, – тихо отвечаю, хотя и так понятно, если она звала меня мамой.
– Товарищ полковник, – говорит Марат уже в трубку, – здравия желаю. Надо решить небольшое недоразумение на Бутырской. Нет, все живы, целы и невредимы. Спасибо, жду. Ты почему такая испуганная? – спрашивает уже у меня.
– Это из-за аварии, – киваю на машину, и, наверное, кто угодно бы мне поверил, но только не Марат.
Он больше ничего не говорит, и я сдерживаю порыв расспросить его о последних двух годах. Мы чужие. Сколько людей лишь ненадолго касаются нашей жизни и уходят, сыграв свою роль. Вот и мы так… Коснулись друг друга, вернулись по домам, и каждый вернулся к прежнему. Мы остались лишь воспоминаниями. Хотя я даже не уверена, что Марат вспоминал обо мне.
– Посиди в моей машине, – открывает он дверь, когда к нам подъезжают сотрудники ГАИ. – Не бойся, – видит, кажется, что я готова сорваться на бег.
Я ему верю. Несмотря на то, что сейчас на пределе, именно ему я верю. Мы с Кирой садимся в машину, и я закрываю глаза. Здесь все пахнет… Маратом.
Запахи – это моя работа, поэтому я по привычке втягиваю воздух в новом месте. После поездки по Европе я создала целую линейку нового парфюма, ассоциируя его с каждой из стран. И очень долго работала над одним ароматом, на который меня вдохновил именно Марат.
– Мама! Дя! – Кира указывает пальчиком в окно.
– Да, зайка, там дядя, – машинально киваю. – Надеюсь, он уладит все. У мамы, кажется, на сегодня не осталось сил.
– Мама! Лю! – дочка хлопает меня по щекам и прижимается своим носиком к моему.
– Я тоже тебя люблю, – улыбаясь, говорю, когда распахивается передняя дверь.
– Так, – Марат садится вполоборота, – если есть в машине вещи, забирай. Твое имя нигде не засветят, поэтому, от кого бы ты ни пыталась спрятаться, так тебя не найдут.
Он все прекрасно понимает, но не озвучивает. В принципе, логическое умозаключение сделать не так уж сложно. От кого я могу прятаться с ребенком на руках? Естественно, от мужа.
– Спасибо, – искренне говорю. – Да, вещи надо забрать.
Не представляю, как я справлюсь с Кирой и всем, что надо забрать из машины, но остался последний рывок. Ещё немного – и я смогу выдохнуть. А завтра уже буду думать дальше. Главное, что я вырвалась.
– Куда ты ехала? – Марат отворачивается, и теперь я могу видеть только его макушку, виднеющуюся над подголовником водительского кресла.
– Я квартиру забронировала, надеюсь, хозяйка дождется, – вздыхаю, понимая, что придется, скорее всего, отправляться в гостиницу.
Черт! Нет, нельзя. Там же я засвечу паспорт. Малая вероятность, что Сергей начнет именно с московских гостиниц, но это все равно след.
А было так хорошо спланировано. Я предусмотрела все, кроме этого инцидента.
Лёгкий стук пальцев по обмотке руля. Лишь он нарушает тишину в машине. Даже Кира притихла у меня на руках.
– Ладно, идём за вещами, – Марат выходит и открывает мне снова дверь.
Галантность его никуда не делась. Он даже внешне не изменился, только сейчас выглядит чуть уставшим и задумчивым.
– Мама, бай-бай, – на улице Кира снова начинает капризничать.
– Спать хочет? – догадывается Марат.
– Да, – киваю и вижу, что первым делом он достает детское кресло и… несёт в свою машину. – А что ты?..
Вопрос застревает в горле, и снова наворачиваются слезы. Спокойно, Лада, это нервы и усталость. Отдохну и опять начну яснее мыслить.
– Усаживай ее, – спокойный и уверенный голос Марата будто придает мне сил.
Кира совершенно не хочет слушаться, но я её успокаиваю как могу, пока наши вещи кочуют из каршеринговой машины в багажник автомобиля Марата.
В самом конце он приносит мой телефон, где несколько пропущенных от хозяйки квартиры и сообщение: «Больше ждать вас не могу. Предупреждать надо, если не успеваете».
– Квартира отменяется, – шепчу я, но Марат слышит.
– Лада, сядь уже в машину, – просит он. – Черт, что за день? – спрашивает скорее у самого себя.
Это он так не рад нашей встрече? Но Марат такой Марат все же… Мне казалось, я его узнала за короткий срок лучше, чем других людей за годы. Он бы не бросил никогда женщину с ребенком посреди дороги. Знакомую или незнакомую – не важно.
– Есть где-нибудь поблизости гостиница? Хоть какая-то, – все же решаюсь.
На ночь всё-таки сойдёт. Завтра утром найду новую квартиру, желательно подальше от этого района.
– Ага, – отзывается Марат, и дальше мы едем молча.
Путь наш занимает минут десять. Но это… парковка около жилого дома. Оглядываюсь, пока Марат паркуется, и он это замечает.
– Лада, давай только не будем терять время и силы на вопросы и возражения, что это неудобно, пожалей хотя бы свою дочь. Да, я привез вас к себе домой, – глушит мотор, смотрит на меня.
– А ты живёшь один? – почему-то именно это меня сейчас интересует больше всего.
Точно уже шарики за ролики заехали у меня в голове. Мне бы подумать о себе и Кире, но я лезу в жизнь Марата, хотя не имею на это никакого права. Нет, но если у него там жена и семеро по лавкам, то я должна быть готова к такому повороту. Насчёт семерых я, конечно, погорячилась, но за два года многое могло измениться не только в моей жизни.
– Один, – говорит Марат.
– Мама, бай-бай, – Кира указывает на комнату, когда мы оказываемся в квартире.
– Сейчас, солнышко, – прошу я уже тоже из последних сил.
Как только мы переступили порог, я словно почувствовала облегчение. Да, завтра буду что-то думать и решать, но сейчас… Эту ночь, я уверена, буду спать спокойно, ведь рядом с Маратом я с той самой прогулки по Риму под защитой. Это сложно было объяснить, но он будто своей энергетикой внушал на ментальном уровне, что все будет хорошо. Я даже предполагала, что он умеет гипнотизировать людей…
Глава 4
Марат
Два года назад
Она мне понравилась именно тем, что не хотела понравиться. Лада со мной не флиртовала, не жеманничала – ничего такого, чем занимаются некоторые женщины на отдыхе, чтобы его скрасить приятным времяпрепровождением и сэкономить.
Мы не говорим друг о друге, у нас и без этого достаточно тем для разговора. Уже через пару часов мне кажется, что мы знакомы всю жизнь.
Поздно мы возвращаемся к гостинице, и я ловлю себя на мысли, что не наговорился с ней. Может, в совместной поездке наговорюсь?
А ведь я не собирался заводить знакомств в отпуске – мне нужен был просто отдых.
Возле входа Лада останавливается и, закрыв глаза, несколько раз глубоко вдыхает.
– Знаешь, Марат, – говорит она, – удивительная композиция в Риме. Ароматов, – поясняет.
Она меня немного сбивает с толку, что мало кому удается. Всё-таки необычная девушка. Кто-то приезжает в Италию на шоппинг, кто-то за историей, а она говорит об ароматах. И вижу, что ей тоже не хочется идти в номер. Точнее, расставаться.
Всё-таки биохимические процессы уже были запущены в тот момент, когда мы разговорились. Она мне нравится, я ей тоже интересен, что Лада даже не пытается скрывать, так что ничего удивительного, что утром мы просыпаемся вместе в моем номере, нет.
Всё-таки это большая редкость – встретить женщину, с которой и в постели хорошо, и вне постели. Я даже не могу определиться, мне больше секс с ней понравился или разговоры.
– Куда поедем сегодня? – спрашивает Лада, едва открыв глаза. – Кстати, ты вкусно пахнешь.