- -
- 100%
- +
© Валерий Гуров, 2024
Глава 1
Решив не привлекать внимание достаточно скромным внешним видом, я отправился на встречу с Осетином на метро, станция которого располагалась недалеко от Академии. Как и в прошлый раз, никого, кто бы спросил: “А куда это вы направились, кандидат Вронский” на входе, не нашлось. Оно и к лучшему.
Вообще, после распределения позывных, вся и так немногочисленная Академия, будто бы в принципе обезлюдела. С новоявленным Музыкантом я не пересекся, в коридорах никто не ходил, в мою комнату не залетал комендант с очередным идиотским требованием к кандидату… Про меня все забыли, что было мне только на руку. Я и сам не стремился завести с кем-то более близких отношений тем более, что последние знакомства сложно назвать “удачными”.
Я прибыл заранее, и притормозил перед роскошной, стильной вывеской “Сабо де ля Вира”. Черная с золотыми буквами, вывеска также сообщала, что это ресторан. Хороший, судя по всему, ресторан.
Неплохое место для таксиста Миши Осетина, что уж говорить про сироту Марка Вронского, уж каким бы он ни был Гепардом. Может, сюда он должен подъехать?
Решив уточнить ситуацию, я уже достал телефон из кармана, но набрать вызов не успел – из ресторана мне навстречу вышел официант. Все, как полагается в лучших заведениях: кипенно-белая рубашка, черные брюки и черный фартук на поясе с большими карманами. На лице – вежливая улыбка, адресованная мне.
– Пожалуйста, проходите, – пригласил официант меня внутрь, приоткрывая и придерживая дверь. Я не сделал попытки двинуться вперед, приподнимая бровь в недоумении.
– Я не уверен, что мне сюда, – ответил я, покачав головой.
– Вас ждет Миша Осетин, господин Вронский, – назвал меня официант, и недоумение стало больше. Точнее, даже недоумение, а ощущение некой подставы. Вот только размер ее только предстояло узнать.
Убрав телефон в карман, я последовал за парнем, оказываясь в полутемном помещении. Света достаточно для глаз, чтобы разглядеть блюда за столиком, но сидя за одним, ты совершенно не видел других посетителей. Удобно, и хорошая работа дизайнера. В остальном – дорого, стильно, но без пафоса. Как “Роллс-Ройсу” не требуются стразы и блестки, чтобы заслуживать звание лучшего автомобиля, так и в зале было все для удобства посетителей, но без лишней мишуры.
За столом, к которому меня, ловко маневрируя между стульями, провел официант, спокойно сидел Миша Осетин в присутствии трех телохранителей. А вот это глупо, на мой взгляд – их задача иметь возможность реагировать на опасность, а много ли вы сделаете, если все вместе сидите за столом? Я бы встал у входа, за спиной и где-нибудь в уютном полумраке зала, близко, но не привлекая к себе внимания. Но это я. А до моего опыта этим мужикам как до луны и обратно.
Осетин, одетый в такой же дорогой костюм, как и уровень ресторана, вальяжно развалился за столом, достаточно дружелюбно улыбнувшись мне при встрече. Но сам не встал, не протянул руки, словно ему было не по статусу, что забавно. Ездить в развалюхе по трассе, подвозя бедных студентов – ему нормально, а поздороваться – уже нет? А, впрочем, мне с ним детей не крестить.
– Здравствуй, дорогой, присаживайся, – и предложил стул напротив. Я не стал сопротивляться, и присел, оставляя себе место для маневра на случай непредвиденных исходов переговоров. По крайней мере, успею воспользоваться пистолетом, который я устроил перед выходом в кармане пиджака. Моя одежда на удивление оказалась достаточно практичной, по крайней мере, радовали объемы карманов.
Материализовавшийся официант почтительно развернул передо мной меню, и я заглянул в него краем глаза, тут же захлопывая папку. Пока мой статус в Академии нестабилен, и никакой стипендии не светит, стоит поберечь то, что осталось от Гиппопотама, пока не придумаю другого способа добыть денег, а они мне все равно понадобятся для покупки предметов для заказа. Ничего страшного, я сюда не есть пришел.
– Заказывай, я угощаю, – великодушным жестом предложил Осетин, но я покачал головой, отказываясь. Бесплатный сыр только в мышеловке, и работать за еду точно не хочется. Да и вообще, сколько мы разговаривали с Мишей, никакой конкретики он не говорил, словно начитался той самой “официальной версии”, и грамотно ее придерживался. Так что я догадываюсь, что Осетин – еще один рекрутер, правда, уровнем повыше, чем те, кто приходил утром в Академию, однако, он так и не просвятил, из чьей семьи и на кого работает. В интернете же никакой информации о существовании Миши Осетина не нашлось, что и понятно – не мальчик, чтобы в социальной сети сидеть, а самостоятельного рода у него нет.
– Хорошо, тогда закажу на свой вкус. В твоем возрасте надо кушать всего и побольше, верно? – и снова он изображал из себя любящего дядюшку, пока перечислял официанту блюда на всех пятерых, по всей видимости – слишком большое количество для двоих. Ну или тут порции маленькие, как полагается в “дорогом ресторане”, и чтобы наесться ими нормальному мужику, требовалось поглотить по две-три штуки. Кто знает.
– Если правильно помню, сегодня вам выдавали позывные? – закончив с заказом, вернулся к разговору Осетин, и я пожал плечами. Я встречал раньше два типа заказчиков.
Первый – выдавал задание, срок и нюансы, и исчезал, чтобы потом перевести деньги. Ценил свое время, мое время, и ненавидел лишние разговоры. С такими я любил вести дело, потому что все ясно, понятно, быстро.
А вот второй обожал разводить политесы и считал недопустимым сразу в лоб говорить про дела. Надо было, как в сказке: напоить, накормить, спать уложить, а потом спрашивать. И тут уже зависело от человека. С некоторыми мне нравилось проводить время, потому что я использовал их как источник информации. А некоторые были навязчивыми, мутными и душными, считая меня человеком второго сорта, который вынужден сидеть и слушать, если хотел получить задание.
Не понимали, глупцы, что с моим уровнем Права убийцы мне заказы скидывали наперебой, и я мог выбирать, чем заняться. Однако все равно сидел и слушал. Если слушать правильно, всегда можно услышать намного больше, чем человек изначально хотел сказать.
Вот выбранная позиция Осетина явно попадала во второй тип – сначала поговорить ни о чем, наладить контакт, потом о делах. Что же, пока это не перешло во второй вариант типа, почему бы и нет. Он может разговаривать сколько угодно, мне это совершенно не мешает, мы для этого и встретились.
– Да, выдавали. Не всем, правда, понравилось. Не знаешь, как работает это устройство? – чтобы не выдавать свой позывной (потому что хрен его знает, считается ли это секретной информацией, можно ли сообщать посторонним, и, с другой стороны – а нафига мне ассоциации с неким парнем в маске Гепарда, что не так давно отличился на подпольных боях?), я перевел разговор на другую тему.
Осетин рассмеялся, и покачал головой. Хотя, я уверен, что спросил точно не что-то смешное. По крайней мере, телохранители так и сидели с каменными лицами, словно истуканы.
– Нет, не знаю, я не учился в этой Академии, – признался он “честно”, хотя я что-то подобное и подозревал. – Но я был в свое время студентом, так что понимаю тебя…
Ох ты ж, понимает он меня. В чем же, интересно? Неужели мне будут втирать, что Осетин – сирота? Да не должен, если не считает меня настолько тупым, чтобы я не помнил его рассказ в машине. Небольшой дар Дипломата, умение понимать животных, отец ему помог поехать поступать в Академию… Что-то такое было точно, я припоминал, не смотря на плохое состояние в тот момент.
– Столица, это столица, со своими требованиями буквально ко всему, – а вот теперь понеслась официальная часть представления. Я изобразил все внимание на лице, какое только смог. – В одежде, обуви, даже к обучению. Есть платные семинары, практикумы и доступы в библиотеку… Да-да, знание может стоить дорого, поверь мне.
Да я и спорить не собирался, конечно. Но и знание про платные семинары стали интересным моментом. Ранее об этом я не слышал. Хотя про обучение в принципе мало что знал, так что тут каждая новость может стать открытием. Да и зачем заранее узнавать, как проходит обучение, если у меня есть все шансы его так и не начать?
– Я верю, – решив поддержать разговор, отреагировал я, показывая, что все понимаю, верю и принимаю. И готов слушать дальше со всем вниманием.
– Я предлагаю тебе оплату обучения, ты не будешь ни в чем нуждаться, деньги на одежду, обувь, карманные расходы… – и снова включился режим дядюшки. Странно, что про жену не сказал, а то я где-то уже это слышал сегодня. – А ты взамен иногда будешь выполнять просьбы, небольшие, и ничего такого, что бы ударило по чести или достоинству.
Но он не уточнил, чьему достоинству. А в каких-то моментах это могло стать принципиальной вещью. Возможно. И что значит “небольшие” просьбы? По сравнению с чем? Но я спросил о другом. Слишком большая плата за “небольшие просьбы, которые не бьют по чести и достоинству”.
– А зачем вам бездарный? – потому что я не видел ни одного повода, зачем потребовался Марк сам по себе. Вот за возможное наследство от отца – видел. А так – сирота, без денег, связей, да даже без нормальной одежды, с заблокированным даром, который приехал для галочки по императорской программе помощи.
– Видишь ли, – Осетин придвинул к себе поближе первое из принесенных блюд, и указал мне на тарелку, поставленную передо мной. Весь его вид показывал, что для продолжения разговора мне просто-таки необходимо попробовать еду. Слышал я про этот нюанс, во многих мирах заложенный в подкорку: если разделяешь с хозяином дома еду, то врагом быть его не можешь. Закон гостеприимства или что-то вроде этого. Пока ссориться с Мишей не входило в мои планы, так что я пожал плечами и взял вилку в руки, разглядывая заказанное им блюдо.
Ничего выдающегося на первый взгляд – большая глубокая тарелка, посередине которой невысокой горкой уложены овощи с креветками. Наколов на вилку пару листочков салата с огурцом, я отправил в рот, показывая, что внимательно слушаю ответ на свой вопрос.
– Дар – это такое… Сегодня бездарный, завтра нет, а человечек-то остается, верно? А нам нужны люди среди Чистильщиков. Как раз как ты – молодые, перспективные, которым мы можем помочь, чтобы помогли нам, – сам Миша ел макароны с каким-то соусом, при этом по всем правилам пользуясь столовыми приборами, чтобы ни капли красного соуса не попало на стильный серый костюм.
В принципе, объяснение звучало логично. Оплата обучения и карманные расходы молодого студента не так дорого в долгосрочной перспективе. А если поймать на крючок такого “специалиста” для выполнения “небольших просьб”, то и затраты можно достаточно быстро вернуть. И при этом – все достаточно открыто и прямым текстом. Мы тебе закрываем необходимые потребности, а ты нам помогаешь, чем можешь. Все логично, простые товарно-денежные отношения. Главное, не брать больше, чем заплатить смогу.
Да и если они (кем бы “они” ни были – Миша так и не сказал, с какой семьей работает) выбрали Марка Вронского, сироту и бездарного, значит, им нужно именно такой человек. Иначе бы подошли к кому-нибудь еще.
Учитывая заявление Аланиади с утра, мне все равно не дадут остаться в нейтралитете, то есть выбирать клан все-таки рано или поздно придется. Так почему бы не согласиться?
– Хорошо, я согласен, – кивнул я, понимая, что вообще ничего не теряю. Как заказ будет выполнен, я просто исчезну из этого мира, и взятки гладки. А до этого момента постараюсь, чтобы “небольшие просьбы” не мешали моему основному заданию.
– Я очень рад, дорогой! Тогда, в качестве подарка на поступление в Академию, прими вот это, пожалуйста, не откажи, – и Осетин взял у одного из телохранителей достаточно пухлый белый конверт, заставив меня усмехнуться. Если и этот будет запечатан неизвестной этому миру печатью, по крайней мере, я знаю того, кто этому обрадуется.
Пушистик, кстати, все время сопровождал меня в невидимом варианте, иногда проявляясь где-то на потолке или в тени. Со вчерашнего дня питомец однозначно подрос, начиная вытягиваться не только в высоту, но и в длину, напоминая щенка или крупного котенка, пока что помещающегося у меня на локте. Но если он продолжит самостоятельно находить шоколад, пользуясь моим присутствием в пределах видимости, то скоро на руки я его не подниму, не смотря на все его энергетическое состояние.
Вот и сейчас мелькнул над дверью на кухню ресторана и исчез. Пока там не слышались крики, значит, все нормально. Или звукоизоляция хорошая, как вариант. Но я верил в способность Пушистика заметать следы и стать незаметным для всех, как и в его суть хищника, от которой прятались остальные питомцы в Академии.
Я взял конверт, который не был запечатан, и мельком глянул внутрь. Характерная расцветка банкнот подсказала, что здесь хватит и на приличный внешний вид, и на покупку разных нужных мелочей для студента. Достаточно щедрый подарок, а многозначительная добродушная улыбка Миши Осетина тонко намекала, что таких подарков может быть много.
Мне же хватит этой суммы, по прикидкам, чтобы купить то, что необходимо для выполнения заказа. Вчера, после вскрытия конверта, я даже поискал в интернете необходимые мне магазины – так, на всякий случай. А еще множество маленьких магазинчиков располагалось прямо возле Академии, наверняка рассчитанных на студентов. По крайней мере, вещи первой необходимости можно было приобрести недалеко от моего места временного жительства.
– Спасибо, Миша, за подарок, – достаточно искренне поблагодарил я, убирая конверт во внутренний карман пиджака. Завтра после выбора факультета можно будет заняться покупками.
– Ну ты приоденься, костюмчик там обнови, не знаю… А потом можно будет и в гости сходить, – продолжал улыбаться Осетин, а я насторожился.
– В гости? – в какие гости? Неужели в семью, на которую работает “якобы таксист”? Тогда почему изначально разговор не начался со слов “В семье … очень любят и ценят студентов, наше будущее, бла-бла-бла”?
– Точнее, на одно мероприятие, говорят, красивое, и кормят вкусно, – Миша отпил из бокала глоток красного вина, ожидая моей реакции, и я не подвел, сыграл, как по нотам, как полагается провинциальному парнишке, которому только что перепала огромная сумма денег.
– Просто сходить на мероприятие? Поесть? – задание казалось в разряде “идиотских”, я таких тайных не особо любил. Сходи туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что. Так и здесь: вот тебе деньги на одежду, сходи в гости. Звучит как полный бред.
– Ну да, я же говорил, просьбы у нас небольшие, нетрудные, порядочные… – Миша пожал плечами, показывая, насколько это обычное дело.
– И что за мероприятие такое?
– Да вот на днях устраивает господин Мурузи званый вечер, в честь юбилея своей корпорации, – видя непонимание в моих глазах, Осетин вздохнул с видом “эх, провинция, учить и учить”. – Мурузи Денис Ашхибадович – владелец корпорации “Молзар”, которая занимается консервацией разломов вот уже лет… Двадцать, наверное? Вот и сходи, узнай, чем такая компания занимается, тебе по должности будущей положено, небось, там работать захочешь, а, Чистильщик? – и Осетин хитро улыбнулся, отсалютовав мне бокалом.
А я только сейчас узнал, чем занимается по жизни человек, чье имя было написано в белом конверте с магической печатью, с которой сумел справиться лишь питомец из управляемого портала…
Глава 2
Разговор с Осетином оставил больше вопросов, чем задумывалось изначально. Поэтому я решил прогуляться, выйдя из метро на пару станций раньше, чем было нужно. Заодно стоило зайти в магазин одежды, все же завтра предстоит выбор факультета, и думаю, нужно выглядеть более опрятно, чем сейчас. Тем более, с поддержкой Миши Осетина денег можно было не экономить, уверен, он даст еще, стоит только попросить. Даже рад будет, не сомневаюсь. Если не задумываться об оплате этих денег, как бы это ни звучало.
Карту я запомнил правильно, поэтому через десять минут неторопливой прогулки по столице я вышел на торговую улицу с призывно светящимися витринами магазинов. Не смотря на вечерний час, большинство из них было открыто, вероятно, как раз и рассчитывая на студентов после окончания учебного дня.
Я остановился около одной стены, чтобы сориентироваться и прикинуть обстановку.
Было нечто одинаковое у всех разных товарных лавок. Вывески – у кого прямоугольные с названием, у кого имя магазина рельефно выступало на фасаде здания, у некоторых соединялось из неоновых трубок. Но на каждой, в одном и том же уголке – справа внизу, был небольшой символ Стихии. Для тех, кто не разбирался в этом, символы всего лишь украшали собой вывески, и не несли никакого смысла. Иные владельцы магазинов намеренно завуалировали принадлежность к какой либо силе в рисунке вывески.
А у нескольких я на левом нижнем углу заметил небольшую корону, что, в сочетании с символом Стихии просто-таки не оставляло вариантов иной расшифровки: в этих магазинах обслуживали только принадлежавших к определенной семье, и корона давала понять, что ни о каких младших ветвях речи не идет. Хм, достаточно забавно.
Ну а мне куда, если я без определенной Стихии пока что, и при этом, понятия не имею о семье Осетина? Тогда в ресторане я все же задал прямой вопрос, на который Миша просто ответил «Пока я побуду твоим дядюшкой, малыш», что вообще не являлось ответом на заданный вопрос, но пришлось довольствоваться этим.
И для таких, как я, только прибывших студентов, нашлось пара заведений. На вывесках, куда более скромных, чем с определенными символами, изображались все пять Стихий в кругу, перечеркнутом пополам. «Без магии, без дара» – тоже все понятно даже идиоту. А я таким не был.
Поэтому и направился вперед, аккуратно лавируя между прогуливающимися молодыми жителями города, видимо, кроме торговой, эта улица являлась чем-то вроде известного места для встреч и свиданий.
Колокольчик звякнул, предупреждая о моем приходе, и я остановился почти возле входа, рассматривая внутреннюю обстановку. Что могу сказать? Обычный магазин, видимо, среднего ценового сегмента. Ровные ряды с вешалками, в конце зала – касса с сонным кассиром, скорее всего, покупателей было мало.
Слева мужская часть зала, с одеждой и обувью, справа – точно такая же женская. Я направился по адресу, прикидывая в голове список одежды на первое время.
В основном в Академии ходят в костюмах, тем более, один мне нужен наверняка для посещения «дня рождения корпорации», но такое я предпочту купить в более дорогом магазине – на вещи может не стоять лейбл, но знающие люди определят фирму с легкостью.
А вот на каждый день мне хватит пары джинсов, несколько футболок, спортивный костюм, нижнее белье… И обувь пора явно обновить, на более удобные ботинки и кроссовки для занятия спортом.
Увидев, что клиент готов максимально закупиться и, более того, имеет для этого сумму, ко мне присоединилась милая девушка-продавец, ранее беспечно попивающая чай в подсобке. Кассир даже ухом не повел, наблюдая со своего места за прогуливающимися парочками через стеклянную витрину.
Я вышел через пару часов, держа в руках несколько пакетов с вещами и коробками. И не отказал себе в удовольствии переодеться в новую одежду сразу, не дожидаясь комнаты в общаге, и воспользовавшись примерочной в магазине.
Мой костюм вместе с ботинками милая Екатерина пообещала самостоятельно выкинуть, на что я дал согласие. Теперь я более комфортно себя чувствовал в темно-синей футболке (как сказала та же Екатерина, «она прекрасно оттеняет цвет глаз»), черных джинсах, черной куртке, в которую перекочевал конверт с деньгами, мобильник и пистолет, и удобных полуботинках. По крайней мере, теперь я не буду привлекать внимание затрапезным внешним видом.
И почти сразу об этом пожалел, уходя от парня, который почти в упор меня не заметил.
– Стоит смотреть в ту сторону, в которую идешь, говорят, так проживешь дольше, – высказал я, перехватывая пакеты в одну руку. Опа, а я знаю этого невнимательного! Он на плацу стоял вместе с Дудой, и хлопал его по плечу после принятия тем позывного. Парнишка из клана?
– Было бы кого замечать, бездарный, – презрительно фыркнул невежа, и я покачал головой.
– Дар то заблокирован, а то вдруг и есть, и что тогда? А идиотизм остается… – улыбнулся я в ответ, и, намеренно толкнув плечом (полностью копируя жест парня), отправился в сторону Академии, не обращая внимание на банальные угрозы за спиной. «Да ты, да я, да я тебя»…
К врагу поворачиваться спиной нельзя, это факт. Но этот врагом еще не стал, и по всему его виду, и не будет. Не та порода. Гадости на уровне детского сада – возможно. Но не больше. Тем более, что нас никто не видел, а значит, нарываться на «того, кто сцепился с Виктором» смысла особо нет.
До комнаты я добрался достаточно спокойно, даже поулыбавшись встретившимся мне в общем вестибюле Целительницам, и захлопнул за собой дверь.
Аккуратно разложив вещи по полкам в шкафу, я принял душ и устроился на кровати, решив ознакомится получше с тем, что меня окружает вот уже несколько дней. Мастером Убийств становятся только в том случае, если ты способен (в том числе, разумеется), перечислить все особенности всех видов тварей Разлома, их навыки, способности и поведение. Вот чтобы выживать в разломе для чистильщиков, следовало выучить Устав. На всякий пожарный случай.
О задании я старался не думать, потому что оно было каким-то странным. Вроде все так – перенос в новый мир и тело, твари из Разлома прямо передо мной, посредник, конверт… Но имя в конверте было человеческим. А меня вызывали, чтобы убить тварь. Обычно. Но не в этот раз. И следовало для начала посмотреть по обстановке, чем просто слепо убивать этого Мурузи. Это я всегда успею, тем более, время в заказе обозначено не было.
Только я устроился на кровати, подложив под спину подушку, и раскрыл толстенный Устав Академии Чистильщиков, как на моем животе материализовался Пушистик, заставив напрячь мышцы пресса. Весил этот прохиндей уже достаточно, чтобы пересадить его на кровать. Видимо, нападение на кухню ресторана «Сабо де ля Вира» помогло питомцу ускорить свое становление в физическом теле.
– Иди сюда, почешу, – поманил я этого щенко-котика пальцем, и тот любопытно потянулся вперед, не особо понимая, чего ему предлагают. Я же аккуратно коснулся подбородка, поскреб снизу и погладил по голове, внимательно отслеживая реакцию.
Пуш на мгновение задумался, занятый тем же, и решительно протянул голову, требуя продолжать. Этим я и занялся, попутно все же читая нескончаемый Устав…
– Какого хрена ты творишь? – утро началось не с кофе, и даже не с приятного «Доброе утро, милый» от какой-нибудь сексуальной красотки. Нет, от почти визга Дуды, он же Алоизий, он же Музыкант, он же хозяин Лапика. Уверен, что в клане ему еще кличку дали какую-нибудь.
Однако, я понятия не имею, что происходит, поэтому раскрыл глаза, чтобы хотя бы выяснить, кому был обращен этот вопль. Как оказалось, тому самому Лапикусу, который на выложенный на кровати костюм хозяина вывалил запасы арахиса вместе со скорлупками. И, если мне не изменяет с утра зрение, еще и от себя орешков прибавил.
Хмыкнув, я сел в кровати, потягиваясь.
– Видимо, тебе желают удачи при выборе факультета, – мирно предположил я, наблюдая как Дуда, одной рукой придерживая полотенце на бедрах, второй пытается согнать наглого хомяка с костюма. И только появление Пушистика рядом со мной, заинтересованно наблюдавшего за этой картиной, помогло соседу одержать победу над собственным питомцем – Лапик взвизгнул и умчался прятаться под подушку.
– А ты вообще не в себе, если продолжаешь цапаться со всеми подряд! – высказал недовольство и в мою сторону Дуда, и я приподнял бровь, ожидая пояснений наезда.
Глядя, как он прыгает на одной ноге, пытаясь попасть второй в штанину, я встал с кровати, решив, что стоит заняться тем же. В смысле, не глупо прыгать, а одеваться – сразу после завтрака нас ожидали в Большом зале на третьем этаже, чтобы пройти выбор факультета. Интересно, а почему нельзя все сделать в один день? Не настолько много по времени это занимало, чтобы соединить мероприятия. Дать возможность рекрутерам сработать? Возможно.
– Ты вчера что Мозгу наговорил? – продолжил с претензией разговор Иванов, как только закончил со штанами и принял устойчивое положение для рубашки.
– Кто это? – я все еще мирно спрашивал, потому что не видел повода для эмоций.
– Ты вчера его толкнул у магазина этого безродного! – выплюнул Дуда. – Что, совсем себя бессмертным считаешь, или просто настолько тупой?
– Со словами поаккуратнее, а то ведь могу и по другому поговорить, – мне надоело это слушать, поэтому я быстро оделся и вышел из комнаты.