Властные преподы: тройная связь в Академии Кристалла
- -
- 100%
- +
Жар вспыхнул мгновенно, прокатился волной от живота к бедрам, заставляя мышцы сжаться. Я едва подавила стон, который был бы совершенно неуместным здесь, на нашей кухне.
Лешка, видимо, принял мою реакцию за энтузиазм, потому что его поцелуй стал настойчивее, пальцы запутались в моих волосах. Меня же захлестнули вина перед ним, страх перед собственными ощущениями и это непрошеное возбуждение, которое нарастало именно от эха той сцены, а не от его ласк.
Я дернулась и чуть отстранилась.
— Подожди... — пробормотала я неловко. — У меня голова разболелась. Я, наверное, просто лягу.
Лешка замер.
— В смысле? — переспросил он. — Ты же только что была нормальная.
— Я устала, — поспешно добавила я, не глядя на него. — Этот день... все сразу. Мне сейчас не до этого.
Он несколько секунд молчал, разглядывая меня, потом медленно убрал руку.
— А до чего тебе? — усмехнулся Лешка, но в его голосе уже слышалось раздражение. — До кольца было до этого, а теперь резко нет?
Я открыла рот, чтобы ответить, но слов не нашлось. Я просто не могла озвучить правду. Не могла объяснить, почему внутри все горит, почему тепло Лешки не успокаивает.
— Я просто хочу полежать, — повторила я. — Без всего.
Лешка выдохнул, откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. На его лице царило сухое, напряженное выражение.
— Понятно, — бросил он. — Очень вовремя.
Я не знала, что сказать. Сделала большой глоток чая и собиралась встать, как слова Лешки огорошили меня и заставили сесть на место:
— Это из-за Насти? Мы же выяснили все! Я загладил вину, извинился сто раз, и ты говорила, что простила. Или нет?
Глава 9. Под водой
Я замерла, уставившись на Лешку. Настя? Я и не думала о ней и той истории, которая всплыла недели две назад. Выяснилось, что Лешка переписывался с коллегой. Да, было неприятно, но я сумела убедить себя в том, что легкий флирт в переписке ничего не значит. Что это такой стиль общения, а я себя накрутила.
Выходит, Лешка считал, что я все еще злюсь на него за тот случай. Я же боролась с воспоминаниями о другом мире и загадочном мужчине.
— Что? — выдавила я. — Я не вспоминала о ней! А ты... ты сразу об этом? С чего это?
Лешка нервно фыркнул, встал, начал ходить по кухне — ее узкая и длинная форма как раз позволяла это делать.
— А какие еще варианты? Ты согласилась на предложение, но все равно странно себя ведешь. Если не из-за нее, то из-за чего? Расскажи, не молчи!
На глаза навернулись слезы, и я поспешно отвернулась. Как объяснить, что мое тело помнило чужие приказы? Что картина того, как я кончила от вибрации платформы перед незнакомцем, невольно проявилась в момент объятий с женихом?
Кто из нас в этой комнате был предателем — Лешка с его невинной перепиской или я, раздвигающая ноги перед первым попавшимся мужчиной, — вопрос оставался открытым.
В итоге я просто вскочила и ушла в ванную. Закрыв дверь, прислонилась к ней спиной, пытаясь успокоиться.
Но мысли упрямо кружили вихрем: что это было в том универе, почему я так реагировала на команды Яна и ту позу. Почему теперь, в реальности, все стало казаться блеклым? Может, мне было пора к психиатру?
По щекам потекли слезы, и я включила душ, чтобы шум воды заглушил всхлипы. А затем и вовсе залезла под горячие струи, надеясь, что они смоют тревогу и возбуждение, которое неустанно нарастало при воспоминаниях.
Вода стекала по коже, обжигая и успокаивая одновременно. Я закрыла глаза и постаралась сосредоточиться на настоящем, как внезапно услышала звук открывающейся двери.
— Илон... — раздался голос Лешки. — Я к тебе... Пустишь?
Створки кабинки скрипнули — тихо и виновато. Как будто Лешка сам не был уверен, стоит ли ему входить. Глупость, но вот так мне на пару секунд подумалось.
Я молчала. Обжигающие струи били по плечам, но я не пошевелилась. Стояла и смотрела, как он, уже обнаженный, делает нерешительный шаг.
— Я не хочу так заканчивать вечер, — продолжил он, заполняя собой душевую. — Мы же только что... ну, ты понимаешь. Жених и невеста. Это же должен быть лучший день. Тем более первый день нового года.
Он говорил быстро — возможно, боясь, что я прерву. Я не прерывала. Почему-то к горлу подступили слезы, и я не решалась что-то сказать, чтобы не расплакаться.
Лешка шагнул под струю тропического душа прямо ко мне. Вода тут же хлынула по его плечам, груди, животу, и он оказался совсем рядом — пока еще холодный, но привычный, родной.
Лешка медленно обнял меня, словно спрашивая разрешения. Руки скользнули по моей талии, притягивая к себе. Подбородок устроился на моем плече, губы невесомо коснулись мокрой шеи.
— Прости меня, — прошептал он прямо в ухо, и от его дыхания по коже побежали мурашки. — Я дурак. Я понял, что ты не из-за Насти. Просто не знал, что думать. Мы ведь в последнее время...
Лешка не закончил, но я и так догадалась, что он имел в виду. Последние недели выдались не очень радужными. Да, я сказала, что простила переписку с коллегой, но все равно после этого внутри меня что-то надломилось.
Наверное, необходимо было время, чтобы снова поверить Лешке. Я очень хотела поверить.
Его пальцы начали гладить меня: по ребрам, бокам, бедрам. Движения были знакомыми, ласковыми, такими, от которых раньше я таяла за секунду. Лешка знал все мои точки, все места, где нужно задержаться чуть дольше. Знал — и сейчас использовал это знание с отчаянной нежностью.
— Давай забудем про ссору, — продолжал он, целуя меня в висок, потом в скулу, потом в уголок рта. — Я так тебя люблю, Илон... Ты даже не представляешь.
Капли бежали по лицу, смешиваясь со слезами, которые я уже не была в состоянии сдерживать. Его руки спускались ниже, пальцы дотронулись до внутренней стороны бедра — осторожно и выжидающе. Лешка не торопил, не давил — ждал, пока я сама не подам знак.
Но я не могла подать знак.
Потому что в тот самый миг, когда его ладонь легла между моих ног, в сознании опять вспыхнула другая картинка: пульсирующий пол, который передавал толчки прямо в позвоночник, и низкий, рычащий голос, отдающий приказы.
Жар мгновенно прошил мое тело — да такой мощный, что я едва не застонала вслух, как тогда, на кухне.
Я вцепилась в предплечья Лешки, чтобы не упасть.
— Илон? — Лешка остановился, почувствовав перемену. — Тебе больно? Я что-то не так сделал?
— Нет... — пробормотала я. — Нет, все... нормально.
Но это была ложь. Все было ненормально. Потому что возбуждение, что разливалось по мне огненной волной, не имело к моему жениху никакого отношения. Оно было привезено из другого мира. Росло, ширилось, требовало — с той же жадной настойчивостью, с какой вибрировала та сцена.
— Погладь его, он уже твердый, — шепнул Лешка.
А затем наклонился и поцеловал меня в губы — уже не нежно, а глубже, настойчивее. Язык проник внутрь, руки прижали меня к себе так крепко, что между нашими телами не осталось пространства.
Но пока губы Лешки покоряли мои, пока его пальцы ласкали меня под струями воды, в голове вновь зазвучал другой голос — властный и запрещающий.
Я сильно и неконтролируемо задрожала. Лешка отстранился, испуганно заглядывая мне в лицо.
— Что с тобой? Тебе плохо?
Я не ответила — в это мгновение мир вокруг пошел волнами. Сначала едва заметно, потом ощутимее. Стены ванной поплыли, плитка под ногами потеряла твердость, превращаясь в пульсирующую поверхность. Вода резко, без перехода, исчезла.
Остался холодный, вибрирующий воздух — и уже знакомая белизна.
Глава 10. Снова здесь
— Кхм-кхм... — услышала я откуда-то извне.
Приоткрыть глаза получилось не сразу. Как только я это делала, все начинало расплываться. Голова гудела, как после долгого сна, но это не был сон — я чувствовала твердую поверхность под спиной, гла
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.