Последняя капля. Как бросить пить и за 31 день построить жизнь без зависимостей

С чистого листа. Книги, которые помогут избавиться от зависимости

© Мухин Д. Н., текст, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Введение

Если уж взялся – иди до конца.

29 марта 2023 года. Гостиничный номер. Сыктывкар. Поздний вечер после спектакля. Рядом со мной почти допитая бутылка коньяка и открытая банка пива. Чтобы одно запивать другим. Я сидел на кровати. Голый. И переживал, что взял мало алкоголя. На телефон пришло сообщение от любимой девушки: «Спокойной ночи, я тебя люблю. Наконец-то завтра увидимся».

Я встал в туалет. У меня слегка закружилась голова. Прошел мимо зеркала и увидел себя – голого, пьяного, толстого и отекшего. И вдруг мне стало тошно. Почему я такой? Сколько лет я хожу в зал и до сих пор не достиг никаких результатов? Сколько времени я работаю, а все еще покупаю какую-то дешевую еду и поганый алкоголь?

Восемь дней назад был мой очередной день рождения. В поздравлениях писали: «Даня, ты такой целеустремленный, такой пробивной, такой молодец». Все прошлые годы они говорили то же самое. Но я не чувствовал себя таким. Как будто речь шла о другом человеке. Поэтому я всегда в противовес их словам говорил: «Нет, вы ошибаетесь, я очень плохой человек и не достоин похвалы. Я же до сих пор на каком-то дне».

От вновь накативших переживаний стало так невыносимо, что я поспешил к бутылке. Допил коньяк, шлифанул пивом. В один момент у меня закончилось и то и другое. А эти мысли проклятые остались. И продолжали атаковать мое сознание. На часах 22:30. То есть спиртное в магазине уже не взять, а где в Сыктывкаре находились круглосуточные магазины, мне было неизвестно. Отчаяние. Паника. Все это добавилось ко всем мыслям, которые и так не оставляли меня.

И вдруг я почувствовал, что единственное, чего хочу, – остаться здесь, в гостиничном номере, купить столько алкоголя, сколько смогу, лежать и пить дальше, чтобы меня больше никто не трогал. Я не хотел возвращаться в Петербург. Мне было наплевать на мою женщину, на собаку, на Питер, на гастроли, на коллектив. Дайте мне еще алкоголя и оставьте в покое.

Уверен, многие испытывали подобные чувства и находились в схожем состоянии. Ты живешь изо дня в день своей привычной жизнью, погружаешься в иллюзии, и кажется, что не было прошлого, не будет будущего и ты застрял в сегодняшнем дне. И все, что тебе нужно сжечь, – это время, и сжечь как можно быстрее.

Вдруг из обрывков памяти выскользнула фраза: «Не пей с Даней. Когда вы пьете, Сережа напивается». Я вспомнил, как тащил Серегу по мосту, а потом мы пьяные спали в подъезде. Как бывшая жена говорила: «Ты не любишь себя. Тебе не надо пить». Вспомнил диван, на котором сидели мои друзья и говорили: «Даня, у тебя проблемы, ты очень много пьешь». А я отвечал, что пью как все, просто я большой, поэтому мне нужно больше. Я прокручивал в голове каждый отрывок своей жизни, и так добрался до воспоминаний десятилетней давности. Я у врача. И мне ставят диагноз – алкоголизм. Я смеюсь, выхожу из кабинета и продолжаю пить и вести аморальный образ жизни.

От этих воспоминаний мне стало противно. Я испытал это тянущее чувство в районе груди, которое прибивает тебя так, что ты не можешь встать. Отчаяние. Грусть. Злость. Обида. Жалость к себе. Я лег и вдруг признался себе: «Похоже, у меня проблемы. Похоже, я алкоголик».

Обычно все ждут какого-то драматического финала алкогольной зависимости. Смерть. Потеря близкого. Развод с женой. Кража. Убийство. Преступление. Отключение памяти и испуг. А у меня гостиничный номер. Сыктывкар. И бухло кончилось.

Это была последняя капля. Именно то робкое признание себе стало началом новой истории. С тех пор я не пью. Веду дневник трезвости. Пишу эту книгу. И хочу прожить остаток своей жизни, запомнив только лучшее, а не тот ужас, в котором я находился.

У меня был бизнес, свой бар, кошка и даже брак. Но я все потерял. Я пил. Дрался. Терял деньги. Изменял. Крал. Вламывался в квартиры. Чуть не сел. Сейчас мне 36 лет, живу в Москве. На момент написания этой книги у меня уже два года трезвости. Я прекратил принимать антидепрессанты. Врачи перевели меня в первую группу здоровья. Веду курсы поддержки для зависимых и мотивирующий блог. Своими роликами в социальных сетях я помог сотням людей отказаться от алкоголя.

Каждый из нас сталкивался с моментами, когда привычки начинают контролировать нашу жизнь. Когда алкоголь становится не просто средством расслабления, а настоящей ловушкой, из которой трудно выбраться. На своем примере я показываю, что это возможно. И я здесь, чтобы сказать вам: вы не одни и у вас есть возможность изменить свою жизнь.

Я вырвался из паутины, в которую сам себя загнал, признал зависимость, отказался от алкоголя. Мне удалось победить самого себя.

Я буквально собрал жизнь заново, но для этого мне пришлось начать с самого начала.

Я написал книгу, которую сам хотел бы прочесть. Она о том, как можно выбраться из тьмы и начать новую жизнь. В ней вы найдете истории и примеры из реального мира о борьбе с собой, о том, как справляться с трудностями и находить вдохновение в простых вещах. Я описал принципы жизни, которые считаю правильными.

В этой книге, помимо историй, вы найдете 32 задания. На каждый день новой жизни. В них сконцентрирован опыт, который я получил за все это время. Каждое задание – это шаг на пути к пониманию себя и своих привычек.

Однажды я стал наставником самому себе и справился с зависимостью. А сейчас я предлагаю вам пройти этот путь со мной. У меня нет для вас мгновенных решений или волшебных таблеток. Вместо этого я даю вам инструменты и стратегии, которые помогут осознать, почему алкоголь стал частью вашей жизни и как можно заменить его на более здоровые альтернативы. Пройдя со мной этот путь, вы бросите пить и вернете контроль над своим существованием.

Я надеюсь, что моя история поможет вам увидеть свет даже в самые темные времена. Прошу вас, смейтесь, если умозаключения, которые я вывел, покажутся вам смешными. Кидайте эту книгу, если она будет вызывать такие эмоции. Ибо автор, который иногда говорит о себе в третьем лице, совершал такое, читая подобные книги.

К 34 годам мне не хотелось жить. Способы об этом не думать были разные: алкоголь, сигареты, зависимые отношения, просмотры порно, сериалов, фильмов, скроллинг социальных сетей, потребление шоколада и сладкого кофе. Я провалился в зависимости.

Мне не хотелось оставаться наедине с самим собой и своими мыслями, и потому в ухе всегда был наушник, в котором кто-то разговаривал.

Откровенно говоря, я вел себя как ребенок и с такой же детской позицией смотрел на окружающие меня события. Хотя с детства я ощущал себя взрослым. И воспринимал себя соответствующе. Даже был влюблен в воспитательницу и дико переживал по поводу того, что мы не вместе. Поэтому я бесился, когда со мной говорили как с ребенком и когда мне не хватало сил что-то решить. Хотя, по правде сказать, я всегда чувствовал их в себе. Казалось, я могу сломать любые стены и препятствия.

Я родился в небольшом городе на Кольском полуострове, за полярным кругом в городе Полярные Зори. Развал страны. Детство самое обычное. Неполная семья. Прабабушка, мама, бабушка. Я ходил в садик. Проживал обычные, неинтересные будни ребенка. Иногда проявлял характер. Однажды я лег на чужие игрушки, думая, что они мои. После чего получил опыт не лезть к людям через удар по голове кубиком. Помню, как после меня мыли и теплая кровавая вода стекала с моей головы. Яркое воспоминание. Действительно запомнилось.

Я жил и умел радоваться жизни. И в целом все у меня складывалось прекрасно. До поры.

Я был единственным мужчиной в семье. Меня воспитывали бабушка, прабабушка и мама.

Однажды я помогал убирать со стола и носил посуду на кухню. Весь вечер взрослые что-то пили из рюмок. Мне стало интересно попробовать. Я решил перелить эти остатки (капли) в рюмку для себя. Так и убирал со стола: ходил, переливал, относил на кухню. И когда набралась моя рюмочка (я сделал первый в своей жизни коктейль), я ее опрокинул в коридоре. Впервые выпил – и упал.

Как мне потом рассказывали, женщины услышали падение чего-то похожего на мешок с песком в коридоре. Но это был я – упавший в обморок мешок с мясом, костями и прочими жидкостями. Так я впервые попробовал алкоголь. Но на этом вред алкоголя в моей жизни не закончился.

Жизнь моей семьи изменилась, когда в нее проник чужеродный элемент. А именно – еще один мужик. Мамин ухажер, который впоследствии стал ей мужем, мне – отчимом, а потом человеком, которого я предпочел бы не знать.

Он пытался подружиться со мной через невкусные шоколадки. Потому что, видимо, так принято – дарить детям сладкое. Но ребенком, повторюсь, я себя не ощущал, поэтому я хотел нормального мужского разговора. И по-взрослому решить, как девочек делить будем.

Помню один случай. Был поздний вечер. Я услышал крик мамы:

– Коля, не надо!

Тогда я не понимал, что происходит. Этот Коля вел себя неадекватно. Кричал и бросался на маму. Сейчас я знаю, что он был пьян. Нет, он не бил мою маму, но делал ей больно морально. Она бежала от него по квартире. Кричала…

Когда я вспоминаю ту историю, во мне поднимается огромная сила. Ненависть. И случись подобное сейчас – я бы отбросил его на экватор. Но тогда эта сила была заперта в маленьком теле. Я помню, как сожалел о том, что ничего не могу сделать. Сделать физически. Но выход я нашел. Я поднял красный телефон и маленькими пальчиками, проникая в ободок телефонного диска, набрал ноль, а потом рядом – два. Мой голос не звучал так уверенно и низко, как он звучит сейчас. Но я описал суть проблемы. Явились милиционеры, и этого Колю увезли на 15 суток.

Этот поступок он припоминал мне до тех пор, пока я не покинул дом. Больше я с ним никогда не пересекался.

Вот так в одно мгновение кончилось мое детство.

И я, как мне казалось, повзрослел. Я же поступил по-взрослому. Обзавелся взрослыми проблемами и недругами, которые сильнее меня. Одна сложность тянула за собой другую, а я совершенно не умел их решать.

В жизни семьи, по моим ощущениям, я отодвинулся на второй план. Все занимались Колей, который приходил то трезвый, то вдрызг пьяный. Отчим был алкоголиком.

Нормального примера мужчины в семье у меня так и не будет. Не будет и ролевых моделей, которым захочется подражать. Я сам для себя буду примером.

В шесть лет я сам захотел пойти в школу. В 16 лет поступил в театральную академию, а в 21 год стал актером Академического Малого драматического театра – Театра Европы.

Я хотел быстрее повзрослеть, быстрее пойти в школу, быстрее закончить институт, быстрее стать известным и богатым. Для того, чтобы ничего больше не делать.

Именно желание быстрых достижений лежало в основе моей зависимости.

Это казалось мне парадоксальным, но я мечтал об отсутствии плана на всю жизнь. Если бы возможно было пройти игру под названием «Жизнь» за один день, я бы воспользовался этим шансом. А в конце узнал бы, что проходить ее нужно еще и еще, ведь других игр тут нет. Такой, знаете, день сурка.

Именно героем такого дня я и стал. Когда закончились примитивные уровни типа школы и университета, началась реальная жизнь, где требовалось жить. Жить каждый день. А я не понимал как.

Мне говорили: «Нужно много работать, тогда будет все хорошо».

Я так и делал. Устраивался на всевозможные работы и подработки, чтобы скорее все стало хорошо. И говорил себе, что, мол, вот, смотрите, как я много работаю, а теперь дайте мне полежать на диване и выпить, ведь я заслужил отдых. Под «выпить» я имею в виду алкоголь, естественно. А так как рядом не было ориентира – человека, на которого можно равняться, я отталкивался только от своих желаний и мыслей. И стал считать такой отдых своей нормой.

Со временем мой алкогольный досуг все сильнее меня завлекал. В школе я пил немного, но до отключки. В академии напивался, но только в свободное время. С каждым днем мне все больше хотелось на тот самый диван к своим бутылкам. Почувствовать некоторое освобождение от этого вечного бега в колесе и мифическое ХОРОШО, о котором я мечтал. Я делал все, чтобы оно наступило как можно скорее. Изо всех сил к нему бежал.

И только отключаясь на том диване, я чувствовал другое, но хоть какое-то ХОРОШО. Быстрое хорошо, халявное хорошо, которое можно купить за небольшие деньги. Когда угодно, в любой день недели, в любом городе в любой стране.

Но в моем сознании присутствовал образ лучшего меня, и он отличался от того, кто просто лежит на диване. Я испытывал радость от жизненных побед. От премьеры спектакля, от создания дела, от того, что эта женщина со мной. Но всегда рядом с этими заслуженными радостями жизни шли этот дешевый кайф и халявное удовольствие.

Зачем мне что-то делать, если это же «счастье» можно получить быстрее и гораздо проще?

Постепенно жизненных побед становилось все меньше, а «быстрый кайф» требовался каждый день. Наступал вечер – значит, можно было отблагодарить себя за то, что я так много сделал за сегодняшний день. Да и вообще за то, что этот день закончился.

И так год за годом.

Какой совет я дал бы самому себе тогда? Что бы сказал тому мальчику?

Я бы сказал: «Тебе тяжело? Я тебя понимаю. Ты воспитываешь свой характер, стараешься быть сильным и берешься за любую работу, потому что хочешь лучшей жизни. Но пойми: алкоголь – это не друг, который спасет тебя. Он только навредит. И как бы ты ни сопротивлялся, исход будет один. Пересмотри свое отношение к работе. Хочешь ли ты остаться там, где ты есть сейчас? С чем связано твое раздражение? Не с тем ли, что ты употребляешь и принимаешь? Может, стоит остановиться? А потом сделать паузу в работе, если ничего не изменится?»

Но тот мальчик бы не воспринял просто слова. Ему нужна была поддержка и внутренняя опора. А с ними были большие проблемы.

Первым мощным ударом для меня стала смерть бабушки. Смерть? Я не знал, что так бывает. Точнее, я не понимал, что делать дальше, когда любимого человека больше нет рядом. Бабушка была для меня главной поддержкой. К ней я сбегал от пьяного отчима. Она меня воспитывала. Радовалась моим победам и достижениям. Ходила на спектакли. Я хотел ей доказать, что чего-то стою. Показать – вот, смотри, ты можешь мной гордиться. А тут смерть. В 64.

Это послужило катализатором. Реальная жизнь накрыла меня. Больница, морг, гроб, мать плачет, а я держусь. Почему-то казалось, что так нужно. Кто-то должен быть сильным. Я отказывался принимать действительность. Я не мог поверить, что все это происходит взаправду. Так быть не должно. Я хочу обратно. Туда, где было хорошо. Где все живы. Я должен был все исправить.

Но ничего не происходило. День сменял другой. А мне никто так и не объяснил, как жить дальше. Я оказался просто не готов к жизни. И запустил процесс ежедневного пьянства. Ведь герои фильмов, когда случалось что-то плохое, начинали пить и как-то выбирались из всего этого.

Я горевал с помощью алкоголя. Чем больше я пил, тем тяжелее мне становилось.

Я не понимал, почему эта боль внутри меня не утихает. Сколько нужно выпить, чтобы научиться жить?

Единственное, что удавалось сделать, – это напиваться до полной отключки, чтобы больше об этом не думать. В итоге я допивался до того, что не мог выйти из дома. А если и выходил, то мне казалось, что я не выключил газ и воду. И после бежал домой в страхе, что дом горит, а соседей заливает водой.

Я ждал, когда отпустит. Есть такой прием: спросить себя, что бы ты делал, если бы остался один на планете. Я помню, как тогда отвечал на этот вопрос: «Я бы собрал весь алкоголь в супермаркете и каждый день пил». Я представлял себе, что однажды этот день наступит и моих проблем не останется. «Буду только я и алкоголь. Никого рядом. Я один».

Я обратился к врачу. И тогда в 2013 году мне поставили диагноз.

Алкоголизм.

Хотя я как мог врал врачу и занижал показатели выпитого, даже так оказалась вторая стадия. Я, конечно же, не поверил. Вот мой отчим – алкоголик, да. Бродяги и бомжи у метро – да, они алкоголики. Я – нет.

Я даже сходил к психиатру. И мне наказали беречь нервную систему, больше отдыхать, бросить пить и вести активный образ жизни. Но я сделал все с точностью до наоборот: увеличил объемы, завязал с постоянной работой в театре и десять лет не признавал зависимость.

Спустя время хочу сказать себе, что я молодец. Смог вырваться. В какой-то момент я понял, что эта жизнь принадлежит мне и другой у меня не будет.

Но произошло это не сразу.

Этот десятилетний период трудно описать и выделить контрольные точки спада. Их было так много, что они слились в наклонную прямую. Что привело меня к осознанию? Ничего. Ни одно событие, случившееся по пьяни, не приводило к осознанию проблемы. Наоборот.

Жизнь рушилась, а я искал внешние причины этому и не обращал внимания на себя. Искал виноватых и выстраивал оборонительный заслон. Что поделать? Жизнь такая. А алкоголь – мой супергеройский костюм. Анестезия сознания и подсознания. Выпил – и ты счастлив.

После того как мне удалось вырваться и больше не жить с отчимом, не слышать каждую ночь его пьяные громкие бредни, я начал строить собственную жизнь с алкоголем. Убедил себя в том, что я не алкоголик. Это уничижительное слово, которым называют вот этих пьяниц у метро. Я же не такой. Этим словом оскорбляют каких-нибудь попрошаек-забулдыг, которые просят мелочь, когда ты под руку идешь с девушкой. Это мой отчим, который напивается и спускает зарплату. Это соседи, которые каждый вечер пьют и не могут удержаться на одной работе. Это бомжи, которые просят тебя переночевать в подъезде поздней ночью и клянутся, что после них все останется чисто. Это мужики в 6:30 утра, выпивающие в рюмочной «на грудь!».

Я же не такой. Я много работаю. А выпиваю потому, что так отдыхаю. У меня просто свободный вечер – значит, могу выпить.

Могу с кем-то. Могу один. Лучше одному. Тогда меня никто не будет контролировать, я смогу пить сколько захочу. Я же себя контролирую. Да, бывает, я ничего не помню с утра, но это со всеми случается. Да, бывает, мне хочется выпить с утра, и я пью, но ведь это никому не мешает. Я всегда могу остановиться. Когда захочу, когда будет надо.

Однажды я проходил тест «АЛКОГОЛИК я или нет», и там был вопрос: «Мешает ли алкоголь вашей работе?» Сначала я ответил, что нет. Ведь я всегда контролировал употребление. Но потом вспомнил, как однажды вызвал скорую, потому что мне показалось, будто сердце слишком сильно стучит. Приехал врач. Провел осмотр и спросил:

– Пили вчера?

Я удивился: как он узнал?

– Да.

– У вас похмелье. Полежите – пройдет. Можно еще один вопрос?

– Да.

– Вы работаете в отеле?

– С чего вы взяли? – с удивлением спросил я.

– А у вас звоночки на книжных полках стоят.

– Вы почитайте, что на них написано.

Врач подходит ближе к звоночкам и читает: «НАЛИВАЙ».

Смеемся. Занавес.

Еще один вопрос в тесте был «Пропивали ли вы вещи?». Я всегда отвечал, что нет. Но как-то раз вспомнил, как отнес в ломбард обручальное кольцо, которое с момента развода с женой пылилось на сине-сером свидетельстве. Получил за него 3000 рублей, квитанцию тут же порвал и выбросил, а деньги обменял на алкоголь. А потом спустя пару дней отыскал антикварный томик Ибсена и отнес его туда же. Деньги тоже пропил.

Мне казалось, что я совершаю какие-то крутые поступки. Что так я справляюсь с невзгодами, которые выпали на мою долю.

«Неужели ты не замечал противоречий? – спрашивали меня почти на каждом интервью. – Вот отчим твой пьет, и ты считаешь его алкоголиком, и ты пьешь, но не признаешь проблему. Неужели видишь разницу?»

Видел. Точнее, оправдывал себя так: он пьет потому, что он плохой, я пью потому, что я хороший. Я другой. Я не такой, как все. Мои страдания уникальны. И пью я тоже как никто другой. У меня даже были принципы и слова, которыми я защищал свое пьянство и которые чуть не привели меня к смерти. Вот несколько из них:

После первой не закусывают

Уверен, объяснять не стоит. Это выражение в компании подчеркивало, что ты мужик. Что у тебя есть выдержка. Ты можешь сразу выпить. Если мог так делать, то заслуживал авторитет и одобрение.

Первый бокал пьем залпом

Этот номер приводил всех присутствующих в восторг. Вот это да! Он выпил первый бокал шампанского, вина или кружку пива залпом.

Покупай больше, чем выпил в прошлый раз

Чтобы лишний раз не бегать, ведь ты знаешь, что алкоголь имеет свойство быстро заканчиваться, – возьми больше. Это в очередной раз подчеркнет твою дальновидность и смекалистость.

Алкоголю друзья не нужны

Этот принцип я вывел, когда от смешения алкоголя с чем-то другим у меня стали происходить панические атаки. И я принял решение, что алкоголь легален и доступен, поэтому не буду нарушать закон, приобретая что-то запрещенное. Плюс как снять действие алкогольного опьянения я понимал: ложишься спать, а наутро начинаешь все заново.

Имей резерв

Командир без резерва – пассивный наблюдатель надвигающейся катастрофы. Всегда имей для себя заначку – маленький шкалик, чтобы самостоятельно догнаться, иначе последует эмоциональный вакуум и начнется паника.

Вариаций этих алкогольных принципов десятки. Уверен, каждый с ними сталкивался и, может быть, даже до сих пор их придерживается.

Так вот, что бы я сказал самому себе тогда?

«Помнишь, как ты не мог понять, почему успешные люди не пьют, занимаются спортом, читают книги, чем-то увлекаются? Занимаются собой, одним словом. И ты думал, что они просто какие-то другие. У них лучше стартовые позиции, у них есть деньги. Эти ложные установки с алкоголем тебе навязали, и ты попытался применять их к жизни, но они ни к чему хорошему не привели. Ты чувствовал, что принципы должны быть другими, но игнорировал эти чувства. Меня не было рядом, но теперь ты видишь это сам. Ты ощущал это смутно, и тогда просто некому было сказать тебе, КАК ПРАВИЛЬНО. Ты молодец, что понял это самостоятельно».

Но сейчас нужно окунуться в воспоминания и достать момент, который поменял мою жизнь. Момент, когда я смог.

Мне потребовалось десять лет для осознания, что проблема именно во мне. Я не знаю, как так вышло, но именно после признания своей слабости я понял, что алкоголь никак не помогает мне в решении проблем. Не помогает мне радоваться. Наоборот, я довольно быстро становлюсь агрессивным, раздражительным и неуправляемым.

Я так легко признал проблему своего отчима. Твердил матери: «Смотри, он же алкоголик». Это ведь очевидно. Но не для него. И для него нормально так жить.

Я тоже считал нормальным пить до полной отключки. Пить запоями. Пропивать вещи. Драться. Терять работу. Обижать близких. Защитой был еще один принцип: «Это моя жизнь, я живу как хочу. Отстаньте от меня. Что вы лезете?»

Признать проблему у самого себя невероятно сложно. Окружающие могут тыкать, говорить завязывать, но в качестве защитной реакции выступают очень сложные механизмы отрицания.

У меня этот механизм: «А ВЫ?»

А вы что, не пьете? А у вас что, нет проблем? Посмотрите не себя. Не лезьте в мою жизнь, я же в вашу не лезу.

Вот тут-то и зарыт корень проблемы. Мне зависимому казалось, что я не такой, как все. Я жил в некоем выдуманном мире, в некотором пузыре. Мне казалось, что я никаким образом не мешаю людям жить. Пусть и они мне не мешают.

Я играл в жизнях других людей разные роли: ДРУГ, МУЖ, СЫН, СОТРУДНИК, ПАССАЖИР НА ЗАДНЕМ СИДЕНЬЕ ТАКСИ, СОСЕД и так далее. А теперь прибавьте к этим ролям прилагательное «пьющий».

Я был уверен, что не влияю на жизнь других людей. Но чувствовал, что мне не нравятся эти замечания в мой адрес, поэтому все чаще старался пить в одиночестве. Я убегал от признания проблемы годами, так как не хотел думать, проходить тесты, обращаться к врачу.

Что бы я себе посоветовал тогда? Пройти тесты и ответить честно на все вопросы, как есть. Оценить, сколько минусов от того состояния, в которое я себя добровольно вгоняю.

Но ни один совет не подействовал бы тогда.

Я врал самому себе, что у меня нет проблем. Это были всевозможные защитные ходы, уловки и манипуляции. Я врал, что сегодня пить не буду. Врал о количестве выпитого. О том, что мне интересно куда-то пойти, хотя я хотел лишь одного – выпить. Я врал, что мне нужно сходить на кухню, хотя шел туда, чтобы сделать глоток из маленькой бутылочки, стоящей в шкафчике. Я врал. Врал и не собирался останавливаться.