Давно забытая элегия
- -
- 100%
- +
Колловид и Каухоб, поднявшись над горизонтом будто символы светлого будущего, освещали величественную столицу, одну из самых древних и прекрасных на свете. Ещё в те времена, когда Ла-Шатриан был известен как Ласетра, столица Священной империи Фасцилиана, к нему тянулись сотни дорог со всех концов Западного Шанила. Это по праву имперский центр, который заслужил статус столицы великого и сильного государства, а не заурядной неоколонии, какой её считали националисты во главе с Даммартеном. По мере приближения поезда к вокзалу всё чаще встречались символы столицы – Дворец Президента, Великий пантеон, храм Сияния Любви и многие другие. В центре Ла-Шатриана мечтал побывать каждый иностранец, посещавший Терсилагию. Конца краю не видно было толпам туристов, оккупировавшим главные улицы столицы, и, не существуй несколько сотен запретов, они бы и Дворец Президента захватили.
Таков был Ла-Шатриан – столица Республики Терсилагия.
***
Об условиях проживания детей в столице должным образом позаботились. Для приезжих были открыты двери отеля "Подарок Алена" в центре столицы. С мадемуазелью, Колетт и Лео в лобби гостиницы встретилась женщина, представившаяся одним из организаторов. Она вручила им ключи от номеров и предложила принять участие в экскурсии по столице, которая пройдёт завтра. Госпожа Руже и дети, разумеется, согласились – вместе с ними Государственный Музей посетят ребята из других регионов.
Но это завтра днём. Сегодня дети должны были начать основательную подготовку к олимпиаде, вспомнить материал и поискать дополнительный материал. Колетт и Лео получили один номер, Руже – другой напротив, чтобы быть в доступности детей. Она отвела детей в ресторан на первом этаже и заказала им луковый суп по-северному. Лео и Колетт сели за круглый стол и опустили свои ложки в куриный бульон, в котором плавали гренки, обжаренный лук и сливки. Ужасно голодные, уплели обед за минуту; мадемуазель, только отошедшая, чтобы поговорить по телефону – разговор шëл на повышенных тонах, – в спешке вернулась к детям и отвела назад.
224 число весны 427. День. Отель "Подарок Алена", Ла-Шатриан, центральная Терсилагия.
В гостинице было, по подсчётам Колетт, не менее двадцати этажей. Перемещаться по ним, разумеется, можно было посредством лифта или лестниц. На первом этаже находились собственно лобби, уборная, несколько ресторанов и красивый фонтан с подсвеченной водой. Лео и его сфотографировал, за что чуть не получил по голове. На других этажах ничего интересного не было – одни номера, уборные и коридоры с диванами. Нейтральные, пустые бежевые стены – достаточно скучно для Колетт, чтобы ей захотелось вернуться к олимпиаде. Лео, похоже, разделял её мнение. Барбара Руже, проводив детей до их номера, ушла к себе. Маленьким гениям не стоило мешать.
Две небольшие кровати с тумбочками, рабочий стол с двумя стульями, кресло, телевизор и гардероб – вот и всё убранство номера. Леопольд медленно снял верхнюю одежду и повесил в шкаф, в то время как Колетт, при всей её сонливости, сделала то же в два раза быстрее, благодаря чему первой улеглась в свою кровать. Лео предпочёл сесть на кресло, ему следовало зарядить телефон. В отличие от подруги, он взял с собой несколько книг по нанороботам, в которых, честно говоря, разбирался не очень. Колетт, разбиравшая научные статьи, усмехнулась, заметив названия книжек – начальный уровень! Читала такое ещë дней пятьдесят назад.
Те, кто рассчитывал на призовое место в олимпиаде, должны были изучать совсем другие работы. В частности, Колетт читала статьи Герхарда Кафки – финатского астрофизика, главного исследователя, в честь которого и был назван астероид. Учёного интересовала природа машин, прибывших на Сайру вместе с астероидом. Десятки миллионов человек только-только лишились крова, а ведущие умы планеты уже гадали, откуда взялись нанороботы внесайрианского происхождения.
Астероид упал в Тихом океане, вызвав цунами такой силы, что многие прибрежные города были уничтожены. Пострадало и западное побережье Терсилагии – северному, откуда была родом Колетт, повезло несравненно больше. Человечество не сразу заметило на месте падения Кафки разливы белого вещества, которые с течением времени росли в размерах и захватывали новые территории. А заметив, запаниковало: казалось, что жижа захватит весь мировой океан, а затем полезет на сушу. Но колонии машин не покинули Тихий океан, поскольку на их передвижение влияли течения. В белых водах стали пропадать люди: выяснилось, что жижа, состоявшая из маленьких нанороботов, пожирала любую органику. Правительства одно за другим ограничивали, а затем и запрещали движение своих судов по Тихому океану. Экономический ущерб для стран Тихоокеанского региона, включая Терсилагию, был колоссален.
Первое время среди терсилагийских националистов ходили слухи, что крушение астероида было вызвано космическими экспериментами Оскольда, намеревавшегося тем самым навредить западному Шанилу. Но эта теория заговора не прижилась среди серьёзных учёных. Поскольку машины обжили не только поверхность, но и глубины Тихого океана, исследовать его дно не представляется возможным – нет шансов найти обломки того самого астероида, чтобы выяснить его происхождение. А вот что исследователям удалось выяснить, так это откуда прилетел космический уничтожитель. Созданные модели траектории предполагают, что Кафка прибыла из созвездия Девочки со слезами.
Сам факт возникновения нанороботов за пределами Сайры возродил дискуссии о существовании внесайрианской жизни. Одни исследователи предполагали, что машины подтверждают существование разумной цивилизации и являются биооружием, другие выдвинули гипотезу совсем невероятную: нанороботы возникли сами по себе и являются источником жизни в галактике. К счастью, Колетт лично не сталкивалась с машинами, а иначе рано или поздно окунулась бы в них в поисках ответов. Ну или, по крайней мере, исследовала их под микроскопом.
Нанороботы характеризуются очень сложным устройством. Их размеры достигают пятидесяти нанометров, в основе лежат разные белковые и неорганические соединения, из-за которых многие говорят о машинах как об особой форме жизни. Структура нанороботов ещё слабо изучена. Сама Колетт верит в теорию о том, что они являются живыми существами и обладают мозгом – так называемым центром. Этой точки зрения придерживается терсилагийский биолог Валер де Сталь: в качестве подтверждения он использовал первые опубликованные результаты лабораторных опытов над нанороботами. Правда, его работы принесли больше вреда, чем пользы: экоактивисты заинтересовались смертоносными машинами и провели несколько митингов в их защиту. Лозунги были причудливые: "Вернуть Сайру машинам", "Жизни машин тоже важны", "Нет бесчеловечным опытам", "Плюрализм разумных видов" и так далее… Колетт хватило ума не видеть в машинах братьев по разуму.
На данном этапе, когда опыты только начались, рано судить о природе и разуме машин. Может быть, они разумны. Может, имеют коллективный разум. А может, просто запрограммированные роботы. Научное сообщество надеется на последний вариант, потому что в противном случае человечество окажется под угрозой уничтожения. Хватает других угроз: сверхновые, нападения зомби, эпидемии лаввируса. Обсуждается план строительства великих перегородок, которые не пропустят нанороботов в другие океаны…
– Колетт, а какие типы нанороботов есть? Нигде найти не могу. Ты же мне говорила неделю назад, – оторвал её от глубоких размышлений надоедливый голос Леопольда.
Недовольно взглянула на него, оторвавшись от статьи. Тот виновато опустил глаза.
– Да потому что есть только одна классификация, и ты её просто так не найдëшь! Там есть только одна статья. От де Сталя. Название не помню, в интернете поищи, – отмахнулась рукой и вернулась к труду Кафки.
– Сталя? Это же сплав.
– Чтоб тебя Мефалла, а-а-а-а! Это фамилия, ты, каштан ходячий.
– Блин, понял. Извиняюсь.
Быстро наскучило: сонная голова не воспринимала нескончаемый поток информации, который нужно было освоить на этой неделе. Сама не заметила, как открыла мессенджер и написала Лакрес, которой сейчас очень завидовала: на той, по крайней мере, не лежала такая большая ответственность!
"Колетт Локонте: Привет
Лакрес Оген: Привет, норм
Колетт Локонте: А у меня вообще не норм
Лакрес Оген: Так душно
Лакрес Оген: ?
Колетт Локонте: Не надо было ложиться в три
Колетт прислала смешную картинку с грустным котиком и надписью "Хачу спать".
Лакрес Оген: Хаха, ну ты как обычно
Лакрес прислала не менее смешную картинку с огромным мускулистым негром и надписью "Перехочишь".
Колетт Локонте: Я прочитала десять страниц из ста восьмедесяти
Лакрес Оген: А я смотрю робинзонов
Колетт Локонте: Ой да иди ты к Вику нах..
Лакрес Оген: Хаха ладно ой"
…Колетт открыла глаза. Огляделась испуганно – только же переписывалась с Лакрес! И тем не менее, сейчас за окном вечер, а Леопольд лежит на своей кровати и портит зрение, читая статьи. Девочка скинула с себя одеяло, которым, она могла поклясться, не укрывалась, и резко вскочила. Лео косо взглянул на удивлённую подругу.
– Ну привет, – не будь это Лео, сошло бы за едкую иронию, но он был как всегда честен и прямолинеен.
– Я что, заснула!? – нашла под подушкой телефон. – Ты читал мои переписки? Это мой телефон, ты…
– Не, убрал его и накинул на тебя одеяло. Тут прохладно.
Колетт покачала головой: больше её волновало потерянное время. С другой стороны, хорошо выспалась, поэтому мозги работали в полную силу. Села в смятении на кровать и проторчала так минуту, пока не спросила Сореля:
– Ты много прочитал?
– Двадцать одну страницу.
– Какой коэффициент эффективности?
Аж опешил от такого вопроса.
– А я не считал сколько всего страниц. Не смогу ответить… – задумался, затем, потупив взгляд, начал: – Колетт…
Молчал так долго, что даже Локонте удивилась.
– Что?
– Колетт, а Виктор… ты же не считаешь, что он прав? Что я не мужчина?
– Ха-ха! Конечно ты не мужчина, тебе далеко ещё. Ты пока что мальчик, – и добавила: – Не слушай этого имбецила. У тебя, в отличие от него, есть мозги… А теперь не воняй, мне сложно сосредоточиться.
Побродила из угла в угол по помещению. Лео, приняв ответ, угомонился и вернулся к чтению. Колетт решила сходить к учительнице, развеяться. Вышла в коридор и подошла к номеру мадемуазель. Постучалась. Никто не ответил. Решив, что госпожа Руже ушла по делам – поужинать или в туалет, – остановилась у двери на пару минут. Ожидание тянулось бесконечно, Колетт стала засыпать. Она достала телефон и позвонила госпоже Руже.
Очень удивилась, когда из-за стен номера учительницы раздался звонок. Сбросила трубку, затих и телефон мадемуазель. У Колетт возникли опасения. Она в страхе взялась за ручку и осознала, что номер не был закрыт. Медленно открыла дверь. В следующий же миг её телефон упал на пол – экран треснул.
На пороге комнаты лежало бездыханное тело учительницы с перерезанной шеей. Госпожа Руже лежала, опустив лицо, искажённое предсмертной гримасой. Весь пол был залит кровью. Колетт побелела: ей вспомнилось, как в уборной поезда она видела человекоподобный силуэт, прятавшийся в углу. Ни единого следа, оставленного преступным монстром – только рассечëнное горло погибшей. Колетт попыталась закричать, но стресс, задавивший её полностью, не давал ни слова сказать. Она разинула рот и упала на колени, дрожа от ужаса. После стало только хуже: Колетт вырвало на труп.
Как никогда вовремя номер детей покинул Лео. Он заметил открытую дверь и зашёл, о чëм незамедлительно пожалел. По крайней мере, ему хватило духа произнести единственное слово, которое не смогла сказать Колетт:
– ПОМОГИТЕ!
Он приобнял Колетт сзади, чтобы успокоить. Ту отпустило, и рука потянулась к висевшему на поясе ножу. Положила на него ладонь, чтобы чувствовать себя в безопасности. Вокруг детей собрались взрослые, в их числе администраторы и сотрудники. Кто-то вызвал полицию. Колетт, немного успокоившись, подняла голову и выглянула в окно. Вместо солнц, ещё утром казавшихся символами грядущего успеха, ей мерещились два зрачка чудовища, таившегося в тенях. Возможно, оно наблюдает за ними. Прямо сейчас.
429: Лорье
Обломки мебели разлетелись в разные углы гостиной. Мёртвое тело, голова которого окунулась в умывальник, больше не двигалось. Кровь стекала в раковину. Стëкла разбиты. Квартира пережила самый настоящий погром, в центре которого стоял тёмный силуэт, первопричина разрушений. Она насмешливо просвистела невзрачную и невинную, но пробирающую до мурашек мелодию. Под капюшоном скрывалось смертельно бледное, изрезанное металлом лицо, будто у нежити; спину скрывал длинный плащ, а грудь – прозрачная металлическая трубка с содержимым в виде белой жидкости. Окровавленными когтями чудовище вцепилось в разорванную глотку человека, приподняло туловище и полезло в карманы. Там лежало удостоверение личности – желанный паспорт.
Документы были оформлены на имя Мориса Дюфора, одного из ближайших сподвижников Лорентайн де Лорье. Белые зрачки сравнили лицо погибшего с изображением в паспорте – тот самый. Журналист, автор скандального расследования деятельности Марта де Кариньяна, дяди Сабины де Даммартен. Вместе со своей покровительницей Дюфор покинул страну, когда им начали угрожать федеральные власти. Но и в Оскольде он продолжал критиковать действующую власть, призывая Корценейесу бомбить Дворец Президента и ввести войска в Терсилагию. Казалось, этого труса силой не загнать обратно на родину, но кому-то удалось убедить его вернуться. Видимо, предположения о подготовке Оскольда к свержению президента оказались правдивыми.
Забрав паспорт Дюфора, монстр не остановился. Он обыскал всю комнату: поднял все столы и стулья, осмотрел каждый тёмный уголок. В мусорном ведре нашёл телефон, который был уничтожен. Похоже, что ЛорЛор пожертвовала журналистом, чтобы повести преследователей по ложному следу. Сама она уже далеко впереди – скорее всего, едет в Ла-Шатриан. Убийца, не то взбудораженный, не то испытывающий постоянную боль, ещё раз всë перепроверил. Никаких доказательств, способных указать на местоположение ЛорЛор или еë планы. Нужно мыслить логически. Оставаться в городе небезопасно, лучше всего продолжать двигаться. Единственное место, где она может не бояться угрозы со стороны Даммартена – посольство в Ла-Шатриане. Год назад в консульстве Оскольда в Сериасе был совершён террористический акт. Несмотря на принятые меры безопасности, консульствам доверия нет.
Конечно, нельзя было отрицать и возможности того, что Лорье попробует скрыться в консульстве Куэн-ле-Барба. Об этом будет сообщено президенту, и агенты Хлои Мартен проведут самостоятельное расследование. Но сам монстр считал, что конечной целью ЛорЛор является прибытие в Ла-Шатриан. Даже удивительно, что не прилетела в столицу на самолёте. Попытка запутать следы? Может быть, хитрая рекомендация оскольдийских властей. Раздумывая, убийца сам не заметил, как прошло много времени. В дверь постучались. Монстр, повернувшийся к двери, узнал голос инспектора.
Ответа не последовало. Гондон пригрозил, что выбьет дверь. Его всё равно проигнорировали. С громкими ругательствами выполнил обещание: снёс дверь с петель и сразу спрятался за шкаф, готовый к перестрелке. Ни единого звука в ответ. Осторожно прошёл в гостиную и ужаснулся последствиям драки – по крайней мере, так он расценил произошедшее. Оглядел мебель, а возле раковины нашёл разбитый телефон и следы воды, будто кто-то только помыл посуду. Подошёл к разбитым окнам и драматично выглянул. Отсюда, с высоты шестого этажа путь был только на небеса. Куда пропали Лорье и Дюфор? Инспектор раскрыл немало дел, но тут он был сбит с толку.
***
И правда, ЛорЛор прибыла в столицу практически сразу, как представился шанс. Правда, не направилась сразу в посольство, ожидая ловушки, а посетила одно влиятельное лицо, возглавлявшее оппозиционную президенту структуру – нашла родственную душу, что уж говорить. Её приняли, пусть и без особого энтузиазма.
115 число весны 429. День. Квартира Бруно Жюльена, Ла-Шатриан, центральная Терсилагия.
Гостья расположилась на кухне. Золотые кольца на толстых пальцах, заплывшее поросячье лицо, тёмно-синее платье… Кумир Бланш Локонте и миллионов врагов режима Даммартена – Лорентайн де Лорье. Она несколько сезонов не покидала Корценейесу, где стала любимицей правительства Филипса, приглашавшего её на официальные мероприятия как "лидера терсилагийской оппозиции". Вместе с Лорентайн в Оскольд перебрались её родственники, члены олигархического семейства де Лорье. Сама ЛорЛор владела медиахолдингом "Lor²", контролирующим несколько крупнейших агентств (включая пресловутое "Ле Рона") и интернет-порталов, управляла им из-за рубежа. В общем, жила на широкую ногу, и за год набрала массы как следует: если перед прибытием в Оскольд она весила шестьдесят килограмм максимум, то к возвращению на родину увеличилась раза в два. Даммартенисты издевались над фигурой оппозиционерки, в ответ на что та подмечала, что в два раза возросла не только фигура, но и мозги.
Бруно пришлось уступить гостье диван. Поскольку на кухне, как и во всей квартире, царил беспорядок, ему пришлось отыскать себе стул в ванной. Лорентайн терпеливо дожидалась обеда, одновременно поглядывая на окна: знала, откуда грозит опасность. Что касается хозяина квартиры, то тот, одетый в трусы и халат, стоя к ЛорЛор спиной, готовил на плите омлет. У потолка висел включённый телевизор: Сосиали Бессен опровергала слухи, касавшиеся возвращения Лорентайн де Лорье в Терсилагию. Либо ложь даммартенистов, либо ложь собственных телеканалов – смотреть ЛорЛор было совсем нечего, а культурой и всякими кино она не интересовалась. Хаос, окружавший её, и то был увлекательнее: раковина завалена кастрюлями; на стене ни сантиметра, свободного от икон; на холодильнике вывешены фотографии с молодым Жюльеном и каким-то мальчиком; у окна размещён невесть откуда взявшийся диван. Наконец, обои во многих местах оборваны, будто здесь жило домашнее животное.
– Ты не работаешь сегодня? – обычным властным тоном спросила ЛорЛор.
– Взял отпуск, – вздохнув, Бруно взялся за сковородку с омлетом.
– Надолго? Такому человеку, как ты, нужно больше отдыхать.
– На три часа, – поставил на стол досточку, а на неё сковороду.
Тоже сел за стол. Оппозиционерка усмехнулась, но приступила к трапезе. В отличие от скромного Бруно, предпочитала роскошные обеды, которые могла себе позволять, хотя, впрочем, умела довольствоваться малым. Аристократически взялась за нож и вилку, разделила омлет на себя и на Бруно, а тот благодарно кивнул головой. Даже во время приёма пищи ЛорЛор, будучи всего лишь гостьей, умела представить себя.
– Забыл спросить, а чего вы оставили там вашего Дюфора? Небось помирает со скуки.
– Едят молча, – напомнила ЛорЛор. Бруно приподнял правую бровь, но не ответил: предпочёл прожевать яичницу.
Доели и поставили чайник, который едва помещался между микроволновкой и диваном. Бруно даже выключил телевизор, поскольку прогноз погоды был последним, что его интересовало в данный момент.
– Дюфор… на него можно больше не рассчитывать.
– Я думал, он ваш самый верный сторонник.
– Был, есть и был бы. Но он ничего не смыслил в политике. Из-за его безмозглых высказываний на меня в социалистической партии теперь смотрят как на последнюю дуру. Опять навëрстывать упущенное… вот так всегда.
– Как же низко пала соцпартия, если еë финансируют акулы бизнеса, – иронично бросил Бруно, искренне интересовавшийся подобным вопросом.
– Честно, Бруно: как будто они вообще поднимались со дна, в котором родились. Не будь идеалистом, люди – животные. Им нужны символы – настолько привлекательные, что ведут за собой массы… а ещё деньги. Много денег. Но деньги не решают всё, и им этого не понять. Умный человек должен иметь как связи, так и воспитание. Среди левачья, к счастью, нет умных людей. Пара красивых слов о всеобщем равенстве, и они простят тебе и яхту, и особняк на Кегаре.
Взгляды, которые бросал Жюльен, ей совсем не нравились. В них было одно осуждение. ЛорЛор раздражëнно прокашлялась и, повысив голос, чтобы её было слышно на фоне шумного чайника, заявила:
– Да, я считаю, что нет ничего зазорного в том, чтобы пользоваться этими тупицами! И я честна сама с собой, а не как Даммартены, которые искренне верят в чушь, которую несут на публике. Нам с мистером Филипсом суждено спасти эту страну от тирании. И нам нужны умные люди вроде тебя, Бруно. Но кто ты такой?
– Я тупое животное без связей и воспитания.
Чайник выключился, и Бруно расслышал добродушный смешок ЛорЛор. Той нравилось, что глава комиссии не юлил, а говорил прямолинейно. Точно так же она знала, что не нравится Бруно – тот не терпел карьеристов и лжецов, хотя сам был вынужден участвовать в политических интригах ради блага "Кафки-2".
– Нет, ты слишком умный, просто немного идеалист и уставший. Поэтому мне интересно, откуда ты такой взялся. До осени 425 не существовало человека по имени Бруно Жюльен. И вдруг хоба – и он появился. Так не бывает, от любого человека остаются свидетельства о его детстве, юности… ты можешь найти, какой маленькой я была в два года. Я же о тебе ничего не смогу найти. Нет, я верю, что ты наш, но… кто ты? – Бруно, холодный как никогда, смотрел ей в глаза. ЛорЛор даже не шелохнулась, поскольку не видела в этом человеке то, что был способен разглядеть Николя. – Эмигрант? Разработка Даммартенов? Порождение машин?
От озвученных вариантов Бруно не мог не рассмеяться. Налил им кофе и вернулся на место.
– Ну такая у меня судьба. Ничего не осталось от прошлого. Смотрю в будущее, думаю о том, как бы не потерять "Кафку".
– Могу тебя уверить, – ЛорЛор положила свою ладонь на его, – когда приду к власти, поддержу твою комиссию. Выделю средства. Эта разработка нужна Терсилагии.
– Ты хотела сказать Оскольду.
– Ну хватит уже. Оскольд это всего лишь инструмент. Я им ничего не должна.
На Бруно снова накатил приступ истерики, на этот раз удержался. Невозможно было слышать подобное от той, кто сотни раз обещала премьер-министру Филипсу: открыть дорогу в Терсилагию оскольдийскому бизнесу, перейти на ариал, ввести ограничения на вооружённые силы, предоставить Оскольду военные базы и пойти на соглашение с террористами, казавшимися ей непобедимыми. Власть Лорье означала власть Оскольда, как бы та ни пыталась представить себя независимым политиком. Бруно хотел пошутить, что если Лорентайн хочет доказать свою самостоятельность, то она должна вернуть в Оскольд половину тела и помереть от обезжиривания – впрочем, удержался.
Несмотря на противоречия, всë-таки договорились и закончили на позитивной ноте. Бруно был согласен даже на Лорье – главное, что не Деодат; ЛорЛор в преддверии политических потрясений нуждалась в союзниках. На радостях она хотела помочь Жюльену помыть посуду и наконец прибраться в квартире, но тот отказался от такого рода помощи, опасаясь за сохранность кухни. На работе Бруно знал много полных женщин, ценил их за умения и навыки, но Лорентайн, урождённая аристократка, даже шагу ступить не могла без жалоб и нытья.
Он отвёл её в гостиную, которую автор даже не будет пытаться описать по уже известной причине, затем отошёл к себе в комнату одеваться. ЛорЛор останется здесь на некоторое время, а потом эвакуируется в посольство Оскольда. За свою квартиру Жюльен не опасался – никакого компромата на него Лорентайн, при всём её желании, собрать не выйдет. Накинув на халат куртку, Бруно прошёл в коридор. ЛорЛор тем временем уже ускакала в туалет, поэтому попрощаться даже не удосужилась. Жюльен ответил взаимностью и покинул квартиру.
***
Тем временем Николя де Курсель, заместитель Бруно, в его отсутствие возглавлявший комиссию, должен был встретиться с представителем президента, обсудить некоторые вопросы финансирования – оно всегда было рекордно низким, из-за чего "Кафка-2" добывала средства к существованию другими способами. Последняя встреча Жюльена и Даммартена была, казалось бы, достаточно тёплой, так что, может быть, что-то да выйдет?
115 число весны 429. День. Штаб-квартира "Кафки-2", Ла-Шатриан, центральная Терсилагия.
Для встреч с официальными лицами в стенах комиссии предназначался зал на четырнадцатом этаже, где присутствовали и гранитный круглый стол, и работающие компьютер с проектором, и старенький генератор. У Николя был ключ: ему просто следовало добраться туда. В принципе, он и сам самостоятельно передвигался, но, как говорилось, обычно не спешил, осторожно проверял пространство перед собой тростью. Поэтому Колетт пришлось взять его за руку и вывести к лифту.