Легенда об Эльдрагоре. Возвращая утраченный мир

– П-подожди, дай я подойду к нему…

– Эльдрагор, не надо!!

Эльдрагор, дрожа от волнения, подошёл к девочке. Он попытался осмотреть рану, но незнакомка оскалила свои острые зубы и начала отползать в сторону.

– Я убью её! – крикнул Раград, хватаясь за меч.

– Нет! Ты никого не убьёшь! – громко и решительно ответил Фламеанец.

– Но она же враг… наши только что уничтожили всю их армию…

– Я это прекрасно знаю! И тем не менее я не смогу дальше нормально спать, если мы убьём беззащитное и раненое существо!

Раград убрал руку с рукояти клинка и весь в поту сел на землю, не сводя глаз с девчонки.

– Эльдрагор… а моя сестра… – спросил он.

– Не переживай. С ней всё хорошо. Признаю, я не ожидал так быстро тебя найти.

– Я почти ничего не помню.

– Так постарайся! Расскажи всё, что произошло, пока меня не было рядом с Норией. Как ты смог сбежать от Протоцерран??

Эльдрагор сорвал с ветки большой трубчатый лист и попытался перевязать ногу девочке. На этот раз она уже не пыталась отползти, но всё ещё скалилась, когда мальчик обматывал рану.

Раград собрался с мыслями и начал рассказывать всё, что ему удалось вспомнить: – После того, как ты, убив того вожака, убежал с Норией, я продолжил драку с этими тварями. Должен признать, тебе удалось спасти мне жизнь, убив этого гада. Мне пришлось несладко даже во время побега от тех шестерых. Я смог убить одного из них, проткнув ему живот, а двоим получилось отсечь по руке. Но меня буквально искромсали когтями. Некоторые порезы были глубокие, из них стала течь кровь. Понимая, что больше держаться против них не получится, я вытянул последнюю оставшуюся во фляге воду и разогрел её практически до кипятка. Это отняло много сил, но в итоге стоило того: у меня получилось плеснуть этой горячей водой им прямо в лицо, ненадолго ослепив. А пока эти твари корчились от боли я, не теряя времени, пустился наутёк.

– Ты не почувствовал ничего необычного, пока бежал? Головокружение, слабость? – перебил Раграда Эльдрагор, заканчивая перевязывать девочке ногу.

– Поначалу нет, но потом… это было ужасно. Честно говоря, я уже не особо соображал, что происходит с моим телом. Думал только о том, как бы успеть добежать до огромного дерева, пока не потеряю сознание, а там надеялся прийти в себя… я надеялся, что Нория скажет тебе, где меня найти. Как видишь, я был прав.

– Да. Но ты был не прав в самом главном.

– В чём же…?

– Ты бы не смог прийти в себя. Как уже говорила твоя сестра, это был смертельный яд. Я едва успел вытянуть эту дрянь из её ноги. И даже несмотря на это, она не сможет самостоятельно передвигаться ещё неделю. Да что уж там говорить, даже я, которому поцарапали лишь край уха, как следует ощутил на себе его последствия. Мне кажется, что тут есть два варианта: либо ты обладаешь невероятной устойчивостью к ядам, в чём я очень сомневаюсь, учитывая нынешнее состояние твоей родной сестры, либо…

Глаза Раграда округлились. Он с побледневшим лицом посмотрел на девочку из племени Геррадус.

– Да, ты всё правильно понял. Она спасла тебе жизнь. Нам только предстоит узнать как, но это правда. Скорее всего, очнувшись, ты ещё не понимал, что происходит и принял её за врага, – подытожил Эльдрагор.

Раград продолжал смотреть на незнакомку. В голове юного Аквира было столько противоречий, что он не мог выдавить из себя и слова. Понимая это, Эльдрагор решил пока узнать, почему эта несчастная девочка спасла жизнь своему врагу, чей народ уничтожили практически всю их расу. Не зная, сможет ли она его понять, мальчик посмотрел на неё и спросил: – Как тебя зовут?

Она обернулась на него и удивлённо заглянула ему прямо в глаза. «Не понимает, подумал юный Фламеанец, – надо попробовать проще». Он поднял руку и ткнул указательным пальцем себе в грудь. – Эльдрагор, – сказал мальчик. Затем, положа руку на плечо ещё не пришедшего в себя друга, продолжил: – Раград.

Наконец Эльдрагор поднёс палец к груди девочки. Она зашипела, но, посмотрев на мальчика, который не собирался делать ей ничего плохого, тихонько произнесла: – Тлако.

– Тебя зовут Тлако? Какое необычное имя… первый раз слышу что-то подобное, – сказал удивлённый Фламеанец.

Тем временем Раград стал понемногу приходить в себя. Он принялся рассматривать девочку, которая казалась очень похожей на них, за несколькими исключениями: кожа была светло-зелёного оттенка с тёмно-зелёными полосами, а волосы пепельно-серыми. Зубы острые, как у акулы, но такие же небольшие, как Церэрианские. Пальцы на руках и ногах длиннее и тоньше. Зрачки узкие и сильно напоминали кошачьи, глаза жёлтые, чуть светлее, чем у Эльдрагора, а уши были большими и слегка заострёнными у верхнего края. По телосложению она практически полностью походила на обычного Церэрианина, разве что имела немного более изящные и утончённые черты.

За свою недолгую жизнь маленькие Церэриане повидали много погибших Геррадус, но никогда не видели живого, да ещё так близко. Тлако не проявляла никаких признаков враждебности по отношению к ребятам, а вся её агрессия была лишь защитной реакцией на вероятных противников. Нападать она не имела никакого желания.

Эльдрагор должен был понять, спасла ли девочка Раграда и если да, то как именно. Но для этого требовалось умение общаться на языке жестов. Было ясно, что они не понимают друг друга, и мальчику приходилось сильно ухищряться, чтобы показать ей то, что ему нужно. Первое время выходило довольно скверно: Эльдрагор заставил Раграда лечь на землю и притвориться мёртвым, после чего показал пальцем на Тлако и стал имитировать, как она помогает Аквиру подняться и лечит его раны. После этого было ещё несколько неудачных попыток, которые только сильнее запутали бедную девочку, озадаченно наблюдавшую за этим странным представлением. Фламеанец старался применить весь свой актёрский талант настолько, насколько ему позволяла фантазия, однако в ответ на все старания, он получил лишь удивлённый взгляд Тлако, которая судя по всему начала считать его не совсем нормальным.

В конечном счёте расстроившийся Эльдрагор уже почти было отбросил идею что-либо объяснить необычной девочке, как вдруг, будто что-то осознав, та внезапно пододвинулась вплотную к Раграду и бесцеремонно стащила с него рубашку. Это было настолько быстро и неожиданно, что ребята не успели проронить и слова. Раград сильно покраснел и крикнул: – Эй, ты что это делаешь?!

– Не кричи на неё так, она всё равно тебя не поймёт! – сказал Эльдрагор.

– Но она сняла с меня одежду!

– Я уверен, что не просто так. Девочка что-то хочет нам объяснить.

Глубоко вздохнув, Раград смирился и неподвижно сел, пытаясь понять, что хочет от него Тлако. Та показывала на многочисленные порезы, которыми было усеяно оголённое тело мальчика. По внешнему виду ран можно было заключить, что им было не менее одной недели, но никак не сутки, когда Раград получил их в ходе сражения с Протоцерранами. Все раны были уже довольно хорошо затянуты, а местами даже практически зажили. Увидев это, Тлако улыбнулась и, поднеся свою руку ко рту, надкусила кожу на запястье. Из образовавшейся раны потекла кровь, которой она промокнула свои тоненькие пальцы и протянула их к месту пореза на груди Раграда.

Юный Аквир испуганно посмотрел на своего друга и прошептал: – Т-ты же не думаешь, что она лечила меня своей…

Эльдрагор внимательно наблюдал за маленькой Геррадуской, не проронив ни слова. Тем временем Тлако стала аккуратно смазывать тело Раграда. Едва соприкоснувшись с глубокими ранами мальчика, её тёмно-зелёная кровь зашипела, и Раград стиснул зубы от боли.

– Ты в порядке? – взволнованно спросил Эльдрагор.

– Да… очень сильно жжёт… но терпимо…

Девочка кивнула головой, а затем сорвала небольшой лист с ветки молодого деревца, свернув его в трубочку. С её раны не переставала течь кровь, и она быстро наполнила лист почти до краёв, после чего протянула Раграду, который, выпучив на неё глаза, спросил: – Я-я не понимаю! Эльдрагор, что мне с ней делать? Помазать свои раны самостоятельно?

Девочка быстро осознала, что её не понимают, и попыталась объяснить всё языком жестов: она открыла рот и показала на него своим пальцем, после чего слегка наклонила свёрнутый лист и сделала вид, что пьёт.

– Она хочет, что бы я выпил её кровь?! – воскликнул Раград. – Ни за что на свете!

– У тебя есть привкус железа во рту? – спросил Эльдрагор.

– Да… он такой же, как после зализывания ран, полученных мной от острых веток и шипов.

– Веток и шипов?

– Ну, я часто охочусь в лесу и временами нужно преследовать раненную добычу. Тогда меня царапают всякие коряги и приходится зализывать порезы на теле. Мой отец говорит, что слюна хорошо очищает и лечит раны…

– Ты уже пил её кровь.

– Что?! Когда?!

– Когда находился в бессознательном состоянии. Думаю, что лечение поверхностных ран вряд ли избавило твоё тело от яда. Тогда она решила действовать радикальнее, залив в тебя свою кровь.

– Это омерзительно! – сказал Раград, морщась от отвращения.

– Но благодаря этому она смогла спасти тебе жизнь! Скорее всего, в её организме содержится особый антидот, который полностью подавляет весь токсин Протоцерран.

Раград тяжело выдохнул и с большим трудом, весь дрожа, выпил содержимое листа, поданного от Тлако.

– Как на вкус? – поинтересовался Эльдрагор.

– Как кровь. – ответил Раград.

– Логично.

Мальчики переглянулись и тихо засмеялись, а бедная Тлако с удивлением смотрела на это странное зрелище и совершенно не понимала, что вызвало смех у этих необычных чужаков.

Прошло немного времени, и успокоившиеся дети стали думать, что им делать дальше.

– Мы должны идти назад, я очень хочу увидеть свою сестру, – с волнением сказал Раград.

– А как же Тлако? Она же ранена. Может возьмём её с собой?

– И правда… Можешь посмотреть её рану? Если потребуется, я понесу её на себе!

– Сейчас посмотрю, – сказал Эльдрагор и подошёл к девочке. Он принялся осматривать рану, из которой больше не шла кровь. Мальчик, будто о чём-то догадываясь, стал разматывать самодельные бинты. Каково было его удивление, когда он снял повязку с её ноги и не увидел там никакой раны! Она полностью зажила и затянулась, практически не оставив шрамов. Затем Фламеанец взглянул на руку, которую девочка кусала и там также не было никаких признаков повреждений!

Эльдрагор был поражён. За всю свою жизнь он не видел ничего подобного, и это сильно заинтересовало его. «У неё просто поразительная регенерация… в десятки раз лучше, чем у нашего вида. Возможно, это секрет их выживаемости?» – подумал мальчик.

Дети начали собираться в обратный путь. Эльдрагор попытался жестами выразить Тлако свою благодарность за спасение друга, но увы, девочка ничего не понимала и растерянно смотрела на него. Раград не выдержал и подошёл к Эльдрагору. На его лице было видно смятение, неприсущее юному Аквиру. Он тихо произнёс: – Ты неправильно пытаешься ей донести свои эмоции. Сейчас я сделаю то, за что бы меня до конца жизни считали изгоем, недостойным жить среди своих!

Эльдрагор, забеспокоившись, посмотрел на своего друга. Тот продолжал: – Я чуть не убил её, но ты помог мне избежать такой страшной и ужасной ошибки! Всю жизнь я жил во лжи и думал, что достигнуть мира можно только убийством других, что среди чужаков нет таких чистых и добрых душой… нас учили истреблять всё, что не похоже на меня, тебя, мою любимую сестру! Почему?! Теперь всё будет по-другому, друг!

Раград подошёл к Тлако и, прежде чем она успела что-либо понять, крепко обнял её. Она очень удивилась, но не попыталась высвободиться. Видимо, у их расы не было принято обниматься во время проявления сильных чувств, но, возможно, она догадывалась, что означал этот жест. – Я знаю, что сейчас ты меня не поймёшь, но я никогда не пожалею о том, что сейчас сделал! – гордо сказал мальчик.

Фламеанец и Аквир направились обратно в лес. Тлако провожала их взглядом, а затем, будто не выдержав, подняла свою руку вверх и начала махать, произнеся: – Anej! Ma cualli ohtli!1

Ребята обернулись и радостно помахали ей в ответ. – Интересно, что она сказала, – подумал вслух Раград, – наверняка пожелала нам удачи или что-то в этом роде. – Уверен, что-нибудь близкое к этому, – согласился Эльдрагор. – У них красивый и необычный язык. Я бы очень хотел узнать его получше.

Некоторое время мальчишки шли молча. Эльдрагор посмотрел на своего друга, лицо которого было очень серьёзным и печальным. Он явно о чём-то думал и, скорее всего, не самом приятном.

– Раград, ты в порядке? – нарушил тишину мальчик. – Может яд ещё как-то действует на тебя?

– Всё хорошо. После того, как я выпил её кровь, мне стало очень хорошо… даже слишком… – ответил Раград, хмуря брови.

– Тогда почему у тебя такой грустный вид? Мы скоро придём к твоей сестре, выше нос! Не думаю, что она будет в восторге, увидев тебя таким.

– Что? Грустный? А… я, я просто задумался… знаешь, ко мне начинают закрадываться не самые хорошие мысли. Если можно, я пока не буду ими с тобой делиться, мне нужно ещё подумать…

– Да, конечно! Но ты знай, если захочешь увидеть её ещё раз, то обязательно зови меня! Можем и Норию с собой взять, что скажешь?

– Эльдрагор, ты же понимаешь, что с этого дня в нашей жизни всё будет иначе? Мы оставили её в живых, а это преступление против Церэриан. Но я горжусь своим поступком!

– Если бы мы её убили, уверен, мы бы никогда себе этого не простили. Так давай же пообещаем друг другу, что это останется между нами до конца наших дней!

Эльдрагор, не сбавляя шага, протянул Раграду руку и молча посмотрел на него. Аквир увидел, что на него смотрели глаза надёжного товарища, который готов идти с ним в огонь и в воду несмотря ни на что. – Между нами… тремя. Я не смогу держать такое в тайне от родной сестры, – сказал Раград.

– Ну… как скажешь. Лично я не против. Думаешь они найдут общий язык?

– Пока рано об этом говорить. Не знаю, увидим ли мы её когда-нибудь ещё…

Лицо Раграда вновь помрачнело: – А ведь именно наша армия стёрла её соплеменников с лица Церэи. Сейчас я ненавижу себя так, как никогда прежде.

– Но ведь это не ты их…

– А разница? Мой отец, мать. Их руки по локоть в крови Геррадус. До этого дня я не придавал этому никакого значения…

Тут глаза Раграда округлились. Он будто отошёл от мрачного сна и продолжил: – Может то, что мы её встретили, не случайность?! Возможно, это послание свыше! Помнишь, когда мы только познакомились, ты говорил, что у нас получится положить конец войнам и привести наши народы к миру и процветанию!

– Но ведь я говорил про всех детей в принципе, как о новом поколении…

– А теперь я уверен, что это именно про нас! Про нас троих!

На лице Эльдрагора появилась лёгкая улыбка. Уверенные слова Раграда придали Фламеанцу немного оптимизма. Может Аквир, действительно, был прав и им уготовано нечто большее, чем жизнь обычных воинов, изо всех сил старающихся сделать этот мир хотя бы немного лучше.

Тем временем мальчики уже довольно долго шли по густому тропическому лесу. Фермира находилась в зените и беспощадно раскаляла воздух. Стояла ужасная жара, и, хотя густые кроны защищали путников от прямых лучей, в подлеске образовался самый настоящий парник. Вся живность давно уже попряталась в прохладные дупла, норы или водоёмы, чтобы переждать самые трудные часы дня. Было настолько тепло и влажно, что всё вокруг покрылось большими каплями, как после утренней росы. Раград не обращал на это никакого внимания, так как Аквиры спокойно могли контролировать влажность воздуха вокруг себя, затрачивая при этом минимум энергии и усилий. Это было одним из главных качеств водного народа, которое позволяло им заселять все тропические и влажные регионы Церэи без особого вреда для своего здоровья. А вот Эльдрагору было несколько сложнее: Фламеанцы не умели управлять водой и контролировать влажность, а высушивать огнём и без того горячий воздух было совершенно бесполезно.

Мальчику становилось всё тяжелее идти. Фламеанцу не хватало кислорода, не говоря о том, что он ещё не полностью оправился от яда и по-прежнему чувствовал сильную слабость. Раград помог ему опереться на себя и постарался идти быстрее, пока его друг с большим трудом указывал рукой их дальнейший путь.

Когда Фермира начала неохотно опускаться всё ниже к западу, дети всё-таки смогли добраться до заветной поляны. Утомлённые до предела, они буквально на четвереньках доползли до раскидистого дерева. Однако у его подножия никого не было, а кровать из листьев, судя по её виду, была брошена довольно давно. Обеспокоенные друзья стали звать свою подругу. Ответа долго ждать не пришлось: он донёсся из камышей, растущих вдоль ручья.

– Ребята, я тут! Простите, что так напугала! – крикнула Нория. Мальчишки побежали на голос и застали свою радостную подругу, которая расслабленно лежала на мелких камушках, практически полностью окунувшись в ручеёк. Из воды торчала только её маленькая радостная голова, прикрытая большим листом лопуха.

Раград радостно кинулся в воду и обнял свою сестру. На их глазах выступили слёзы радости. Троица наконец-то воссоединилась, и их счастью не было предела.

– Я вижу, тебе уже намного лучше! – обрадовался Эльдрагор.

– Да, намного! Было жарко, и я решила доползти до ручья и «залечь на дно».

– Во всех смыслах этого слова!

– Именно! Во-первых, в воде я ощущаю себя гораздо лучше, и она прекрасно спасает от этой духоты. А во-вторых, в таком прекрасном укрытии из камышей меня бы никто не заметил, да и шум журчащей воды прекрасно приглушает любые звуки, издаваемые мной по неосторожности.

– Вот я всё не пойму, в кого ты такая умная пошла? – пробурчал Раград.

– Да ни в кого, я просто читаю много, дурачок! Хоть раз возьми книгу со своих пыльных полок и изучи её, пустая твоя голова! – крикнула на него Нория.

Раград хотел уж было окатить сестру водой, но сразу же передумал. Она была ещё слишком слаба для очередной задорной перепалки. Да и сами они уже были насквозь промокшими, а это было уже не так интересно.

– Хорошо, я обещаю, что когда мы вернёмся домой, я обязательно прочту какую-нибудь книгу! Сможешь мне даже посоветовать, – сказал он сквозь зубы.

– О, непременно! Думаешь, я забуду?!

Раград скорчил недовольную гримасу, а затем обратил внимание на Эльдрагора, который присел на камень рядом с ними и задумался о чём-то своём.

– Что задумался? Полезай к нам и давайте обсудим, что будем делать дальше! – сказал мальчик.

– Спасибо, но я лучше тут посижу. Не люблю мокнуть. – ответил Фламеанец.

– Думаешь, мы позволим тебе запечься тут, как картошка?

С этими словами Аквир взмахом руки окатил Эльдрагора водой и тому пришлось принять его предложение, ибо сушиться при такой жаре было просто невыносимо. Недовольно ворча себе под нос, мальчик окунулся с головой и, подплыв к друзьям, улёгся рядом с ними.

Из воды торчали три головы, две из которых были на седьмом небе от счастья. Тут Нория прервала тишину, задав логичный вопрос: – А теперь рассказывайте мне, как Раград смог спастись от стольких ядовитых порезов?

– Что? Как ты поняла? – удивился он.

– Я не помню этих шрамов на твоём теле. Однако они уже практически зажили, что невозможно за такое короткое время. Мне кто-нибудь сможет объяснить, что произошло?

– Пусть тебе всё расскажет Эльдрагор. Думаю, у него всё выйдет гораздо подробнее, чем у меня.

Нория повернула голову к лежащему рядом Фламеанцу и вопросительно посмотрела на него. Тяжело вздохнув, мальчик начал длинную и увлекательную историю о том, что приключилось с ним и Раградом за последние полдня. И правда, мало кто мог бы похвастаться ролью участников настолько интересных и насыщенных событий за такой короткий промежуток времени.

Нория, раскрыв от удивления рот, слушала историю о том, как Эльдрагор нашёл её брата, как обнаружил таинственную незнакомку и как та спасла Раграду жизнь. Но больше всего её поразило и обрадовало то, что они, даже не понимая ни единого слова Тлако, смогли так быстро найти с ней общий язык.

Рассказав всё на одном дыхании, Эльдрагор, завершая свою долгую историю, позволил себе немного подурачиться: договаривая последние слова, он медленно опускал голову вниз, пока та полностью не скрылась под водой. Раград нырнул за ним и они, весело смеясь, начали пускать пузыри, оставив Норию наедине со своими мыслями. Даже для такой умной девочки это был слишком большой объём информации, и ей было необходимо время, чтобы всё переварить.

Мальчишки ещё некоторое время пробыли в воде, которая так хорошо расслабляла тело после долгой дороги и манила их своей спасительной прохладой. Но времени на отдых уже не оставалось.

– Друзья, мой отец позволил мне пойти с вами, потому что сам хотел приехать к вашему королю, – сказал Эльдрагор. – Сейчас он должен быть там, и я уверен, что они уже давно начали нас искать.

– К нашему папе? – удивлённо переспросили брат с сестрой.

– Ваш отец – король?!

– Ну да. Альрик Валькир – сто двадцать пятый предводитель королевства Аквиров, великий завоеватель южных земель, опустошитель долины Логнарр и пятое и десятое, – несколько пренебрежительно ответил Раград. – Я мог бы ещё очень долго продолжать, но это нас очень сильно раздражает. Для меня с сестрой он просто любимый папа.

– И он вас так просто отпустил в эти опасные дебри?

– Да, а что в этом такого странного? – недоумённо спросила Нория. – За пару месяцев, проведённых здесь во время войны, мы полностью изучили этот лес и знаем его как свои пять пальцев.

– Поэтому мы все недавно чуть не расстались с жизнью?

– Это были непредвиденные обстоятельства. Мне кажется, что недавняя битва заставила некоторых существ сменить свои привычные зоны обитания. И как мы уже поняли, некоторые из них выбрали этот участок леса своим новым домом, – невозмутимо ответила Эльдрагору Нория.

– Ребята, прекратите этот бесполезный спор, – прервал их Раград. – Давайте лучше придумаем, как мы сможем быстрее добраться до нашего дома.

– Отличная идея! Предлагаю для начала соорудить носилки для Норы, а то тащить её на спине будет не удобно ни нам, ни ей. – ответил Эльдрагор.

– А что это ты меня Норой назвал??

– Я спас тебя, и теперь мы друзья. Мне кажется, это весьма весомый аргумент.

– Да, но…

Не найдя, что возразить в ответ, девочка смутилась и опять покраснела. Почувствовав это, она нырнула в ручей и долго не всплывала. Пробыв там какое-то время, она вынырнула так, что из воды виднелась только верхняя часть её головы и любопытные глаза, которые внимательно наблюдали за тем, что делают ребята.

Тем временем Раград своим острым мечом разрезал прямые ветки молодых деревьев и складывал их в небольшую вязанку, а Эльдрагор собирал лианы, чтобы перевязать их, создав тем самым прочный каркас для будущих носилок. На всё это ушло около получаса кропотливой работы, но ребятам она была только в радость. Конструкция получилась довольно крепкой и точно могла выдержать вес худенькой восьмилетней девочки. Поверх плетёной решётки мальчики заботливо накидали больших и мягких листьев, чтобы Нории было удобно и мягко лежать.

– Пора в путь! – весело сказал Раград.

Мальчики осторожно вытащили Норию из ручья и положили на носилки. Девочка была невероятно счастлива и, не скрывая этого, удобно устроилась на этой прекрасной и уютной передвижной кровати.

– Тебя просушить? С тебя вода течёт ручьём. – заботливо поинтересовался Эльдрагор.

– Если тебе будет не сложно. Я сама пока ещё не смогу, сил нет.

Фламеанец выставил перед собой руки и начал согревать воздух, направляя его в сторону девочки. Ещё мгновение, и Нория ощутила на себе приятный поток тёплого воздуха.

– Как хорошо… – прошептала она, – Знаете, мне кажется, что не зря мы столкнулись с Протоцерранами. Благодаря испытаниям, которые устроили нам эти гады, мы только сильнее сплотились и столько всего преодолели…

– Пока мы собирали тебе носилки, Эльдрагор мне всё рассказал, – слегка раздражённо ответил Раград. – День назад ты была одной ногой в могиле и сейчас говоришь такие вещи? У тебя опять бред начался?

– Братик.

– Что?

– Заткнись. Ты порой бываешь таким душным, что хочется сбежать, но увы, сейчас я не в состоянии двигаться.

Раград закатил глаза и, взяв изголовье носилок, стал внимательно вглядываться вдаль в поисках примерного маршрута до дома. Эльдрагор же ухватился за их заднюю часть и, встретившись с лежащей Норией глазами, улыбнулся. Та, увидев это, сразу же повернулась к нему спиной и уткнулась носом в кучу листьев.

Эльдрагор немного смутился от такой реакции, но, ничего не поняв, решил не придавать этому значения. А Раград уже увидел знакомую тропинку по другую сторону опушки, которая вновь вела в дремучий тропический лес.

Ребята взяли носилки и медленно, но верно направились в сторону временного военного лагеря Аквиров. Уставшие, но счастливые, они с нетерпением ждали встречи со своими близкими, думая, что все ужасы были уже далеко позади. Однако им предстояла долгая дорога, и кто знает, какие ещё опасности она таила.