- -
- 100%
- +
Развязывать войну из-за девчонки? О чём он вообще?
Ещё шумиха по Кротову не стихла. Какой Аркаша? Он, конечно, может всё сделать тихо и незаметно. Но Аркаша пока не стоит костью поперёк его горла. Поэтому… - забудь.
Что это был, блять, за порыв? Совсем с катушек съехал? Это всё она. Чёртова ведьма. Нужно избавиться от неё.Взять то, что хочет, и избавиться.
...
- Слабоумный! – толчок в плечо. Настолько сильный, что его ноги непослушно запинаются об корявый кленовый корень, что торчал из промерзшей земли. – Что? Так и будешь молчать?
Смех. От этого мерзкого, задушенного смеха, ему хочется заткнуть уши. Не слышать. Не слушать. Сделать вид, что его здесь нет.
Руслан упирается ладошками в колючую землю и пытается подняться. Не слушай их. Это они слабоумные.
Удар по ногам, неожиданная подсечка, и он снова падает, больно ударяясь локтями.
- Ну? Заплачь хотя бы! – да, заткнись ты уже! Оглядывается на пацанву. Они закатываются от смеха, держась за животы. Шестёрки. Корж у них тут самый главный. Гады. – Может, так ты заговоришь?
Хватает его за грудки поношенной куртки с чужого плеча, и толкает в сторону.
- Пацаны! Помогите мне! Я тут где-то собачье дерьмо видел!
Тащит его под громкое улюлюканье и гогот. Руслан вырывается. Но силы не равны. Потому что Корж старше его на несколько лет и крупнее раза в три.
Бесится, что Руслан не стал перед ним стелиться. С самого первого дня, по прибытии в детдом, смотрел на всех свысока. Ни с кем не разговаривал, кроме педагогов. И с Шуриком. Он был на год младше, хромой. Но весёлый и отзывчивый. К нему Руслан прикипел. А остальные – оно того не стоит. Вот они и бесятся до сих пор. Слабоумным прозвали. Идиоты.
Руслан падает, ноги ползут вслед за телом. А они всё смеются.
Слабоумный!
Слабоумный!
Какофония из мерзкого хохота, посторонних звуков и собственного рычания… она доводила до той самой точки кипения. Точки невозврата.
Пока его тащат, он хватается за приблудившуюся корягу. Цепляет неожиданно сильными пальцами…
- Я не слабоумный! – Рычит. Впервые одаривая их парой слов.
Размах… он и не подозревал, что его руки могут быть такими сильными.
Корж валится на землю, а Руслан продолжает стискивать в руках увесистую палку. Прижимает её к себе и скалится. Как зверёныш, что ждёт ещё одного нападения. Опускает взгляд, глядя на то, как из-под головы белобрысого обидчика сочится кровяная дорожка. Пачкая собой чуть подтаявший снег в алый цвет.
- Ах ты урод! – слышит со стороны. Совсем близко. Бах!
Темно. Глухая боль в голове.
Дёрнулся, чтобы отбиться…
Чёрт… ловит собственное ускользающее дыхание. Виски пульсируют так, что даже глаза болят. Словно кто-то пытается выдавить ему глазные яблоки.
Опять. Опять ему это снится. Будто заезженная потертая кинопленка. Изображение смазано. Но ощущения… зашевелился каждый волосок. Больно. Так, сука, больно.
Отдышался, наконец. Провёл ледяными пальцами по волосам и осмотрелся. Комната не его. Конечно… как он мог забыть?
Тихо хмыкает и мягко подгребает к себе спящую девушку. Горячая. Внутренний голос набатом велел прижаться ближе. Впечатать худенькую спину в собственную грудь, почувствовать, как её попка вжимается ему в пах.
Стоп. Остынь…
Смаргивает наваждение. И зарывается носом в копну шоколадных волос. Руку опускает на плоский животик. Вот так. Охуенно.
Сердце, наконец, перестаёт биться, как чёртов заведённый мотор. Туз выравнивает дыхание окончательно. Успокаивается, отгоняя от себя мутные картинки из далёкого прошлого...
Закрывает глаза, проваливаясь в аромат осени.
Глава 11
Ярость, исходящая от неё, была почти ощутима. Чистой. Накаленной докрасна.
Руслан, подперев плечом дверной косяк, наблюдал за тем, как она одевалась. Чёрные джинсы, сидящие на стройных ножках, словно это её вторая кожа. Чёрная струящаяся блузка, и тёмные тяжёлые пряди, что падали волнами на спину.
Пять минут сопротивления и гневных выпадов, несколько проклятий в его сторону, совсем немного уговоров. Тщетно. Он не покинет эту комнату. «Переодевайся при мне»… и вот она скидывает со своих плеч халат.
Ему нравились эти маленькие победы. Нет, не так. Ему нравился тихий хруст её внутреннего стержня. Именно. Ведь, этого он хотел?
Всё было готово. Машина ждала у ворот, флорист подготовил букет, цвета красного вина хорошей выдержки. А Туз подготовил Владу.
- Всё помнишь?
Помогает застегнуть крошечную пуговичку на спине. Влада склонила голову вниз, а Туз засматривается на слегка выпирающие шейные позвонки, что так притягивает его в прошлый раз. Не отказывает себе в удовольствии провести пальцами по мягким волнам на коже. Ощутил то, как мгновенно она напряглась.
- Забудешь тут. – цедит сквозь зубы брюнетка, в то время, как под его пальцами вздуваются мурашки на нежной коже.
- Тогда повтори. – давит на плечи, поворачивая девушку к себе лицом. Сука, какая же она красивая. Ладная. Словно её вылепил скульптор по образцу Афродиты.
- Найти мужчину на фото…
- Я напоминаю тебе, что человек, кому ты должна передать цветы, не отец покойного. Это его родственник. Если быть точнее, родной дядя. – мысленно касается пальцами её губ. - Парень умер от болезни. Это чтоб ты ничего лишнего не ляпнула. Там возможна прослушка, так что, не облажайся. Как зовут его?
- Игорь Борисович. – В глаза ему не смотрит. Впечатала взгляд в его ключицы. Они отвлекали её, выглядывая из широкого выреза футболки. От мужчины пахло свежестью и прохладой зимнего леса.
- Умница. – пальцами цепляет острый подбородок и поднимает её голову выше. Заставляет взглянуть на него. – Дальше…
- Выразить соболезнования, если будут приглашать в дом, не соглашаться. У меня важная поездка. Отложить не могу. Очки с лица не снимать. Ни с кем другим не говорить. Только короткий кивок в знак приветствия. Голову держать ниже… - флегматично выплёвывает заученные правила ему в лицо. – Отдать цветы, сказать пару слов в знак скорби, вернуться в автомобиль, который будет ждать на том же месте.
- И? – Его рот растягивает скупая улыбка.
- И без глупостей… - заканчивает брюнетка, уводя взгляд в сторону. Кожа на подбородке под его пальцами начинает гореть.
Руслан на миг теряет контроль. Склоняется над девушкой в желании прикоснуться к губам… но Влада делает торопливый шаг назад. Рассеивая перед ним томную дымку, что застилала глаза.
Отпускает её, и складывает руки на груди.
- Тогда в путь.
…
Паника. Она вновь накрывала с головой. Сердце неслось вскачь, когда автомобиль притормозил возле незнакомого особняка. Широченный двор, вымощенный тротуар, еловые посадки. Местами она замечает самшит, что совсем не свойственен для здешнего климата.
С неба срывалась мелкая крупа. Она сыпалась, отстукивая дробь по стёклам автомобиля, и тем самым ещё больше нагнетала и без того напряжённую обстановку.
- Сколько у меня времени? – сжав зубы, поднимает взгляд в зеркало заднего вида. Встречается со светлыми глазами мужчины, что был за рулём.
- Пять минут. Семь – максимум.
- А если задержусь? – пытается просчитать наперёд. Перебирает в голове все возможности к побегу. Если здесь есть люди, значит, есть возможность просить о помощи. Возможно, кто-то знает её отца? Возможно, не всё потеряно? – Что тогда? Пойдёте искать?
- Если задержишься, рискуешь получить пулю в лоб. - хмыкает водитель, и глушит мотор. – И не от нас…
Что?
Захотела что-то ответить, но вместо связной речи из неё вырвался тихий и невнятный лепет. Почти неслышный.
Закрыла глаза, чтобы немного собраться с духом. Распахнула губы и через рот сделала несколько глубоких вдохов и выдохов.
Сейчас. Сейчас она выйдет и невозмутимо сыграет свою роль. И. Возможно найдёт хоть кого-то, кто бы смог ей помочь. Пожалуйста.
Щелкнула ручкой и открыла дверь, впуская в салон мелкую крупу, и ледяной порыв ветра. Запахнула пальто и спрятала глаза за чёрными очками.
Сгребла огромный букет тёмных роз и, наконец, вышла. Дверь за ней захлопнулась, а Владе показалось, что захлопнулась очередная книга, что обещала принцессе безоблачную жизнь.
Сделала несколько шагов, сталкиваясь взглядом с парой мужчин, что тихо беседовали на крыльце, раскуривая по сигарете. Ни один из них не был тем, кто ей нужен. Короткий кивок. Руслан сказал, что хозяина дома не будет. Он решает оставшиеся вопросы, связанные с организацией похорон.
Мужчины по очереди произнесли ей в ответ тихое приветствие и, потеряв всякий интерес, снова прижали сигареты к губам.
Обхватила тяжёлый букет крепче, боясь, что он вот-вот выпадет из её рук, и почти прижалась носом к массивной входной двери.
Чёрт…
- Не могли бы вы..? – Установилась на мужчин в немой просьбе.
Один из них, с высокими залысинами и большим животом, сообразил, в чем дело, и засеменил к ней. Услужливо открыл для неё незапертую дверь и позволил войти.
- Прошу.
- Благодарю. – Влада замешкалась, пытаясь уловить взглядом того, кто должен был ждать её на пороге дома. Но никого не было. От отчаяния чертов букет показался ей ещё тяжелее. Казалось, что иголки пронзали плотную упаковку и впивались ей в рукава, прокалывая ткань насквозь, и оставляя кровавые борозды на чувствительной коже. – Вы не подскажете? – обращается к мужчине, что собрался идти обратно к своему собеседнику на крыльцо. - Где я могу найти Игоря Борисовича?
Господи… ей нельзя ни с кем говорить. Она вообще не должна привлекать к себе лишнее внимание.
Мужчина изгибает густые брови и опускает руку, в которой до сих пор тела сигарета. Открывает рот, но…
- Я вас провожу. – знакомый голос позади неё, заставляет спину покрыться липким ледяным потом. Влада отводит взгляд от мужчины с залысинами и, чувствуя, как руки слабеют, разворачивается лицом к потенциальному провожатому.
Букет почти вываливается из её объятий, перевешивая хрупкую девушку. Подхватывает цветы крепче, с ужасом всматриваясь в лицо того, кто пустил пулю в её отца и держал её на привязи в комнате без окон.
…
Волна раздражения ворочалась где-то внутри него. Медленно, но уверенно, она поглощала собой его грёбаный самоконтроль. Туз двинется крышей, если она сейчас же не выйдет из дома.
Это с самого начала была херовая идея. Не нужно было отправлять её. За что он волновался больше? За то, что она всё испортит? Или за неё?
Ещё больше злился, осознавая, что склоняется ко второму варианту.
Сколько времени прошло, с тех пор, как Влада вошла? Три минуты? Серьёзно? Ему кажется, что все тридцать.
- Где она, Артём? – Цедит в трубку, слыша, как телефон в его руке хрустит.
- Вошла в дом. Жду.
- Если она хоть на минуту задержится… утоплю, как котёнка. – Сквозь зубы. Не Артёму. Самому себе.
- Руслан?
- Что? – выдыхает, хлопая дверью своего автомобиля, и бросая на соседнее кресло шапку.
- Если я не ошибаюсь, то вижу перед собой ягуар Аркаши.
Стоп. Блять…
- Что?!
И… чёрт! Он сам себя не помнит в тот момент, когда заводил херов двигатель. Как выруливал со стоянки заправки и резал, резал, резал. Скользил по дорожному полотну.
На что он надеялся? По хорошему счёту, через пару минут она уже должна стучать каблуками по тротуарной плитке в направлении ожидающего её автомобиля. А он далеко. Так, сука, далеко, что грудь разрывает. Злость кишит под кожей, словно тысячи жуков грызут ткани. Хочется содрать с себя кожу. Эта злость не давала ему нормально мыслить.
Похер. Приедет туда сам. Он чист, как лист первоклашки на первом уроке. Никто не доебётся. Ещё раз набирает Артема.
- Ну? – рычит, переводя разговор на громкую связь. – Где она?!
- Пока нет. – Руслан слышит волнение в голосе своего бойца, хотя, тот и пытается его скрыть. – Ждём ещё?
- Людей на чёрный выход. Кто с вами?!
На второй линии до него пытается дозвониться Николас, но Руслан сбрасывает.
- За воротами Андрей с Саней.
- Туда их. Живо!! - выворачивает руль, бороздя трассу, и сворачивая к элитному посёлку. – Я еду.
Сбрасывает, громко ругаясь. Глупо надеяться, что всё обойдётся без накладок. Какого хера Аркаша там делает вообще?! Он должен быть в Риге, мать его!!
Считает удары сердца. Глухие, быстрые. Распарывающие его собственную глотку. Он не тронет её. Не посмеет. Но гарантий ведь нет?
Вздрагивает, чёрт возьми, когда раздаётся трель телефона. Короткий взгляд на экран. И, кажется, сердце, всё-таки, пропускает несколько ударов.
Сбавляет скорость, прижимаясь к обочине. Убирает громкую связь, и поднимает телефон с соседнего кресла. Бьёт по экрану большим пальцем, и быстро подносит тот к уху.
- Да, Аркаша. Я тебя слушаю.
Глава 12
Хотел проверить себя? Проверил? Понравилось?
Очень, блять.
Осознавать, что оплошал - неприятно. До зуда под черепной коробкой. Хочется открутить собственную башку.
Лишний раз доказал себе, что это не просто желание иметь её. Нет, сука. Это что-то, что выворачивает его наизнанку. Все долбанные внутренности поменялись местами, когда Артём упомянул Аркашу. Думал, будет плевать? Теперь жри, Руся. Хлебай большой ложкой. Хотел перевоспитать? Только, кажется, сейчас перевоспитывают тебя. Она даже сама этого не осознаёт. И это бесит ещё больше.
Зарёкся себе ещё несколько лет назад, ни одну бабу близко не подпускать. В итоге, что?
Кто вообще мог подумать, что эта маленькая ведьма так крепко возьмёт быка за рога? Убил бы…
Маленькая дрянь.
- Почему ты вечно влипаешь в неприятности? – рычит, заводя двигатель, и вдавливая педаль. – А?!
- До встречи с тобой я никуда не влипала. – огрызается брюнетка, сбрасывая с носа очки. – Ты знал? Да? Ты специально меня туда послал?! Скажи!
- Заткнись. – цедит сквозь зубы Туз, набирая скорость. – Лучше вообще ничего не говори.
- В чем моя вина?! Я не понимаю!
Да ни в чём, блять. Просто он бесится от понимания того, что влип.
- Не стоило тебя отправлять туда. Моя ошибка. – Выдыхает Туз, растирая глазницы пальцами левой руки.
- Тогда зачем ты меня заставил это сделать?! Где логика? Объясни!
Да нет здесь никакой логики. Просто пошёл на поводу у Рыжего. Просто не захотел ничего объяснять Николасу. Просто хотел убедить себя, что ему плевать.
- Всё. – шикает на неё. – Ты своё дело сделала? Выдохни и успокойся.
Выдохни?
От злости она так сжимает кулачки, что костяшки тут же белеют. Кажется, приложи она чуть больше усилий, и кожа лопнет.
Да он понятия не имеет, что ей пришлось пережить! Как громыхало её сердце, когда этот… этот… Аркадий, взяв её под руку, вывел в тёмный коридор. Вся жизнь пронеслась перед глазами, когда мягким движением руки, он открыл одну из дверей. Открыл, подталкивая девушку вперёд, и тихо прошёл следом.
- А вот и наши цветы. – тот самый человек, что был изображён на фото. Крупный нос, глубоко посаженные глаза, губы, которых почти не видно. – Благодарю.
Он забирает из её рук букет, и на мгновение его взгляд застывает на её глазах. Скрытых за тёмными непроницаемыми стёклами очков. В эту секунду Владе кажется, что они абсолютно прозрачны. Как воздух.
- Мы нигде не могли встречаться?
А она и слова произнести не в состоянии. Потому что перед ней настоящий стервятник. А в спину ей дышит шакал.
- Вряд ли. – Мямлит не своим голосом.
- Ну, почему же? – Хрип, который бьёт крупными градинами ей в затылок. Ублюдок обходит её, и становится по правую сторону от своего товарища. – Это дочка Крота.
Тёмные брови стервятника взлетают вверх. А у брюнетки лицо сереет.
- Серьёзно? – незнакомец протягивает руку и мягко обхватывает её подбородок. – А я-то думаю, почему мне так знакомо твоё лицо? Я видел тебя, малышкой, когда ты ещё под стол пешком ходила. Как же похожа на мать... – тянет задумчиво и пальцем поддевает очки. Скидывает их на пол. - Помнится мне, девчонку ты забрал себе, Аркаш? Про аукцион поговаривал... передумал?
Разваривают между собой, будто девушки здесь нет. Словно она одна из стен.
- Туз смешал мне все карты...
- Так он её себе забрал что ли? - тихий смешок. Скользкий взгляд. – Он это умеет.
- Выиграл. Роял флеш мне перед носом разложил. Говнюк эдакий! - снова легкомысленный смех. А она уже чувствует, как острые ногти впиваются ей в ладони.
- Мне нужно идти. - набирается смелости вставить несколько слов в их диалог.
Оба мужчины переводят на неё глаза в немом вопросе. Опустила взгляд, упираясь им в цветастый ковёр под ногами. Язык во рту шевельнулся, ища хоть какую-то влагу в пересохшем рту.
- Может, мне тебя обратно забрать..? - задумчиво произносит седовласый Аркаша, как называл его Руслан. И вот теперь становится ещё более жутко. Теперь она понимает, что ей нужно выбрать меньшее из зол.
- Руслан не позволит. - дёргаются почти онемевшие губы. Она впервые произнесла его имя вслух…
- Думаешь, кто-то будет спрашивать? Я уверен, что он уже наигрался. Верно? Иначе бы не отправил тебя сюда с этим милым букетиком скорби... в дилеры тебя перевёл?
- Что?
Понимание мелкой крошкой осыпается ей на голову. Застилает глаза, оставляя в них лишь размытые силуэты.
- Уймись... - почти неслышно произносит второй, тот, что смахивает на хищную птицу. – уймись, Аркаша. Ты никого не заберешь, пока Руслан не даст добро. К чему нам перепалки? Верно? - переводит взгляд на Владу. Кажется, он пытается её успокоить. Только вот это ни черта не спасает. Дилером... дилером. Она никак не может вытолкать из головы одно слово, от которого земля под ногами зашаталась, выводя её из без того шаткого равновесия. Погружая в ядовитый транс. - Звони.
Будто в замедленной съёмке, она следит за тем, как убийца её отца достаёт телефон и мажет пальцами по экрану. Несколько манипуляций, и он подносит телефон к уху. Ждёт.
- Руся. Привет, дорогой!
...
Машина остановилась на обочине, и Туз раздраженно запрокинул голову, упираясь затылком в мягкий подголовник.
- В букете были наркотики? - наконец, произносит девушка, ковыряя пальцами дужку очков.
- С чего ты взяла? - чуть тише, чем она. Поворачивает голову к ней.
- Они сказали.
- Не слушай. Крепче спать будешь.
Вот так. Легко. Будто это такая мелочь, которая даже внимания не стоит.
- Как у тебя всё просто.
- Проголодалась? – быстро переводит тему. Помнит, что за завтраком она лишь ковыряла вилкой еду. Но почти ничего не съела.
- Есть немного. - хотя, каких-то двадцать минут назад ей было так плохо, что любой кусок наверняка полез бы обратно.
Руслан молча кивает, и снова заводит автомобиль. Съезжает с главной дороги. Ещё пятнадцать минут молчаливого пути, и автомобиль тормозит возле небольшой закусочной, скрытой за могучими соснами-великанами.
- Где мы? - Влада оглядывается, примечая что-то вроде лесничего домика.
- Тебе понравится.
Мужчина больше ничего не говорит. Отстёгивает свой и её ремень безопасности, и так же молча покидает машину.
...
- Ну, как? Нравится? - Пододвигает к девушке чашку горячего чая.
Нравится. Очень. Безумно. Она и подумать не могла, что он привезёт её в подобное место. Застекленная беседка на берегу реки, уютный интерьер, печка-буржуйка и горячий чай.
- Красиво. - брюнетка тоскливо смотрит на одинокий катамаран, дрейфующий возле берега, слегка припорошенный снежной крупой.
- Пей чай. Шурик его на травах каких-то делает. Вкусно. Мясо минут через двадцать принесут.
Туз достаёт из кармана пачку сигарет. Бросает ту стол и разминает шею, поглядывая на то, как она дует на чашечку. Как соблазнительно вытягиваются её губы. Пригубила совсем чуть-чуть и показала кончик языка, облизываясь.
- Переночуем сегодня здесь. - шуршит словами, вытаскивая из пачки сигарету.
- Здесь?
- Угу. – затягивается никотином, плотно прижимая пальцы к губам, и выпускает над их головами пару колец. – Здесь есть обустроенные домики. Вполне презентабельные. И тёплые.
Влада рассматривает его профиль, пока он следит за тем, куда уплывает дым. Ровный, почти идеальный нос, чёткие скулы, щетина, нахмуренные брови. На одной из них заметный глубокий шрам.
- Сколько тебе лет? – неожиданно для себя, вопрос почти выскакивает из её рта.
- Тридцать три. – Вздыхая и потягиваясь. Зажимая сигарету в зубах.
- Понятно. – ещё один глоток. Два. Подула. – Сколько ещё ты собираешься меня держать в … - запинается, выбирая слово. – в плену?
Руслан спрятал ухмылку за кулаком. Уже готова дёру дать? Только он ещё не готов ей позволить это. Потому что всё ещё надеялся на то, что это просто похоть. Что у него нет к ней привязанности. Да откуда ей, блять, взяться за такой короткий срок?
Только сегодня он готов был блевать от волнения. За неё?
- Ты слишком рано об этом говоришь, Влада.
- Что? Что значит рано? – возмущённо сдвигает брови и отодвигает от себя чашку.
- Я же говорил… как только надоешь. Но я ведь ещё даже не попробовал. Так что… - делает паузу.
- Только через мой труп, ты… - меняется в лице брюнетка. И Туз получает от этого максимум удовольствия. Потому что, наблюдая за её живыми эмоциями, будто сам чувствует, что живёт. Когда такое было?
- Сегодня и проверим.
И это так. Он твёрдо намерен сегодня удовлетворить своё желание. Просто. Потому что. Хочет. Её. И, кажется, слишком затянул с этим.
Щёки девушки вспыхивают, а губы упрямо поджимаются, приобретая белый цвет. Судя по выражению лица, у неё даже аппетит пропал.
- Я не буду с тобой спать в одном доме. Понял? – шипит, громко двигая стулом. Прищуривается, и смотрит на него так… бля… словно он грёбанная петрушка, что застряла в зубах! – Я буду кричать! Слышишь?!
Внутренний голос шепнул ему, что именно так всё и будет. Огрызается, думая, что это ей как-то поможет. А он уже предвкушает вкус её губ на своём языке.
Шурик отдал ему ключи от, так называемого, ВИП-домика. Того, что находится вдали от остальных.
- Только кричи погромче. – словно насмехаясь над ней. Сделал последнюю затяжку и раздавил бычок в пепельнице. – Потому что меня это жутко заводит.
Подписывайтесь на мой Instagram аккаунт, и группу Вконтакте! Ссылки Вы найдёте, кликнув на мою страницу-->Обо мне-->далее ссылки
Всех обняла. Ваша Дарья
Глава 13
Он должен Шурику, как земля народу. За то, что тот нашёл идеальное место для того, чтобы развернуть свой небольшой бизнес. А Туз помог. Вложился. И приезжает сюда не простой народ, скажем так. Близкое окружение. Такие же, как и сам Руслан. Потому что здесь тихо. Во всех смыслах этого слова.
Поэтому, когда девчонка лягалась и брыкалась на его плече, никто даже ухом не повёл. Разве что, Шурик неодобрительно покачал головой и похромал к себе в коптильню.
Потом, друг. Потом скажешь мне всё, что думаешь обо мне.
Ступает на порог "их" домика и толкает дверь ногой, захлопывая ту.
Опустил брюнетку на ноги, и та пронеслась мимо него небольшим смерчем. Рванула, не разуваясь, куда глаза глядят, и хлопнула дверью.
Руслан услышал, как скрипит дверной замок. Раз. Ещё раз. Но, кажется, не проворачивается. Она громко ругается за дверью. Какаяпрелесть.
Мужчина закрывает входную дверь, и прячет ключ-карту под придверный коврик. Влада код не знает, поэтому, вряд ли она выйдет отсюда до утра. Стягивает шарф и идёт следом за ней.
Опустил ручку и подтолкнул плечом. Не понял?
Придвинула что-то? В удивлении изогнул бровь, и сложил руки на груди. Вот так новости.
- Влада, это как-то по-детски. Не думаешь? – подпирая дверь плечом.
- Иди. К Черту. – громко, чётко. С расстановкой.
- Снова?
- Руслан… - на выдохе. Будто на её плечах тяжелейший груз. Словно это последнее слово, произнесённое перед сном. – Я прошу тебя. Не поступай так со мной. Что мне сделать, чтобы ты оставил меня в покое?




