- -
- 100%
- +
На стажировку я не шла, а бежала, радуясь, что отделалась от особого внимания своей соседки. В магистрате силы царила тишина, и я вдохнула полной грудью, наслаждаясь запахом свободы и спокойствия. Взглянув мельком на время, я поняла, что бесстыдно опаздываю. Пришлось ускориться и перейти на бег, проходящие мимо хранители одаривали меня укоризненными взглядами. Очевидно, паника в магистрате не приветствовалась, но мне было безразлично. Я влетела в дверь кабинета учеников магистра, и тут же впечаталась носом в чью-то грудь. Выдавила из себя какой-то жалкий звук, похожий на стон, и была резко одернута. Благодаря чьей-то грубой хватке мне удалось вернуть равновесие. Я отдышалась, потирая ушибленный нос, и подняла глаза вверх.
— Сумасшедшая, — покачал головой белобрысый парень, в котором я без заминки узнала Аандера Аддерли. Аандер был частым гостем семьи Радд… слишком частым. Его присутствие ощущалось так же раздражающе, как и частое присутствие Росса Радда в их доме. Оба проводили в чужом доме больше времени, чем в собственном. А еще оба вызывали у меня чувство необъяснимого дискомфорта. — Ты на всех парней так набрасываешься или выбираешь постатуснее? — съязвил он.
— Я не… — договорить я не смогла. Аандер обернулся и одарил кого-то саркастичной улыбкой, а затем обошел меня, намеренно задевая плечом, демонстрируя всем своим видом, что я не стою его внимания. Я проследила за его взглядом и поняла, кому была адресована фирменная кривая улыбка. Кай Радд все это время сидел на подоконнике, сложив руки на груди, и наблюдал за нами. В горле отчего-то встал ком. — П-привет, — выдавила я из себя. Он немного заторможено кивнул в ответ.
Впервые за долгое время он казался расслабленным. Я всегда могла заранее определить, чем мы собираемся заниматься лишь по одному взгляду на него, но сегодня мне этого не удалось. На Кае не было плаща ученика магистра, он был в обтягивающей рубашке черного цвета, которая идеально подчеркивала его подтянутую фигуру. Рукава рубашки были закатаны до локтя, оголяя предплечья. Образ дополняли брюки с завышенной талией. Его волосы слегка отрасли с нашей последней встречи и передние пряди падали на его изумрудные глаза. Я замерла на месте, рассматривая его. Кай не обратил на это внимания, а если и обратил, то не стал подавать вида. Он поднялся на ноги, пересек кабинет, добрался до своего стола и взял несколько цветастых папок.
— Присаживайся, — предложил он, хотя его просьба прозвучала как требование.
Я растерянно обвела взглядом кабинет, не зная, куда сесть. Все столы были свободны, но я понятия не имела, могу ли занять место одного из учеников магистра. Неожиданно в момент сомнения помог Кай. Он подошел к своему столу и приглашающе отодвинул мне стул. С небольшой заминкой я села, и он осторожно придвинул меня к столу. Кай склонился надо мной, раскладывая на столе заготовленные заранее папки. От его рубашки исходил легкий аромат мяты, и мне вдруг захотелось уткнуться в него носом. Его ладонь уперлась в стол, и я поймала себя на мысли, что бессовестно рассматриваю его длинные пальцы.
«Ненавижу тебя, Мэл! Знай, что если ты ударишься об угол мизинцем, это я тебя прокляла!»
Закашлявшись, я пригладила собранные в косы волосы. Почувствовала, как покраснела, но не смогла скрыть румянец. Кай одарил меня задумчивым взглядом.
— Ты в порядке?
— А? Угу, — кивнула я, прикрывая рот от нелепого желания засмеяться.
— Ты ведь знаешь, какие симптомы у очаговой дезинтеграции? — спросил вдруг он. На удивление, его голос звучал встревоженно.
— Да, мой друг подцепил эту штуку, — для чего-то сообщила я.
— Прискорбно, — с совершенным безразличием ответил он. — Если вдруг ты почувствуешь какие-то симптомы, то… — он настороженно посмотрел на меня, и будто бы изучал, хотя я уверена, что мне это лишь привиделось. Каю Радду точно наплевать на меня и мое состояние.
— Со мной все в порядке, — прервала его я, не желая слушать лекцию, которую мы и без того слушаем в кадетском корпусе день ото дня.
— Ладно, — пожал плечами он, будто подавляя желание продолжить говорить об этом. — У меня совещание через пятнадцать минут и я не успеваю закончить еженедельный отчет для магистра, — его голос вернул мне самообладание. Я непонимающе уставилась на него.
— Ты хочешь, чтобы я…
— Просмотрела его, — он кивнул, раскрывая поочередно все папки. — Нужно сравнить цифры по закупке оружия и поправить, если я где-то опечатался. Работы немного, и как закончишь, сможешь вернуться к себе, — он объяснил все еще раз, прежде чем покинуть кабинет. Я разобралась с отчетом за десять минут, но возвращаться в кадетский корпус не хотелось.
Если бы я снова услышала какие-то бредовые идеи Мэл по типу, как определить пол вашего будущего ребенка по носу партнера, то сошла бы с ума или в очередной раз сгорела со стыда при Кае. Утомившись за день, я сложила руки на столе и уронила на них голову, не замечая сонливости, я пообещала себе полежать с закрытыми глазами всего пять минут, и вернуться в общежитие, но пять минут переросли в час, потому что разбудил меня Кай. Он даже любезно проводил меня до общежития и пожелал «спокойной ночи», чему я была удивлена, но слишком сонлива, чтобы выразить это удивление. Возможно, ему просто было по пути…
15 Глава. Тея
За все время в пути они едва перекинулись парой слов. Марисса, секретарь Ренса Радда и по совместительству их водитель на вечер, старалась разбавить напряжение бессвязной болтовней и шутками, но быстро поняла, что не жена начальника, ни его приемная дочь, ни даже подруга сына Верховного не были готовы разделить с ней беседу. Дэли довезли первой: она лаконично попрощалась и пообещала связаться в течение следующих дней, выглядела при этом крайне задумчивой. Тея взяла Оливию за руку, и та, казалось, только в этот момент подала признаки жизни. Женщина с горечью во взгляде качнула головой, словно собиралась что-то сказать, но откинула эту мысль. Марисса уточнила, требуется ли помощь, требуется ли помощь, и Тее в сердцах хотелось воскликнуть «да», но вслух лишь тактично отказала, помогая Оливии добраться до калитки.
Тее хотелось почувствовать тепло и уют, когда они с Оливией переступили порог дома семьи Радд, но стены встретили их холодной отчужденностью. Вечерняя темнота казалась отталкивающей, а напряжение, царившее в воздухе, отзывалось дискомфортом и мурашками по всему телу. Дом семьи Радд представлял собой двухэтажное и большое по площади строение, огороженное калиткой по переду и высоким забором по периметру. «Холл-прихожая», как окрестила при входе это место Тея, имел квадратную форму и своей шириной вполне походил на зал для приемов гостей. В холле находилась небольшая пристройка-гардероб с вешалками и обувными рядами, рядом стоял небольшой столик с цветами и узкий пуфик,
а на стене напротив — у окна, располагались ряды книжных стеллажей. Чуть дальше находилась дверь, которая, как объяснила Оливия, вела на веранду. Если холл и удивил ее своим масштабом, то от других мест она оказалась в полнейшем восторге. На первом этаже также располагалась комната хозяев, кухня, столовая и гостиная. В любой другой день Тея была бы вне себя от счастья досконально все тут изучить, но усталость и пережитый стресс брали верх.
Оливия коротко объяснила, где находится комната Теи, и призналась, что ей необходимо побыть одной. Тея выдохнула с облегчением. Ей тоже необходимо было закрыться и отдохнуть в одиночестве хотя бы пару часов. Она заторопилась по ступенькам вверх и сразу же столкнулась с непредвиденными трудностями. Оливия сказала, что комната Теи находится на втором этаже, но на втором этаже было несколько комнат. Осознавая, что она не хочет трогать Оливию, ей пришлось побродить по оставшимся комнатам. Несколько дверей подряд по правой стене оказались наглухо закрыты, дверь слева поддалась с глухим скрипом, словно ее давно не открывали. По приятному мужскому запаху, пропитывающему все вокруг — от кровати до приоткрытого шкафа на входе, Тея догадалась, где оказалась. Комната Кая без слов рассказывала все о своем владельце: идеально убранная кровать, порядок на столе, ряд книг, расставленных по цветам, — все здесь кричало о идеально сконструированной системе и спокойствии. Тея из любопытства приоткрыла дверь шкафа и прислонилась носом к полке с его футболками. Тея не нашла в себе сил нарушить его приватность и заглянуть в ванную, понимая, что и так позволила себе неприлично многое. С румянцем она вернулась в коридор и дернула за ручку дверь соседний комнаты. В этот раз он не прогадала, хотя могла ли? Ведь других вариантов было не так много. Женская комната встретила ее своей аскетичной серьезностью. Ничего лишнего — лишь кровать, узкий шкаф, прикроватная тумбочка, стол и стул. Стоило отметить, что мебель выглядела достаточно массивно и дорого. У стены одиноко лежал проигрыватель медиа-файлов, подобный Тея видела ранее дома у Кая. Она ожидала увидеть слой пыли, но комната сияла, словно кто-то убирался здесь регулярно.
«Роботы-уборщики», — подумала девушка, «Кай упоминал, что они здесь есть». Тея задумалась, ни одного она еще не встречала, и ей было по-детски любопытно, как те выглядят.
Наконец, она решила прилечь. На изножье кровати висели рваные веревки, и Тея совершенно не понимала, для чего они нужны.
«Если только повеситься от всей этой чопорности», — хмыкнула она. «Наверное, стоит добавить здесь чего-то оживленного. Фотографии или плакаты?»— она сразу же отругала себя за внезапные мысли, «Думаю так, будто знаю наверняка, что останусь тут. А если Оливия и Ренс будут против того, чтобы я здесь жила?»Возвращаться к Каю она пока не планировала, «Нам стоит побыть вдали друг от друга. Я совсем не представляю, что такое существовать без него в новых реалиях. Совсем не понимаю, кто я без него».
Она почти забылась в своих думах и расслабилась на мягкой кровати, пока перед глазами снова не мелькнул умирающий силуэт отца. Тея не знала, почему испытывает необъяснимую горечь от его потери.
«Было ли бы мне менее больно, если бы я не знала о том, кто такой Экс?»
Но она не хотела даже думать в эту сторону.
«Странно было надеяться, что он узнает меня… узнает обо мне»,— и все же Тея тихо всхлипнула. Куча противоречивых чувств разрывало ей сердце. Ей было жалко не себя, ей было жалко своего внутреннего ребенка, ту маленькую девочку, потерявшую в пожаре обоих родителей. Девочку-сироту при живом, как оказалось, отце.
Словно по велению судьбы в дверь раздался слабый стук. На секунду она замерла, гадая, не Кай ли это, ведь, несмотря на показную отстраненность, она мечтала оказаться в его полных поддержки и заботы объятиях, но дверь приоткрылась и в щель Тея заметила светлую капну волос. Оливия Радд, дождавшись разрешения, подошла к ее кровати и легла рядом. Казалось, она выглядит лучше, чем часом ранее. Ее волосы были наспех собраны в низкий хвост, а идеальную фигуру обтягивал тонкий домашний халат. Тея тяжело выдохнула через рот, потому как нос был заложен от приступа слез. Оливия ласково по-матерински вытерла ее щеки и прижала к себе. Ее объятия были не такими как у Кая, они были мягче и невесомее, ее легкость чувствовалась даже в малых жестах, таких как слабое покачивание из стороны в стороны или нежно поглаживание по спине. Никто из них не вымолвил и слова, пока обе не стали готовы к этому.
— Должно быть, глупо так убиваться по незнакомому человеку, — через силу вымолвила вдруг Тея. Оливия неожиданно замерла всего на секунду, а затем продолжила укачивать ее, прижимая ближе к себе.
— Не глупо, — нахмурилась она. — Ты можешь чувствовать все, что считаешь нужным. Никто не волен говорить тебе, как реагировать в той или иной ситуации.
— Я ведь совсем его не знала, но каждый раз будто ждала от него чего-то… Я не нашла в себе силы сказать ему кто я, и теперь я будто сожалею об утраченной возможности, — призналась Тея. Повисло молчание, и Оливия прервала его не сразу, раздумывая пару секунд.
— Если бы ты сказала ему, то вряд ли что-то бы изменилось, Тея. Твой отец — идеалист. Каким был, таким и остался.
— Он ведь нашел бы меня, если бы хотел. Верно? — почти жалобно спросила девушка.
— Знаешь. Ты ведь этого не помнишь… — полушепотом начала издалека Оливия.
— Не помню что?
— Я хорошо знала твоих родителей. И твоя мама, и твой папа учились вместе со мной в кадетском корпусе, — Тея замерла и перестала лить слезы. Довольная таким результатом Оливия, продолжила рассказ. — Твоя мама была младшем хранителем и собиралась сдавать экзамены на старшего, но родилась ты, и ей пришлось взять паузу в карьере. Твой папа был подающим надежду старшим хранителем. Поговаривали, он мог стать учеником магистра, но его всегда интересовали вещи, далекие от службы. Он интересовался химией, горел мечтой бороться с неизлечимыми заболеваниями.
— Ох, — пробормотала Тея, слушая затаив дыхание.
— Увы, я мало что знаю о том, как твоя мама заболела космической ветрянкой. Саер казался безутешным. Он дни и ночи коротал в лабораториях, стараясь найти выход, но не смог. Ее болезнь протекала очень тяжело и сгубила ее за считанные месяцы, — Оливия задумалась, словно снова переживая события прошлого. — Саер отдалился от нас, не готов был принять чью-то помощь, и тогда я забеспокоилась о тебе… Ты была еще совсем крошкой, и я была уверена, что он не справится с ребенком. Я день за днем ходила по пятам за Ренсом, моля забрать тебя, но он был непреклонен. Говорил, что мы не сможем забрать чужого ребенка без веских причин, ведь твой отец был жив и здоров.
— А потом случился пожар, да? — Оливия удивилась, что Тея хорошо осведомлена, но утвердительно кивнула.
— Я совсем отчаялась. Твой отец не давал мне видеться с тобой. Он словно стал одержимым, во всем искал подвох, подозревал всех в слежке… мне казалось, он не в своем уме после смерти твоей мамы…
— Но он подозревал всех небезосновательно?
— Теперь я понимаю, что нет. Клянусь, я была не в курсе их внезапно вспыхнувшей войны с Россом. Они всю жизнь были друзьями. Когда Саер погиб в пожаре, Росс был… Росс был на взводе.
— Не уверена, что это уместно… но я также сочувствую твоей утрате. Должно быть, вы были близки с Россом. Теперь его ждет…тюрьма?
— Дэли была права. «Если рана гноится, ее необходимо отрезать». Нельзя страдать по прожитому и жить при этом в настоящем. Жаль я не смогла раньше сказать себе «хватит», — Оливия печально улыбнулась и укрыла Тею одеялом. — Ладно, пора спать, — женщина смазано чмокнула Тею в макушку и ушла, оставляя после себя шлейф приятного цветочного геля для душа.
После разговора Тее отчего-то стало легче, и пусть кошмары продолжали мучать ее ночами, она впервые уснула без долгих раздумий и переживаний о грядущем.
За завтраком она встретилась с Ренсом и Оливией. Между супругами царило напряжение, и Тея постаралась сгладить острые углы своими отстраненными вопросами. Стоило заметить, что Ренс существенно расслабился с ее приходом, а Оливия, воспользовавшись ситуацией, голосовой командой включила новостной канал, дабы переключить внимание мужа. Пару секунд ничего не происходило. Ренс словно уловил трюк жены и окинул ее недовольным взглядом, но стоило холеному ведущему начать оглашать итоги голосования, как все внимание Росса переключилось с тарелки на голограмму. Тея тоже прервала прием пищи, теперь с нетерпением ожидая итоги.
— Борьба была нешуточной, и все же сейчас у меня на руках имя того… или той, кто возглавит магистрат силы, — продолжал поддразнивать ведущий.
— Ну же… — процедила Оливия, шумно придвинувшись к столу.
— Имей терпение, — Ренс окинул ее очередным суровым взглядом, и все же от Теи не укрылось его собственное волнение. Ренс сжал ладони в кулаки, но тут же одернул себя, разглаживая навязчивым движением скатерть. Переживал ли он за Кая, или у него был свой фаворит в списках, было неясно вплоть до оглашения.
— При явке почти семьдесят пять процентов и по предварительным подсчетам лидирует Кай Радд. Второе место занимает Эйвл Рем, а третье Карин Ноэл, — послышался облегченный вздох, и Тея с трудом смогла понять, кому именно он принадлежал, ей или Оливии. Лицо Ренса оставалось обездвижено непроницаемой маской, он пробормотал что-то невнятное и поспешно покинул их, убрав предварительно за собой посуду.
На секунду Тея задумалась, что новая должность Кая изменит между ними. Должно быть, теперь он станет еще более занятым, чем раньше.
«Начнет жить в Ордене? Будем общаться с ним по наноимитатору вечерами?»,— затем она бросила короткий взгляд в сторону его матери. «Станет похожим на Росса Радда?»— стоило лишь подумать об этом, как Оливия фыркнула, словно Тея озвучила свою мысль вслух. Девушка запаниковала, «Я что, сказала это вслух?!»Но нет, Оливия продолжала неотрывно смотреть новости. Теперь в кадре появился новый эксперт, и началась оживленная дискуссия.
— Удивительную стабильность демонстрирует семья Радд. Они пользуются невероятным доверием повсеместно. Что ты думаешь об этом, Верга?
— Считаю, что Каю Раду несказанно везет, — слова эксперта звучали с ноткой сарказма. — Он двигается по карьерной лестнице с невероятной скоростью. В сравнение, Эйвл Рем занимает пост ученика магистра вот уже почти двенадцать лет, но ни на шаг не приблизился к посту магистра.
— Считаешь, что есть кандидаты достойнее?
— Я бы подобрал иное слово… «опытнее» — вот это да! Каю Радду едва исполнилось двадцать шесть. Не припомню, что магистром становились до тридцати. Конечно, если мы говорим о семье Радд, то это многое меняет, — собеседник ведущего начал беспардонно перечислять всех именитых членов семьи Радд, не стесняясь при этом упомянуть Росса Радда, и даже в своей ядовитой манере сравнил нового магистра с предыдущим. Оливия не выдержала, переключая программу.
— Каю будет нелегко, — задумчиво сказала Тея. Теперь в голове более отчетливо вырисовывался план Кая набрать как можно больше компромата на дядю.
«Я была неправа, когда обвиняла его во властолюбии. Он всего лишь желает обелить честь своей семьи», — почему-то легче от этого не становилось. «Не припомню, чтобы он когда-то открыто говорил о своем желании подняться выше. Кай всегда вел себя скромно и сдержано».
Тея поднялась в свою комнату, желая немного подумать в одиночестве. Она надеялась, что Дэли наведается к ним сегодня, и они, наконец, смогут во всем разобраться.
«Говорить о произошедшем неловко и ей и мне, но я должна выведать у нее что угодно, что поможет найти Аандера»,— Тея день ото дня вспоминала, как застукала их случайную переписку. Дэли старалась скрыть это, но Аандер был виновен, и должен понести наказание за содеянное. «К тому же он может знать, где мои родители… мои неродные родители. Еще один крючок в нераскрытом деле Росса Радда».
Остаток утра и весь день Тея потратила на более тесное знакомство с домом… повторное знакомство, которое ей неизбежно предстояло совершить. Они с Оливией пообедали, а затем женщина любезно предложила подровнять новую прическу.
— У меня стойкое убеждение, что волосы обрезали тебе ножом. Какой кошмар… — причитала женщина, укорачивая неровные пряди. Тея промолчала, не желая упоминать, что именно так она и обошлась со своими волосами.
«Уход за собой — это роскошь для Валтоса. Все же я рада, что не стала обрезать волосы короче плеч».
Когда со стрижкой было покончено, Оливия предложила прогуляться до ближайшей пекарни и скоротать вечер на веранде за чтением. Вечер был настолько теплым и приятным, что Тея не смогла отказаться. Оливия была идеальной, немногословной компанией, и Тея была счастлива предоставленной возможности периодически уходить в себя. Миссис Радд, очевидно, тоже тяжело переживала произошедшее, потому вела себя более отчужденно, нежели ранее. В конце концов, немногословная и короткая прогулка обоим пошла на пользу. Впервые за долгое время Тея смогла насладиться неспешностью и умиротворенным спокойствием.
«Никаких побегов от вооруженных хранителей, никаких принудительных работ в полях… никаких школьных драм…»— с усмешкой добавила про себя она. Давненько она не придавалась отдыху. Безделье казалось чем-то почти невероятным и неестественным. Она ощущала себя также, как и Оливия на больничном, словно была загнана в клетку с идеальными условиями, но все же клетку…
Так или иначе, планы на тихий и уютный вечер рухнули, стоило им вернуться домой. Из кабинета Ренса, что находился наверху, напротив комнаты Теи, (и как она позднее узнала, был одной из запертых дверей) доносились мужские голоса. Ренс спорил о чем-то, почти переходя на крик, второй голос был тише и спокойнее, так что Тея не смогла определить его собеседника. Оливия раздраженно фыркнула и закрыла входную дверь.
— У Ренса гости? — шепотом спросила Тея.
— Кай здесь, — сухо бросила она в ответ, и направилась на кухню.
При мысли, что Тея встретиться с ним, все внутри сжалось от предвкушения. Они не говорили так давно, что казалось, будто бы прошла вечность. Она мечтала увидеть его, и в то же время боялась этого больше всего на свете.
«С тех пор, как Кай признался мне в любви, я словно нахожусь в постоянном напряжении, ожидая нечто неизбежное»,— она не понимала, почему ее трясет от предвкушения встречи. Она даже не могла ответить на его признание! И все же она понимала, что в ее симпатии к Каю лежит что-то более глубокой, и не такое уж поверхностное, как ей казалось ранее. Что-то изменилось в ее отношении к нему. Пустая и мимолетная заинтересованность сменилась чем-то более глубоким. «Это не жалось и не сочувствие по отношению к нему. Я тоже чувствую влечение, глупо скрывать это. Нужно признаться в этом хотя бы себе».
Кажется, Ренс бросил что-то напоследок, а затем дверь в его кабинет резко захлопнулась. Хлопок вывел Тею из своих мыслей. Оливия как раз заварила им душистый травяной напиток. Послышались тяжелые шаги, и Тея вновь напряглась. Оливия слегка улыбнулась, замечая ее нервозность. Очевидно, искры напряжения в воздухе были для их семьи привычным делом.
— Добрый вечер, — поздоровался Кай, как только вошел на кухню.
— Привет, дорогой, — Оливия лучезарно улыбнулась, предлагая ему травяной настой. Кай благодарно кивнул, делая приличный глоток.
— П-привет, — шепотом выдавила Тея. Кай окинул ее внимательным взглядом, едва уловимо коснулся длинными пальцами ее подбородка и опустил руку. Этот жест не утаился от Оливии, которая удивленно выгнула бровь.
— Ты в порядке? — заботливо спросил он. Тея едва заметно кивнула. — Я хотел проведать тебя вчера, но мама сказала, что ты уже спишь.
— Все… все хорошо. Спасибо за беспокойство.
Кай мимолетно улыбнулся, и присел рядом с Теей. Она беспокойно дернулась, желая увеличить расстояние между ними, но стул ударился о ножку стола. Двигаться было некуда.
Краем взгляда она то и дело посматривала на него. Кай выглядел великолепно. Очевидно, он успел заехать домой после работы и переодеться. На нем были светлые штаны и кроссовки. Темно-зеленый блейзер, под цвет его глаз, надетый поверх белой футболки и расстегнутый у горла, смотрелся на нем безупречно. Она не помнила, когда в последний раз видела его не в рабочей униформе, и в тот же момент воображение нарисовало недавнюю картинку, когда она настигла его в постели без футболки. Щеки мгновенно вспыхнули, а внутренний голос несвоевременно упрекнул.
«Нашла о чем думать. Прямо перед Оливией».
Момент и впрямь оказался неудачным.
— Детка, ты вся горишь! Ты точно в порядке? — забеспокоилась женщина. Тея вздрогнула, когда поняла, что Кай теперь тоже внимательно изучает ее.
— Все отлично. Просто стало жарко от напитка, — оправдалась она. — Я, пожалуй, пойду прилягу.
Кай в метре от нее и неоднозначные взгляды Оливии ставили ее в неловкое положение. Хотелось поскорее прекратить всё это. Ей критически не хватало воздуха, и она направилась на веранду. Прохладный воздух приятно освежал. Щеки, наконец, перестали гореть, и Тея облегченно выдохнула, усаживаясь поудобнее в плетеное кресло, и укутываясь в плед. Встреча с Каем все-таки стала тем, к чему она не была готова.
«Отчего я чувствую себя так неловко рядом с ним? Ранее такого не было»— но подсознание упорно твердило ответ, «ты влюбилась».
— Вот ты где, — послышался за спиной глубокий голос. Тея обернулась, застигнутая врасплох. — Ты что, избегаешь меня? — спросил Кай.
— Нет, — соврала Тея. Кай иронично улыбнулся.
— Я слишком хорошо разбираюсь в людях, чтобы верить в ложь, — он не выглядел разозленным, скорее сбитым с толку.
— Прости. Я, и правда, не избегаю. Просто за последнее время произошло столько всего, что я предпочитаю коротать время, закрывшись в себе, — это была полуправда, на большее она не была способна.