Академия Ваджерис. Огонь под коркой льда

Ведана

Что значит, не пришло мое время, я уточнять не стала. Но, как говорила преподаватель на распределении, моя магия ещё спит. Наверное, и это имела в виду Ронда.

Я разобралась с вещами довольно быстро и отправилась в библиотеку. Девочки до сих пор возились со своими шмотками, а Ронда украсила свою половину комнаты в чёрный цвет, применяя малую магию, которая даётся нам от рождения. Теперь наша комната разделялась по цветам. Чёрный цвет Ронды заполнял одну треть комнаты. Ладно, хоть шторы свои не повесила, но коврик у кровати постелила. И угадайте, каким цветом? Да, да, тоже чёрным, только надпись «Добро пожаловать» была розовая, как болтающиеся косички Ронды. Видимо, в ее личном спектре эти два цвета вели непримиримую борьбу за первенство, хотя чёрный явно одерживал верх. На стенах она развесила всякого рода амулеты, обереги и талисманы, которые, по её словам, будут оберегать её от всякой нечисти, вроде моего брата. На тумбочке водрузила монументальную вазу, до краев наполненную перьями. Что это такое, я так и не решилась спросить, но чувствовалось, что за ними кроется что-то… особенное. Перья явно принадлежали какому-то зверю или птице, и, если честно, я впервые в жизни видела, как от них струится легкий, едва заметный пар. При этом никакого запаха не было.

У Дианы было всё намного скромнее. Она достала пачку учебников и тетрадей и завалила ими всё свободное пространство на её стороне. Похоже, она не была любительницей красивых вещей, и в её гардеробе я заметила всего лишь пару учебных костюмов, выданных нам для занятий, постельное белье и пижаму.

У меня книг не было, так как я понятия не имела, чему буду учиться при поступлении, в отличие от девочек. Они заранее знали свою специализацию и подготовились к ней. Поэтому я в гордом одиночестве направилась в библиотеку, заручившись своей картой. На этот раз я досконально её изучила и убедилась в правильности своего местонахождения. Карта показывала выход из корпуса и указывала путь в сторону соседнего здания.

Я шла медленно, постоянно сверяясь с картой. Мимо меня то и дело проходили адепты. На их костюмах я заметила значки, указывающие их принадлежность к магии. Например, у Энди был значок в виде цифры восемь, только перевёрнутый на бок — знак бесконечности, означающий, что он может проникнуть в разум каждого. А у Тони — знак в виде треугольника, только без углов. Теоретически знак выглядит как треугольник, но при этом создавал оптическую иллюзию, в которой его углы кажутся несоединимыми. Прорицатели носят знаки в виде глаза, а стихийники — в виде своей стихии. Например, те, кто владеет огнём, носят на груди знак в виде огня, а кто водой — знак в виде капли дождя. Таких знаков может быть большое количество, так как заранее никто не знает твои способности, и, учась в академии, ты можешь встретить адепта с совершенно неизвестным тебе знаком, ведь магия непредсказуема. Я получила свой значок в виде круга, а внутри него — ещё один маленький круг. Это означает, что я принадлежу факультету артефактики. Не сказать, что я была этим довольна, но деваться мне всё равно некуда. И я надеюсь на слова преподавателя, что моя магия проснётся и мне откроются горизонты в других направлениях магии.

Спустя несколько минут я всё-таки нашла библиотеку и, зайдя внутрь, удивилась, как много столпилось народу. Первокурсники заняли длинную очередь, и я встала в самый конец. Кто-то уже переоделся в учебную форму, а кто-то, как и я, ходил в своей домашней одежде. Голоса адептов, полные предвкушения и юношеской энергии, сливались в гудящий рой, а я, погруженная в собственные мысли, терпеливо ждала своей череды.

Внезапно, тишину моего ожидания прорезал мужской смех, донёсшийся сзади. Обернувшись, я встретилась взглядом с четвёркой парней, чьи лица исказились в насмешливых гримасах. Я подняла брови и с молчаливым вопросительным взглядом уставилась на них.

— Твоя птичка так и будет летать за тобой? — спросил парень с покрасневшим лицом, как будто он недавно пробежал марафон или вышел из бани и сейчас стоит в библиотеке, обливаясь потом. Ему явно было весело. На его серой форме виднелся знак молнии — факультет стихийников, а у его дружка — знак рога. Это означало, что дружок принадлежит факультету Бестиологии. На этом факультете адепты изучают домашних и диких животных, учатся с ними взаимодействовать, а самое главное — приучать. Уже на втором курсе адепты полностью выбирают свою специализацию и углублённо развиваются в ней. Например, мой отец мог стать и хорошим менталистом, но выбрал факультет артефактики и полностью посвятил свою жизнь этому делу.

— Что?!

Я совершенно не поняла, о чём он мне толкует. Хохот парней, стоявших рядом, громом раскатился по всей библиотеке. Один из них кивнул мне головой, чтобы я посмотрела наверх. Я подняла голову и увидела, что надо мной летает белая бумажная птичка — записка. Тони рассказывал мне, что в академии средством связи являются летающие посылы. В народе их называют «птичками». Если тебе нужно доставить послание до конкретного адресата, создают посыл, накладывают чары и отправляют в путь. И вот она, та самая «птичка», предназначавшаяся мне, кружила надо мной. Сомнений не было, записка моя. Я вытянула руку, но та только упорхнула ещё выше. Я стала прыгать, в надежде поймать её рукой. Но та как будто насмехалась надо мной, взлетая то вниз, то вверх.

— Давай, прыгай выше! — закричал один из парней.

— Ага, глядишь, и сиськами потрясёшь, — добавил второй.

Послышался звонкий шквал смеха. А я грозно уставилась на своих насмешников, резко перестав прыгать.

— Магией левитации не додумалась пользоваться? — заверил снова тот краснощёкий парень.

Если бы они знали, что во мне магии всего два процента, и, конечно, магия левитации мне недоступна. Поэтому приходится работать ногами и руками. Я взглянула в сторону и решила воспользоваться ближайшей партой, чтобы упереться об неё и схватить своё послание. Но моему замыслу не дали осуществиться: парень взмахнул своей рукой, и записка прилетела к нему в руку. Он повертел её в руках, но она была зашифрована, и парень не смог прочитать посыл. Послание было адресовано мне, а значит, прочитать смогу только я. Тогда я подошла к нему вплотную и протянула руку.

— Отдай мне! — потребовала я у парня, глядя прямо ему в глаза, а потом, чуть помедлив, добавила: — Пожалуйста!

— А что мне за это будет? — не сдавался тот.

— Огромная и сердечная благодарность от меня.

— Не, ну это неинтересно. — На его лице отражалась такая ухмылка, что я сразу поняла: простой просьбой не отделаться, и сейчас он выдаст что-то такое, о чём я буду потом жалеть.

— Ты дашь потрогать свои сиськи!

— Что?! Ты с ума сошёл? — моё лицо мгновенно стало пунцовым, и если бы сейчас на мои горящие от стыда щёки кто-то разбил яйца, то они тут же бы превратились в хрустящую яичницу.

Весь этот цирк, во главе с главным клоуном, стал напоминать грандиозное представление. И теперь на нас пялились чуть ли не все, или уже все. Закипая от негодования, я оглянулась в сторону в надежде на чью-то помощь. Но никто помощь оказывать мне не собирался, и я снова повернулась лицом к краснощёкому.

— Чёрта с два! — и пнула парня своей ногой прямо ему между ног. Парень загнулся, прижав своими руками своё нежное место. Явно не ожидавшей такой реакции от меня. Ведь здесь все привыкли пользоваться магией. Даже состязания здесь магические, а не физические.

Я выдернула из его рук своё послание, но оно снова взлетело вверх и в этот раз оказалось в руках другого парня. Я кинулась к нему, но тот отсалютовал записку другому. И я прыгала между парнями, как будто пыталась поймать мячик. А те, весело размахивая руками, перенаправляли в свободный полёт летающую птичку. Когда записка приземлилась в противоположной стороне, кто-то, обладая магией ветра, отправил её кружить по библиотеке в виде маленькой воронки. И теперь мне её точно не поймать. Смех и крики заполнили весь зал, а я чувствовала себя как загнанный зверь в клетку и готова была завыть, как волк, от отчаяния. Но сдаваться мне всё равно не хотелось, и, встав ногой на стул, я сделала шаг и прыгнула прямо на развевающуюся воронку, пытаясь своим телом разогнать ветер и поймать послание. Идея оказалась не самой хорошей, но на данный момент ничего лучшего в голову мне не приходило. Потоком ветра меня швырнуло в сторону, и я врезалась в чью-то массивную грудь, только что зашедшего в библиотеку парня.

Парень поймал меня рефлекторно, сильными пальцами впившись в плечи. Я подняла голову и взглянула ему в лицо. Глаза показались жутко знакомыми. Где-то я его уже видела. Чёрные, как ночь, они отражали власть и смелость, а ещё недовольство и предупреждение. Внутри меня всё сжалось, и я приготовилась к новому нападению, но уже не от тех обидчиков, а от этого новичка.

Он перевел взгляд поверх моей головы, заметив мечущуюся по кабинету записку, и снова взглянул на меня. Видимо, он понял, в чём дело, и взмахом своей руки притянул к себе заблудшее послание.

Я резко отстранилась от него и готова была начать словесную перепалку, а если не выйдет, то физическую. Ведь магическая мне пока недоступна.

Но парень, к моему большому удивлению, протянул мне руку с запиской и сказал:

— Твоё?

Я проглотила язык, неожиданно, что так просто заполучу то, за чем так рьяно бегала, и просто кивнула ему в знак согласия.

Он сунул мне в руки записку и растворился в сумраке библиотеки.

— Ну вот, всю малину обломал, — пробурчал обидчик, явно недовольный вмешательством.

— А ты видел, как у неё сиськи подпрыгивали? — подхватил второй, с сальным огоньком в глазах.

— Ага, буфера — загляденье. — Краснощёкий руками очертил в воздухе два внушительных полушария, — Эй, красотка, надеюсь, ты к нам поступила?

— Пошёл к чёрту! — огрызнулась я, чувствуя, как закипает кровь.

— Ох, как грубо! — Парень вплотную подошёл ко мне, самодовольно ухмыляясь, и вдруг, как клещ, вцепился в мою грудь. Моя реакция была мгновенной. Словно пружина, я распрямилась и влепила ему пощёчину такой силы, что его голова мотнулась в сторону. За моей спиной прокатился вздох разочарования и возбуждения — настоящее театральное представление, и я в главной роли.

— А ты, оказывается, ещё та стерва, — процедил он сквозь зубы, и слова тут же обернулись действием. Грубый рывок, и меня притянуло к нему, словно к магниту. Но не успела я опомниться, как с той же силой меня отшвырнуло в сторону, и я оказалась за чьей-то спиной.

— Гонсалес, ты что здесь устроил?

Теперь я пряталась за спиной своего спасителя — того самого парня, что вернул мне записку. Он возвышался надо мной, как скала, и я едва доставала ему до плеча, но видела развернувшуюся за его спиной сцену во всех деталях.

— Что хотел, то и устроил, — огрызнулся Гонсалес, не собираясь уступать. Но и мой защитник не выглядел намеренным отступать.

— Эй, парни, может, выясните отношения на поле? Негоже двум капитанам разносить библиотеку. Вы же знаете мадам Бонз.

Капитаны буравили друг друга взглядами, от которых, будь они смертоносны, остались бы лишь очертания тел на полу. Два лидера сошлись в безмолвной схватке, и мне отчего-то захотелось узнать историю каждого из них.

После внезапной стычки Гонсалес со своей свитой растворился в коридорах, и вместе с ними из библиотеки словно вытянули воздух. Наступила звенящая тишина, словно и не было бравады и мужского хохота.

Я проводила взглядом своего неожиданного заступника, безмолвно благодаря за избавление. Слова застряли в горле, так и не оформившись в благодарность.

Спаситель оказался на редкость хорош собой. Чёрные и слегка вьющиеся волосы, смуглое лицо, и взгляд, исполненный такой серьёзности, будто улыбка навеки покинула его черты. Казалось, он скорее поднимал гири на ненавистной физкультуре или отчитывал зарвавшихся сорванцов, чем предавался легкомысленному веселью.

За этими размышлениями я и не заметила, как подошла моя очередь, и вот я уже стою у стойки, тщетно выискивая взглядом библиотекаря.

Заглянула внутрь — ни души. Обернулась в надежде на подсказку, но мой недавний спаситель безучастно разглядывал пейзаж за окном. Видимо, там было куда интереснее, чем разглядывать меня.

— Кхм… — громко прокашлялась я, надеясь привлечь его внимание.

Но в ответ — тишина. Что за чертовщина?

— Эй! — Я стукнула кулаком по столу, отчего подпрыгнула стопка пожелтевших формуляров.

И тут, словно из клубов морозного воздуха, возникло привидение. Сердце бешено заколотилось, дыхание перехватило, и я, отшатнувшись, болезненно врезалась копчиком в край парты.

— Чего раскричалась? Я тут десять минут жду, пока ты соизволишь выдать свой список.

Меня захлестнула волна самых противоречивых чувств. Казалось, где-то в углу комнаты затаился приглушённый смешок.

— Простите, я не ожидала, что вы…

— Что я призрак? — в голосе женщины просквозило раздражение.

Я молча кивнула. Призрак не удостоила меня даже подобием улыбки. Передо мной стояла женщина лет пятидесяти, по крайней мере, если бы она была жива. Но и сейчас она выглядела именно на этот возраст. Её взъерошенные, торчащие во все стороны волосы напоминали растрёпанное куриное гнездо, словно она только что вскочила с постели, а в глазах плескалась недоброжелательность.

— Послушай, девочка, я не из тех, кто любит пристальные взгляды, предпочитаю оставаться в тени. Но раз уж твоё изумление при виде меня столь очевидно, рискну предположить, что ты первокурсница.

Я вновь кивнула, безмолвно подтверждая ее догадку.

— Какое направление?

— Арте… артефактика.

Полупрозрачная женщина махнула рукой, и книжный шкаф будто взорвался. Книги, словно стая испуганных птиц, слетели с полок и одна за другой приземлились на стол передо мной, вырастая в головокружительную башню. Я, заворожённая этим зрелищем, даже забыла прикрыть отвисшую челюсть.

— Пока хватит. Вернёшь потом те, что не понадобятся.

Я снова кивнула, соглашаясь, но тут же осознала масштаб проблемы. Как же я унесу всё это? Бегать туда-сюда, словно белка в колесе, — перспектива не из радужных, а поднять всю эту груду разом мне явно не под силу.

Я переминалась с ноги на ногу, охваченная растерянностью. Что предпринять? Призрачная фигура вновь вопрошающе уставилась на меня.

— Эээ… Видите ли… — Я лихорадочно подбирала слова, пытаясь посвятить её в суть своих затруднений. — Я не совсем владею магией, и…

Но полупрозрачная женщина, видимо, решила, что с неё хватит, и переключила своё внимание на следующего адепта. Парень, словно ниспосланный мне спаситель, шагнул вперёд и встал рядом, бросив лишь пару слов:

— Пятый курс, стихийники.

К нему подлетела стопка книг, вдвое меньше моей. Он щёлкнул пальцем и направился к выходу, а книги послушно устремились вслед за ним. От изумления я разинула рот. Не сбегать ли за братом? Только не за Энди, а за Тони, чтобы он также по щелчку унёс мои книги.