Доверься мне

Долго думала, что теперь делать и как вообще работать с ним, решила, что надо просто поговорить и расставить все точки над «Е». В конце концов, пока я не пойму, зачем надо было возвращаться спустя столько лет, бессмысленно ломая мое устоявшееся спокойствие, пока не пойму это, не смогу находиться с ним рядом. Вот только, если ответит на все вопросы, смогу тогда? Не знаю, не уверена. Не уверена в этом.

В последний день отпуска к себе пригласили Аня с Олегом. Правда братец сразу уехал "ненадолго" на работу. Так что в его кирпичном коттедже за городом мы остались втроём. Я, Аня и Тоня – их помощница по дому. Антонина, правда, уехала к какому-то дедушке-соседу после обеда, оставив нас совсем одних... С появлением Ани, мне кажется, у Тони стало много свободного времени. И как Аньке не трудно убирать эту громадину на столько квадратов? Не спорю, дом Олег выстроил красивый, слоновый кирпич, черепица... но... Мне и своей квартиры с её квадратами много. Но это же я...

Со своей будущей женой Олежка познакомил ещё в том месяце, Аня оказалась очень милой девушкой, так что этому увальню наконец-то по-настоящему повезло.

Просидели с ней до вечера в беседке у костра, говорили о планах на будущее. Аня хочет доделать их сад, сделать сюрприз Олегу – укромный уголок только для них двоих. Я только сегодня узнала, что она по профессии дизайнер-интерьера.

Правда её начальница, как выяснилось, Иринка (давняя подруга брата) захомутала её к себе в заместители... но той вроде даже нравится... так вот, теперь я не могу выкинуть из головы навязчивую мысль, что Сашин участок, ну, хотя бы придомовую территорию, тоже не мешало бы облагородить. Об остальных гектарах (а я уверенна, что там именно они, а не сотки) я и не надеюсь...

Опять меня понесло! Неплохо я губу раскатала!

Блин, будто это мой дом, а не этого самодура. Надо заканчивать с этим... Да, наверное, это ничего не значит, просто совпадение – недавно я видела его двор, а тут Аня – дизайнер... ага, цепочка замкнулась, конечно, ничего не значит!

О, надо завязывать. Так я похоже и до булочников с ним скоро дойду:

«Ой, что вы говорите, у вас булочная? Как здорово! А вы не могли бы отправлять по утрам свежий хлеб за три девять земель в избушку на опушке для одного ничего не жрущего гражданина красивой, мать-перемать, наружности? Нет? Как жаль. Ну, давайте Ваш хлеб, сама отвезу.»

И повезла бы, я уверена, потому что дяденька Здравый Смысл, только заприметив Сашку, собрал свои вещи и ретировался в неизвестном направлении.

Век бы его ещё не видела! Ворошит прошлое... Но почему он нормально не ест? Точно же сидит только на своем капучино. Дурак. Зачем нужно твоё могущество, если ты даже есть нормально не можешь один? Зачем садишь себе здоровье, дурак? Или что, тыкать палочками в девушек научился и, всё, на солнечную энергию перешёл? О, терпеть его не могу! Заставляет волноваться, идиот. Дурак. Самодур.

— Вероник, что с тобой? Ты уже полчаса смотришь на костер. – Выдергивает меня из своих мыслей Аня, что, оказывается, сидела все это время рядом.

Оглянулась.

— Извини, я просто... задумалась.— Посмотрела на часы над камином. Уже 5. – Ой, я пойду, хорошо? Спасибо тебе, здорово посидели.

Мне в ответ улыбнулась эта очень красивая миниатюрная брюнетка с распущенными длинными волосами шоколадного оттенка, отвечая на телефонный звонок от подъезжающего Олега. Оторвала телефон от уха, посмотрев на меня.

— Вероник, подожди. Тут кто-то приедет с Олегом, вроде бы вы знакомы.

Сглотнула. Называется, догадайся кто, с первой попытки. Ответ очевиден. Вскочила.

— Ань, извини, мне, правда, пора.

Девушка только дернула плечами, вздохнув.

— Уходишь? Ну, хорошо.

Добежала до своей ласточки, наспех попрощавшись с удивленной хозяйкой. Выехала за ворота, круто развернувшись. Быстро выехала на трассу из коттеджного поселка.

Дорога, на удивление, пустая. Странно это, если учесть то, что сейчас только 5-ь вечера. Ни одной фуры не встретила пока что, да вообще ни одной машины.

Только вдалеке показался внедорожник Олега, а следом... Что-то чёрное. Резкое. Ну, никто и не сомневался.

Ускорилась. Триста метров по прямой.

Даже не съехать никуда, только если в кювет вверх пузом. Но жить ещё хочется. Двести метров. Олег пролетел рядом, мигнув фарами.

Черный Гелик же резко выворачивает на встречную и тормозит посередине полосы. Идиот! Сто пятьдесят метров.

Спидометр показывает сто тридцать. Итого 5 секунд до своей смерти, если оставить все, как есть... Секунда. Давлю на тормоза, резко сбрасывая скорость. Три секунды — минус сорок метров, а машина только начала тормозить. Он всё ближе, даже не пытается отъехать. Выворачивать руль уже поздно. Вильну в сторону, улечу в кювет. Шины старательно дымят, цепляясь за асфальт, оставляя черный выжженный след. Пятая.

Слишком. Большая. Скорость.

Вижу его на водительском впереди. Он просто смотрит на меня и спокойно выкуривает сигарету. Мать твою. Псих. Восьмая.

Моя малышка наконец-то тормозит прямо перед огромным носом черной лютой смерти, зазывно моргающей дальним. Сердце покрыл налет ужаса. Руки затряслись, отцепившись от руля. Что тебе надо, урод!? Чистый страх — чистый адреналин.

Он медленно выходит, захлопывает дверцу, тушит сигарету, пряча в кулак окурок. Псих. Меня также трясет.

Подходит к двери, стучит в окно. Открываю не слушающейся рукой.

Холодный прищур, надменный взгляд.

— Вер, понравилось? – Цедит он, наклоняясь ко мне, заполняя лёгкие табаком.

Пытаюсь перевести дыхание, взялась за руль, намереваясь уехать, перехватил кисть. Держит...

— Вижу, надолго запомнишь. Больше не смей ускоряться по трассе, если не уверена, что выживешь.

Сердце, екнув, забилось.

— Какого... это что? Что ты творишь!? Саша, я же... — Перевожу взгляд с него на его машину.

— Ты бы не погибла, не переживай. Только в следующий раз не надо тратить секунды на раздумья, Вер. Уходи на встречку, либо съезжай в кювет, если там безопасно. И не гони так, у тебя не самая надёжная машина, мягко скажу... – Он говорит тихо, спокойно, пытаясь вселить в меня его же уверенность, что ничего сейчас не произошло. Да вот и черт!

— Чокнутый.

— Нечего было разгоняться. От меня хотела сбежать? На тот свет? Твоя машинка в краш-тестах складывается в гормошку ещё на сотне.

— Чокнутый. – Повторяю я, пытаясь выдернуть руку. – Тебе лечиться пора, Саша!

Усмехнулся.

— Ты восприняла все слишком серьёзно…

— Зачем ты вообще приехал, идиот!?

— Я соскучился.

Дрогнула.

— Смешно.

— Не шучу.

— Смешно!

Отпускает руку, сдаю назад. Объезжаю его, он вновь даже не пытается догнать.

Только сейчас начинаю слышать что-то кроме собственного сердца и его голоса. В мою реальность медленно вползает шум мотора и медленная мелодия мобильного. Включаю громкую связь. По машине разносится обеспокоенный рык Олега.

— Господи. Наконец-то хоть кто-то! Ника! Какого черта!? Что Вы творите? Вы совсем оба долбанутые!?

Да, похоже на то.

— Все нормально, я же затормозила.

— Зачем вообще уехала!? Он же не по твою душу ко мне хотел, а теперь похоже не судьба. У нас же свои дела есть...

— Взрослые? – Перебиваю я.

— Да, Ник, взрослые. – Отвечает всерьёз Олег. – Я просто в шоке от вас. Ладно, Алекс, с него станется, но ты-то — какого черта!?

— Да что я сделала такого-то? — Зачем-то по-детски защищаюсь я.

— Что!? Сколько у тебя было? Сто двадцать – сто пятьдесят? ABS-то вообще работает!? Какие там у тебя шины? «Кама» летняя не первой свежести? Даже не "Континенталь". Про тормоза вообще молчу. Ты совсем рехнулась? Тут по всей трассе ограничение в семьдесят.

— Тоже мне праведник, а сам-то…

— У меня далеко не старенькая фиеста, Вероник!

— Она всего-лишь шестого года и недавно прошла техническое обслуживание, что такого-то? – Говорю я, смотря в зеркало на держащийся на расстоянии черный внедорожник.

Олег вздыхает в трубку.

— Я с Сашей ещё поговорю, но ты-то куда!? Ладно он дорогу перекрыл...

Удивлённо пискнула:

— Что-о-о он сделал?

Олег усмехнулся.

— Что ты ещё от Славича хотела? У него если отец передвигается, весь город встаёт, а тут какой-то кусочек трассы.

Сглотнула. Ну, в мае так не поступал, да и сейчас не замечала...

— И зачем?

— Да ты же знаешь, он не скажет. Ладно, я уже дома, давай аккуратнее, ладно, сестрёнка?

— Хорошо.

Отключила вызов.

Проезжая мимо заброшенного поста ДПС на въезде заметила несколько отъезжающих машин премиум-класса. Что до этого, видимо, блокировали дорогу и отправляли всех в объезд. Доехала до дома, его машина все держалась на расстоянии. Быстро поднялась в квартиру, закрылась на все замки зачем-то.

На телефон пришло:

17:56 «Урсула»: Какую машину хочешь?

Перечитала ещё раз, фыркнув.

17:58 Я: Отстань.

18:00 «Урсула»: Тогда лишить тебя водительских?

18:01 Я: Да блин!

Всё сержусь. Сколько можно уже!? Как с ребенком, блин!

18:03 Я: Надо поговорить. Давай завтра в обед?

18:07 «Урсула»: Забронировал «Пирамиду», поговорим.

Это дорогущий ресторан в центре города, который я точно с ипотекой не потяну. Даже кофе там стоит столько, что лучше на эти деньги месяц растворимый пить. Ну… как я могла забыть, там бронь на месяц вперёд. И что-то мне подсказывает, что он сейчас не один столик имел ввиду.

18:10 Я: Давай у нас лучше?

18:11 «Урсула»: Нет.

Ясно, понятно, лаконично, доходчиво. Дурак. Дитя морской ведьмы и колдуна из арабской диснеевской сказки!

Утром меня снова подпёр мужик из 105-ой, поскорее бы он уже уехал на вахту. Сколько раз с ним говорила, все безрезультатно.

Добралась до работы на автобусе, чуть не опоздав, но, к счастью, пронесло. Все утро возле меня крутилась Алиса, то со мной в зал спустится, то в кабинет мне кофе принесет.

— Это — Говорит она уже в 3 раз. — Меня наш Александр научил. Ну, не сам он, конечно, а его друг... но... вкусно, правда? Вероника, пей, чего ты не пьешь, я же старалась.

Смотрю на капучино.

— Алис, спасибо. Но это уже третья чашка.

— Ой, правда? Когда это я... ну, извини. Слушай, а ты его знала раньше?

Кивнула.

— Здо-о-орово, а то я не пойму, почему он тебя Верой называет, а?

Поджала губы, не желая дальше разговаривать. Девушка восприняла это как рьяный протест, быстро ушла, хлопнув дверью.

Поэтому в двенадцать, когда она снова очутилась в моем кабинете, я искренне удивилась, не заприметив нигде четвертой чашки.

— Он тебя зовёт. — Холодно кинула девушка, скрывшись за дверью на своих лабутенах.

Собралась, надела пальто. Дошла до его кабинета, он как раз стоял возле Алисиного стола, мило с ней беседуя.

— Алекс Георгиевич. — Окликнула его, как можно любезнее.

Развернулся, заставив одним движением замереть. Светлая кожа, серые глаза, статный, высокий, поджарый и чертовски красивый... да уж.

— Толь, побудь с Алисой и проследи, чтобы с окнами уже закончили... слишком долго. — Обращается он куда-то позади меня.

Оглянулась, встретившись взглядом с его не то секретарем, не то телохранителем, не то помощником... Да, столько лет прошло, а этот перекачанный шарпей даже не изменился.

— Здравствуйте. — Поздоровалась. — Я Вас не заметила...

— Да, Верочка... — Когда. Меня. Будут. Называть. Вероникой!? Заметил злой блеск, расплылся в своей собачьей улыбке. — Я смотрю, ты или не ты...

— К чему такая скромность, Толь, я же знаю, что Вы в курсе того, какие сегодня стринги выбрала Алиска.

— Кх. — За спиной хыркнул Саша, Анатолий же лишь ухмыльнулся, подтверждая, что я в принципе-то права.

Разворачиваюсь.

— Алис, не в обиду.

Девушка покраснела. Шутку не поняла. Ну да ладно, исправлюсь презентом.

— Пойдёмте, Вер. — Уводит меня начальник, легко касаясь плеча. — Нам многое нужно обсудить, я прав?

Заглянул в глаза своими светлыми. Кивнула.

Медленно дошли до его машины. Спорить глупо, я на своих двоих. Ехать минут 15.

Он, как и ожидалось, не говорит, пока не будет уверен в безопасности брошенных слов.

Сели в машину.

— Начинай. — Бросает он, вновь снимая с себя маску начальника. А жаль, в деловом общении было бы легче.

Молчу, пытаясь вспомнить, что хотела спросить... я же даже список составила, но забыла его утром. Все вопросы разлетелись, успев улизнуть из моей коробочки, покоящейся уже 25 лет на тонкой шее.

— Вер, у нас не так много времени. — Он дотягивается до ремня... моего ремня безопасности, вытягивает, заставляя вжаться в кресло и перестать дышать. Зацепляет ремень, через мгновение резко трогаясь с места.

— Да, а ты? Пристегнись сам. И у меня руки есть, я бы сама...

— Я уже говорил тебе, что ты можешь делать в моем присутствии сама...

— Когда это? — Посмотрела на него.

Ухмыльнулся.

— Черт. Саша! — Вспомнила я свою оплошность в 70-градусной жаре. — Да я никогда перед тобой не разденусь!

Вот как так. Одной фразой и ухмылкой своими красивыми тонкими губами можно лишить меня остатков самоконтроля и понимания, что меня посадят если что.

Помолчал, разгоняясь и улетая в поворот.

— Ну, так что? — Вновь кидает он.

— Почему ты вернулся?

— Нет, начинай лучше раньше. Это мы уже проходили.

— Раньше? — Недоумеваю я.

— Да, Вер.

Попытался взять меня за руку, отдернула.

— Почему... уехал?

— Ну, нет, ещё раньше. Давай, ты же умная девочка.

Совсем не понимаю... задумалась.

— Давно развелся?

— Не тот вопрос, ну... Два года назад.

— Что так?

— Устал от неё. — Бросил он, сощурившись от осеннего солнца.

— Зачем тогда женился? — Спокойно бросаю я, словно это никак меня не касалось.

Смотрю на него, он только свёл брови. Молчит.

— Саш.

— В ином случае я бы не смог...

Замолчал.

— Чего?

— Исчезнуть.

Холодок прошел по коже.

— От меня?

— Без тебя.

— Ничего не понимаю. Ты же на своей свадьбе мне... дал ясно понять...

— Я ошибался.

— Смешно.

— Я не шучу, Вер.

Замолчала. Не хочу продолжать дальше. Он все косится на меня.

— Вер, будешь моей женой?

— Что!? — Выкрикнула. — Ты совсем... ты рехнулся?

— Нет, я абсолютно уравновешен.

— Смешно.

— Я не шучу.

— Саша!

— Вер... — Вздохнул. — Ладно, ещё слишком рано. Поговорим сначала.

— Это новый метод запугивания? — Пытаюсь отшутиться я. — Многие повелись?

Посмотрел в глаза.

— Я никому этого раньше не предлагал.

— Смешно! Ты меня совсем за дуру держишь? — Пытаюсь успокоиться я. — Василиса, Саш, Василиса. Твой штамп в паспорте твою фальшь разбивает в два счета.

Отвернулась к окну, чтобы не видеть его физиономию...

— Я ей и не предлагал.

Заставило обернуться.

— Что?

Усмехнулся.

— Зачем мне просить выйти за меня или признаваться в любви той, к кому я ничего не испытывал.

— Чокнутый. Но замуж же взял!

— Это другое.

— Другое?

— Я не предлагал.

— Ничего не поняла и... понимать не буду!

Заехали на парковку, вылетела из машины, сцепив руки.

— Вер. — Догоняет меня своими широкими шагами. Улыбается. — Подожди.

Заходим в здание, формой повторяющее свое название, огромные панорамные окна с видом на пруд, современная обстановка и априори вежливое обслуживание. Всё, как и в брошюрке для особенно обеспеченных туристов.

Да, заносили к нам как-то пару образцов, но прежняя владелица отправила их в урну, сказав, что этот бомонд к нам не захаживает...

И вот теперь я зачем-то здесь.

Сразу же подлетает вышколенный хостес, провожает до столика, улыбаясь Саше так, что я бы уже покраснела...

Зал абсолютно пуст. Да и не только зал, похоже, весь наш бомонд обедать сегодня здесь точно не будет.

— Саш. — Шепчу я, когда он наконец-то сел напротив. Шепчу, потому что здесь, как в библиотеке, стыдно разговаривать среди этой современной роскоши.

Он улыбается, скрестив пальцы рук, немного подаётся ко мне так, что сердце замирает... отвожу взгляд, забыв, что хотела сказать. А, да, про цены...

— Саш. Извини, но я себе тут ничего не позволю...

Он лишь усмехнулся. Подходит официант.

— Мсье, Вы выбрали что-нибудь?

Мсье откидывается на спинку стула, сцепив руки на груди, заказывает себе... кто бы сомневался. Капучино. Долго выжидательно смотрит на меня.

— Саш. — Шепчу снова, потому что уже неудобно. Официант улыбается, словно всё в порядке.

Саша ещё помолчал, вздохнул, открыл меню.

— Девушке... — Прочитал. — Это.

Перевернул страницу.

— Это.

Глаза расширяются.

— Саша!

— Ещё это и... да, на десерт... — переворачивает страницу. — Это.

Я пищу, складывая примерную стоимость "этого, этого и этого с этим". Официант улыбается, исчезая в лёгкой уверенности хороших чаевых.

Черт.

— Сам все будешь есть!

Улыбается.

— Ты же знаешь, что нет.

Злюсь... "А вот и посмотрим. Скормлю, гадина ты старая!" кричит все внутри, но я лишь наивно улыбаюсь.

Посмотрим, Сашенька, кто кого.

***

Принесли заказ, завалив блюдами весь стол. Кто же знал, что здесь такие огромные порции!

Медленно разделываю мраморную говядину, разрезая её на маленькие розовые кусочки. Чтоб не подавился.

Он улыбается, считая, что я поддалась. Да вот фиг тебе.

Закончив, отложила нож, протыкаю вилкой самый симпатичный ровненький кусочек и... вытягиваю руку, поднося вилку почти что к его губам.

— Вер. — Сверлит меня своими...

— Ну, давай же, левушка, кушай. — Ехидно улыбаюсь.

— Не боишься, что левушка тебя сейчас съест? — Вальяжно бросает он, отдаляясь и потягивая свой кофе.

Замираю, понимая, что он особо-то и не шутит. Он поднимает ко мне свои глаза, не убирая эту хищную ухмылку... Вздрагиваю, так и не убрав руку.

— Ну, что, тебе жалко что ли!?

— Вер. — Повторяет он, явно намереваясь не подчиняться.

— Саш, ну, тебе слабо...

Цокает.

Смотрит на меня, как на дурочку. Руку так и не убираю. Да, со стороны я сейчас явно похожа на малолетку, ублажающую своего... папика... Фу. Фу...

— Ради меня. — Заканчиваю все-таки я.

Он все также продолжает сидеть. Ну и черт с тобой. Отдергиваю руку, намереваясь закончить и, желательно, уйти, но он вдруг подается вперёд, хватает за кисть, притягивает и медленно стягивает зубами кусочек.

— Довольна? — Бросает он, проглотив и отпустив мою руку.

Ломано улыбаюсь, собираясь по кусочкам. Словно льву сейчас в пасть залезла.

— Да. — Давлю я, пытаясь выставить все в шутку. — Только... — Осматриваю стол. — Этот сырный супчик будешь есть сам. А то официант и так уже видел слишком много.

— Хочешь, он исчезнет? — Улыбается Саша, словно и не сказал ничего.

Пытаюсь отшутиться.

— Нет! Он единственный — гарантия того, что ты меня не сожрешь сейчас. Единственный, кто тебя сдерживает своим взглядом.

Саша смотрит на свои пальцы и отвечает, пока я насаживаю второй кусок.

— А я думал, что всё дело в моем самоконтроле, а оказывается, это этому Володе я обязан?

Киваю, как идиотушка, протягивая руку вперёд.

Он наклоняется к моей руке и повторяет номер — стягивает губами говядину, чарующе смотря в глаза, заставляя меня нервно сглатывать и отводить взгляд.

Берусь за третий, пока он салфеткой касается уголка своих губ, довольно ухмыляясь, заставляя меня оробеть.

Вытягиваю руку. Он вдруг берет мою кисть, подаётся вперёд, вновь стягивает кусок, но не отпускает, смотря в мою душу.

— Саш. — Шепчу я, понимая только то, что цвет глаз у него фантастический. Он так близко, что стоит только немного протянуть руку и я коснусь его кожи, подбородка, скул, проведу линию, поцелую.

— Поедешь ко мне? — Доносится спустя пару секунд до сознания, отрезвляя.

Отдергиваю руку, вскакивая.

— Сядь, Вер.

— Вероника. — Говорю я, не понимая, что сейчас со мной произошло. — Какого черта!?

— Сядь. Поверь, я мог бы тебя и не спрашивать. А теперь поешь. — Холодно бросает он, от чего я начинаю паниковать ещё больше.

Выхожу из-за стола.

— Разговора не получилось, извини. — Бросаю я, забирая пальто, и направляюсь к выходу, подальше от него. Подальше!