Школа падших

Но вставать он не спешил. Мы так и остались сидеть в тишине: я — на его колене он — на краю кровати, удерживая мою руку в своей. Впервые за весь этот бесконечный день мне не хотелось никуда бежать. Ад перестал казаться камерой пыток. Он превратился в очень странное, опасное, но чертовски интересное убежище.

Глава 6-7

Сон накрыл меня мгновенно, тяжелым шерстяным одеялом. Последнее, что я запомнила — тепло ладони Каина поверх моей и его тихое, размеренное дыхание, которое почему-то успокаивало лучше любых небесных гимнов.

А потом пол исчез.

Это не было падением в привычном смысле. Просто гравитация сошла с ума. Меня дернуло вверх, словно невидимая рука гигантского кукловода схватила за шкирку. Пространство комнаты 413 смазалось: вот только что я видела трещину на потолке, а в следующий миг мимо пронеслась кровать из вулканического стекла, ботинки Каина и банка с маринованными сердцами, которую он забыл убрать в холодильник.

Удар о каменный пол выбил из легких весь воздух. Я прокатилась по ледяным плитам, собирая коленями занозы и мелкий щебень. В нос ударил запах сырости, вековой пыли и травы такой концентрации, что волосы затрещали.

Я села, слепо моргая. Комната исчезла.

Вокруг был склеп. Или катакомбы. Сводчатый потолок терялся во тьме, поддерживаемый колоннами, сплетенными из человеческих костей. На стенах горели зеленые факелы, бросающие болезненные тени на алтарь в центре зала. И этот алтарь… он пульсировал. Он был живым, опутанным пульсирующими венами, которые уходили прямо в камень пола.

— Как трогательно, — голос раздался со всех сторон сразу. Он вибрировал в костях, заставляя зубы ныть. — Бывший ангел спит в обнимку с демоном Нарушение всех законов равновесия. Природа решила исправить аномалию.

Из теней выступил силуэт. Это был не демон. Вернее, это была высшая форма того, чем становится демон, когда полностью отказывается от своей первоначальной сути ради абсолютной власти. Его кожа напоминала старый пергамент, натянутый на слишком широкий каркас, а глаза были выжженными дырами в черепе, из которых сочился золотой свет первозданного Эдема, искаженный до неузнаваемости.

*Пожиратель Равновесия.*

— Твой брат здесь, Адель — прошелестело существо. — Почти. Та часть души, что ты спасла, стала фундаментом для моего нового гнезда. А теперь пришла ты сама. Идеальный строительный материал для сводов.

Он щелкнул пальцами, лишенными ногтей. Воздух надо мной сгустился, превращаясь в сеть из колючей проволоки, сотканной из криков. Золотые шипы смотрели вниз.

—Отпусти меня живо.....и то я Пожиратель Равновесия. подошел ближе —

и что ты сделаешь маленькая беззащитная девчёнка

***

Каин проснулся от холода.

Не от обычного ночного сквозняка Академии, который приносил запах серы, а от абсолютного, мертвящего нуля. Кровать справа была пуста. Не просто пуста — простыни были покрыты тонким слоем инея, хотя секунду назад там лежала она.

— Адель и где она , — выдохнул он, вскакивая.

Его взгляд метнулся к окну. Дыра, вырезанная им вчера для практики, затягивалась сама собой, но медленно, оставляя рваные края пространства. Интуиция, отточенная годами жизни рядом с нестабильной магией, взвыла пожарной сиреной.

Он подошел к месту, где спала Адель и присел на корточки. Провел ладонью над камнем. Тепло ее тела еще держалось здесь, но оно стремительно вымораживалось. Кто-то вырвал кусок реальности вместе с ней. Грубая работа. Оставляет следы.

Каин закрыл глаза. Блокатор скверны внутри девушки всегда фонил как маяк, вызывая у него тупую зубную боль. Сейчас этот маяк мигнул трижды и погас. Будто лампочку выкрутили. Но след остался — тонкая черная нить разрыва ткани, ведущая строго вниз. Под фундамент общежития. Туда, куда даже преподаватели Некромантии спускались только группами по пять человек.

— Азмиэль будет в ярости, — процедил Каин, поднимаясь. — Она считает эти катакомбы своим личным зимним садом.

***

Сеть опустилась. Я перекатилась вбок в последнюю секунду. Колючая проволока из криков впилась в алтарь позади меня, и тот содрогнулся, исторгнув фонтан черной желчи.

— Ты пахнешь страхом, — констатировал Пожиратель, делая шаг ко мне. От него веяло сухим жаром могилы. — Но твои крылья всё еще пытаются сиять сквозь грязь. Как нелепо. Свет должен служить, а не прятаться.

Он снова щелкнул пальцами. На этот раз из трещин в полу полезли руки. Настоящие человеческие руки, бледные, с синеватыми ногтями. Они хватали меня за лодыжки, за полы куртки, тянули к алтарю. Их прикосновения были липкими и невероятно сильными.