- -
- 100%
- +
Признаваться, что я форменно взбесилась из-за роз, которые подарили не мне, было смерти подобно. Да и вообще, это была банальная бабская зависть, потому что никто и никогда за всё тридцать три года моей жизни не дарил мне таких великолепных веников.
Да, да, мне просто хотелось так же. Вот и всё!
А вообще, я девушка самостоятельная. Если никто не дарит, то я их сама себе подарю. Ободряюще кивнула я своему отражению в зеркале, а после работы прямоходом отправилась в цветочный салон, где выбрала себе огроменный букетище с чайными розами, эустомами и лимониумом. Подхватила красоту и пошагала в сторону дома, уговаривая себя в том, что мне неважно, встретится ли на моём шагу святой гамадрил или нет.
Плевать!
Вот вообще до фонаря и точка!
Но уже во дворе я заметила чёрную гробовозку соседа на привычном парковочном месте и пропустила разочарованный вздох, а потому подъездную дверь дёрнула на себя с особой прытью.
Р-р-раз! И...
На меня всем своим недюжинным весом вывалился святой Михаил собственной персоной. Я же от такого неожиданного натиска сделала шаг назад, но оступилась и прямо так, с букетом в руках, приготовилась падать навзничь и биться затылком о бетонное крыльцо.
— Вот же чёрт! — взревел сосед.
— От чёрта слышу! — тут же грозно парировала я, замечая между делом, что Михаил, вцепившись в мою талию своими ручищами, категорически не даёт мне упасть. Да и я сама, словно клещ, впилась в его идеально выглаженную чёрную рубашку пальцами.
— Мегера! Надо было дать тебе размозжить черепушку! — и встряхнул так, что у меня зубы клацнули.
— А ну, руки от меня убрал, козёл! Иди, своих шлюх тряси, а меня не тронь. Ясно тебе?
— Да кому ты нужна?
— Нужна, - заорала я. — Во видал?
И сунула ему под нос букет.
— Бедный мужик.
— Главное, что он — не ты! — прошипела я змеёй.
— Пф-ф-ф...
— Сволочь!
— Истеричка пришибленная!
— Ненавижу тебя!
— И это абсолютно взаимно!
— Как же ты мне противен!
— Ну да, охотно верю. Каждое утро в меня стрелы омерзения пускаешь, стоя за занавеской, да?
— Что??? — вспыхнула я, и неожиданно воздух застрял в горле, а тело ошпарило крутым кипятком.
И кажется, даже волосы на голове зашевелились.
— Что слышала! Или с нормальными мужиками в твоей жизни напряжёнка?
— Да как ты смеешь?
— Да, действительно, — прорычал сосед мне в лицо и наконец-то отпустил руку, которой удерживал меня за талию. Да и я свою отпустила, поражаясь тому, что за пеленой ярости не заметила, как мы орали друг на друга почти соприкасаясь носами.
И вдыхая один воздух на двоих.
Но в следующее мгновение потрясение прошло, а святой Михаил снова заставил меня вспыхнуть от ярости. Он сморщился и отряхнул руки, а затем посмотрел на меня устало и с изрядной долей скуки.
— Ещё не встречал бабы, более неуверенной в себе, чем ты, — оглядел с ног до головы, а затем фыркнул и отвернулся.
Будто бы брезговал.
Будто бы лишь сейчас наконец-то рассмотрел мои неидеальные формы.
И только я было собралась выцарапать этому дождевому червю все его наглые зенки, как подъездная дверь вновь открылась, а из неё вышла та самая блондинка, которой вчера мой сосед дарил роскошные букеты.
— Ну что, Миш, едем? — кинула девушка в мою сторону быстрый взгляд и вмиг потеряла интерес.
Конечно, куда мне до этой горной лани?
И снова за рёбрами истошно заныло, заклокотало, заскулило...
— Едем, — развернулся и направился к своей машине Михаил.
А я вошла в подъезд и всё-таки расплакалась. Не, ну не дура ли?
Дура!
Глава 7 – Не формат
Нина
Три недели спустя…
— Это чего с нашей Таней приключилось?
Мать моя, Раиса Сергеевна, примостила на табуреточке свою авоську и принялась вытаскивать из неё свежие закрутки: икру заморскую — баклажанную, маринованные корнишончики, лечо и вишнёвое варенье. У меня тут же началось обильное слюноотделение, и я немедля достала из холодильника картофель, мечтая умять целую сковородку жареного деликатеса, прикусывая вот этими самыми божественными огурцами и домашним салом, коим меня ещё на прошлой неделе угостила Сёма-стилист.
— Нина, ты меня слышишь?
— Ась? — оторвалась я от чистки клубней и вопросительно взглянула на мать.
— Танька, говорю, чего такая угашенная? — Раиса Сергеевна кивнула в сторону гостиной, где на диване крепким сном после успокоительной медицины отборной валерианой спала моя лучшая подруга.
— Любовь, — отмахнулась я и снова вернулась к своему занятию.
— Подробности будут?
— Будут, но придётся сесть и употребить для храбрости. У меня есть две баночки светлого нефильтрованного, чекушка коньяка в три звезды (не смотри на меня так, мне на работе подарили) и ещё бутылочка полусладкого просекко.
— Коньяк давай, — кивнула мама, и я ей тут же подмигнула.
Наполнила матери стопку, а к ней поставила тарелочку с лимоном. Себе же откупорила игристое и, отхлебнув пару глотков, приступила к пересказу событий и чистке картошки.
— В общем, так: Татьяна наша сбежала от своего спонсора-террориста.
— Который ей оплачивал обучение в вузе и той навороченной школе?
— И который её домогался, да, — кивнула я.
— Надо было заявление на него написать, а не бег с препятствиями устраивать, — буркнула мать и замахнула первую рюмку.
— Согласна. Но проблематика вопроса и причина её возлежания на моём скрипучем диване не в том. Таня попала из огня, да в полымя. А именно угодила в прямое подчинение к своему бывшему однокласснику, из-за которого её два выпускных класса травили в школе.
— Ой...
— Да. А он, на её величайшую беду, взялся за старое, а именно принялся тянуть к нашей Тане свои похотливые клешни.
— И она ответила ему взаимностью?
— Ответила? Да она с первого взгляда по нему сохла и до сих пор не забыла, — погрозила я невидимому собеседнику ножом для чистки овощей и вернулась к повествованию. — Короче, любовная любовь длилась недолго. Оказалась, что её принц и не принц вовсе, а так — жаба болотная, имеющая в загашнике невесту, готовящуюся к свадьбе.
— Да ты что?
— Увы...
— А! Так она от правосудия скрывается? — коварно улыбнулась мать.
— Правосудия? — недоумённо переспросила я.
— Ну, она же этому кабелю за такие штрафы тяжкие телесные причинила, да? Ну там бубенцы отрезала или ещё что похуже.
— Мама! — ошалело охнула я. — Да ты страшная женщина!
Но Раиса Сергеевна в ответ на этот поклёп только звонко рассмеялась и вновь замахнула стопку трёхзвёздочного ароматного пойла. А я вернулась к рассказу жизненных перипетий лучшей подруги. Про то, как её уволили с работы и теперь она вот уже как три недели находится в бегах, попутно зализывая рваные раны на сердце.
(Кстати, историю любви Тани и Марка вы можете прочитать здесь:
https://litnet.com/shrt/hfhn
Спустя полчаса на скворчащей сковородочке дошла жареная картошечка, которую я подала на стол с зелёным лучком. Мы с мамой налупились до отвала, оставив порцию и для Тани, которая всё ещё спала крепким сном.
— Тебе бы тоже не помешало влюбиться, доченька, — подпёрла подбородок рукой мама и пьяненько глянула на меня из-под густых ресниц.
— Влюбиться не проблема, — вздохнула я, — но хочется же подарить сердце настоящему мужчине, а не какому-нибудь проходимцу.
— А к своему соседу ты уже присмотрелась? — ехидно улыбнулась Раиса Сергеевна.
— Что? А ты где успела его встретить? — ошалела я от такой новости.
— Вместе в лифте поднимались.
— Соболезную, — вся с ног до головы вспыхнула я.
— Это ещё почему? Мужчина на первый взгляд приличный, да ещё и атлетически развитый. Сразу видно — дружит со спортом.
— Зато с головой он не дружит, мам.
— Чего это ты так взъелась на Михаила?
— А-а-а, так ты ещё и познакомиться с ним успела?
— Да, — улыбнулась мать и кокетливо поправила причёску, — он мне сказал, что дочь вся в меня — такая же красавица.
— Ой, ля...
— Мне кажется, что ты этому Мише нравишься.
— Мам, он мне деньги за близость предлагал.
— Что? — охнула Раиса Сергеевна и замахнула последнюю рюмку коньяка.
— Что слышала — деньги за...
— Так стоп! Ты, наверное, человека неправильно поняла.
— Но...
— А даже если и нет, то лучше так, чем забесплатно отдаваться.
— Так, этому столику больше не наливать!
— Нина!
— Всё! Идите, мама, домой, вы пьяны!
— Я-то пойду. А ты, дочь моя, должна уже разобраться в себе, понять, что именно ты хочешь от жизни. Похудеть наконец-то и вернуть веру в себя.
— Я верю в себя, мам!
— Нет, не веришь, Нина. И соседа своего костеришь именно поэтому. Уверенная в себе женщина на твоём месте давно бы уже взяла этого Михаила в расход, окрутила его, да ещё бы и слупила в втридорога за свои услуги. А ты что? Корчишь из себя неформат.
— А я себя не на помойке нашла, Раиса Сергеевна, — перешла я на официальное обращение, давая понять матери, что дискуссия окончена, а она и спорить не стала.
Поднялась с шаткой табуреточки, прошла в гостиную, где до сих пор сладко спала вымученная Таня, поцеловала её в заплаканную щеку, потрепала меня за бочок и вышла за дверь, а я так и осталась стоять на лестничной площадке и тупо смотреть на закрывшуюся лифтовую шахту.
А спустя минуту вздрогнула, так как соседская дверь открылась, а из неё высунулась белобрысая головка.
— Здравствуйте.
— И вам не хворать, — посмотрела я на ту самую девчушку, которой святой гамадрил дарил шикарные букеты, а мне лишь делал сомнительные предложения.
— Я тут решила напечь оладушек Мише, завела тесто и только сейчас поняла, что в доме нет ни щепотки соды. У вас, случайно, не найдётся чуточек?
— Найдётся, — поджала я губы, но на кухню всё-таки потопала, где нашла искомое и вынесла соседке.
— Значит, вы вместе теперь живете? — против воли и неожиданно вырвался из меня вопрос.
— Пока да, — кивнула блондинка, а я знатно припухла. Видимо, и этой прелестнице святой Михаил предложил временный и ни к чему не обязывающий секс за деньги.
— Что ж, удачи вам.
— Я, Даша, кстати, — протянула девчушка мне свою руку, и я не посмела обидеть её игнором.
— Нина, — кивнула я.
— А я знаю, мне Миша говорил.
— А он откуда в курсе? — нахмурилась я, но блондинка только пожала плечами, и я не стала продавливать эту тему.
Да и какое мне дело, верно? На чужой ка-ра-вать рот не разевать!
— Ладно, я пойду, — только было собралась я скрыться в своей квартире, но Даша тут же ойкнула, подскочила на месте, крикнула «подождите» и на секунду скрылась с моих глаз. А потом появилась, держа в руках какую-то цветную бумажку.
— Что это? — недоумённо спросила я.
— Это... это флаер в спортивный клуб, что недавно открылся в новом торговом центре тут недалеко. На углу. Точнее, это купон на скидку в тридцать процентов при покупке годового абонемента.
— Думаете, мне надо? — не скрывая яда, спросила я.
— Нет, что вы, — подняла руки вверх блондинка и покраснела вся с ног до головы, — это просто благодарность. За соду.
— Вот спасибо, — кивнула я и всё-таки потопала домой.
А там долго стояла перед зеркалом и глядела на своё отражение. На крутые бёдра. На пышную грудь. На всю себя расчудесную и распрекрасную. А спустя ещё пару минут решила, что всё-таки воспользуюсь флаером на скидку, пойду в злосчастный зал, верну былые очертания стройной лани и всё-таки сведу святого Михаила с ума.
Просто так, забавы ради...
Глава 8 – Новая жизнь
Нина
— Это чего ты там рассматриваешь, Нина? — орудуя ножницами и подравнивая мне кончики, спросила стилист Сёма.
— Да мне тут скидку подогнали в новый спортивный клуб, что недавно открылся недалеко от моего дома. Вот я и думаю, что надо бы наконец-то купить абонемент и начать качать задницу.
— Нина, окстись! — крикнула от своего стола Карина. — У тебя самая зачётная задница во всём мире. Куда уж лучше?
— Не льсти мне, — передёрнула я плечами и хмыкнула, пролистывая услуги, предоставляемые клубом.
Вау! А не плохо так, однако. Здесь, помимо стандартного тренажёрного зала, был бассейн на четыре дорожки, а ещё СПА-зона, где можно было расслабиться после долгого рабочего дня, отдав себя в руки профессиональным массажистам, ну или погреть кости на выбор в хаммаме, финской сауне, инфракрасной кабине. Ну или просто побултыхаться в джакузи.
Круть!
Даже если не похудею, то кайфану.
— Нинель, ты почти восемь лет не парилась насчёт своих аппетитных форм. Давай, колись скорей, кто тот, кто заставил тебя задуматься о похудении? — заглянул к нам в зал Эдик, намазывая свои неестественно пухлые губы гигиенической помадой. — Неужели Анатолий?
— П-ф-ф, этот перец сгасился сразу же после первого свидания. Руку даю на отсечение, что мы этого персонажа и как постоянного клиента потеряли. Но, отвечая на ваш вопрос, скажу так — это была моя мать, — не моргнув и глазом, соврала я.
— С каких пор ты начала слушать маму, Нина? — не особо нежно дёрнула меня за прядь Сёма.
— Но она права, сейчас мужики практически повсеместно зомбированы. Им со всех носителей транслируют, что женщина должна быть скелетом, обтянутым кожей и никак иначе. Чтобы ключицы выпирали, как у умертвия. Чтобы коленки острые угрожали проткнуть насквозь. Чтобы талию можно было двумя руками обхватить.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.