Шесть вторых жизней

Пролог

Все началось с моря. Под властью ветра оно бежало, нагоняло золотистый песок своими волнами и нехотя возвращалось обратно, туда, где рождались мечты, совершенные и непорочные, наполненные чистым энтузиазмом, но несбывшиеся.

Глава 1

Мальчик чувствовал, как вода касается его плеча, затем не спеша, словно прощаясь, отступает. Ему не хотелось открывать глаза. Мальчику нравилось ощущать под своей щекой теплый мокрый песок, легкие волны, которые ласкали его кудри, щекотали ухо и снова убегали назад, будто играя с ним.

Солнце находилось в зените, мальчик чувствовал это всем изможденным телом. Мучила жажда, но сил встать не оставалось. Было хорошо и уютно. Так, как случается очень редко.

На ногах мальчика красовались новые, блестящие ботинки со шнурками. Мальчику нравились шнурки – непонятно чем, но небольшая догадка все же имелась.

В детском саду воспитатели, желая приучить малышей к элементарным повседневным делам, приклеивали к длинной доске старую обувь. Дети учились завязывать шнурки, и так получилось, что мальчик стал первым, кто смог повторить всю процедуру от начала до конца.

Его радость была искренней, дети восхищались им, воспитатели хвалили, а малыш застенчиво улыбался и теребил ботинок с завязанным шнурком.

Мальчик помнил, как потом стоял перед огромными настенными часами и следил за большой стрелкой, которая, как парнишка уже понял, должна была опуститься вниз. Ребенок ждал родителей, дабы похвалиться своим достижением, рассказать, путая слова, что справился. И чтобы глаза у него при этом блестели. Так он хотел.

Это случилось давно. Теперь мальчик легко завязывал шнурки, не вспоминая о своем первом достижении. Сейчас подросток не ставил это целью, а делал ради удовольствия. Мальчик не совсем понимал суть удовольствия, но знал: это что-то хорошее.

Секунды неспешно брали новые рубежи, однако ничего не менялось. Волны так же приходили и уходили, песок по-прежнему продолжал шептать и щекотать щеку.

Жажда не отступала.

– Пить, – прошептал мальчик и разомкнул покрасневшие от соленой воды веки.

Зеленые, с медовым ободком глаза внимательно смотрели прямо перед собой.

Взгляд скользил сверху вниз, изучал местность. Мальчик никогда не видел моря, ведь его родители не могли позволить себе такую роскошь. Мальчик не считал это чем-то плохим, потому что у него все было впереди. Мама так всегда говорила: у тебя все впереди. И мальчик верил: у него еще будет много возможностей.

Он встал на колено и взял в пригоршни песок. Песок был мокрым, теплым, приятным на ощупь. Мальчик растер его в руках, мягко выпустил между пальцами и улыбнулся.

Море понравилось мальчику.

Поднявшись, парнишка отряхнул черные брюки, с досадой посмотрел на испачканную рубашку.

– У мамы возникнут вопросы… – протянул мальчик и задумался.

Куда идти?

Понятно, что нужно уходить с пляжа, туда, где находится его семья, но где именно она сейчас?

Мама никогда не позволяла ему одному долго гулять или находиться вне дома без разрешения. Мальчик никогда не покидал дом, предварительно не предупредив родителей о своем пункте назначения.

Теперь же он очнулся на пляже возле моря, окруженный со всех сторон непонятным, вдали от дома.

Страха не было. Только неизвестность, растерянность.

Оказавшись в такой ситуации, можно легко потерять контроль над собой, сделать глупость, оступиться и больше не встать.

Мальчик знал – паниковать не стоит.

Нужно двигаться.

Еще раз осмотревшись, он двинулся к расположенному неподалеку от пляжа лесу.

Уверенная походка, сосредоточенность на лице – в этом был весь мальчик.

Ему уже не хотелось пить. На кону стояло дело гораздо важнее.

Мальчик шел, позади него оставались небольшие, глубокие следы. Расстегнув рубашку, он почувствовал: идти стало гораздо легче.

Когда до леса оставалось немного, ребенок вдруг услышал крик. Вздрогнув от неожиданности, мальчик замер.

Повернувшись в ту сторону, откуда кричали, он заметил силуэт.

«Эй!» – снова подал голос силуэт, и мальчик понял: голос был женским.

Стоя в нерешительности, мальчик не знал, идти ли на голос, или, сорвавшись с места, броситься бежать изо всех сил.

Силуэт тем временем приближался, и через несколько мгновений мальчик понял, что увиденное не представляет опасности.

Твердым шагом к нему шла девочка. Легкий ветер волновал ее золотистые волосы. Лицо девочки оставалось серьезным, таким, словно она шла в бой на неприятеля, словно ей безразлично, кто перед ней находится. «Нужно было бежать», – с досадой подумал мальчик и пошел навстречу девочке.

Когда между ними оставалось шагов десять, девочка остановилась. Вслед за ней остановился и мальчик.

Они стояли, изучающе разглядывая друг друга.

Вдалеке волны доходили до берега, откатывались назад, на небе плыли облака, песчинки меняли положение от играющего с ними ветра, а пара стояла и изучала друг друга.

Мальчику стало не по себе от настойчивого, полного решимости взгляда девочки.

Она же не чувствовала угрозы. Ее учили: в любой ситуации нужно вести себя уверенно. Правда, забыли упомянуть о том, что рано или поздно это может превратиться в сухую надменность.

– Ты кто? – наконец прервала тишину девочка.

Мальчик смутился.

Ему нужно представиться и объяснить причину своего нахождения на пляже.

Мальчик медлил.

Стоя на месте и переминаясь с ноги на ногу, он бросил взгляд на свои ботинки и заметил, что те перестали блестеть. Покрытая мокрым песком обувь уже не была так привлекательна, как раньше.

– Мальчик, – тихо сказал он, подняв голову, и мельком взглянул на девочку.

– Мальчик? – девочка удивленно вскинула брови, так, словно сказанное выходило за пределы разумного. – А имя у тебя есть, мальчик?

– Я… – мальчик начал говорить, но тут же запнулся и понял: он не знает своего имени. «Это все странно», – подумал подросток и именно в этот момент осознал: ему становится страшно.

– Не помнишь? – уже без насмешки спросила девочка.

– А тебя как зовут? – спросил мальчик в ответ, решив не зацикливать внимание на себе, а узнать, кто перед ним.

Девочка отвела взгляд, словно что-то вспоминая.

Мальчик видел, как на лице девочки сначала появилась насмешка, потом возникло удивление, а затем на лицо тенью легла ярко выраженная досада.

– Я не знаю… Я вообще не понимаю, как так… – грустно, чуть не плача, произнесла девочка и отвернулась.

– Почему все так? – спросил мальчик и тут же пожалел о своем вопросе. Было видно: ни он, ни девочка не в курсе происходящего.

– И это я не знаю.

Мальчик в очередной раз огляделся. Парень стремился с каждым разом увидеть все больше. К сожалению, пейзаж оставался все тем же.

Тот же песок, то же море, то же небо. До него донеслись всхлипывания находившейся в стороне девочки.

Мальчик стоял в нерешительности.

Внутренний голос подсказывал: нужно подойти и пожалеть девочку. Но он медлил.

А девочка знала – мальчик должен утешить ее, всегда есть выход, все рано или поздно заканчивается.

– Может быть, это сон? – вдруг спросил у пустоты мальчик и задумчиво сел на песок.

Девочка замерла. Мальчик не подошел, не пожалел ее.

Это было странно, ибо все и всегда случалось так, как она хотела.

Однажды девочка за завтраком сказала родителям, что желает лошадь, и через неделю на заднем дворе появилась небольшая конюшня.

Все всегда стремились угодить девочке, а девочка, не понимая этого, думала: жизнь без нее невозможна, все ее любят и ценят.

Но мальчик был другим. Его учили: любовь и уважение нужно заслужить, а человек, стремящийся занять место в первом ряду у сцены твоей жизни, должен доказать, что достоин этого.

– Может быть, это правда сон? – еще раз спросил мальчик пустоту и повернулся к девочке.

Девочка перестала всхлипывать и посмотрела на мальчика.

Ей казалось, они где-то уже встречались, но девочка не могла вспомнить, где именно.

– Чей сон? – произнесла она.

Мальчик не отвечал.

– Я задала тебе вопрос, почему ты молчишь? – девочка делала акцент на каждом слове, и мальчик почувствовал: девочка начинает его раздражать. – Каждый, кто спит, видит сон и является хозяином этого сна, – подметила девочка, – поэтому, наверное, это мой сон.

– Почему именно твой? – сразу же спросил мальчик и поднялся с песка.

Девочка тоже поднялась.

И вот они снова стояли, разглядывали друг друга и не решались сделать первый шаг навстречу друг другу.

Солнце стояло высоко, становилось жарче. Мальчик, расстегнув еще одну пуговицу на рубашке, вытер пот со лба.

Девочка поморщилась.

– Нам нужно как можно быстрей найти воды, иначе мы умрем от обезвоживания, – произнес мальчик.

– От обезвоживания? – слабо улыбнулась девочка. – Тебе этой воды мало? – она показала острым пальчиком на море.

– Ее нельзя пить, эта вода соленая, – снисходительно заметил мальчик и отправился в противоположную от моря сторону.

– Куда ты? – крикнула девочка.

Ей не нравилась компания мальчика, и все-таки одна она оставаться не хотела. Странно: бывает, когда присутствие человека в твоей жизни приносит дискомфорт и страдание, но его отсутствие сулит еще большую боль.

Мальчик ничего не ответил. Он не знал, что ответить, более того, у него не было желания спорить. Родители его учили: если позиции к моменту спора сформированы, то смысла продолжать уже нет. И спор не рождает истину, как часто утверждается, нет, он укрепляет мнения, даже в тех случаях, когда один из оппонентов понимает свою неправоту.

«Все относительно», – говорил папа.

– Все относительно, – прошептал мальчик, с наваливающейся усталостью шагая по песку и облизывая пересохшие губы.

Девочка семенила следом.

Мальчик брел, изредка поглядывая на приближающийся лес, пока, обомлев от удивления, не осознал: деревья не приближаются. Была пройдена сотня шагов, сделано столько усилий, и все-таки лес словно следовал по своим делам, не дожидаясь их. Услышав, как шаги девочки позади затихли, мальчик обернулся. Теперь на его лице отражалось больше непонимания, чем страха.

– В чем дело? – спросила девочка. В голосе слышалась усталость, на лице виднелось раздраженное выражение, но ее вопрос был более или менее приветливым.

– Лес не приближается… – задумчиво ответил мальчик и кивнул по направлению к деревьям.

На удивление, девочка ничего не ответила, не кинула едкую реплику, а просто села на песок. Мальчик сел рядом.

– Такое бывает только во сне. Только во сне, – твердо прошептала девочка. – А чей же это сон?

Мальчику начали надоедать эти разговоры, ведь в них не было смысла. Если все происходящее являлось сном, то таким, о котором наутро хотелось забыть.

– Да плевать, чей это сон. Дело не в этом, а в том, что делать дальше. У нас только два варианта – лес и море. Ты долго собираешься плыть? Хватит сил пересечь горизонт? А?

Мальчик изменился. Из тихого, молчаливого и задумчивого он превратился в нервного, не контролирующего себя безумца. Глаза в лучах солнца сверкали, плечи судорожно тряслись при каждом выговариваемом слове. Царствовала паника, которая сжирала подростка.

– Я не умею плавать… – прошептала девочка и повернулась к морю.

А море было прекрасным.

«Это хороший сон», – подумала девочка и смущенно улыбнулась, так, чтобы мальчик не заметил.

Она часто бывала у моря. В отличие от родственников мальчика, семья девочки стабильно, раз в пару-тройку месяцев, выбиралась на пляж. Отец девочки был главным редактором в одном успешном издании, носил очки-половинки, одевался очень скромно, имел довольно-таки тяжелый характер и воспитанию дочери уделял самый минимум. Он любил свою дочь, жену, но работа, отнимавшая у него большую часть свободного времени, с каждым днем хотела все больше.

Иногда он жалел, что завел семью, позволил своему ребенку родиться, а пленительная красота жены привела его к браку.

Порой отец девочки хотел развестись, но это могло серьезно ударить по его репутации.

Если бы ему однажды предложили отмотать пережитое назад и поставили перед выбором – семья и отсутствие любимой работы или обет безбрачия и посвящение максимального количества времени изданию, он бы с удовольствием выбрал второй вариант.

Мальчик и девочка сидели на песке.

Перед ними раскинулась вечерняя заря – закат их усилий, желаний.

Тихая, грустная обреченность лежала на их лицах, такая, которая бывает в те моменты, когда руки опускаются сами, а мысли заняты пустотой.

– Почему все так? – произнес слабым, лишенным жизни голосом мальчик.

– Наверное, так надо, – ответила девочка.

– Кому?

– Тем, кто создает наши сны.

Они помолчали, готовя ответные реплики.

– Мне кажется, сны создаем мы сами. Это же то, что остается в наших головах, а фантазия потом их просто дорабатывает, – с чувством собственного достоинства произнес мальчик и улыбнулся.

– Как ты учишься в школе? – внезапно спросила девочка и повернулась к мальчику.

Тот встрепенулся. Мысли о школе вызывали сухое чувство недовольства, отвращения, всплеск тех самых чувств, которые возникают при виде чего-то неприятного, способного оставить отпечаток в виде постоянно кровоточащих ран.

– Вполне хорошо, – коротко ответил мальчик.

Конечно, он поскромничал, ведь с успеваемостью у мальчика было все прекрасно, но парень не хотел об этом говорить.

– Здорово тебя достают там? – не отступала девочка.

– В смысле?

– Ну, лезут к тебе, да? Обзывают? Из-за хороших оценок, – пояснила она.

Мальчик снова отвернулся.

Его разъедали стыд, частички обиды и немного грусти.

– Бывает, – чуть слышно пробормотал мальчик.

– Это плохо, – вздохнула девочка.

Печально, но девочка и сама оказалась именно из тех ребят, которые причиняли страдания и не давали прохода таким, как мальчик.

Девочка с другими детьми прятала портфели, рисовала на спинах мелом, толкалась, рвала тетради и делала еще массу неприятных вещей. Простые забавы с непростыми последствиями для некоторых детей в далеком будущем.

Она не сказала об этом мальчику, ей стало стыдно.

Время, словно вода в пригоршне, медленно просачивалось через материю жизни и падало в пустоту. День близился к ожидаемому концу – закату солнца и темноте, а они не могли пройти к деревьям.

Дети уже смирились: выхода им сегодня не видать, но оставалась надежда, что завтра все изменится.

Настанет день, и они проснутся в своих теплых кроватях.

Однако именно сейчас стало подступать истощение. Голод тянул внутренности куда-то вниз, сковывал и заставлял сжиматься весь организм. Подавляя приступы тошноты, мальчик лег на песок и свернулся калачиком.

Девочка продолжала сидеть рядом и смотреть на закат. Когда солнце скрылось за горизонтом, она встала и подошла к морю.

Сняв туфли и чулки, она, мягко ступая, вошла в воду. Последняя, нагретая дневным солнцем, мягко обволакивала ступни.

Тихо шептал прибой, вдалеке ворковали птицы. Девочка шла, мягко рассекая ногами воду.

Ее посетило странное ощущение счастья. Это чувство оказалось сродни тому, когда из дома все уходят, ты остаешься в одиночестве, наслаждаешься тишиной, занимаешься своими делами и никто тебе не мешает.

Девочка уже не ждала конца сна, она страстно желала, чтобы это все не заканчивалось.

Развернувшись, она пошла обратно. Нашла в полумраке силуэт лежащего мальчика, и улыбка чуть тронула уголки ее губ.

Побродив по пляжу, девочка пошла обратно, к спящему мальчику, легла рядом и смежила веки.

Обычно перед сном она еще долгое время листала ленты соцсетей, смотрела ролики и фотографии, и потом, окончательно устав, убирала телефон в сторону и засыпала.

Сейчас телефона не было, также отсутствовало желание им пользоваться, спать не хотелось. Немного полежав, девочка повернулась на спину и открыла глаза.

От увиденного захватило дух.

Тысячи звезд, таких близких и одновременно далеких, открылись взору. Казалось, целая Вселенная протягивала девочке руки и звала в свои объятия.

Девочка много раз видела море, но она и не подозревала, что существует океан, в котором плавают звезды.

У нее присутствовало ощущение небывалого до этого момента возбуждения от увиденного. Это было то же самое чувство, которое возникает в моменты встреч с произведениями искусства. Симптомы были практически идентичны синдрому, когда человек находится под воздействием шедевров.

Сейчас перед девочкой открылось зрелище намного величественнее и прекраснее, чем какая-то картина.

Полотно небывалых размеров, на котором нашел покой весь мир. От сверхмалых частиц до могущественных галактик – все заставляло трепетать струны души.

Девочка посмотрела на мальчика – тот по-прежнему лежал, скрючившись, вероятно, от холода. Хоть вокруг и царила темнота, девочка была уверена: мальчик дрожит.

– Укрыться бы чем-нибудь… – прошептала девочка.

Вздохнув, она снова легла на спину и закрыла глаза. Спать по-прежнему не хотелось.

В голове роились десятки мыслей, и девочка не могла сосредоточиться.

Вдруг раздался шорох. Девочка присела и оглянулась.

Все оказалось по-старому, только возле мальчика появился странный квадратный плоский предмет.

Страх подступал все ближе, но любопытство взяло верх.

Придвинувшись к неизвестному предмету, она поднесла к нему руку и почувствовала ткань.

Вскинув от удивления брови, девочка подняла и развернула предмет. Это был обыкновенный плед.

Девочка от неожиданности замерла и оглянулась. Стоило ей только подумать, и мысли приняли материальную форму. Взяв плед, она снова легла и почувствовала, что полуночный холод накрывает ее с головой, а кожа покрывается мурашками. Внезапно перед ней встал выбор – укрыть пледом мальчика или же согреться самой.

Недолго думая, девочка снова встала с песка, подошла к мальчику и без долгих раздумий нежно и бережно накрыла товарища по несчастью пледом.

Девочка видела, что мальчик, поежившись, улыбнулся и закутался в плед с головой.

Вернувшись на свое место, девочка легла на холодный песок и снова закрыла глаза, теперь уже в последний раз за сегодняшний день.

Так для мальчика и девочки закончился день, казавшийся одним большим сновидением.

Дети не знали: лес, в который они так сильно желали попасть, вдруг снял запрет, и проход освободился.

***

Ящерица была голодна.

Рыская между камнями, она искала пауков, моллюсков, червей, однако все поиски кончались неудачей.

Когда силы стали иссякать, ящерица взобралась на валун, стоящий в нескольких десятках метров от моря, и принялась высматривать добычу сверху.

Она заметила две лежащие фигурки. Вытянув шею, ящерица пристально вглядывалась, пытаясь понять, съедобно ли то, что сейчас терзало взгляд.

Вопросы остались, а животное сознание по-прежнему молчало. Ящерица покинула валун и, петляя, поползла вперед.

Обежав вокруг лежащих детей, она взобралась на одного из них, укрытого куском ткани, и обнюхала.

От человека ничем съедобным не пахло. Ящерица скользнула по телу, миновала пояс, легко прошла по груди и взобралась на шею мальчика.

Последний шевельнулся, тронул шею, почесал, но не проснулся.

Ящерица переместилась на землю, оказавшись рядом с головой мальчика, и начала изучающе его разглядывать.

И под стечением неведомых обстоятельств мальчик вдруг проснулся.

Несколько секунд он прозрачным взглядом смотрел перед собой, потом, увидев ящерицу, сидевшую прямо перед ним, мгновенно изменился в лице.

Улыбнулся, а потом вскочил, скинув с себя плед.

Ящерица стояла не шелохнувшись.

Она не испугалась мгновенного пробуждения и резких действий, а просто стояла и рассматривала мальчика.

– А ну, иди отсюда, иди, – бормотал мальчик, махая рукой.

Нехотя ящерица сдвинулась с места и побежала к уже знакомому валуну.

Мальчик вздохнул и повернулся к тому месту, где спал.

Подняв плед, он с интересом и непониманием взглянул сначала на него, потом на девочку.

– Откуда взялось одеяло? – спросил мальчик и, недолго думая, аккуратно укрыл спящую подругу.

Девочка спала довольно чутко и, хоть она не проснулась двадцатью секундами ранее от возгласа мальчика, от прикосновения пробудилась.

Открыв глаза, девочка выпрямилась, укуталась в плед и посмотрела на мальчика.

– Доброе утро, – улыбаясь, приветливо сказал мальчик.

Девочка кивнула и, зевнув, огляделась.

Мальчик стоял, переминаясь с ноги на ногу. Он вспомнил, как резко вчера отвечал девочке, сорвался на нее, почти оскорбил.

– Ты прости меня за вчерашнее, – смущаясь, чуть слышно сказал мальчик, и теперь засветилась девочка.

– Хорошо, – кивнула она и встала.

Отряхнувшись от налипшего на одежду песка, девочка потянулась и зажмурилась.

Даже несмотря на то, что ее одежда была изрядно испачкана, волосы взъерошены, а лицо помято, мальчику она казалась очень красивой.

Вчера парнишка не обратил внимания на ее внешность, но сегодня, когда настал второй совместный день их жизней, он, застыв на месте, стал оглядывать буквально каждый сантиметр ее тела.

Девочка, заметив пристальный взгляд мальчика, смущенно улыбнулась:

– Почему ты так смотришь?

Мальчик встрепенулся и, опустив голову, отошел в сторону. Встав к девочке спиной, он стал всматриваться в сторону леса.

Лес казался для него единственной надеждой на спасение.

Чувство голода давно притупилось. Была лишь пропасть, зияющая на месте пустого желудка, и слабость, которая давила непосильным грузом.

Девочка, которая привыкла понежиться с утра в кровати, сейчас чувствовала себя неуютно.

Помимо отсутствия элементарных норм гигиены, с ней постоянно находился мальчик, что автоматически формировало своеобразный дискомфорт.

Для мальчика же, с раннего детства грезившего приключениями, подвигами, героическими свершениями, было честью помогать даме, быть для нее рыцарем, который вытащит их из этой западни.

Девочка, стоя по колено в воде, умывалась, а мальчик на берегу украдкой поглядывал на нее.

Сделав нерешительно пару шагов в направлении леса, он вдруг ускорился и пошел прочь от пляжа.

Девочка не видела этого. Она продолжала утренние процедуры, прибрежные воды так же ласкали ее ступни, и ей было не до мальчика.

Последний же все дальше отходил от моря. Периодически оглядываясь, он замечал, что море постепенно отдаляется, а лес начинает медленно приближаться. Исчез вчерашний эффект удаления – лес на самом деле становился все ближе. Дыхание мальчика участилось, он уже буквально бежал.

Прошло еще несколько минут, и вот мальчик уже стоял возле дерева.

Не веря своему счастью, мальчик подошел к нему и прислонился грудью к шершавому стволу.

Слабо улыбнувшись, мальчик закрыл глаза и, не отпуская дерево, начал медленно опускаться на землю.

Девочка, немного побродив по воде, решила вернуться назад и, к собственному удивлению, заметила, что мальчика не было.

Он исчез.

Оглянувшись, девочка мельком взглянула на лес, понимая: мальчик туда не мог уйти. Тем более уйти без нее.

Взяв плед, девочка двинулась вдоль пляжа, постоянно осматривая местность.

Пройдя несколько десятков метров в одну сторону, развернулась и зашагала обратно. Она не знала, что делать.

Вдруг раздался крик. Повернувшись к лесу и увидев очертания мальчика, стоявшего возле деревьев, девочка инстинктивно сделала шаг вперед.

– Это невозможно, – прошептала она, почувствовав, как внутри что-то оборвалось и рухнуло вниз.

Мальчик стоял возле деревьев, махал руками, звал ее, а потом, вероятно, не выдержав внутреннего порыва, бросился бежать к ней. Девочка, прибавив шаг, тоже поспешила навстречу.

Мягко проваливаясь ступнями в песок, она чувствовала: от истощения колени начинают слабеть, но все бежала, бежала…

Расстояние между ними стремительно сокращалось. Когда до мальчика оставались считаные шаги, девочка вдруг ощутила: сил бежать больше нет.

Через пару секунд она упала в объятия мальчика.

Тот аккуратно и крепко держал ее, а девочка осознавала, что в глазах начинает мутнеть. Мальчик опустил ее на песок, и девочка потеряла сознание.

Глава 2

– Играй живее, веди себя естественно. Меньше фальши, представь, что все это происходит на самом деле. Добавь эмоций, вселись в своего персонажа.

Женщина замолчала. На ней были надеты джинсы, белая футболка, а поверх – красная расстегнутая рубашка в черную клетку.

Темные волосы заплетены в косу.