50 пищевых привычек. Как изменить пищевое поведение и всегда оставаться здоровым

Если все пищеварительные процессы были эффективными, то теперь имеется изобилие растворимых питательных веществ для кровотока, которые распределяются по голодным клеткам по всему телу. Важно понимать процесс, по крайней мере, на уровне только что представленного чрезмерного упрощения, чтобы лучше понимать, как здоровье теряется или восстанавливается в результате приема, переработки (переваривания) и всасывания еды и выведения остатков из организма.

Теперь мы должны перейти к рассмотрению основной темы этой главы, вопроса о количестве потребляемой пищи и ее влиянии на организм, когда это количество является чрезмерным. Здесь моей целью будет показать, что даже самая лучшая пища, съеденная в избытке, является причиной засорения организма и, как следствие – возникновение болезней и чем более нездоровая и грубая пища, естественно, тем быстрее и более определенные причины загрязнения организма и худшие болезни.

Многим читателям это, несомненно, покажется чем-то вроде парадокса, если не сказать очень забавным для меня посвятить целую главу вопросу питания, когда я, в этой книге отстаиваю необходимость полного воздержания от приема пищи для организма – в виде голодания. Но нужно помнить, что голодание любой продолжительностью должно прекратиться через некоторое время и с этого момента прием еды будет возобновлен на регулярной основе. Кроме того, многие люди, вследствие имеющихся у них обязательств (а точнее болезней) или вследствие отсутствия полной веры в свой организм – не могут или не желают вступать в полное и продолжительное голодание, но могут быть убеждены провести серию коротких голоданий, чередующиеся со днями бесслизистой еды. Во всех таких случаях еда, конечно, требуется, как и во время обычного питания – жизнь требуется. Хиреворд Каррингтон писал в книге «Жизнеспособность, голодание и питание»: «Только в условиях болезни организма потребление пищи является вредным. В таком случае перед нами стоит следующий вопрос: Учитывая достаточно здоровый организм, который способен ассимилировать и использовать пищу с пользой и при условии, что подаваемая пища тщательно пережевывается и не переваривается в слишком больших количествах – какой вид пищи является наилучшим для обеспечения организма, чтобы получить от него наилучшие результаты?

Другими словами, какая пища при прочих равных условиях является лучшей для выздоравливающих и здоровых людей? Ведь должен быть какой-то выбор в разрешенных пищевых материалах – очевидно, что все продукты не одинаково полезны»? Доктор Эдвард Дьюи, Горацио Флетчер и целый ряд других авторов придерживаются мнения, что это не имеет большого значения при условии, чтобы количество пищи было достаточно невелико, а жевание проводилось достаточно долго.

Опять же, многие продукты можно считать более или менее естественными и полезными в любое время и в любых обстоятельствах, в то время как другие продукты неестественные и вредные для организма в любое время и при любых обстоятельствах. Степень вреда зависит от количества съеденного продукта, чем больше съедено, тем больше вреда для организма.

Мы полагаем, что каждый компонент питания должен быть более или менее полезным для здоровья или более или менее вредным, а философия, разум и опыт должны определять для нас, в какой степени, что есть что. Если это так, то для сохранения здоровья и силы следует употреблять только те продукты, которые оказались наиболее полезными, поскольку тот факт, что организм может усваивать и использовать и, без каких-либо видимых побочных эффектов, устранять определенные продукты питания, не такие здоровые (или даже крайне нездоровые) просто доказывает, что организм может противостоять плохому влиянию этих последних продуктов. Все это никоим образом не доказывает, что более высокий уровень здоровья, силы и жизнеспособности не был бы представлен, если бы было съедено большее количество нормальной пищи – и в этом случае та энергия, которая была использована для преодоления и изгнания нездорового пищевого материала, можно было бы использовать с большей выгодой в другом месте для сохранения структурной целостности организма. Кроме того, я убежден, что то, что является хорошей и здоровой пищей для одного человека, обязательно будет полезно и приемлемо для другого субъекта. Одни и те же продукты одинаково вредны или полезны для всех. Только ошибочные убеждения и ложные учения медицинского сообщества мешают нам осознать полную истинность этого утверждения. Многие врачи неизменно и стойко утверждали, что то, что является хорошей и полезной пищей для одного человека, не обязательно хорошая и здоровая пища для другого, что индивидуальная идиосинкразия, отличающая чувствительность организм одного от организма другого, является достаточно полной и абсолютной, чтобы оправдать предположение, что пища может быть полезной для одного человека и вредной для другого. Короче говоря, они продвигают и защищают то, что доктор Пейдж так ловко назвал «самым глупым из всех афоризмов», а именно: «Для одного человека мясо, для другого яд».

Следует отметить, что, за исключением человека, каждый вид животных питается своей видовой и особенной пищей. Все собаки, например, в здоровом состоянии едят практически одну и ту же пищу и примерно в одинаковом количестве, а когда болеют то всегда и при любых обстоятельствах – проводят голодание. Точно так же и с любыми другими видами животных. Каждый вид имеет свою видовую и естественную пищу, назначенную природой. Любые попытки отклониться от этого питания и жить за счет не видовой, неестественной пищи должны неизбежно ослабить, лишить жизнедеятельности и, в конечном итоге, уничтожить организм животного, пытающегося таким образом жить вопреки неизменным природным законам питания.

Если это верно для всех других видов животных, то это должно быть верно и для человека. Хотя есть большие индивидуальные различия и идиосинкразия, которые необходимо учитывать, тем не менее, как указал доктор Пейдж в книге «Как кормить ребенка» (с. 56):

«Все люди в зачаточном состоянии похожи и тело каждого человека создано по определенному образцу, который соответствует общим принципам, применимым ко всем людям».

Для человека существует естественная видовая пища, как и для другого вида животных и любой отказ от этого питания рано или поздно должен проявиться в той или иной форме болезни. Обратное было бы просто немыслимо. Если бы это было возможно, это означало бы, что в Природе есть закон, который можно безнаказанно нарушать, без последующих пагубных последствий. Такого закона человек еще не открыл и его никогда не откроют, поскольку его не существует.

Итак, мое главное утверждение заключается в следующем:

У человека, как и у любого другого животного, в природе существует видовая и стандартная пища и человек должен ограничить свой рацион только этой пищей, чтобы сохранить здоровье. Любое абсолютное отклонение от этой системы питания, такая, например, как постоянное питание пищей, искусственной или предназначенной для другого вида животных, неизбежно приведет к болезни и смерти. Говорит доктор Уэйт в своей книге «Эксперименты по влиянию мышечной работы на усвояемость пищи и метаболизм азота» (с. 39):

«Индивидуальность оказала гораздо меньшее влияние на пищеварение, чем можно было ожидать». На все это можно ответить, что практический опыт показал нам, что одни и те же продукты не подходят всем, что один человек может съесть и насладиться одним продуктом, в то время как это вызывает тяжелое несварение желудка или другие проблемы у другого. Я открыто признаю все эти различия, но не думайте, что это хоть сколько-нибудь меняет или влияет на мою собственную позицию. Это никоим образом не опровергает фундаментальный принцип, согласно которому все люди должны полностью питаться своей видовой пищей. Видовая пища человека легко переваривается без каких-либо нежелательных результатов, которые нельзя было бы ожидать в случае неестественной пищи.

Теперь, если допустить, что одни продукты обязательно лучше для нас, чем другие, то следующий вопрос, на который необходимо найти ответ – какая пища является лучшей для человека? Исходя из вышеизложенных рассуждений, мы можем определенно заявить, отвечая на этот вопрос – самая естественная.

Если тогда допустить, что самые естественные продукты будут, при прочих равных, лучшими, тогда, в свою очередь, возникнет вопрос: какая пища самая натуральная? И пытаясь ответить на этот вопрос, мы сразу же вступаем в одну из самых ожесточенных битв в истории медицины. Вопрос, является ли человек вегетарианцем от природы, является ли мясо нормальной и полезной пищей для человека? Короче говоря, является ли человек плотоядным, травоядным, мясоедом, плодоядным или всеядным по своей природе – это один из самых горячих споров в истории медицинской науки. Но это вопрос, в который я не могу здесь входить, каким бы интересным ни было его обсуждение. Я только скажу, что с любой мыслимой точки зрения аргументы в пользу вегетарианства (или фрукторианства) со временем становятся все сильнее и сильнее.

То, что сейчас потребляется «слишком много мяса», является общепризнанным, но то, что человек может вообще обойтись без мяса и стать лучше, здоровее и сильнее от полного прекращения его употребления – это может показаться моим читателям, на первый взгляд, преувеличением. Но это отнюдь не факт. Мясо не является естественной пищей человека, поскольку человек не является ни плотоядным, ни всеядным животным – что бы ни говорили физиологи. Все аргументы взяты из сравнительной анатомии, физиологии, химии, опыта, наблюдений и, при правильном использовании, здравый смысл, а также аргументы с сельскохозяйственной, гигиенической, этической и гуманитарной точек зрения – все соглашаются в доказательстве того, что человек не является мясоедом и что, если он действительно занимается этой практикой, это ему только во вред. На самом деле человек сохраняет здоровье вопреки, а не благодаря такой нездоровой, не видовой, неестественной и ненормальной привычке. Человек никогда не может быть таким здоровым при преобладающем «смешанном» питании, каким бы он ни был, он должен был следовать диктату Природы и жить своей естественной пищей – фруктами, овощами, зеленью и орехами, съеденными в сыром, примитивном виде.

С помощью химического анализа можно показать, что каждый элемент организма человека должен присутствовать в этих естественных продуктах питания в их надлежащей пропорции, А при приготовлении пищи, например, при термической обработке, эти питательные элементы становятся «мертвым мусором». Также было найдено, что питательные вещества обеспечивают определенный уровень жизненной энергии, которые никогда не давала и не могла обеспечить никакая приготовленная, искусственная пища. Естественное питание человека должно быть универсальным и полезным для всех людей.

Как говорит доктор Холхрук в книге «Еда для силы» (с. 50): «Приготовление пищи разрушает жизнь. Я не говорю, что эти продукты никогда не следует готовить, но только то, что они теряются в приготовлении, особенно если мы можем съесть их идеально свежими и живыми… В кулинарии теряется жизнь и душа фруктов».

Доктор Шликкейзен также пишет в книге «Фрукты и хлеб» (с. 28): «Наконец – и это момент, который физиологи до сих пор совершенно упускали из виду – пища должна содержать определенную электрическую жизнеспособность. Хотя истинное происхождение и природа жизненной силы пока не известно, мы считаем, что это тесно связано с электричеством, не в меньшей степени, чем со светом и теплом. Такая же жизненная сила сохраняется в сырых растениях и фруктах, но она сильно ухудшается во всех наших кулинарных процессах».

Я знаю, что по этому вопросу я получу бесчисленное количество возражений по очень многим причинам. Я не могу остановиться здесь, чтобы рассмотреть их, поскольку я надеюсь сделать это более подробно в книге о здоровом питании в целом – в которой я буду рассматривать качество продуктов так же, как я рассматриваю их количество в настоящей книге. Однако здесь я должен ответить только на одно возражение – наиболее часто возникающее в пользу его принятия – поскольку я уверен, что однажды оно обязательно придет в голову моему читателю. Можно утверждать – и это очень распространенное и, по мнению многих, очень серьезное возражение, что человек, проживший столько веков на приготовленном или предположительно неестественном питании, теперь более приспособлен к этому питанию, чем к своим первоначальным, сырым продуктам питания – и что попытка вернуться к такому питанию будет сопровождаться тяжелыми и катастрофическими последствиями для организма человека. Как заметил доктор Гудфеллоу в книге «Пищевое значение хлеба» с. 166):

«Условия жизни так изменились, что естественная пища наших предков теперь была бы неестественной, живя, мы, в тех других условиях».

Но это возражение полностью опровергается фактами, которые заключаются в том, что те, кто предпринял попытку реформы – вернуться к первоначальным, видовым и естественным условиям, в том, что касается их питания, сделали это легко и быстро – ничего, кроме заметной выгоды для себя – физической и моральной. Опять же, это утверждение опровергается, как мне кажется, тем фактом, что никаких анатомических изменений в пищеварительном аппарате человека не происходило с самых древних времен.

Хиреворд Каррингтон в книге «Жизнеспособность, голодание и питание» писал (с. 56): «Если тело постепенно «привыкло» к приготовленной, не видовой и неестественной пище, этого, конечно, никогда не могло быть – ведь адаптивная способность Природы была слишком велика во всех случаях, когда такая адаптация действительно необходима или в каком-либо смысле является «естественной». На самом деле организм человека вообще не был адаптирована к новому питанию – и это не менее пагубно для здоровья человека сейчас, чем когда-либо. Утверждение, что нездоровая пища может стать здоровой для организма человека – просто потому, что несколько поколений людей уже жили таким образом – для меня является абсолютно неприемлемым. Лучше предположить, что последствия такого искусственного питания могут привести к ухудшению состояния здоровья людей, живущих таким образом и это уже соответствует действительности. Позвольте мне проиллюстрировать то, что я имею в виду, более ясно: предположим, что семья всегда воспитывалась в нечистой атмосфере – редко или никогда не дышала чистим воздухом. Предположим, что потомки этой семьи также были воспитаны в тех же условия – и их дети тоже, и так далее, в течение ряда поколений. Что мы должны ожидать по истечении этого времени? Если какие-либо члены такой семьи вообще существовали, не следует ли нам ожидать найти в них испорченную, больную группу особей? Безусловно, мы должны! И у нас вряд ли возникнет искушение утверждать, что продолжающееся подчинение этому отвратительному воздуху каким-либо образом будет более нормальным или более здоровым, чем чистый наружный «природный» воздух. Разве какой-нибудь врач не утверждал бы, что в результате перехода такого человека из грязной атмосферы в чистую не может быть ничего, кроме хорошего и немедленного блага? Разве у него возникнет искушение заявить, что любое количество поколений, живущих в такой атмосфере, может сделать ее лучше и нормальнее для последнего поколения, чем для первого?

И почему это не должно относиться и к еде? Какие есть логические основания утверждать, что закон Природы применим в одном случае, а не в другом? Независимо от того, сколько поколений проживало на ненормальном, не видовом, извращенном питании – возвращение к первоначальному, видовому, естественному питанию может сопровождаться только большой и постоянной пользой для всех людей, как больных, так и здоровых.

Поскольку любая система лечения является новой, это не обязательно доказывает ее ложность – как, кажется, думает большинство врачей. Отнюдь нет. Новая система питания неизменно опирается на факты – без них в наши дни было бы невозможно отстаивать какое-либо новое дело. Прежде чем пытаться подробно описать лечение голоданием или рассмотреть какой-либо этап физиологии процесса пищеварения, от которого зависит такое лечение, нам, необходимо рассмотреть вопрос о количестве потребляемой пищи, необходимой, чтобы питать организм и поддерживать его здоровье.

1. Можно мне возразить, что вся эта теория голодания и все предыдущие и последующие аргументы основаны на идее, что такой излишек пищи постоянно потребляется человеком на протяжении всей его жизни, чтобы сделать голоданием крайне необходимым.

2. Можно возразить, что большинство людей не едят в таком избытке, как я указал и не переедают в той мере, в какой, как я утверждал, они едят и должны есть.

«На самом деле, – может возразить читатель:

– во-первых, мои друзья всегда считали меня очень умеренным едоком,

– во-вторых, моя еда не слишком богатая или неудобоваримая, а простая и полезная,

– в-третьих, я ем всего три раза в день.

– в-четвертых, так каким же образом вы можете подтвердить свое утверждение, что все болезни являются результатом моего переедания, и что в таких случаях, как мой собственный (что, в конце концов, вероятно, очень средний) случай – болезнь и смерть – такие отвратительные явления, как вы представляете, появляются просто в результате моих пищевых привычек? Этого не может быть, это просто невероятно!»

Насколько я понимаю, именно такой аргументации придерживаются большинство людей, когда впервые прочтут теорию причины всех болезней, особенно то, что фактически этой причиной является постоянное и чрезмерное переедание. Это человеческое, а не логичное отношение демонстрирует наше естественное отрицание того, что болезни навлекаем на себя мы сами – наши собственные пищевые нарушения физиологического закона Природы из-за чрезмерной любви к поеданию пищи. И это причина возникновения болезней не связана ни с микробами, ни с загрязнением окружающей среды, ни с наследственностью, ни с какими-либо внешними и неконтролируемыми действиями или условиями.

Вопрос не в том, сколько человек может съесть и сохранить здоровье, а в том, как мало он может съесть и сохранить свою физиологическую целостность и умственные способности. Другими словами, цель состоит в том, чтобы понять, сколько еды можно потреблять безопасно, не вызывая появления и развития болезней, при этом – не снижая уровень жизненной энергии.

Поддержание жизни должно происходить на минимальном количестве пищи, насколько это возможно, по причине того, что это количество точно отражает фактические жизненные потребности организма и любое количество пищи сверх этого минимума было бы просто – перееданием, что является основной причиной всех болезней человека. Пища, в которой тело не нуждается и вынуждено от нее избавляться – пропуская ее через свою систему пищеварения, за счет затрат своей жизненной энергии. Таким образом, каждый лишний грамм пищи, которая на самом деле телу не нужна, но прошедшая через него от ротовой полости до ануса – является пустой тратой нашей энергии. Какая это огромная трата я постараюсь сейчас продемонстрировать. И, чтобы вы не думали, что я одинок в этом положении, я цитирую следующие отрывки, которые убедительно подтверждают мое мнение. Говорит доктор. Т. Л. Николс в своей книге «Лечение питанием» (с. 22): «Человек может переварить и утилизировать в три раза больше еды, чем ему действительно нужно. На одну унцию (28 граммов) больше, чем ему нужно – это уже напрасная трата сил, пустая трата жизни. Мы тратим жизнь на то, чтобы съесть больше еды, чем нам нужно, переварить ее, а затем избавиться от нее. Вот тройная трата. А ведь у нас есть другие дела в этом мире, кроме поедания ненужной еды и напрасной траты наших сила».

Говорит доктор Эдвард Дьюи в своей книге «План без завтрака или лечение голодом» (с.80) «… Подумайте об этом! Настоящая сила души, участвующая в избавлении… очищая желудок и кишечник от грязных сточных вод излишка пищи, которая находится в состоянии разложения и должна быть вытеснена через весь кишечник, в значительной степени за счет энергии тела»

Говорит доктор Сильвестр Грэм в своей книге «Наука о человеческой жизни» (581): «… Каждый человек, как правило, должен сам сдерживать себя в еде до минимального количества, которое он обнаружит в результате тщательного исследования, просвещенного опыта, и наблюдений, для того, чтобы полностью удовлетворить пищевые потребности жизненно важной экономики своего организма, зная, что все, что больше этого количества – это зло…»

Можно подумать, что я переоцениваю и преувеличиваю количество нервной или жизненной силы, которая, таким образом, расходуется на цели пищеварения. И что количество фактически затраченной энергии всем организмом не будет иметь ничего общего с этой энергией, бездарно потраченной на излишнее питание или она все же будет иметь важное значение. Я могу только сказать, что я не согласен с этой точкой зрения и что я не только не переоценивал ее, но и сильно недооценивал количество силы, ежедневно используемой таким бездарным образом для пищеварения избытка пищевого материала.

Масштабы этого пищеварительного «налога» косвенно признаются врачами, когда они прописывают своим слабым пациентам «легкоусвояемую пищу» – таким образом, молчаливо признавая огромную потерю нервной энергии, необходимую для выполнения всех пищеварительных процессов. К сожалению, они не осознают глубокого значения этого факта.

«Легкоусвояемыми» продуктами всегда считаются продукты, требующие быстрого пищеварения, не принимая во внимание конечные эффекты переваривания пищи, которые могут быть гораздо менее полезными, чем у продуктов, требующих более продолжительных усилий по перевариванию. Как заметил доктор Р. Т. Трэлл в книге «Гидропатическая поваренная книга» (с. 121): «Распространенная ошибка заключается в том, что пищевые продукты, которые быстрее всего растворяются в желудке, легче всего и перевариваются. Хорошо известно, что испорченное мясо или подобное разлагающееся мясо «проходит» через желудок и превращается в однородную химическую массу раньше, чем свежее мясо или даже самый лучший хлеб. Но вряд ли со здравым смыслом было бы называть такую полусгнившую плоть самой полезной или наиболее легко усваиваемой».

Опять же, некоторые врачи упорно настаивают на том, что в кишечнике постоянно должно быть определенное количество или «масса» пищи, с которой можно работать и если эта «масса» не будет доставлена в кишечник, то последуют пагубные последствия. С другой стороны, с необычайной непоследовательностью прописываются продукты, которые практически не требуют переваривания пищи в кишечнике – так как все всасывается в желудке! Я спрашиваю, не лучше ли давать пищу, требующую для своего переваривания более или менее равных усилий по всему пищеварительному тракту и только в тех случаях, когда такая пища необходима и может быть легко усвоена?

Хиреворд Каррингтон пишет в книге «Жизнеспособность, голодание и питание» (cс. 104–106): «Вернемся, однако, к вопросу о количестве энергии, затрачиваемой на переваривание и удаление пищевых продуктов. Думаю, с помощью очень простой иллюстрации можно пояснить, что эта сумма огромна. Предположим, мы кладем на ладонь руки свинцовый или железный шар весом, скажем, один фунт (0,453 кг). Теперь давайте представим, что нас принудительно заставляют двигать рукой с этим шаром, непрерывно, в течение двух часов, никоим образом не прекращая и не ослабляя своих манипуляций. Мы должны вращать и крутить этот шар и непрерывно перемещать его во всех возможных направлениях в течение отведенного периода времени. Как вы думаете, как мы должны иметь возможность выполнять такую задачу и не утомятся ли мышцы и нервы задолго до того, как истечет назначенное время – да, даже по истечении всего лишь нескольких минут? Можем ли мы, таким образом, манипулировать и управлять этим весом – хотя бы раз в день? И все же это именно то, что нам нужно от нашего бедного желудка, когда мы проглатываем полкило еды! Мышцы живота также должны взбивать, вращать едой в желудке и сила, которая их приводит в действие, в этом случае тоже нервная или жизненно важная. Мы требуем этого от желудка не только один раз в день, а несколько раз и еще неверно думаем, что на самом деле травмируем желудок, если даем ему отдых! Разве не очевидно, какая огромная жизненная сила здесь постоянно используется и как эту силу можно было бы использовать где-то еще, например, для выполнения телесной и умственной работы или для лечения болезненных состояний – если бы у нее была только возможность сделать это?

Доктор Ф. М. Хит писал в своей книге «Почему умирают молодые» (с. 16): «Тысячи – да, а то и миллионы – едят больше, чем могут переварить и чья жизненная сила настолько истощена в бесконечной борьбе с ненужной пищей, что существование превращается в безнадежное, утомительное страдание».

Я знаю, что мне будут возражать, что в первом из приведенных выше примеров (в котором шар вращался в ладони) задействованы произвольные мышцы, а во втором – непроизвольные и что в обоих случаях не требуется ничего похожего на равные затраты нервной силы. Все, это я знаю и признаю. Но я хотел просто проиллюстрировать по аналогии, что первое должно требовать постоянных затрат нервной энергии – точно так же, как и другом варианте. И что величина этой энергии, несомненно, намного больше, чем обычно предполагается.