Колдовской замок. Часть II. Библиотека

– Надо попасть в мир трещин, – наконец выдал он, и сделал глоток, от которого на несколько мгновений поменял свой дымчато-серый цвет на бордовый.

– Куда попасть? – Козаура вытаращила на Чикаду глаза и перестала жевать капусту.

– Я не совсем правильно выразился, – смутился тот. – Имеется в виду мир аномалий, неправильностей, дефектов и тому подобного. Да, он существует. Но как туда попасть, и как там найти нужную нам трещину этого я не знаю!

– А нельзя ли нам влезть, как-нибудь в трещину в зеркале? – спросила Анджелика и тут же поняла, что сморозила глупость.

– Увы, нельзя! – Сказал Чикада, снисходительно улыбнувшись. – Трещина нарушила работу зеркала, и теперь оно не функционирует. Чтобы попасть в трещину, надо попасть в зеркало, но если зеркало не функционирует, попасть в него не возможно. Таким образом, круг замыкается, и выход придётся искать в другом месте!

– А нельзя ли сделать трещину самим в каком-нибудь другом месте и влезть через неё в этот аномальный мир? – не унималась Анджелика.

– Видите ли, принцесса!.. – начал Чикада, и тут глаза его округлились, а недопитый кубок выпал из трёхпалой руки и покатился по столу, разливая вино.

– Я должен подумать, – сказал он ни к кому, не обращаясь, и поплыл в сторону двери.

Козаура и Анджелика переглянулись.

– Пойдём, – наконец сказала Коза. – Утро вечера мудренее. Здесь есть пара более или менее приличных комнат, там и переночуем. Может за ночь наш умник чего-нибудь и придумает!

Давненько Анджелика так не спала! Наверное, целую вечность. Пара приличных комнат в замке действительно нашлась. Их приличие состояло в чистоте и аккуратности, в чем, несомненно, была заслуга Козы. Она поддерживала в этих комнатах порядок, чтобы пользоваться ими при посещении замка, и хоть обстановка в них была спартанская, девушке всё это показалось настоящей роскошью!

Простая деревянная кровать без всяких там балдахинов, застеленная настоящим, пусть и грубоватым, бельём, что ещё нужно для хорошего сна, когда человек вымотался в бесконечных схватках, погонях и прочих приключениях? А после сна, что может быть, лучше свежей прохладной водяной струи, если даже она льётся из примитивного умывальника? В общем, Анджелика выспалась, и даже громкий, взмекивающий храп Козы в соседней комнате, ей не помешал.

Однако непреодолимая потребность, усиленная вечерней дегустацией вина, подняла девушку на заре, когда весёлое солнце едва встало над горизонтом и выкрасило серые стены древнего замка в золотисто-розовый цвет. Козаура ещё накануне объяснила ей, где найти "нужные" покои и предупредила, что это не самое цивилизованное сооружение в мире.

И это оказалось на самом деле так! Место для отправления естественных потребностей в этом замке представляло собой проходную галерею с рядом окон по одной стене и рядом отверстий в полу по другой. Впрочем, эти отверстия были снабжены деревянными крышками и отделены от остального помещения ширмами, по большей части перекошенными и поломанными. Друг от друга отверстия ничем не отделялись, и перегородок между ними не было, (о средневековая непосредственность!), и оставалось только радоваться, что она здесь совершенно одна. Покончив с этой проблемой, Анджелика покинула галерею и решила прогуляться. Спать ей расхотелось, будить Козу раньше времени тоже было ни к чему. Подумав немного, она решила не бродить в одиночку по замку. Перспектива встречи с призраком старого графа её совершенно не привлекала. Поэтому, припомнив расположение лестниц и переходов, девушка направилась к выходу во внутренний двор, где уже побывала накануне.

Озарённый солнечными лучами, этот двор сейчас не казался таким мрачным и неприветливым. Трава, пробивающаяся между плит, была зелёной и украшенной мелкими разноцветными цветами. Пересохший фонтан в центре поражал искусством каменной резьбы, и Анджелика искренне пожалела, что из поднятых к небу волчьих пастей не извергаются потоки воды. Вдоль стен был зачем-то сооружён деревянный помост, протянувшийся по всему периметру. Он отлично сохранился, несмотря на явную древность, и Анджелика отправилась по нему гулять, как по тротуару, с наслаждением вдыхая свежий утренний воздух. Несколько маленьких птичек явились в это царство тишины, и, весело чирикая, принялись что-то склёвывать с травинок. Подул лёгкий ветерок, Анджелика зажмурилась от удовольствия, подставив лицо лучам поднимающегося солнца!

– Доброе утро, принцесса! – прозвучал совсем рядом звучный, красивый голос, от которого девушка, тем не менее, подпрыгнула. – Решили прогуляться? Очень разумно, я тоже обычно прогуливаюсь здесь по утрам!

Анджелика открыла глаза, и с изумлением заозиралась вокруг. Поначалу она ничего не увидела, затем какое-то марево промелькнуло у неё перед глазами, и, наконец, она смогла разглядеть на фоне стены два огромных голубых глаза и улыбающийся рот на знакомом, не вполне человеческом лице.

– Чикада, это вы! Доброе утро! – воскликнула она.– Извините, я вас сразу не заметила.

– Ну, это неудивительно, – отозвался Чикада, – меня трудно увидеть при солнечном свете. Это иногда создаёт некоторые неудобства, но частенько срабатывает мне на руку, как, впрочем, и способность летать или проходить сквозь стены…

– Летать! – мечтательно проговорила Анджелика.– Как это, наверное, здорово! Жаль, что люди лишены этого свойства.

– С чего вы это взяли? – искренне удивился Чикада. – Конечно, люди, как впрочем, и козы, тяжеловаты для полноценного полёта, но летать они могут. Можете мне поверить, всё зависит от способностей!

– Не может быть!

– Может! Вполне может, доверьтесь моему опыту.

– Вы хотите сказать, что я, например, могу вот так вот, взять и полететь?

– Вполне! Мне даже кажется, что у вас это получится лучше, чем у других. Например, Козауру я так и не смог научить.

– А что для этого нужно делать?

– Прежде всего, решить для чего вам это нужно. Вы твёрдо хотите овладеть этим искусством?

Анджелика задумалась. Странный вопрос – для чего это нужно? Хотя бы для того, чтобы, оказавшись, как вчера, на крыше, не бояться рухнуть с неё и разбиться. Чтобы иметь возможность перелететь через непреодолимое препятствие, покорить такую высоту, на которую невозможно забраться. Наконец, чтобы расширить свой мир, чтобы жить не на плоскости, а в объёмном пространстве, свободно передвигаясь в любом направлении. Какие возможности тогда бы открылись! А какое удовольствие можно получать от полёта! Ведь это древняя мечта человечества, которую удалось осуществить лишь частично с помощью громоздких, шумных, могучих технических средств. Всё это в один миг промелькнуло в голове девушки, и она радостно ответила:

– Да!

– Ну, что ж! – сказал Чикада. – В таком случае, не будем терять времени. Однако повторяю ещё раз – люди тяжеловаты для лёгкого, полноценного полёта. Поэтому вам необходимо, прежде всего, освоить полёт над самой поверхностью земли.

– И как это сделать?

– Сначала скажу вам чего делать не надо ни в коем случае. Прежде всего, не надо взмахивать руками. Это совершенно бесполезно. Можете лишь приподнять их и держать наготове на случай падения или столкновения, с каким-нибудь препятствием. Затем, не следует подпрыгивать, и тем более забираться на высокие предметы. Много народу разбилось, когда они пробовали прыгать с балконов, башен, скал, деревьев и так далее. Полёт должен начинаться с того места на котором вы стоите, можете лишь слегка оттолкнуться, чтобы придать первичное направление своему перемещению, да и то это нужно только начинающим. Запомните! Вы не птица и летать можете, только чувствуя притяжение земли и обращая его в противоположную силу для того, чтобы с помощью этой силы от земли отталкиваться! Когда научитесь управлять этой энергией, будете чувствовать себя свободно в стихии, где нет опоры для ног, а до тех пор будьте крайне осторожны! Скользите над землёй и не развивайте большую скорость, чтобы не врезаться в стену. Снимите вашу обувь, принцесса! Энергию земли надо чувствовать, прежде всего, всей кожей! Средневековые ведьмы недаром летали обнажёнными. Я, правда, вас к этому не призываю, можете попробовать потом, когда будете тренировать высокий полёт. А сейчас вам нужно только перелететь через двор и приземлиться на помост с той стороны. Ну, начинайте!

Анджелика развязала ремешки сандалий, сбросила их и подошла к самому краю помоста. Сердце её при этом бешено заколотилось, как будто этот помост был устроен не над самой землёй, а где-то под крышей.

– Успокойтесь и просто постойте и подышите, – продолжал Чикада свои наставления. – Постарайтесь почувствовать энергию, исходящую от земли. Помните – страх падения и неуверенность мешают оторваться от опоры гораздо больше, чем ваш вес. Отбросьте их, и, когда будете готовы – пробуйте!

Анджелика стояла на краю и старалась успокоиться. И это было нелегко! Она закрыла глаза, и дышала глубоко и ровно. Постепенно её сердце перестало выпрыгивать из груди, но никакой энергии земли она по-прежнему не чувствовала. Ну, не стоять же здесь до вечера? Надо попробовать этот самый полёт, чувствует она энергию или нет! В конце концов, что она теряет? И она решилась!

Слегка наклонившись вперёд и присев, Анджелика оттолкнулась от помоста, сделала прыжок и… приземлилась на твёрдые, шершавые плиты двора. Не удержавшись на ногах, она упала на четвереньки и, хотя это падение не было болезненным, стыд и разочарование захлестнули её и слёзы навернулись на глаза.

– Ничего, ничего! – раздался успокаивающий голос Чикады. – С первого раза ни у кого не получается. Вы не почувствовали энергию земли потому что не знаете, как выглядит это чувство. К сожалению его, очень трудно описать. В человеческом языке мало слов для изображения этого явления. Подскажу лишь только, что оно схоже с тем, что человек чувствует, входя в воду. Попробуйте ещё раз!

Анджелика, ничего не говоря, вернулась на помост, и встала на прежнее место. Она не была уверена в себе, и решила продолжать только из принципа – никогда не бросать начатое дело сразу, без борьбы. На сей раз, она стояла дольше, а потом мягко соскочила с помоста и снова вернулась на него. Так продолжалось некоторое время. Анджелика соскакивала и возвращалась, а Чикада без раздражения, мягко и упорно наставлял её, добавляя к своим объяснениям всё больше деталей. Постепенно девушка расслабилась, и её даже стала забавлять игра в прыжки, которая, по-видимому, ничем особенным для неё ни кончится…

Это чувство пришло как-то само собой. Анджелика, в очередной раз, стояла на краю помоста, и глядела на противоположную сторону двора. Вот она собралась прыгнуть, и даже согнула ноги в коленях, но в то же самое мгновение почувствовала, как её охватывает новое, непривычное ощущение. Прежде всего, она почувствовала, что мир вокруг неё наполнен чем-то лёгким, и в то же время сильным, всеобъемлющим и всепроникающим! Но это не было вещество, вроде воды или воздуха. Это была энергия, которая стала для неё осязаемой, и эта энергия поддерживала и питала всё в мире. Анджелика слегка оттолкнулась от помоста и поплыла в потоке этой энергии к противоположному краю двора.

Энергия служила ей и опорой, и двигателем, а управлять ею, можно было только силой воли и мысли. Девушка скользила над плитами двора и задевала пальцами ног травинки и цветы. Вот она миновала фонтан, оставшийся слева, вот помост уже совсем рядом, и тут ей стало страшно! Почему ей стало страшно, она совершенно не поняла. Возможно, это был чисто животный страх перед всем необыкновенным, неестественным. Ощущение энергии вдруг исчезло, и она снова упала на каменные плиты!

– Превосходно! Пре-вос-ход-но! Браво! – кричал Чикада с другого конца двора. – Вы умница, принцесса! Я и не ждал, что у вас получится в первый день. Но на сегодня хватит, поднимайтесь и пойдёмте завтракать. Коза, наверное, уже, что-нибудь приготовила…

Как?! На сегодня хватит? Как раз тогда, когда у неё только начало что-то получаться? Ну, уж нет! Анджеликой овладел задорный, злой азарт. Она вскочила и запрыгнула на ближайший к ней помост. (Ну, сейчас я ему покажу!) Она быстро поймала чувство всеобъемлющей энергии, и с силой оттолкнулась от помоста.

Ветер засвистел у неё в ушах, как тогда при падении с башни, травинки хлёстко и больно забили по ногам, но хуже всего было то, что противоположная стена приближалась с огромной скоростью! Анджелика попыталась затормозить, но времени явно не хватало! Стена надвигалась, как максимально разогнанный громадный грузовик. Вот сейчас будет столкновение! Всё произошло настолько быстро, что девушка даже не успела зажмуриться, и поэтому она увидела, как между ней и стеной метнулся Чикада, и что-то сделал с собой, от чего вдруг посерел, стал плотнее и надулся, как воздушный шар!

Удар! Анджелика почувствовала, что налетела на что-то мягкое и упругое, что впрочем, от удара сразу превратилось в блин. На миг она увидела каменную кладку стены так близко, что почти коснулась её носом! Остановленная таким образом, девушка отскочила на полтора шага назад, рухнула на доски помоста, и осталась лежать на них, не в силах пошевелиться. Вслед за ней на помост соскользнул со стены расплющенный Чикада.

– Принцесса! – обратился он к ней, отдуваясь, как после длительного бега. – Я настоятельно прошу вас больше так не делать. Не всегда я буду рядом и, кстати, не так-то просто быстро сделаться плотным! Хорошо, что я заранее принял меры, так как предполагал с вашей стороны подобную выходку… А теперь ещё раз прошу вас, давайте прекратим сегодняшние тренировки и пойдёмте, (уф!), завтракать.

Пристыженная, но всё же довольная Анджелика, извинилась, поблагодарила своего нового друга за очередное спасение, а потом, подхватив свои котурны, зашагала вслед за ним по направлению к двери, ведущей в замок.

Как и предполагал Чикада, у Козы был уже готов завтрак, состоящий из сырой капусты, варёной капусты, капусты квашенной, варенья из кочерыжек и зеленоватого напитка имевшего подозрительный капустный привкус. По-видимому, продовольственные запасы этого замка не отличались разнообразием. Впрочем, Анджелика не жаловалась, хотя сейчас она не отказалась бы от тех сосисок, которыми её не так давно потчевал Фиг.

Как старый граф, так и Чикада не проявили к еде никакого интереса. Их, по-прежнему, интересовало лишь вино, запасы которого в замке, похоже, были огромны. Как шепнула Анджелике Козаура, вино нельзя отнести вполне к пищевым продуктам и напиткам. Оно стоит на границе реального и потустороннего миров, и обладает свойствами их обоих. Поэтому призраки могут употреблять его, даже в больших количествах и с большей пользой для себя, чем простые смертные. Именно этим обстоятельством объясняется то, что в большинстве старинных замков винные погреба абсолютно пусты.

После завтрака все разбрелись кто куда. Чикада отправился в библиотеку, чтобы продолжить поиски пути в "мир трещин", Козаура села писать какое-то письмо, граф Рогелло Бодакула заявил, что должен решить важный политический вопрос, и ушёл в сторону винного погреба, Анджелика оказалась предоставленной самой себе, и решила на сей раз побродить по замку, не заходя в подвал.

Теперь при свете дня, льющегося из окон – бойниц, старинный замок выглядел не мрачным, а скорее величественным. Девушка неторопливо переходила из одних покоев в другие, и представляла себе прежних обитателей этой грозной твердыни. Странно было думать, что здесь жили не люди, а козы, но таков уж был мир, в который она попала! Со стен на неё смотрели многочисленные портреты козлов и коз в латах и роскошных одеждах, весьма похожих на те, что были у людей в минувшие эпохи. В нишах стояли статуи изображающие, по-видимому, героев Козляндии и старинные доспехи причудливой формы, а когда Анджелика толкнула мощную деревянную дверь с низкой притолокой и высоким порогом, она оказалась в помещении сплошь забитом этими доспехами и разнообразным оружием.

Девушка никогда не интересовалась оружием всерьёз. Это мальчишеское свойство, которое лежит в стороне от женских интересов. Но всё же, благородная сталь не оставляла её равнодушной, а события последнего времени показали полезность умения обращаться с грозным порождением человеческого, (а в данный момент козьего), интеллекта.

Анджелика с любопытством разглядывала разнообразные мечи, топоры и кинжалы. Они почти все были изношены, зазубрены, и несли на себе, как бы тёмный лак времени. Но попадались среди этих ветеранов неведомых сражений, превосходно сохранившиеся образцы. Эти сверкали полировкой и восхищали изящной отделкой! Девушка брала их, взвешивала на руке, примерялась к рукояткам, пробовала делать взмахи. Больше всего её удивляло, как это козы ухитряются обращаться с подобными предметами без помощи пальцев? Впрочем, она давно обратила внимание, что передние, (или точнее верхние), копыта Козауры выглядят не так, как у её бессловесных сестёр живущих в мире людей. Копыта эти были развиты и казались не менее ловкими, чем человеческие руки!

Анджелика оставила в покое старинные клинки, и перешла к стене, где во множестве были развешены луки и арбалеты. Как и в первом случае, подавляющее большинство этих метательных устройств никуда не годилось. Время сделало гибкое дерево хрупким, а пружинную сталь покрыло трещинами. Правда, и тут нашлось нечто пригодное к употреблению. Это был небольшой охотничий арбалет изящной формы, и с великолепной отделкой. Ложе его было покрыто резьбой и инкрустацией, плечи лука радовали глаз булатным узором, а тетива, совершенно целая, как вчера сделанная, натягивалась хитрым механическим приспособлением – шестерёночным воротом, что обещало большую силу выстрела, но темп стрельбы при этом оставался весьма низким.

– Так, так, так! Вот уж не ожидал её здесь увидеть! – раздался за спиной Анджелики блеющий дребезжащий голос. – И что такой беленький, вкусненький кролик поделывает в моей, (Ик!), оружейной?

Рука девушки машинально метнулась к поясу, но трофейный кинжал – мизерикордия остался лежать на небольшом столике в той комнате, где она провела ночь. Анджелика резко повернулась, не выпуская незаряженного арбалета из рук. В крайнем случае, он мог послужить дубинкой.

Так и есть! В двух шагах от неё стоял граф Рогелло Бодакула. Он немного покачивался, и был слегка розовый от выпитого вина, но на сей раз держался на ногах увереннее, чем при их первой встрече, а в пустых глазницах жёлтого черепа, прикрытых призрачной плотью, горели зловещие красные огни, похожие на раскалённые угли. Анджелика попятилась. Она не могла побороть в себе страх перед древним призраком, но сдаваться или впадать в истерику ей вовсе не хотелось.

– Ути, ути, ути! – запел старый граф, наступая, и явно наслаждаясь испугом своей жертвы.

(Он ещё всего не знает!) Анджелика взялась за серебряную булавку на плече и встретилась взглядом со своим преследователем. (Сейчас ты получишь, мешок костей!)

– И что здесь происходит, хотела бы я знать?

Голос Козауры прозвучал так неожиданно, что от него вздрогнули и старый козел, и его несостоявшаяся жертва.

– Принцесса, остынь! А ты, дедуля за плохое поведение будешь лишён доступа в винный погреб на тот срок, который я ещё не придумала. Ах, да! До тех пор пока мы не освободим Фига и Быка!

– Да ты… Нет, внучка так не пойдёт! Я же только пошутить… Ну, нельзя же!.. В конце концов, это мой замок! Ой, не надо! Ну, хорошо, хорошо!

Всё это Рогелло Бодакула произнёс, пятясь от Козауры, которая замахнулась на него связкой ключей.

– То-то же! – сказала Коза, опуская ключи и поворачиваясь к Анджелике лицом. – Теперь он будет кротким, как ягнёнок. Возьмём его с собой, может пригодиться. Я написала мужу, нам понадобится его помощь! Пойдём в библиотеку, Чикада там что-то нашёл и хотел показать тебе.

Тут она заметила арбалет в руках Анджелики и спросила:

– Нравится?

– Д-да! – ответила девушка, искоса поглядывая в сторону надувшегося от обиды, но присмиревшего графа.

– Забирай себе, пригодится!

– Но…

– Никаких "но", сказала, бери, значит бери! Второго пулемёта у меня нет, а вооружить тебя надо – места здесь небезопасные.

– Болты – там! – вдруг ворчливо подал голос Рогелло Бодакула. – А вот это может пригодиться для твоего жала!

И он вытащил из груды амуниции широкий расшитый пояс с ножнами. Анджелика оценила подарок – её кинжал, который мог сойти за небольшой меч, постоянно выпадал из за её тоненького пояска или ремешков на котурнах, куда она пыталась его засунуть, а эти ножны должны были вполне подойти по размеру. Потому она сдержанно, но искренне поблагодарила странного хозяина замка, надела пояс, взяла футляр со стрелами, (болтами), подхватила арбалет и механический ворот. Затем они все покинули оружейную, и направились в библиотеку, причём впереди, пыхтя, и меняя цвет, вышагивал сам граф Рогелло Бодакула.

– Вот чего я не могу понять, – шёпотом спросила у Козы Анджелика, – как можно запереть дверь от привидения? Ведь оно же проходит сквозь стены.

– Пра-пра-пра-пра-пра-дедушка этого не может, – был ответ. – Он привязан к своему скелету, а кости сквозь стену не проходят. Впрочем, он бы мог обойтись без костей, но терпеть не может от них отдаляться. В этом его слабость!

– А ещё это изрядная сила! – не оборачиваясь, заявил граф, который вероятно обладал, исключительным слухом. – Благодаря этим древним костям я до сих пор могу надеть доспехи!

– Только не тогда когда напиваешься! Тогда ты становишься неустойчивым и хрупким.

На это граф ничего не ответил, только ускорил шаги, и через полминуты они уже стояли перед массивной и древней, как и всё в этом замке, дверью в библиотеку. Едва Козаура протянула к этой двери копыто, как та с грохотом распахнулась, и на пороге появился Чикада с огромной книгой в руках.

– Наконец-то! – вскричал он. – Где вы так долго ходите?

– Нашёл путь в измерение аномалий? – спросила Коза, проходя внутрь, и делая остальным знаки следовать за ней.

– Ну, не совсем. Но, по крайней мере, думаю, что я на верном пути. Прежде всего, посмотрите сюда. Принцесса, это вам должно быть знакомо!

Анджелика заглянула в книгу, которую Чикада положил на стол и отпрянула. На пожелтевшей от времени странице красовалась та самая иллюстрация, в которую она так неосторожно захотела попасть. Юноша и девушка в средневековых одеждах сидели на зелёном холме, и с безграничной любовью глядели друг на друга! На заднем плане возвышалась громада величественного замка на фоне подёрнутых дымкой синих гор.

– Это ещё не всё! – заявил Чикада и приготовился перевернуть страницу, но придержал её, и обратился к Анджелике. – Принцесса, прошу вас, возьмите стул.

Девушка послушалась и уселась на один из тяжёлых старинных стульев. Она хорошо сделала, так как обязательно упала бы после того, как Чикада перевернул следующую страницу. Иллюстрация на ней была на редкость живописна, что не вязалось с древностью книги, однако думать об этом было недосуг. Рисунок изображал ведьму. Иначе подумать было бы сложно – женщина, одетая во всё белое стремительно летела по воздуху, точнее спускалась с неба. Её светлые волосы растрепал ветер, бело-розовый плащ развевался как парус! На красивом лице было злобное, хищное выражение. Она выставила вперёд руки с преувеличенно длинными белыми ногтями, напоминающими кинжалы, с явным намерением вонзить их в тело жертвы. И это было ещё не всё! Сзади, расправив кожистые крылья, летел великолепный белый дракон, самого хищного вида!

Анджелика почувствовала, что у неё к глазам подступают слёзы и закусила губу. Она посмотрела на свои ногти, розовые и коротко остриженные, потом ещё раз взглянула на рисунок. Она уже видела нечто подобное, где внешнее сходство сочеталось с совершенно ложным сюжетом, и эта ложь снова касалась её! Правда на сей раз ложь была злая, и это больно задевало чувства девушки.

Она не нападала на несчастных влюблённых, она была существом попавшем в беду, гонимым и преследуемым! На неё охотились взрослые

вооружённые мужчины, и спастись удалось только благодаря помощи друзей и невероятному везению!

Однако что-то в этой картине было не так. Что-то ещё, а не только образ жестокой хищницы.

– Не припомню, чтоб я брала с собой дракона, – сказала Анджелика, справившись со своими чувствами.

– Точно! – воскликнул Чикада. – Это и есть то, что я хотел вам показать.

– Обычные фантазии перепуганных врунишек, – проскрипел Рогелло Бодакула, про которого все на время забыли. – Про меня, например, говорили, что я сартак и пожираю собственных козлят. И много ещё всего сочиняли!

– Ну, уж ангелом ты точно не был! – вставила Козаура. – Хотя сартак, это конечно чересчур.

– А, что такое сартак? – спросила Анджелика.

– Легендарное существо, – ответил за неё Чикада.– Хищник в шкуре копытного. Есть сказки о лошадях, козах и овцах питающихся мясом, обладающих клыками, но внешне никак не отличающихся от своих травоядных собратьев.