Колдовской замок. Часть III. Трещина

Солнце палило нестерпимо. Отражаясь от почти белого песка и известковых стен, его лучи били в глаза и накаляли каждую частичку тела. Казалось, что этот жар не льётся сверху лучевыми потоками, а зависает в воздухе сухими, душными волнами, проникающими внутрь и распаляющими изнутри.

Но этого было мало! Не только солнце жгло арену, её жгли сотни и тысячи глаз, горящих и нетерпеливых. Зрители на скамьях замерли в глубоком, дружном молчании, но это молчание было чревато взрывом!

На арене, между тем, происходило следующее – несколько человек, в костюмах напоминающих клоунские, валялись в позах разбросанных кукол. Двое из них ещё слабо шевелились, трое или четверо лежали замертво, а один бездумно полз куда-то, оставляя за собой широкий кровавый след! Но на эту картину никто не обращал внимания.

Ближе к трибунам билась на земле лошадь, запутавшаяся в замысловатой сбруе и соломенной попоне, которая должна была служить для её защиты, но послужила лишь силками, прочно стянувшими ноги. Под лошадью лежал всадник уже не подающий признаков жизни. Его сломанное копьё валялось рядом. Когда лошадь упала, и в первый раз придавила его всем телом, он ещё пытался выбраться, но после нескольких ударов головой о землю, затих. Но и это зрелище, ровным счётом не интересовало никого из публики.

Внимание зрителей было приковано к тому, что происходило в самом центре арены, где на утоптанном песке, широко расставив ноги, стоял странного вида человек. Он был невысок ростом, ярко и необычно одет, в левой руке держал широкий красный платок, а в правой, заведённой за спину, длинную острую шпагу!

Шагах в двадцати перед этим человеком горой возвышался громадный чёрный бык, из спины которого торчали разноцветные бандерильи. Он широко растопырил копыта, а голову опустил к земле. Глаза быка горели, как угли, он не видел ничего вокруг, кроме ненавистной красной тряпки, зажатой в ненавистной человеческой руке!

Казалось, что эти два врага стоят так целую вечность, но на самом деле это длилось лишь несколько секунд. Вдруг разъярённый зверь бросился в атаку! Он летел на человека с красной тряпкой и шпагой, как сбесившийся поезд, и несколько бандерилий слетело с его спины!

Человек не дрогнул, а только сомкнул ноги и проделал замысловатый пируэт, отчего бычьи рога, готовые пробить его живот, встретили пустоту! Серебряным лучом сверкнула в воздухе шпага, но и она осталась без добычи – бык, чёрным ураганом, промчался мимо, но быстро сообразив, что врага впереди него больше нет, остановился и развернулся, ища глазами своего противника! Огромное скопление людей ахнуло, как один человек, но тишина тут же воцарилась снова. Бык не заставил себя ждать. Не промедлив и секунды, он ринулся на человека, и на этот раз его бросок оказался ещё более стремительным. Человек снова сделал пируэт, но теперь у него получилось хуже, и могучее бычье плечо слегка задело его бок. Этого оказалось достаточно – человек кубарем полетел с ног, со всего маху врезался в песок и остался лежать неподвижно!

Дружный крик разорвал тишину над ареной, а бык уже развернулся и нашёл глазами своего противника! Он пару раз царапнул землю передним копытом, издал жуткий рёв и рванулся вперёд! Все снова замерли. Вот сейчас случится непоправимое! Но человек в последний момент откатился в сторону и бычьи рога взметнули два фонтана песка в том месте, где он только что лежал!

Мгновение и человек снова был на ногах! Он переложил свою шпагу в руку с платком, снял с головы странную шляпу и, широко улыбнувшись, поклонился публике! Ответом ему был восхищённый рёв беснующейся толпы и оглушительные рукоплескания! А бык, между тем, недоумённо помотав головой, снова приготовился атаковать. Приготовился и человек.

Над ареной вновь повисла мёртвая тишина. Все поняли – больше трюков и шуток не будет. Казалось, понял это и бык. Он напал, молча, и удар его рогов сейчас мог бы сокрушить сами стены, которыми была окружена арена! Никто не уловил короткого стремительного движения, которое сделал человек по направлению нападающего быка, но все увидели, как ловко и изящно он отскочил в сторону. Пробежавший далеко вперёд бык, вдруг споткнулся, сделал ещё несколько шагов, припадая передом к земле, потом упал на колени, завалился на правый бок и замер. Над его левым плечом торчал и сверкал на солнце эфес шпаги!

.........................................................................................................

– Не-ет! – закричала Анджелика, перекрывая вопли толпы. Она захлопнула книгу и обернулась, уставившись в пустоту, страшная, как ведьма, с волосами стоящими дыбом.

– Библиотекарь! – крикнула она не своим, а каким-то мужским, грубым и хриплым голосом. – Срочно! Срочно туда! Может, он ещё жив?! Может, я ещё успею?!

– Успокойтесь, пожалуйста, успокойтесь, принцесса! – раздался совершенно невозмутимый голос. – Вспомните, к чему привела поспешность в прошлый раз! Хорошо, что вы закрыли книгу, положите ее, пожалуйста, на стол. Вот так! А теперь давайте обратимся к логике. Во-первых, вы не знаете, что вы увидели, прошлое, настоящее или будущее…

– Во всяком случае, не прошлое, иначе мы бы с Быком не встретились…

– А скидка на здешнюю реальность?

– Нда… Хорошо, а что, во-вторых?

– Во-вторых, вы уверены, что это тот самый бык?

– Уверена! Я узнала бы его из тысячи быков!

– А много ли вы видели быков в своей жизни?

Анджелика открыла, было, рот, но запнулась. Вопрос угодил прямо в яблочко – она городская жительница, видела раньше быков только на картинке или из окна автомобиля, ну, ещё может по телевизору. И, тем не менее, она ответила:

– Нет, быков в своей жизни я видела совсем мало, но в том, что это тот самый… Бык, я полностью уверена, ошибки быть не может.

– И всё же я не советовал бы вам торопиться.

– Почему?

– Хотя бы потому, что, скорее всего вы ему не поможете. Удар тореадора, знаете ли…

– А вдруг есть хотя бы маленький шанс? Моё копьё…

– Обладает целительной силой! Знаю. Но вы представьте себе картину: посреди арены, где только что состоялась коррида, возникает полуобнажённая девушка с серебряным копьём в руках и оживляет быка! Как, по вашему, к подобному явлению отнесутся местные жители? Вам, что хочется быть сожжённой на костре в качестве ведьмы? Вместе с быком, между прочим!

– Но, что же делать?

Анджелика заломила руки в драматическом жесте, которого сама не заметила.

– Я рекомендовал бы спокойно проследить ход событий дальше, – ответил Библиотекарь своим невозмутимым тоном, от которого Анджелику уже начинало потихонечку трясти.

– А что если…

– Раскройте книгу и посмотрите. Поверьте моей интуиции, хуже уже не будет. Кстати, ведь вы совершенно забыли о другом своём друге, а его до сих пор не было видно. Значит, он должен появиться, а, насколько мне известно, он такое существо, которое не привыкло играть последнюю роль!

Анджелика с сомнением кивнула, но всё же раскрыла книгу на следующей странице…

..........................................................................................................

По полутёмным коридорам и неопрятным помещениям с низкими потолками, неторопливо шёл странно одетый человек. Его костюм был весь в пыли и местами разорван, но это совершенно не портило его настроения. Может быть, это происходило от того, что его оттопыренные карманы при каждом шаге издавали металлическое бряканье. Человек насвистывал, что-то весёлое, в одной руке он нёс масляный фонарь, а в другой длинную красивую шпагу, сверкающую и переливающуюся в неярком свете.

Войдя через маленькую дверь в большое, и совершенно тёмное помещение, он тщательно запер её за собой и, пристроив фонарь на крюке, вбитом в столб, подошёл к бесформенной тёмной массе, горой возвышающейся на полу.

– Ну как ты? – негромко спросил человек, обращаясь, по-видимому, к этой горе.

– Порядок! – прогудел в ответ глубокий слегка протяжный бас.

Гора шевельнулась и подняла увенчанную громадными рогами голову.

– А как твои дела? – спросила гора в свою очередь.

– Тоже ничего! – ответил человек, похлопав себя по карманам, отозвавшимся мелодичным звоном. – Представление удалось на славу! Публика ревела и рыдала! Я даже расслышал отчётливое – "Не-ет!", когда ты так эффектно умер! Так что, и у тебя значит, нашлись в толпе поклонники! Точнее поклонницы, ведь голос был женский!

– Надо с ребятами поделиться, они сегодня классно сыграли! – заметил Бык, совсем поднимаясь, и выходя на освещённое пространство.

– Само собой! Само собой! А Изабелле куплю целую корзину моркови, она сегодня справилась лучше всех!

– Она там не очень сильно прибила Педро? Я, честно говоря, волновался…

– Всё в порядке! У Педро голова, как чугунная, и такие трюки ему не впервой!

– Слушай, а зачем ты сюда эту железку опять притащил? – Бык мотнул головой в сторону шпаги. – Знаешь ведь, не люблю я этого!

– Ну, вот ещё! Попробуй оставить такую красавицу, тут же сопрут! А ещё, никто кроме нас с тобой не должен знать её секрета!

– Ой, боюсь, попадёмся мы рано или поздно! Ну, сколько можно меня перекрашивать? С каким быком ты будешь драться в следующий раз? С зелёным или с красным?

– С чёрным! Скажем, что это брат того, ну, который был сегодня.

– Может и поверят. А чего это ты всё в маске? Будь собой, ведь дверь заперта, а то вид у тебя в этом обличии больно уж неприятный!

– Ах, да! Совсем забыл! – сказал человек, и, взяв себя за нос, набрал ртом воздух и сильно дунул, плотно сжав при этом губы. Фигура его вдруг округлилась, и он стал ещё ниже ростом, зато нос смешно раздулся, глаза увеличились, стали похожи на блюдца, руки и ноги укоротились.

..........................................................................................................

– Фииииииииииг! – крикнула Анджелика, и Фиг с Быком удивлённо уставились в потолок, но девушка уже закрыла книгу, и, обращаясь к невидимому Библиотекарю, решительно заявила:

– Вот теперь мне точно надо туда! Нашлись! Оба нашлись и оба живы! Ах, они… жулики!

Последняя фраза, вопреки содержанию, была сказана с нежностью.

– Однако, принцесса… – раздался голос Библиотекаря.

– Ну, теперь, что ещё? Какие сомнения?

– Я уже предупреждал вас, что не могу дать вам с собой "Путеводитель по Миру Трещин". Могу лишь предложить "формуляр возвращения". Но будьте с ним крайне осторожны, эта вещь существует лишь в одном экземпляре, и если вы её потеряете…

– Буду осторожна, – пообещала Анджелика, – давайте формуляр!

– Он в кармашке с внутренней стороны обложки. Запомните, что взяться за него надо всем одновременно и только после этого вы можете пожелать вернуться сюда. А мне придётся пока убрать несколько стеллажей, а то ваш бык разнесёт их в щепки. Удачи! И будьте осторожны, принцесса Анджелика!

Уже взявшись за книгу, девушка вдруг снова положила её на стол и хлопнула себя ладонью по лбу.

– Ой, какая же я дура! Драся там, наверху сторожит, и ничего не знает…

– Не беспокойтесь, принцесса, я позабочусь о вашем драконе! – заверил её Библиотекарь, и в его тоне скользнула едва заметная усмешка.

Глава 2. Всё, как всегда или «опять влипла!»

Анджелика не обратила на эту бестактность никакого внимания и вновь раскрыла книгу на той же странице.

"Я очень хочу туда попасть!", – проговорила она мысленно и зажмурилась.

Она ожидала, что всё случится, как в прошлый раз, но ровным счётом ничего похожего не происходило. Не было ни головокружения, ни ощущения полёта, только в лицо ей вдруг подуло свежим ветерком несущим запах… коровника? Городская была Анджелика или нет, но запах этот она угадала сразу, ведь так, как коровник, не пахнет больше ничего в мире!

Девушка открыла глаза и недоумённо огляделась. С таким же успехом она могла и дальше стоять с закрытыми глазами – тьма вокруг была кромешная. Но то, что она находится уже совсем в другом месте, было очевидно. Анджелика заставила себя успокоиться, хотя сердце норовило выпрыгнуть из горла, пошарила в кармане и вытащила оттуда зажигалку, которую нашла в коробе среди прочих подарков Козауры.

Зажигалка была из тех, в которые следовало заливать горючую смесь. Флакончик такой смеси без цвета и запаха нашёлся там же, и теперь лежал в недрах её сумки. Конечно, некурящая девушка пользоваться этим устройством не умела, и, лишь после нескольких попыток вызвавших фонтаны искр, извлекла небольшой дрожащий огонёк, который тут же заколыхался так, что больше ослепил саму Анджелику, чем осветил пространство вокруг неё. Тем не менее, света от этого источника хватило, чтобы девушка поняла – она находится в просторном, но совершенно пустом помещении.

О том, что здесь присутствовал Бык, говорил характерный запах и толстая соломенная подстилка на полу, но самого Быка не было видно. В помещении были две двери. Одна большая, смахивала на ворота и была заложена изнутри здоровенной доской, другая маленькая, та, которую уже видела Анджелика на иллюстрации в "Путеводителе по Миру Трещин".

Недолго поколебавшись, девушка выбрала маленькую дверь, и очутилась в узком коридоре с низким потолком. Один конец коридора уходил в темноту, другой делал поворот направо, и за этим поворотом виднелся неровный мерцающий свет.

Анджелика решила пойти в этом направлении, и вскоре очутилась в ещё более просторном помещении, освещённом факелом закреплённом на столбе. Помещение смахивало на ангар или большой сарай, и скорее всего, было частью комплекса построек служащих для хозяйственных нужд. Посередине стояла небольшая тележка запряжённая осликом, а какой-то старик в грязноватой серой одежде, длинном фартуке, мятой дырявой шляпе и с трубкой в зубах, нагружал эту тележку унавоженной соломой, подцепляя её вилами с пола. Увидев Анджелику, старик выронил трубку и застыл с видом полнейшего недоумения.

Не ожидавшая такого оборота, девушка растерялась. Она-то думала просто забрать своих друзей и немедленно вернуться на остров, чтобы вместе решить, как попасть оттуда в Козляндию, а вышло что-то совсем иное. Через мгновение она сообразила, что удивление старика понятно и следовало бы его спокойно обо всём расспросить, но старик заговорил первым.

– К-к-кто вы, с-с-синьорита?! – пролепетал он с сильной дрожью в голосе.

– Здравствуйте! – как можно приветливей сказала Анджелика, хотя сердце у неё уходило в пятки. – Мне хотелось бы поговорить с вашим тореадором.

– К-как вы сюда вошли? – продолжал старик, уставившись на девушку, как на неведомое чудовище.

Только тут Анджелика заметила, что всё ещё держит в руках горящую зажигалку. Она погасила её и убрала в карман, но это почему-то напугало старика ещё больше.

– Пожалуйста! – продолжала Анджелика, улыбаясь, как телеведущая, которая после сообщения о погоде вдруг начинает рекламировать стиральный порошок или зубную пасту. – Мне необходимо увидеть тореадора! Поверьте, это очень важно!

– К-какого тореадора? – перепуганный старик отступил на один шаг.

– Ну…, такого маленького! Того, который выступал на сегодняшней корриде!

– Д-дона Фигейроса? Т-так он п-пропал куда-то. А з-зачем вам д-дон Фигейрос, да ещё глубокой ночью?

– Понимаете…, – Анджелика лихорадочно соображала, что бы такое придумать, чтобы не напугать старика ещё больше, – мне очень нужно поговорить с доном Фигейросом! Я…, я его сестра!

– С-сестра дона Фигейроса?

– Ну да! – Анджелика обрадовалась, что ей, кажется, начинают верить и вдохновенно продолжала врать дальше. – Я его сестра! По отцу, а вот матери у нас разные, поэтому мы не очень похожи. Он такой маленький, а я…

– С-синьорита, вы ведьма? – вдруг прервал старик поток её откровений.

Огорошенная таким вопросом, Анджелика не нашла, что сказать, и, как-то совсем глупо, по-детски заморгала глазами. Она начала было собираться с мыслями, как бы ответить на этот вопрос старика, но тому уже не нужен был её ответ. Его простое и доброе лицо вдруг исказилось жуткой гримасой, он отскочил назад ещё на пару шагов и взял свои вилы наизготовку, как копьё, направив их в сторону девушки!

– Ведьма! – истошно заорал старик и ткнул вилами с неожиданной силой и быстротой.

Анджелика не успела ничего сообразить, но вдруг почувствовала сильную боль в затылке! Через секунду она поняла, что висит в воздухе под самым потолком этого сарая, а боль возникла от того, что она стукнулась о балку потолка головой.

(Значит взлетела? Одетая и с сумкой. Хорошо, но теперь попробуй доказать, что ты не ведьма!)

Конечно, доказывать это было бесполезно. Старик глядел на неё снизу вверх, и глаза у него вылезали на лоб! От неожиданности он присел и зачем-то стащил с головы свою шляпу. Но его замешательство длилось недолго и, отбросив шляпу, он снова взялся за вилы.

Потолок этого помещения был, конечно, высоким, но не настолько, чтобы рано или поздно этот старый хрыч не достал своими вилами "ведьму". Увернувшись пару раз, Анджелика сообразила, что отсюда нужно убираться, и как можно скорее! Но как? Через дверь врядли получится улизнуть, да и неизвестно, куда попадёшь в этом лабиринте тёмных коридоров. Формуляр возвращения был в кармане под молнией, но пока до него дотянешься, пока активируешь, можно получить навозные вилы в живот, и даже если успеешь переместиться, останется только помереть в гробнице Козауры Менской!

И тут в дальнем конце сарая под самой крышей, Анджелика заметила окошко, вероятно оставленное для света и вентиляции. Окошко было мало, едва протиснуться, но оттуда веяло свежим ветерком, и за ним сверкали звёзды.

(Чуть промажу, и, пиши – пропало! Только бы не застрять!)

Девушка прицелилась на глазок, и пулей вылетела наружу! Всё же она чуть-чуть зацепилась за выступающий гвоздь, и с досадой услышала треск разрываемой ткани.

"Ничего, зашью!" – подумала летунья, и тут у неё перед глазами мелькнуло, что-то маленькое и светлое – бумажка.

Формуляр! Девушка схватилась за карман, увы, он был порван и висел треугольным лоскутом. Ловить маленький клочок бумаги было бесполезно, мелькнув на прощанье ещё разок, он исчез во тьме. Анджелика чуть не заплакала от обиды и злости. Немедленно вниз! Искать этот заветный прямоугольник, хоть наощупь!

Где-то рядом раздавались крики и грохот опрокидываемых предметов. Конечно же, старик поднял тревогу, и теперь целая толпа народу будет охотиться на "ведьму"! Плевать! В крайнем случае, она покажет им, на что способна разъярённая валькирия! Анджелика спустилась в огороженный двор, освещённый только светом звёзд, и тут с удивлением обнаружила, что не может встать на землю! Она повисла в каком-то полуметре от поверхности земли, и при этом некая сила упорно тянула её вверх. Ей вдруг вспомнилось предупреждение из золотого письма – в этом мире трудно взлететь, но ещё труднее потом приземлиться.

(И что, мне теперь так и болтаться между небом и землёй?)

От этих мыслей её отвлекла стрела, свистнувшая над ухом. В стене большого здания, к которому примыкал двор, открылась дверь и из неё выбегали люди с факелами, и люди эти были вооружены! Анджелике расхотелось показывать им способности валькирии, тем более что арбалет она с собой не взяла, рассчитывая на быстрое завершение операции, а воевать с копьём против стрелков было бы слишком самонадеянно. Девушка вздохнула, и взмыла в ночное небо, оставив далеко внизу бегающие по двору факельные точки.

Глава 3. Бей ведьму!

Анджелика сидела на колокольне величественного собора и плакала!

Над красивым готическим городом занимался рассвет. Было ещё совсем не жарко. Прохладный ветерок, дувший с моря, приносил запах солёной воды и водорослей. Солнце, встающее из-за зелёных холмов, вызолотило мрамор дворцов и соборов, а белые стены домов и тщательно выметенные улицы окрасило в розовый цвет. Сады разбитые повсюду были словно одеты изумрудами, а величественные памятники, часовни и фонтаны усыпаны бриллиантовыми искрами.

Слов нет, красота открывавшаяся взору с того места, где девушка нашла себе приют, была достойна высших похвал! И до всей этой красоты Анджелике не было никакого дела!

Она опять была одна! Вся задумка провалилась, с друзьями встретиться не удалось, пути назад были отрезаны, новая куртка разорвана, формуляр возвращения потерян, и, ко всему прочему, она не могла ступить ногой на землю! Слава Богу, это не распространялось на крыши домов и прочие возвышенные места, вроде этой колокольни! Здесь она могла почувствовать себя пусть не человеком, а скорее кошкой, но хотя бы не воздушным шариком!

Но это всё было бы терпимо, если бы не самая главная беда – одиночество! Анджелика чувствовала себя несчастной и всеми покинутой, хоть и осознавала, что в нынешнем своём положении виновата только она одна. Но это ничего не меняло. Она снова оказалась без поддержки в чужом и враждебном мире. Господи! Да появись сейчас тут Рогелло Бодакула, она бы бросилась ему на шею!

А город, тем временем, просыпался. На улицах начали появляться первые прохожие. Почти все они были с тележками или корзинками, а иные тащили на спине объёмистые плетёные короба. Странно, но Анджелике, не видевшей ничего подобного в жизни, с первого взгляда было понятно всё, что происходит там внизу. Размазывая слёзы по щекам, она волей-неволей стала присматриваться к людям, снующим по улицам. Вот везут свои тачки зеленщик и горшечник. Они идут в одну сторону – конечно на рыночную площадь, что видна неподалёку. Оба смеются, и что-то горячо обсуждают. Наверняка они соседи, знают друг друга давно, поэтому и болтают так непринуждённо. А вот лоточник с полным лотком румяных пирогов направляется туда же. Этот идёт один, и почему-то опасливо оглядывается. Боится, что кто-нибудь отнимет у него пироги? Наверное, здесь очень лихие и хулиганистые мальчишки! Прачка с полной корзиной стираного белья идёт в другую сторону, несёт свою работу клиенту. Вот идёт священник. Совсем не важный и не спесивый, а добродушный и приветливый. С ним все раскланиваются, и каждый старается сказать, что-нибудь приятное. Вот…

– Смотрите! Смотрите! – раздалось снизу. – Там, на колокольне!

И, конечно же, все головы сразу поднялись вверх и сотни глаз в недоумении уставились на Анджелику, сжавшуюся от страха! В это мгновение она поняла всю ненадёжность своего убежища. Место, где она поместилась, просматривалось со всех сторон. Правда, добраться туда снизу было не так-то просто. Анджелика устроилась на перекрестье балок служивших перекладинами для целого семейства колоколов, верёвки от которых уходили вниз и, наверное, достигали самого пола. А значит, чтобы добраться до этих колоколов, раз повешенных когда-то, нужны были верхолазы, и с этой стороны опасность вроде бы пока не угрожала. Зато снаружи спрятаться было некуда.

Реакция людей внизу была вполне понятна. Странно одетая девушка с распущенными волосами, сидящая под самой крышей колокольни не могла быть добропорядочной горожанкой и даже приезжей. Впрочем, если у всё прибывающей толпы и были какие-то сомнения, то они вмиг рассеялись, когда знакомый уже голос визгливо завопил:

– Ведьма! Это та самая ведьма! Стража! Позовите стражу! Стреляйте в неё, а то она улетит!

Вопил тот самый старик – уборщик, которого Анджелика встретила ночью в подсобных помещениях городского цирка. (Так для простоты она назвала то место, где происходила коррида.) Старик был одет в ту же грубую одежду и вёл в поводу того же ослика запряжённого в тележку. И вопли этого старика нашли самый горячий отклик в толпе.

Люди чуть ли не хором закричали: "Стража! Стража!", и ещё – "Бей ведьму!" И стража не замедлила появиться.

Анджелика даже невольно прониклась уважением к тому, как оперативно возник из лабиринта улиц небольшой отряд крупных бородатых мужиков в таких доспехах, как обычно изображают конкистадоров. Стражники были вооружены алебардами, но двое из них несли на плечах здоровенные арбалеты, от чего девушке стало как-то не по себе.

Произошло короткое совещание, которое сопровождалось отчаянной жестикуляцией старика и мрачными взглядами бородачей в доспехах. Старик при этом потрясал чем-то в воздухе и, приглядевшись, Анджелика с ужасом узнала в этом предмете формуляр возвращения! Дело кончилось тем, что главный бородач отобрал у старика бумажку, сунул её себе за пазуху и хрипло крикнул что-то, обращаясь к перепуганной до смерти Анджелике.

Странно, но она не поняла ни слова! Старика понимала, говор людей внизу понимала, но приказ этого… ("Бармалея", – подсказало воображение), не понимала, как будто он говорил совершенно на другом языке. А смысл того, что выкрикивал "Бармалей" и так был ясен: он приказывал девушке спуститься вниз, и ему было ровным счётом наплевать, как она это сделает – сумела туда залезть, сумеет и спуститься!