Аврора Ромашкина и тайна зачарованного леса

Глава 7.

загадочный альбинос

Впереди был Серебряный ключ. Отряд спешно покидал окрестности лесниковой избушки. Брезжил рассвет, и ночное злоключение стало забываться, как мрак рассеивающийся в первых лучах солнца. Ари обдумывала то, что увидела в старом доме. Гравировка на ящике с инструментами не давала ей покоя. Эти буквы она видит второй раз в зачарованном лесу, где давно нет людей. Почему на шкурах застывших зверей были те же буквы? Наверняка, есть какая-то связь, но какая? М – первая буква имени Мугрюма, тогда что означает У? Оставлять метки зверям нет нужды, гак делает только человек. Неужели здесь замешаны люди?!Шустрик, бежавший рядом споткнувшись упал. Аврора подскочила к нему.

– Ты в порядке?

– Да, я просто устал.

Он поднялся, и они побежали, догоняя остальных. Из-за оказии с хорьком отдохнуть не удалось никому.

Авроре очень хотелось поделиться с Шустриком мыслями, он ведь был её единственным другом здесь! Но тогда ей придётся рассказать правду о себе. Она всё ещё искала подходящий момент, может сейчас? Девочка-лиса покосилась на Шустрика. Он выглядел сосредоточенным. Так и было, лисёнок дал себе слово выдержать любые трудности в пути, ради брата с сестрой. Аврора почувствовала, как от волнения пересохло горло.

– Шустрик!

– Что?

– Я хочу тебе кое-что сказать.

– А это не может подождать, хотя бы до следующей остановки?

Но она уже решилась! Слова жалили рот, словно огненные муравьи!

– Ты думаешь, я лисица?

Шустрик посмотрел на неё.

– Ты здорова?

– Вполне, но я вовсе не та, за кого ты меня принимаешь!

– Всем стоять!

Это в начале вереницы рычал Альфа.

Отряд приблизился к лесному болоту. Небольшую топь окружали поваленные стволы деревьев. Над мутной водой стелился сероватый туман. Здесь не цвели нежные кувшинки, не рос вокруг бархатистый мох. Только пузыристая тина и грязь плавали на поверхности. Животные сморщили носы – от болотца исходил смрадный запах разложения. Ари поняла, момент для откровений упущен.

– Нужно пройти эту вязкость. – сказал дядюшка Пухляк. – Кто-то должен идти впереди и осторожно прощупывать почву, и этот кто-то должен быть лёгким.

Все посмотрели на Шустрика. Лисёнок застыл от страха, он не хотел провалиться невзначай в эту тёмно-зелёную с неприятным запахом воду.

– Зачем идти через болото?! – удивился Альфа. – Почему не обойти его, нам что мало приключений?

– Потому, умнейший вы наш, что это, возможно, самый безопасный путь. Стоит опасаться засады после ночной стычки, но ни один враг не подумает устроить её здесь, – тараторил Добряк.

– Я пойду, я тоже лёгкая! – выкрикнула Ари.

– Нет!

Шустрик сердито глянул на неё и выскочил вперёд.

Не было случая вернее доказать свою храбрость.

– Дорогой друг, не бойтесь, мы поможем вам в случае чего, – успокаивал Добряк.

Шустрик недоверчиво покосился на него и пошел вперёд, осторожно обходя опасные места. Звери следовали за ним. На середине дороги рысь Дымка вдруг увидела, как туман над болотом сгущается в тёмно-серые клубы. Вскоре из неясных очертаний возникла огромная фигура призрачного волка, крупного, в два раза больше обычного. Дымка зарычала, животные обернулись, их страх был прямо перед ними!

– Беги, малец! – закричал Пухляк Шустрику. – Только не оглядывайся!

Лисёнок, который ещё ничего не видел, бросился наутёк. Храбрость слетела с него, как кокон с гусеницы. Вдруг он почувствовал странное щемящее чувство. Такое он испытал, когда мать не вернулась в их нору, и он не знал, что делать дальше? Страх и одиночество накрыли с головой, в ушах зазвенело, на глаза навернулись слёзы! Лисёнок остановился и встряхнул головой, он оглянулся. Звери выглядели потерянными и оцепеневшими, и среди них не было его подруги.

– Ари! – закричал Шустрик.

– Я здесь, – тихо отозвалась она.

Аврора лежала на земле, с гримасой боли на маленькой мордочке.

– Что с тобой?! – испугался лисёнок.

– Мне больно! – простонала она.

Послышался шум борьбы и рычание. Они повернулись в сторону шума. Альфа боролся с тёмным волком. Шерсть у рыси вздыбилась, глаза налились кровью. Он наносил удары сильными лапами, пытаясь впиться клыками в загривок противника. Волк наваливался всем телом и кусал Альфу за бока и лапы. Дымка бросилась на помощь. Она прыгнула на волка, вгрызаясь ему в шею, но тот вздыбившись, легко отбросил её в сторону. Над ними кружил ворон. Матиас Мудрый вернулся!

– Соберитесь! – приказал он. – Не позволяйте призраку управлять вашими страхами!

– Для призрака он слишком настоящий! – прорычал Альфа, отбиваясь от яростных укусов врага.

– Это иллюзия! Ты считаешь его настоящим, таким ты его и видишь!

Рыси тяжело дышали, они слабели!

– Прекратите с ним бороться, и увидите, что произойдёт! – настаивала птица, не переставая кружить над дерущимися.

– Но, если мы прекратим, мы можем погибнуть! – кричала Дымка.

– Делайте, что я говорю! Воспоминания о счастливых моментах помогут вам!

Альфа, не веря самому себе, начал пятиться назад, перестав нападать. Он думал о своём буреломе и о том, как вернётся туда, когда всё закончится. Дымка ещё шипела, но уже беззлобно. Она зажмурилась и представила своих детёнышей, вспомнила, как вылизывала их после рождения и снова почувствовала счастье, которое испытала тогда! Волк остановился и медленно начал растворяться. Он бледнел, пока не превратился в прозрачный силуэт. Его образ с раскрытой пастью ещё висел в воздухе какое-то время – застывший и жуткий. Звери постепенно приходили в себя.

– Мы словно впали в спячку, но при этом слышали и видели, – обескураженно сказал Пухляк.

– Ничего удивительного, вас атаковал тёмный волк. Я предупреждал об их способностях, – ответил Матиас Мудрый. – Хорошо, что я подоспел вовремя, могло случиться непоправимое!

– Так вот что произошло с теми, кого мы видели с этими жуткими метками на шкурах, брр, – поежился Пухляк. – Ещё немного и нас постигла бы печальная участь. Прощай тогда, моя Ангелина. Это моя вина, я подумал, что никто из врагов не отважится преследовать нас на болоте, но позабыл о призрачных волках.

– Но откуда он взялся?! – спросил взволнованный Длинноух.

– По всей видимости на этом болоте осталась часть силы злых духов, когда они создавали тёмных волков, – задумчиво ответил ворон Матиас. – Эти существа сделаны из болотного тумана и чужих страхов. Чьи-то мысли вызвали призрака.

– Мои, – тихо сказала Дымка. – Я боялась, что как раз здесь мы можем столкнуться с ними, и вдруг увидела, как туман превращается в волка.

– Я думаю, идя этим путём, каждый чего-то боялся. Нам предстоит нелёгкая задача. С этого момента контролируйте мысли, – предостерёг ворон. – Во время атак волков – призраков вы можете почувствовать неприятные ощущения: страх, боль или вспомнить давнишнее злоключение. К следующей встрече мы должны подготовиться! Не позволяйте вторгаться в ваши души. Вопреки страху и отчаянью, согревайте себя самыми светлыми воспоминаниями. Свет и тепло побеждает мрак и холод, запомните это! А теперь в дорогу!

– По-моему, победа была слишком лёгкой, – усмехнулся Узколап, – племянник дядюшки Пухляка. – Ворон преувеличивает силу призраков.

Рыси недобро посмотрели на молодого барсука.

– Лёгкой? – угрожающе придвинулся к нему Альфа, выставляя окровавленный бок.

Рысь ещё был полон запала и в любую секунду могла вспыхнуть драка. Трусоватый Узколап осклабился.

– Э-э, успокойся, я имел в виду, что волк больно быстро растворился.

– Не бояться, когда страшно, думать о хорошем, когда надвигается беда – самая сложная задача. Рыси сделали большое дело! Волк лишился мощной подпитки страхом и исчез. Но он всё ещё может возникнуть вновь. Давайте не будем испытывать удачу! – вмешался Матиас.

Полупрозрачный силуэт страшного существа растворялся в воздухе, исчезая, словно вчерашний день. Звери цепочкой двинулись дальше. Вскоре Шустрик вывел их на твердую почву, гордясь тем, что смог помочь. Все облегчённо вздохнули, угроза осталась позади! Все, кроме Авроры, она думала о том, как снова растерялась перед лицом настоящей опасности. Волшебный мир и испытания в нём оказались сложнее, чем она себе представила. А что, если это её мысли оживили волка?! Мысли о том, поймёт ли Шустрик, узнав правду о ней? А, если не поймёт, не прогонят ли её звери или того хуже разорвут!

– Следующая остановка – Серебряный ключ! – пронёсся радостный вопль Добряка. – Там сможем отдохнуть и напиться вкусной свежей воды!

Альфа, прихрамывая, подошёл к ворону.

– Никогда не думал, что скажу это – за себя мне не страшно, но Дымка и детёныши… – Ты спас нас!

– Довольно неуклюже, но благодарность принята. Так я больше не пройдоха? – усмехнулся Матиас.

– Откуда ты… – Альфа запнулся.

Ворон хрипло засмеялся.

Их диалог случайно услышала Ари. От неё не ускользнула напускная весёлость обычно сдержанного ворона, которую не заметил Альфа. Отряд двинулся дальше. Они шли и шли, пока на зелёные пики пирамидальных елей не спустились сумерки. Лес зашумел холодным ветром, защёлкал и затрещал, то начиналась ночная жизнь. Безобидные коряги превращались в зловещих монстров под обманчивым светом агатовой луны. Но так ли безобидны они были на самом деле? Волшебный мир, в который попала Лиза не был ограничен лишь Зачарованным лесом с говорящими животными, чья продолжительность жизни и повадки были сродни человеческим. Это она узнала по дороге к Серебряному ключу от старейшины леса ворона Матиаса Мудрого и барсука Пухляка, который тоже много повидал на своем веку. Вот что они поведали. На Западе расстилалось большое солёное озеро. Матиас сказал, что сверху оно напоминает слезу, отсюда и его название – озеро Слёз. По легенде его живительные воды исцеляли любые раны, если только несчастного успевали окунуть в воду до заката. На Востоке вздыбились Клепотские холмы, на которых когда-то жили люди. Они построили там укреплённый город с одноимённым названием, поднимаясь туда в моменты опасности. В остальное время жили в деревушке у подножия холмов, возле реки Асмера. Но люди ушли из этих мест после нападения злых духов темносилов. Матиас впервые рассказывал о них, объяснив, что худо не вспоминают. Мысли и слова о зле оживляют его. На юге лежала Хладная пустыня, некогда бывшая зелёной равниной с нежными луговыми цветами. Прекрасное место пострадало от тех же духов, губивших всё вокруг. На севере, где высились ледниковые горы, климат был холоднее и суровее, чем в других частях континента. Многолетние горные вершины сковывал панцирь из снега и льда. Самая крутая скала – Северный Предел остроконечной пикой уходила в заоблачную высь. Зачарованный лес простирался зелёным морем. Его чащи достигали севера, где находился Мугрюм. Толстая чёрная шкура могла выдержать любые морозы. Впрочем, благодаря чёрствому сердцу, колдун ничего не чувствовал.

Аврора и путники приближались к Серебряному ключу. Их уже заметили обитатели этих мест горностаи. Крохотные, лёгкие зверьки с обманчивой внешностью миляг на самом деле являлись яростными хищниками. Они не боялись никого и ничего, как будто не подозревая о своих небольших размерах. Двое из них сидели на берегу «Ключа» Это были сдружившиеся между собой Зубастик и Ушастик. Они всматривались в воду, то и дело окуная лапки.

– Я её видел, только что, могу поклясться! – тонким голосом пролаял Ушастик – горностай с крупными ушами.

– Как же хочется есть! Куда она подевалась?! – озабоченно сказал второй зверёк, с сильно выступающими передними зубами.

Они охотились на водяную крысу, вовремя спрятавшуюся от них в зарослях кустарника. Ловкость подвела, голод не шёл на пользу, звери в лесу были истощены. Разрушительное воздействие темносилов влияло на всё вокруг. Чахла растительность, гибли насекомые и мелкие грызуны, потом начинали страдать от недостатка пиши небольшие хищники, и так цепочка становилась всё длиннее.

– Посмотри-ка брат, кто это там? – отвлёкся от упущенной добычи Зубастик.

– Где, брат? – отозвался Ушастик.

Они не были братьями, а только хорошими друзьями, но иногда и близкая дружба роднит. Увидев разношёрстную компанию, приближавшуюся к их ручью, горностаи затаились под корягой.

– Я уверен, они будут рады нам! – рассуждал Добряк, переваливаясь с лапы на лапу – Мы произошли от одних предков. Это что-нибудь да значит!

– От одних болтливых и нерасторопных предков, – поддел барсука Альфа.

Добряк насупился. Он побаивался открыто вступать с вожаком в спор, поэтому обиженно отмалчивался. Ворон Матиас вытянул крыло перед собой.

– По-моему я вижу двоих из ваших дальних родственников.

Все всмотрелись туда, куда указал Матиас и увидели сначала одного горностая, а затем и второго, стоявших на гнилой коряге и воинственно поднявших чёрные хвосты. Это были Зубастик с Ушастиком – секунда и зверьков, как не бывало!

– Вот тебе и радость! – усмехнулся Альфа. – Наверное побежали готовиться к торжественной встрече!

– Конечно, сначала нужно объяснить, почему мы в столь странной компании? – наконец, осмелился ответить Добряк. – Увидеть вас они точно не ожидают.

– Что ж, объяснять, похоже, придется прямо сейчас, – ехидно ответил рысь и кивнул в сторону ручья.

По обе стороны текущей воды высыпало не менее десятка маленьких зверьков. Они стояли на задних лапках, вытянув мордочки вперёд. Горностай с большими ушами указал на путников и сказал что-то необычному сородичу. Тот отличался не только более мелким размером, но и совершенно белой пушистой шёрсткой. В то время, как другие горностаи имели светло-коричневый окрас на спине и белое брюшко. Он медленно кивнул, и маленькие животные бросились в атаку. Мохнатым ковром, изредка подпрыгивая и кувыркаясь в воздухе, бежали они навстречу незваным гостям.

– Как видно, радость вашей родни не знает границ! – съязвил Альфа.

Действия воинственных горностаев его нисколько не испугали. Но вскоре ему пришлось изменить своё мнение. Собственно, он уже был поражён отвагой смельчаков. Ведь все они (путники) были намного крупнее. А затем стало происходить нечто странное. Прыжки и кривлянье горностаев вызвали у отряда необычный эффект: в глазах помутилось, тело стало вялым, двигаться не хотелось – хотелось смотреть и смотреть на гипнотический танец пушистых комочков. Альфа стеклянными глазами глядел на приближающихся зверьков. Вдруг он ощутил сильный укус сразу в двух местах: на шее и затылке. Скинув оцепенение, рысь стряхнул с себя двух зверят, впившихся в него острыми зубами.

– Это ещё что?! На кого посмели зуб поднять?! Покажу я вам сейчас рысь в гневе!

В это время все остальные кроме ворона, тоже подверглись нападению, но это не принесло им особого вреда.

– Стойте! – закричал Добряк – Мы вам не враги! Мы пришли за помощью!

– Да что ты унижаешься?! Я сейчас всех их передавлю! – рычал Альфа.

– Ни в коем случае! Прошу вас, не нужно конфликта! – метался между рысью и горностаями Добряк.

Прыжки и укусы прекратились. Горностаи встали на задние лапки и с любопытством разглядывали чужаков.

– Уважаемые родственники, мы с вами принадлежим к одному роду, и являемся разными ветвями одного дерева. – с волнением в голосе произнёс Добряк. – Так не будем же гневить предков! Мы пришли с добром, чего и от вас ждём!

– Эва, как загнул! – остолбенел Альфа. – Языкастый, однако, этот скромный барсучишка.

Горностаи дружно залаяли – это был их клич предводителю, вскоре появился и он сам. Никто не заметил его появления, только что-то белое промелькнуло рядом. Настолько быстр был маленький зверёк! Он встал перед путниками и строго взглянул на них красными глазками. Все оторопели, никто до этого не видел альбиносов!

– Я Белзо, – назвался предводитель. – Зачем пришли вы к Серебряному ключу, и что вам от нас надо?

Говорил он властно, нисколько не опасаясь животных более крупных размеров. Было такое чувство, что он вообще ничего не боялся. Пришлось барсуку Добряку поведать о том, какая нужда привела их сюда. Он рассказал, что им, задумавшим столь трудную задачу необходима любая помощь!

Белзо внимательно выслушал рассказчика.

– Теперь всё ясно. Сначала я был изумлён вашей процессией. Что ж, мне нужно подумать, а пока располагайтесь возле ручья и отдохните. Как только я приму решение, вы тотчас же об этом узнаете.

И горностай удалился прочь с важным видом.

– Ты видела какой странный этот Белзо? – тихо сказал Шустрик Авроре.

– Ничего странного, он ведь альбинос – ответила она.

– Кто? – переспросил лисёнок.

– Альбиносы – абсолютно белые создания – они редки. Вероятно, из-за своего отличия Белзо и стал главным. Необычность придаёт ему сознание собственной важности и так ему легче управлять другими.

– Так что, и лисы могут быть этими альбиносами?

– Легко, может где-то в лесу бродит твой родственник – белый лис.

– Сколько тебе известно! – поразился Шустрик. – Ты тоже необычная, наверное, поэтому мы идём за тобой.

Аврора была готова съесть свой хвост, который не так давно у неё появился! Но ведь лисёнок говорил отчасти правду. Только она-то считала, что человеческая сущность помеха для неё в этом мире.

– Посмотри, чего ты добилась! – не унимался Шустрик. – Рыси, с которыми обычной лисице лучше не встречаться, покинули дом и отправились за тобой. Опасливые барсуки поверили в удачу, благодаря тебе, а я был в отчаянии, пока не появилась ты!

– Всё это неважно, если мы не добьемся успеха.

– Это очень важно, маленькая лисица, – услышала Аврора за спиной хриплый голос. – Ты всех заставила поверить в себя, а это уже половина успеха!

Лиза вздрогнула и обернулась, Матиас Мудрый летел напиться воды.

– Я сейчас, – сказала она Шустрику и поспешила за Матиасом.

Тот ловко зачерпывал прозрачную жидкость клювом. Ворон несомненно был очень умён, но что-то другое притягивало к нему; едва уловимое ощущение тайны.

– Присоединяйся, – не оборачиваясь сказал он Ари. – Вода здесь истинное наслаждение!

Девочка смутилась, ей показалось, будто Матиас прочёл её мысли об отражение, которое она боялась увидеть в ручье – человеческое отражение.

– Спасибо, я потом.

Матиас ничего на это не сказал.

– С тех пор, как лес погрузился во мрак и холод, люди перестали ходить сюда. Они боялись темноты, ведь она таит неизвестность.

Аврора молчала, понимая, что Матиас говорит о важном. Ворон огляделся, путники разбрелись вдоль ручья: кто-то утолял жажду, кто-то с облегчением улёгся на траву и дал отдых телу. Детёныши рысей выглядели уставшими, мать переживала за них, и сейчас радовалась стоянке.

– Ты вовремя здесь появилась, – вдруг сказал ворон, повернувшись к Авроре. – Спасти зачарованный лес можно, но шансов не так много. Только тот, кто одержит победу над собой, победит мрак темносилов.

Ари покосилась на Матиаса.

– А почему этот лес зачарованный?

– А ты не понимаешь? – покосился ворон

– Нет.

Ворон промолчал, Ари не стала переспрашивать.

Появилась?! – стучал вопрос в висках. – Неужели он знает, каким образом я очутилась здесь?!

Но ворон выглядел обычно и больше об этом не говорил, хотя Авроре показалось, что разговор не окончен. Ручей пел. К шуму воды присоединялся шелест листвы, стоявших чуть поодаль деревьев. Путников охватила дрёма. Ленивая нега окутала их сонными объятиями. Только Ари не спалось, тревога грызла душу, отзываясь где-то под ложечкой. Она словно разрывалась на две части. Человек в ней беспокоился о маме и ньюфаундленде Малыше, оставшихся дома. Злился на отца, не мог простить. Зверь хотел освободить лес от таинственного Мугрюма и злых духов. Намерения благочестивы, а порывы горячи. Однако, мира в душе девочки-лисы не было.

Решено было дождаться вечера и поохотиться, а уж на рассвете, какой бы ответ ни дали горностаи, отправиться дальше. В рационе Авроры по-прежнему была растительная пища. Этого всегда очень хотела мама. Как бы она обрадовалась, узнав об этом, и одновременно испугалась, узрев нынешний вид дочери! Очень кстати пришлись яблочки с дикой яблони. Порой во сне девочке грезились горы пирожных со сливочным кремом, горячая пицца! Тогда она просыпалась с диким урчанием в животе и ртом, полным слюны. Её спутникам тоже приходилось трудно, особенно рысям. Им требовалось больше пропитания, чем другим животным. Ари начинала понимать законы, по которым жили новые друзья. Охота была частью их мира.

А в это время где-то в северных чащах огромная чёрная фигура неподвижно сидела на дереве, поваленном грозой. Медведь хмурился, он был недоволен своими слугами. Часть животных, побоявшись расправы, добровольно перешла на его сторону. Они помогали истреблять себе подобных и их души постепенно отдавались мраку. Но в лесу ещё хватало зверья и птиц! Они прятались, не выходили на охоту, почуяв опасность. Лес приспосабливался к сложной жизни, и это злило тирана! Время как будто остановилось. Замерло всё вокруг: ни звука, ни движения, только Мугрюм постукивал длинным когтём по стволу мёртвого дерева. Перед ним заклубился сероватый туман, принимая очертания призрачного волка и вскоре возник он сам. Волк выплюнул меховой комок, тот визжа расправился. Перемещение причиняло сильную боль! Это был один из слуг – хорёк Вонючка. Он спешил передать то, что видел в заброшенном доме лесника. Способ транспортировки был неприятным, но быстрым. Впрочем, слуг не спрашивали, каким образом им служить и приятно ли это? В знак поклонения Вонючка припал к земле и опустил голову.

– Хозяин, – заквохтал хорек, я прибыл с вестями!

– Так говори! – взревел медведь, повергая бедного хорька в ужас.

– Я видел зверей, собравшихся в развалинах человеческого жилища.

Мугрюм впился взглядом в хорька, доводя его до исступления. Упоминание о человеческом доме привело медведя в бешенство. В памяти всплыли одинокие ночи и тягучие дни. Пустой дом, холодная печь, разбитые стёкла, сквозь которые прорывался ночной ветер, пугая жутким завыванием. К нему примешивались звериные вопли. Он возненавидел их уже тогда – зверей.

– Что это значит?! Почему они там собрались?!

– Н-не знаю! Их было много: рыси, барсуки, лисы. Среди них был даже ворон. Он напал на меня, когда я подкрался к ним.

Мугрюм думал, постукивая когтём по стволу. Хорёк ждал поощрения, смотря на хозяина маслеными глазками. Но тот поднял внушительную лапу и резко выбросил её в сторону. В этот же момент слугу подкинуло вверх и швырнуло об землю! Он завизжал от боли.

– Почему никто за ними не проследил?! Убирайся прочь! – в бешенстве ревел медведь. – Отправляйся обратно и найди этих нгодных! Будешь следить за каждым шагом, пока я не схвачу их!

Зверёк поторопился скрыться, прихрамывая и поджав от страха длинный хвост. Мугрюм встал и прошёлся туда-сюда, сжимая и разжимая лапы.

– Что это за свора? – думал он. – Почему такие разные звери вместе? Как они узнали про дом? Куда направляются? Бунт! – пронеслось в голове колдуна. – Хотят помериться силами? Что ж посмотрим! Нужно выяснить, кто ими руководит и что они знают обо мне?!

Глава 8.

волшебство кристальной глади

Две маленькие фигурки, прислонившись друг к другу, нежились в лучах заката. Красные лучи заливали их хрупкие силуэты, они блаженно подставляли им острые мордочки.

– Солнце садится, вместе с ним уходит тепло, – сказал Шустрик.

– Давай посидим так ещё немного. Когда я чувствую твой мягкий бок, мне почти не холодно, – зевая попросила Ари.

– Что-то Белзо не торопится с ответом, – крутя ушами, как будто проверяя на месте ли они? – заметил лисёнок.