Выживальщики 1. Охота

5

Мастер был чем-то озадачен. Казалось, что всё шло как обычно, но что-то его, очевидно, тревожило. Лиана склонилась над картой.

– В моей зоне давно не было высадки. Обычно, когда такая пауза, значит, готовится что-то большое.

– Послушай меня хотя бы на этот раз, – Мастер начал размешивать сахар в своём травяном напитке, при взгляде на который Лиану передёрнуло, она никогда не понимала, как он может пить эту дрянь, – не ходи одна. Лучше вообще пропусти следующую высадку. По одному, кроме тебя, никто не ходит. Ты лучший добытчик из всех, кого я когда-либо видел. Не хотелось бы тебя потерять. И дело не в том, что ты приносишь больше всех барахла – ты мне как дочь. Я обещал твоему отцу, что буду приглядывать за тобой.

– Я лучшая как раз потому, что работаю одна. Меня никто не может подвести или кинуть. Я сама за себя отвечаю. И я тоже никого не могу подвести, когда подводить некого. Если ситуация выходит из-под контроля, я могу спокойно дать дёру, и мне не нужно думать о том, что надо вытаскивать напарника. И высадку я не пропущу, мне нужны деньги.

– Зачем? Ты за последний год очень много заработала! Больше всех, даже больше меня! На что ты копишь? На космический корабль? Если даже накопишь, то где ты его купишь?

– Нет, корабль мне не нужен. Я улетать не собираюсь, но цель у меня есть. Я не собираюсь вечно грабить туристов. Нужно планировать будущее.

– Планируй, кто тебе не даёт, но в этот раз не ходи. Поверь моему опыту и чутью. Когда происходит сбивка расписания высадок, значит, следующая, которая будет – нестандартная. А от нестандартных высадок неизвестно чего ожидать. При нестандартных высадках вероятность гибели добытчика значительно возрастает. И большинство тех, кто идёт – гибнут. Могут даже охотников забросить, а ты знаешь, чем это чревато. Выбраться из долины будет практически невозможно.

– Нестандартная высадка – нестандартное снаряжение. Можно будет хорошо подзаработать. Может, и для себя чем-то полезным разживусь. А что касается охотников, так их здесь уже лет тридцать не было.

– Мёртвым деньги не нужны. И снаряжение тоже. А с охотниками всегда так, никогда не знаешь, когда и где они появятся в следующий раз. До меня доходят слухи из других регионов, что там они пасутся частенько. То, что у нас их давно не было, не значит, что больше не будет, наоборот, шансы возрастают. Я не только тебя отговариваю – всех. Кому у меня хватает власти запретить, тем просто запрещаю. Только с тобой совладать не могу.

– Мастер, ты меня знаешь. Я врать не буду. Могла бы сказать, что не пойду, а потом потихонечку смыться. Но я так не делаю. Ты не волнуйся, я очень осторожная. Посижу, посмотрю – если что не так, соберу вещички и домой. Если всё нормально – поработаю пару недель. К тому же если на поляне никого больше не будет, всё барахлишко мне достанется.

– Получается, пытаясь тебя отговорить, я, наоборот, подтолкнул.

– Нет, я бы всё равно пошла. Интересно. Я, честно говоря, от обычных высадок устала. Добыча барахла превратилась в рутину. А когда опасная работа становится рутинной, то жди беды. Бдительность падает, самоуверенность возрастает, а так и до смертельной ошибки рукой подать. Если хочешь знать, пойти меня толкает как раз инстинкт самосохранения. Нужно освежить рефлексы. Встряхнуться, выйти из привычной схемы. Обновить, так сказать, навыки импровизации. Гибнет тот, кто не умеет импровизировать.

– Как ты всё переворачиваешь! С тобой очень тяжело спорить.

– Может, потому, что я права? Ты просто не знаешь, как я работаю.

– Не знаю, ты своих секретов не раскрываешь.

– Конечно, потому они и секреты. Но чуть-чуть дверцу могу приоткрыть. Я никогда не лезу на рожон, всегда тщательно изучаю клиентуру, внимательно выбираю жертву и очень подробно всё планирую. Формула кажется простой, но если ей строго следовать, успех обеспечен.

– Твой секрет не в этом.

– Не в этом. Но это тоже очень важно. Если бы все следовали этим правилам, а не вели себя как шайка безбашенных разбойников – количество смертей среди наших было бы куда меньше. Да и среди туристов тоже. А то, если переусердствуем, могут и группу зачистки прислать – а вот тогда уже мало никому не покажется.

– Не-е, группу зачистки не должны. Охотников могут, нестандартных туристов с каким-нибудь не регламентным оружием, как двенадцать лет назад, помнишь? Прилетели миллионеры с умными ружьями – стреляют в лес, а пуля сама летает и жертву ищет. Почти все, кто были в рейде, погибли. Хорошо, ты тогда в отъезде была. Я вот этого опасаюсь. А зачистку присылают только за беспредел. Если бы мы всех туристов подчистую вырезали – тогда да! Либо зачистка, либо бомба. Но у нас здесь выживает туристов как раз, сколько им нужно – три из четырёх. Мы им, наоборот, статистику поддерживаем. Я за этим слежу. Если кто из добытчиков зарываться начинает или кровожадность проявлять, у нас есть методы на место ставить.

– Методы ваши я знаю. И на статистику мне плевать. У меня свои принципы. Я людей из-за барахла не убиваю. Только если меня пытаются убить и не остаётся выбора. Но такое редко бывает.

– Последний раз тебя прошу, ради памяти твоего отца – не ходи!

– Памятью отца не надо, может, он ещё жив.

– Был бы жив – вернулся бы уже давно. Двадцать лет прошло. Я не запрещаю тебе надеяться, но рано или поздно нужно смириться и принять реальность – его больше нет.

– Спорить не буду, но я думаю, что он жив. Не может вернуться, но жив. Это уж точно моё дело – верить или нет. А в рейд я пойду. Ты ведь с самого начала знал, что отговорить меня не получится. Понимаю, попытаться был обязан, работа такая. Только одно могу пообещать, что буду очень осторожна. Я смерти не ищу, у меня другие задачи.

– Ладно, поступай как знаешь. Будем считать, что воспитательную беседу я с тобой провёл.

– Скажи-ка лучше, по моим интересам ничего нет?

– Нет, книги давно не приносили. Я про тебя помню, всегда прошу всех, если будет возможность, чтобы брали. Вознаграждение хорошее обещаю, но сейчас очень много молодёжи среди добытчиков, а они книги как добычу не воспринимают. Берут оружие, походное снаряжение, продукты, а вот книга, если случайно попадётся, они на неё и не посмотрят.

– Да, молодёжь плохо образована в последнее время. Куда старейшины смотрят? Если так будет продолжаться, вконец одичаем. И так под землю загнали нас. Не хватает образования и культуры.

– Может, тебе из добытчиков в учителя переквалифицироваться? У тебя бы хорошо получилось. А таких умных и начитанных даже среди старейшин ещё поискать.

– Всё, я пошла, а то, похоже, нарываюсь на новую проповедь.

– Когда отправляешься?

– Утром, наверное. Пойду осмотрюсь, проверю тайники, убежища запасные, продукты разнесу, оружие. Если высадка на этой неделе и будет, то в ближайшие три дня. А если пауза ещё затянется, буду сидеть и ждать. Возвращаться не буду. Надо продуктов побольше взять.

Мастер медленно, с трудом поднялся и протянул к Лиане руки.

– Идём, я тебя обниму…

Она подошла и положила голову ему на плечо, он её обнял.

– Прошу, будь осторожна. У меня кроме тебя никого нет, ты же знаешь. Случись что с тобой, меня и похоронить некому будет.

– Ах ты старый эгоист, – строго, но ласково сказала Лиана, – о себе, оказывается, печёшься.

– И о себе тоже, – он улыбнулся, – выметайся, не трави душу. Она тоже улыбнулась.

– Как вернусь, сразу к тебе!

– Главное вернись.

– Обещаю!

Лиана вышла на улицу. Уже темнело. Ночь обещала быть тёплой. Она подняла голову и посмотрела на небо. Несмотря на то что ещё были сумерки, в небе ярко сияла орбитальная станция. Лиана в очередной раз подумала, какая же она огромная.

– Ну что же, давайте, присылайте своих туристов. Мы их тут встретим как полагается, – сказала она искусственному спутнику и зашагала в сторону дома.

6

Тренировки проходили в довольно интенсивном режиме. Каждый день проводили две физические тренировки и два теоретических занятия. К вечеру Сёма просто валился с ног. С девчонками из столовой, Сюзанной и Кристиной, или Сюз и Крис, как они друг друга называли, и Семён, глядя на них, тоже стал использовать эти сокращённые имена, а также с Валерой, его соседом по лекции, у них сложилась небольшая, но дружная и весёлая компашка.

Подражая девчонкам, ребята тоже попытались сократить свои имена и стали называть друг друга Вал и Сём, но это как-то не прижилось, по причине корявого звучания. Курс подготовки был рассчитан на две недели, но оказалось, что это неточно. Две недели – это был необходимый минимум. Сёма с Валерой провели здесь уже неделю, а учитывая то, что девчонки прибыли на десять дней раньше, они уже три дня как должны были высадиться. Но их срок постоянно сдвигался.

Организаторы не вдавались в подробности, ссылаясь на неблагоприятные факторы окружающей среды. Непонятно, какие факторы могли помешать им, ведь целью и было как раз выживание. Но возможно, в планируемой зоне высадки происходило что-то, что уничтожило бы всю группу, поэтому спорить с ними смысла не было. Им, наверное, всё-таки виднее.

Тем более что за задержку доплату не брали. Поэтому девчонки относились к этому спокойно, как к дополнительному отпуску. Интенсивность тренировок у них снизилась, так как основная программа была закончена, и теперь они поддерживали форму.

Оказалось, что они обе бегуньи, то есть к нагрузкам привычные, и помимо плановых тренировок любили и сами поторчать в спортзале. Сёма радовался их задержке, ему нравился их маленький коллектив, хотя на пары они так и не разбились.

Сначала ему больше нравилась Крис, она была более яркой и энергичной, но постепенно его симпатии стали склоняться в сторону Сюз, более спокойной и рассудительной. Кто из них кому из ребят симпатизировал было тоже непонятно.

Сёма решил не нарушать равновесие и пустил дело на самотёк. Как будет, так будет. С Валерой он эту тему не обсуждал, потому что не определился с симпатией, а тот, видно придерживался похожей стратегии. Возможно, что роман это не то, что им всем сейчас было нужно. Дружеская компания в ожидании рискованного предприятия – более приемлемый вариант.

Было очевидно, что задержки происходят не у всех. Количество людей на станции не увеличивалось. Примелькавшиеся лица исчезали, но появлялись новые. При общем большом количестве народа отследить это было почти нереально, но заметно, как меняются жильцы в соседних номерах или в столовой исчезают люди, привыкшие сидеть за одними и теми же столами.

Похоже, высадки продолжались. Возможно, это в определённом регионе возникли сложности. В глубине души Семён надеялся, что они все попадут в одну высадку. Шансов на это было мало, но, как говорится, чем чёрт не шутит. И каждый день задержки вселял дополнительные надежды.

Сегодня, после вечерней тренировки, они хотели пойти полетать на симуляторах. Космические баталии – девочки против мальчиков. Идея, как всегда, исходила от девочек. В них вообще был очень силён соревновательный дух. Почти в любом времяпрепровождении, которое они предлагали, должен быть победитель.

Сёма не возражал. Даже в этом можно было увидеть тренировку. Все эти соревнования заряжали на победу, повышали целеустремлённость, а это не было лишним в ожидании высадки.

Он ещё стоял под душем, когда на браслете запиликал вызов.

Сёма нажал ответ.

– Я слышу, как льётся вода, – раздался голос Крис, – мы тебя уже десять минут ждём, ты что, ещё плещешься? Валера уже здесь, а вы с ним вместе закончили.

– Дорогая, я просто хочу прийти к вам чистым, разве можно меня в этом упрекать?

– В этом нельзя, а вот в том, что заставляешь девушек себя ждать…

– И Валеру! – раздался на заднем плане голос.

– Заставляешь девушек и Валеру себя ждать – в этом можно.

У тебя пять минут, придёшь позже, будешь наказан!

– И как именно?

– Пока не знаю, но не волнуйся, мы что-нибудь придумаем.

– После твоих слов мне даже захотелось опоздать, чтобы узнать, как ты меня накажешь.

– Не я, а мы, и не будет ничего такого, чего ты себе там в душе нафантазировал. Уже четыре минуты… – и Крис отключилась.

Сёма, улыбаясь, выключил воду и включил сушку. Потоки тёплого воздуха заскользили по его телу, а он тем временем стал расчёсываться, чтобы волосы не высохли торчком. Как же ему нравилось это общение. Они всегда веселились, подкалывали друг друга, слегка флиртовали.

Взаимопонимание возникло сразу, ничего не нужно было объяснять по сто раз. У Сёмы за всю его жизнь было не так уж много друзей и компаний, в которых он чувствовал себя своим. И совершенно точно никогда не было так хорошо, как сейчас.

Даже ради этого стоило поехать сюда. Печалило только то, что все они с разных планет. Если всё пройдёт хорошо, если все останутся живы, Сёма решил ни в коем случае не прерывать связь. Пусть и удалённую. Хотя в глубине души и понимал, что то, что происходит сейчас, не получится сохранить и законсервировать.

Возможно, всё, что происходит, продиктовано самой ситуацией, выходом из привычной среды обитания, грядущей опасностью. Возможно, встреться они в другой ситуации, такого единения бы не возникло. Они на время как будто стали другими людьми.

Всё это так. Но сейчас это есть, и очень хочется это сохранить. Сделать это будет трудно, но попробовать можно. Главное, чтобы все остались живы. Думая об этом, Сёма оделся, вышел в коридор и пошёл в сторону игровой зоны.

Победили, как и в большинстве случаев, девчонки, хотя им никто не поддавался, но это было хорошо. Значит, весь вечер они будут в хорошем настроении. Проигрыши им давались тяжело. После них, как они ни пытались, но сохранить хорошее расположение духа получалось плохо.

Поддаваться им нельзя, они это сразу раскусывали, и такая победа не приносила удовлетворения, а была хуже поражения. Они начинали злиться на ребят. Идеально было, когда они побеждали, преодолев отчаянное сопротивление. Такая ситуация устраивала всех. Они наслаждались победой, а ребята – их хорошим настроением. Вечер проходил блестяще. Вот и сейчас они шли на ужин, весело болтая и перебивая друг друга.

– Кстати, – начала Сюз, – с нами сегодня встречались по поводу задержки.

Ребята сразу замолчали и стали серьёзными. Тема достаточно важная.

– Точно, – подхватила Крис, – до этого сообщения рассылали, что высадка переносится, а сегодня собрали группу и прислали куратора всё нам разъяснить. Кроме нас там человек тридцать было. Наверное, это все, кого задержка коснулась.

– Что говорят? – не выдержал Валера.

– Говорят, ждём пока, – сказала Сюз и хитро посмотрела на ребят. Увидев на их лицах облегчение, добавила: – Я знала, что вы обрадуетесь.

– Конечно, мы рады, – Сёма не стал сдерживать улыбку, – на сколько вас ещё оставляют, что вообще говорят?

– Дня три-четыре точно, – сказала Крис и насладилась произведённым эффектом. Ребята обрадовались не на шутку.

– Так, может, вы нас дождётесь, вместе полетим, – Валера озвучил Сёмины надежды.

– Я, честно говоря, давно об этом думаю, – подтвердил тот.

– Плохая идея, – сказала Крис, – вместо того чтобы о себе заботиться, нам придётся ещё и вас спасать. Вы же как дети несмышлёные.

– Очень жестоко с вашей стороны, мадемуазель, подвергать сомнению наши способности к выживанию, – ненатурально обиделся Валера.

– Минуточку, – Сёма откашлялся, – если вы считаете нас такими никчёмными и не хотите лететь вместе с нами, значит, вы готовы обречь нас на верную гибель, получается? А как же наша дружба? Все эти несколько дней? Это что, ничего не стоит?

– Во-во! – поддакнул Валера. – Жестокие и бессердечные бабёшки.

– Ребята, – Крис встала между ними и обняла их за плечи, – поймите нас правильно, мы ещё очень молоды, нам всего по двадцать пять лет, нам ещё жить да жить. И вовсе не хочется погибнуть из-за малознакомых мужичков, спасая им жизнь. Жизнь у нас одна, а таких как вы, будет ещё мильён! – она, широко улыбаясь, потрепала их по волосам.

– Какой такой мильён? Я думал, что мы вместе навеки! Быстро вы нас списали! – Валера стряхнул руку Крис и насупился.

– Кроме шуток, вместе полететь было бы здорово, но это практически нереально. – Сюз положила руку на плечо обиженному Валере. – Командная работа всегда более эффективна. Мы друг друга уже более-менее знаем. Можем доверять – это повышает наши шансы на выживание. Но посмотрите вокруг! Здесь столько людей. Представляете, сколько групп отправляется на высадку каждый день? Даже если мы дотянем до вашего срока и даже если будем высаживаться в один день – маловероятно, что мы попадём в одну зону.

– Но ведь есть же групповые туры, может, как-то договоримся? – Сёма не хотел терять надежду.

– Те, кто приезжает вместе, как мы, изначально в договоре указывают, что высаживаться тоже должны вместе. А вот вы, несмотря на то что прилетели в один день, я не уверена, что попадёте вместе на высадку. И договориться не получится. Опять же в договоре указано, что группы они формируют по своему усмотрению. Так что, остаётся надеяться на чудо.

– Да, Сюз, ты как всегда у нас голос разума, – Сёма уже по-настоящему загрустил.

– Ладно, ребят, пока мы вместе, давайте не будем предаваться унынию. Мы же поесть собирались. Самое время. Пока грустные мысли не сожрали вас самих, – сказала Крис и первая пошла в сторону столовой. Остальные двинулись за ней, но печаль так и висела над их компанией весь вечер.

7

Лиана прождала на своём наблюдательном пункте три дня, а высадки всё не было. На её территории, если туристы не прилетали в начале недели, то до следующего понедельника можно уже не ждать. Понедельник, вторник, в крайнем случае среда – так было заведено.

Пропуски случались крайне редко и, как и говорил Мастер, обычно сулили неприятности. А тут уже вторая неделя без высадки. Такого Лиана вообще не помнила. Это было тревожно. Если они там наверху что-то намудрили и, например, решили закрыть полигон, то это будет просто беда. Рухнет весь уклад жизни. Куча людей останется без работы.

Конечно, жить грабежом туристов не самое благородное занятие, но так ведь они и прилетают сюда за острыми ощущениями. Правда, их не предупреждают, что они могут столкнуться здесь с другими людьми, они-то думают, что будут выживать в дикой природе. Ну так тем интереснее.

И тем не менее, если высадки на этой неделе не будет, то возвращаться домой – только время терять. Надо чем-то занять конец недели. Лиана решила пройтись по всем своим землянкам, тайникам и лежбищам.

Давно пора было разнести продукты и обновить снаряжение. За последние два месяца она подъела большую часть в своих схронах. Эти точки были разбросаны по всей её территории. Их было много. Основная база, три землянки, в которых можно ночевать или даже прожить несколько дней, девять небольших схронов, в которых можно переждать опасность и спрятаться. Плюс больше десятка тайников с продуктами и снаряжением. Ну и, конечно, самое сокровенное место, в которое она без необходимости не ходила и не пользовалась им во время работы. Боялась, что кто-то выследит и узнает. А этого допустить было нельзя.