Выживальщики 1. Охота

Про него не знал ни один человек, кроме неё, её отца и деда. Это место, как и вся сеть тайников, передавалось из поколения в поколение. Теперь про него знала только Лиана. Дед и отец пропали. Но если бы вдруг вернулись, на что надежда была, но слабая, то сначала пришли бы туда, чтобы зализать раны и сориентироваться в обстановке. Поэтому Лиана всегда держала там полный запас продуктов и медикаментов.

Она решила начать обход с северной части своей территории. Там она в последнее время работала чаще, и запасы истощились. Чтобы обойти всё, у неё просто не хватит сил, чтобы нести столько всего. Наверное, стоило укомплектовать по минимуму, но все тайники, чем несколько полностью.

Она подумала, что лучше взять. Маленькие сухпайки, концентраты, сухари. Всё это она терпеть не могла, но голод, как говорится, не тётка. Запас всегда должен быть, а если есть возможность, она предпочитала жить охотой.

Хорошие консервы у неё тоже были, но их таскать тяжело. Давно собиралась купить шагоход – грузового четырёхногого робота, килограммов на пятьсот, модель пони – они по горам неплохо лазают, но всё время денег было жалко.

Это когда она дома, было жалко, а когда в лесу тащила на себе тяжести, то всегда ругала себя и свою экономность. Вообще, такой робот у неё был. Но он сломался, а чтобы его починить, нужно доставить в город. А он весит почти три центнера. Как его дотащишь? Вездеход, на котором она приезжает, приходится оставлять почти за пять километров от основной базы. А шагоход находится в сокровенном месте, куда ещё двадцать километров. Хорошо ещё, что сломался не в лесу, а на базе. Просто в один прекрасный день не включился и всё. Чтобы его оттуда теперь забрать, нужен другой такой же.

Лиана сделала себе чай в большой кружке и через узкий проход вышла на террасу. Терраса – это скальный выступ метров тридцать квадратных, примерно четыре на семь. На нём была почва, благодаря чему он сильно зарос.

Здесь росло несколько деревьев и кустарники, так что можно было наблюдать за всеми окрестностями, практически за всей своей территорией, оставаясь незамеченной даже в сильную оптику. Она села на большой валун, который был ещё тёплым от солнца, хотя уже и уполз в тень, и стала медленно и со вкусом попивать чай.

Солнце уже совсем низко, ветерок лёгкий и тёплый, и она подумала, что надо принести спальник и лечь спать здесь. Она любила так делать при хорошей погоде.

Попасть на эту террасу можно было только из пещеры, вход в которую находился гораздо ниже и в стороне. Дед, который всё это нашёл и оборудовал, был просто гений. Он умел находить такие места, до которых никто другой бы не додумался. Как, например, это, которое служило основной базой. Незаметный вход в лабиринт пещер, в котором заблудиться – раз плюнуть, и в этом лабиринте ещё более незаметный подъём на верхний ярус, куда подняться можно только при определённой сноровке. Груз потом приходится поднимать на лебёдке.

Пройдя по коридорчику, попадаешь в очередной лабиринт. И если знать дорогу, то в конце окажешься перед замаскированной дверью. А за ней уже практически дом. Изогнутая галерея с отходящими в обе стороны ответвлениями, представляющими собой комнаты разного размера, в которых в основном находятся складские помещения. И в самом конце основная комната с дверью. В ней очаг, кровать и куча аппаратуры. Все подходы к базе дед утыкал камерами и всевозможными датчиками. Так что, когда ты внутри, незаметно подобраться практически невозможно.

Дед не был параноиком. Давным-давно, когда их деятельность только начиналась и ситуация не достигла равновесия, организаторам туров выживания не нравилось, что на их клиентов охотятся и грабят. Они периодически пытались отловить добытчиков, как те себя называли.

Истребить их не удавалось. Но противостояние продолжалось довольно долго. Так что принятые дедом меры были продиктованы необходимостью. Их семья единственная, кто не потерял ни одного человека во время добычи. Это была единственная династия. Все другие были приходящими. Кто-то погибал, кто-то бросал это дело. Но созданная дедом инфраструктура позволяла вести добычу эффективно и относительно безопасно, а где-то даже с комфортом. Постепенно был найден баланс. Добытчики не убивали туристов без крайней на то необходимости, зато обеспечивали дополнительный экстрим. Их перестали трогать. И хотя угрозы от организаторов давно не исходило, сам род деятельности был довольно опасным, поэтому Лиана продолжала следовать всем выработанным правилам. Бережёного бог бережёт.

Попивая чай, девушка думала о том, что, возможно, давно бы уехала отсюда, если бы не наследство, оставленное дедом и отцом. Жалко бросать всё это хозяйство, а особенно она не представляла, как жить без сокровенного места. Там было её сердце.

Да и опасность она любила. Риск очень возбуждал. Прочищал мозги. Придавал жизни остроту. В принципе, она понимала, зачем сюда приезжают туристы. За теми же ощущениями, которые она сама постоянно испытывала.

Но работа есть работа, где ещё на этой планете взять современное оружие, амуницию и электронику. Да и продуктами иногда удавалось очень неплохо разжиться, если приезжали элитные туристы со своими деликатесами.

Солнце уже почти скрылось за горизонтом. Лиана допила чай, выплеснула остатки на траву и пошла за спальником. Нужно будет завтра встать пораньше, чтобы покрыть как можно большую территорию.

Взяв спальник и пульт удалённого управления охранной системой, она постояла немного задумавшись, потом положила всё на стол и решила перед сном собрать рюкзак на завтра, чтобы с рассветом уже выйти. Из-за того, что она давно не пополняла запасы, завтра придётся поработать ломовой лошадью. Ну да чего уж, сама виновата.

Только выбравшись из пещерного лабиринта, Лиана поняла, что переборщила. Вот ведь вроде не новичок, а так ошиблась. Рюкзак, наверное, весил килограммов тридцать. И хотя она вела очень активный образ жизни, и силы, и выносливости ей было не занимать, но для девушки это было всё же многовато.

Значит, идти она будет медленно, отдыхать часто, и на весь маршрут уйдёт гораздо больше времени, чем она рассчитывала. Решив, что возвращаться – плохая примета, она решила ничего не менять, поправила рюкзак поудобнее и пошла на север. Она старалась каждый раз идти по-новому, чтобы не набивать тропинку к базе. В идеале стараться наступать на камни, но с тяжёлым рюкзаком она решила этого не делать. До первого схрона идти было километров семь.

Через час она одолела почти полпути и взмокла так, что как будто только вылезла из воды. Она решила сделать большой привал. Засунув рюкзак под большой куст, она достала термоковрик, который в свёрнутом виде был не больше её кулака, но размерам с хорошее спальное место.

День был жарким, но лежать разгорячённой на земле всё же не стоило. Расстелила коврик на полянке, там, где тень от кроны дерева была рассеянной и пропускала немного солнца. Села на землю и сняла высокие ботинки. Они тоже пропотели насквозь. Сняла камуфляжную куртку и штаны.

Разложила всё это на солнце и замерла в нерешительности. На ней остались только трусики и утягивающий топ, который она надевала, чтоб грудь не сильно мешала при беге. Они тоже были насквозь мокрые. Переодеться ей было не во что, а сушить на себе не очень приятно.

Она точно знала, что кораблей в последние дни не было, наблюдала сама, да и системы контроля на базе ничего не засекли. А приземление челноков трудно пропустить. Мастер сказал, что добытчиков в рейде быть не должно, а если даже кто-то и пошёл, то на её территорию обычно никто не забредает.

Все знают, чья это поляна. Но даже если кто-то и зашёл, то каковы шансы встретиться в огромном лесу? Практически никаких. Но что-то её останавливало от того, чтобы раздеться полностью. Наверное, даже не боязнь, что её увидят. Нет, лес был пустой, как барабан. Скорее смущало то, что она будет чувствовать себя беззащитной, совсем оставшись без одежды. Казалось бы, невелика разница, только нижнее бельё. А вот нет же, без него исчезал какой-то важный барьер.

– Да ну что я в самом деле, – сказала она наконец самой себе и резко сняла с себя остатки одежды. – Ну вот, ничего страшного. Она разложила вещи сушиться, встала лицом к солнцу, широко расставив ноги и раскинув руки в стороны, и зажмурилась, подставив лицо тёплым лучам.

– Хорошо-то как… – постояла так, греясь пару минут, а потом легла и растянулась на коврике. Она часто лежала на солнышке нагишом, но делала это на террасе базы, где чувствовала себя защищённой. Но вот так, на полянке, посреди леса… это добавляло новых ощущений и слегка щекотало нервы. Хотя она и не собиралась этого делать, но пригревшись, как-то незаметно соскользнула в сон.

– Ты глянь, какая сказочная картина! Сначала она подумала, что это часть сна.

– Часто ли в лесу можно встретить такой цветочек на полянке? – сказал кто-то, и раздалось грубое ржание нескольких голосов. Сон мгновенно слетел, Лиана резко села. Их было трое.

Что сразу бросилось в глаза, так это то, что один держал в руках её трусики. Повертев их в пальцах, он поднёс их к носу и медленно втянул воздух. Остальной её одежды видно не было. Видимо, они отбросили её куда-нибудь в кусты.

Как-то сразу стало понятно, что это не безобидная шутка и ничем хорошим это не кончится. Она не стала поддаваться побуждению прикрыться руками, успела подумать, что это сразу поставит её на роль жертвы. Вместо этого резко встала, повернулась к ним лицом и упёрла руки в бока.

– Я вас знаю, – решила она сразу взять инициативу в свои руки, – вы недавно работаете в нашем районе и, наверное, не знаете, что это моя территория, сюда не стоит заходить.

– Ты глянь, какая деловая! – тот, что стоял посередине, явно был за старшего. Ещё Лиана заметила, что хотя они и держали ружья как бы расслабленно, но стволы направлены примерно в её сторону, руки лежали на рукоятках, а пальцы недалеко от курков. Они оказались здесь не случайно. Они прекрасно знали, кто она такая и что нужно быть на стрёме. Значит, они её искали. Возможно, следили. Только как долго и что им известно?

Может, они выследили, где находится база, тогда это совсем плохо. Значит, это беспредельщики, которые позарились на её имущество, и их придётся кончать. Правда, сказать легче, чем сделать. Пока ситуация складывалась не в её пользу.

– Хорошая, правильно, что мы её сразу не пристрелили, таким добром надо воспользоваться, – сказал тот, что держал трусики.

– Не торопись, сначала она покажет, где её база, а потом делайте что хотите, – ответил главный.

«Так, значит, где база, они не знают, но ведь как-то они её нашли, а значит, кое-какая информация у них есть», – подумала Лиана, и это её немного успокоило. Почему-то секретность нахождения базы её волновала сейчас больше, чем собственная жизнь.

– Ну так что? Покажешь нам своё логово? Мы слышали там много интересного. Ты хорошо зарабатывала и почти ничего не тратила. У тебя должно быть много денег, но в твоём доме мы ничего не нашли. Да-да, что ты так удивлённо на нас смотришь? Мы обыскали твой дом. Должен тебе сказать, что он не производит впечатления, что в нём живёт женщина, в нём как будто вообще никто не живёт. Ты там только ночуешь по необходимости, там нет твоих личных вещей. Как гостиничный номер.

«А он совсем не дурак, – подумала Лиана, – всё точно подметил, а это значит, что ситуация ещё хуже, чем казалось. Хотя куда уж хуже…»

– Значит, домом ты считаешь свою базу. Следовательно, там хранишь все свои накопления. Говорят, что у тебя там вообще страна чудес. Редкие образцы оружия, приборы, которые на этой планете невозможно достать. Если бы ты всё продала, то наверняка смогла бы купить себе звездолёт, если бы они здесь продавались. Но ты всё хранишь! Мы долго тебя разрабатывали. Собирали информацию, готовились. Была одна проблема, говорили, что ты очень опасная и тебя невозможно застать врасплох. Если бы те, кто это говорил, видели тебя сейчас! Так что слухи о тебе были сильно преувеличены, или нам просто сказочно повезло…

– До захода солнца ты всё узнаешь. – Лиана пыталась просчитывать разные варианты, но пока выхода не видела. Нужно, чтобы ситуация изменилась, что-нибудь произошло, тогда, возможно, появится пространство для манёвра. А пока что она стояла гордая, но абсолютно голая, перед тремя вооружёнными мужиками.

– Это угроза? – главный улыбнулся.

– Констатация факта. – Лиана улыбнулась в ответ.

– Хорошо, договорились. Направление мы знаем, расстояние примерно тоже. Даже место почти точно. Наблюдали тебя с кружечкой на скальном выступе. Но нам нужен вход. Так что пора обратно.

И они двинулись к ней, обходя со всех сторон.

Лиана решила, что чего не позволит точно, так это надругаться над собой. Она внутренне собралась и стала похожа на сжатую пружину, готовясь дать отпор. Просчитывая возможный ход схватки, она не уследила за одним из них, и он оказался сбоку и чуть сзади. Девушка уловила какое-то движение, но среагировать уже не успела, и приклад ружья встретился с её головой. В глазах потемнело, и она потеряла сознание. Последней мелькнувшей мыслью было: «Как же глупо…»

Сознание возвращалось медленно. Как будто она всплывала с большой глубины. Сперва она не поняла, где она и что происходит. Инстинкт подсказал ей, стараться не выдавать того факта, что она пришла в себя.

Она поняла, что её несут, перекинув через плечо, головой назад. Приоткрыв глаза, она увидела перед собой спину того, кто её нёс. Стараясь быть максимально расслабленной, чтобы ни одним непроизвольным сокращением мышц не выдать своего пробуждения, она попыталась оценить ситуацию. Она по-прежнему была совершенно голой.

Волосы, которые раньше были собраны в пучок, растрепались и теперь свисали вниз, закрывая и так скудный обзор. Хотя это даже хорошо, со стороны не видно, что она очнулась, если кто посмотрит.

Насколько она чувствовала, её не изнасиловали, пока она была без сознания. Хотя голова после удара гудела и тело болело в некоторых местах. Видно, с ней не особо церемонились, пока она была в отключке.

В том месте, где она животом лежала на плече, болело особенно. Видно, несли её довольно давно, и там всё натёрло. Ещё пуговица на погоне упёрлась куда-то под бедро и причиняла невыносимое неудобство и боль. Приходилось прикладывать нечеловеческие усилия, чтобы не шевелиться.

Руки её безвольно висели вниз и периодически бились о приклад ружья, которое находилось на другом плече у того, кто её нёс. Там наверняка тоже уже образовался синяк.

С другой стороны на поясе она увидела нож, перетянутый фиксирующим ремешком. Он находился чуть ниже её лица, почти на уровне локтя. Она решила, что этот нож, её единственный шанс на выживание.

– Что-то она долго не очухивается, – это был голос главного, оказалось, что он идёт сзади, на некотором удалении. Это было плохо, значит, он может видеть и контролировать каждое её движение. – Идиот, зачем её надо было бить? Мы полностью контролировали ситуацию.

– Но ты же сам говорил, что она очень опасна, – ответил запыхавшимся и срывающимся голосом тот, что её нёс, видно его заставили тащить в наказание за то, что он её вырубил.

– Что, совсем выдохся? А ведь она могла идти своими ножками, если бы ты её не огрел. Молись, чтобы она очнулась, потому что, если ты ей повредил мозг и она не сможет нам показать все свои секреты, я тебя разрежу живого на куски, и ты знаешь, что это не фигура речи.

– Шеф, да я совсем несильно ударил.

– Это же баба, ей много и не надо. Смотри, какая щуплая. Месяц работы может насмарку пойти. Я же говорил, она – ресурс, с ней нужно по возможности бережно обращаться. А тут такая удача, взяли её без сопротивления. Я боялся, когда ловить будем, как бы не порешить, а тут на ровном месте такой косяк. Нет, я тебя точно грохну, если что не так пойдёт.

– Раз живая, значит, очнётся. Не боись. Всё узнаем, а потом и отдерём как следует!

– Ну ты точно дебил. Не надо путать работу с развлечениями. Если есть деньги, ты можешь купить себе сколько хочешь и каких хочешь баб. Она – это деньги. Ясно?

– Ты сам обещал нам её отдать, когда она не будет больше нужна.

– Обещал, раз она вам так приглянулась. А теперь жалею. Нужно закончить дело, и в расход её. А пока вы будете с ней развлекаться, что-то может пойти не так. Вдруг она сбежит? Тогда вся операция псу под хвост. Вернётся с подмогой.

– Да не убежит, мы уж постараемся. Хочешь, сухожилия на ногах перережем?

– Посмотрим. Я, раз слово дал, то сдержу. Но это в последний раз. На работе будете думать головой, а не членом.

– Но нам раньше такие классные бабы не попадались, как тут членом не думать, он разрешения не спрашивает, – он хохотнул, хотя каждая фраза давалась ему тяжелее и тяжелее, было видно, что разговор выбил его из ритма и забрал последние силы. Лиана подумала, что это хорошо.

– Вот в этом-то и проблема! Почти пришли, – главный догнал их и стал забирать немного в сторону, видно, выискивая ориентир. Оставалось не очень понятно, где третий. Он шёл впереди, иногда Лиана слышала звуки его шагов. Она, раскачиваясь в такт движениям несущего, подловила момент и, не меняя ритма, чуть больше согнула руку, так, что та оказалась рядом с ножом, и, лёгким движением отстегнула фиксирующий ремешок. Тот, кто её нёс, ничего не заметил. Главный продолжал удаляться вперёд и в сторону, и Лиана решила, что нужно действовать сейчас или никогда. Хотя мозг пытался сказать, что это очень опасно, что нужно подождать более удобного момента, что, может, всё вообще обойдётся, потому что такого с ней происходить не должно, и всё это наверняка просто шутка.

Она не дала своему сознанию себя переубедить, и хотя было очень страшно – решилась. До последнего стараясь оставлять тело безвольным, она так же аккуратно, как тогда, когда отстёгивала ремешок, лёгким движением выхватила нож из ножен, приставила остриём к позвоночнику и, как молотком по гвоздю, ударила по рукоятке открытой ладонью, вогнав лезвие в позвоночник.

Руку пронзила боль от удара, но результат оказался как раз таким, как она и ожидала. Нож попал между позвонками, и второй удар, к которому она была готова, уже не понадобился. Мужик, видно, что-то почувствовал в последний момент, но ничего понять, а тем более сделать – не успел.

Возможно, подумал, что она просто приходит в себя. А в следующее мгновение сдавленно крякнул, ноги у него подогнулись, и он стал заваливаться. Но Лианы уже не было рядом. Сразу же после удара она соскользнула с плеча, приземлилась как кошка и бесшумно бросилась в кусты.

С момента как она выхватила нож, до того, как скрылась в кустах, прошло вряд ли больше трёх секунд. Те, кто шёл впереди, услышали за спиной звук падения, обернулись, увидели только лежащее тело и никакого следа пленницы, как будто её и не было.

– Не-е-ет!!! – прорезал тишину леса крик.

Кричал, конечно же, главный. В это время Лиана была уже в нескольких десятках метров и продолжала стремительно удаляться. Никогда она, наверное, не бегала так быстро. Хотя бег ей давался очень тяжело. От долгого висения на плече тело затекло, ноги пронзали тысячи иголок, они были как ватные и плохо слушались, но беглянка не обращала на это внимания и заставляла себя гнать что есть сил, стараясь при этом не шуметь.

В голове она держала одну мысль, что если сейчас не убежит, то, возможно, бегать ей уже никогда не придётся. Но теперь у неё была свобода и нож!

Преследователи остались довольно далеко, она их хорошо слышала, потому что они бегали по лесу и беспрестанно орали, кроя её последними словами. Направление погони они выбрали почти правильное, но двигались довольно медленно, видно, ещё не придя в себя после произошедшего и не имея достаточной надежды её поймать. Ведь повернувшись, они не видели, как и куда она делась. Для них она просто исчезла. Это очень затрудняло погоню. Если ты видишь беглеца или хотя бы видел, как он скрылся из вида, это одно. А пускаться в погоню совсем вслепую тяжело.

Лиана уже прекрасно понимала, где она находится. Это был её лес, её территория рядом с базой. Видно, им и правда удалось её выследить. Перед ней встал вопрос: что делать? Добраться до какого-нибудь схрона или тайника, одеться, вооружиться и отомстить? Но на это уйдёт довольно много времени, неизвестно, что они успеют предпринять.

Вдруг исчезнут, и потом всё время нужно будет опасаться их возвращения, и каждый подход к базе будет как разведоперация, да и вообще в своём лесу она уже не будет чувствовать себя спокойно.

Попытаться проникнуть на базу и сделать всё то же самое – можно, но рискованно. Если они знают, где вход в пещеру, могут устроить засаду и поджидать её там. Но даже если получится, это опять же даст им время, если они захотят скрыться.

Лиана уже знала, как она поступит. Вопрос должен быть решён безотлагательно. Возможно, отсутствие одежды и туман в голове, вызванный ударом, пробудили в ней звериные инстинкты. Она превратилась в дикую кошку, в раненую тигрицу.

Даже оружие ей было уже не нужно. Достаточно было трофейного ножа. Нагретая в руке рукоятка внушала уверенность, что этот стальной зуб никого из врагов не пощадит.

Одежда ей тоже не была нужна. Они всё равно уже видели все её прелести, да и жить им осталось совсем недолго. Так что чего стесняться. А мелкие ссадины и царапины, которыми покрывалась кожа при беге через лес, её вообще не тревожили. Слишком мелкая неприятность в игре, где ставка – жизнь.

Голоса преследователей стихли, видно, эмоциональный шок от её побега прошёл, и они поняли, что от криков только хуже. Они их демаскируют. Лиана не знала, продолжат ли они её преследовать или испугаются. Решила, что, скорее всего, продолжат.

Они думают, что она голая, только что пришедшая в себя, непонятно, знают ли про нож. Если осмотрели тело, то могли догадаться, если сразу побежали за ней, возможно, думают, что она безоружна. Значит, захотят взять по горячим следам. Лиана хищно улыбнулась.

Она заложила большой круг, чтобы зайти им в тыл. Вернувшись на место побега, она затаилась в кустах и стала наблюдать. Тот, что её нёс, лежал, по всей видимости, там же, где и упал.

Но он был не мёртв. Ноги были странно подогнуты, рука одна тоже неестественно вывернулась при падении. Он лежал совершенно неподвижно и тихо стонал. Похоже, его парализовало.

Рядом ничего не было слышно. На засаду не похоже, вряд ли они могли предположить, что в её положении она вернётся сюда. Скорее всего, думали, что она попробует убежать как можно дальше. Она на их месте именно так бы и подумала. Оставалось гадать, насколько хорошие они следопыты. Смогут ли они найти её следы и преследовать по ним.

Выждав ещё пару минут и удостоверившись, что рядом точно никого нет, она, низко пригнувшись, подбежала к парализованному, встала рядом на четвереньки, согнула руки в локтях, чтобы оказаться с ним лицом к лицу. Тот, равномерно стонавший всё это время, увидев её, вытаращил глаза, задержал дыхание и выдал гораздо более протяжный и напряжённый стон.

– Всё ещё хочешь меня?

Лиана поднесла ему нож к горлу, но потом передумала и решила не прерывать мучений. Вместо этого она сдёрнула его ружьё с плеча, отстегнула кожаный ремень, на котором находился патронташ и ножны, и ещё пара закрытых карманов.

С тоской посмотрела на его ботинки, но этот гад отрастил себе ласты сорок пятого размера. Для неё это было слишком. А обувь ей была необходима. Адреналин, выброшенный обильно её организмом, постепенно перерабатывался, и приходила боль от многочисленных травм. И больше всего беспокоили ноги. Она сильно изранила их во время экстремального бега по лесу.

Также низко пригнувшись, она шмыгнула в заросли и несколько минут бежала в том направлении, куда ушли преследователи. Потом остановилась и долго вслушивалась в лесные звуки.

Похоже, они пока не шли назад. Лиана примерила ремень, он был великоват. Она просверлила кончиком ножа дополнительную дырку и надела его на себя. Ремень был довольно старый, кожа размятая, и даже на голое тело особо не давил и не натирал. Вставила нож в ножны и изучила содержимое карманов на ремне.

В одном оказался небольшой сухой паёк – шоколадка, питательные капсулы и концентраты. Сплошная химия, но очень полезный в экстремальной ситуации набор. Во втором кармане была мини-аптечка. Тоже только самое необходимое.

Лиана выбрала обезболивающее, взяла три капсулы, потом нехотя положила две обратно, здраво рассудив, что слишком большая доза может замедлить реакцию. А также взяла одну таблетку стимулятора. Этот препарат она хорошо знала, бывало, что использовала его во время рейдов, поэтому реакцию на него могла предсказать.

Положила всё это на листик рядом с собой. Запить было нечем. Странно, что у него не было фляжки. У них вообще на удивление было мало снаряжения. Значит, где-то есть их лагерь, и наверняка недалеко.

Ещё на ремне располагался патронташ. Четыре кармашка, в каждом из которых лежала обойма для ружья на двенадцать патронов. Одна обойма торчала в ружье, итого шестьдесят. Но она знала, что ей столько не понадобится.