Азис, через любовь и ложь

–А мне каву с молоком и суфле с вербеной.

– Мы планируем тут заночевать, Арагва?

Я откинулась на спинку стула, сложив руки на груди.

– Не сидеть же мне без дела, пока я ожидаю Арчи.

Девушка насупилась и как птица с острым зрением, уставилась в сторону входа, высматривая всех заходящих.

Напитки принесли быстро, и я с удовольствием сделала глоток горячего бодрящего напитка, рассматривая тех, кто находился в зале.

Несколько девушек щебетали в сторонке. Скорее всего, были послушницами одного из домов благородного воспитания.

Две парочки миловались за дальними столиками, еле заметно касаясь друг друга руками. Одна из пар являлась супругами. Я поняла это по брачной вязи символов на их пальцах.

Не у всех были дуэньи, ходящие как хвосты за отпрысками женского пола.

Например, у Арагвы не было. Ее родители считали, что содержать дуэнью это глупая трата денег и вообще, их дочь была примером правильного поведения.

Я же, была дочерью правителя земель Веси и просто не могла передвигаться без дуэньи. Только исключительно в редких случаях, а то мало ли, кто-то распустит нелицеприятный слух о моих не благородных манерах.

Поэтому, Арабелла мило подремывала в уголке, пока я разглядывала посетителей кондитерской, в ожидании суфле.

– Он все же пришел! – громко выкрикнула Арагва и несколько пар глаз посмотрели в нашу сторону. Арабелла вздрогнула во сне.

– Странно что тебя не услышали в болотных пустошах, – резюмировала я, – очень тихо выкрикнула.

Арагва не обратив на мои колкости внимание, уставилась на Арчибальда, несшего в руках увесистую кожаную папку, в которой целой кипой громоздились желтоватые листы.

Молодой человек, с аккуратной прической и розовыми щеками, уселся за один из свободных столиков.

– Ты собрала полное досье на своего благоверного?

Арагва слегка закатила глаза.

– Семья образцовая. Отец занимается науками, такими как энтология и аксиология и преподает в домах благородного воспитания для молодых людей. Матушка Арчи, милая женщина, держит лавку с изысканными вышивками и нитками, недалеко от их дома.

Арчибальд единственный сын, благоразумный и смышленый. Ни в каких странных компаниях замечен не был. Он обожает математику и увлекается геометрическими фигурами. В общем, пойдет по стопам отца.

– Арагва, тебе надо быть частным детективом, – резюмировала я, поражаясь осведомленности подруги.

– А как ты хотела? Я не могу влюбиться в первого встречного, не зная, что он из себя представляет.

Я сделала большой глоток кавы, подумав о том, что даже Арагва не может позволить себе влюбиться, не узнав молодого человека лучше, а я видимо, могу.

– Посмотри на него, не правда ли, он до невозможности мил?

Девушка налилась румянцем и громко покашляв, взглянула на Арчибальда.

Молодой человек даже носом не повел, совершенно не обращая внимание на окружение вокруг.

Если бы рядом случился апокалипсис, он бы даже не заметил, зарывшись полностью в свои исписанные формулами листы.

Мне принесли суфле.

–Как ты собираешься его завоёвывать? Он ничего не видит дальше своего носа.

– Я делаю это сейчас, стараясь примелькаться. Не всегда гора идет на встречу, Азис. Надо идти к горе.

Арагва вышла из-за стола и виртуозно расправила складки своего яркого наряда.

– Я в дамскую комнату.

Я покачала головой, вздохнула пару раз, сунув в рот нежнейшее пирожное и посмотрела в сторону улицы.

Кусок суфле мигом застрял в горле, стоило мне увидеть стоящего на улице Артуса.

Молодой человек в кожаных сапогах из иылана и сюртуке дымчатого оттенка под цвет его глаз, хитро ухмылялся, рассматривая мою замершую физиономию с куском суфле во рту.

Черт бы побрал всю эту затею с кондитерской! Он что за мной следит?

Артус Аксебрас уверенной поступью, пропуская вперед двух дам в платьях из кринолина, ловко проследовал к двери заведения.

Я заметалась, как зашуганная по углам мушь и ничего не придумав лучше, метнулась к столу, где сидел Арчибальд, не забыв взять со своего стола пирожное.

Молодой человек, несколько секунд пытался сфокусировать на мне свой взгляд, видимо далеко улетел своими размышлениями в мир геометрических фигур.

– Что вы хотели? – спросил молодой человек, до невозможности медленно разлепив губы. Да, с таким дел не сваришь! Только брать вака за рога и женить на себе силой!

– Молчите, – шикнула я на него и захихикала ненастоящим смехом.

Хлопнула дверь заведения, наполнив зал звоном колокольчика, впуская возмутителя спокойствия, остановившегося на входе.

В помещении резко стало нечем дышать.

Я расслабленно откинулась на спинку стула, все свое внимание переключив на Арчибальда, совершенно не понимающего, что вдруг начало происходить в его мире формул и фигур.

Ощутив своим горячем лбом, нависшее присутствие Артуса, я подняла голову.

– О и вы тут, – диковато улыбнулась я, – любите лакомиться пирожными?

– Вообще-то, предпочитаю более сытные трапезы, – немного задумчиво, ответил Артус, мазнув взглядом по Арчибальду, замершему над грудой бумаг. – Я ожидал вас в «Озерной Гряде».

– Так это ваше послание? – улыбнулась я, – а я ломала голову, кто в моем окружении пишет таким кривым почерком? Я выкинула записку сразу. Напрягала глаза, силясь прочитать, пока они не заболели.

Артус проглотил колкость. Улыбка, прилипшая к его рту, не хотела покидать его лица.

– Ваши глаза очень красивые, милая леди, не стоит их напрягать!

Я нахмурила брови, находя комплимент до невозможности приторным.

Арчибальд кашлянул в кулак.

– Мне показалось, вы сидели за тем столиком.

Артус показал в сторону окна, где мирно посапывала дуэнья.

– Там сидит Арабелла, моя надсмотрщица, то есть дуэнья. Я проверяла ее мирный сон. Ах да, совсем забыла представить вас друг другу. Это Арчибальд, а это, – я сделала минутную паузу, как бы вспоминая имя, – Андрос.

– Артус, – поправил меня молодой человек с пшеничными волосами.

– О, моя девичья память, – расхохоталась я снова. – Да, милый Арчи? У меня столько мыслей в голове, что порой я путаюсь в них как в клубке ниток.

Я коснулась руки Арчибальда и тот вылупил на меня испуганные глаза.

– Мне кажется, я тут засиделся, – промямлил он, начиная складывать свои листы бумаги в папку.

– А как же трубочки с ягодами?

Мое удивление граничило с сумасшествием.

– Вы же так их любите, Арчи! Порой нужно баловать себя и давать мозгу отдых, не все же заниматься науками и теоремами.

Молодой человек стал собираться активнее.

– Я, что, да кто?

– О не переживайте вы так, Арчибальд, мы же еще не закончили трапезничать.

– Что здесь происходит?

В поле всеобщего внимания показалась Арагва. Не убранные локоны, торчащие снизу воротником, делали ее похожей на ящера. Она непонимающе уставилась на меня, с каждой секундой краснея все больше и больше.

– Арагва, дорогая и ты тут!

Я подскочила к подруге и обняла ее.

– Позвольте познакомить вас с моей подругой Арагвой, а это Андрос и Арчибальд. Удивительно, что все мы встретились в одном месте.

– Я, пожалуй, пойду!

Арчибальд ловко сложил все свои пожитки, раскрасневшись еще больше и вылетел из кондитерской со скоростью пробки от шампаня.

– Забыла ему сказать, что встреча на алее секвой, не отменяется, – промямлила я. – Арагва нам стоит удалиться, ты же хотела еще выпить ягодного взвара, так не будем терять время.

Я перевела взгляд на Артуса и улыбнулась.

– Ну что ж, приятно было увидеть вас снова. Здесь не плохие корзиночки с ягодами, попробуйте.

Я шустро схватила Арагву и направилась в сторону нашего столика, чтобы растолкать Арабеллу.

– Азис.

Меня остановило мое произнесенное имя. Уже где-то узнал, черт бы его побрал!

Собрал досье, не хуже Арагвы.

Я обернулась. Мы встретились глазами.

– Мое предложение на счет трапезы в силе. Может быть, завтра?

– Я ужасно занята, господин Артус.

– Тогда, послезавтра.

– Все расписано вплоть до конца месяца, возможно, найду свободное окно в своем графике неотложных дел.

Артус ухмыльнулся как дикий вульф (волк), подходя ко мне ближе. Я ощутила морозное дыхание у себя на лице.

– Я уверен, наша встреча состоится скоро.

– Надейтесь и ждите.

– Что здесь происходит? Где я?

Из царства Морфея, в мир Элы вернулась Арабелла, захлопав глазами.

Оставив на столе несколько лари за заказ, наше трио удалилось в сторону ожидающей нас кареты.

– Что сейчас было, Азис?

Арагва вцепилась мне в локоть, чуть ли не таща меня вперед. Поля моей шляпы взметнулись вверх.

– Небольшая импровизация. Видела этого здорового лба? Так это Артус Аксебрас. Он решил ухлестывать за мной, не поинтересовавшись, нужно ли мне эти ухаживания?

– Понятно, а что ты делала за столом у Арчибальда?

– Я же сказала, импровизация. Мне нужно было, чтобы этот Артус подумал, что я с другим имею связь.

–Что?

Арагва остановилась наполовину пути.

– Что ты сказала Арчибальду, Азис? – разделяя слова как на допросе, спросила подруга.

– Попросила молчать и все, ну, – я закусила губу, – дала понять, что знаю о его большом увлечении геометрией и что он любит трубочки.

– Как ты могла выдать такое? – Арагва сделала шаг назад, – ты влезла в мои отношения с Арчибальдом. Теперь он будет думать, что его окружают сумасшедшие и следят, и никогда в жизни он не захочет познакомиться со мной!

– Арагва, ты сейчас преувеличиваешь, – я покачала головой и сделала к ней шаг, – да Арчибальд ничего и не понял, и ты совершенно не замешана в этом.

– Но он видел меня с тобой! Ты воспользовалась моментом и нагло познакомилась с ним, узнав про него личную информацию из моих уст.

– Черт бы тебя побрал, Арагва! – не выдержала я, – не мути воду, мне не нужен твой Арчибальд. Да и хочу тебе сказать, он просто мямля, который любит только свои науки и все. Нужно быть не знаю кем, чтобы его заинтересовать. Да и вообще? Во всех книгах по благородному воспитанию пишут, что мужчина первый должен оказывать внимание.

– К черту традиции! Это ты так говорила!

Арагва злобно хмыкнула и развернулась на квадратных каблуках туфель.

– Он тебе не подходит!

– А это уже не тебе решать!

Разгоряченная девушка, с разметавшимися прядями волос, понеслась в противоположную от кареты сторону.

– Арагва! – крикнула я, но она даже не обернулась.

– Пропади все пропадом!

– Что за крики?

Ко мне подплыла выспавшаяся Арабелла.

– Вас слышно на половину Весона. Неужели это я учила вас так выражаться и горланить, госпожа Азис? Быстро в карету, пока не сбежался весь город посмотреть на это позорище и скажите спасибо, что рядом не оказалось писак, готовых разнести постыдные сплетни в своих мерзких вестниках.

Мы шустро занырнули в карету. Дуэнья с силой хлопнула дверью.

– Разве можно так себя вести, госпожа Азис? А если об этом прознают недруги? Да тогда никто не захочет обменяться с вами брачными чашами.

– Ну и хорошо! Может, я только этого специально добиваюсь!

– Вас срочно нужно повторить главы с первой по одиннадцатую, в фолиантах по достойному поведению в обществе. И никаких нет! Куда вы растеряли ваши добрые нравы? А я вам скажу! После того как вернулись от этих свободолюбивых илмийцев. Нужно думать о благовоспитанности и будущем.

– Арабелла, можно закончить лекцию, пока из моего горла не вырвались самые сокрушительные ругательства?

Дуэнья как взбешенная кеди, вылупилась на меня.

– Двенадцать глав госпожа Азис, в моем присутствии и скажите спасибо, что не перед леди Амелин вслух.

От имени правой руки Идемы, я даже вздрогнула и закусила язык.

У этой леди надсмотрщицы, красивым было только имя.

Амелин заправляла особняком и казалось, что ее боялся даже отец, что было говорить про каких-то там прислужников.

Высокая, статная женщина сорока пяти лет, могла ввести в состоянии предсмертной агонии любого, кто вставал на ее пути и не подчинялся ее указаниям. Темно-синие волосы, всегда забранные в пучок и заколотые длинной иглой морского ежека, ввергали в ступор любого, как и темные, почти черные глаза. Нос также, имел внушительный размер.

Амелин предпочитала исключительно темные оттенки платьев и остроносые туфли на каблуках.

Появилась эта леди, вместе с Идемой. Не знаю уж, где мачеха нашла ее, но после их присутствия в особняке, жить стало всем не сладко.

Я, конечно, могла утрировать на тему леди Амелин, но стервой она была той еще!

Я сделала глубокий вдох, чтобы унять раздражение, вызванное нашей перепалкой с Арагвой и взявшимся из ниоткуда Артусом. Из-за этого мнящего из себя не весть что модника, моя жизнь резко испортилась.

Откуда вообще взялся этот молодой человек? Ранее я никогда его не видела в землях Веси и в городе Весоне. Его уверенность в себе и наглость выводила меня из себя. Слишком уж он был настырен.

Жуя губу и разглядывая мельтешащую полосу из мелких прудиков, заросших камышами, я почувствовала, как внутри меня неприятно начинает верещать совесть.

Я была не права на счет Арагвы, сказав ей свое мнение об Арчибальде. В любом случае, это жизнь подруги и только ей решать с кем ей строить отношения.

– Перестаньте жевать губы, госпожа Азис. Вы же не хотите, чтобы у них испортился цвет и они потрескались.

Арабелла поучительно смотрела на меня.

Выспалась на мою голову и давай следить как цербер.

Мирно улыбнувшись престарелой женщине, я не могла дождаться прибытия в родительский особняк, чтобы запереться в своей комнате.

Решив, что сегодня просто сложный день из-за того, что звездные светила встали в отрицательную конфигурацию, я торопливо влетела в холл, параллельно думая о сытной трапезе с хорошо прожаренным стейком и горой овощей.

Только это, как мне казалось, могло успокоить мое взвинченное состояние.

Прямо под люстрой громадиной, освещающей голубыми кристаллами мраморное помещение холла, меня встретила леди Амелин, сложив длинные пальцы в замок.

Ее плисовое платье, отливающее оттенком ночной синевы, производило впечатление грозовой тучи, нависшей прямо в особняке.

Черные глаза, чуть прищурились, стоило ей увидеть меня, остановившуюся на пороге.

– Госпожа Азис, правитель Ринахон и госпожа Идема, ожидают вашего прибытия в кабинете вашего отца.

– Что-то срочное? – поинтересовалась я, уже зная, что эти разговоры с родней, обычно не заканчиваются ничем хорошим.

– Госпожа Идема не доложилась о теме разговора, но попросила срочного вашего присутствия.

Я кивнула, намеренно долго развязывая ленты от шляпы. Пусть еще подождут, напьются кавы побольше, может подобреют.

Леди Амелин сдержанно кашлянула в кулак.

По мраморной лестнице с громким тявкающем лаем, сбежала кутья (собака).

– Сапфир, мой милый. Как ты?

Я нагнулась, чтобы погладить животное по белоснежное пушистой шерсти.

Кутья, в свое время, принадлежала Анариель, но когда моя сестра прошла церемонию брачных чаш с королем Агларом, то было решено оставить милое создание мне.

Все присутствующие сдержанно и обычно с умилением относились к Сапфиру, конечно же, кроме Идемы и леди Амелин, не переваривающей суеты, лая и шерсти, комками прилипающей к темным нарядам.

Кутья ласково облизала мне лицо и громко залаяв, прыгнула мне на руки.

– Его покормили?

– Стряпчие следят за тем, чтобы питомец ни в чем не нуждался.

Я кивнула и с Сапфиром на руках, нехотя отправилась на поучительный разговор родни.

Идема расположилась на диване с сине-золотой обивкой и в свойственной ей манере величественной грации, аккуратно держала фарфоровую кружечку с кавой, дымок от которой разносился на все пространство кабинета, где стоял запах книжных фолиантов, дерева, которым был обит кабинет и шерсти.

Шерстью пахло старое чучело глигана, убитого пару десятилетий назад моим отцом.

История тогда вышла впечатляющая. Свирепый хищник выпрыгнул на Ринахона из-за дерева, но мой отец в неравной хватке, смог зарезать животное, вспоров ему брюхо. На память об этой битве, осталось чучело самого глигана и шрам на лице отца, скрытый за бородой.

На стенах висели картины охоты и панно с несколькими кинжалами разных размеров и форм, коими Ринахон очень гордился и брал с собой в лес на кровожадные схватки с дикими зверями.

Мой отец сидел за столом, обложенный кучей различных свитков и бумаг. Его выражение лица было хмурым. В общем, как обычно! И отличить шкалу хмурости можно было только по бровям, сложенным домиком.

В кабинете было душно, так как отец предпочитал тепло и уют, способствующий здоровью его суставов и поэтому в любое время сезона, в помещении горел камин, поленья которого мерно трещали.

Над камином, водрузили зеркальный трельяж, увеличивающий и так достаточно просторное помещение в размерах. На этом настояла Идема, любившая уют и роскошные нововведения.

Обычно, отец не разрешал никому хозяйничать в его кабинете, но видимо уступил своей благоверной молодой супруге, подарившей ему долгожданного наследника год назад.

– Где ты была? С тобой была дуэнья? – четко отрапортовал отец, быстро оглядев мое желтое летнее платье.

– Встречалась с Арагвой в кондитерской.

Ринахон промолчал, а Идема поморщилась.

– Мой дорогой, не кажется ли вам, что Арагва не та девушка с которой надо дружить нашей Азис?

Сапфир громко гавкнула, выражая полностью мое недовольство сказанным Идемой.

– О, перестаньте! Арагва чудесный друг, да она своеобразна, но воспитана и благоразумна. Уж что, что, но мои отношения с Арагвой, я не буду обсуждать. Если у вас все на повестке дня, то я удалюсь в свои покои.

Идема мирно улыбнулась. При отце она всегда старалась показать свои самые лучшие стороны. Главной стороной, была забота обо мне.

– Сядь! – гаркнул отец, отложив в сторону пачку исписанных листов. – Есть вопрос, который никак не решиться, и я пришел к выводу, что его время пришло.

Я невозмутимо осела на рядом стоящий стул, выпустив Сапфира с рук. Кутья мигом заметалась и подбежав к чучелу глигана, стала усердно обнюхивать.

– Мы с Идемой долго давали тебе возможность приглядеться к местным весийским аквийцам, чтобы ты сделала выбор, касаемо твоего будущего замужества, Азис. Время больше не терпит.

Сапфир, покрутившись возле облезших ног чучела животного и не поняв, что это за невидаль такая, начал истошно лаять.

Захотелось не по этикету рассмеяться, но подавила желание, решила более не доводить отца и Идему, напряженно смотрящую за кутьей.

Плавно встав с дивана, в мягкости которого можно было утонуть, Идема прошелестела оборками парчового наряда и открыла дверь, чтобы выпустить животное в коридор.

На ее лице застыла маска убийственного терпения.

Разговор про женихов, для меня был не новостью. Это продолжалось с частой периодичностью, обычно раз в месяц, только когда Анариель гостила у нас, мне был дан некий перерыв, связанный с этим животрепещущим вопросом.

– Скоро твое двадцатилетие Азис и как представитель правительственного рода, ты должна обменяться чашами до этого времени. Не будет правильным, что моя дочь ходит в девках.

– Ненароком будут думать, что с тобой что-то не так, – влезла в разговор Идема, – ненамеренно я слышала разговоры в неких кругах, что у Азис имеется хворь, которую мы скрываем.

Идема сделала круглые глаза, с тревогой всматриваясь в лицо Ринахона.

– Я слышала, что пара дам, разносили нелестные сплетни о душевной болезни. Дорогой мой супруг, вы же понимаете, что такие разговоры чреваты проблемными ситуациями. Если будут думать, что с Азис что-то не так, то и додумают, что с Алартом-Ринахоном, тоже не все в порядке. Я как мать, не могу допустить, чтобы к моим детям было такое отношение.

– Кто такое говорил, Идема?

Ринахон ежесекундно напрягся и бросил быстрый взгляд на панно с кинжалами. Видимо, представил как отрезает языки сплетникам.

– Нет смысла называть их имена, мой дорогой муж. Были одни, будут другие. Главное, искоренить эти разговоры в ближайшее время.

– Как получилось так, что все дошло до такого? – взвинтился отец, – это ваше упущение, Идема.

Мачеха моментально почернела, не ожидая что отец сольет свое гневливое настроение на нее.

– Сплетни распускаются очень быстро, – проговорила Идема, состряпывая на лице обиженную мину, перед которой Ринахон обычно начинал чувствовать себя нашкодившим кеди.

– Нужно этот вопрос решить как можно быстрее, – отец уставился на меня, опаляя синими глазами, – мы слишком были терпимы к тебе Азис, но теперь все, хватит! До твоего дня рождения, ты обязана обменяться брачными чашами, время не терпит как видишь!

– В моем окружении нет никого, кто вызывает во мне симпатию, а становиться жертвой обстоятельств, потому что кто-то что-то насплетничал, я тоже не хочу, увольте! – огрызнулась я, ощущая как в кабинете стало совсем жарко, как в напаренной купели, – еще каких-то пару седмиц назад, про дочь леди Тулвы, говорили что у нее сухая лихорадка, обезображивающая кожу на веки вечные. И что? Сейчас уже об этом никто не вспоминает, и родители не заставляют ее сломя голову бежать под венец, потому что ее возраст поджимает.

– Дочери леди Тулвы восемнадцать, Азис, – мягким как волокно голосом, проговорила Идема, – у нее еще есть некоторое время чтобы определиться.

– О боги! – воскликнула я, позабыв о приличиях, так как эмоции взяли надо мной вверх, второй раз за день. – Вы Идема, после неудачного брака, продлившегося недолгих пару лет, тоже не сразу повторно обменялись брачными чашами.

– Я была в трауре. Это совершенно другая ситуация.

– Именно! – поддакнул Ринахон, резко ревнуя к скоропостижно скончавшемуся первому супругу Идемы. – Не переворачивай разговор. Все решено.

– Что решено, отец? Я не готова к замужеству!

– А к нему не надо готовиться. Анариель, твоя сестра, не готовилась. Я решил за нее и не прогадал.

– Она обменялась чашами по любви.

Идема хмыкнула на мои слова.

– Любовь пришла в их дуэт позже, дорогая. Аглар был так холоден, что нужно было время, чтобы растопить льды короля, с чем твоя сестра прекрасно справилась и посмотри теперь, они счастливы и любят друг друга.

Ринахон нетерпеливо заходил по комнате.

– В общем, вы все решили, – злобно выплюнула я, – черт бы побрал эти браки и традиции! Лучше бы я родилась где-нибудь на Геле!

– Перестань выражаться Азис, ты совсем распустилась, стоило закончить дом благородного воспитания. Если ты сейчас же не замолчишь, я сам выберу тебе супруга, с жестким характером, чтобы научил тебя поведению.

– А вы этого и добиваетесь, отец! Выдать меня замуж за тирана и быстрее отделаться.

– Не говори глупости! Мы давали тебе уйму времени, но ты тратила его на всякую ерунду и совсем отбилась от рук.

– Дорогие, не стоит так браниться и сквернословить, – постаралась урезонить нас Идема, приподнимаясь с дивана. Ее кава уже совсем остыла и стояла на маленьком столике, покрываясь пленкой. – Я все обдумала и считаю мою идею, одной из лучших.

Мы замерли вместе с отцом, уставившись на Идему, горделиво выпятившую грудь.

Все внутри меня бурлило от мысли, что я стану жертвой надуманных традициями обстоятельств.

Я не хотела обмениваться чашами лишь бы с кем и вообще, я не доверяла ни одному представителю мужского пола. Они казались мне лгунами и обманщиками.

– После ежегодного маскарада, который мы устраиваем для всех в Увеселительном дворце, мы сделаем большой прием-смотрины в нашем особняке, мой дорогой супруг. Все представители известных домов Аквии, могут присутствовать на нем. Мы вышлем особые приглашения. Тем более, некую подготовку я уже провела вместе с леди Амелин. Будут приглашены только особые гости, подходящие по статусу. Уверена, с такими достойными вариантами, Азис обязательно определиться с выбором.

Ринахон пожевал губу в раздумьях.

– Мысль не плохая, но Идема прошу вас отнестись к этому вопросу с особой серьезностью, чтобы в наш дом не попали проходимцы. Мы знаем всех в Веси и Хрустальном городе, но из Ванн и Ванд, практически никого.

– Решили меня продать в земли Ванд, чтобы я там окочурилась от холода?

– Ты выберешь сама, Азис, – со всевозможной теплотой, проговорила Идема.

– Да без вашего мнения и крылатый пискун не пролетит, будто я вас не знаю.

– Я решила, что будет правильным, если Азис после приема-смотрин, некоторое время будет знакомиться с молодыми людьми, кто ей будет симпатичным и как раз лучше узнает их.

– Только без самодеятельности. Дуэнья всегда должна следить, а лучше две.

– Что не гвардия стражи, отец?

– Я больше не буду слушать и потакать тебе, Азис. Все, игры закончились и детство тоже. Идема, начинайте приготовления, а сейчас оставьте меня. У меня ворох нерешенных дел и жалоб от фермеров с окраинных земель. То рис не уродился, то рыба уже не та. Все им не угодишь, дармоеды!