Я хочу к тебе

Нет. Нет. Миллион раз нет.

Некоторые всё также смотрят на меня. Я раздражаюсь и посылаю многоговорящий взгляд каждому. Парочка девчонок всё ещё шепчутся, и мне приходится задержаться на них. Наконец-то, они отворачиваются. Почему люди так любят обсуждать чужую жизнь?

– Ты знаешь, что только что сделала? – изумление на лице Бекки прочитает даже слепой.

– Что?

– Ты отказала Картеру. Не пойми меня неправильно, его слава идёт впереди планеты. А ещё могут тебя поздравить.

– С чем?

– Совсем скоро тебя могут найти мертвой и лысой за углом университета.

– Тогда может быть, он оставит меня в покое, – улыбаюсь я. – Везде нужно искать плюсы.

– Камикадзе, – хохочет она.

Следующие несколько часов пролетают быстро. Бекка шутит над профессором, из-за чего смеюсь и привлекаю лишнее нежеланное внимание. В такие минуты в сознании эхом разносятся слова Джареда: «Я всегда получаю желаемое».

Я не хочу быть этим желаемым. По крайне мере, рабочей половиной мозга.

На обед мы идём вместе с ощущением, что знакомы с самого детства. Алекс, конечно, хорошая поддержка, но в противостоянии Джареду нужно больше сил. Мне нужна чёртова армия, чтобы отбиться. И я забью каждую свободную минуту жизни, чтобы никуда и никогда с ним не ходить.

У дверей в столовую нахожу Алекс и Тома, которым представляю новую знакомую.

– Привет, принцесса, – за спиной звучит голос Трента.

Я оборачиваюсь и нахожу рядом с ним Криса.

– Обижаешь, она королева, – игриво шевелит бровями второй. – Чувак, позавчера она уделала нас. Ты упился в стельку, а после она исчезла, как Золушка.

– Я ей поддался.

– В следующий раз отмывать туалет будешь сам.

– Господи, заткнитесь, – смеюсь я, следуя к кафетерию, чтобы взять обед.

Не знаю, по какой немыслимой причине глаза всегда находят Джареда, но хочу избавиться от этого. На его коленях новая Барби что-то шепчет на ухо. На моём лице отражается смесь неприязни и отвращения. Поверить не могу, несколько часов назад он настаивал на совместим походе в кино, а уже сейчас лапает какую-то девку. Возможно, мне это только на руку, но отрицать болезненный укол в области сердца тоже ни стоит. Я злюсь на собственные чувства.

Джаред, словно ощущающая внимание, поднимает голову, и встречает мой взгляд. Его губы изгибает слабая улыбка. Он серьёзно?

– Ей только что какая-то девочка двух лет сделала макияж? – тихо шепчет Бекка и я начинаю смеяться.

Мне приятно, что она пытается отвлечь и ей удаётся.

Моё желание оказаться как можно дальше от парочки вселенная пропускает мимо ушей. Даже лучше: Джаред и его Барби напротив меня. Теперь я должна смотреть и пытаться сдержать рвотные позывы. По обе стороны стулья занимает Трент и Бекка. Рука парня протягивается по спинке моего стула. Внутри я почти ликую.

– Приятной трапезы, моя королева, – говорит Трент, и я смеюсь совершенно искренне.

– Спасибо, взаимно, – киваю я, указывая на сосудику. – Это Бекка.

Она суёт картошку фри в рот, сводит глаза и машет рукой.

– Ты просто очаровательна, – посмеивается Крис. – Похитила моё сердце, а твои глаза… это что-то.

Я ещё раз представляю ей людей за столом:

– Трент, Крис, Алекс, Том, Джаред и.. хм, – я смотрю на Барби, которая заинтересована только в гормональном всплеске и лобызании шеи Джареда, и продолжаю: – Безымянная.

– Кого это волнует? – она кривится, смотря на парочку перед нами.

– Да, действительно, – соглашаюсь я.

Судя по всему, Джареда тоже ничего не смущает, он не переживает насчёт общего мнения к временной спутнице. Кроме того, он и сам вряд ли заинтересован в девушке. Ему плевать, он смотрит на меня, но как будто сквозь. Ненароком улыбаюсь, потому что спинку стула всё ещё согревает рука Трента.

Он делает глоток сока и обращается ко мне.

– Есть планы на вечер?

– Сегодня девчачий день, – жму плечами. А потом мой желудок скручивается, потому что я вспоминаю кое-что ещё. Слова Джареда давят на сердце. Я никуда не хочу идти с ним в семь.

– До вечера?

– Думаю, что это до ночи.

– Я готов стать вашей подружкой, – по мальчишечьи улыбается он, а я хихикаю. Почему мне не может нравиться Трент? Почему с ним моё сердце не стучит в смертельном припадке?

– Фу, ты мерзкий, – ворчит Крис.

Трент пихает его локтем и получает ответ. Парни начинают дурачиться и перепираться.

Я игнорирую взгляд, которым Джаред сверлит во мне дыру. Я не заинтересована, и хочу, чтобы он поскорей это осознал. Ох, ладно. Либо заинтересована, но отказываюсь верить и соглашаться. Как понравился, так и разонравится. Если каждые пять минут на его коленях будет смена девушек, получится очень даже легко. Я не буду чьей-то игрушкой или подружкой на раз.

Под предлогом кое-куда зайти, покидаю столовую раньше остальных.

На самом деле, идти некуда. Внутри жгучее чувство неприязни. Я вовсе не зануда, ничего не имею против обнимающихся и целующихся парочек, но именно Джаред и его Барби раздражают до невозможного, находится с ними на одном квадрате сущая пытка.

Чтобы не скучать, набираю номер папы и падаю на газон среди других студентов.

– Привет, тыковка, – нежность в его голосе вызывает улыбку.

– О, Боже, пап. Я не маленькая девочка.

– Ты – моя дочь, для меня ты всегда останешься той, кто надевал на голову горшок. Как первый день?

– Неплохо.

– Как Алекс? – я слышу грохот на заднем фоне и отвожу руку в сторону до тех пор, когда звон не прекратится.

– Как всегда на высоте, что у тебя там?

– Решил приготовить ужин.

– Да ладно, пап, ты серьёзно? – хихикаю я. – Мама сойдёт с ума.

– Да. Сойдёт с ума, когда увидит кухню после меня.

– Что хочешь приготовить и где мама?

– Решила прогуляться с Риммой. Готовлю ей сюрприз, надеюсь, придёт голодной, сегодня паста.

– Спасибо, теперь у меня урчит живот. Ладно, не буду мешать. Люблю вас.

– Мы тоже тебя любим.

С грустной улыбкой, сбрасываю вызов.

Точка по дому обрушивается на голову и камнем тянет на дно. Я всегда была папиной дочкой, и навсегда ею останусь. Мне до боли не хватает его – моего лучшего друга.

Когда возвращаюсь в здание и нахожу аудиторию, замечаю, что Бекка уже заняла нам места. Приятно обзавестись новыми людьми, особенно, такими простыми и веселыми. Алекс на факультете дизайна, а в моих интересах экономический, следовательно, наши встречи возможны на обеде. Я не привыкла без неё, и это душит. Обычно мы всюду вместе. Кроме того, год только начался, а благодаря одному человеку, удаётся чувствовать себя полностью уставшей.

У Джареда, словно сверхспособность улавливать мои мысли, потому что стоит кому-то занять соседнее кресло, как он тут как тут.

– Это моё место, – гремит над головой его голос и мой трусливый сосед соскакивает и испаряется. Вот же везение.

– Какого чёрта? – хмурится Бекка. – Ты же не записан на эту лекцию.

– Кто сказал? – улыбка в голосе Джареда будоражит гнев.

– Ты только что говорил это.

– Передумал. Планы поменялись.

Скрипя зубами, смотрю перед собой и стараюсь слушать профессора, который начал вести лекцию. Мне не нравится чувствовать тепло его тела рядом, поэтому незаметно отодвигаюсь и убираю руку, создав хоть и небольшое, но расстояние.

– С тобой всё в порядке, Лизи? – дразнит он, расставив ноги так, что его колено касается моего бедра.

– Я вам не мешаю, мистер Картер? – профессор явно обращается к нам. Отлично, ведь на нас снова смотрят.

– Конечно, не мешаете, – улыбается Джаред, я давлюсь собственной слюной. Наглость – его второе имя.

– В этом году вы решили посетить мои лекции?

– Нет, у меня есть причина их посетить.

– И какая?

Джаред делает отмашку в мою сторону.

– Вот она.

Во мне просыпается бешеное желание биться головой о стол, но могу только раздраженно фыркнуть.

Взгляд профессора останавливается на мне. Я хочу провалиться сквозь землю. За что?

– Интересно, слушаю.

– Эта девушка обещала сходить со мной в кино, но решила не исполнять обещания.

– Я ничего не обещала, – бубню себе под нос.

– Обещала, – настойчиво произносит он.

– Я сказала ладно, а не обещаю, это разные понятия!

– Юная леди, скажите мистеру Картеру, что вы обещаете, и мы наконец-то начнём лекцию.

Тень улыбки отражается на его лице. Это что, мужская солидарность?

– Я не хочу никуда с ним идти, у него множество других вариантов, пусть выбирает любой!

– Тогда я буду сидеть с тобой на каждой лекции, – улыбается Джаред.

– А ты видишь, что меня это беспокоит?

Я почти трясусь от раздражения, слушая перешептывания со всех сторон. Впервые в жизни хочу выбежать со слезами на глазах и скрыться.

– Отлично, поприветствуем нового студента на потоке и идём дальше, – говорит профессор, намереваясь продолжить лекцию.

Последующее время, мозг отказывался повиноваться и впитывать информацию. Чувства захватили разум. Джаред будто специально задевал меня локтем, и по телу тут же расползался ток. Сколько бы не старалась переубедить себя, тело и сознание уж не принадлежали мне. В воздухе витают ароматы его парфюма, из-за чего сознание парит в небесах, оно до сих пор там остаётся. Стараясь дышать короткими глотками, я терплю крах за крахом. Тепло его тела достигает моего, разливая сладкое предвкушение, когда он коснётся ещё раз; свежие ароматические ноты с древесной комбинацией гармонично сочетаются и наполняют лёгкие. Мои лёгкие. Мою голову.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – хрипотца в его голосе завязывает ноющий узелок внизу живота. – Тяжело дышишь.

– Я в полном порядке, – цежу я, вновь отстраняясь от его губ.

– Верю.

– Не разговаривай со мной.

Знаю, если повернусь, наткнусь на самодовольную усмешку.

Следующий час похож на ад.

Я всячески пытаюсь заставить мозг сосредоточиться и послушать, но все попытки тщетные. Если Джаред будет присутствовать на соседнем кресле каждую лекцию, в лучшем случае, меня отчислят через неделю. Если согласиться на один вечер, то, возможно, он успокоится и начнёт жить в прежнем направлении. У меня больше нет сил испытывать себя.

– Хорошо, – не выдерживаю я, когда он очередной раз случайно касается моей руки.

– Что хорошо? – на его лице отражается веселье, которое скрывает наигранное непонимание.

– Я согласна. Один вечер, и ты отвалишь.

– Ты не захочешь, чтобы я отвалил, – уверенно заявляет Джаред.

Он прерывает профессора и вновь собирает взгляды студентов:

– Можно минуту, мистер Девис?

– Слушаю.

– Она согласилась и теперь вы можете играть роль свидетеля в суде.

– Я рад, это всё? – улыбаясь, спрашивает профессор.

– О, ну нет. Не в этот раз, – его глаза находят мои: – Ты должна сказать обещаю, Лиз.

Не сдерживаю порыв закатит глаза.

– Я обещаю.

– Так-то лучше.

Джаред улыбается так широко, словно на стенд с фотографиями победителей лотереи. Кажется, я даже слышу вздохи его фанаток.

– Клёвая лекция, мистер Девис.

С этими словами, он спускается вниз и, подмигнув на прощанье, покидает аудиторию, заставляя меня краснеть.

Я превращу этот вечер в ад.

– Ты только что согласилась на свидание с Картером, – толкнув меня локтем, хихикает Бекка.

– Это не свидание.

– Разве?

– Это просто кино. Друзья могут ходить в кино.

– Да?

Зажмурив глаза, я киваю.

– Это вынужденная мера, надеюсь, всё пройдёт отвратительно и он никогда не сядет со мной за один стол.

И стоит мне сосредоточиться на профессоре, как он завершает лекцию. Чу-де-сно.

– Чёрт, поделишься записями?

– Конечно, – слишком весело соглашается Бекка. – Ты всё это время пускала слюнки по Картеру?

– Придумывала план отступления.

– И как?

– Никак, придётся действовать без плана.

Бекка закидывает голову назад и хохочет.

Учебный день закончен, и я надеюсь, Джареда сегодня уже не увижу.

Ровно через пять минут, надежды рухнули с поступлением сообщения: «Заеду в семь». Этот парень со стопроцентной уверенностью станет моей погибелью, я знаю это, но почему всё же хочу провести с ним время?

Ох, да, ответ имеется: я просто-напросто лишилась интеллектуально развитых клеток мозга. Они вымерли.

Я не успеваю переступить порог квартиры, как фурия в лице Алекс нагоняет мрачные тучи:

– Какого чёрта?!

– Ты о чём?

– Почему ты идёшь в кино с Картером? Почему согласилась? И почему я узнаю об этом последней? Какого чёрта, Лиз? Что всё это означает?

– Ты делаешь из мухи слона.

– А ты идёшь в кино с Картером!

Я закрываю глаза и устало тру переносицу.

– Он вломился на лекцию, просидел её на соседнем кресле и сказал, если не соглашусь, так будет до тех пор, пока не отвечу да.

– И? Это проблема?

– Да, это огромная проблема! У меня мозг отключается, как у всех дурочек, которые облизывают его. Не знаю, как у него получается, но этот поход в кино обязан стать самым скучным в его жизни. Умоляю, не пили мне мозги, я и сама не в восторге!

– Скажи, что ты не втрескалась в него.

Я падаю на диван и хмыкаю.

– Я не понимаю, что чувствую рядом с ним. Смесь ненависти и желания.

– Не будь дурой.

– Я не дура, Алекс, рано или поздно ему станет скучно. Он отстанет и всё решится само по себе.

– Мы хотя бы идём по магазинам?

– Спрашиваешь ещё, – с улыбкой киваю я.

– Мне нужно пять минут!

Я бросаю взгляд на журналы и рисунки, заполняющие журнальный столик.

– А как же работы?

– В задницу! – смеясь, кричит она.

Кто бы сомневался.

Девушкам не обязательно что-то покупать, да, это приятно, но именно сам процесс выбора, примерки и дурачества перед зеркалом делает шопинг таким увлекательным. Всё дело в компании, когда вы выбираете друг другу образы, уговариваете примерить и, как часто получается, именно эти вещи покупаете. Так получается сегодня: я с первого взгляда влюбляюсь в красное шёлковое платье на запах, с рукавами три четверти. Провожу пальцами по гладкой ткани и наслаждаюсь прикосновением. У каждой девушки есть одна вещь в гардеробе, с которой она не готова прощаться даже под предлогом смерти. В которой комфортно и красиво, надеваешь, и чувствуешь себя моделью с ковровой дорожки.

– Ты должна надеть его сегодня, – улыбается Алекс, указывая на покупку в моих руках.

– Нет, у меня другие планы.

– И какие?

– Я не собираюсь выряжаться, ему должно стать скучно со мной.

– Ты должна стать первой, кто ему откажет и блистать в этот момент.

– Мне без разницы, как я буду выглядеть в этот момент. Я не собираюсь вписывать своё имя в красный день календаря.

Время пролетает так незаметно, что в квартиру удаётся вернуться только ближе к семи. Я продолжаю тешиться надеждой, что он забыл, не смог, поменял планы, Господи, чтобы случилось землетрясение и сломались все экране в городе. Что угодно. Конечно, сердце придерживается другого мнения, у него свои планы, но сила в разуме. Переубедить себя вполне возможно. Ведь возможно?

Меня ждёт очередной крах.

На диване два человека, и у одного из них имя моего проклятия. И ещё кое-что: конечно, Алекс дала ключи Тому. Я вовсе не против, но если в дополнение к нему не идёт Джаред.

– Жаль, я надеялась, что ты забыл.

– О чём? – усмехается он, принимая роль дурочка с блеском в глазах.

– Ни о чём, – слишком вежливо отзываюсь я, но сарказм ничем не прикрыть.

– Ах, точно, совсем вылетело из головы. Мы ведь идём в кино.

– Да, конечно, – передразниваю я: – Совсем вылетело из головы. Из-за этого ты тут.

Ямочки на его щеках становятся глубже.

– Да ладно, малышка, я помню.

– Не улыбайся так, на меня это не действует.

Вру, но кто об этом догадается? Разве только Джаред, улыбка которого становится шире в несколько сотен раз.

– Ты пойдёшь так?

– Нет, голой.

– Я только рад, но если не будешь отвлекать всё внимание на себя. Я могу обидеться.

– Я не слишком сильно огорчусь, если ты обидишься. Можешь даже сейчас, это многое решит.

– Например?

– Мы никуда не пойдём.

– Мы пойдём даже так, – смеётся Джаред.

– Очень жаль, но я не теряю надежды.

– Надежды на что? Всю эту влюблённую возню между нами?

Я строю гримасу.

– Не переживай, вся эта влюблённая возня между нами невозможна. Я не теряю надежды, что ты отвалишь.

Я оставляю пакет на пуфе у двери и вновь нацеливаю внимание на Джареде.

– Мы идём?

– Уже не терпится остаться со мной наедине? – дразнит он.

– Уже не терпится закончить этот вечер.

Алекс и Том, молчаливо наблюдающие за ними, переглядываются. Я даю понять, что всё в порядке и им не за что переживать. Я действительно думаю, что Джареду надоест и он наконец-то пустится в сольное плаванье. Осталось только завершить этот проклятый вечер.