Отвергнутая жена Альфы. Купальни для непослушных волчат

Гарвен перевёл взгляд на меня.

— А вы здесь по какой надобности?

— Со вчерашнего вечера я здесь живу.

Он помолчал и рассмеялся так невесело, будто услышал особенно неудачную шутку.

— Живёте? В купальнях? Кто разрешил?

Я достала из сумки документ.

— Закон. Можете проверить.

Гарвен прочитал документ, затем вернулся к началу и перечитал ещё раз.

— Стало быть, купальни теперь ваши… Эйрхольды совсем ума лишились.

— Вчера вечером я думала примерно то же самое.

Он вернул документ.

— Здесь жить нельзя, — объявил он. — Крыша плохая, стены сырые, вода перекрыта.

— Крышу со стенами я заметила. А насчёт воды есть новости.

Я посмотрела в сторону главного зала. Гарвен проследил за моим взглядом и насторожился.

— Какие ещё новости? Что вы сделали?

— Почему сразу я?

— Потому что двадцать лет здесь ничего не происходило. Потом приезжаете вы, и утром у меня чувство, будто кто-то всю ночь переворачивал здание вверх дном!

Спрашивать, как он это почувствовал, я пока не стала.

— Лучше покажу. Идёмте.

Кейран уже вышел из комнаты.

— Можно с вами? — попросил он.

— Ты ведь всё равно пойдёшь, даже если запрещу?

Кейран честно кивнул, и я пропустила его вперёд. Гарвен что-то проворчал себе под нос.

В главном зале смотритель сделал два шага и остановился. Метла выпала из его руки. Я никогда прежде не видела, чтобы человек бледнел так быстро.

Гарвен смотрел на наполненный бассейн. В утреннем свете вода была совершенно обычной, но сомнений быть не могло: вчера эта чаша пустовала. Старик медленно подошёл ближе.

— Кто открыл нижний затвор? — выговорил он. — Кто запустил источник?

— Если бы я знала, что здесь есть источник, мне было бы проще ответить.

Гарвен повернулся к Кейрану.

— Ты туда лазил?

— Я упал, — торопливо ответил мальчик и указал на воду.

Смотритель посмотрел на меня так, что я невольно выпрямилась.

— Бассейн был пустой. Ребёнок упал в пустой бассейн?

— Начал падать в пустой, а оказался уже в полном. Я видела своими глазами.

Гарвен не сводил с меня взгляда.

— Поверьте, — добавила я, — мне эта история нравится не больше, чем вам.

Гарвен опустился на одно колено и коснулся воды двумя пальцами. Ничего не произошло. Он поманил Кейрана.

— Подойди. Ты ведь обращался ночью?

— Немного, — замялся мальчик.

— Наполовину, — ответила я за него. — А в воде вернулся полностью, за несколько секунд.

Смотритель резко поднял голову, будто эта подробность поразила его сильнее самого источника. Медленно выпрямился, обвёл взглядом стены, мозаику, наполненную чашу и наконец посмотрел на меня.

— Подойдите к воде. Пожалуйста.

Первое вежливое слово от него уже само по себе настораживало. Всё же я подошла.

— Коснитесь её.

— Вчера я уже пробовала.

— Ещё раз. Мне нужно увидеть самому.

Я присела и опустила ладонь. Сначала ничего не происходило, потом от пальцев по поверхности разошёлся тонкий серебряный круг.

Гарвен отшатнулся. Сияние поползло по дну, цепляясь за старую мозаику. Одна за другой загорелись линии, которые я видела ночью. Кейран улыбнулся.

— Вот! Я говорил!

Я вытащила руку, и свет постепенно угас. Гарвен стоял совершенно неподвижно.

— Ну? — спросила я. — Теперь вы объясните, что это означает?

Во взгляде Гарвена появилось что-то, чего я никак не ожидала после вчерашнего вечера: узнавание, смешанное с надеждой. Будто перед ним стояла женщина, которую здесь давно ждали.

Гарвен медленно поднял упавшую метлу, прислонил её к колонне и тихо произнёс:

— Значит, она выбрала хозяйку.