- -
- 100%
- +
— Я — никто? Да я тебя из публичного дома вытащил вот этими вот руками! — мужчина поднял перед собой ладони. — Если бы не я, знаешь, где бы ты сейчас была? В весёлом квартале! Обслуживала бы по десять человек в день за гроши!
Он более не следил за своей речью. Его рассерженный голос эхом пронёсся по бесконечным коридорам, грозясь разбудить поместье. Наоки вздёрнула носик, но всё же отступила назад, вынудив Кичи сдвинуться с места. Малышу захотелось расплакаться от испуга: настолько страшно зазвучал голос Такаги.
— Но теперь я живу здесь. И мне здесь очень даже нравится, так что я предпочту жить по правилам Асакуры, — выговорила Наоки, изо всех сил скрывая дрожь в голосе. — И прекращайте вопить и угрожать направо и налево. Выглядите жалко. Впрочем, вы ведь и вправду жалкий человек
Такаги Рю едва не задохнулся от наглости девушки. Отбросив всякую осторожность, немолодой мужчина, чьё лицо исказила гримаса ярости, бросился вперёд, прямо на Наоки. Однако стоило советнику ухватить её за предплечье, как из-за девичьей фигуры показался маленький силуэт: Кичиро выскочил вперёд и со всей решимостью прыгнул на ногу громыхающему Такаги. Неожидавший нападения Рю взвыл от боли и рухнул на деревянный пол.
— Вот это да! — выдохнула Наоки, переводя изумлённый взгляд с валяющегося в ногах советника на маленького мальчика.
— Не смейте трогать мою тётю! — произнёс Кичиро строгим тоном, хмуря бровки. — Вы здесь не хозяин! В нашем доме только мой папа может наказывать, а вы — нет!
Округлив глаза, Такаги шокировано глядел на ребёнка, потирая оттоптанную ногу.
— Ах ты, маленький гадёныш, — зашипел на него мужчина и протянул руку, собираясь ухватить малыша за шиворот, но его пальцы поймали воздух: Наоки отдёрнула Кичиро подальше и вновь встала перед ним.
— Хватит уже! Оставьте нас в покое, — потребовала девушка, отступая от советника. — Иначе я закричу так, что сюда весь дом сбежится, включая Асакуру.
— Мелкая дрянь. Ты мне за всё заплатишь, — выплюнул в ответ Такаги. Он поднялся с пола и теперь прыгал на одной ноге. — И за украденные письма, и за это. Неблагодарная предательница.
Кичиро ухватился пальчиками за подол кимоно девушки и потянул её назад. От храбрости, которая охватила его минуту назад, не осталось и следа. Наоки долго уговаривать не пришлось: она повиновалась просьбе племянника и, не поворачиваясь спиной к Такаги Рю, пошла за малышом. Они оба слышали тихие оскорбления, которые бросал в их сторону советник, но предпочитали ничего ему не отвечать. Лишь когда Наоки и Кичиро скрылись за очередным поворотом, а голос мужчины растворился в бескрайней тишине дома, они с облегчением выдохнули.
— Ну ты даёшь, малыш! — улыбнулась девушка и присела на колени, чтобы оказаться на одном уровне с ребёнком. — Такой смелый, невероятно! Спасибо, что не дал меня в обиду.
Кичиро зарделся и широко улыбнулся:
— Я же будущий самурай! А самураи всегда возвращают долг! Наоки-сан меня защитила, поэтому и я должен был защитить Наоки-сан.
— Эй, не обращайся ко мне так официально, — скривилась Наоки. — Зови меня просто Наоки. Я тебе не госпожа, я твоя тётя. Мне не нужно твоё уважение, только дружба.
Маленький мальчик захлопал глазами, пытаясь осознать услышанное. Наоки же захихикала и поднялась на ноги, после чего протянула малышу руку:
— Подумаешь об этом потом. А сейчас тебе пора спать. Пойдём, я отведу тебя обратно к бабушке. Не будем пока тревожить твоих родителей, а то они нас запытают вопросами.
Кичи довольно кивнул и взял девушку за руку.
— Да уж, Кичиро, ты — мой герой, — щебетала Наоки, продвигаясь по тёмным коридорам, которые в её сопровождении более не казались такими уж страшными.
«Когда я расскажу об это папе, он будет мной гордиться!» — подумал мальчик, чьи глазки уже слипались.
Потирая их, Кичиро решил, что завтра непременно напросится с самого утра к отцу и поведает ему о ночных приключениях. Даже если папа поначалу наворчит на него, затем же наверняка похвалит! Вот будет здорово!
***
К великому облегчению всех, кто жил на землях клана Асакура, восстание не продлилось долго. Объезжая одну деревню за другой, Иошито и его свита наводили в них порядок быстро, но жестко. Асакура-младший позаботился о том, чтобы всех, кто принял участие в восстании и отказался от дальнейшего служения его клану, изгнали из провинции. Он проследил за тем, чтобы простолюдины, пострадавшие от пожаров, получили новый кров. Тем же, кто оказался покалечен в результате беспорядков, выплатили немалое возмещение, чтобы бедняги не умерли от голода, лишившись возможности работать.
Народное возмущение, которое так старательно разгоняли зачинщики, постепенно сошло на нет благодаря щедрости правителей земель. Люди разглядели в поступках Асакуры-младшего «истинное лицо» клана и отступили. Покаявшихся — простили. Тех же, кто принёс больше всего страданий, без промедлений казнили. Никому не было жаль глупцов, которые поверили подстрекателям.
Сидя в винном доме и опрокидывая одну чашу сакэ за другой, Иошито чувствовал себя великолепно. Впервые за два года мирной жизни, он ощутил себя не просто «младшим братом Кэтсеро», а человеком, который может побеждать. Да и поразмяться после долгого заточения в поместье было приятно. Правильно говорят: самурай не может жить в тепличных условиях, иначе он уже не самурай, а лодырь.
Дожёвывая маринованный дайкон и заедая его горячим рисом, молодой самурай довольно вздыхал. Хозяин винного дома предложил ему усесться за самым лучшим столом, да ещё и отдал ему свой дзабутон, заботясь о том, чтобы господину было мягко и удобно. Стол перед Иошито ломился от закусок, а стоило ему выпить кувшин сакэ, как ему тут же подносили новый. Люди, сидевшие за соседними столами, хоть и старались лишний раз не тревожить Асакуру, всё равно то и дело кланялись ему и бормотали благодарности.
Боги, да он ещё никогда не был так уважаем! Это пьянило сильнее сакэ.
Наслаждаясь положением победителя, Иошито, выпив четвёртый кувшин сакэ, не сразу заметил, что к нему за стол подсел незнакомец. Высокий, седоволосый, с доброжелательной улыбкой на поразительно гладком лице. Он уселся у самого края и кивнул опьянённому Асакуре, словно приветствовал его. Иошито наклонил голову вбок.
— Я вас знаю? — медленно поинтересовался молодой самурай.
Мужчина и впрямь показался ему невероятно знакомым. Как будто он видел его много лет назад, но затем забыл.
— Когда-то давно вы меня знали, Асакура-сан, — проговорил незнакомец. Его голос звучал ровно и совершенно спокойно. — Моя фамилия — Мицуи. Не помните?
Иошито нахмурился. Фамилия и впрямь была невероятно знакомой, однако сакэ так опьянило его разум, что он бы и своё имя с трудом вспомнил.
— Вы несколько изменились, — Мицуи оглядел его оценивающим взглядом, после чего снова улыбнулся. — Раньше вы были больше похожи на своего отца, теперь же По всей видимости, черты матери оказались сильнее.
Ах, он спутал его с Кэтсеро! Иошито позабавлено хмыкнул и опустошил очередную чашу сакэ.
— Боюсь, вы приняли меня за моего старшего брата, — выговорил он, закусывая сливой. — Я — не Кэтсеро, если вы надеялись встретить его.
Брови незнакомца подпрыгнули. Он оказался эмоциональнее, чем представлялось Иошито.
— Ах, примите мои извинения. Вы, должно быть, Иошито? Второй сын Шиджеру? — зубы Мицуи засверкали даже в полумраке винного дома.
Асакура-младший же недовольно поёжился, услышав имя отца.
— Зовите меня, как хотите, но не упоминайте имя этого мерзавца, — Иошито передёрнуло и он подлил себе ещё немного алкоголя, который так приятно согрел его изнутри. — Что вам нужно?
— Простите за грубость, Иошито-сан, но честно говоря, от вас мне ничего не нужно, — несколько смущённо произнёс Мицуи, но смущение это, был уверен Иошито, было напускным. — Я надеялся повидаться с наследником Шиджеру. С Кэтсеро. Почему он не приехал вместе с вами?
Вопрос совершенно не понравился Иошито. Равно как и тон Мицуи, который изо всех сил пытался быть вежливым.
— А почему я должен перед вами отчитываться? — настала очередь Иошито вскидывать бровь. — Дела моей семьи вас не касаются. Я нахожусь здесь, как член клана Асакура, более вам знать не нужно.
Мужчина на мгновение задумался, будто подбирал слова и маску, которые смогут смягчить настрой Асакуры-младшего. В конце концов, Мицуи растянул губы в лёгкой улыбке и наклонился ближе к столу. Его длинные пальцы перехватили кувшин, на который уже было нацелился Иошито, после чего незнакомец сделал один щедрый глоток прямо из горла.
— Что ж, в таком случае, и я не буду притворяться вежливым человеком, — пожал он плечами и утёр рукавом губы. — Жаль, что здесь нет Кэтсеро. Мне бы очень хотелось с ним пообщаться. Узнать, каким он вырос. Я помню, что в юности от подавал большие надежды. Я даже печалился, что наследником был именно Шиджеру, а не ваш брат. Кэтсеро был умнее. Как повезло, что в итоге жизнь расставила всё по своим местам.
— Ну, я — не он, так что шли бы вы отсюда, — огрызнулся Иошито.
Мицуи же усмехнулся и кивнул:
— Пожалуй, вы правы. Вам мне сказать нечего. Но, быть может, вы согласитесь передать послание для вашего брата? Вы ведь закончили здесь со всем, подавили восстания. Наверняка, вы вскоре собираетесь отправиться домой.
— Я похож на гонца, по-вашему? Я — воин, а не посыльный, — продолжил ворчать Асакура-младший и указал большими пальцами на доспехи, в которых сидел весь вечер.
Однако ему всё же было любопытно, поэтому, дождавшись снисходительного смешка Мицуи, парень всё-таки спросил:
— Ладно уж. Что вы хотите передать моему брату?
Незнакомец широко улыбнулся и выпрямился. Иошито подумал, что Мицуи наверняка не сомневался в том, что его любопытство победит гордость.
— Я бы хотел попросить его не казнить Хасэгаву Таро. А также передайте, что я очень жду встречи с Кэтсеро, ведь нам столько всего нужно обсудить, — размеренно поведал мужчина, чьё невероятно гладкое лицо засияло от воодушевления. — Через два дня я буду в деревушке, что находится неподалёку от вашего поместья. Я остановлюсь в храме, вы его наверняка знаете, он там один. Так вот, передайте вашему брату, что я буду ждать его там до конца второго месяца.
У Иошито закружилась голова. То ли от нескольких опустошённых кувшинов сакэ, то ли от длинного сообщения, что он старался запомнить и осознать.
— А, и ещё, — вспомнил Мицуи, приподнимая указательный палец. — Скажите ему, что если он казнит Хасэгаву или его сестру, я сравняю ваши владения с землёй. Хочет обсудить их казнь — пусть приезжает в деревню.
Воспользовавшись тем, что опьянённый Иошито соображал очень медленно, незнакомец тут же поднялся из-за стола и, широко улыбнувшись, поклонился Асакуре-младшему.
— Позвольте на прощание выразить восхищение тем, как успешно вы подавили восстания. Воистину, вы не сын своего отца, но вы явно внук своего деда, — сказал Мицуи. Иошито при этом захлопал глазами, недоумевая. — Приятно было пообщаться, Иошито-сан. Надеюсь, мы ещё увидимся.
Асакура-младший не успел произнести ни слова. Мицуи исчез в толпе, наводнившей винный дом, так быстро, что казалось, будто он растворился в воздухе. Смысл услышанного дошёл до Иошито спустя несколько долгих минут, отчего внутри него зародилось дурное предчувствие.
Он понял, что надо как можно скорее вернуться домой. И не только ради того, чтобы передать Кэтсеро послание от какого-то незнакомца.
Иошито более не понимал, что происходит в стране и это незнание пугало его до чёртиков.