Теряю контроль

Часть 4

Не помню, как добираюсь до кровати, но сразу падаю на неё, даже не раздевшись, и просто засыпаю. Обычно мой организм именно так борется со стрессом. Снятся невнятные сны, а когда просыпаюсь на рассвете, то голова ужасно болит. Добираюсь до аптечки, пью обезболивающее лекарство и снова падаю в кровать, проспав пару часов.

Когда собираюсь принять душ, смотрю на свою шею со следом пятерни этого урода и просто стону от злости. Какая же тварь. Дважды пытался меня задушить. В третий раз точно прикончит. Нужно с этим что-то делать: либо прятаться от него, избегать и писаться от страха, либо бороться. Сегодня же зайду к ректору и всё расскажу.

Когда вчера я окончательно пришла в себя, то первым делом осмотрела футбольное поле, но не обнаружила там избитого парня. Похоже, ушел ещё до меня. Или эти придурки сами его утащили.

Интересно, если отцу позвоню, он заберёт меня отсюда? Может, позволит мне поехать в универ, который я выбрала?

С этой мыслью сразу после душа звоню папе. Он берет трубку со второго гудка и недовольно здоровается. Похоже, отвлекла его от работы.

— Привет, пап. В общем, в этой академии учится Рой Крэйвен и вчера он снова пытался меня задушить! — выпаливаю быстро и по существу.

Папа хмыкает в трубку, я жду от него какой-то реакции.

— Пап?

— И ты отвлекаешь меня только по такой ерунде? — доносится равнодушный голос отца.

А я сильнее сжимаю трубку в руке, не веря своим ушам.

— Ты серьёзно? А если бы он меня убил?

— Но не убил же? Просто не лезь к нему.

— Подожди… — слова папы кажутся мне сном. — Ты знал, что он тоже здесь учится? И отправил меня сюда?

Он громко и нервно вздыхает.

— Мира. Если ты думаешь, что я заберу тебя из академии, то ошибаешься. Но только ради тебя я поговорю с семьей Роя, чтобы их отпрыск тебя не трогал.

Дальше я толком не слушала, что он мне говорил. Как можно быть настолько жестоким? А я ещё удивляюсь, почему Рой такой психопат. Мой отец не лучше. Наверное, когда этот урод меня придушит где-нибудь, папе даже грустно не будет.

И таким людям, как мой отец и Рой Крэйвен, многие поступки сходят с рук. Они ведь на высшей ступени эволюции, не то что мы, простые никчёмные людишки. Надеюсь, когда-нибудь они все вымрут.

И к ректору явно нет смысла идти — он мне ничем не поможет.

Несправедливо!

Собираюсь на пары в разбитых чувствах. Надеваю тоненькую розовую водолазку, чтобы скрыть багровые следы на шее. Как же мне не хватает рядом Марка! Мы всегда с ним были, не разлей вода. Защищали и прикрывали друг друга. А теперь он за сотни километров от меня.

Плетусь по аллее, которой вчера так восхищалась — сегодня же это место кажется моей гробницей. Впереди меня идут какие-то девчонки, они весело болтают. Завидую им в этот момент. У меня не было подруг в детстве, только друзья брата. Отец редко отпускал меня гулять.

До пар ещё полчаса. Решаю посидеть на скамейке под огромным дубом и поразмыслить о своём будущем здесь.

— Мира! — раздаётся в стороне.

Я слышу своё имя и поворачиваюсь.

Ко мне подходит улыбающийся Дарен, друг моего брата. Я едва не прослезилась от счастья, когда увидела его. Вскочила со скамейки, кинувшись на него с объятиями. Он явно не ожидал от меня этого, поэтому неловко положил руку мне на спину, приобняв.

Отстраняюсь от него.

— Ты извини, что я так накинулась на тебя. Просто рада очень знакомому лицу.

Он улыбается. Глаза у него карие, практически такого же цвета, как и волосы. И он ровесник моего брата. Значит, на третьем курсе.

— Тоже не думал, что встречу тебя. Первый день?

— Ага, — продолжаю улыбаться. — Ты знал, что Рой Крэйвен тоже здесь учится? — тихонько интересуюсь я.

Ведь в тот вечер в особняке Дарену тоже досталось.

Дарен кивает. Но про Роя больше ничего не упоминает. Видно по его выражению лица, что парню неприятно говорить об этом.

— Давай провожу тебя, — предлагает он, и я киваю.

Прям дышать стало легче, когда узнала, что буду здесь вместе с Дареном. Мы заходим в здание, красивое, с отделкой под старину, только плазмы на стенах с информацией портят весь вид. Дарен провожает меня до аудитории, прощается и уходит.

Заглядываю внутрь, — студентов немного, человек пятнадцать, —смущённо улыбаюсь и сажусь на самую первую парту ближе к преподавательскому столу. Раскладываю всё, что нужно, и жду начало пары, сложив руки перед собой. В коридоре шумно, но я различаю громкие низкие голоса, кидаю взгляд на дверь, поджимая губы. В дверях стоит мужчина в костюме, спиной к аудитории, с папкой в руке, и что-то говорит парню, который неотрывно смотрит мёртвым тёмным взглядом на меня. Прищуривается, мелькает что-то на его безжизненном лице, потом он кивает мужчине, который вручает ему ключи, вынув их из кармана брюк.

Мужчина идёт к преподавательскому столу, а этот ненормальный не сводит с меня страшного взгляда. Он будто замер и совсем не дышит. Сердце сжимается в страхе, но я пытаюсь выдавить из себя безразличие. Перевожу глаза на мужчину, который начинает приветствовать группу, больше не поворачивая головы к двери. Хотя я чувствовала, как правую часть лица жгло так, будто кто-то приложил к ней раскалённый утюг.

Смахиваю назойливые пугающие мысли и принимаюсь слушать лекцию. Но тревога никак не утихает в груди. Я чувствую, что мои пытки только начинаются. Отцу плевать на меня, брата рядом нет, я совсем одна, и никто мне не поможет, если Рой захочет что-то сделать со мной.

Значит, я должна сама позаботиться о себе. Постараюсь не реагировать на его угрожающие взгляды и не провоцировать. Буду делать вид, что его нападки меня никак не пугают. Возможно, тогда он от меня отстанет.

Парень явно не в себе и чувствует вседозволенность. И в тот вечер я ударила его. Он точно это запомнил и теперь будет мучить меня при любом удобном случае.

_______

Привет! Приглашаю вас в свою новинку "Закрываю глаза".

Отрывок:

— Саша… — шепчу, потому что голос меня покинул.
Упираюсь спиной в комод, с ужасом наблюдаю, как он идёт на меня. С таким выражением на лице, будто я из квартиры больше живой не выйду. Его голубые глаза сейчас почернели, на дне их полыхнуло что-то нехорошее в тот момент, когда я попыталась дёрнуться в сторону другой комнаты.
Он резко хватает меня за талию, возвращая на место.
Навис надо мной, словно гора. Он и раньше был высокий, но сейчас, в этом тёмном коридоре он, кажется, ещё больше. Я по сравнению с ним, мелкая жалкая букашка.
— Ты следил за мной?.. — вырывается у меня.
— Следил? Кто ты такая, чтобы я тратил на тебя время? — усмехается он, нагибаясь ниже. — Это просто тебе не повезло, встретить меня.

https://litnet.com/shrt/rVD6

Часть 5

С пар возвращаюсь, постоянно оглядываясь. Я даже не успела познакомиться с одногруппниками, сразу стартанула в сторону своей обители. Успею ещё. Да и голова снова начала болеть. Подхожу к дому и замечаю, что дверь приоткрыта. Прищуриваюсь и оглядываюсь по сторонам. Время вечернее, но ещё светло. Висит камера, которая точно зафиксировала того, кто сюда мог вломиться. Поэтому громко толкаю дверь, оглядываюсь. Всё на месте, ничего не валяется. С кухни доносится вкусный запах еды и тихая музыка. Заглядываю.

Высокая девушка с чёрным каре мешает что-то в сковороде, напевая под нос. На ней джинсы и футболка, сверху — фартук. Громко откашливаюсь, привлекая внимание девушки. Она оборачивается и смущенно улыбается мне, откладывая лопатку на подставку, убавляет музыку в колонке.

— Привет, — говорю ей, подходя чуть ближе. — Ты моя соседка?

— Привет, ага, — отвечает, всё ещё улыбаясь. — Недавно приехала, решила приготовить ужин. Ты любишь пасту?

Теряюсь на несколько секунд, затем киваю, вспомнив, что так и не добралась до столовой сегодня. От запаха живот утвердительно заурчал. И удивительно, что она умеет готовить, а вот я вообще не умею.

— Меня Лина зовут.

— А я Мира. В столовке можно ужин заказать, ну, мне так сказали сегодня.

— Зачем? Я могу готовить сама, только продуктами нужно закупаться и всё.

Улыбаемся друг другу. Вроде милая девушка. Ужинаем с ней, и я узнаю, что мы будем учиться с ней в одной группе. Она из хорошей и обеспеченной семьи, но в ней нет ни капли высокомерия. И мы обе решили изучать психологию, правда, выбора у меня было немного. А Лине просто нравится эта наука. Меня радует, что у нас много общего. Расходимся с новой соседкой в одиннадцатом часу ночи.

Утром вместе с Линой идём на учёбу и садимся с ней за одну парту. Чувствую себя намного лучше сейчас, когда есть человек, с которым можно пообщаться.

— Ты уже познакомилась с нашими одногруппниками?

Она оглядывается на парней и девушек, которые также сидят кучками. Среди них замечаю рыжую кудрявую девушку с хищным выражением лица и делаю вывод, что она одна из зверей. Определяю по глазам, потому что всю свою жизнь прожила в одном доме с одним из них. С ней надо бы быть поосторожней.

— Нет. Как видишь, все недружные.

— И пафосные, — говорит Лина тихо.

Неудивительно. Обучение в академии очень дорогое, сюда едут учиться только дети из очень богатых семей, либо такие, как я, кого просто в ссылку отправили.

— Ага.

Последней парой у нас совмещённая лекция по экономике со студентами с других курсов. Кстати, с Линой мы даже здесь сошлись во мнении, что лишним этот курс не будет в наше-то непростое время.

Занимаем первую длинную парту. Сзади проходят студенты, рассаживаются, Лина наблюдает за ними, сидя вполоборота ко мне. Слышу, как она издаёт громкой выдох, будто ей кто-то по солнечному сплетению зарядил. Поднимаю глаза. На ней нет лица, она побледнела, будто увидела призрака. Прослеживаю за её взглядом и тоже замираю.

В аудитории появляется Рой Крэйвен с какой-то компанией парней. С ним несколько таких же, как и он. Все огромные, высокие и опасные. Мощная волна от их присутствия накрывает меня с головой, заставляя поерзать на стуле и отвернуться как раз в тот момент, когда его глаза впиваются в меня. Лина тоже отворачивается и сидит тише воды, едва не упав в обморок.

— Всё нормально? — спрашиваю я.

Она сглатывает.

— Терпимо.

— Знаешь кого-то из них?

— Практически всех, — как-то обречённо выдыхает соседка.

— И даже Роя Крэйвена? — придвигаюсь ближе к ней, переходя вообще на шёпот.

— Он мой двоюродный брат, — шепчет мне, теребя ручку в пальцах.

Округляю глаза, уставившись на неё. Так они родственники! Вот так совпадение.

— Не повезло же тебе с братом, — досадливо шепчу. Неудивительно, что она так отреагировала.

— Больше всего мне не повезло, что вместе с ним здесь и Николас. Он тот, кого я ненавижу, — она сильнее сжимает в руке ручку, да так, что та начинает трещать.

— Это который?

Аккуратно оглядываюсь.

— Тот, что с татуировкой на правой руке.

Пытаюсь разглядеть что-то на последних партах. Шарю глазами, замечаю парня в белой футболке и с татуировкой на правой руке. Он что-то говорит своему собеседнику и проводит рукой по коротким каштановым волосам. Перевожу глаза чуть дальше, сцепляясь с тёмными глазами Роя. Выражение лица у него сейчас неприветливое совершенно. Хищное, опасное. Он не улыбается, а просто давит, пытаясь стереть, испепелить взглядом.

Отворачиваюсь и поджимаю губы. Вот же повезло мне в этой жизни. Теперь я уверена на сто процентов, что он точит на меня зуб.

Лекция по психологии проходит как в тумане, потому что я вообще не могу сосредоточиться на материале, смотрю пустыми глазами на интерактивную доску. Всё, на что меня хватает — это только списывать с доски важную информацию.

Мой затылок и спину будто облили горючей жидкостью и подожгли. Волосы на голове стояли дыбом, я даже дышать нормально не могла, ощущая его взгляд на себе.

Пыталась абстрагироваться, но ничего не вышло.

Часть 6

Как бы я ни пыталась успокоиться до окончания лекции, внутренняя дрожь так никуда и не делась. Студенты начали быстро покидать аудиторию, но мы не спешили, ждали, пока все выйдут. Даже преподаватель удалилась, а мы всё сидели, медленно собираясь.

Кидаю взгляд на заднюю парту, которая, как назло, находится как раз у выхода, и досадно вздыхаю. Рой со своими дружками всё ещё сидит. Лина тоже не в восторге, но мы всё же поднимаемся и идём к выходу, предварительно выбрав путь у ближайшей стены. Его дружки как-то резко подрываются и молча выходят. Меня это сильно настораживает.

Не смотрю в сторону черноволосого парня. Приближаемся к двери, но нам загораживают выход. Вернее, мне: Лину хватает за руку какой-то парень из коридора и буквально вытягивает из аудитории, закрыв перед моим носом дверь, оставляя наедине с монстром.

Нужно было сразу уходить, когда в аудитории было много народу.

Всё ещё пялюсь в деревянную дверь, опустив руки вдоль тела. Затылок жжёт. Скоро у меня будет сердечный приступ, уверена в этом.

Сжимаю зубы.

Безразличие, безразличие, безразличие…

Приговариваю про себя и, как могу, выдавливаю из себя равнодушное выражение лица. Выдыхаю, поворачиваюсь, поднимаю глаза на темноглазого монстра, который вальяжно развалился, повернувшись ко мне. Даже голову наклонил слегка. На лице — нечитаемое выражение.

Скрещиваю руки на груди, облокотившись спиной на дверь. Не знаю, что он от меня хочет: убить или что-то ещё, но я всем своим видом даю понять, что мне всё равно.

Его мрачные глаза обшаривают меня с ног до головы, задерживаясь долго на рубашке с высоким воротником. Он медленно поднимается и подходит ко мне вплотную.

Скажу честно: в этот момент моё сердце остановилось, а в груди застыл истеричный крик, но виду я старательно не подавала.

Его рука с длинными пальцами потянулась к шее, лёгкими движениями расстегивая пуговицы рубашки.

Вот в этот момент я и запаниковала. И маска безразличия, которую я так яростно пыталась на себя натянуть, треснула. Перехватываю его кисть, когда он почти расстегнул до груди. Ладонь горела, и очень сильно, будто бы я прикоснулась к раскалённым углям.

Рой прищурился, переводя заинтересованный взгляд на мою руку. Затем жестко выдернул её из моей хватки. На его лице отобразилось презрение и отвращение. Будто мерзкого слизня смахнул.

Этой же рукой он медленно отодвинул края рубашки, открывая вид на следы от его пятерни. На его губах медленно расползлась улыбка. Ему понравилось то, что он увидел.

Не выдерживаю этого взгляда и вообще присутствия его рядом, смахиваю наглую руку и прикрываю шею тканью. Делаю шаг в сторону, собираюсь выскользнуть из ловушки, но он грубо перехватывает меня за длинную белую косичку и, развернув, впечатывает грудью в дверь.

Его дыхание опаляет мой затылок. Дергаюсь, но он больно держит за волосы.

— Пусти, — цежу сквозь зубы, наплевав на страх.

— У тебя красивые волосы, — шепчет он мне в ухо, — длинные.

Ловко обматывает мою косичку вокруг моей же шеи, натягивая кончик.

— Урод, — брыкаюсь, хочу вырваться. — Отстань от меня!

— А где твой братец? — игнорирует. — Неужели отправил сестрёнку одну отдуваться?

— Мы вроде решили уже этот вопрос.

Тело начинает мелко дрожать.

— Я ничего не забываю, — он наклоняется ниже и едва не касается моего уха.

Да поняла я уже, что ты, грёбанный урод, ничего не забываешь! Гнев перемешивается со страхом внутри меня. Ненавижу!

— Я ударила тебя, ты чуть меня не придушил. Кинула в тебя бутылку, и ты снова стиснул мою шею. Мы вроде квиты? Нет? Что ты хочешь от меня?

— Зверь внутри меня требует расплаты, — нашептывает Рой ледяным голосом, от которого у меня мурашки бегут по телу.

Сильнее натягивает косу, которая сдавливает тонкую шею.

Собирается задушить меня собственными волосами?

— Только и можешь, что запугивать беззащитных…

Он усмехается, опаляя горячим дыханием мой висок.

— Это я только начал.

Его пальцы ныряют под воротник рубашки, легко дотрагиваясь до болезненных участков кожи, которые начинают гореть.

Да что это вообще такое? Почему тело ноет так, будто на него высыпали горсть раскаленных углей?

— Не трогай меня, — шепчу сбитым голосом.

Мне неприятно и противно то, что он делает со мной. И его присутствие вызывает во мне отвращение.

А ведь Рой красивый. Очень даже. От него веет харизмой, мужественностью и всем, что обычно привлекает девушек. У него всяко с поклонницами проблем никогда не возникало. На хищников девчонки, сами того не осознавая, летят, как мотыльки. Как и на девушек с ДНК хищника парни обращают внимание в ста процентах случаев.

Вот только я почему-то не испытываю восторга или эйфории, находясь практически вплотную рядом с ним. Только страх и осознание своей беспомощности.

—Я чувствую твой страх, Мира, и мне это очень нравится, — говорит этот монстр, неожиданно убирая косу с шеи и распуская мои волосы. А затем пропускает локоны сквозь пальцы. — Хоть ты и пытаешь делать вид, что не боишься.

Длинные горячие пальцы на шее смыкаются, не сильно, даже почти не больно. Он неожиданно вдавливает меня в свою стальную грудь спиной и шепчет на ухо:

— Не будешь бесить меня — и я позволю тебе дожить до конца года.

Он мне что, одолжение делает? Как великодушно! Только я не пойму, чем я его так бешу?

Рой меня отпускает, даже будто отталкивает с отвращением. Господи, неужели так неприятно моё общество? Ну, вот и не трогал бы меня. Сам же лезет.

Но вслух ничего не говорю. Лучше помалкивать.

Парень не смотрит на меня. Стучит пару раз по двери, и она открывается. Выходит, а я так и остаюсь стоять, опустив плечи и горестно вздохнув. Настроение — ноль из ста. Да и жить как будто не совсем хочется.

Часть 7

Когда шаги в коридоре удаляются, в аудиторию вбегает бледная Лина. Дышит тяжело и оглядывается на дверь, потом смотрит на меня испуганными глазами.

— Что он хотел от тебя?

— Кто ж знает, — сажусь на парту, поудобнее устраиваюсь на ней. — Сказал, чтобы не бесила.

— Странно, — она садится рядом.

— Он вообще сам по себе странный. И дурной.

— Я так испугалась, когда они вытолкали меня за дверь, а тебя закрыли с Роем. Он же неадекватный, неуправляемый. Я его всегда боялась. Старалась не приезжать к ним в гости.

Руки Лины начинают подрагивать, когда она это говорит.

— Что он натворил?

— Меня не трогал, наверное, потому что родственница, но других мальчишек избивал нещадно, девочек запугивал. Моя подруга была в него влюблена, а он воспользовался ей и сразу бросил, при всех унизив. Однажды он чуть не задушил охранника. Его едва оттащили. Не знаю, чем провинился тот мужчина, но Роя после этого закрыли в частной школе, практически не выпуская из неё. Пытались корректировать поведение. Только там он стал намного злее, остервенел и практически устроил в заведении социальную иерархию, где он был, конечно же, на самой вершине.

— Чёртов король, — цежу злобно. — А в академии, походу, так же всё. Ничего не изменилось.

— А что ты ему сделала? Если честно, мне не по себе от его нечеловеческого взгляда на тебя.

— А он и не человек. Животное, — громко вздыхаю.

Затем мельком рассказываю о нашем бурном знакомстве в лесу, как ударила его и как он меня чуть не придушил.

— А его дед даже ничего ему не сказал!

— Это у Крэйвенов семейное. Мама Роя — сестра моей матери. Ей сильно досталось в их семье. И то, что он хотел тебя задушить, странно. Не помню, чтобы он проявлял физическое насилие к девушкам.

— Плохо ты его знаешь, — отодвигаю ворот рубашки и показываю ей багровые отметины. — Позавчера. Сознание потеряла, а его дружки меня в чувства привели.

— Ужас, — её глаза округляются, она сглатывает. — Мне так жаль… Тебе нужно избегать его. Или лучше обратиться за помощью!

— Я отцу рассказала, а он, как и ты, посоветовал мне не лезть к нему, — горько усмехаюсь. — Думаешь, есть смысл обращаться в полицию? Если собственный отец, у которого власти больше, не хочет мне помочь?

— Это ужасно, Мира, — она берёт меня за руку. — Почему им всегда всё сходит с рук? Что же теперь делать?

— Не знаю, — вздыхаю. — Вот честно. Терпеть, наверное, только. И не нарываться. «Не бесить», как выразился этот урод.

— Тебе бы перевестись отсюда в другую академию…

— Не получится, отец не позволит. Если сбегу, найдёт, скорее всего. А если не найдёт, то всё равно сделает что-то ужасное моему брату Марку за мою выходку, — сжимаю её ладонь и улыбаюсь, чтобы хоть чуть-чуть отвлечься. — Хватит о плохом. Пойдём домой скорее, приготовим что-нибудь вкусненькое. Ты ведь научишь меня готовить?

Лина кивает, всё ещё грустно глядя на меня. Переживает, вижу это по её глазам. Мы выходим из учебного корпуса и, не спеша, плетёмся до нашего коттеджа.

— А ты слышала, что недавно родилась истинная пара? — спрашивает меня Лина, когда мы бредём по аллее.

— Не-а. Реально? — переспрашиваю удивленно.

Истинные пары не рождались практически полсотни лет. В нашем современном мире это — большая редкость. Наверное, всё связано с сильным прогрессом технологий.

— Ага. На другом континенте обнаружили метку у новорожденной девочки и мальчика, которые родились с разницей в несколько дней в одном роддоме. Это ведь самая популярная новость в интернете, уже несколько дней обсуждают.

— Мне было слегка не до этого, — кисло усмехаюсь, вспоминая минувшие деньки. — Но новость реально крутая. Настоящая метка!

— Я бы сказала романтично, — улыбается Лина. — Я бы тоже хотела встретить своего истинного.

В прошлые века метка истинности появлялась в детском возрасте, пока тело окончательно не созрело. Обычно происходило это лет до двадцати. Сейчас просто появление метки уже большая редкость.

— Ещё не поздно, — улыбаюсь. — А этот Николас… Кто он?

Интересуюсь аккуратно. Видно, что она расстроилась, когда увидела этого парня.

— Мой бывший парень, — отвечает Лина.

— Обидел тебя?

— Сильно. Думала, что он тоже любит меня, а выяснилось, что у него уже была девушка, на которой он собирался жениться.

Хмурюсь. Слишком уж печально это всё.

— Женился в итоге?

Если он ровесник Роя, то слишком молодой ещё для брака.

— Нет.

— И давно вы… Ну, расстались? — интересуюсь, кусая себя за язык. Наверное, ей тяжело говорить об этом.

— Три месяца назад.

Отвечает она и смотрит куда-то вдаль. Кажется, будто вот-вот слёзы навернутся на её глазах. Зря я спросила.

— Понятно. А я ещё ни с кем не встречалась. Отец держал меня на виду и следил за моей честью, — усмехаюсь. — Интересно, сейчас он как собирается за мной следить? Вдруг мне кто-то понравится, и он точно об этом не узнает.

В нашей влиятельной семье, как и в других таких же, браки по расчету являются неотъемлемой частью. Но именно у моего отца, как и у деда, есть пунктик касаемо дочерей — они не должны быть обесчещены до свадьбы, даже если она не связана с любовью или обязательствами. Проще сказать, я должна быть девственницей, когда лягу под мужа в первую брачную ночь.

Наверное, стоило мне сделать первые шаги, как отец начал мне промывать мозг этой хренью. Не подпускал ко мне мальчишек, только друзей брата, которые ему нравились и ещё, потому что со мной всегда был Марк. Он всегда знал, где я и с кем, чем занимаюсь. Когда брат уехал учиться, то я редко выходила за территорию нашего дома.