Страстный поцелуй лорда

Enthralled by Her Enemy’s Kiss

Copyright © 2021 by Helen Dickson

«Страстный поцелуй лорда» © «Центрполиграф», 2024

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2024

© Художественное оформление, «Центрполиграф», 2024

Глава 1

Джейн благополучно вернулась домой после посещения рынка в сопровождении Сэма Купера, арендатора, с давних времен преданного их семье.

В окруженное холмами поместье Беквит, в старый особняк времен Тюдоров, знававший лучшие дни.

Здесь часто было шумно и весело, Джейн росла счастливой рядом с сестрой и мамой, но все внезапно закончилось с ее кончиной. Теперь любому заезжему гостю их дом показался бы холодным, излишне строгим и мрачным, а не теплым и открытым для всех, как прежде.

Фронтоны над окнами ромбовидной формы были выполнены из стекла, что добавляло освещенности большой зале первого этажа. Особняк лишился былой роскоши, но все же сохранил, как виделось Джейн, определенное очарование. Она любила здесь каждый камень, каждую лиану, в изобилии украшавшие каменные стены снаружи, те самые, которые так нуждались в обновлении. По ее мнению, эта легкая запущенность придавала дому шарм.

В отдалении рос величественный дуб, его мощные ветви отбрасывали тень на мощеный двор в конце подъездной дороги.

Джейн очень надеялась, что благодаря трудолюбию Бесси ее ждет горячая еда и ванна у камина в спальне.

Оставив Сэма выгружать покупки, она направилась к двери, которая внезапно отворилась и выпустила на крыльцо взволнованную Бесси.

– Ах, моя дорогая Джейн, наконец-то.

Обеспокоенная, Джейн принялась вглядываться в лицо женщины. Та жила в доме дольше самой девушки, управляла хозяйством с максимальной пользой при минимальных затратах на помощь со стороны.

– Что же стряслось, скажи на милость? Дело в Леди? Жеребенок появился на свет?

Лошадь готовилась со дня на день разрешиться от бремени.

– Нет, еще нет. Произошло гораздо более ужасное. – Бесси прижала скомканный фартук к груди, развернулась и пошла в дом. – Это связано с вашей сестрой, миледи. Ох, как же это сказать?

– Для начала закроем дверь и успокоимся. Давай же, Бесси. – Джейн взяла за руку женщину, выполнявшую в доме работу экономки, кухарки и еще любую другую, которая требовала участия, и повела в просторную кухню. Только после того, как Бесси устроила пышное тело на скамье, Джейн произнесла: – Итак, что же такого ужасного произошло? Речь пойдет о Мириам, как я понимаю. – Она прошла к плите и поставила на огонь чайник. – Эта девушка доведет меня до погибели. Что она еще натворила, Бесси?

– Такой ужас, – пролепетала та и сглотнула, положив руку на горло. – Она… Она сбежала. С тем молодым лордом из Редмиреса. Братом лорда Рэндольфа.

Джейн замерла. Осознание сказанного Бесси заняло неожиданно много времени, но и после она стояла и смотрела на женщину с ужасом и некоторым сомнением. Это определенно какое-то недоразумение. Мириам, ее любимая сестра, никогда не ушла бы, ничего ей не рассказав. Господи, она не перенесет расставание! Общение с миром невозможно без присущей сестре мягкости, деликатности и мудрости, только это сдерживало импульсивный и взрывной характер.

Джейн побледнела и опустилась на стул, взгляд стал затравленным.

– Сбежала? Она не поступила бы так, Бесси. К тому же только не с Эндрю Рэндольфом. Она сейчас там же, где и была, у тети Эмили.

– Была – да, но теперь ее там нет.

Мысли в голове Джейн спутались настолько, что не получалось составить даже простейшую фразу. Она перевела дыхание, лишь заметив, каким тревожным стало порозовевшее лицо экономки в обрамлении кружев чепца.

– Миледи оставила записку, сообщила, что уезжает. – Взяв со стола клочок бумаги, женщина протянула его Джейн. – Там все сказано. Прочтите.

Девушка часто полагалась на Бесси, радовалась, что та обучена грамоте, ей можно довериться, что было большим подспорьем в общении с торговцами.

Джейн пробежала глазами знакомые каракули сестры, подтверждающие, что прислуга сказала правду.

– Господь всемогущий, Бесси, что же заставило ее так поступить?! Какой позор! Я должна была заметить раньше, что с сестрой что-то происходит. Всякий раз, когда рядом оказывался Эндрю Рэндольф – в Корбридже или на одном из балов, – в воздухе появлялось нечто особенное, взгляд сестры менялся, но я относила это на счет прохладных отношений между нашими семьями. Прошло немало лет, вражда стала всем привычна. Я и предположить не могла, что молодых людей что-то связывает.

– Никто не предполагал, что случится такое.

– Они, должно быть, встречались тайком… Да, последнее время Мириам все чаще навещала тетю Эмили. Без сомнения, они встречались в Ньюкасле. Сестра пишет, что тетя ничего не знает, думает, что, уехав, она вернется домой.

– А она и не думала возвращаться, – проворчала Бесси.

Джейн тяжело вздохнула. Придется навестить тетю Эмили, убедиться, что Мириам покинула ее дом. Тетя, вдовствующая сестра матушки, приехала после ее кончины в Беквит и взяла на себя заботы об осиротевших племянницах. Добрая и элегантная, она была настоящей светской леди, сдержанной и часто задумчивой. Убедившись, что Джейн и Мириам больше не нуждались в ее опеке, она выбрала для жизни небольшой особняк недалеко от Ньюкасла, поближе к друзьям и подальше от постоянных сквозняков поместья, дурно влияющих на пораженные артритом суставы. Она, несомненно, считала себя ответственной за Мириам, потому может винить себя, что та натворила. Сестра лишь внешне казалась хрупкой и нежной, ей же хорошо известно, что за этим кроется сильный и своенравный характер. При этом ей необходима твердая рука, которая поведет ее по жизни.

– Как она могла так поступить, Бесси? Я шокирована, но не меньше разочарована ее поведением. Не представляю, в чем причина столь безответственного поступка. – Джейн изо всех сил старалась сдержать эмоции. Вспыхнувший поначалу гнев угасал, его сменила глубокая обида на сестру за то, что та действовала, даже не потрудившись позаботиться о том, что ощутит она, когда узнает о ее побеге с Эндрю Рэндольфом, сыном человека, в убийстве которого обвиняли их родного отца. – И она даже словом не обмолвилась о своих планах.

– Видимо, предполагала, как вы отреагируете. Столько всякого было между Рэндольфами и Дейтонами, это совсем не предполагает теплых отношений между потомками.

– Да, Бесси, ты совершенно права. Так было и будет в дальнейшем.

Джейн вспомнила, как два дня назад провожала сестру, смотрела на нее и любовалась, какой счастливой и беззаботной она выглядела. Рассеянный взгляд подсказывал, что мысленно она далеко от дома. Тогда Джейн поспешила скорее заняться делами, поэтому не потрудилась задуматься о причинах, сейчас же появился повод вспомнить о том моменте.

– Вероятно, молодой человек все устроил. И частично вина лежит на мне. – Она опять тяжело вздохнула и покачала головой. – Я думала лишь, как свести концы с концами, была погружена в хозяйственные заботы и не заметила, что замыслила сестра.

– Никто и предположить не мог, что у нее в голове такое, когда она уезжала к вашей тетушке. Откуда нам было знать?

Шок прошел, Джейн начала приходить в себя, возвращалось и свойственное ей хладнокровие, вытеснявшее постепенно остатки гнева.

– Я полна решимости найти Мириам, она должна непременно вернуться домой.

– И что надо делать?

– Отправляться в погоню, Бесси. Это единственно возможный вариант найти ее. Сейчас уже поздно пускаться в дорогу, до наступления темноты я не успею вернуться, но завтра утром я первым делом должна повидать тетю Эмили.

Бесси покачала головой:

– Как нехорошо. Ведь миледи видели с молодым джентльменом на почтовой станции в Ньюкасле.

– На станции? Должно быть, они едут в Лондон. О, Бесси, как она могла? И еще с Эндрю Рэндольфом. Я должна была догадаться, что он ей нравится, ей льстило его внимание и комплименты при каждой встрече, брошенные будто случайно. Теперь я понимаю, что это не так, и встречи всякий раз были не случайны. У него было выражение лица пылкого юноши, такое способно покорить женское сердце. Какая семнадцатилетняя девушка устоит перед этим? К тому же он младший брат лорда Фрэнсиса Рэндольфа, происхождение его безупречно. Он идеальный кандидат в супруги для леди, но не для Мириам, и его брат никогда не одобрил бы их союз.

– Вы, конечно, правы, миледи. Никогда не одобрил бы. Для этого Рэндольфы и Дейтоны слишком давно разорвали отношения.

– Ты права, разумеется, права. Очень важно, что их видели на станции. Скажи, кто это был?

– Сынок Сэма, Майкл. Он приехал сразу после того, как вы отправились в Корбридж. Сэм просил его побыть в поместье на случай, если Леди ожеребится, когда вас не будет. Он был удивлен, что Мириам в Ньюкасле, да еще на станции.

– Ясно. Тогда я не поеду к тете Эмили. Мой визит может навести ее на размышления, которые нанесут ненужный вред здоровью. Но на кону репутация Мириам, поэтому мне не остается ничего иного, как нанести визит лорду Рэндольфу. Если повезет узнать, куда направляются беглецы, я смогу догнать их прежде, чем они совершат какую-нибудь глупость.

Джейн поднялась, взяла записку и сунула в карман.

– Но вы не можете ехать в Редмирес одна, миледи. После всего, что случилось…

– Это в прошлом, Бесси. Кроме того, похоже, у меня нет выбора.

– Но ваш отец…

– Произошедшее причинило боль многим людям, – остановила ее Джейн. – Рэндольфы мужественный и гордый род, мне никогда не удастся загладить вину папы, обвиненного в убийстве прежнего лорда Фрэнсиса, к тому же он не тот человек, который способен простить.

– Да уж, они заносчивые, будто павлины. Всегда смотрят свысока. Что мисс Мириам вздумалось водить дружбу с младшим Рэндольфом? Но вам все же не стоит ехать туда одной, миледи, к тому же сейчас.

– Я должна, Бесси. Пожалуйста, не тревожься за меня. И я возьму с собой Спайка. – Девушка окинула взглядом растянувшуюся на полу гончую.

Пес поднялся и повернул к ней голову с печальными глазами, полными обожания.

– Если повезет, роды у кобылы не начнутся до моего возвращения.

Бесси встала и положила руки на хрупкие плечи Джейн.

– Обещайте мне, что будете сдерживать свой нрав, говоря с лордом Рэндольфом. Знаю, какой вы бываете, если крепко разозлитесь.

Джейн вышла из дома и пошла к конюшням, Спайк не отставал от хозяйки. Вскоре она уже ехала к Редмиресу, находящемуся в двух милях севернее.

В любой другой момент она не упустила бы возможности полюбоваться холмами, деревьями в золотисто-багряных нарядах, которые скоро, с наступлением зимы, сбросят. Она всегда любила скакать верхом по полям и лесу, где частенько пугала ланей. Мимо склонов гор, покрытых мхом, по которому прокладывал путь ледяной ручей, давший название поместью. После дождя он становился полноводным, русло значительно расширялось.

Однако сейчас все мысли были о предстоящей встрече в Редмиресе, и на красоту природы вокруг она не обращала внимания. Ах, как грустно, что не на кого опереться в столь печальные моменты жизни!

Мама умерла, когда Джейн было восемь лет, обеих дочерей она оставила на попечение их отца. Эдуард Дейтон, убежденный католик, был ярым сторонником дела якобитов. Он жаждал перемен с того дня 1688 года, когда король-католик Яков II был свергнут с престола и бежал во Францию.

После кончины жены лорд Дейтон вступил в тайную связь с леди Рэндольф из Редмиреса. Ее супруг узнал об этом и, когда та отправилась на свидание, последовал за ней, чтобы вернуть домой. По трагической случайности, кабриолет, в котором лорд Рэндольф направлялся в поместье в сопровождении миледи и Эдуарда Дейтона, съехал с дороги и перевернулся. Лорд скончался на месте. Джейн никогда не знала подробностей произошедшего тем вечером, и по сей день случившееся было окутано тайной. Ей лишь известно, что отец, управлявший, по его словам, экипажем, взял ответственность за смерть соседа на себя. Последствием стала взаимная ненависть двух семейств, длившаяся по сей день вот уже девять лет.

Смерть жены, тяжесть собственной причастности к смерти лорда Рэндольфа со временем стали непереносимы. Эдуард пожелал покинуть Нортумберленд, где все было связано с неприятными воспоминаниями, и посвятить себя делам более полезным и приятным – стараниям якобитов вернуть трон Стюартам. Он уехал во Францию и наведывался домой лишь изредка, чтобы проведать дочерей, оставленных на попечение Эмили, и привезти деньги. Его отстраненность от жизни семьи вызывала боль, гнев и негодование Джейн. Она молила отца вернуться, но так и не была услышана. К тому же продажа земли с целью получения денег привела к тому, что Беквит с трудом выживал. Отец же вместо забот о семье был всецело поглощен интригами двора в изгнании и мечтами монарха в Сен-Жермене вернуть Англию, Ирландию и Шотландию Стюартам. Вышло так, что все хозяйственные хлопоты, как и воспитание сестры, легли на плечи Джейн, оттого она мало знала о происходящем за пределами поместья. В отсутствие отца девушка чувствовала ответственность за все происходящее в семье и в доме, и очень страдала от унизительно низкого положения в иерархии семей Нортумберленда и пренебрежительного к себе отношения. Время от времени ей приходилось общаться с соседями, и никто не слышал от нее жалоб, хотя чаще всего она мечтала, чтобы жизнь ее сложилась по-другому.

Джейн отбросила воспоминания и мысленно обратилась к предстоящей встрече с лордом Фрэнсисом. Попыталась воссоздать образ статного мужчины с запоминающимися внешними данными, которого ей довелось увидеть впервые восемнадцать месяцев назад.

В прекрасную летнюю пору сестры отправились погостить несколько дней у тетушки Эмили, а заодно посетить лавочки в Ньюкасле. Проходя мимо прилавка со свечами, Джейн остановилась вдохнуть аромат ямайского рома, коричной воды, французского и британского бренди. Потом они зашли к торговцу книгами и мануфактурой, купили роскошный шелк, богатую парчу и еще несколько милых безделушек. Уже возвращаясь к коляске, Джейн заметила витрину с восхитительными сладостями. Она отправила Мириам и тетушку вперед, а сама зашла внутрь купить конфет, запах которых сводил с ума, и миндальное печенье, чтобы перекусить по дороге домой.

Она входила в ворота двора гостиницы, когда ее чуть не сбил с ног торопливый всадник. Вскрикнув, Джейн отступила, споткнулась и упала на землю, выронив покупки. Мириам обернулась, увидела, что произошло, и бросилась на помощь. Заметив краем глаза движение, мужчина остановил коня, обернулся и, спрыгнув на землю, поспешил к ней.

Сверху небо закрыла нависшая высокая фигура, Джейн подняла глаза и узнала лорда Фрэнсиса Рэндольфа из Редмиреса.

Протянув темную от загара руку, он помог ей подняться. Ступив на левую ногу, Джейн вскрикнула от боли.

– Вы ушиблись? – спросил он. – Я заметил, вы оступились.

Джейн бросила на него уничтожающий взгляд, глаза ее сверкнули.

– Оступилась? Вовсе нет. Я отскочила в сторону, чтобы ваш конь не затоптал меня насмерть. Вы скакали так быстро, будто за вами гнался сам дьявол.

– Коли так, примите мои извинения. Я вас не заметил.

– Разумеется, – фыркнула Джейн, вырвала руку, которую он сжимал все сильнее, оперлась на столб ворот и принялась стряхивать грязь с юбки.

Осмелившись вновь ступить на ногу, она вскрикнула от боли.

– Вы повредили ногу, – суровым тоном произнес Рэндольф. – Позвольте мне помочь.

– Благодарю, но не стоит беспокоиться, лорд Рэндольф, – произнесла она и вытянула руку в сторону собиравшей свертки Мириам.

Услышав свое имя, мужчина сжал зубы и пристально посмотрел на Джейн.

– Боже мой, это же мисс Дейтон собственной персоной.

Он смотрел на нее так, словно хотел испепелить взглядом, даже воздух между ними раскалился. От Джейн не укрылось, как он мгновенно напрягся, взгляд стал острым, будто хорошо наточенное лезвие. Вот-вот из глаз полетят искры.

Приложив все оставшиеся силы, чтобы придать тону холодности, Джейн произнесла:

– Да, это мое имя. А теперь, если не возражаете, я была бы признательна, если бы вы отошли в сторону и позволили мне продолжить путь. Я отлично справлюсь и без вашей помощи, ведь со мной Мириам. И с ногой не случилось ничего страшного, это лишь растяжение. Как видите, ваше участие излишне.

Она бросила на него взгляд, кричащий, что она скорее умрет, чем примет его помощь, однако выдержка внезапно подвела ее, и на глазах выступили слезы. Причина тому – лишь пронзившая ногу боль и ничто иное. Джейн внутренне сжалась, понимая, что самой ей до коляски не добраться.

Мужчина оглядел ее с ног до головы и прищурился.

– Очень сомневаюсь, что это так. Давайте я вам помогу, не упрямьтесь, пожалуйста. – Он нетерпеливо переступил с ноги на ногу. – К вашему сведению, я спешу и уже потратил немало времени впустую.

Прежде чем Джейн успела воспротивиться, он обнял ее рукой за талию, второй подхватил под колени и легко поднял. Она была ошеломлена, как скоро оказалась прижатой к его телу, и ощутила тепло, силу, неожиданную для стройной фигуры, и что-то еще, чему не смогла дать определения.

Дойдя до коляски, лорд усадил ее на сиденье и, к ужасу тети Эмили, отодвинул подол юбки, снял туфельку и принялся изучать ногу цепким взглядом доктора. Чулок не мешал Джейн почувствовать, как крепки его пальцы. Внезапно он резко повернул ступню, и девушка, едва не вскрикнув, вцепилась в бортик, закусила губу, твердо решив не показывать, как сильна боль. Наконец Рэндольф отпустил ее ногу.

– Вы правы, кости целы, небольшое растяжение. Дома велите горничной крепко перевязать ногу и держите в покое. Через несколько дней сможете ходить.

– Хм, благодарю, доктор, – с особой выразительностью произнесла Джейн.

Не обращая внимания на сарказм в ее голосе, лорд Рэндольф криво улыбнулся:

– Я не врач, что, уверен, вам хорошо известно. Однако в свое время мне часто доводилось иметь дело с подобными травмами, но, надо признать, у моих лошадей нет и не было таких прекрасных лодыжек. Поверьте, с вами все будет хорошо, и прошу извинения, что из-за своей невнимательности испортил ваши планы и ожидания от визита в Ньюкасл.

– Да, – слишком резко и невежливо бросила Джейн, – испортили, ведь мне придется несколько дней провести в постели.

– Ваши упреки совершенно справедливы, мисс Дейтон. Если бы я смог все исправить, поверьте, сделал бы это не колеблясь.

Джейн пронзила его взглядом и несколько секунд смотрела не моргая, что позволило убедиться, что мужчина выглядел совершенно искренним в своем раскаянии. От этого она немного смягчилась.

– Полагаю, вы так и сделали бы. Впрочем, это лишь несчастный случай, и я не собираюсь вас упрекать. Вы говорили, что спешите, тогда не смею вас задерживать.

Рэндольф учтиво кивнул Джейн, затем тетушке и Мириам, развернулся и отправился по своим делам.

До сего дня Джейн сохранила воспоминания о встрече с лордом Рэндольфом. Она видела его и после, издалека, но опасалась приближаться и вступать в диалог. Их единственный разговор повлиял на нее совсем не так, как ожидалось, и она дала себе слово в будущем избегать человека, который ненавидел ее лишь за принадлежность к роду Эдуарда Дейтона. Впрочем, с того дня Джейн видела Рэндольфа только раз в Корбридже. Она ожидала в коляске, пока Мириам закончит дела в лавке, и наблюдала, как он разговаривает с несколькими джентльменами у здания, где, судя по виду, располагалось государственное учреждение. От одного взгляда на его подтянутую фигуру неожиданно бросило в дрожь, но вместо того, чтобы отвернуться, она сидела будто зачарованная. Этот человек обладал непреодолимым магнетизмом. В какой-то момент, словно ощутив, что на него смотрят, он медленно повернулся в ее сторону. Взгляды их встретились, и его брови поползли вверх в немом вопросе. Горло ее сжалось, затем она очень некстати вспомнила, какие чувства испытала, когда он взял ее на руки, и жар вновь вспыхнул в теле. Устыдившись того, как сильно забилось сердце, она все же поспешно отвернулась.

После Джейн не встречала Рэндольфа, чему была несказанно рада, в его присутствии она смущалась, что никогда не случалось с другими. Однако всякий раз, посещая Корбридж, ловила себя на том, что выискивает его среди людей. Похоже, против собственной воли.

Сейчас пришлось отвлечься от мыслей и внимательно следить за незнакомой дорогой. Вскоре Джейн вздохнула с облегчением – впереди показался Редмирес, красивый особняк, служивший на протяжении нескольких поколений родовым поместьем Рэндольфов. Задняя стена здания примыкала к старой каменной башне, возведенной в период правления Елизаветы, когда землевладельцам даже в столь отдаленных районах Нортумберленда приходилось задумываться о безопасности людей и животных во время набегов на приграничные владения.

Рэндольфы были родом старым и зажиточным. Добыча угля была издревле самым доходным делом в регионе, участки поделены между несколькими владельцами, в их числе значились и Рэндольфы. Отец нынешнего лорда запомнился Джейн человеком упрямым и властным, симпатии он не вызывал, впрочем, она видела его лишь издали. Сын превзошел родителя. Говорили, что у него лучшие в округе мозги, что в делах он гораздо удачливее прежнего лорда, а характер и манеры его не столь резки.

Особняк был модернизирован еще прежним хозяином. По общему мнению, комнаты достаточно просторны, сад красив и ухожен, радовали глаз установленные статуи и фонтаны, некоторые, как слышала Джейн, привезены из Италии.

Перемены коснулись не только владельцев, но и арендаторов, их дома и прочие хозяйственные постройки тоже были отремонтированы и обновлены.

Сейчас вдоль длинной подъездной дороги выстроилась вереница экипажей, большие окна дома ярко светились. Джейн слишком поздно поняла, что лорд Рэндольф давал бал. Впрочем, это все равно, ее миссия важна, она выполнит задуманное.

Спешившись, девушка отдала поводья подошедшему юноше и велела Спайку ждать. Пес был отлично ею обучен, можно не сомневаться, что он не сдвинется с места до возвращения хозяйки.

Обе створки дверей были распахнуты настежь, позволяя увидеть происходящее внутри. Слышны были звуки музыки – клавесин и гитара. По холлу прохаживались гости в роскошных нарядах, на дамах сверкали драгоценности, мужчины красовались в парадных фраках и напудренных париках.

Внезапно у Джейн появилось желание стать частью этого веселья, и эти мысли вызвали испуг, а потом и рассердили. Но все же она набралась смелости, поднялась по широкой лестнице и вошла в дом. Мир, в который она попала, был совсем непривычным. Девушка словно оказалась внутри дорогой шкатулки с драгоценностями. От великолепия захватывало дух. Все было изысканным и прекрасным, начиная от изящной лестницы и лепнины на потолке. Она оказалась в положении худшем из всех возможных, однако сейчас не время для сожалений. Да, она выглядит ужасно, с растрепанной прической, в мятом темно-синем платье с пятнами после посещения рынка.

К ней подошел лакей, невозмутимо оглядел ее неуместный наряд и неуверенно произнес:

– Могу я вам помочь?

– Да. Я хочу видеть лорда Рэндольфа.

– Узнаю, здесь ли он.

Джейн вскинула голову и посмотрела прямо в глаза слуге:

– Очень на это надеюсь, мне необходимо поговорить с ним незамедлительно.

– Разумеется. – Слуга указал на комнату в стороне от входа. – Извольте подождать, я поищу милорда.

Джейн поспешила войти в комнату, но пространство ее хорошо просматривалось из главной залы. Она стояла на идеально отполированном паркете, глядя на проходящих мимо разодетых гостей. В воздухе витали ароматы духов и помады для париков. В какой-то момент девушка поняла, что совершенно подавлена, сердце терзает зависть к дамам, обладательницам модных нарядов и роскошных украшений. Джейн встряхнулась, расправила плечи и вскинула голову. Не стоит забывать, что ее мать была леди из их круга, протестанткой, но семья отреклась от нее после брака с ее отцом-католиком. Кончина матери вызвала скорбь лишь дорогой сестры Эмили, она же единственная, кто проявил заботу о племянницах.

Воспоминания помогли собраться с силами, столь необходимыми в свете того, какой предстоит разговор.

Гости проходили мимо, заглядывали в приемную, удивленно вскидывали брови, переглядывались с недоумением, но никто не решился подойти. Джейн заметила, что некоторые не скрывали, что шокированы ее видом, слышала шепот и приглушенные возгласы. Как жаль, что она не подумала, прежде чем войти, что будет выглядеть глупо, решив появиться в таком виде в Редмиресе во время пышного бала. Лорд Фрэнсис Рэндольф родился и вырос в роскоши, привык к собственной исключительности, имел репутацию человека властного, сурового и высокомерного – черты многих поколений его рода, подкрепленные соответствующим воспитанием. Желание встретиться вновь у Джейн было определенно не больше, чем у самого Рэндольфа. Однако поступок Мириам вывел ее из себя и разозлил настолько, что напрочь лишил здравомыслия. К тому же Рэндольфы всегда игнорировали Дейтонов, не стремились поддерживать связь с семьей папистов.